Annotation

Вот и закончилась та полоса жизни, которую справедливо могу назвать черной. Я не только вернулась домой, но и смогла отомстить тому, кто разрушил мою жизнь. Теперь у меня новое имя и новые друзья. И впервые за долгое время я с надеждой смотрю в будущее. Вот только от прежней меня мало что осталось. Да и родная Земля не спешит принимать обратно ту, от которой предпочла избавиться. Быть может, это оттого, что с собой я принесла частицу Дхаара? Или потому что свое глупое сердце оставила там, в далеком и жестоком мире? В любом случае, все чаще ловлю себя на том, что тоскую по оранжево-красной планете. В особенности по одному невыносимо холодному и горячо любимому демону. Я верю, он найдет способ и заберет меня отсюда. Ведь мой настоящий дом там, где сердце.

За секунду до… 2

За секунду до… 2
Мелина Боярова

Темно-синий внедорожник остановился в самом конце глухой улочки у пахнущего свежим раствором высокого кирпичного забора. Я молча наблюдала, как Сэм резво вышел из машины, чтобы открыть мне дверцу.

— Как тебе? — спросил он, позволив немного осмотреться, — я старался, чтобы дом был в стороне, подальше от любопытных глаз. Этот подходит более всего.

— Ты прав, — вымучено улыбнувшись, согласилась с мужчиной, — лучшего варианта нам не найти.

— Пойдем! Покажу, что внутри. Там осталось немного доделать и будет вполне прилично, — оживившись, Сэм стал рассказывать о новшествах, призванных сделать мою жизнь в этом захолустье комфортной.

— Пройдемся? — оборвав на полуслове, взяла друга за руку и потянула в сторону виднеющейся среди разросшегося поодаль от забора бурьяна дорожки.

— Я догоню, — ответил Сэм, — только отдам несколько распоряжений.

Молча кивнув, побрела по тропинке. А за спиной уже слышались резкие, почти лающие, команды Седого. Это со мной он всегда мягкий и покладистый. Для всех остальных Седихин Эдуард Михайлович жесткий и деспотичный начальник. Впрочем, другому и не под силу удержать в своих руках огромную финансовую компанию. А если принять во внимание тот ад, через который мы с ним прошли вместе, то ничего удивительного. Любой бы изменился, оказавшись на волосок от гибели. И это отразилось бы на всем: образе жизни, друзьях и врагах. Последних, к слову, стало значительно больше.

Путаясь в густой траве, вышла к небольшому озерцу. Хотя слишком громкое название для лужицы, скопившейся на дне неглубокого овражка. Пустые пластиковые бутылки, остатки упаковки от какой-то еды быстрого приготовления, обрывки целлофана и прочий мусор только усугубляли внешний вид.

Убраться бы тут, облагородить. Неплохое, ведь, место получится, — пришла на ум полезная мысль. Все же молодой дубок, росший на пригорке и оголивший корни на размытом дождями склоне, смотрелся очень живописно.

— Я распоряжусь, — коротко ответил Сэм, стоило мне только заикнуться об этом. — Здесь получится прекрасное место для отдыха и уединения.

— Угу. Охрану под каждым кустом расставишь? — подколола друга.

— Ди, ты и сама понимаешь, что это необходимо. Мне придется часто оставлять тебя одну. Я должен быть уверен, что с тобой все в порядке.

— Сэм, когда мы с тобой обсуждали, что мне неплохо пожить вдали от общества, подразумевалось, что я не хочу привлекать внимания. Как думаешь, поселившаяся на отшибе деревни женщина с десятком телохранителей, не вызовет вопросов?

— У богатых свои причуды, — друг небрежно пожал плечами, — мало ли эксцентричных особ перебираются в глушь из крупных городов? Поболтают, посплетничают и привыкнут. К тому же ты всегда сможешь убедить их, что ничего необычного не происходит.

— Знаешь, меня иногда пугает, что ты находишь ответы на любые вопросы.

— Серьезно? — Сэм подавил смешок, — скажи еще, что боишься спать без света. После ужасов Дхаара нас с тобой сложно чем-то напугать.

— Ага, — подтвердила я, — бесполезное занятие. Ладно, пойдем обратно. Посмотрим, что там за дом.

Что же, если раньше тут и был простой деревянный домишко (так обозвал его Сэм, когда сообщил о новом приобретении), то теперь моему взору предстала настоящая крепость. От старого дома остался разве что фундамент, и то не весь. Не знаю, во сколько это обошлось, но в рекордные сроки построить все чуть ли не с нуля было практически невозможно.

Двухэтажное строение в форме вытянутой буквы «П», просторный двор, огороженный высоким забором, автоматические ворота, стоянка для автомобилей, цветник, разбитый во внутреннем дворике. Мощеные плиткой дорожки, облагороженные кустарники смородины и крыжовника, малинник, плодовые деревья.

— Неплохо, — оценила проделанную работу, — камер везде понатыкал?

— Их же не видно!

— Мне нравится! — поспешила заверить Сэма, — все предусмотрел, да?

— Разве что бассейна нет, — мужчина развел руками, — но тебе хватит джакузи? Или того озерца? Тут и речка местная имеется, так что…

— Хватит. Не беспокойся. И какую часть дома ты отвел нам?

— Среднюю. Ту, что с террасой. Внизу гостиная, если вдруг гостей надумаешь принимать, а над ней твоя спальня. В правом крыле комнаты для охраны и прислуги. Кухня и столовая. В левом первый этаж отведен под подсобные помещения и гостевые комнаты. Одну из них оснастили компьютером и игровыми приставками, на случай, ну… — Сэм запнулся. О моем старшем сыне старался не говорить. С тех самых пор, как Игорь заявил, что у него нет матери. — Кстати, пункт видеонаблюдения тоже там. А второй этаж обустроил для себя: кабинет, спальня, библиотека. Само собой, можешь всем этим пользоваться.

— И сколько человек буду здесь постоянно проживать? — спросила просто так, чтобы отвлечься от тоски, против воли сжавшей сердце, при упоминании об Игорьке.

— Ну, Марту ты знаешь.

Угу. Эту женщину я отыскала, чтобы поблагодарить. Она работала в той самой больнице для душевнобольных, где мне пришлось провести полтора года жизни. И была единственной, кто жалела меня и старалась хоть как-то облегчить существование. Как оказалось, успела я вовремя. После пожара больницу закрыли. Марта осталась без работы. Одинокая и никому не нужная.

Недолго думая, я предложила помощь. От денег женщина отказалась, от трудоустройства в другую клинику тоже. Видимо, сказалось разочарование в том, с какой легкостью ее вышвырнули на улицу после стольких лет безупречной службы. А вот на должность экономки согласилась с радостью. Признаться, первое время чувствовала неловкость оттого, что человек, к которому испытывала глубокую признательность, работает прислугой. Но видя, с какой радостью она готовит для нас с Сэмом, носится с уборкой, вытирая каждую пылинку, поняла, что так Марта ощущает себя нужной кому-то, полезной.

Отношения у нас за три месяца сложились, можно сказать, семейные. И пусть она была старше Сэма всего на каких-то семь лет, относилась она к нему, как к сыну, с любовью и невероятной заботой. Про меня и говорить нечего. Узнав о беременности, хлопотала надо мной, как наседка.

— Еще я нанял семейную пару. Анну и Михаила. Сейчас они проходят проверку у Марты.

— Зачем нам посторонние? — я недовольно нахмурилась, — чем меньше людей будут посвящены в подробности нашей жизни, тем лучше.

— Ди, ты же сама видишь, дом большой. Не так просто в нем прибраться. Готовить необходимо и на охранников тоже. Марте тяжеловато будет. Анна ей как раз поможет в этом. А ее муж человек работящий. За садом присмотреть, по хозяйству помочь. Лишние руки всегда пригодятся. Не ребят же к этому привлекать?

— Почему бы и нет? Работа тут не бей лежачего! И, конечно, ты понимаешь, с чем связано мое недоверие.

— Доверять им и не нужно. Уверен, дальше правого крыла Марта Анну не пустит. Ночевать будут в деревне. У них дом неподалеку. Хозяйство, опять же. Корова, куры. Так что парным молочком и прочими натур продуктами будешь обеспечена. А за всем остальным раз в неделю Егор в город съездит.

— Егор, говоришь? Ладно. Он-то как на роль моей няньки согласился? — риторический, конечно, вопрос. Парень много лет возглавлял службу безопасности Сэма, и поездкой за продуктами его не удивишь. За семь лет работы чего только не приходилось ему делать. Но вот проколов, как тогда, на дороге, еще не было. Автомобиль Седого не просто так потерял управление. Кто-то старательно над этим потрудился. Егор не мог знать, через что пришлось пройти его шефу, чтобы вернуться в наш мир. Одно то, что тот нашел начальника полностью седым, говорило о том, что он заглянул в глаза смерти.

Гостиная мне понравилась. В ней еще витал запах свежеструганных досок, отчего все помещение вкупе с лаконичной мебелью, вышитыми скатертями и кружевными салфетками сразу воспринималось каким-то родным, домашним. Утопленный в стену камин, стилизованный под русскую печь, плетеная мебель, пастельного оттенка текстиль — все подобрано с безупречным вкусом. Выбивался из общей картины только телевизор, но и его умелый дизайнер скрыл в нише за декоративными ставенками. Широкая деревянная лестница в левой части помещения была отгорожена резной решеткой, по которой пустили свои побеги живые растения.

Мои апартаменты были огромными. С помощью гипсовых колонн, дверных арок и стеклянных перегородок делились на несколько зон. В первой было что-то вроде маленькой гостиной. Пара кресел, столик, огромное зеркало, фигурный комод. Здесь можно было перекусить на скорую руку или же подождать, если хозяйка не готова выйти. Отсюда через арку можно попасть в спальню. Огромное окно во всю стену, которое при желании закрывалось плотными шторами. Впечатляющих размеров кровать. Туалетный столик. Пуфы. Изящная стойка для одежды, стильные бра на подставках в изголовье, скрытая в нише плазма.

Знал Сэм о моей слабости. Находясь дома, всегда включала телевизор. Работая на минимальной громкости, он создавал фон и ощущение присутствия.

К спальне примыкали еще три комнатки. В одной располагалась обещанная джакузи и санузел, во второй — гардеробная, ну а третья пока пустовала. Невольно улыбнулась.

Предусмотрел и то, что захочу обставить детскую по своему вкусу.

Раздвижная стеклянная дверь, которую вначале приняла за окно, давала возможность попасть на просторный открытый балкон.

Вот, поистине, самое лучшее место!

Из спальни Сэма тоже был выход на террасу. К слову, она утопала в зелени и цветах. Небольшой стол с плетеными стульями располагался как раз между нашими комнатами. Всегда можно было встретиться и посидеть за чашечкой чая. Чуть правее стояло новенькое кресло-качалка. Журнальный столик, навесные полки и расставленные на них разнокалиберные шкатулки, книги, так и манили заняться рукоделием. Или же просто почитать перед сном.

— Дианушка! Деточка, ты проголодалась? — налетел на меня вихрь по имени Марта, — я сейчас пироги разогрею. А если подождешь, то и свежих напеку. Или блинчиков хочешь? Анна сейчас молочка принесет. Парного, а?

— Марта! Я же так в дверь скоро не пройду! На убой кормишь. Я утром плотно позавтракала. До обеда всего ничего, подожду. Ты, лучше скажи, сама-то устроилась? Как тебе комната? Есть все необходимое?

— Да что там! — женщина махнула рукой, — много ли мне надо? Я и не рассматривала толком.

— Понятно. Тебе, наверное, сразу кухню подавай на досмотр.

— Да разве ж Эдюшка допустит, чтобы что-то не так было? — я хмыкнула, как Седой скривился от своего переиначенного имени. Грозный дядька, наводящий ужас на своих подчиненных, и вдруг «Эдюшка»! — Он же все с такой любовью, добром сделал, что грех на что-то жаловаться, — продолжила Марта, сев на любимый конек. Узнала, что мы не брат и сестра, вот и мечтала нас свести. А то ж дитятко без отца родится!

Знала бы она, кто его отец! Даже не заикнулась об этом.

А серьезный разговор на эту тему состоялся у нас после того, как прошел первый шок от известия о моей беременности. Сэм снял целый ресторан, создав для меня романтическую сказку с лепестками роз, живой музыкой и внушительным бриллиантом в атласной коробочке. Он ничего от меня не требовал, ничего не просил. Сказал только, что любит и больше ему никто не нужен. Если моему ребенку суждено появиться в этом мире, готов принять его, как родного. Кольцо взяла с условием, что воспользуюсь им в самом крайнем случае.

Но для окружающих скандальная помолвка состоялась. Пресса долго мусолила и осуждала наш будущий брак. Связь между родственниками (а поначалу все считали меня сводной сестрой Сэма) порицалась. И не важно, что родство условное. Сэм немало заплатил, чтобы замять поднявшуюся шумиху.

Как бы то ни было, Седой не мог не сделать мне предложения. В ситуации, когда на него стали охотиться потенциальные невесты, а меня допекать перспективные женихи, вариант брата и сестры не спасал от навязчивых претендентов.

Особенно досаждал господин Кайренский. Поначалу, он мне даже понравился. Статный мужчина с темно-русой шевелюрой и зелеными глазами был кумиром молоденьких (и не только) медсестер. К нему на прием записывались за полгода — год. И очень многих, судя по богатому ассортименту комплиментов и хитроумным уловкам, доктор осчастливил своим вниманием. Но испугало меня, по-настоящему, не это. Сергей слишком большое участие принял в моем выздоровлении, чтобы быть с ним грубой или невежливой. В ином случае, я без колебаний отшила бы ухажера.

Началось с того, что как врач, Кайренский стал замечать странности в моем поведении. Особо остро я реагировала на пищу, запахи. Безошибочно определяла, из каких ингредиентов состоит то или иное блюдо. Поварихи и сиделки давно бы взбунтовались от бесконечного количества придирок. Однако они спокойно уносили блюда, в которых были использованы несвежие продукты и готовили новые. Возможно, как люди подневольные, они и не имели права на возмущение. Но и за глаза не осуждали и не жаловались. С течением времени, мое влияние на сознание окружающих только усиливалось.

Как назло, Кайренский не только оказался устойчив к внушению, но еще и неплохо разбирался в этом вопросе. Он с восторгом отметил мою особенность и предложил пройти обучение, чтобы овладеть техниками. Отказа от меня никак не ожидал.

А тут еще моя подозрительная любовь к острой пище, которую предпочитала запивать сладким ликером. Сплошной вред для ребенка. А я чувствовала, что делаю все правильно. Потому и поспешила оборвать отношения, пока доктор не сложил все странности воедино и не сделал неправильных выводов.

Отправив Марту заниматься обедом, мы с Сэмом расположились на террасе. На столике уже появился графин с ликером и горячий чай, заваренный на травах. В вазочке аппетитно пахло свежее печенье, а на тарелке высилась горка тостов с большими кусками бекона, щедро смазанных острейшей горчицей.

— И как ты это ешь! — в который раз фыркнул Сэм, наблюдая, с каким удовольствием поглощаю бутерброды, — и, главное, куда в тебя столько влезает?

— Сама в шоке. Но ничего не могу поделать. Ему, — ласково погладила едва округлившийся живот, — это нравится. Ты ведь понимаешь, у меня будет не совсем обычный малыш. Точнее, вообще, не человек. И у него особенные потребности. Сэм… мне иногда становится так страшно.

— Ди, — мужчина накрыл мою ладонь своей, — мы справимся. Мои люди перерывают всевозможные архивы, пытаясь разыскать информацию. Это кропотливая работа, приходится отсеивать тонны лживых сведений.

— Нда, читала я те отчеты, — скептически хмыкнула, — рождение моего ребенка здесь сочтут за приход Антихриста. А ведь если младенец унаследует хотя бы часть сил своего отца, то…

— Половина населения планеты захочет его уничтожить, а другая, возможно, станет поклоняться, — закончил за меня Сэм, — но ведь необязательно, что все будет именно так. Твой демон найдет способ забрать тебя. Как бы ни был жесток Дхаар, он сумеет защитить вас обоих.

— Он даже не знает, что я беременна! Может, он, вообще, забыл обо мне.

— Если бы знал, уже давно был здесь. А про то, что забыл, даже не думай. Демон крепко на тебя запал. Поверь, я знаю, о чем говорю.

Укоризненно посмотрела на Сэма, он постоянно твердил, что для Дайрона я больше, чем увлечение. А он ни разу даже намека не сделал, ни слова не сказал. Хотя некоторые поступки выбивались за грань нормальных. Для демона, конечно. Но уже одна метка на шее говорила о том, что хозяин выделил меня из многих. А регулярные семейные ужины? А тот раз, когда Аламат напился в моей компании? И от смерти спас дважды, поделившись с простой человечкой своей кровью. Все это дарило надежду, что Дайрон придет за мной. Этим утешала себя каждый раз, засыпая одна в постели.

— Ты побудешь со мной немного?

— Сегодня весь твой, — улыбнувшись, ответил Сэм, — но завтра к восьми мне необходимо быть в офисе. Так что на празднике выпивать не буду. Разве что немного.

— Празднике? Каком еще празднике?

— А разве у нас нет повода? Новое место, новый дом, новая жизнь! По-моему, есть что отметить.

— Ммм, звучит заманчиво. И что это будет? Затаримся спиртным, пригласим фотомоделей, стриптизеров и всю ночь будем колбаситься под ужасающий грохот попсы?

— Не-ет! — Сэм расхохотался, — всего лишь скромный семейный ужин. Никаких моделек! Но, если хочешь, стриптизеров, закажем!

— О! Поверь! После Ирса с Ресом меня никаким стриптизом не удивишь. Вот у них есть на что посмотреть! Сплошная экзотика!

— Кхе-кхем! И то верно. Признаться, рядом с демонятами невольно начинаешь задумываться о посещении спортзала.

— Угу! Наши модельки ребят на сувениры бы растащили.

— Думаю, они бы и сами недолго сопротивлялись.

Заболтавшись, не заметили, как наступило время обеда. Решив больше времени провести вместе, попросили Марту накрыть на террасе. Я, несмотря на недавний плотный перекус, с жадностью набросилась на еду. Особенно понравились стейки с кровью. Марта страшно переживала, что из-за плохо прожаренного мяса, я подцеплю что-нибудь ужасное и заболею. Приходилось каждый раз делать ей внушение, что подобная пища идет на пользу.

Это еще что! Я увидела по телевизору, как готовят кузнечиков и личинок. Захотела попробовать. Сэм повел меня в ресторан, где подавали подобные блюда. Весь ужин он сидел бледно-зеленый, шумно сглатывая каждый раз, когда я заказывала какую-нибудь новую диковину из меню. У дверей дежурила скорая, а весь персонал приходил посмотреть, как странная клиентка с аппетитом уничтожает весь ассортимент живых морских гадов и жареных насекомых.

Соглашусь, со стороны смотреть на это противно. Но стоит перебороть внутренний страх, как живая пища превращается в невероятное лакомство.

— О чем задумалась? — спросил Сэм.

— Я? С чего ты взял?

— С того, что ты уже полбанки горчицы съела, причем без хлеба или мяса. Водички?

— Не. Сладенького, — я потянулась к ликеру, — а задумалась потому, что вспомнила тот ресторанчик. Ммм.

Седой резко побледнел.

— Ди! Только не это! Я без содрогания вспоминать не могу.

— Жаль. А мне так понравилось. Как думаешь, Марта могла бы приготовить что-то подобное?

— Мы уже обсуждали этот вопрос. Не стоит доводить бедную женщину до инфаркта. Если хочешь, попробую найти повара.

— Так, ведь их днем с огнем! Это ж, сколько деньжищ платить придется?

— Поверь, мы можем себе это позволить. Только одно условие: пробовать не заставляй!

— Как скажешь, Сэм! — в предвкушении потерла руки, — буду есть в своей комнате и одна!

До ужина мы успели обойти весь дом. Я познакомилась с Анной и ее мужем. Типичная деревенская жительница: дородная, розовощекая, с лучиками морщинок на круглом лице и удивительно добрыми глазами. Михаил выглядел на десяток лет старше жены. Волосы уже убелила седина, но в осанке еще чувствовалась твердость. Мозолистые руки напоминали, что жизнь в деревне тяжелая и непростая.

Стол накрыли в большой гостиной на первом этаже. Анна с Мартой быстро нашли общий язык и порадовали нас разнообразием мясных блюд, гарниров и закусок. Сэм удивил гостей коллекционным виски. Егор, Михаил и двое ребят из охраны, Кирилл и Дима, оценили напиток по достоинству. Женщины, то есть Марта и Анна, дегустировали настоящее французское вино. Ну а я пила свой любимый ликер.

Еще засветло отправились во двор. Просторная беседка за домом вместила всю компанию. Мужчинам приспичило опробовать новый мангал, так что праздник живота продлился чуть ли не до полуночи.

Михаил рассказал, что в здешних лесах водятся зайцы, кабаны, дичь, и в сезон охоты сюда наезжают толпы любителей пострелять по живым мишеням.

— Через недельку и нагрянут. Так что осторожнее в лесу-то! — посоветовал он, — они по большей части у реки засидки устраивают. Раньше Дивка широкая была, а как обмельчала, остались озерца, да ручьи. Камышом все заросло. Человеку непросто пройти, а птице раздолье. Хорошо, что основная масса в Дивунах оседает. Но и к нам, в Озерки, приезжают.

— Егор! — Сэм выразительно посмотрел на начальника охраны.

— Понял. Одну никуда не пущу. Проконтролирую.

Я отвернулась, спрятав невольную усмешку.

Захочу уйти, никто не удержит. И не вспомнит, что видел. А то, что в лесу можно на шальную пулю нарваться, плохо. Как-то не предусмотрел Седой этот момент. А, может, все как раз наоборот. Вон как увлекся выяснением того, что необходимо для получения лицензии. Егор и Лешка с Ником, которых сменили на посту Кир и Пашка, светились от предвкушения грядущего развлечения.

Анна с Мартой уже давно делились друг с другом жизненными проблемами. Приятная компания и хорошее вино, чем не повод пооткровенничать? Тем более что судьба у обеих сложилась непростая.

Попрощавшись со всеми, отправилась к себе. Трезвый на празднике — шпион. На меня с некоторых пор спиртное действовало иначе. Раньше от такого количества ликера, что я поглощала, не смогла бы и слова внятного сказать. А так, легкое состояние эйфории и хорошего настроения. Даже до стадии бесшабашного веселья и любви ко всему миру ни разу не доходило.

Приняв душ, нацепила ночнушку, что приготовила Марта, и отправилась в кровать. Пощелкала пультом. Попила водички. Полистала книжку. А сон все не шел.

И как прикажете соблюдать режим?

Рассудив, что до утра меня никто не хватится, решила тайком прогуляться. Глупо, наверное, тащиться одной в лес. Однако внутреннее чутье говорило, что мне это необходимо.

Из подушек и одеяла создала видимость, что на кровати кто-то лежит. Это на случай если Сэм захочет проверить. Надела специальный костюм для прогулок. Из плотной немаркой ткани с множеством карманов и распиханными по ним мелочами вроде зажигалки или фонарика. Волосы стянула в хвост и накрыла платком, повязав его на манер банданы. Несмотря на то, что ночи в начале августа были довольно теплыми, взяла с собой еще ветровку и надела сапоги с высокими голенищами.

На секунду задержалась у столика, на котором стояла бутылочка с водой и штоф с ликером. Не в силах выбрать что-то одно, прихватила обе бутылки. Их вес здорово оттянул полы курточки.

Еще днем, когда мы с Сэмом осматривали дом, я приметила путь, по которому можно незаметно выбраться из поместья. У сарайчиков в дальней части участка высилась поленница. Парочка вкопанных столбов и крепкие веревки не давали ей рассыпаться. Зато по ней очень удобно было взобраться наверх, и оттуда на крышу сарая. А там, до забора рукой подать. Вдобавок снаружи рос ветвистый дуб. Несколько обрубленных толстых веток так и манили воспользоваться тем, чтобы перебраться на другую сторону и спокойно спуститься.

Кирилл с Димкой, игнорируя видеомониторы, резались в карты, здраво рассудив, что в первый день ничего особого не случится. Не могли же они предположить, что мне приспичит погулять среди ночи? Так что я со спокойной совестью прошмыгнула мимо камер и, преодолев забор, углубилась в лес.

Промелькнула мысль, что поступаю некрасиво, не предупредив никого о том, что ухожу. Но кто б меня тогда отпустил? И чего народ волновать, если вернусь через пару часов? Никто и ничего не узнает.

Ночной лес жил своей жизнью. Совсем рядом выводили песни цикады. Поодаль, от скрытых в чаще заболоченных просек, доносился нестройный хор лягушек. Ухала сова. Под ногами хрустел сушняк, и едва слышно шелестели ветви деревьев. Обломок луны, казавшийся нереально огромным на фоне мерцающего звездами неба, освещал все мягким серебристым светом.

Я неплохо видела в темноте, различая не только силуэты крупных стволов деревьев, но и их более мелкие ветви, и вырастающий на пути кустарник. В низинах стелился белесый туман. Это земля отдавала накопленное за день тепло. А в воздухе витала прохлада, напоенная запахами лесных трав и ягод.

Поначалу бездумная прогулка обрела цель. Я чувствовала, как по телу пробегают еле ощутимые разряды. Они усиливались, будто приближалась к невидимому источнику. Опасности я не ощущала. Наоборот, то, что влекло, должно было помочь.

Но чем? Как? — не знала.

Судя по начавшим гудеть мышцам, ушла я далеко. Стрелки на часах, причудливо светящихся в темноте, показывали, что времени прошло немало. А к конечной точке я так и не приблизилась. Наткнувшись на пенек, о который пребольно ушибла ногу, решила немного передохнуть. Хлебнула водички из бутылочки, потянулась.

Сейчас бы в кроватку! — мечтательно вспомнила о том, какой удобный матрас ждет дома. — А ведь еще возвращаться. И куда?

Оглядевшись, невольно поежилась. Темно. Тихо. И деревья. Много деревьев. Идея с прогулкой казалась уже откровенной глупостью. Особенно в свете того, что никого не предупредила, куда ушла. И телефон с собой не взяла. Сети, конечно, в глуши взяться неоткуда, а вот встроенный компас помог бы сориентироваться.

Итак, что лучше? Сидеть на месте, дожидаясь, пока обнаружат мою пропажу и кинутся на поиски? Или попробовать найти обратную дорогу самостоятельно?

Сэм точно прибьет! У него ж с утра собрание акционеров. Собирался уехать ни свет, ни заря. А тут я! Не-ет. Лучше самой вернуться. Они ж потом и шагу не дадут ступить спокойно.

Когда-то слышала, что человек идет по лесу не по прямой. Всегда немного забирает вправо. Так что, если продолжить путь, то, теоретически, должна выйти к тому месту, откуда ушла.

Кхм, ну это обычный человек. А я? Обычной уже не назовешь. Придется положиться на интуицию. Только эта зараза именно сейчас молчала. Ладно. Долго на месте тоже не высижу, так что передохнула, и вперед!

Дав себе мысленного пинка, поднялась и, наобум выбрав направление, пошла дальше. Видимо, удача меня покинула. Лес будто стал гуще. Мне становилось все сложней продираться через ветви, стелящиеся под ногами травы и бурелом.

Небо уже стало светлеть, когда я, наткнувшись на полянку, повалилась без сил на сваленные в кучу ветки. Вырубилась моментально. Красочный сон, в который окунулась, едва сомкнулись веки, поразил своей реальностью. Прежде всего, удивило само место. Жуткое, страшное и очень горячее. Земля или камень под ногами — непонятно. Но поверхность явно накалена. Сквозь широкие поры мерцает алое пламя, в некоторых местах вырываясь наружу фонтанами лавы.

Странные деревья, словно живые, состоящие из струй жидкого огня. Веточки трепещут пламенем от малейшего дуновения, и листочки-иголочки меняют цвет от бордового до солнечно-рыжего. Безумно красиво. Столь же яркая трава, в которой виднеются алые бутоны цветов. Раскрываясь, такие цветочки плюются огнем. Небо слепящего оранжевого оттенка разбавлено кровавыми облаками. Воздух густой тяжелый, с неприятным запахом серы.

Мир живой. Какие же существа населяют его? — не успела подумать, увидела одного из обитателей. — Дхарг! Живой. Надо же! Эти демоны и в сон умудрились забраться. Хотя коричнево-оранжевая шерстка низшего вполне соответствовала месту. О! — пришла неожиданная догадка, — если в этом месте обитают дхарги — низшие демоны, то, возможно, это и есть Нижний демонический мир, о котором слышала на Дхааре.

— Кто ты? — раздавшийся позади вибрирующий голос, заставил подпрыгнуть, — у тебя человеческая аура, но пахнешь демоном. Кто-то из ледяных.

Резко обернувшись, увидела женщину. Смуглая кожа кирпично-красного оттенка. Крутые бедра, едва прикрыты коротенькой юбкой. Стройные ноги. Тонкая талия. Вызывающе — открытая грудь, минимум четвертого размера, подчеркнута лишь тонкими ремешками, к которым крепятся заплечные ножны для парных мечей. Белоснежные волосы заплетены в косу. Изящные рожки цвета слоновой кости и, разумеется, хвост с пушистой белой кисточкой. Сомнений, к какой расе принадлежит незнакомка, не было.

— А кровь, — она облизала пальцы, покрытые алой жидкостью, — говорит о том, что ты моя сестра.

Я попятилась. Даже во сне не хотела сталкиваться с демоницами. Слишком наслышана об их взрывных характерах, избалованности и непомерных амбициях.

— Подожди! — демоница ринулась ко мне, но замерла, не решаясь нарушить некую невидимую границу. — Я не причиню вреда! Клянусь! Просто… так необычно видеть кого-то оттуда, — она с тоской посмотрела на небо.

— А я оттуда? — я малость подвисла. На земле принято считать, что небо — место жительства богов, ну или на крайний случай инопланетян. И то, последним обязательно наличие летающей тарелки.

— А откуда ж еще? Как мне к тебе обращаться? — поинтересовалась незнакомка.

— Ди, — представилась я привычным сокращением имени, — а тебя как зовут?

— Таркмэдитестанельцверинат, — ни разу не запнувшись, выдала демоница.

— Эээ! А как-то покороче нельзя? Я ж ни в жизнь это не выговорю.

— Тара, — хмыкнув, выдала сокращенный вариант новая знакомая.

— Что ж, Тара! Рада познакомиться. Не подскажешь, что это за место? И как я сюда попала?

— А ты не знаешь? Но… я думала, ты пришла заключить сделку.

— Что? — я закашлялась.

Демоница вновь ринулась ко мне. Видимо, чтобы помочь. Ну, там по спине похлопать или еще что. Однако она вновь остановилась, не решаясь пересечь невидимый барьер, что отделал нас друг от друга.

— Объясни! — потребовала, как только смогла говорить.

— В твоем мире нас считают злом, человечка, — принялась охотно рассказывать Тара, — однако находятся смельчаки, что прорывают грань миров и вызывают нас. Глупцы готовы пожертвовать бессмертием ради каких-то желаний. А мы слишком жаждем вырваться из этого мира, что готовы ухватиться за любой шанс.

— Что-то это мне напоминает, — пробурчала я. Представить, что вера в дьявола имеет под собой реальное основание, непросто. — Это же… невероятно! Ну, людские мотивы я еще понять могу, но что это дает вам? Душу?

— Можно и так сказать, — усмехнулась демоница, — если хочешь, расскажу при следующей встрече.

— Считаешь, она состоится?

— Ты связана с нами больше, чем можешь представить.

— А что ты там упоминала про сестру?

— Старшая из нашего рода приняла тебя, сделав приемной дочерью. Значит, ты моя сестра.

— Вот сейчас совсем ничего не поняла? Какая старшая? Ты о ком?

— Элизтельнацверриалат, — сообщила Тара, вновь не запнувшись ни на одной букве.

— Погоди! По аналогии с твоим именем, вашу старшую зовут Элизтель? — предположила я.

— Эльзин!

— Эй! Ты что-то путаешь. Так зовут неккери. Они похожи на лошадей, а на самом деле демоны. Нижнего мира, — от внезапного открытия, подкосились ноги. Тихо осела на землю, — то есть она… как ты?

— Хм, вообще-то, это я как она, — поправила Тара.

— Эээ, а как же? А демоны знают? Они же обращаются с ними, как с животными! И кандалы эти! Ошейники. А Риль? Ты знаешь Риля? Тая?

— Тебе пора возвращаться, — вдруг посерьезнела Тара, — здесь время течет иначе, чем там. Нельзя к нам надолго.

— Но я же… Это ведь не сон? Как мне снова попасть сюда? У меня столько вопросов!

— Место, где сейчас твое тело, особенное. И кровь необязательно должна быть твоей. Сойдет и животное.

Последние слова Тары прозвучали как в тумане. Она сама стала какой-то блеклой, будто таяла в белесой дымке.

Может, это в глаза что-то попало? — крепко зажмурилась, потом часто заморгала. Однако вместо Нижнего мира увидела вполне симпатичную поляну в лесу. Солнце давно описало небосвод и теперь клонилось к закату.

Это же, сколько меня не было? Дома все с ума сошли от беспокойства!

С трудом приподнявшись, стала разминать отекшие мышцы. Мелкие ветки и травинки оставили отпечаток на коже. Растерла ладонями лицо.

— Это еще, откуда? — с удивлением обнаружила на руках кровь, да еще щека странно заныла, — неужели поранилась? — осторожно ощупала себя. Действительно, на скуле обнаружила глубокую царапину. — Что-то не припомню, чтобы где-то зацепилась.

Причина обнаружилась в ветках. Та куча, на которую ночью меня угораздило свалиться, на самом деле прикрывала спрятанный от посторонних глаз плоский камень. Широкий. Больше метра в диаметре. С бурыми потеками и странными выдолбленными в нескольких местах канавками. Среди веток обнаружился обломок доски с торчащим в ней ржавым гвоздем. Судя по тому, что и гвоздь и доска были перепачканы чем-то красным, именно о них я приложилась ночью.

Глубокая, — определила по количеству крови, — если бы ни повышенная регенерация, могла и не проснуться.

Зеркальце, найденное в одном из кармашков одежды, подтвердило это. На месте царапины осталась лишь красная полоса шрама. Но и он очень скоро должен был исчезнуть.

Хм, мне повезло! Даже толика крови демона творила чудеса.

Воды у меня оставалось больше половины бутылки. Хватило, чтобы попить и умыться. Пустую тару примостила на ближайшем дереве, как знак, по которому могла опознать поляну. Хотя внутри крепла уверенность, что найду это место с закрытыми глазами. Внутренний компас после ночи, проведенной на камне, заработал в полную силу. Так, я безошибочно определила, в какой стороне деревня. На обратную дорогу ушло меньше часа. К дому вышла с противоположной стороны от той, куда уходила.

У открытых настежь ворот стояли четыре внедорожника. Возле них суетились люди в форме. Похоже, Сэм привлек к моим поискам чуть ли не армию. На мое появление никто не отреагировал. Я даже во двор зашла беспрепятственно. А там развернулся целый штаб. Прямо на улице под наспех сооруженным навесом стоял большой стол. Склонившись над ним, люди сосредоточенно рассматривали разложенную карту. Вокруг точки, обозначающей Озерки, красными флажками были отмечены места, где уже побывали люди Сэма. Это я поняла из обрывка разговора, который успела подслушать.

— Ее не могли вывезти из деревни незаметно. Она не ушла бы с посторонними. Значит, ее вынудили. Или оглушили. Они могли ей навредить.

— Это вряд ли, — буркнула я, — пусть бы только попробовали. Кого ищем?

Несколько пар мужских глаз уставились на меня.

— А вы, собственно, кто? — поинтересовался вояка с майорскими погонами на плечах.

— П-пропажа, наверное, — под испепеляющим взглядом Седого захотелось провалиться под землю, — я не хотела. Случайно получилось. П-прогуляться вышла и заблудилась немного.

— Немного?! — взревел Сэм, — двое суток, по-твоему, немного? Да мы тут чуть с ума не сошли!

— Двое суток? Офигеть! А я думаю, что так жра… кушать хочется. Есть что-нибудь съестное?

— Ты…

Мужчина замахнулся, чтобы залепить пощечину. А я сжалась, и не думая уклоняться. Заслужила, ведь.

Двое суток! Кто бы мог подумать! Белобрысая могла бы предупредить, что ли.

Удара не последовало. Вместо этого, меня рванули к себе и с такой силой стиснули в объятиях, что я охнула.

— Идиотка безмозглая! — прошептал Сэм, — выпорю! Посажу под замок. Ты хоть представляешь, что мы все тут пережили? Марте скорую пришлось вызвать. У нее сердце слабое. Я на ребят сорвался, чуть не убил. Если бы это было возможно, поседел во второй раз.

— Так понимаю, это и есть Диана Седихина? — влез в разговор тот самый вояка, — позвольте узнать, вас кто-нибудь похищал? Увез силой? Угрожал?

— Нет. Вышла прогуляться и заблудилась. Сама виновата.

— Что ж, тогда, господин Седихин, нам стоит обсудить некоторые вопросы, — во взгляде мужчины читалось недовольство. Судя по всему, Сэму предстоял сложный разговор.

— Конечно. Я провожу Диану в дом, а после можем поговорить в моем кабинете.

Молча кивнув, вояка отправился к джипам. Отрывистыми приказами сообщил об отмене операции. Следом послышались хлопки закрывающихся дверей и гул взревевших моторов. Мы с Сэмом зашли в дом.

Внутри на меня обрушился поток объятий, слов и слез от Марты. Вцепившись мертвой хваткой, она проводила до комнаты и, взяв обещание никуда не выходить, помчалась на кухню. Сэм же, сдав меня с рук на руки, отправился в кабинет.

Пока я нежилась в ванной, Марта накрыла стол в маленькой гостиной, справедливо рассудив, что слушать громкий разговор мужчин, доносящийся из кабинета, мне не стоит. Все то время, что я ела, она сидела напротив, подперев голову кулаком, и смотрела на меня. Пусть на аппетит это не влияло, но под таким любящим взглядом было не по себе.

Мысленно внушала женщине спокойствие и ощущение того, что все позади. Всего лишь легкое волнение из-за того, что я припозднилась с прогулки. Так и объяснила Марте свое отсутствие. Поймала себя на том, что нехорошо поступила с человеком, который искренне ко мне привязался. Но иного выхода не видела. Сказать ей правду не могла.

А вот от Сэма скрывать ничего не собиралась. Спустя два часа, когда все посторонние убрались из дома, встретились с ним за чашечкой чая на веранде. Первым делом он поинтересовался, как мне удалось улизнуть с охраняемой территории.

— Нда, что-то такое и предполагал, — высказался Седой, узнав о причине, побудившей меня к действиям, — я одного понять не могу? Почему не оставила записки? Не предупредила меня, в конце концов? Я что, монстр? Думаешь, не пустил бы тебя на прогулку?

— Одну? Ночью? В лес? Не-а, — я скептически хмыкнула, — не пустил.

— Соображаешь, — подтвердил Сэм, — и где же ты была все это время?

— Не поверишь! В Нижнем демоническом мире! — насладившись эффектом разорвавшейся бомбы, продолжила, — поначалу я и не думала уходить далеко. А потом, будто что-то нашло. Меня потянуло к тому месту. И, как оказалось, не зря. Посмотри! — достала кулон, который не снимала с момента, как Седой передал мне его в больнице. — Видишь, камушки как будто светятся! Он заряжается! Сам! Если накопит достаточно энергии, как думаешь, сможет перенести обратно на Дхаар?

Обнаружила я это открытие недавно. В ванной. И теперь сама горела надеждой и строила предположения.

— Определенно… это твое приключение пошло на пользу, — вынужденно признал Седой, — но впредь не делай ничего, что может тебе навредить. Ты понятия не имеешь, сколько опасностей может подстерегать в лесу.

— Я не такая беспомощная, какой ты меня считаешь! — неожиданно для себя разозлилась. Тоном, каким Сэм меня отчитывал, разговаривали с непослушными детьми. А я давно не ребенок!

От хлопка и последующего за этим звона, вздрогнула. Стакан в моей руке лопнул, осыпавшись мелкими осколками. Часть из них вонзились в кожу.

— Дхарг! — поежилась от вида торчащих из ладони стекляшек, — я не специально! Оно само!

— Угу. Само, — буркнул Сэм, перехватив мою руку и осторожно вытаскивая блестящие кусочки из ранок, — вот так запросто, специальное небьющееся стекло взрывается. Ни с того, ни с сего! Ка-анешно!

— Хочешь сказать, это я сделала?

— Ну, не я же! Ты ведь что-то чувствовала? Или подумала о чем-то?

— Эээ… разозлилась. На то, что отчитываешь, как ребенка. А я взрослая женщина и сама могу принимать решения.

— Ди! Я же просто волновался. Это не потому, что считаю тебя слабой или неспособной за себя постоять. Ты дорога мне. Я хочу защитить. Неужели это так сложно понять?

— Ну, прости! Сколько еще мне извиняться? Обещаю, в следующий раз оставлю записку.

— Ди, — Сэм сжал мою ладонь, мелкие ранки на которой уже затянулись, — поклянись, что никуда не выйдешь из дома без охраны. И вот этого, — вложил в руку продолговатый кулон с мигающим внутри огоньком.

— Что это? Зачем?

— Это маячок, чтобы я мог найти тебя, где бы ты ни была.

— Но к чему такие меры? — насторожилась, отметив, как странно отводит взгляд Сэм. Будто, что скрывает. И еще куча военных, что собирались прочесывать лес. Не спасателей, а именно военных. Пусть, кроме майора, все были одеты в гражданскую одежду, но выправку ничем не скрыть. — Я чего-то не знаю? Ни о чем не хочешь рассказать?

— Ди, ты же помнишь, что позавчера я должен был попасть на собрание акционеров?

— Угу, — подтвердила, отметив, как странно Седой начал рассказ.

— Утром я зашел попрощаться и… в общем, не обнаружив тебя на месте, поднял тревогу. Мы просмотрели видео, и выяснили, что ты вышла из комнаты после полуночи. Через ворота или калитку не проходила, значит, покинула дом другим способом. Теперь знаем каким. Однако наружные камеры показали, что примерно в это время к дому подъезжала машина. Постояв около часа, она уехала. Номер рассмотреть не удалось, только марку, фольксваген-пассат, и то, что она темного цвета. Мы предположили, что на посту ГИБДД, в пяти километрах отсюда, вполне могли заметить автомобиль. Я отправил Егора разузнать.

— И? — в нетерпении подалась вперед. Ладно, я сама ушла из дома. А вот странные машины — это не к добру.

— В общем, автомобиль взорвался в километре отсюда. Егор в реанимации. Если бы я поехал, как и планировал раньше, от меня мокрого места не осталось. Заряд как раз под задними сиденьями был расположен. Повезло, что Егор забыл пристегнуться и ехал с открытым окном. Его выбросило из салона взрывной волной.

— Как он? — от неприятных новостей внутри все заледенело. Не вздумай я уйти, рыдала бы сейчас на могилке Сэма.

— Множественные переломы. Ожоги. Почти пятьдесят процентов. Шансов мало, — не стал скрывать Седой, — я поместил его в самый лучший ожоговый центр. Мог бы и за границу отправить, только нельзя пока. У него все: лучшие врачи, лекарства, оборудование.

— Я должна переварить информацию, — схватив бутылку с ликером, налила полный стакан. Выпила залпом, — это ведь покушение. Кто-то знал, что ты поедешь утром. И то, что сядешь сзади, чтобы поработать, просмотреть бумаги перед заседанием. В прошлый раз, когда тебя выкинуло на Дхаар, с машиной тоже что-то сделали? Ты сказал, что тормоза отказали, так? Может, это одни и те же люди? Сэм, кто они? Если я доберусь до них, порву голыми руками!

Последние слова прорычала, столько злости вдруг обнаружилось к тем, кто посмел покуситься на то, что было мне дорого. Посуда на столе треснула разом. Стаканы разлетелись на осколки, графин с ликером раскололся надвое, тарелки покрылись сетью трещин. Вдобавок к этому, одежда на Сэме странно задымилась. Именно в том месте, куда был направлен мой взгляд.

Седой аж подпрыгнул, когда понял, что горит. Чертыхаясь, стал хлопать руками по тлеющей ткани. Я подскочила и стала сдирать с него вещи. Он тоже сообразил, что проще затушить, если снять с себя и поспешил скинуть пиджак и рубашку.

— Прости! Прости, — бормотала, понимая, что сама спровоцировала все это, — я не знала, что могу так. Этого никогда не было. Я не контролирую. Я так разозлилась. Прости.

Под конец разрыдалась на груди у друга. Столько новостей и событий в один день! От каждого волосы становились дыбом. А тут еще все вокруг взрывается и загорается!

— Эй! Ну, что ты! — Сэм подхватил на руки и отнес в мою комнату. Усадил на кровать и подал салфетку, — не нужно так расстраиваться. Тебе вредно волноваться. Все обошлось.

— Я чуть не потеряла тебя, — всхлипнув, разревелась еще сильнее.

Устроившись рядом, Седой прижал к себе и стал гладить по голове, как ребенка.

— Ну, все. Все, Ди! Успокойся. Все будет хорошо. Мы справимся.

Сколько так просидели, не помню. Сэм что-то говорил, успокаивал, рассказывал какие-то истории из прошлого. Я не запомнила. Главное — это его поддержка и крепкое плечо. Рядом с этим человеком было тепло и надежно. Сама не заметила, как задремала.

Этой ночью мне впервые приснился Аламат. Выглядел он уставшим, как тогда, когда истратил силы на проверку обитателей поместья. Демон также сидел в кабинете, склонившись над бумагами. Потускневшие волосы, щетина, круги под глазами свидетельствовали о крайней степени усталости. Несвежая рубашка, пятна на столе и неубранный поднос с чашками говорили о том, что, заработавшись, Дайрон совсем позабыл о времени.

Бедненький! — пожалела его, — совсем некому позаботится. Куда крела Мати смотрит?

Как раз в этот момент кто-то постучал в дверь. Дайрон поднял невидящий взгляд, что-то резко ответил. Потом схватил пустую чашку и с силой запустил в стену. Бессильно откинувшись на спинку кресла, сжал пальцами виски. На миг лицо изменилось. На коже проступили льдисто-синие роговые пластины, превращая человека в страшного демона.

Не сдержав сорвавшегося с губ крика, проснулась. Тело бил озноб. Виной тому сползшее на пол одеяло. Замерзла. Не Дайрона ведь испугалась? Он демон, и мне об этом известно. Как и то, что у него есть боевая форма. О ней же говорил Ирс? Или Рес? Неважно.

Закутавшись в одеяло, встала с кровати. Рядом, на тумбочке, стояла вода. Но мне нужно кое-что покрепче. В гостиной разыскала графин с ликером. Прихватив его с собой, вернулась в постель. Первый бокал выпила, даже не почувствовав вкуса. Второй уже смаковала по глоточку. Внутренняя дрожь ушла. Теперь я могла вздохнуть спокойно.

Он тоже скучает! — я погладила животик, — ему также одиноко и плохо без нас. Но мы ведь найдем способ, правда? Папочка еще не знает, что у него есть ты, малыш. Обещаю, я сделаю все, чтобы мы были вместе. Ты заметил? Его взгляд? Он смотрел прямо на нас. За секунду до того как я проснулась. Быть может, у нас получится поговорить с ним, как с Тарой? Тогда я тоже спала. Не знаю. Но обязательно попробую.

Мысленный диалог с малышом принес удовлетворение. Отчего-то казалось, что он (или она) понимает меня. Во всяком случае, допив содержимое бокала, я легла на подушку и легко заснула, глупо улыбаясь непонятно чему.

Утро началось со странного стука и какой-то возни во дворе. Накинув халат, вышла на террасу. Несколько мужчин в рабочих робах монтировали кованые решетки на окна первого этажа. Еще двое в спецовках устанавливали спутниковую тарелку.

К чему нам еще одна? Да еще такая здоровая?

В распахнутые ворота как раз въезжал фургон с эмблемой фирмы по грузоперевозкам. Сэма нигде не было видно. Только десяток вооруженных людей в форме охранников. Обилие оружия вызвало тревогу.

Это дом за городом? Или форт Нокс? Что здесь происходит?

Поспешила умыться, переоделась в удобные льняные брючки с просторной туникой и спустилась.

— Дианушка! — встретила Марта, — доброе утро! Разбудили тебя, ироды! Давай-ка, садись, — указала на широкий кухонный стол, — раз уж спустилась, тут и поешь. Там, на террасе сейчас тоже решетку буду устанавливать.

Послушно усевшись на диванчик, уставилась голодным взглядом на женщину. Любопытство любопытством, а нам с малышом прежде поесть нужно.

— Что тут творится-то, расскажешь? — спросила, щедро намазав на блинчик горчички и отправив лакомство в рот.

— Страсть, какой ужас! — всплеснув руками, ответила Марта, — Эдюшка с утра в город собрался. Время-то раннее было, не рассвело еще. Я ему яишенки, да тостов сделала. Не тяжело ведь. И проводила за ворота. Назад и шагу ступить не успела, слышу — хлопки! Один, другой, а потом как зачастят. Кирушка с Пашей бегут. Пистолеты достали, стреляют. Жуть! Думала, помру со страху-то!

— Что? — надкушенный блинчик застрял в горле, — здесь была перестрелка? А Сэм? Он жив? Ранен? Что с ним? — подскочив к Марте, вцепилась в ее руку, — почему меня не разбудили?

— В порядке Эдюшка. Полиция заявилась быстро. Он с ними-то и укатил. А потом эти, — кивнула в сторону маячившего в окне рабочего, — понаехали. Гремят, стучат, мусорят, дом уродуют. Ну, к чему эти железяки?

— Что ж за дела творятся, если средь бела дня, то есть утра, убивать решились? — тревога разрасталась с каждой минутой. Теперь из дому свободно не выйдешь, и внутри покоя не будет. И еще каждый раз переживать, когда Седой куда-то уезжает. Тут ведь на пороге едва не застрелили. А в городе? Там же масса возможностей!

Приехавшего только к обеду Сэма готова была растерзать.

— Где ты был? Что так долго? Почему телефон не отвечает? — накинулась на него с порога.

— У следователя. Ди, ты чего? — Сэм подошел к разрыдавшейся мне, — переволновалась? Все ж хорошо! Что ты!

— Представляешь, сколько ужасов я передумала, пока тебя не было? Что происходит? Можешь объяснить нормально? Кто хочет тебя убить? Зачем? Кому ты перешел дорогу?

— Вижу, понимаешь, каково это беспокоиться о близких, — Сэм обнял и крепко прижал к себе. — Это не минутный разговор. Давай сначала закончим с делами. Мне работу принять нужно, рассчитаться. Пообедать, опять же. А вечерком и поговорим.

— Я до вечера с ума сойду от любопытства! Или от скуки сдохну!

— О! Скучать не придется. Я тут полный отчет по фирме привез. За последние три года. Его проверить бы!

— Кхм. Да тут же одним днем не обойдешься! Месяца не хватит, если все досконально проверять! — навскидку прикинула объем работы.

— Я и не тороплю. Ты пока просмотри бумаги, с чего в первую очередь начать, а что на потом отложить. Завтра как раз всю оргтехнику привезут и установят. Я что мог важное из кабинета забрал. Решил тут поработать какое-то время. А руководить и по телефону можно. Или скайпу.

— С чего вдруг ты проверку затеял? Или есть повод подозревать кого-то?

— Ди! Все вечером! — отмахнулся от вопросов Сэм. Однако по мелькнувшему на лице раздражению, поняла, что в делах последнее время не все так благополучно, как он хочет показать.

С бумагами, сложенными в три больших коробки, я могла просидеть очень долго, просто сортируя по видам и назначению документов. Кто-то очень не хотел, чтобы данные попали в чьи-то руки, поэтому бессовестно смешал папки, предварительно изъяв описи и классификаторы. Для того чтобы разобраться, следовало просмотреть и переложить каждый листик. Чем я и занялась, совершенно выпав из времени до тех пор, пока в кабинет не заглянула Марта, чтобы позвать на ужин.

Атмосфера за столом была напряженной. Марта дулась на Эдюшку, что он наводнил дом рабочими и вояками. Первые затоптали клумбу во дворе и жутко намусорили. А последние так и норовили сунуть свой нос во все дела. На кухне женщина справедливо считала себя полноправной хозяйкой, и любое поползновение воспринимала в штыки. Удивляюсь, как она смогла найти общий язык с Анной. Возможно, смирилась с фактом, что самой везде не успеть. Да и отдать должное, Анна тихая женщина, не скандальная и трудолюбивая. Марта жалела ее. А как иначе? Несчастной и так досталось. Дочка ее, восемнадцати лет, была неизлечимо больна. Синдром Дауна. Видела ее мельком, крупная некрасивая девица. Единственным украшением служила длинная русая коса, да искренняя улыбка на круглом лице. Не будь этой болезни, кто знает, как бы она выглядела. Судя по матери, была бы весьма симпатичной девушкой.

Седой не выпускал из рук телефон, умудряясь жевать и отдавать распоряжения одновременно. Залегшая над переносицей глубокая складка, хмурый взгляд и стальная интонация говорили о том, что Сэм включил режим начальника-тирана и к нему лучше не приближаться.

Не нравилось мне это. Судя по разговору, из-за последних событий сорвалась крупная сделка. Партнер по бизнесу, с которым сейчас и беседовал Сэм, был весьма недоволен этим.

— Это Александр? — уточнила, когда Седой, наконец, отложил телефон в сторону.

— Он, — мужчина, скривившись, кивнул, — Марта, подготовь гостевые комнаты. Брагин с женой приедет к нам на выходные.

— Зачем это? — я чуть не поперхнулась. Мало того что тут и так не протолкнуться, так еще и гости. Если общаться с охраной я могла по своему усмотрению, то с нашими компаньонами этот фокус не пройдет. — Ты сказал, с женой? Она же где-то в Европе, путешествует? Разве не так?

— Приехала, значит, — процедил Сэм.

— Вижу, ты не очень-то рад.

— Ты поела? — получив мое подтверждение, Седой поднялся, отставляя почти полную тарелку, — тогда идем!

Недоуменно переглянувшись с Мартой, я последовала за мужчиной. Слишком уж серьезно и обеспокоенно он выглядел. Видимо, разговор предстоял сложный. В кабинете я удобно расположилась в кресле, поставив на подлокотник прихваченную тарелку с пирожками. Графин с моим любимым ликером Сэм молча достал из бара. Налил мне полный бокал. Себе плеснул виски. Выпил залпом.

Ого! Давненько разговор не начинался таким образом!

Поднявшись, подошла к Седому, обняла за талию, прижавшись лбом к его груди.

— Все так плохо? Сэм, ты можешь рассказать мне. Ты же знаешь!

— У меня нет доказательств, — ответил он глухим голосом, — и вряд ли они когда-нибудь появятся. Мы можем потерять компанию.

— Сэм! Это всего лишь деньги! Много они тебе помогли, когда ты попал на Дхаар? Принесли ли счастье здесь, на Земле? Я бы отдала все до копейки, если бы это могло вернуть мне отца. Твоя, моя, наши жизни важнее. Мы можем уехать куда-нибудь, где нас никто не найдет.

— Знаешь, иногда мне этого очень хочется! Я просто… не могу поверить, что за всем стоит именно она.

— Она? Ты про кого?

— Про Ольгу. Мою бывшую жену.

— Кхе-кхем! Вот так новость! Ты не говорил, что был женат.

— Не говорил. Потому что хотел забыть о ней, как о страшном сне. Вычеркнуть из жизни. Однако эта женщина — мой вечный кошмар.

— Ты так ее любил? — предположила я.

По тому, как Сэм вздрогнул, а потом закаменел, поняла, что попала в точку.

— Не то слово. Боготворил.

— Мне жаль, — погладила его по широким плечам, — ты хоть немного был счастлив?

— Пока не узнал, какая она сука, да. И она, и Сашка были моими самыми близкими друзьями. Я ведь детдомовский, не так просто с людьми схожусь. Побывал в нескольких семьях, пока рос. Но ни с кем так и не смог построить отношений.

На минуту Сэм задумался. Я чувствовала, как нелегко ему вспоминать, и, тем более, делиться этими воспоминаниями. Поэтому молчала.

— С Санькой познакомился на первом курсе института. Богатенький мальчик, мажор, которого предки заставляли учиться. И я, нищий студент, но с тягой к знаниям и мозгами. Я ведь, чтобы поступить, ночей не спал, зубрил, старался. А этот, все те же ночи кутил, лекции прогуливал, девиц менял как перчатки.

— И как же вы сошлись?

— Все просто! Ему нужны были курсовые и контрольные. Мне — практика на фирме его отца и подработка. И потом, Сашка помешан на здоровом образе жизни и тяге к красивым вещам и людям. Всегда окружал себя самыми эффектными девушками. Парни тоже должны были соответствовать. А я, может, и не качок, но постоять за себя мог. Так и затесался в компанию мажоров.

— Ольга была одной из девиц твоего друга?

— Не совсем, — Сэм налил себе еще виски, выпил, неторопливо съел пирожок и лишь после этого продолжил, — она была его сводной сестрой. Отец Сашкин периодически менял жен, выбирая все моложе и моложе. А в этот раз увлекся женщиной постарше. Впрочем, выглядела Карина Павловна ровесницей своей дочери, разве что роскошнее и ухоженней. Но и Ольга выросла красавицей. Я познакомился с ней на Сашкином дне рождении, и уже не смог выкинуть из головы.

— А она?

— Ей нравилось внимание. Нравились дорогие подарки и вечеринки в клубах. Шмотки. Драгоценности.

— Нда, — я искренне посочувствовала, — а бедному студенту все это не по карману.

— Именно! Ольга заявила прямо, что пока у меня нет денег, отношения между нами невозможны.

— Кхм, полагаю, это дало толчок к твоему росту? Ты ведь женился на ней. Значит, смог добиться ее.

— Да! Не без Сашкиной помощи, конечно. И его отца. Петр Андреевич давно понял, что сын не сможет удержать фирму на должном уровне. А тут я. Знающий. Умный. Готовый носом землю рыть, чтобы добиться успеха. Руководящая должность, практика за границей, несколько удачных сделок. Тогда я считал себя счастливчиком. От простого менеджера до исполнительного директора за каких-то пять лет? Головокружительная карьера. У меня появились деньги. Возможности. На мое предложение Ольга ответила согласием.

— И когда же все пошло не так? — осторожно поинтересовалась я. Действительно, успех Седого на самом деле невероятен. Но если судить по тому, сколько труда и упорства он приложил к этому, то закономерен.

— С самого первого дня. Представляешь, в первую брачную ночь я обнаружил в своей спальне не горячо любимую жену, а ее мать. Где пропадала Ольга, узнал через несколько лет. А вот Карина Павловна, оказывается, все время, что я посещал их дом, жаждала оказаться в моей постели. Я, конечно, не святой. Девушки у меня были. Но такого позволить себе не мог.

— Мда-а, непростая ситуация. Дочке даром не нужен, мамаша из трусов выпрыгивает, чтобы тебя заполучить, а тесть может и убить, если обо всем узнает. Я так понимаю, ты возглавил компанию после его смерти? Кстати, а как твоя жена объяснила свое отсутствие во время брачной ночи?

— Испугалась. Первый раз и все такое.

— Ой! Не смеши! Скажи еще, что она была девственницей.

— Нет. Но я поверил. У нас все случилось позже. И Ольга сыграла все очень убедительно. Со слезами, стонами и кровью на простынях. А я, дурак неопытный, повелся на спектакль. Носился с ней, как с фарфоровой. Берег. Баловал.

— И как же все выяснилось?

— Банально. Вернулся из командировки на сутки раньше и застукал жену в постели с братом.

— Эмм, ну… любовник ведь не приходился ей кровным родственником?

Хм, теперь понятно, откуда взялась идея про брата и сестру, и почему вызвала такой резонанс в обществе.

— Это да. Но сам факт! Они же дурили всем голову с самого начала. Никто не подозревал, какие отношения связывают этих двоих. К тому же Сашке такой расклад на руку. Пока Ольга замужем, не сможет претендовать на его свободу. Как руководитель я всех устраивал. Дела фирмы пошли в гору.

— Полагаю, ты не стал плясать под их дудку?

— Нет, конечно. С Ольгой мы развелись. А вот фирму бросить не смог. Дал Петру Андреевичу слово, что не оставлю пост, чтобы не случилось. Он, видимо, уже тогда подозревал неладное. Недаром, незадолго до смерти, развелся с Кариной. Сашке тоже контрольный пакет не оставил. Как знал, что сынок развалит все, что с таким трудом создавал долгие годы.

— А что твой бывший друг? Как он объяснил все это?

— Никак! У Сашки дар оказываться в щекотливых ситуациях. И также из них выкручиваться. Он не прошибаем. По сей день звонит, как ни в чем не бывало. Отказать ему сложно.

— Значит, завтра мы будем принимать не только твоего компаньона, но и бывшего друга с бывшей женой? Занятно! А почему ты думаешь, что Ольга причастна к последним покушениям?

— Я смог вывести свои активы. Слияние с Дианеей и несколькими другими фирмами, дало возможность разделить капиталы. У меня нет наследников. Поэтому в случае моей смерти все отошло бы Брагиным. В какой-то мере, я сам спровоцировал покушения. Слияние фирм потребовало вложения средств. А Сашка с Ольгой привыкли жить, ни в чем себе не отказывая. А тут резкая нехватка наличности. И вроде бы младенцу понятно, нужно немного потерпеть и прибыль окупит любые вложения с лихвой. Но…

— В целом мне все ясно, — прервала очередную грозившуюся затянуться паузу, — завтра прибудет весьма опасная парочка. Про них мог бы и раньше рассказать. Александр не понравился мне еще в первую встречу. Ты прав, его обаяние зашкаливает. Сложно ему в чем-то отказать. Я просто не предполагала, что все настолько запущено.

— Я не хотел, чтобы ты испачкалась в этой грязи. Думал, переедешь, и проблема с Брагиным решится сама. Я же видел, как он подбивал к тебе клинья.

— Сэм! — я не сдержала смешка, — когда же перестанешь во мне сомневаться и считать беспомощным ребенком? Думаешь, я не поняла, что ему нужно? Поверь, нашу последнюю встречу он запомнил. Уверена, на месяц лишила его желания распускать руки.

— Он приставал к тебе? — Седой вскипел, — почему мне не сказала?

— Зачем? Ты и так, взвинченный был. От моего коронного удара в пах еще ни один любитель распускать руки не ушел. Знаешь ли, у меня особое отношение к похотливым кобелям.

— Да уж! — мужчина хмыкнул, — вот еще что… Ты постарайся не волноваться. Ни к чему Брагиным знать о твоих способностях. Как и о том, что ждешь ребенка. Благо, пока это незаметно и можно спокойно скрыть от окружающих.

— Сэм! Я же не контролирую это. Понятия не имею, как все происходит!

— Ну, почему же? Ты ведь сама сказала, что разозлилась.

— Вот дхарг! Оно же само! Ты ведь понимаешь, что у беременных настроение скачет постоянно. Может, успокоительного попить?

— Не употребляй это слово, — попросил Седой, — это мы с тобой знаем, что оно означает. А у окружающих могут возникнуть вопросы. А насчет успокоительного, верное решение. Скажу Роману, чтобы привез пару упаковок самого сильнодействующего.

— Роману? Это новый начальник охраны? — уточнила я, услышав новое имя.

— Да. Прислали на замену Егору. Знающий мужик, опытный, — подтвердил Седой.

— Слышу неуверенность в голосе. Не доверяешь ему?

— Не то чтобы нет. Я его не знаю. Егор со мной уже очень давно. Может, и не такой матерый, как Роман, но честный. С принципами. Я таких людей уважаю.

— Согласна. Егор внушает доверие. Кстати, как он там? Есть новости?

— Перевели в палату интенсивной терапии. Жить будет, — с облегчением в голосе поведал Сэм.

— Ну, и, слава богу! Было бы жаль потерять такого человека. Главное — выкарабкался. А там, поможем всем, чем можем. Так ведь?

— Ты еще сомневаешься? — хмыкнул Сэм, — пойдем, что ли, чайку попьем?

— Может, чего посущественней? — предложила я, — за ужином-то не съел ничего. Марте только намекнуть, весь стол продуктами завалит.

— Ладно, уговорила. Пойду, попрошу накрыть нам на террасе.

— И мяска мне! С кровью! — крикнула вдогонку выходящему из кабинета мужчине. Кому как, а поесть я завсегда первая. Вернее, не я, а мы.

Куда только что девалось? При том количестве пищи, что я употребляла, за все время поправилась на килограмм или два.

За поздним ужином на террасе, мы обсудили стратегию поведения с Брагиными. Для общества мы считались женихом и невестой. Нужно было соответствовать.

— Как считаешь, у них возникнут вопросы, если мы будем спать в разных спальнях? — спросила Сэма первой. Сам бы он ни за что не поднял этот вопрос.

— Мне плевать, какие вопросы у них возникнут. Моя личная жизнь их не касается. И, вообще, общие спальни — пережиток. Так пишут в женских журналах.

— Сэм, ты читаешь женские журналы? — я хихикнула, представив себе эту картину.

— Нет. Ольга читала. И это ее слова. Так что беспокоиться не о чем.

— Я бы хотела еще раз сходить на то место, — затронула действительно волнующую тему, — Тара должна ответить на мои вопросы.

Сэм засопел, уткнувшись в свою тарелку. С минуту или две молчал, пожевывая нижнюю губу.

— Ты действительно хочешь вернуться на Дхаар? Впрочем, о чем я? Конечно, хочешь. Я просто… не хочу тебя потерять.

— Сэм, я тоже. Но ты ведь с самого начала знал, что так будет. Я люблю Дайрона. Но и ты мне небезразличен. Я желаю тебе счастья. Ты, как никто, заслуживаешь этого.

— Спасибо, Ди. Если хочешь, прогуляемся завтра утром. Думаю, до приезда гостей успеем. С собой что-нибудь нужно взять?

— Эээ, да! Тара сказала, что нужна кровь. Животного, не моя, — поспешила успокоить Седого, который в лице изменился после моих слов.

— Спрошу у Михаила. Какого-нибудь цыпленка или кролика будет достаточно?

— Хочешь сказать, что придется убить беззащитное существо? — меня передернуло от отвращения.

— Вот так та-ак! — Сэм усмехнулся, — железная Ди, выпотрошившая трех ублюдков, расправившаяся с озерным монстром и победившая первого дактора огненных демонов боится свернуть шею кролику?

— Тьфу на тебя! Я же серьезно!

— А кто тут шутит? Ладно. Если боишься, сделаю сам. А кровь солью в банку. Так устроит?

— Устроит, — буркнула в ответ, — пойду-ка я спать. Во сколько завтра пойдем?

— Сразу после завтрака. Я же не пущу тебя в лес голодной? Спокойной ночи! — Сэм подошел и поцеловал меня в лоб. После отправился к себе.

Засыпая, вновь думала об Аламате.

Как он там? Как Ланни? Эльзин? Соскучилась по ним невероятно. Интересно, как малышка воспримет, что у нее будет братик или сестричка?

Затем мысли невольно переключились на старшего сына. Поймет ли он когда-нибудь, как ошибался? В его возрасте любая проблема воспринимается, как мировая катастрофа. Как Игорек отреагирует на известие о беременности? Маленький, он часто просил братика. Будет ли рад теперь?

Дайрона я все же увидела. Но он был так далеко, что едва узнала. Недоступный, холодный и такой родной. Кажется, он злился, что-то кричал. Но на таком расстоянии я его совершенно не понимала.

Утром встала совершенно разбитой и раздраженной. Дикое, до слез, желание оказаться рядом с Аламатом изводило больше всего. И эти сны, в которых могла видеть своего демона, только усугубляли чувство одиночества. Единственное, что не давало погрузиться в уныние, предвкушение новой встречи с Тарой. К ней было столько вопросов! Столько тем, которые больше не с кем обсудить. Вот только…

В прошлую встречу мы разговаривали не более получаса. А на Земле прошло почти двое суток. Сэму не понравится, если буду валяться на том камне несколько часов подряд. Да и нет у нас этих часов.

Дхарг бы побрал незваных гостей!

Значит, у меня будет не больше минуты. О чем же спросить в первую очередь?

Этим вопросом озадачилась надолго. Размышляла, пока умывалась и принимала душ. Во время завтрака, бездумно поглощая все, что Марта положила на тарелку. Даже Сэм обратил внимание на мою задумчивость.

— Что тебя тревожит? — поинтересовался он, улучив момент, когда Марта отвлеклась, чтобы собрать нам еды в дорогу.

Мы же просто обязаны проголодаться, гуляя по лесу!

— Я не знаю, о чем спросить Тару. Времени у нас ведь будет очень мало, — честно призналась другу.

— Вот и узнай, есть ли способ общаться, не проливая ничью кровь и не валяясь сутками на холодном камне!

— Камень, между прочим, теплый, — буркнула в ответ, — но ты прав. Тара что-то говорила про сделку. И о том, что любой демон мечтает вырваться из Нижнего мира.

— Чтобы она не сказала, не соглашайся, не посоветовавшись со мной! Пообещай! — потребовал разволновавшийся Сэм. После того как мне пригрозили, вообще, никуда не пускать, я поклялась не принимать серьезных решений в одиночку. — Вот и договорились, — немного успокоился он.

— Ты достал то, о чем я тебя просила? — вспомнила об одной важной детали, без которой свидание с демоном невозможно.

— А как же! — Седой хмыкнул, — с утра пораньше занялся этим вопросом. Кстати, сегодня на обед будет крольчатина.

— Нда? — я на секунду зависла, соображая, беспокоит меня тот факт, что друг собственноручно зарезал несчастное животное, чтобы достать необходимой для ритуала крови. Оказалось, что нет. И предстоящий обед из того же убиенного кролика ничуть не смущал.

— Вижу, ты не пополнишь ряды защитников животных, — с долей сарказма в голосе заметил друг.

— Нет, — я пожала плечами, — мы регулярно употребляем в пищу мясо и совершенно не задумываемся над тем фактом, как оно попадает к нам на стол. Животные — часть пищевой цепочки. Так что, о чем жалеть? Я против убийства ради самого убийства. Или забавы. Жестокости. Издевательств.

— Как и я, — поддержал Сэм, — так что? Пойдем? Ты готова?

— Конечно!

Еще перед завтраком натянула привычный костюм для прогулок. Оставалось только надеть ботинки с широкой прорезиненной подошвой, да прихватить корзину для пикника, на который мы якобы собрались.

Это объяснение придумали для Марты, которой было непонятно, с чего это мы с утра пораньше решили отправиться в лес.

На этот раз путь на знакомую поляну показался еще короче. Может, это оттого, что я так спешила на встречу, что мчалась, продираясь сквозь кусты и норовящие вцепиться в одежду и волосы ветки? Сэм молча пыхтел позади, неслышно чертыхаясь, когда те самые ветки все же хлестали по лицу или телу.

— Это здесь! — я обрадовалась, заметив всунутую мной в расщелину дерева бутылочку.

Пока я бодро скидывала листву и сушняк с камня, Сэм осматривался, придирчиво исследуя окрестности возле поляны.

— Не верится, что ты пролежала здесь столько времени, и никто на тебя не наткнулся, — наконец, заговорил он, — даже следов животных не видно. А тут, по словам местных жителей, их водится немало.

— Возможно, так влияет камень? Смотри! — выудила из-за пазухи кулон. Завальцованные в металл камешки светились едва заметным на солнце желтым цветом.

— Амулет зарядится, когда камни в нем покраснеют, — пробормотал Сэм, — я вспомнил! Точно! Это сказал Дайрон, перед тем, как отдать мне кулон. Я не придал тогда этому значения. Выходит…

— Это мой билет обратно! — стиснула потеплевший диск в руке, — но как он работает? Что нужно сделать или сказать? Или, может, нужно вернуться на то место, откуда я перенеслась?

— Не знаю. Демон не объяснил. Может, он и не рассчитывал, что мы найдем возможность его зарядить?

— Спрошу у Тары! Поспешим! У нас не так много времени. Поговорить сможем и дома, — мне не терпелось увидеть демоницу.

— Что мне сделать? — друг достал из внутреннего кармана ветровки непрозрачную бутыль.

— Ну… эээ, — я немного растерялась, — в прошлый раз я просто свалилась от усталости на кучу веток, при этом случайно расцарапав кожу гвоздем. Давай, я лягу, а ты выльешь кровь на камень.

— Что ж! Иного варианта у нас нет. Так что, ложись, — Сэм заботливо расстелил прихваченный из дома плед.

— Хм, все удобства! Как тут устоять? — немного волнуясь, расположилась на камне. Чтобы сосредоточиться, прикрыла глаза, — лей кровь!

Когда упали первый капли, я не слышала. Зато почувствовала, какой вибрацией отозвался камень. Он будто иссушенный жаждой путник впитал драгоценную жидкость. Нотки металла, казалось, проникли и внутрь меня вместе с воздухом. Неожиданностью было почувствовать, как отозвалось собственное тело. Нечто темное, глубинное всколыхнуло инстинкты охотника. Почему-то явственно вспомнилась кровавая сцена расправы над насильниками. Затем момент, когда всадила нож дактору, и на лицо попали тягуче — сладкие капли.

— Еще! — облизав пересохшие губы, потребовала я.

На то, как низко и вибрирующе прозвучал собственный голос, не обратила внимания. Зато на то, что к моей просьбе отнеслись без внимания, разозлилась. Я ведь чувствовала кровь. Много. И совсем рядом. Желание заполучить ее стало нестерпимым. Тут же меня оросило целым потоком драгоценных брызг. Из горла вырвался ликующий рык. Одновременно с этим сознание затуманилось, проваливаясь в пустоту сна.

— Ты быстро вернулась, — знакомый голос вернул к действительности.

— Тара? — распахнув глаза, с радостью отметила, что попала туда, куда так стремилась, — мне нужно спросить тебя о стольких вещах! Но времени, к сожалению, мало.

— Понимаю, — демоница снисходительно улыбнулась, — о чем же ты пришла спросить?

— Эмм. Ну, прежде всего, о том, есть ли способ общаться с тобой, не прибегая к кровавым ритуалам?

— Способ есть. Но вот без кровавого ритуала там как раз и не обойдется. Хотя… если хочешь, могу прямо сейчас сделать это.

— Что? — совершенно не поняла, о чем говорит Тара.

— Чтобы попасть в ваш мир мне всего лишь нужно тело. И проводник.

— Кхм. Не сочти за дуру. Но не могла бы ты объяснить понятнее, — попросила я.

— А что тут непонятного? Здесь, — Тара обвела рукой пространство вокруг, — мы и живем, и нет одновременно. В основном, потому что не имеем физической оболочки.

— То есть, ты не такая, какой я вижу тебя сейчас?

— Это лишь образ, который я могу поддерживать. И то, потому что ты поделилась силой. Пролитая на алтарь кровь, служит источником. В другое время я лишь сгусток сознания.

— А как…

— Послушай! — перебила демоница, — на этот раз у нас действительно мало времени. В прошлый раз ты использовала свою кровь. Потому мы смогли говорить так долго. Если хочешь заключить сделку, согласна на любые условия. Умоляю, поторопись. Жертва вот-вот умрет, и тогда я не смогу вселиться.

— Жертва? Какая жертва? Это была лишь кровь кролика… — я испуганно замерла, припоминая последние мгновения перед переносом. — Хочешь сказать, человек, что был со мной, сейчас умирает?

— Ну, да! А разве ты не привела его специально для этого?

— Нет! — я рванулась обратно.

— Я буду ждать! — донесся отчаянный крик Тары.

Вынырнув из сна, резко подскочила. В глазах потемнело, а затекшие мышцы отозвались болью. Со стоном опустилась обратно.

Не время рассиживаться! — приказала себе.

Стиснув зубы, и не обращая внимания на жутко неприятные ощущения, встала на колени. Ощупала пространство вокруг себя. Сразу же наткнулась на Сэма.

Дхарг! Какой же он холодный!

Засохшая на слипшихся ресницах кровь не давала открыть глаза. Вспомнив, что где-то поблизости должна находиться корзина, спустилась с камня и стала обшаривать землю, стараясь не отдаляться. Когда наткнулась на искомое, чуть не завизжала от радости. С минуту яростно терла глаза, отмывая их от крови. Когда же мне удалось разлепить веки, чуть не взвыла от ужаса. Сэм был без сознания. Он лежал на камне, раскинув руки и ноги в стороны. А из ровных надрезов на запястьях и шее тонкими ручейками стекала кровь. Причем попадала она точно в специальные желобки, выдолбленные в камне. Куда девалась жидкость дальше, непонятно. Во всяком случае, на земле не было ни капли.

Бросившись к другу, первым делом стащила его на землю. Затем, вывалив содержимое корзины, вцепилась в хлопчатобумажное полотенце. Надрывая зубами края, порвала его на несколько полос. Как могла, перевязала раны, которые продолжали кровоточить.

Сколько же он крови потерял? — на эту тему даже думать боялась, — я же не прощу себе, если он…

Стянула с себя ветровку и подложила Сэму под голову. Под ноги, которые следовало приподнять вверх (спасибо курсу оказания первой помощи!), подложила перевернутую вверх дном корзину. Седой был очень слаб и бледен настолько, что мне становилось плохо от одного только взгляда. Слишком уж походил на покойника. Однако слабый пульс и едва слышно бьющееся сердце говорили о том, что лучший друг все еще жив.

В бутылку с водой налила немного крепкого виски, что Сэм прихватил с собой. Попробовала напоить его этим. Однако получилось влить всего два — три глотка.

Что же делать? — я с сомнением уставилась на телефон. Но колебалась недолго. В конце концов, объяснения, почему у человека располосованы запястья и шея, придумаю потом. Сейчас главное — попасть домой, где Сэму окажут необходимую помощь. Решительно набрала номер.

— Роман? Это Диана. Ты срочно нужен. Эдуард Михайлович ранен. Вызывай скорую, а сам с ребятами беги сюда. Надеюсь, по маячку вы быстро нас найдете?

Дожидаясь охрану, я спешно уничтожала следы «преступления». Закидала ветками алтарь. Отмыла, как могла, кровь с лица и рук. Сложила разбросанные продукты в корзину. Сэма оттащила на самый край поляны, расположив его на сложенном вчетверо пледе с максимально возможным в этой ситуации комфортом. В сознание он не приходил. Только стонал, когда я неосторожными действиями причиняла боль. А еще он был таким холодным, что интуитивное желание согреть заставило сесть рядом и прижаться к нему всем телом. Прильнув к его груди, сомкнула руки за его спиной. Стараясь не давить весом, закинула одну ногу на его бедро.

Холодный!

На его фоне потеплевший еще во время ритуала кулон казался огненным.

А что если… — сняла вещицу с себя и надела Сэму на шею.

Показалось, или с его губ сорвался стон? — заправила подвеску под одежду, — вещь наделена магией. Кто знает, какие свойства в ней скрыты? Вдруг поможет?

До прихода ребят я держалась, старательно прислушиваясь к сердцебиению, которое, казалось, становилось ровнее. Однако стоило им появиться, как вся решимость улетучилась. Глядя, как все еще недвижное тело укладывают на носилки, расплакалась.

— Что произошло? — задал ожидаемый вопрос Роман. Я заметила, что от его взгляда не укрылось ни мое испуганное лицо, ни перепачканная в крови одежда, ни замаскированный на поляне алтарь, возле которого виднелись наши с Сэмом следы и примятая дорожка травы, ведущая к тому месту, где мы их ждали.

— Я… не могу говорить об этом. Может, позже? — уставилась на него умоляющим, полным слез, взглядом. К сожалению, Роман был из тех редких личностей, на которых внушение практически не действовало. Оставалось надеяться на то, что мужчина поведется на мою игру. Тем более притворяться, что расстроена и дико переживаю за Седого не пришлось.

Всю дорогу держала Сэма за руку. Казалось важным, чтобы он чувствовал мое присутствие. И самой так было спокойнее. Периодически проверяла тонкую жилку пульса. То, как размеренно она билась, говорило о том, что с другом все будет хорошо.

Когда мы подошли к дому, у ворот уже поджидала скорая. Седого положили в машину, где к нему сразу подключили кучу датчиков. Мы с Романом, не сговариваясь, пролезли внутрь, чтобы быть в курсе всего, что там будут делать. Последовали экспресс-тесты, измерение давления, забор крови и куча других манипуляций. Затем настал черед осмотра. Каково же было удивление, когда на месте порезов, которые видели раньше, обнаружили лишь тонкие полоски шрамов. Взгляд начальника охраны выразил настолько искреннее изумление, что впору было рассмеяться. Мне пришлось постараться, чтобы ничем не выдать своей радости.

Кулон все-таки помог! — заметила, что камешки на нем вновь стали безжизненного белесого цвета. — Ну и пусть! — расстраиваться из-за того, что с таким трудом добытая энергия израсходовалась, не собиралась. Жизнь Сэма много дороже.

— Постельный режим, усиленное питание, витамины, — выдал свое заключение доктор, — еще вот это, — протянул написанные на листочке наименования препаратов, — десять дней внутримышечно. Дозировку указал. После рекомендую пройти обследование.

— Все сделаем, не волнуйтесь! — заверила мужчину, который в ответ иронично хмыкнул, давая понять, что как бы и не собирался этого делать.

Очнувшегося к этому времени Сэма подхватили охранники и, поддерживая с двух сторон, повели в дом. Я пошла следом, краем глаза отметив, как Роман что-то положил в карман доктору.

— Что на этот раз стряслось? — встретила обеспокоенная Марта.

— Все в порядке! Сэму стало плохо. А я перепугалась и запаниковала. Знаешь, — склонилась к женщине и заговорщически прошептала, — доктор сказал, что необходимо усиленное питание. Давление упало, гемоглобин низкий — в общем, сама знаешь, что необходимо пациенту в таких случаях.

Марта с видом истинного заговорщика огляделась по сторонам, кивнула и кинулась на кухню.

Ох! Не завидую Сэму! Марта теперь будет усиленно пичкать Эдюшку полезной и здоровой пищей.

— Диана Михайловна! — от окрика Романа чуть не подпрыгнула.

— Чего орешь? Напугал.

— Там гости пожаловали.

Сжав руки в кулаки, несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула.

Как они не вовремя! Что прикажешь с ними делать?

— Пошли кого-нибудь предупредить Эдуарда Михайловича. Я сама их встречу.

— Диана Михайловна, — Роман нерешительно преградил мне путь, — вы бы это… кровь смыли. Переоделись.

— Ты прав, — придирчиво себя оглядела, — не стоит пугать своим видом. Встреть их сам. Проводи в комнаты. Пусть освежатся с дороги. Скажи, что мы только с прогулки вернулись и скоро выйдем. Пусть Марта накроет в большой гостиной.

Отправив Романа к гостям, бросилась в свою комнату. Одного взгляда в зеркало хватило, чтобы понять, как начальник охраны оказался прав. Выглядела я ужасно. Растрепанные волосы, зареванные глаза. Пыльная одежда, заляпанная бурыми пятнами.

Мда, красавица. И как только Марта ничего не сказала? Наверное, за Эдюшку переволновалась.

Справедливо решив, что уж полчаса у меня точно есть, отправилась в душ. Торопилась я зря. Потому как в гостиную спустилась первой. Ждать долго не пришлось. Однако за те пять минут, что мерила помещение шагами, растеряла былую уверенность.

Какая она, бывшая жена Сэма? Как себя с ней вести? О чем говорить? Одного Александра было непросто переносить. А на пару с новоиспеченной женушкой?

— Диана Михайловна, — едва появившись на пороге, расплылся в улыбке Брагин, — вы все хорошеете.

Приблизившись, мужчина завладел моей рукой, оставляя на коже трепетный поцелуй.

— Александр Петрович, — изобразила вежливую улыбку в ответ, — такой сюрприз! Рада вас видеть.

— А уж я-то как рад! — взгляд серо-зеленых глаз уверенно пробежался по моей фигуре, затянутой в дизайнерский костюм-двойку цвета слоновой кости. Специально выбрала этот наряд. В нем хоть на деловую встречу, хоть в ресторан. Дорого и пристойно. — Признаться, когда узнал, что вы переехали в провинцию, был удивлен. Вам бы блистать в обществе. Но сейчас вижу, деревенский воздух только на пользу. У вас удивительный цвет лица и очень нежная кожа, — ловелас придал голосу томности и погладил пальцами мою ладонь, которую так и не выпустил из рук.

— Благодарю, — скромно опустила глаза. Пусть думает, что повелась на его уловки. Посмотрим, чего добивается, — я ничуть не жалею. Мне здесь очень нравится.

— Вот и моя жена захотела вкусить сельской жизни. А то все Париж, да Милан…

— Как я ее понимаю! Суета больших городов быстро надоедает.

— Что вы! Вовсе нет, — появление нового собеседника, вернее, собеседницы, пропустила, — я просто люблю перемены, ощущение новизны.

Развернувшись на голос, встретилась с насмешливым взглядом Ольги. Несколько секунд мы пристально друг друга изучали.

Что сказать? Красивая. За такими мужики толпами бегают. Точеные черты, пухленькие губы. И, скорее всего, свои, а не накачанные. Рост небольшой, но фигурка что надо. И объем верхних девяносто приличный. Во внешности проскальзывает что-то неуловимо-восточное. Быть может, разрез глаз? Хотя правильный макияж делает взгляд открытым и чуточку хищным. Или жгучая чернота волос? Их густоте и блеску можно позавидовать.

— Дорогая! — Александр живо переместился к жене и точно так же поцеловал ей ручку. Хм, отработанный жест. — Ты ведь еще незнакома с Дианой? Позволь представить: Диана Михайловна Седихина. А это, — уже мне, — моя горячо любимая супруга Ольга Климентьевна.

— Пусик! — меня чуть не вырвало, когда она так обратилась к мужу, — конечно, официально мы не представлены. Но наш город не такой большой. Я много слышала про невесту Эдика.

— Надеюсь, хорошего? — вскинула бровь. Общение с Брагиными забавляло. Интересно, насколько хватит моего терпения?

— Конечно, карриссима миа, — ослепительная улыбка украсила лицо красотки, — ох! Простите! Две недели в Милане. Еще не отвыкла. Вставляю иной раз иностранные словечки.

— Не страшно! Я прекрасно вас поняла. — Мы тоже не лыком шиты. И итальянский знаем, и в Милане бывали. И деловые переговоры вели. — Присядем? — приглашающим жестом указала на ломящийся от кулинарных изысков стол.

— А как же Эдик? Неприлично садиться обедать в отсутствие хозяина, — не преминула возмутиться Ольга.

Кхм, а вот и первый камешек.

— Дело в том… — замялась, придумывая, как бы потактичней объяснить, что хозяина за столом, вообще, сегодня не предвидится.

— Я задержался и потому попросил невесту предупредить, чтобы начинали без меня, — спас положение неожиданно появившийся Сэм.

Я во все глаза уставилась на него, выискивая признаки недавнего недомогания. Однако за исключением излишней бледности выглядел он хорошо. А вот тенниска в тон моему костюму, так удачно подчеркивающая загар, и обычные джинсы говорили о неформальности встречи. На его фоне декольтированное платье Ольги и костюм Алекса смотрелись вызывающе.

— Эдик! — бывшая жена уставилась на моего друга, поедая его тренированное тело глазами. Несомненно, Александр внешне намного привлекательнее Сэма. И рельефы фигуры свидетельствовали о том, что он регулярно посещает спортзал. Однако не было в нем той грубой мужественности, которой веяло от Седого. Аура власти и какой-то жесткости выигрывали на фоне слащавой правильности и голливудской показушности. — А ты изменился, — проворковала она, подбираясь ближе. — Дай-ка рассмотреть тебя! Поседел, — притворно вздохнула, — слишком много потрясений в твоей жизни, да?

Угу! Много. Только поседел не от переживаний из-за твоего предательства. Есть вещи пострашнее, — одарила Ольгу хмурым взглядом. Не нравилось мне, как она повисла на МОЕМ женихе! Пусть наша помолвка и фиктивная, но так себя вести она не имеет права!

— Сэм, — подошла к другу и подхватила его под руку, — мы как раз собирались к столу. Остынет ведь все. Впереди еще много времени для бесед со СТАРЫМИ друзьями.

Внутренне усмехнулась, когда заметила, как перекосило Ольгу при слове «старыми». Очевидно, возраст — больная тема любой женщины, разменявшей третий десяток. Не могла не порадоваться факту, что благодаря демонской крови, выглядела лет на двадцать пять максимум.

Обед прошел напряженно. По крайней мере, для меня. При виде того, как липла Ольга к моему Сэму, внутри все кипело. Мне стоило невероятных усилий сдерживаться. Вдобавок Александр досаждал своим навязчивым вниманием. Хорошо, что он сам предпочитал говорить, оставляя мне право поддакивать, улыбаться и преданно смотреть в глаза. Я, конечно, поддерживала игру, но никто не догадывается, чего это стоило. Один раз, когда потная ручонка облапила мое колено, едва не взорвалась. Я дернулась от возмущения, и тут же вскрикнула. Огненный чай от неосторожного движения выплеснулся на пальцы. Все произошло так быстро, что никто не заметил, что кружка треснула прежде, чем я ее уронила.

— Ох! — увидев выступившую багровую каплю, сунула палец в рот, — порезалась, — смутилась от взгляда, которым сопроводил это действие Александр, — детская привычка, — зачем-то пояснила свой порыв.

— Ди, ты что, поранилась? — Сэм мгновенно подскочил и стал хлопотать надо мной, как наседка. — Больно? Нужно перекисью обработать. Перевязать. Не тошнит? Может, приляжешь?

— Все уже прошло! — продемонстрировала почти заживший палец. И даже краснота после кипятка сошла на нет.

— Хм, — задумчиво произнесла Ольга, отпивая глоточек из своей кружки, — мне показалось, что ты ошпарилась. Чай на самом деле горячий.

— Да нет. Тебе показалось. Марта знает, что я не пью кипяток, и всегда добавляет пару кубиков льда, — мое объяснение выглядело очень убедительным, но Ольга не унималась.

— Я знаю, посуда этого производителя очень прочная, несмотря на кажущуюся хрупкость. А кружка раскололась от легкого удара.

— Бракованная? — сделала круглые глаза, — нужно отправить претензию. Пусть заменят, если дорожат своей репутацией.

— Ди, тебе стоит отдохнуть, — настоятельно порекомендовал Сэм, — иди к себе. А я пока покажу гостям дом.

— О! Это было бы замечательно, — обрадовалась бывшая, — Пусик, проводи Диану. Что-то она слишком бледная.

Пусик выразил бурный восторг. На породистом лице заиграла такая искренняя улыбка, что не знай я этого человека, не устояла бы.

— С удовольствием! Дианочка, можно вашу ручку, — вежливый до тошноты, Алекс помог мне встать и, цепко ухватив под локоток, повел на второй этаж. С тоской оглянулась на Седого. Он со стоическим выражением лица внимал бывшей жене, распинавшейся о том, как ей здесь нравится. Одно радовало, в глазах Сэма не было ни капли чувств. Очевидно, он не из тех мужчин, кто пресмыкается перед женщиной ради ее благосклонности. Даже если она оставила в сердце глубокий след. Если уж вычеркнул из жизни, то навсегда.

— Какое чудесное место! — оценил Брагин нашу террасу, — непременно нужно посидеть здесь вечерком. Любоваться закатом рядом с любимым человеком, разве это не прекрасно?

— Несомненно, Александр! Мы с Сэмом это ценим.

— Алекс, — поправил мужчина, — для вас Диана просто Алекс. И, может, на ты? Мы с Эдуардом партнеры. Почти что родственники. Эмм.

Кхе-кхем, ну да! — не сдержала смешок, — оба женились на одной и той же женщине.

— Как скажешь, Алекс. Ди, — сократила свое имя, — мне так привычней.

— Кстати, а почему ты зовешь Эдуарда Сэмом? Помнится, он не очень-то любил свою институтскую кличку.

— Серьезно? А мне казалось, ему нравится. Он сам так представился. А почему не любил? Вроде ничего обидного нет?

— А вот об этом пусть он расскажет сам, — посерьезнел Брагин. На миг в его глазах промелькнуло жесткое выражение, за которым проступили черты настоящего Александра. Расчетливого, холодного и эгоистичного типа, готового идти к цели по чужим трупам. Однако холеное лицо тут же озарилось такой добродушной улыбкой, что я невольно устыдилась тех мыслей, что пришли в голову. Ну, не похож был этот человек на мерзавца, хоть убей. — У меня появилась идея! Давайте вечерком соберемся тут все вместе?

— Ох! Я даже не знаю… — на миг представила, что наше с Сэмом облюбованное место осквернит своим присутствием эта странная парочка, и едва «сохранила лицо». — У нас такая замечательная беседка во дворе. Быть может, пожарим шашлыки, да посидим на свежем воздухе? Там неповторимая атмосфера. Ребята в прошлый раз чуть не до утра там пробыли.

— Это когда ты прогуляться решила? — съехидничал Алекс.

— Эээ… что?

Откуда Брагин мог узнать о событиях того дня? Предположим, про мою пропажу он слышал. Но про посиделки в беседке не должен был. Выходит… — по спине пробежал холодок, — в доме шпион? Кто же? Если подумать: кто угодно. Когда вернулась, тут столько народу крутилось. Мог кто-то из вояк. Хуже, если это телохранители.

— Эдик говорил, кажется, — слишком поспешно добавил Брагин, явно осознав, что сболтнул лишнего, — я пойду, — засобирался он, — найду Ольгу. Забыл сказать ей… кое-что важное.

Как вежливая хозяйка, проводила гостя до порога комнаты. Однако избавиться от гостей не удалось. На пороге как раз стоял Сэм с бывшей.

— Все в порядке?

— Да, дорогой. Не беспокойся, — закатила глаза, давая понять, как уже достали эти компаньоны, — а вы уже весь дом осмотрели?

— Угу, — невежливо буркнула Ольга. Она явно намеревалась закончить осмотр спальней Сэма. Вход туда как раз напротив моей двери. А мы с Александром так не вовремя вышли.

— Так, может, вы хотите отдохнуть? — предложила я в надежде избавиться от прилипал хотя бы на пару часов.

— Я совсем не устала, — Ольга по-детски захлопала глазами, — и хочу на прогулку! Зря, что ли, сюда приехала? Не сидеть же все время в доме?

По скисшему лицу Брагина поняла, что идея жены его не вдохновила.

— Мне нужно решить несколько рабочих вопросов, — со скучающим видом заметил Седой, — и…

— Будет лучше, если Пусик тебе поможет. А мы с твоей невестой прогуляемся по окрестностям, — нагло влезла Ольга со своим предложением.

— Конечно, — я вяло улыбнулась. Тащиться куда-то с этой дамочкой, да по жаре, не было никакого желания.

— Тут недалеко есть чудесное озеро. Все местные ходят туда купаться. Скажу Роману, чтобы проводил вас, — подал идею Сэм, и я посмотрела на него с благодарностью. Хоть и предпочла бы сходить туда в иной компании, вспыхнувшее желание искупаться и позагорать было слишком велико.

— Отлично! Тогда я переодеваться! — гостья чуть в ладоши не захлопала, — как знала и прихватила с собой парочку купальников.

— Распоряжусь, чтобы Роман собрал с собой все необходимое. Алекс, подожди меня в кабинете. Я быстро, — жених указал Брагину направление, в котором ему следовало идти, а сам, подхватив Ольгу под локоток, потащил ее вниз.

Вернувшись в комнату, я занялась поисками купальника. К своему удивлению, обнаружила несколько совершенно новых в одном из ящиков гардероба.

Не иначе Сэм побеспокоился, — губы непроизвольно растянулись в улыбке, — и когда только успевает думать о таких мелочах?

Выбрала один бирюзового цвета. Вполне пристойный и довольно симпатичный за счет стразиков и изображения смешной мордочки какого-то мультяшного героя. Сверху натянула сарафан из легкой струящейся ткани. Сунула ноги в сабо и прихватила соломенную шляпку, чтобы не напекло голову. Когда спустилась, Ольга уже вовсю кокетничала с Романом, которого поначалу не угадала. Загорелый парень в борцовке и коротких шортах, открывающих довольно стройные ноги, был абсолютно не похож на серьезного охранника, что пришел к нам с Сэмом на помощь утром.

— Можем идти? — Роман перехватил мой удивленный взгляд и довольно усмехнулся.

— А…

— Плед и полотенца уже взял. Вкусняшки от Марты тоже, — помахал он корзинкой, что держал в руках, — еще есть вода, лимонад, фрукты.

— И…

— И зонтик от солнца тоже возьмем, — казалось, мужчина предугадал все, о чем собиралась спросить.

— Ладно, — безнадежно оглядевшись и, отметив, что Седой не вышел нас проводить, направилась к калитке.

По дороге мои спутники весело болтали. Начальник охраны вспоминал курьезные случаи, что случались с ним за период службы, а гостья заразительно смеялась и в ответ делилась своими впечатлениями. Признаться, к концу нашего путешествия я тоже прониклась возникшей атмосферой непринужденности. Оказывается, светская львица могла быть вполне милой, когда не строила из себя роковую красотку и разлучницу.

— Ты уже бывал здесь? — спросила Романа, когда он уверенно провел нас сквозь заросли высокой травы к уютному бережку. Если не знать, ни за что не догадаться, что едва заметная тропка выведет в такое замечательное и уединенное место.

— Мишка подсказал, — мужчина открыто улыбнулся, — сказал, что лучше сюда купаться ходить. Берег илом не затянуло, да и спуск в воду ровный. А там, — махнул рукой в сторону, — есть общий пляж. Народу много, правда. Туда больше приезжие ходят, да ребятишки.

— Хорошее место, — признала я.

— Мне тоже нравится, — Ольга уже успела скинуть пляжный комбинезон и остаться в откровенном купальнике, — я в воду. Кто со мной?

— Я попозже, наверное, — пробормотала, заметив, как на мгновение вспыхнули глаза мужчины при виде безупречного тела Ольги. Сама раздеваться не торопилась. Дождавшись, пока Роман расстелет покрывало, присела на краешек.

— Если мешаю, могу погулять, — сказал посерьезневший охранник, — вы ведь понимаете, Диана Михайловна, что я на работе? Шеф велел с вас глаз не спускать. А это, — кивнул в сторону корзинки для пикника, а затем плещущейся в озере гостьи, — удобное прикрытие. Вот я и соответствую образу.

— Стало быть, и место выбрано не просто так, — хмыкнула я, — не стоит переживать. Мне все нравится. И вам не о чем беспокоится.

— Что ж, я рад, — плох скрыв вздох облегчения, улыбнулся Роман, — хотите перекусить? Марта велела сразу накормить, сказала блинчики еще теплые.

— О! Тут еще и блинчики? — сунула нос в корзинку. Безошибочно определив, в каком контейнере искомое блюдо, с аппетитом принялась за еду. Предусмотрительная экономка сделала для меня специальную острую начинку.

— Мы же только из-за стола! — вернувшаяся Ольга плюхнулась на середину пледа и, тряхнув мокрыми волосами, обдала нас легким веером брызг.

— У меня хороший аппетит, — невозмутимо ответила я, с жадностью поглощая блинчики с мясом, щедро приправленным специями.

— Мучное вредно для фигуры! — поучительно возразила девушка.

— А у меня быстрый обмен веществ. Я не поправлюсь, сколько бы ни съела, — злорадно ответила, зная, как бесит этот факт тех, кто вынужден сидеть на строгих диетах, чтобы не набрать лишний килограмм.

— Как водичка? — вмешался в разговор Роман, — я тоже хочу окунуться. Жарко.

— Отличная, — Ольга подвисла, наблюдая, как раздевается мужчина.

Что тут скажешь, хорошо сложен и знает об этом, — непроизвольно отметила я, — и даже вполне обычная внешность на фоне тугих мускулов сразу становится много привлекательней. Я бы удивилась, набери Сэм в охрану парней с дряблыми мышцами или отвисшими животами.

Одна польза: пока Ольга пялилась на полуголого мужика, я спокойно доела свои блинчики. И даже отхлебнула ликера. Марта предусмотрительно перелила его в бутылку из-под лимонада.

— Пожалуй, тоже искупаюсь, — я решительно стянула с себя сарафанчик, — что-то слишком жарит.

— Что это? — Ольга вдруг переменилась в лице.

Проследила за ее взглядом и поняла, что девушку поразил кулон. Сэм оставил его в моей комнате на тумбочке и я, когда переодевалась на прогулку, не задумываясь, натянула его на себя.

— Подарок, — машинально погладила драгоценность, — я очень дорожу им и ношу не снимая.

Пока заходила в воду, чувствовала на себе сверлящий взгляд. Однако вернувшись, застала вполне миролюбивую картину: парочка резалась в дурака.

— Присоединитесь? Мы почти завершили партию, — Роман подвинулся, освобождая для меня место.

— Нет. Что-то не хочется, — я разлеглась на пледе, подставив спину под палящие лучи солнца.

— Намазать вас кремом? — спросил через какое-то время.

— А? — вынырнув из полудремы, уставилась на мужчину, — не стоит. Я не обгорю. Дома намазалась, — поспешила добавить, прикинув, что будет странным отказываться от предложения.

По возвращении нас встречала Марта. Она посетовала, что мужчины еще не выходили из кабинета.

— Шумят. Спорят о чем-то. А меня даже на порог не пустили, — с обидой в голосе пожаловалась экономка, — хоть вы-то их образумьте!

— Накрывай пока на стол, — я приобняла женщину и чмокнула ее в щеку, — мы сейчас со всем разберемся. Дай только переодеться и в душ сходить. Только что-нибудь легкое приготовь, хорошо? Мы вечером хотели мяса на костре пожарить.

— Ох! Дианушка! Конечно. Я все сделаю. Миша-то и свининки на днях свежей принес. Я весь холодильник мясом забила. Как знала, достала кусок вырезки размораживаться. Сейчас только приправками сдобрю. — Марта заторопилась, вслух приговаривая, какие еще продукты понадобятся к ужину.

— Мечтаю о хорошей ванной, — Ольга жеманно потянулась, — и поскорее снять с себя это, — коснулась влажной от мокрого купальника ткани комбинезона.

Ну вот, — уныло осознала я, — кобра снова распустила капюшон. И чего, спрашивается? Может, ведь быть нормальной?

Ответ увидела, когда подошла к лестнице. На самом верху стоял Сэм. Он лишь скривился и взглядом поинтересовался, как у меня дела.

Нормально, — улыбнулась ему ободряюще.

— Встретимся через полчаса, — ровным голосом ответила Ольге, — от прохладного душа тоже не откажусь. Из-за жары весь эффект от купания в озере сошел на нет.

В комнате, где не было чужих изучающих взглядов, смогла, наконец, расслабиться. Первым делом напилась ликеру. Почему-то обычная вода не могла утолить жажду. Пустую бутылку предусмотрительно сунула в мусорное ведерко для бумаг. Не хватало, чтобы некоторые сочли меня алкоголичкой. Затем с чистой совестью пошла в ванную. Кулон сняла, оставив на тумбочке. Показалось, что после озера металл немного потемнел. Не хотелось, чтобы он испортился.

Я млела, подставив лицо под упругие струи, когда неясное чувство тревоги заставило поторопиться. И не зря. Сквозь приоткрытую щель двери заметила, как по комнате скользнула тень.

И что же ей понадобилось? — накинув халат на влажное тело, бесшумно вышла. Звук льющейся воды скрадывал любые шумы. Если бы не внутреннее чутье, ни за что не узнала, что у меня гости.

Меня чуть не перекосило, когда увидела, что Ольга сцапала мой амулет.

— Положи, откуда взяла, — прорычала, вонзая ногти в ладони. Желание прибить эту стерву было нестерпимым.

— Я… — дамочка побледнела, — хотела получше его рассмотреть. Тут было открыто. Я стучала и…

— Посмотрела? А теперь верни! — требовательно протянула руку. Надо было видеть, с какой неохотой дамочка расставалась с моим кулоном. А ведь он не выглядит, как дорогое украшение. Ни золота, ни бриллиантов в нем нет. Выходит, ей что-то известно о его настоящей ценности? — Я хочу знать, зачем ты пыталась его украсть? И не надо мне врать! — добавила немного внушения. Однако Ольга как-то странно на него отреагировала. Там, где другой человек, уже давно обо всем забыл и делал то, что мне нужно, она лишь глубоко хватала ртом воздух и озиралась обезумевшим взглядом. — Говори! Зачем он тебе?

Кроме булькающих звуков, никакого ответа не услышала.

Хм, очень странно. Если бы у нее был иммунитет к внушению, как у того же Романа, она обязательно что-нибудь сказала. Попыталась соврать. Что бы это могло значить? Нет. Так оставлять нельзя.

— Сядь! — рявкнула на женщину и та кулем опустилась на пол, — да не сюда. На стул.

Поднявшись, Ольга пересела на указанное мной место.

— Пей! — решила проверить внезапно возникшую мысль, потому пришлось пожертвовать бутылочкой своего ликера. Я знала, что он слишком слащав. Обычно, напиток разбавляют чем-то. Однако Ольга пила и не морщилась. Это означало одно: внушение все же действует. Во всем, что не касалось кулона, женщина подчинялась беспрекословно. А значит, кто-то уже сотворил с ней подобное, наложив запрет на отданный ранее приказ. — Расскажи мне, что ты скрываешь? Зачем приехала в наш дом? — усевшись напротив, буравила гостью взглядом так, как это делал когда-то Дайрон. От напряжения по лбу Ольги заструились капельки пота. Я даже коснулась их, чтобы убедиться в том, что они настоящие. И прикосновение подействовало как разряд тока. Ольга дернулась всем телом и заговорила.

Первым делом дамочка высказала, как ненавидит меня за то, что заняла ее место. Все же оказалось, что она любила Сэма и любит до сих пор. Но ей приказали поступить с ним так. Приказали лечь под Алекса, чтобы муж застал их вместе. Так же как указывали, с кем еще переспать, чтобы добиться желаемого результата. И она, Ольга, никогда не подводила. Еще ни один мужик не устоял.

— Кто этот человек? — задала главный вопрос. После всех признаний испытывала жалость к этой красивой женщине, которая много лет служила чьей-то игрушкой.

— Это моя мать, — всхлипнув, прошептала она. Я видела, что Ольга впервые осознала, что представляла собой ее жизнь. Возможно, что-то туманило восприятие реального мира раньше, и за красивыми картинками она не видела, в кого превратилась. Но теперь осознание обрушилось, как снежная лавина и грозила поглотить несчастную под своей неподъемной тяжестью.

— Что же это за чудовище? И как давно Карина так использует тебя?

— Я не помню, — Ольга расплакалась, — мне кажется, всегда.

— Обещаю! Она больше не сможет приказать тебе. Ты сама вправе решать свою судьбу и сможешь противостоять любому ее приказу! — последние слова усилила самым мощным внушением, на которое была способна. Пусть это некрасиво, но лучше так, чем снова отдать ее во власть домашнего монстра. — А теперь скажи, твоему мужу Карина тоже приказывала делать вещи, которые он не хотел?

— Мужикам не надо приказывать. Любой, на кого Она посмотрит с интересом, готов лизать ей пятки.

— Так-так. Как считаешь, за теми покушениями, что совершали на Сэма, стоит твоя мать?

— Мне нечего на это ответить. Но на твоем месте, я бы не оставляла жениха наедине с Алексом.

Пару секунд я осознавала сказанное, а после, сорвавшись с места, помчалась к Седому.

— Сэм! — ворвавшись в кабинет, как ураган, остолбенела. Пусик, что недавно целовал мне руки, нацелил пистолет прямо в голову моему другу. — Ты что творишь, гад!

— Алекс! — следом прибежала и Ольга, — пожалуйста! Не надо. Не убивай его!

— Заткнись! — огрызнулся Брагин, — мерзкая тварь. Шлюха! Все еще сохнешь по этому оборванцу? Чем он тебя купил? Я ведь могу дать больше. И всегда давал. Любой твой каприз. Что тебе еще нужно, гадина? Чем он лучше меня?

— Всем, — прошептала девушка, глотая слезы.

— Ну, так можешь попрощаться! — мужчина взвел курок. От легкого щелчка, раздавшегося в тишине, я вздрогнула.

— Хватит! — рявкнула так, что задрожали стекла.

— Ты ничего мне не сделаешь, — ухмыльнулся Александр.

Грохот выстрела и отчаянный крик Ольги слились воедино. На долю секунды предугадав, что Брагин готов убить компаньона, метнулась к Сэму, отталкивая его в сторону. На пол мы рухнули вместе. Боль, обжегшая плечо, пробудила во мне такую злость, что я в два прыжка настигла убийцу. Сомкнув пальцы на его горле, прижала к стене.

— Ди, остановись! — настиг крик Сэма, когда я с мстительным предвкушением вспоминала, о каких пытках рассказывал Ирс. Потому что просто умереть для этой сволочи было мало. — Ди!

Нехотя разжала пальцы. Однако неведомая сила продолжала держать мужчину, распяв его на стене, словно букашку.

— Диана! — Седой подошел сзади, обнял, — не нужно. Ты ведь не хочешь этого. Сейчас прибежит охрана. Мы сильно рискуем.

— Дхарг! — в тон моему возгласу дружно лопнули все стеклянные предметы, что находились в комнате, — я не могу. Он должен заплатить. Я никому не позволю безнаказанно направлять на тебя пистолет.

— Ну, так накажи! Убивать-то зачем? — с небрежным равнодушием заметил Сэм.

— И правда! — я хищно огляделась. Один взмах пальцев, и в лицо Брагину впились десятки острых осколков. — Бесит меня его лощеная рожа, — пояснила свой поступок. — Но как-то маловато, — взгляд выцепил тяжелую хрустальную вазу, что каким-то чудом уцелела. В следующий момент она с силой впечаталась в бедро Алекса. Мужчина тонко взвыл, а мы все расслышали отчетливый хруст. — В самый раз!

Ворвавшийся в кабинет Роман мгновенно оценил обстановку. Прежде всего, ринулся к обмякшему у стены Брагину и выбил пистолет, который тот продолжал сжимать в руке.

— Полиция уже едет. Скорая тоже, — начальник с уважением покосился на расколовшуюся надвое вазу, — кто его так? Диана Михайловна? — кинулся уже ко мне, — вы ранены?

— А? — потихоньку начала осознавать произошедшее, — наверное. Он в Сэма стрелял, а я…

Истерика накрыла неожиданно. Слезы брызнули из глаз, а руки затряслись мелкой дрожью.

— Навылет прошла. Ничего серьезного. Я сам позабочусь, — отстранил начальника охраны Седой, — присмотрите за ними, — кивнул в сторону сжавшейся на полу Ольги. И еще… с полицией поговорю сам.

Подхватив меня на руки, Сэм направился к моей комнате. Первым делом отнес в ванную, где помог смыть кровь. Пустяковая рана или нет, уже было непонятно. Отверстия затянулись тонкой кожицей.

— Мы не сможем этого объяснить. Но я рад… и спасибо тебе, Ди. Ты опять спасла меня.

— Сэм, — коснулась щеки друга, погладила, — мы с тобой семья. Разве ты не сделал бы того же? И… я должна рассказать тебе кое-что. Про Ольгу.

— Не нужно!

— Послушай, — перебила я, — ты должен знать. Она пыталась стащить мой кулон. А когда я поймала ее за этим, выяснилось, что кто-то уже сделал ей внушение. Понимаешь, о чем я? Мне удалось перебить воздействие чужого влияния. Ее заставляли. Все время. Спать с разными мужиками, добиваться того, что нужно. Она марионетка.

— И кто же кукловод? — глухим голосом поинтересовался мужчина.

— Карина.

— Почему-то я так и думал. Но это ничего не меняет.

— Возможно. Но, считаю, ты должен знать, что тот случай, когда ты застал жену с Алексом, подстроили специально. Это должно было выбить тебя из колеи.

— Поговорим об этом потом. Сейчас нужно придумать, что сказать полиции.

— Как что? Брагин пытался тебя убить. Я помешала. Оттолкнула тебя, швырнула вазу. Ты ведь и так подозревал его в прошлых покушениях. Так что пусть его арестовывают. Судят. В чем проблема?

— В том, что за покушениями стоит не он. То, что сейчас произошло, всего лишь отчаянная попытка.

— Полагаешь, Александр тоже чья-то марионетка?

— Не исключено! И для этого необязательно обладать сверхъестественной силой. Достаточно собрать компромат.

— Остается… несчастный случай?

— Да. Возможно, мне понадобится твоя помощь. Не все вопросы можно решить деньгами.

— Тогда поторопись. Я приведу себя в порядок и присоединюсь к вам позже.

Выпроводив Седого, скинула халат и снова влезла под душ. Тщательно вымылась. Отчего-то казалось, грязь, что вывалили на нас Брагины, въелась под кожу.

Чего им не хватало? Оба богаты, красивы, умны. Живи и радуйся! Нет. Им все мало. Себе жизнь испоганили, Сэму, — бросила взгляд на запотевшее зеркало и зло усмехнулась, — в чем-то начинаю понимать демонов. Враги должны корчиться от боли. Особенно те, что посягнули на самое святое — ближний круг.

Когда зашла в кабинет Седого, народу там набилось, — не протолкнуться. Врач скорой еще не успел смениться. Он ловко накладывал шину на поврежденную ногу Брагина, пока медсестра обрабатывала порезы. Ольга с распухшим от слез лицом, сидела неподалеку. Она, как маятник, медленно раскачивалась взад-вперед, уставившись в пустоту полубезумным взглядом. Рядом возвышался Роман. Он внимательно следил за обстановкой и только впившиеся в стул побелевшие пальцы выдавали волнение.

Кхм, еще бы! Я его понимала. Второе покушение за день. Ему насчет утренних событий никто ничего не объяснил, а тут еще одно. Ну, хотя бы меня не считает виновной. — Это узнала, считав скрытые за маской спокойствия эмоции.

А вот от следователя, вольготно расположившегося за письменным столом Сэма, несло целым веером чувств. Подозрительность, недоверие, скептицизм и в то же время предвкушение чего-то, и даже злорадство. Зависть.

Та-ак! Неужели жаждет того, чтобы ему предложили денег? О! И надеется, что получится вытянуть из денежного мешка, каким он считал моего друга, очень большую сумму. Образ новехонькой иномарки так и витал вокруг мужчины.

— Здравствуйте! — подошла к столу, — я Диана Седихина.

Следователь, даже не взглянув на меня, указал рукой на стул, сообщив, что почти закончил с показаниями и я следующая.

Не получишь ни копейки! — хмыкнула про себя, — будешь еще в моем доме указывать!

Стоило только искателю легкой наживы встретиться со мной взглядом, как обрушила на него поток нужных внушений. Уже через час унылый следователь садился в старенький форд, находясь в полной уверенности, что ничего серьезного не произошло. Неосторожное обращение с оружием, что часто случается в преддверии охотничьего сезона. Да домашняя ссора, в результате которой ревнивый муж заработал открытый перелом. Хорошо, что пострадавший не стал подавать жалобу, а лечение взялся обеспечить хозяин дома.

Следом за полицией уехала скорая. Под присмотром Романа отправили Брагина в больницу. Начальник охраны должен был проследить, чтобы Александру оказали всю необходимую помощь, а потом привезти его обратно. Как не хотелось избавиться от неприятной семейки, но нам необходимо было выяснить, кто стоит за ними. В том, что помимо Карины есть еще кто-то, говорил характер покушений. Ну, и моя интуиция.

— Что будем с ними делать? — спросила Сэма, когда долгий день, наконец, подошел к концу. Из непростого разговора, состоявшегося по возвращении Брагина из больницы, мы выяснили, что исполнителем неудачных покушений был он, драгоценный партнер. Нам, можно сказать, повезло, что таинственный незнакомец, прижавший Александра компроматом, решил и вину за все спихнуть на Брагина. Благо, у того и мотив имелся. Как оказалось, Александр за спиной Сэма провернул несколько неудачных сделок и потерял часть своих активов. После распродал большую часть имущества. Содержать привыкшую жить на широкую ногу жену и вымогателя оказалось весьма накладно. А тут еще появление невесты в моем лице, объявление о помолвке и полная отставка Ольги, что пыталась вернуть расположение бывшего.

— Пусть побудут здесь. Заказчик обязательно свяжется с Александром, и тогда мы сами на него выйдем, — Сэм почти опустошил бутылку коньяка. Признания бывшего друга подпортили настроение. Одно дело подозревать, а другое — убедиться в правдивости подозрений.

— Мне не дает покоя одна мысль, — решилась высказать то, что засело в голове с того момента, как услышала откровения Ольги и Александра, — кто испортил тормоза в машине? Почему ты попал на Дхаар? Ты ведь не совершил ничего плохого.

Седой поморщился. На лице отразилась целая гамма чувств. Не нужно быть провидцем, чтобы понять: его мучает что-то тяжелое. Камень, с которым живет последнее время. И ни единого слова о том, будто не заслужил того, что с ним произошло на Дхааре.

— В тот день, — начал рассказ Сэм, — я встречался с Ольгой. Она настояла. До этого мы полгода не общались и не разговаривали. Она плакала, умоляла… в общем, я согласился. Лучше бы мне не знать ничего. Но Оля… видимо, надеялась разжалобить, вернуть.

— Что она тебе наговорила?

— Когда я застукал ее с Алексом… понимаешь, не сдержался тогда. Раньше никогда не бил женщин. Но этот трус сбежал. А она смеялась надо мной, говорила гадости.

— Понятно. Сильно приложил?

— Ну, она потеряла сознание. Я испугался. Позвонил Карине зачем-то. Наверное, потому что во время ссоры упоминали ее. Я велел забрать беспутную дочь, пока не прибил окончательно. К тому времени, как теща приехала, я уже надирался в ближайшем баре.

— И что тут такого? Банальная ситуация.

— Ольга была беременна. И тогда она потеряла ребенка.

— Сожалею, — коснулась ладони Сэма, стискивающей стакан, погладила ее, — это мог быть не твой ребенок. Ты же застал ее с другим? Сомневаюсь, что раньше они этого не делали. И вообще! Где гарантия, что Ольга не придумала все, чтобы разжалобить?

— Сейчас я это понимаю, но в тот вечер… я ведь очень хотел, чтобы мы были семьей. Гнал машину, как сумасшедший. А потом грузовик и выскочившая на дорогу женщина. Я едва успел уклониться от столкновения. Но сразу понял, что только что убил кого-то.

— Меня? — я горько усмехнулась. — И мы оба перенеслись в другой мир? Но как получилось, что нас выбросило в разное время? К моменту встречи ты уже не первую смену работал в кратаре. А я попала в шахты на следующий день после своего появления.

— А как мы, вообще, смогли куда-то попасть? На этот вопрос может ответить только тот, кто разбирается в переносах. Я ведь как догадался, что стал виновником твоей… смерти, места себе не находил.

— Все ведь обошлось? Не терзай себя. Я не держу зла. Если бы не попала на Дхаар, никогда не познакомилась с Дайроном. И с тобой. Вернувшись, мы смогли исправить ситуацию, и остаться в живых. Все хорошо.

— Нет, Ди. Водитель того грузовика не выжил.

— А почему ты ничего не сказал мне?

— Когда? Сначала ты неделю провела в коме, потом узнала, что беременна. Расследование к тому времени завершилось. Аварию признали несчастным случаем. Виновных нет.

— Но мы-то знаем, что это не так! Погоди… а кого похоронили вместо меня?

— Я думал, что это какая-то особенность портала. Ну, что мы одновременно и там, и здесь.

— Взрыв мозга! Эти магические штучки до белого каления могут довести. В любом случае пока Диана Стахова мертва, Диане Седихиной беспокоится не о чем. Ладно, разберемся. Сейчас первоочередная задача — выяснить, кто так хочет тебя убить. Кстати, после того как меня ранили, кулон снова засветился. Может, на него кровь попала?

— Да вроде нет. Я же помогал тебе. И точно помню, что он никак не соприкасался с раной, — уверенно заявил Сэм.

— Хм. Но что-то же повлияло? Возможно, прямой контакт необязателен? Вон, пока Пусика лечили, я его кровь из другой комнаты чуяла. Как вампир, ей-богу!

— Стоит проверить.

— Больница?

— Завтра поедем навестить Егора. Заодно и проверим.

Спать отправилась глубоко за полночь. Насыщенный день и не менее эмоциональный вечер не располагали ко сну. Слишком многое требовалось обсудить без посторонних ушей. Это сегодня нам удалось ошеломить и вывести из строя противников. Но завтра они проснутся с новыми силами, и тогда необходимо будет следить за каждым словом.

С Романом оказалось непросто договориться. Его слабо удовлетворила версия того, что мы не хотим выносить сор из избы. Нет, он, безусловно, понимал, что конкурентам ни к чему знать, что между партнерами произошел раскол. Но вот то, что мы скрываем истинное положение вещей от него, мешает нас же охранять. Пришлось выдать сильно урезанную версию событий. О том, что конкуренты добрались до Брагина и шантажом заставили напасть на Сэма. Ну а в лесу нам не повезло столкнуться с чокнутыми подростками, мнящими себя слугами Сатаны. Они даже попытались принести Седого в жертву, да кишка оказалась тонка. При виде крови многих замутило. А я, воспользовавшись тем, что они отвлеклись, смогла позвать на помощь. К тому времени, когда появились охранники, горе-сатанисты разбежались.

Сон, как это часто бывает, затянул в свои объятия незаметно. Все проблемы отошли на второй план. Потому что я снова оказалась на Дхааре, рядом со своим любимым ледяным демоном. В спальню, где он лежал поверх покрывала в одежде и спал, сквозь задернутые шторы не пробивалось ни одного лучика света. Сама не знаю, как что-либо различала в такой темноте. Приблизившись к мужчине, устроилась рядом. Хотела дотронуться до него, но прозрачные пальцы ощутили лишь воздух.

— Дайрон! — я всхлипнула, — нам тебя так не хватает!

— Ди? — демон подпрыгнул на кровати. Вокруг мгновенно зажегся свет, открывая неприятную картину того, до какого состояния довел себя мужчина. Та же неопрятная щетина, горящие алым глаза, всклокоченные волосы. Стол и тумбочки заставлены подносами с остатками еды. По полу валяются пустые бутылки. И одежда на Дайроне судя по всему та же, что я видела в прошлый раз.

— Что с тобой случилось? — прошептала, чувствуя, как сердце сжимается от жалости.

— Ди! — Дайрон смотрел прямо на меня, — со мной все в порядке! Просто не мог отвлекаться на такие мелочи, — махнул рукой на бедлам вокруг, — скажи, амулет, что я передал, сейчас на тебе?

— Да! Мне кажется, что ты мне снишься, когда он немного заряжается.

— Так и есть! Старайся, чтобы он заряжался, тогда мы сможем видеться чаще.

— Я так по тебе скучаю, — по щекам полились предательские слезы, — здесь все так сложно. Если бы не Сэм, не знаю, как справилась.

— Ну, потерпи, милая. Я заберу тебя. Нужно только подождать.

— Сколько?

— Год. Может, два. Переговоры с Бериттами идут тяжело.

— А при чем тут они? И что им нужно взамен? Хотя, можешь не говорить. Им нужна Ланни. Но я не хочу, чтобы за наше счастье платила она!

— Возможно, и не придется. Я собираюсь занять свое место в Совете. Тогда мне не смогут отказать в просьбе.

— Дайрон. Я должна сказать тебе кое-что важное. Боюсь, я не смогу ждать целый год. У нас нет столько времени…

— Что ты хочешь сказать? — взгляд демона мгновенно потемнел.

— Хочу, чтобы ты знал, что я очень счастлива. И мы оба любим тебя и мечтаем о встрече. Ох, — я невольно опустила руки на живот, смутилась, — не думала, что так волнительно будет. И страшно.

— Ди?! — прорычал Дайрон.

— У нас будет ребенок! — выпалила я и зажмурилась.

Затянувшаяся пауза пугала. Я даже осмелилась приоткрыть глаза, чтобы убедиться, что демон все еще здесь. На застывшем лице сложно было прочитать эмоции. Однако по сменяющему друг друга цвету глаз можно только догадываться, что за буря бушует за фасадом спокойствия.

— Ты уверена? — наконец, выдавил он.

— Спрашиваешь! Доктор подтвердил.

— Это не мой ребенок! Этого не может быть. Мы несовместимы и…

— Что? Как не может? Я тут тоннами ем то, что никогда бы есть не стала. Пью апельсиновый ликер. Меня тянет на весьма специфические блюда, а от крови, вообще, крышу сносит. Да у меня предметы взрываются в доме и одежда вспыхивает. Скажешь, я сама на такое способна? Как ты мог подумать, что я была с кем-то другим? Сволочь! — мне отчаянно захотелось что-нибудь разрушить, и я не стала отказывать себе в этом удовольствии. Запустила возникший вдруг в руке пульсар в платяной шкаф, смела потоком воздуха всю грязную посуду и вышвырнула в окно и напоследок разбила все стеклянные предметы, покрыв пол мелким слоем осколков.

В следующую секунду очнулась у себя в спальне, с рыданием уткнувшись в подушку. В комнате раздался звон бьющегося стекла.

— Сволочь! Бабник! Гад! Как он может? Я ведь никогда не давала повода сомневаться. Скотина…

— Ди, что случилось? — ворвался в комнату Сэм.

— Ничего! Оставь меня в покое! — огрызнулась, злая на весь свет.

— И не подумаю! Рассказывай! — друг уселся рядом и сгреб меня в охапку.

— Он сказал, что ребенок не его! Представляешь? Говорит, что мы несовместимы и у нас не может быть детей!

— Так! Давай по порядку. Начнем с того, что у тебя получилось не только увидеть демона, но и поговорить с ним. Все верно?

— Да! Все дело в кулоне. Когда он заряжен, это дает нам возможность общаться.

— Отлично. Это выяснили. А теперь подробно расскажи, что ты ему сказала, и что он на это ответил, — после моего сбивчивого рассказа и новой порции слез, Сэм на какое-то время задумался, — знаешь, тебе стоит поговорить с ним еще раз.

— Вот еще! И кулон этот больше не одену! — сняла с себя амулет и всучила Сэму, — если хочешь, сам с ним общайся.

— Ди, ты просто перенервничала. Сама описывала, как выглядит Дайрон. Он старается, ищет способ вернуть. Значит, ты ему очень дорога. Не стал бы он ради простого увлечения рисковать благополучием дочери и идти на переговоры с ее родственниками. Так? Так, — ответил за меня, — и если хорошенько подумать, его сомнения имеют под собой основания. Сама рассказывала, какая у них напряженка с рождаемостью. Поставь себя на его место. Это ты чувствуешь в себе плод, ты ощущаешь все прелести его вынашивания, ты справляешься с прорывающимися силами будущего мага. Откуда все это знать ему?

— Теперь знает, — хлюпнула носом, — я ему всю комнату разнесла. Не знаю, как получилось, но я была так зла, — нервно хихикнула, припомнив выражения дикого недоумения на лице демона, когда сожгла шкаф вместе с вещами.

— Вот и успокойся. Уверен, завтра ты изменишь мнение. И у него будет время, чтобы сделать выводы. Так что поговорите спокойно, без эмоций.

— Не могу спокойно! Как он может так обо мне думать?

— Так, — Седой обвел взглядом полуразрушенную комнату, в которой я каким-то образом умудрилась побуянить, — давай-ка нальем тебе выпить твоего любимого ликера и отправимся спать.

— В баре, — хмуро кивнула в сторону гостиной, — туда я не добралась.

Пока Сэм ходил за выпивкой, я немного прибралась, смахнув все обломки, что остались от тумбочки и пуфиков в угол. Разбитое оконное стекло, остатки люстры и вазочки полетели туда же. В буквальном смысле полетели. Потому что вещи двигались по взмаху руки.

— И кто тут будет сомневаться, что у нас тут настоящий демоненок растет, — хмыкнул друг, возвращаясь с бутылкой и стаканом. — Держи уже!

Я залпом осушила содержимое и в блаженстве откинулась на подушки.

— Ой! — сначала не поняла, что случилось. Внутри меня что-то странно дернулось. Однако когда действие повторилось, чуть не завизжала от радости, — Сэм! Он пошевелился! Впервые!

— Можно? — с горящими от волнения глазами, мужчина опустился передо мной на колени и приложил голову к животу. Однако малыш затаился. Я чувствовала любопытство, исходящее изнутри. Голос, доносящийся снаружи, был демоненку знаком, однако своим его почему-то не признавал. И еще был недоволен тем, что обладатель голоса находился в такой близости ко мне.

— Ты ему нравишься, но он ревнует, — я расплылась в идиотской улыбке, — представляешь, я ощущаю все его чувства. Как-то сразу стала ощущать. Раньше были только смутные представления, потому что они сливались с моими эмоциями. А теперь я их различаю.

— Может, так повлияло общение с его отцом? — предположил Сэм, — кстати, оно себя осознает как мальчик или как девочка?

— Эээ, — я прислушалась к себе, задавая малышу вопрос: ты больше, как мама? Или папа? — он говорит, что сама я девчонка! А он красивый и очень сильный высший демон.

— Ну, что силен, не сомневаюсь, — по-доброму усмехнулся Сэм, — но чтобы уже красавец…

— Ох! — чувствительный пинок изнутри дал понять, что кто-то совершенно неправ. О чем и сообщила другу, заставив того признать, что мой сын и сильный, и красивый, и самый лучший.

С утра пораньше я вскочила бодрая и полная сил. Напевая под нос веселую песенку, отправилась в душ. Понимание того, что малыш тоже проснулся и ему нравится и мое пение, и водные процедуры наполняло счастьем.

— Сейчас пойдем кушать, — сообщила жадному кузьке, потому как он настойчиво пинался, пока в голове возникали образы блинчиков с мясом и острой приправой, — ненасытный ты мой.

Марта удивилась моему раннему подъему, но виду не подала. Зато поставила передо мной вожделенное блюдо с издающими потрясающий аромат блинами.

— Ди? Я думал, ты спишь! Доброе утро, — присоединился к завтраку Сэм, — Марта! Как ты только все успеваешь? Вроде и ложишься вместе со всеми, и встаешь, а в какое время ни зайди на кухню, у тебя всегда есть что-нибудь вкусное и свежее.

— Эдюшка! Так, когда оно в радость семью-то накормить, все само получается! — зарделась от похвалы экономка.

— Не представляю, как мы раньше без тебя обходились? Кстати, Диана сообщила тебе новость?

— Какую? — насупилась Марта, — тут что ни день, то новости.

— Нет. Сегодня будут только хорошие новости. Правда? — Седой подмигнул мне, явно пребывая в хорошем настроении.

— Малыш вчера первый раз пошевелился, — сообщила я, — а еще, уверена, у меня будет мальчик. И он точно обожает твои фирменные блинчики! Только если я сейчас не остановлюсь, то лопну.

— Ох! — Марта вытерла скатившуюся по щеке слезу, — как замечательно-то. Девочка моя, — подойдя ко мне, обняла, — это такое счастье ощущать внутри себя живое существо. Самое родное и любимое. Беременность — счастливая пора для любой женщины. Цени это.

— Спасибо! — растрогавшись от такого проявления заботы, сама едва не разревелась.

— Не вздумайте тут сырость разводить! — пригрозил Седой, — и Марта, соберешь нам чего-нибудь? Хотим Егора проведать. Ему бы домашней еды какой, а? Фруктов по дороге купим.

К больнице нарочно подъехали со стороны приемного отделения. Запах крови, исходящей из стоящей скорой ощутила так, словно находилась рядом.

— Ты сейчас похожа на наркомана, предвкушающего очередную дозу, — заметил Сэм, — хотя бы не смотри людям в глаза, а то они подумают, что хочешь их сожрать.

Я хмыкнула в ответ, и надвинула на лоб козырек кепки.

Внутри, на диванчиках, расположились люди, ожидающие приема. Мы устроились в уголке, стараясь не привлекать внимания. Многие больные испытывали боль. Их эмоции были настолько сильны, что я без труда могла распознать, что и кого беспокоит. У парня с бледным, как мел, лицом, сильный вывих и несколько кровоточащих ссадин. Полная женщина, постоянно обмахивающаяся газеткой, находится на грани обморока.

Повышенное давление, ушибы, переломы, боль, стоны, учащенное сердцебиение, страх создали особую атмосферу места. Тягостную, к слову. Вот только потеплевшему кулону все это нравилось.

— Не могу больше, — шепнула Сэму, вцепившись в его рукав, — неправильно это радоваться тому, что кому-то рядом плохо.

— Уходим, — друг вывел меня из приемного отделения, — проведаем Егора и домой.

Парень, замотанный в бинты с головы до пят, встретил нас удивленным взглядом. Явно не ожидал. Пробыли мы недолго. Немного рассказали о событиях в доме, стараясь избегать негативных моментов. Выразили пожелания скорейшего выздоровления и возвращения на службу.

— Должен быть другой способ, — высказалась я, когда ехали обратно, — ни к чему малышу привыкать к чьей-то боли.

— Что-нибудь придумаем. В конце концов, кулон необязательно должен быть на тебе. Я ведь тоже могу… есть у меня несколько идей.

— Каких же?

— Не уверен, что тебе стоит знать.

— Сэ-эм! Ну, чем ты меня можешь напугать?

— Я могу съездить на скотобойню. У моего знакомого небольшой мясокомбинат. Думаю, он не откажет в экскурсии.

— Без меня! — отмахнулась я, — не смогу смотреть, как убивают животных.

— Ну, кулон-то ты мне доверишь?

— Без проблем! Сэм, ты единственный, кому я полностью доверяю.

— Вот и договорились! Сегодня созвонюсь с Мартовским.

— Котом? — не удержалась от смешка.

— Ага. Его так все за глаза называют. Он знает, и не обижается.

Поездка заняла все утро, так что домой поспели как раз к обеду. Что удивительно, за накрытым столом нас ждала бывшая жена Сэма. Александр, которому первое время рекомендовали постельный режим, ел в своей комнате. Седой приставил одного из телохранителей присматривать за ним. А также с самого утра рядом неотлучно находилась нанятая сиделка.

Скромное платье, отсутствие косметики, заплетенные в простую косу волосы делали Ольгу совершенно иным человеком. Круги под глазами, усталый взгляд говорили о том, что она не спала всю ночь.

— Я бы хотела поговорить.

— Ну, так говори! Что мешает? — резко ответил Седой. Его точно не разжалобило такое преображение девушки.

— Понимаю, чтобы я сейчас не сказала, вы мне вряд ли поверите.

— Отчего же? Мне, например, интересно послушать, — поспешила ответить, пока Сэм не сорвался на очередную колкость.

— Спасибо, Диана. Ты сильная и… очень хорошая. Правильная. Понимаю, почему Эдик тебя выбрал.

— Не тяни! Мы проголодались. Говори, если на самом деле есть что сказать. Хотя сомневаюсь, что услышу что-то новое.

— Я просто хотела попросить прощения. Эдик, я виновата перед тобой. Хочу, чтобы ты знал, я часто вспоминаю время, когда мы были вместе. Никто ведь меня не любил так, как ты. А я все испортила. Сама. Нет! — жестом остановила Сэма, готового разразиться целой тирадой по этому поводу, — ничего не говори. Мне и так нелегко даются эти слова. Я уеду. Сегодня связалась с адвокатом, он займется разводом. Думаю, для всех будет лучше, если я просто исчезну. Начну жизнь с чистого листа. Вот. Спасибо вам. Вчера, когда Ди заслонила тебя от пули… когда я думала, что Алекс убьет… поняла, что не могу так больше. Мне жаль.

— Что ж, — в словах Ольги я не почувствовала фальши. Они шли от души, — рада, что нашла в себе силы остановиться. Ты тоже сильная. И красивая. Осознать свои ошибки, признать их, попросить прощения — много стоит.

— Кхм, давайте есть, что ли, — предложил Сэм, нарушив неловкую паузу после признаний бывшей и моих слов, — остыло уже все.

— Ты мне ничего не скажешь? — поинтересовалась Ольга.

— Сейчас я многое понимаю. Спустя столько времени, наконец, нашел ответы на все свои почему. Но ты ни слова не упомянула о ребенке. Кто его отец?

— Его никогда не было. Я все придумала, чтобы разжалобить тебя и заставить вернуться, — ответила девушка, отводя взгляд.

Лжет! — поняла я, но сказать об этом Сэму не решилась.

Необычный миндальный привкус, обнаруженный в грибном рагу, немного насторожил. Марта много раз готовила это блюдо, с чего ей что-либо менять? Тем более что орехи не входили в список моих предпочтений.

— Марта, — поинтересовалась у экономки, — ты решила изменить рецепт?

— О чем ты? Несвежее что-то попалось?

Меня уже один раз пытались отравить, поэтому едва закралось такое подозрение, сплюнула еду обратно в тарелку.

— Сэ-эм! Ты еще не ел рагу?

— Нет, а что?

— И не стоит. Странный привкус. И миндалем пахнет.

— И близко ничего подобного не добавляла! — всполошилась Марта, — миндалем? Это же не то, о чем я думаю? — женщина сменилась с лица.

— Что-то мне нехорошо, — Ольга, все это молча слушавшая наш разговор, схватилась за горло, — дышать трудно.

— Марта! Бегом готовить промывание. Сэм тащи ее в ванную, — я резко поднялась со стула и плюхнулась обратно. В глазах потемнело.

— Ди! — услышала отчаянный крик Седого, прежде чем меня скрутило жутким приступом рвоты.

— Вот дхарг! Опять чем-то траванули! — отдышавшись после неприятного действия, выругалась я, прибавив пару крепких словечек, — со мной все нормально будет. Лучше помогите Ольге. Она, похоже, съела больше меня.

— Точно? Может, скорую? — переволновавшийся Сэм все не мог поверить, что все обошлось.

— Точно. Я знаю. С нами все в порядке.

В дверях как раз показалась Марта с трехлитровой банкой раствора марганцовки в руках.

— Ей промывание нужно. И быстро. Пока сознание не потеряла, — прикрикнула на друга. Он подхватил бывшую жену на руки и побежал в гостевую комнату.

— Что-то случилось? — в столовую заглянул Роман, — я шум какой-то слышал.

— Случилось, — буркнула я, — очередное покушение. Рагу отравлено. Ольга успела его попробовать. Позови сиделку, что наняли Александру, она должна знать, какую первую помощь оказывать при отравлениях. Мне, кроме промывания, ничего в голову не пришло.

— С вами все в порядке? Вы успели съесть что-то?

— Просто стошнило. Я не люблю орехи, вот и…

— Сейчас пришлю кого-нибудь из ребят. Нужно собрать образцы еды на проверку, — связавшись по рации со своими сотрудниками, Роман направился к гостевым комнатам.

— Черт! — выскочил он буквально через минуту.

— Что случилось?

— Ваш гость мертв. Мой человек тоже. Сиделки нет.

Не успела я и слова сказать, как в комнату ворвались люди в масках и с автоматами. От резкого окрика «Лежать! Руки за голову!» колени подогнулись сами собой. Я послушно растянулась на полу. Романа, попытавшегося было что-то возразить, повалили рядом. Защелкнули на его руках наручники.

Гостиную заполонили чужаки. Я видела только армейские ботинки, мелькающие перед глазами, и слышала негромкие приказы. В комнату привели всех, кто находился в доме. Даже бледную до синевы Ольгу. По звукам хлопающих дверок шкафов, шагам, раздающимся прямо над головой, падающим вещам, сообразила, что в доме устроили обыск.

— Что происходит? По какому праву? Вызовите скорую. Девушке нужен врач, — потребовал Сэм, когда в комнату вошел тот, кто раздавал приказы.

Друга грубо заткнули ударом по лицу.

Ди, нет! — одними губами взмолился он, — не сейчас.

А когда? — видеть, как стоит на коленях Марта, кулем висит на Седом Ольга и морщатся от боли из-за заломленных под немыслимым углом рук охранники выше моих сил. Только сомнение в том, что успею обезвредить всех, прежде чем кто-либо из них спустит курок, удерживало на грани.

— Не нашли, — доложила одна из масок главному.

— Обыскивали? — кивнул он в нашу сторону.

— Нет.

— Так, обыщите!

Им нужен кулон! — поняла я, — сильно нужен, раз решились на такое.

— Что вы ищете? — сдерживая рвущуюся наружу злость, спросила, глядя в карие глаза, единственно различимые в прорезях одной из черных масок, приблизившихся ко мне.

— Да, похоже, мы уже нашли, — мужчина поддел пальцем цепочку на моей шее. — Первый!

— Отлично! — ко мне подошел главный, — сама снимешь или помочь?

— Нет!

— Ответ неверный, — мужчина подал своим людям знак и один из них пустил пулю в Кира. Охранник беззвучно завалился набок.

У меня внутри все оборвалось. Циничное убийство на глазах у всех говорило лишь о том, что в живых оставлять никого не собираются.

— Сдохните все! — рыкнула так, что посуда на столе превратилась в осколки. Мне даже не пришлось шевелиться. Достаточно было яростного желания. Убийцы не успели ничего осознать.

У главного, видимо, случился шок, когда он увидел, как разом осели его солдаты. Из прорезей черных масок торчали рукояти столовых ножей и вилок. Однако наемник довольно быстро сумел взять себя в руки. И если раньше в его взгляде читалось язвительное презрение, то теперь появилась обозленная обреченность пса, готового перегрызть собственную лапу, чтобы вырваться из ловушки.

— Кто тебя послал? — пистолет, что он вскинул в мою сторону, мгновенно раскалился. Мужчина вскрикнул, отбрасывая его в сторону. — Лучше тебе самому сказать. К таким, как ты, я не испытываю ни жалости, ни сочувствия.

Однако главный только хмыкнул, продолжая сверлить меня ледяным взглядом убийцы.

— Не скажет, — Роман, к этому моменту избавившийся от наручников, надел их теперь уже на наемника.

— Как считаешь, он бы пощадил хоть кого-то из нас? — спросила начальника охраны.

— Нет.

— Тогда и мы не будем.

— Верно! — Роман с такой силой засветил главному под дых, что тот перегнулся пополам. Остальные охранники присоединились к своему начальнику, методично наносящему удары рухнувшему на пол убийце.

— Марта, пойдем отсюда, — подняла с колен женщину, которая стеклянным взглядом смотрела на все происходящее, — давай, ты нам всем чайку сделаешь?

Но едва мы сунулись на кухню, как столкнулись еще с одной маской. Этот гад превратил вотчину Марты в руины. Ни секунды не сомневаясь, всадила ему в горло тесак для рубки мяса.

— Роман! Нужно проверить дом, — попросила, едва он появился на пороге, — могут быть еще сюрпризы, — кивком указала на распластавшееся тело.

— Мы зачистим. Полиция уже едет. Скорая тоже, но боюсь, уже не успеет.

— Слушай! Пусть кто-то из ребят отвезет Марту к Анне с Михаилом. Тут недалеко, быстро обернется. А то полиция потом никуда не выпустит, а у нее и без того шок.

— Пашка сделает. Он знает, где они живут.

— Вот и ладно, — сдав Марту с рук на руки охраннику, вернулась в гостиную.

— Как она? — спросила Сэма, держащего на руках бывшую жену.

— Без сознания. Пульс едва прощупывается. Жар сильный. Мы не успели желудок промыть. Роман немного разбирается в ядах. Говорит, ей уже не помочь.

— Крепись! — погладила друга по щеке, — скорая вот-вот будет. Может, еще есть шанс…

— Я не могу ее потерять, — с болью в голосе ответил Сэм, — не сейчас. Она ведь раскаялась, решила начать новую жизнь.

— Ты простил ее?

— Я? Не знаю. Какое это теперь имеет значение? Все кажется таким мелким, неважным. Жизнь так быстро заканчивается.

— Сэм, а если… — непроизвольно коснулась своего кулона, — но я не знаю, останется ли что-то от настоящей Ольги.

— Все равно выбора нет.

Мы оба вздрогнули, услышав приближающийся вой сирен.

— Если мы сейчас уйдем, будут проблемы. В доме бойня. Мой партнер мертв. Его жена отравлена. По меньшей мере, двое охранников убиты.

— Я сделаю это сама. Роман! — позвала начальника охраны, — помнишь место, откуда забирал нас с Эдуардом?

— Найду.

— Нужно отнести Ольгу на ту поляну. Есть способ спасти ее. И он, возможно, не совсем нормален. Ну, в твоем понимании. Поможешь?

— Я тут такого насмотрелся, что уже ничему не удивлюсь. Но, вы уверены?

— Если только она не умрет по дороге.

— Я смогу бегом. Девушка худенькая. Справлюсь.

— Этого, — кивнула в сторону избитого наемника, — с собой нужно. Но он не вернется. Его жизнь в обмен на ее.

— Я сам его прирежу, если потребуется.

— Хорошо. Тогда не будем терять времени.

Сэм бережно передал с рук на руки тело бывшей жены. А я в это время подошла к убийце.

— Поднимайся. Прогуляемся кое-куда.

— Вот еще! — сплевывая кровь, огрызнулся мужчина, — мне и тут неплохо.

— Ты не понял! Это не просьба. Мне плевать, в каком виде ты будешь, — щелчком пальцев оторвала его от пола и подняла на уровень глаз, — не хочешь идти, отрежу ноги. Так тащить легче. От шока или потери крови не умрешь, я об этом позабочусь. Заорешь — лишишься языка. Или получишь кляп из того, что между ног болтается. Знаешь, тебе повезло, что у меня нет времени с тобой возиться. Один знакомый рассказывал, как веселился, сдирая кожу со своего врага. Я не понимала тогда, что в этом может быть веселого. Зато сейчас вполне осознала, что он имел в виду: тот, кто угрожает моей семье, должен умирать долго и мучительно.

— Кто ты? — наемник, которого шмякнула о пол, поднялся и уставился на меня.

— Расскажу, когда получу ответы на свои вопросы. Так, что выбрал? Идешь или…

— Иду!

— Тогда, бегом марш!

К поляне примчались за полчаса. Ольга так и не пришла в себя. Дыхание было настолько слабым, что едва прослушивалось. Кожа покрылась красными пятнами. В уголках губ запеклась кровь.

— Клади ее с краю, — расчистила камень от веток, — этого в центр.

Роман расположил тело Ольги так, как я сказала. Затем настал черед наемника. Пришлось применить способности, чтобы зафиксировать его шею и руки в нужных выемках.

— Послушай! Чтобы не происходило, не приближайся! Я не знаю, сколько времени потребуется, чтобы совершить обмен. Может, несколько минут. А, может, часов. Если вмешаешься, можешь погибнуть. Я войду в особый транс, и контролировать себя не буду. Просто следи, чтобы никто не помешал.

Начальник охраны кивнул. Отошел к краю поляны, устроившись под тем самым деревом, где мы с Сэмом ждали подмогу. А я развернулась и легла на свободный участок камня. Наемник сдавленно зашипел, когда невидимые лезвия располосовали кожу на его запястьях и шее. Но меня это уже не волновало, я с улыбкой переступила грань Нижнего мира.

— Тара? Ты готова заключить со мной сделку? — прокричала в пустоту.

— Ди! — блондинистая демоница возникла передо мной, будто соткалась из воздуха, — не представляешь, как долго я ждала этих слов! Что ты хочешь в обмен на прекрасное молодое тело? Любое желание.

— Подожди! — остановила Тару, готовую на меня наброситься в порыве чувств.

— Расскажи, что будет с той, чье тело ты займешь? Она погибнет?

— Нет. Но собой уже никогда не будет.

— Почему?

— Как бы объяснить? Вселяясь в чье-то тело, мы проникаем в разум человека. И он просто не выдерживает соседства с демонской сущностью. У вас таких людей называют одержимыми.

— Проще говоря, — подытожила я, — человек сходит с ума! Есть ли способ избежать этого?

— У нас осталось не больше минуты. Девушка в любом случае умрет, — Тара занервничала, — решай быстрее.

— Хорошо. Я согласна!

— Тогда назови мое полное имя и скажи, что могу занять тело жертвы.

— Да мне твое имя ни в жизнь не выговорить, не то, что запомнить!

— Я помогу!

В воздухе сами собой стали возникать горящие огнем буквы. Эффектно! Ничего не скажешь. И я уже готова была сделать так, как хотела Тара, когда интуиция завопила о подвохе. В голове сами собой возникли нужные слова.

Спасибо за помощь, малыш! — поблагодарила демоненка и погладила свой живот.

— Я, Диана Седихина, дозволяю водному демону Тарк-мэ-ди-тес-та-нель-цве-ри-нат занять тело Ольги Брагиной сроком на один месяц. Взамен требую сохранять и оберегать временное тело и подчиняться мне беспрекословно.

Тара опешила от моей самодеятельности. Но возразить не посмела. Мои слова запустили в ней какой-то странный процесс. Ее тело стало похожим на ледяную статую. И оно таяло, становясь прозрачным прямо на глазах, пока не превратилось в чудом держащую нужную форму водяную скульптуру. Но и такое состояние длилось какие-то секунды, после чего оно вдруг распалось на сотни мелких капель. Я зажмурилась, защищаясь от брызг, летящих прямо в лицо. А когда открыла глаза, оказалась уже на поляне.

Наемник, лежащий рядом, был мертв. Ольга, покорно склонив голову, сидела около меня на коленях. Едва я поднялась, она бухнулась мне в ноги.

— Простите недостойную! Повелитель! Я не хотела. Можете забрать мою никчемную жизнь. Я недостойна той милости, что Вы даровали мне!

— Оль? Ты чего, с дуба рухнула? — поинтересовалась я, пытаясь отпихнуть девушку. — Какой повелитель? Это я, Диана.

— ОН внутри вас! В прошлый раз я не поняла. Но сейчас ОН обрел силу и… я так счастлива, что первой могу приветствовать ЕГО в этом мире.

— Не буду тебя спрашивать, Тара, как ты узнала о ребенке. Но с чего ты взяла, что он какой-то там повелитель? Да, его отец де… — осекшись, посмотрела на Романа, который пристально следил за разыгравшейся сценой, — не из этого мира. Но он всего лишь ледяной, — прошептала последнее слово, — и веди себя нормально. Не привлекай внимания.

— Этот человек враг? Дозволь забрать его жизнь? — Тара хищно облизнулась, плотоядно посмотрев на мужчину. Тот икнул и как-то сразу весь подобрался.

— Он свой! И очень помог мне. Не нужно его убивать!

— Да? А почему на нем нет твоей метки? Людишек так легко соблазнить, ввести в искушение. Любой демон сможет использовать его, чтобы подобраться к тебе. До своего рождения Повелитель слишком уязвим.

— Потому что понятия не имею, как ставить эти метки! И не знала, что они, вообще, нужны, — я разозлилась.

Ну как я могу что-то знать о традициях демонов? Тем более что в нашем мире, демоны — это всего лишь страшные сказки. Или, все-таки, не сказки?

Ольга тем временем поднялась. Подошла к Роману, обнюхала его со всех сторон, словно собака. Затем вернулась ко мне.

— На твоем месте я бы его уничтожила, — посоветовала она.

— Почему? — бессмысленных смертей, особенно тех, кто был рядом, помогал столько времени, я допускать не хотела.

— Он охотник! Истребитель. Экзорцист. Инквизитор. У подобных ему много имен. Они веками изгоняли нас, противостояли, жгли, убивали. Нельзя допустить, чтобы такой был рядом. Однажды ненависть, таящаяся в его крови, проснется, и он обратит все свои силы против нас.

— Занятно. Но нет! Обсудим это потом. Сейчас нужно вернуться в дом. Полиция там уже, наверняка, растерзала Сэма. Мы должны помочь ему разобраться с проблемой. И еще… — оглянулась на труп наемника, — с этим-то что делать?

— От тела лучше избавиться, — Роман подошел неслышно, — все его раны свидетельствуют о том, что смерть не случайная. Я помогу, но прежде вы объясните, во что я ввязался?

— Ну! Что я говорила? — прошипела Ольга, — он вечно будет совать нос в чужие дела!

— Прибери тут! — рыкнула на нервную демоницу, — а мы пока поговорим. Догонишь нас, как закончишь. Идем! — это уже Роману.

— Давай, так, — предложила мужчине, — ты сообщаешь мне свои выводы, а я говорю, правильные они или нет. Всего, как ты понимаешь, рассказать не могу.

— Не доверяете? После всего, что я сделал?

— Если бы я в тебе сомневалась, ты был уже мертв. Не подумай, будто мне нравится отнимать жизни. Но не я первая начала войну. Я всего лишь защищаю то, что мне дорого.

— Жестоко. Но справедливо, — согласился начальник охраны, — я тоже за то, чтобы отвечать ударом на удар. Выбирая профессию, я знал, на что шел. Риск погибнуть, прикрывая клиента, есть всегда. Но то, что увидел сегодня… Кто вы?

— Человек, — я хмыкнула, заметив на лице Романа кислую гримасу, — но с некоторыми способностями. Я не просила их. Не хотела. И то, как они мне достались… в общем, это был ад.

— А Эдуард Михайлович? Он тоже со способностями?

— С чего ты взял? Ах, да! Его раны. Нет. Он пострадал по моей вине. Я просто первый раз столкнулась с таким проявлением сил, не смогла их контролировать. Потому он едва не погиб. Но я постаралась все исправить. Перепугалась сильно.

— Поэтому вы сказали мне держаться подальше от камня?

— Именно. В прошлый раз Сэм находился слишком близко. Но сегодня у меня была жертва, и никто не…

— Эта поляна. Камень. Что все это значит?

— Если бы сама знала! Я случайно набрела на это место. Ну, когда потерялась.

— А что будет, если кто-то найдет камень, принесет жертву?

— Не знаю. Быть может, станет суперменом. Или сойдет с ума. Или заплатит за попытку собственной жизнью. Но одно точно: собой он быть перестанет.

— Как Ольга? Ты же не будешь утверждать, что это один и тот же человек. Я успел с ней пообщаться ранее, и совершенно уверен, что девушка, очнувшаяся на камне, не она.

— Так и есть. Но об этом будем знать только мы. Ты ведь никому не расскажешь? — получив от Романа еще одно заверение в его преданности, продолжила, — будь с ней осторожней. Ольга сейчас вспыльчива. Я не всегда могу оказаться рядом.

— Советую прислушаться! — от голоса, раздавшегося прямо за спиной, едва не подпрыгнула.

— Оля! Никогда не подкрадывайся ко мне сзади! — рыкнула на демоницу. Та хоть и потупилась, изображая раскаяние, но хитрый блеск в глазах ей скрыть не удалось. — Могу ведь и приложить так, что мало не покажется!

— Как прикажете! — девушка пожала плечами, — ну что? Успели обсудить меня? — Она по-дружески хлопнула Романа по плечу. Тот едва не присел, с удивлением посмотрев на хрупкую ручку, приложившую его.

— А с чего вы…

— Подслушала! И что? — Ольга округлила глаза, — это же не преступление? И, вообще, скучные вы какие-то! Я тут, можно сказать, с того света вернулась. Это надо отпраздновать.

— Оль! Пока никаких праздников. У тебя, между прочим, мужа убили. Придется изображать безутешную вдову и соблюдать траур. Хотя бы на людях.

— Вот черт! Я ж от скуки сдохну! — демоница хотела еще что-то сказать, но под моим строгим взглядом замолчала, обидевшись на весь свет.

Остаток пути провели в молчании. Только у дома Роман озвучил свои мысли, предложив придерживаться версии того, что во время нападения нам удалось сбежать. А не возвращались так долго потому, что разделились, сбивая погоню со следа, а потом искали друг друга.

Однако во дворе мы никого не обнаружили. Мало того, везде было прибрано и чисто, будто ничего и не случилось. В гостиной царил идеальный порядок.

Мы непонимающе переглянулись. Ладно, уборка. За умеренную плату специальные компании наводили чистоту в рекордные сроки. Но кто спрятал трупы? Почему нет полиции? На эти вопросы ответов не было.

— Я к ребятам. Держитесь вместе, — Роман, которому происходящее «нравилось» больше моего, отправился проверить своих подчиненных.

— А я к Сэму. Он-то должен знать, что тут за чертовщина творится.

— Тут странно пахнет, — Ольга, постоянно принюхивающаяся к чему-то, скривила носик.

— Немудрено! Чтобы отчистить всю кровь, наверняка, использовали кучу химии, — предположила я.

— Нет. Я о другом. Впрочем, могу ошибаться. Забудь! — отмахнулась демоница, — идем, познакомимся с твоим красавчиком поближе.

— Тара! — прошипела я, убедившись, что Роман уже ушел и нас не слышит, — держи себя в руках. Не забывай, что я в любой момент могу отправить тебя обратно.

— Госпожа! Слушаюсь и повинуюсь! — девушка отвесила глубокий поклон, — я просто… просто радуюсь тому, что наконец получила то, о чем мечтала: новое тело. А оно к тому же еще такое молодое и аппетитное. Ну, грех же не использовать его по назначению? Хочется веселиться и радоваться жизни.

— Боюсь, настоящей хозяйке это не понравится. Ольге и так досталось. А теперь, получается, что девушку снова будут использовать без ее на то разрешения.

— Ну, Ди! — молитвенно сложила ладони демоница, — она же ничего и помнить не будет. А я аккуратненько. Никто и не узнает.

— Обсудим это потом.

Поднявшись на второй этаж, обратила внимание, что дверь в комнату друга приоткрыта. Ох, не понравилось мне это. Как и недвусмысленные звуки, доносящиеся из спальни.

— Оу! Кто-то неплохо проводит время, — прокомментировала Тара, в голосе которой чувствовалась зависть.

— Но это… неправильно как-то, — меня кольнуло неприятное чувство ревности, — Сэм мой жених. Он не мог привести кого-то сюда, в наш дом.

— Сочувствую. Хочешь, убью обоих? Парень все равно не жилец. Когда ледяной узнает о сопернике, вырвет ему сердце.

— Нет, я не то имела в виду. У нас фиктивная помолвка. Чтобы избежать ненужного внимания со стороны потенциальных женихов и невест. Сэм мой лучший друг. С кем он спит, его личное дело. Я к тому, что он НИКОГДА бы ни привел сюда никого постороннего. Седой не из тех, кто гонится за каждой юбкой.

— Так, чего тогда думать? Пойдем, посмотрим, кто соблазнил твоего женишка!

Раздираемые любопытством, ввалились мы в комнату одновременно.

— Хм, у него классная задница! — Тара и не думала скрываться. Она откровенно пялилась на интенсивно двигающегося голого Сэма, за которым его пассию было не так просто разглядеть.

— Сэм, что происходит?

— Ди, ты не могла бы подождать за дверью! — отшил Седой, и не думая прерывать свое занятие, — я занят.

— Что за наглость? — пораженная пренебрежительным тоном, которого еще ни разу не слышала от друга, я ринулась вперед. Схватив за ухо, стащила мужчину с кровати, — прекрати немедленно! Если не забыл, я твоя невеста! И разврата в этом доме не потерплю!

— Эй! Полегче, милочка! — зашипела недовольная дамочка, — тебя сюда не звали. Или присоединиться хочешь? — она окинула меня масляным взглядом, потом посмотрела на Тару. — Ольга? А ты что здесь забыла? Кстати, соболезную. И поздравляю! Ты стала вдовой. Всегда говорила, что черное тебе идет. Иди, готовься к похоронам, и не мешай мамочке развлекаться.

— Мамочке? — мы с Тарой переглянулись. — Сэм! Как ты мог? Карина Павловна, вы должны немедленно покинуть мой дом!

— Нет! — ухмыльнулась стерва, — боюсь, это тебе, девочка, пора собирать вещи. Эдик, скажи ей!

— Да, Диана, — послушно промямлил Седой, — тебе лучше уйти. Я разрываю помолвку. Поезжай в гостиницу. Детали обсудим позже.

— Чего-о-о? — я моментально вскипела. Если от дамочки можно было ожидать любого выверта, то такого мой Сэм точно сказать не мог, а значит… — Ольга! Тащи этого героя-любовника в ванную! Ледяной душ ему не помешает. А ты… пожалеешь, что связалась со мной.

Щелкнув пальцами, хотела дать воздушного пинка, чтобы Карина вылетела из комнаты, как пробка. Но у меня ничего не вышло. А дамочка ехидно улыбнулась.

— Что, кишка тонка? — блеснувшие в глазах огоньки пламени, подсказали, с кем имею дело. — Не тебе со мной тягаться, деточка! Пошла вон, пока цела. Хотя нет… ты мне должна кое-что. Это! — мгновенно преодолев разделявшее нас расстояние, Карина вцепилась в мой кулон.

— Ах, ты тварь! — озверев окончательно, вцепилась в волосы Карины и повалила ее на пол. Не ожидавшая такого отпора, демоница пропустила несколько чувствительных ударов. Я наградила ее глубокими царапинами на щеке и шее, вырвала приличный клок из шевелюры, да оставила отпечаток зубов на той руке, что впилась в мой кулон.

Покрывая друг друга градом ругательств, мы катались с Кариной по полу, колошматя друг друга изо всех сил.

— Что тут у вас за шум? — в дверях появился Роман.

— Отцепи от меня эту сумасшедшую! — взвизгнула я.

К моему удивлению, Роман довольно быстро справился с разбушевавшейся голой дамочкой. Он ловко заломил ей руки за спину, а потом замотал, как куклу в сорванную с кровати простыню. Карина шипела, как змея, и кидалась проклятьями. Причем некоторые из них произносились на странном языке. К своему ужасу, я понимала их смысл, и от этого мороз шел по коже. Хорошо, что ко мне ни одно не могло пристать. Спасибо кулону, который все еще был при мне. А вот Роман… как ни странно, но на него тоже не подействовало. Это заставило задуматься. И не только меня.

— Охотник! — процедила Карина, — ты поплатишься за то, что вмешался. Я уничтожу тебя.

— Заткнись! — Роман живо соорудил кляп из найденной на полу тряпки (к слову, это оказались трусики Карины), — готово! — это уже мне, — что с ней делать будем?

— Свяжи покрепче. Да охрану приставь. Эта тварь что-то с Сэмом сделала. Он на себя непохож, — в этот момент раздался протяжный вопль из ванной, который как нельзя кстати подтвердил мои слова.

— Что там с ним?

— Душ принимает. Ледяной. И сопротивляется, — добавила, после того, как услышала грохот падающей полки вместе с содержимым. — Ему не нравится, похоже.

— Угу, — Роман понимающе хмыкнул, — это Ольга ему там спинку трет?

— Ну, можно и так сказать.

— Я тут подумал. У нас подвал есть. Там решетки на окнах и дверь железная. Сейчас распоряжусь, чтобы туда пару матрасов кинули, да запру эту фифу там. Пусть посидит немного. А мы тут пока свои вопросы порешаем.

— Отличная идея! — похвалила мужчину, — занимайся. А я проверю, не угробили ли мне там друга окончательно.

Роман подхватил извивающееся тело Карины, закинул его на плечо, как мешок с картошкой и пошел вниз. А я поспешила в ванную комнату, из которой доносились ругательства и крики.

— Ну, как тут у вас? — поинтересовалась, окидывая взглядом обстановку. Ольга лихо скрутила бывшего мужа. Удерживая его одной рукой, другой она методично поливала бедолагу холодной водой. Тот орал, брыкался, дергался, но из цепких пальчиков Ольги никуда деться не мог.

— Диана! Избавь меня от этого чудовища! — услышав мой голос, отреагировал Сэм.

— Уже! Карину связали и заперли в подвале.

— Нет! Я про эту леди, что сейчас измывается надо мной.

— Леди? — я вопросительно изогнула бровь.

— Да я тут поучила парня немного, как ко мне обращаться нужно, — ответила Ольга, виновато отводя взгляд.

— Ого? Чем угрожала?

— Намекнула, что у меня давно мужика не было и что залюблю его до потери пульса, если еще раз назовет меня неподобающим образом.

— Аргумент! — признала я, еле сдерживая улыбку. — Ладно, заканчивайте водные процедуры. Он ведь все еще рвется к этой своей… дамочке?

— Угу! Она на него свою метку поставила. Да сексом привязала. Он теперь с ее рук есть будет и ноги ей лизать.

— С-су-ка! — процедила я, — это как-то можно исправить?

— Сложно.

— Но не невозможно, так? Если есть шанс, я готова его использовать.

Пока Ольга вытаскивала Сэма из ванной, пока он натягивал на влажное тело белье и брюки, я стояла у окна, отбивая пальцами дробь. По всему выходило, что все события, развернувшиеся сегодня, взаимосвязаны. И отравление, и нападение, и даже приезд Карины Павловны.

Неужели все так сильно закрутилось после того, как одержимая (то, что внутри женщины находился демон, сомнений не вызывало) узнала про мой кулон? Выходит, что так. Зачем он ей нужен? А Седой? Прихоть? Или еще один метод воздействия? Почему Карина столько времени выжидала, прежде чем затащить его в постель? Не была настолько сильна? Вряд ли. Может, Сэм был незначительной фигурой? Сомнительно. Скорее, не поддался воздействию. Хотя, тогда он был влюблен в Ольгу по уши. Не это ли причина, по которой он смог противостоять демонице? Очень может быть. Но тогда Карина могла его контролировать через дочь. А сейчас нет. Кстати, одержимость вполне объясняет потребительское отношение к девушке.

Мельком взглянула на Тару, которая принимала активное участие в одевании друга. То, как она при этом умудрялась его тискать, вызывало смех. А реакция самого Сэма, его искреннее возмущение и алеющие щеки доказывали, что ему небезразлично в каком виде он предстал перед бывшей женой.

— Сэм, что тут произошло? Куда делись трупы? И почему не видно ни одного полицейского? — решила начать с вопросов, не дающих покоя с момента возвращения.

— Кариночка все убрала здесь. Она просто чудо! — мужчина расплылся в идиотской улыбке.

— В смысле убрала? Пальцами щелкнула, и все сразу стало чистым? — съехидничала я.

— Ну, да! — неожиданно подтвердил Сэм, — тела в пыль рассыпались. А грязь сама в шарики скаталась и вспыхнула огнем. Посуду только пришлось выкинуть. Но мебель она восстановила. Магия!

— А твой компаньон? Охранники? Их тоже того, в пыль?

— Нет. Их скорая увезла. А полиция только взяла с нас показания и уехала. Убийца ведь созналась во всем.

— Даже так? Дай угадаю! Сиделка? И кто же ее нанял?

— Это скоро выяснится. Следователь сказал, что расколет преступницу в два счета.

— Как интересно! А как же поймали нашу убийцу-то? — на всякий случай поинтересовалась я. То, как ловко Карина заметала следы и отводила подозрения, поражало.

— Так, она в доме пряталась. На нее Кир случайно наткнулся, когда делал обход. Жаль парня, эта стерва его пристрелила. Полиция едва успела схватить ее. Но теперь никуда не денется.

— А почему она это сделала известно?

— Я так понял, девушка одна из тех, кого Александр в свое время соблазнил и бросил.

— Угу! — кивнула, что приняла объяснения. На самом деле поняла я другое: Карина основательно промыла мозги не только Сэму, но и всем остальным охранникам. Надо обо всем рассказать Роману. Его люди могут быть под влиянием демоницы.

— Ну, как тут у вас? — стоило вспомнить про начальника охраны, как он появился в дверях.

— Ром, а кого ты оставил за пленницей смотреть?

— Дениса. Он сам вызвался, — ответил мужчина, — а что?

— Посмотри на Сэма. Разве он похож на себя? — указала рукой на друга, — нет. То же самое может быть и с твоими парнями. Он не помнит того, что на самом деле произошло.

— Вот черт! — Роман мгновенно сообразил, чем все может обернуться и, сорвавшись с места, помчался обратно.

Когда он, спустя четверть часа, вернулся, по его понурому виду поняла, что Карине удалось сбежать. Волновало только одно.

— Что с Денисом?

— Исчез. Там, вначале улицы, машина стояла. Их ждали. Так что они уже далеко. Я на все посты сообщил, но разве это кого-то задержит? Вот ведьма!

— Одержимая, — поправила мужчину, — ведьмы в большинстве своем хорошие. Они людям помогают, а не подчиняют и используют.

— Что делать-то будем? — вмешалась Ольга, — чем дольше на Сэме привязка, тем меньше шансов ее разорвать.

— Говори уже, что мы должны сделать, — устало попросила я. В том, что у Тары был план, не сомневалась. Она лучше всех из нас разбиралась во всех этих привязках и последствиях от вмешательства.

— Есть три варианта. Самый простой — это смерть. Причем лучше Карины. Тогда через некоторое время влияние исчезнет само собой. Ну, и если внушаемый сам погибнет, соответственно, и влияние пропадет.

По моему тяжелому взгляду Ольга поняла, что такой вариант, ни при каком раскладе, не устраивает. Нет. Исчезновению Карины многие бы обрадовались. Но ее еще нужно найти. И убить. А это сложно сделать, учитывая ее возможности.

— Второй вариант: можно выжечь метку. Наших сил вполне хватит на это. Однако есть риск, что повредится сознание. Карина уже покопалась в мозгах Эдуарда, так что последствия непредсказуемы.

— Я так понимаю, остается третий вариант. И ты оставила его напоследок? Ну, и на что мы подписываемся?

— Все просто. Нужно создать новую привязку. У нас все шансы, что она заменит старую. Как я поняла у обладательницы этого тела и Сэма в прошлом были отношения?

— Они были женаты. И он очень ее любил, — подтвердила я, — но что это будет для него значить? Он также будет стремиться исполнить любую твою прихоть?

— Я обещаю, что не буду манипулировать им. К тому же, когда закончится мой срок, привязка спадет сама собой. К этому времени и Каринины чары ослабнут.

— Не поняла? А первоначальное воздействие не исчезнет?

— Нет, — демоница горько вздохнула, — они будут действовать обе. Мне придется находиться рядом с ним постоянно и регулярно подпитывать привязку. Тогда из двух воздействий он выберет то, что сильнее.

— О как. Ты на секс, что ли, намекаешь?

— Ну-у, — девушка скромно потупила взгляд и шаркнула ножкой по полу, — я же никому ничего плохого не делаю. Всем только польза будет. А я буду охранять его, присматривать и все такое.

— А потом что? Снова разобьешь ему сердце? Он в прошлый раз едва оправился.

— Ну, что я? Если нужно, могу задержаться. Это ведь не от меня зависит, — из-под припущенных ресниц в мою сторону метнулся лукавый взгляд. — Я могу сделать его счастливым. Ты ведь за это переживаешь?

— Она ведь ненастоящая будет. Искусственная. Любовь-то. А вдруг он обо всем узнает? Мы не имеем права так играть чувствами других.

— Диана Михайловна, — Роман тактично кашлянул, привлекая к себе внимание, — простите, что вмешиваюсь, но мне кажется, это лучший вариант. И мы можем спросить самого Эдуарда Михайловича. Он ведь не ребенок. Слышал все, о чем говорили, и способен самостоятельно принять решение.

— Сэ-эм? — обратилась к другу, притихшему и понурому, сидящему на кровати и буравящему унылым взглядом пол.

— Делайте, что хотите. Мне все равно, — буркнул он в ответ.

— Дхарг! Почему я должна принимать такое важное решение? А если это ошибка? Что, если найдется другой вариант? — я взбунтовалась. Не думала, что так трудно решать судьбу того, кто настолько дорог.

— Ди, я клянусь, что не причиню вреда, — поняв мои метания, Тара подошла, заглянула в глаза, — это хорошая сделка, — прошептала она так, что слышала только я, — что такое человеческая жизнь по сравнению с вечностью в Нижнем мире? Я буду самой преданной, верной и любящей. Он будет счастлив, обещаю!

— Ладно! — я сдалась, — но, когда все закончится, Сэм должен будет обо всем узнать и принять осознанное решение. Так, будет честно. Если он не захочет остаться с тобой, тебе придется уйти, Тара.

— Справедливо, — признала демоница, — но ведь он может принять совершенно любое решение?

— Может. И если захочет, ты останешься. Только прежде дай клятву, что ты никогда и ни в чем не будешь влиять на него или принуждать к чему бы то и было.

После того как демоница принесла мне все требуемые клятвы, приступили к ритуалу. Оказалось все на удивление просто. Тара прокусила кожу на шее Сэма. Произнесла несколько фраз на своем языке. Я смогла разобрать только отдельные слова: мой, навеки, душой и телом.

— А теперь вам лучше оставить нас одних, — попросила Тара, запустив пальчики в седую шевелюру Сэма. От поглаживаний и прикосновений демоницы мужчина оживал на глазах.

Мы с Романом, неотрывно следящие за происходящим действом, переглянулись и дружно ломанулись к выходу. Раз Сэм реагировал на Тару, как на желанную женщину, значит, все шло по плану.

— И не вздумайте беспокоить нас раньше обеда! — донеслось из-за закрытой двери.

— Кхм, — мне как-то стыдно было сейчас общаться с Романом. Мы, можно сказать, уложили этих двоих в одну кровать. И неважно, что одна туда сама рвалась, а у другого не осталось выбора.

— Могу я пригласить вас на ужин? — поинтересовался начальник охраны.

— Почему бы и нет? Мне только в душ сходить не помешает и переодеться.

— Тогда жду внизу, — улыбнувшись, мужчина помчался вниз так, будто за ним гнались.

Чего это он?

Впрочем, желание попасть в ванную оказалось сильнее размышлений на тему неожиданно странного поведения Романа. Со всеми этими событиями совсем позабыла о том, что на мне надет тот самый наряд, в котором полдня провалялась на камне. И желудок призывно урчал, намекая, что его давненько не кормили.

Разве можно считать едой отравленное рагу? К тому же организм предпочел избавиться от испорченной пищи. А потом было столько волнений, что о том, что есть некто очень маленький и голодный, совершенно позабыла.

— Сейчас, мой хороший. Потерпи! Сначала водные процедуры, а потом много, очень много вкусной еды, — уговаривала проснувшегося и интенсивно толкающегося демоненка. — У твоей мамы сегодня столько всяческих неприятностей случилось, что голова кругом. Ты только представь…

Пока принимала душ и надевала домашнее платье, делилась с малышом произошедшими событиями. Особенно его возмутило поведение Карины.

— Знаю, маленький. Мне тоже не нравится эта тетя. Она обидела моего хорошего друга, который помогал и не раз спасал твоей маме жизнь. Но ты ведь еще не готов тягаться с ней. Тебе нужно подрасти немного. Тогда и вернешь ее туда, откуда она заявилась. И без права на помилование. Что? Вторую тоже отправить? Ну, хороший мой, а чем тебе Тара не угодила? Пыталась обмануть во время сделки? Так, это ж в ее природе заложено. Пусть она докажет свою полезность, а мы потом подумаем, что с ней делать.

Придя с демоненком к определенному согласию, поспешила вниз. Я улыбалась тому, как неожиданно и приятно было общаться с таким маленьким, но уже родным и совершенно невозможным живым существом. Он еще является частью меня, но на самом деле уже вполне сформировавшаяся личность со своими желаниями, мнением и потребностями.

— А… это что? — опешила, застыв на пороге гостиной.

Накрытый на две персоны стол. Свечи. Букетик полевых цветов в вазочке. Роман, весь такой из себя нарядный и сияющий.

— Прошу, Диана Михайловна, — мужчина приблизился и, поцеловав мою руку, проводил к месту. Помог присесть, галантно пододвинув стул.

— Ром? Это же не то, о чем я думаю? Не свидание?

— Поторопился, да? — виновато улыбнулся начальник охраны и тут же засуетился, открывая бутылку моего любимого ликера. — Я ведь человек простой, не люблю ходить вокруг да около. А то, что Эдуард Михайлович и вы, в общем, не жених с невестой, понял сразу. Не похожи вы на влюбленную пару. Скорее на близких друзей или родственников.

— Роман, это как-то… — я совершенно растерялась. Подумать не могла, что нравлюсь этому мужчине и что он готов за мной ухаживать. Раньше ведь и намека не делал на подобное отношение.

— Я знаю, что вы ждете ребенка, — продолжил он тем временем, — и готов принять на себя ответственность. Если вы позволите, конечно.

— И тебя не смущают мои, скажем так, необычные способности?

— Наоборот. Это делает вас особенной. Вы мне сразу понравились. Да только понимал, что у меня нет шансов. А потом все так завертелось, и… я решил попытать счастья. Что вы на это скажете? Я ведь с серьезными намерениями. Одно только ваше слово, и хоть завтра в загс.

— Кхе-кхем! — я закашлялась, — Роман, ты мне, что ли, предложение делаешь?

Вот дхарг. Как не вовремя-то!

— Если пожелаете, то да. Диана, согласны ли вы стать моей женой? — мужчина присел передо мной на одно колено и выудил из кармана бархатную коробочку.

И кольцо купил? — поразилась я, — когда все успел-то?

— Послушай! — я накрыла ладонь мужчины, сжимая его пальцы вокруг злополучной коробочки, — мне жаль, но не могу ответить на твои чувства. Я люблю отца своего ребенка и мечтаю о том, чтобы мы были семьей. Прости, если дала повод на что-то надеяться. Не в моих правилах играть чужими чувствами. Но ты должен знать, что шансов изначально не было. Ни у тебя, ни у кого-то другого.

Надо было видеть, как разом потух взгляд, как осунулись плечи, и поникла голова Романа.

— Нет. И почему я, дурак, решил, что у меня есть шанс? — говорил он, обращаясь то ли ко мне, то ли к себе самому, — я ведь мог заслужить? Что-то сделать? Добиться? Нет. Ты не из таких женщин. И любишь Его. Это понятно. Раз даже Сэма отвергла, а он наверняка пытался. Как он смог быть рядом и не признаться в чувствах? Тебя невозможно не любить. Ты такая сильная, яркая, притягательная. Значит, любит настолько, что смог отказаться. Может, и у меня получится? Я ведь больше ни на одну женщину посмотреть не смогу. Они все недотягивают.

От накатившей жалости, защемило сердце. Не заслужил этот человек таких терзаний. Правильный, честный, принципиальный. Ему бы встретить хорошую женщину, да семью создать, детишек растить. А вместо этого влюбился в меня. Виноватой я себя, конечно, не чувствовала. Повода никогда и никому не давала. Но определенную ответственность — да.

Захотелось погладить мужчину по волосам, пожалеть. Но усилием воли подавила порыв. Это только бы унизило его. Он и так открыл передо мной душу. Жалостью можно было разрушить хрупкое доверие, что образовалось между нами.

— Послушай. Знаю, что это ничтожно мало, но не хочу потерять хорошего друга. Поэтому, если не возражаешь, давай останемся друзьями?

— Мне ведь ничего другого не остается, так? — Роман стиснул мою ладонь в своих руках, прижал ее к своему лбу. Замер. В такое неловкое положение никогда не попадала. — Я должен подумать. Простите. Мне нужно побыть одному. — Стремительно поднявшись, мужчина поцеловал мои пальцы и… сбежал.

С минуту сидела, уставившись в одну точку. Может, кому-то другому было бы лестно получить такое предложение. Но не мне. По крайней мере, не от этого человека. Если подумать, то мы и знакомы всего ничего, а он успел влюбиться настолько, что готов связать со мной жизнь. А что он имел в виду, упоминая Сэма? С ним-то мы точно выяснили все отношения. Хотя, Роману же неизвестно все то, что связывает меня с лучшим другом. Видимо, отсюда такие выводы.

Я же ничем не обидела его? — еще раз прокрутила в голове разговор, — вроде бы ничем. Если адекватно оценивает ситуацию, примет и смирится с моим выбором. Если нет, придется распрощаться.

Достигнув внутреннего согласия, облегченно выдохнула и внимательно осмотрела стол.

Не пропадать же добру, когда мы такие голодные? Ни в коем случае! — вооружившись вилкой, решительно подвинула себе ближайшее блюдо. Съесть я собиралась все!

Из-за стола выползала с огромным трудом. Где-то там, на задворках сознания, пищала совесть, укоряя, что нельзя столько есть. Особенно на ночь. Но приятная сытость и довольное состояние малыша служили всему лучшим оправданием.

— А теперь баиньки! — сказала себе, — завтра ждет очередной сложный день.

Угу, в последнее время все так завертелось, что каждый преподносил все новые сюрпризы.

Проклиная тех, кто придумал дурацкие лестницы, доползла до второго этажа. Дверь в соседнюю комнату была плотно закрыта. Но задорный смех Тары, голос Сэма и звуки музыки все же можно было расслышать. В какой-то момент я даже позавидовала тому, что эти двое сейчас вместе. А меня вот страшила предстоящая ночь. После вчерашней ссоры с Дайроном, новая встреча пугала. В том, что она состоится, не сомневалась. Камни на кулоне, даже несмотря на посещение Нижнего мира, переливались алым цветом. Убийство целого отряда наемников зарядило их под завязку.

Что он мне скажет? Вновь будет упрекать в том, в чем не виновата? Или, наоборот, станет просить прощения? Доказательства я ему привела неоспоримые. А если так, прощать сразу? Или пусть помучается? Есть ли смысл рассказывать Дайрону о покушениях? Или о том, что Тара с чего-то взяла, что наш малыш будущий Повелитель? Важно ли это? И не решится он пойти на сделку с Бериттами, чтобы ускорить наше возвращение?

Решив действовать по обстоятельствам, немного успокоилась. Выбрала в гардеробе довольно откровенную кружевную сорочку, выпила для храбрости бокал любимого ликера и улеглась спать.

— Ди! — стоило сомкнуть глаза, как оказалась в комнате моего демона.

— Дайрон! — едва увидев любимого мужчину, вмиг позабыла обо всех обидах. Сегодня он был особенно красивым. На волнистых волосах еще сохранилась влага, будто он совсем недавно принимал душ. Лицо гладко выбрито, белоснежная рубашка сияет от чистоты и свежести. Расстегнутый ворот соблазнительно открывает часть груди. А во взгляде дорогих серых глаз таится столько нерастраченной нежности, что замирает сердце.

Мельком заметила, что спальня обзавелась новым шкафом, да и, вообще, претерпела некоторые изменения. Вместе с новыми окнами обновились шторы. И ковер на полу другой, вроде бы.

— Ди, пожалуйста. Твои слова о… ребенке не дают мне покоя. Дело не в том, что я думаю. Я тебя ни в чем не обвиняю. Просто такое невозможно. Я боюсь поверить, что это правда. Позволь убедиться.

Глядя на то, как медленно демон ко мне подходит, как опускается на колени и протягивает руки к моему животу, нервно закусываю губу, не в силах что-то ответить. Не в силах пошевелиться. Чувствую, что если скажу хоть слово, снова разразится скандал. С одной стороны, горит вчерашняя обида: Дайрон до сих пор сомневается. А значит, допускает мысль, что я его обманула или была неверна. Но с другой — набатом отдаются слова Сэма о том, что нужно дать демону время.

— Ди! — благоговейно прошептал он, — это и вправду мой сын. Мой! Сын! Настоящий. Ледяной. Наследник и… — его руки бессильно опустились, — я виноват перед тобой. Оскорбил недоверием. Простишь ли?

— Дайрон, — мой голос предательски дрогнул.

— Для тебя Аламат, — поправил мужчина, — с этого мгновения и навсегда.

— Аламат, — я судорожно вздохнула. Демон сказал свое имя, а значит, принял равной себе. В нашем мире ничего особенного, а на Дхааре величайшая степень доверия и близости. — Я не сержусь больше. Просто столько раз представляла, как скажу тебе о нашем малыше, а в итоге ты не поверил.

— Диана, — мужчина стиснул меня в объятиях, целуя живот через тонкую материю ночной сорочки, — сокровище мое. Любовь моя. Единственная. Желанная. Удивительная.

— Ал, — взъерошила пальцами его волосы, — я так соскучилась по тебе. По твоим рукам, по поцелуям, по твоему запаху. Когда же мы сможем, наконец, быть вместе?

— Ди-и, — простонал демон, обжигая поцелуями затвердевшую под его пальцами грудь, — моя маленькая человечка. Клянусь, очень скоро мы будем вместе.

К тому времени, как Дайрон добрался до моих губ, я уже вся горела от желания. Истосковавшееся по ласке, тело реагировало на малейшее прикосновение. Демон рычал, будто изголодавший зверь, заполучивший желанную добычу. Было в этом что-то животное, притягательное, что заставляло меня внутренне ликовать. Все мое существо стремилось к нему. Потребность принадлежать этому мужчине ощущала каждой клеткой тела.

Я не удивилась стремительному перемещению на кровать и не менее быстрому избавлению от одежды. Он вошел одним движением, сорвав с губ полувсхлип — полустон. Я подалась навстречу, обнимая руками и ногами.

— А-ла-мат. Еще! — мои пальцы прочертили глубокие бороздки по спине демона. Он сдерживался, опасаясь причинить вред. Это чувствовалось в особой ауре наших слившихся тел, в рваных движениях, стонах, — не бойся, мне не будет больно. Я хочу, чтобы ты любил меня, как никого и никогда раньше.

— Я не хочу тебя напугать, — потемневшие от страсти глаза демона оказались в паре сантиметров от моих. Но в моем взгляде он мог прочитать лишь то, что я приму его любым, — ты увидишь меня настоящего. И еще… не сопротивляйся, если проникну в твое сознание. Мое также будет открыто для тебя.

— Да, — я потянулась, ловя губами его губы. Демон не смог устоять, и на какое-то время мы слились в единое целое.

— Что же ты со мной делаешь, — прошептал Дайрон, останавливаясь за миг до того, как жаркий ураган страсти достиг своего пика, — я и правда, не могу сдерживаться.

— И не надо!

— Ты не понимаешь. Ментальный контакт прервется, если испытываемые эмоции будут слишком… сильными.

— Не поняла! Все это, — провела пальцами по его щеке, — всего лишь сон? Но почему он такой реальный? Я ведь чувствую тебя.

— Ты же прекрасно понимаешь, что сон, — Дайрон горько улыбнулся, — поэтому я хочу продлить его как можно дольше.

— Я тоже Ал. Я тоже. Это удивительно, что находясь так далеко друг от друга, мы можем быть вместе. Демоническая магия? У вас все так могут?

— В том-то и дело, что нет. Такое общение — редкость. Но ты у меня особенная. Не перестаешь удивлять.

— Я? Считаешь, все дело во мне?

— Ну а в ком еще, маленькая? — меня ласково чмокнули в носик, — ты моя половинка, как принято говорить в вашем мире.

— Да! И ты моя. А что, на Дхааре такого нет?

— У нас это называется истинной парой. Но самое необычное знаешь в чем? — я мотнула головой и вопросительно уставилась на мужчину, — в том, что таких пар в нашем мире больше нет. Вернее, сейчас нет. Они встречались раньше, еще до войны. Но и тогда считались величайшей редкостью.

— Оу. И что это значит?

— Мне проще показать. Это намного глубже, чем какие-то слова. Не бойся, — Дайрон выдохнул, касаясь моих губ. Одновременно с этим его взгляд полыхнул огненными искрами.

В какой момент у демона появились клыки, которыми он царапнул кожу, не заметила. Я погружалась в затягивающий серый омут так стремительно, что чувствовала головокружение.

Странно, — промелькнула мысль, — спать и чувствовать все, что происходит. Но еще необычнее во время сна погружаться в новый сон. Или транс?

Звуки, голоса, картинки, запахи нахлынули на меня так резко, что сердце заколотилось, как безумное. Слишком все ярко, громко и… чуждо.

Это не я! Не мои мысли! — меня захлестнула паника.

— Шшш, — в голове раздался такой знакомый и родной голос, — не пугайся. Ты сейчас видишь моими глазами.

И вправду, чуть успокоившись, поняла, что нахожусь на Дхааре, в поместье. Весь дом я чувствовала, как живой организм. Расположение комнат, нахождение в них живых существ, их действия, разговоры — все было доступно. Однако выделить что-либо одно было сложно. Отсюда и головокружение, и гул, и быстрая смена картинок.

Как он с этим справляется? — невольно удивилась я, — в таком бедламе недолго свихнутся.

— Научился отсекать все ненужное, — пояснил Дайрон, — потерпи немного. Сейчас сделаю так, чтобы было тихо.

Действительно, через какое-то время голоса стали звучать глуше и картинки будто отдалились. Но ненадолго. Вскоре передо мной замелькали образы прошлого. Дайрон показал нашу встречу, когда он нашел меня, израненную, у озера. И спонтанное желание помочь, которому несказанно удивился. И переживание за синеглазую девочку. И сильная нежная любовь к этому ребенку. Желание сделать ее счастливой, подарить весь мир. Что такое жизнь какой-то человечки, если это вызовет улыбку на милом личике?

Демон открылся мне. Я видела, как в нем изначально зародилось любопытство. Толика крови, которой он поделился для моего спасения, дала ему возможность чувствовать меня сильнее других. Дайрон списал это на собственный промах: ни одному демону и в голову бы не пришло спасать человека таким образом. Но целительной магией он действительно владел на самом плохом уровне, а времени на принятие решения было катастрофически мало. А потом вспышка злости. Или ревности. Ланни еще никому из посторонних не позволяла настолько приблизиться к себе. Огромным сюрпризом стала моя неожиданная дружба с неккери. В особенности с Эльзин. Демон был поражен, когда я осмелилась остановить его и тем самым спасти низшего демона, что едва не раздавил меня своими копытами. А затем череда новых покушений и наше неминуемое сближение. Ночь, которую мы впервые провели вместе. Демон сохранил ее в памяти до мелочей. И жуткая злость, когда он не обнаружил меня утром в спальне. Специально уехал в кратар, чтобы ненароком не сорваться. Дайрон был обескуражен тем, как сильно зацепила его человечка. Я. Ирму он выдворил из своей спальни еще в первый день моего появления в поместье. Она не давала прохода, подкарауливая его в самых откровенных нарядах. Но ее для моего демона будто не существовало. А метка, которой Аламат наградил меня, была для него самого неожиданностью. На уровне инстинкта. Зверь, что таился глубоко внутри, принял человечку и поспешил заклеймить свое право.

Стоило воспоминаниям коснуться истинной сущности Дайрона, как я увидела ее. Человеческие черты едва угадывались. Мощный зверь, на две головы выше привычного роста, был упакован в броню из отливающих серебром чешуйчатых пластин. Лоб венчали крупные рога, длинные волосы, как тончайшие стальные нити, свободно раскиданы по плечам. Кулаки, размером с голову. Хвост с металлическим острием на кончике. Само тело облачено в литые доспехи, прикрывающие груди и плечи. Талию утягивает пояс, к которому приторочен внушительный арсенал холодного оружия. Литые широкие пластины, как продолжение доспеха, опоясывают по кругу и прикрывают бедра. На ногах тяжелые сапоги необычной формы.

Охнув, я дернулась, разрывая установившуюся связь. Глухой рык был мне ответом.

— Я не боюсь, — прошептала, распахнув зажмуренные от страха глаза. С серебристо-синей морды, находящейся в паре сантиметром от меня, смотрели родные глаза. — Мне просто нужно время, чтобы привыкнуть.

Из клыкастой пасти скользнул раздвоенный пурпурный язык и прочертил по моей щеке влажную линию. Подавив дрожь, что пронзила все тело, я нашла в себе силы улыбнуться.

— Продолжим?

И снова падение в сероглазый омут. На этот раз в воспоминаниях Дайрона фигурировал незнакомый демон. Судя по огненно-рыжим волосам, Беритт-старший. После появления черногривого Тая и рассказ Ирса о том, что творится в поместье. Болезненное и выедающее чувство страха за тех, кто там остался. За дочь и… меня? Ярость. Желание поквитаться с врагами. Радость, что с Лангелией все хорошо и падение в пропасть оттого, что исчезла я. Погоня. Щемящее чувство тревоги. Азарт. Предвкушение встречи. И, наконец, отчаяние от осознания того, что опоздал.

Свою боль Аламат скрывал ото всех. В то же время апатия, безразличие к работе и прочим делам с головой выдавали страдания демона. Только Лангелии удавалось отвлекать от грустных мыслей. Она заставляла ненадолго забыться и даже улыбаться. Девочка нашла общий язык с Эльзин, и теперь все дни напролет проводила в загоне, помогая новым работникам кормить и выгуливать неккери.

Ярким было и мое первое появление во сне. Дайрон не сразу понял, что я не видение. Посчитал, что причиной тому спиртное, которым он тогда накачался под завязку. Отсюда небрежный внешний вид и запустение, царившее в комнате. Уцепившись за крохотную надежду еще раз увидеть меня, демон глушил огненную жидкость литрами. И чтобы она действовала сильнее, отказывался от еды, чем доводил до отчаяния крелу Мати, Ирвина и Ирса с Ресом.

Каково же было удивление, когда я стала швыряться магией и устроила в комнате погром! А уж новость о моей беременности, вообще, сразила наповал. Да так, что демон в секунду протрезвел. После был длинный день, когда он без раздумий тратил резерв, посещая тех, кто мог пролить какой-то свет на происходящее. Незнакомые демоны, демоницы в один голос твердили, что такое невозможно. И лишь в архивах Совета удалось найти упоминание об истинных парах и том, какие возможности открывал перед влюбленными такой союз. Мой визит и то, что нам удалось слиться сознаниями, удалось почувствовать друг друга физически, лучшее тому доказательство.

Он любит меня! — улыбнулась, получив неопровержимое подтверждение. Кровь, которой со мной поделился демон, положила начало нашему воссоединению. Я подозревала, что дело не только в этом. Иначе на Дхааре было бы полно истинных пар. К тому же все союзы, клятвы и договоры, заключающиеся между демонами, сопровождались ритуалами, так или иначе замешанными на крови. Здесь было нечто иное, никому неподвластное, неизведанное. Может, даже божественное.

— Даже не сомневайся, — прошептал родной голос, — ты моя жизнь! Мое дыхание. Мое сердце.

— Я тоже люблю тебя, Аламат, — призналась в ответ.

— Знаю. Я видел все, что с тобой произошло. Чувствовал то же, что и ты. И… — мягкий расслабленный шепот обрел твердость, — мне не понравилось то, что ты ходила в Нижний мир. Это опасно. Расскажи, что там произошло.

— А разве ты не видел сам?

— Мне недоступны эти воспоминания. Не понимаю, с чем это связано.

Я хотела ответить Дайрону, рассказать про живущих там демонов, но не смогла сказать и слова.

— Я не могу. Что-то не дает говорить. Это… — внезапный спазм сдавил горло. Я закашлялась, судорожно хватая воздух ртом.

— Ди! — всполошился демон, — смотри на меня! Не думай о Нижнем мире! Расскажи лучше о малыше. О чем угодно. Просто не думай!

— Что это такое? — отдышавшись, спросила я.

— Блок. Очевидно, что ты не должна рассказывать, кому бы то ни было о том, что происходит в Нижнем мире.

— Ты прав, наверное, — вспомнилось наставление Эльзин, что я никому не смогу раскрыть тайну об их существовании. — То, что приходит оттуда на Землю, опасно. Нечто вселяется в человека и обладает силой, намного превышающей наши возможности.

— Постарайся держаться от всего этого подальше, — попросил Аламат, — я скоро заберу тебя. Теперь, когда подтвердилось, что ты моя пара, мне не будут препятствовать.

Демон, вновь принявший привычный облик, снова стал целовать меня. Я хотела задать еще кучу вопросов, но под жарким напором они все куда-то испарились. Вспыхнувшее желание мгновенно захватило все мысли. На этот раз Аламат не стал останавливаться и, когда мы оба были на грани, позволил пьянящему чувству эйфории вырваться на свободу.

Как он и предполагал, меня выкинуло из сна. Я проснулась в своей кровати. Все в той же ночной рубашке, в которой ложилась. Только губы, опухшие от поцелуев, да горящие лихорадочным блеском глаза, что смотрели из отражения в зеркале, подтверждали, что произошедшее ночью не было сном.

Приняв душ и надев свежую одежду, спустилась на кухню в поисках съестного. Там, к моему удивлению, уже хлопотала Марта.

— Когда ты вернулась? — подалась к женщине, распахнувшей свои объятия, — как себя чувствуешь?

— Рано утром, — Марта усадила меня за стол и спешно стала заставлять его свежими вкусностями, — Роман еще с вечера весточку прислал, что можно возвращаться. Что же у нас творится такое? Средь бела дня убивают. Нельзя так. Не по-человечески это.

— Ты права. Во всем. И мне жаль, что тебе пришлось увидеть все. И ребят наших жаль. И даже этого Брагина. Все они лишь пешки в чужой игре. Марта, я пойму, если ты захочешь уехать. Может, подумаешь? Хотя бы до тех пор, пока все не успокоится.

Говоря об этом женщине, я понимала, что на самом деле, лучше было, если бы она уехала ненадолго. Так, Марта меньше подвергалась опасности, и мне не пришлось бы снова делать внушение. Я и так притупила воспоминания о вчерашнем дне. Совсем стирать память, как это делала Карина, опасно. Человек, на сознание которого постоянно оказывается влияние извне, мог не выдержать и сойти с ума.

— Я могла бы пожить у Анечки, — предложила экономка, — ее девочке нужна помощь. Ты ведь знаешь, что у меня богатый опыт по общению с такими пациентами. А Лиза живая и сообразительная девочка. Тянется к людям. Аня и Миша ее очень любят, но, к сожалению, не знают, как правильно обращаться с ней.

— Это было бы замечательно! — я искренне обрадовалась, что Марта нашла того, кому необходима помощь. В этом вся она. Ей нужен кто-то, о ком она может заботиться. Это было особенно важно в преддверии того, что сама я в ближайшем времени собиралась вернуться на Дхаар.

— Но я буду наведываться сюда, чтобы там не случилось! — категорично заявила женщина, — иначе вы тут с голоду помрете! Вон, все запасы подчистили. А меня всего-то полдня не было.

— Составь список необходимого. Думаю, мы сможем сегодня съездить за покупками.

— Уже, моя хорошая. Ромочка в город Пашу отправил. Глядишь, к обеду все привезет. Я тогда наготовлю вам про запас, да и к Анне пойду. Она с утречка со мной приходила. Думали, тут приборку надо сделать. А оно, видишь как, все уже прибрано.

— Даже так? — предусмотрительность начальника охраны меня поразила.

Что это? Пытается показать, что может быть полезным? Так, я в этом не сомневалась. Или это способ мне понравится? Нда. Видимо, еще одного разговора не избежать.

— А что Сэм? — поинтересовалась у Марты, — ты его видела?

— Нет. Но эта бесстыдница приходила. Все, что успела наготовить, унесла. Говорит, проголодались после бессонной ночи. Дианочка! Как ты могла допустить ее в этот дом? Мужа еще не успела похоронить, как в чужую постель прыгнула. И Эдюшка тоже хорош. Пригрел змеюку.

— Марта, они взрослые люди. Сами разберутся, — я тем временем уписывала любимые блинчики, что экономка сложила передо мной внушительной горкой, — к тому же Сэм любит Ольгу. Их расставание было ошибкой, как и ее брак с Брагиным. Я бы порадовалась, если у них все сложилось.

— Ну, не знаю. Все равно, не по-людски. Сперва бы мужа оплакала, да в трауре отходила, а потом к другому в койку прыгала. Куда мир катится?

Нда, а этот момент я как-то не продумала. Ольге придется все время находиться рядом с Сэмом. Но в свете того, что она только что овдовела, выглядит это некрасиво. Оставалось надеяться, что кроме Марты осуждать их будет некому.

— Я разберусь с этим, — пообещала женщине, — но прошу, не суди ее строго. Главное, чтобы Сэм был счастлив. Разве нет?

— Что тут скажешь? Пусть хотя бы видимость приличий создадут. Ну а ты, моя девочка? Неужели одна — одинешенька ребеночка воспитывать будешь? Приглядись. Может, кто по сердцу придется?

Ох, лиса! — я по-доброму усмехнулась, — если прознает, что Роман ко мне неровно дышит, сватать начнет.

— Почему одна? У малыша родной отец имеется. И на днях он со мной связался. Очень скоро я уеду к нему.

— Любишь? — не спросила, скорее, констатировала Марта, — вижу, как глазки загорелись, стоило о нем вспомнить. Что ж. Это хорошо. Разлука… она проверяет чувства на прочность. Добавляет глубины. Наглядно доказывает, можешь ли ты жить другой жизнью или нет. Не одну семью такая проверка сгубила. Но не тебя. Я же вижу, ты никого не замечаешь. Хотя достойных мужчин вокруг пруд пруди. И каждый из них мог бы носить тебя на руках. Только не нужен никто, кроме того, единственного. Я так хочу, чтобы все препятствия на вашем пути устранились. Ты, как никто, заслуживаешь счастья. Натерпелась-то сколько. Настрадалась.

— Все наладится. Я в это верю, — поспешила заверить экономку, — но ты должна знать, что скоро я, возможно, уеду. Далеко. И может случиться так, что не смогу писать или звонить.

— Так тому и быть, — украдкой смахнув слезу, ответила Марта, — буду молиться за вас.

— Спасибо, — растрогавшись, подошла к женщине, заключила ее в объятия, — обещаю, буду бороться за свое счастье

Помня о просьбе Тары не беспокоить до обеда, с чистой совестью предалась безделью. Утащив с кухни печенье, устроилась в своей комнате перед телевизором. С полчаса бездумно щелкнула каналы, пока не наткнулась на кое-что, вызвавшее неподдельный интерес. Обрывок фильма, в котором ватиканский священник изгонял беса из одержимого, навел на мысль, что не мешало бы подробнее узнать о таком явлении, как экзорцизм. Включить ноутбук и углубиться в дебри интернета, было делом двух-трех минут. А дальше на меня вывалился такой объем информации, что поплохело.

Как среди всего этого вычленить то, что действительно нужно? Где правда, а где выдумка?

Даже бокал любимого ликера не помог разобраться. Однако я мужественно просидела до самого обеда, пролистывая сайты и страницы, на которых упоминались демоны, и все, что с ними связано. Наткнулась даже на подробное описание ритуала изгнания. На всякий случай сохранила файл.

Только один человек мог помочь разобраться во всей этой чертовщине. Тара!

— Та-ра! — некстати вспомнилось, чем она там сейчас занимается. А ведь она мне нужна!

— Ди, ты звала? — растрепанная девушка в наспех накинутом мужском халате влетела в комнату. Припухшие губы, отсутствие косметики, воронье гнездо на голове и совершенно не приличная улыбка.

— Но я… — от того, как неожиданно появилась демоница, слегка опешила, — просто вспомнила о тебе. И да! Ты мне нужна!

— Оу! — гостья осмотрелась, — скучно время проводишь. Дашь пару минуток? В порядок себя приведу и… Нет? — увидев мой недобрый взгляд, Тара изобразила на лице выражение вселенской покорности и чинно устроилась на краешке нового пуфа. Полы халата распахнулись, показывая полное отсутствие белья под ним.

— У меня накопилась такая куча вопросов, что не знаю с чего начать, — игнорируя откровенный вид Ольги, начала разговор. Слава богу, я не мужчина, чтобы реагировать на подобную демонстрацию. — Но в первую очередь хочу знать, как Сэм?

— Ммм, — демоница облизнулась, закатив глаза, — потрясающий любовник. Несмотря на то, что человек. Не жалеешь, что упустила его?

— Тара! Давай без твоих шуточек. Сэм мой близкий друг, не более. Я за него переживаю. Так что? Привязку Карины удалось нейтрализовать?

— Нам повезло, что он любил эту, — Тара ткнула себя в грудь, — Ольгу, кажется. Теперь даже если Карина тут канкан ему голая спляшет, внимания не обратит. Знаешь, а он сделал мне предложение.

— Что? — не успела порадоваться, что удалось избавиться от одной проблемы, как возникла новая. — И каков твой ответ?

— Ну, я же не могла разбить моему Эдюшке сердце! — пафосно произнесла Тара. И пока я не запустила в нее чем-нибудь тяжелым, что уже настойчиво высматривала рядом, поспешила добавить, — сказала, что подумаю!

— Тара! Хочешь вернуться в Нижний мир? — прошипела я.

— Ди! Ну, что ты? Чуть что, сразу в Нижний мир. Я ведь не специально. Ни о чем таком и не намекала, не думала. Он сам решил.

— Так, разберемся. Во-первых, у Ольги сейчас траур. Выясни, когда твоего мужа хоронить будут. Ты просто обязана там появиться и изобразить безутешное горе. Во-вторых, это и будет причина, по которой ты откажешь Сэму. Месяца, чтобы разобраться со всеми проблемами, хватит. А после мы ему все расскажем. И если он не передумает на тебе жениться, то так тому и быть. Выйдешь замуж. Но перед этим дашь мне клятву, что в твоей жизни не будет других мужчин, кроме Седого.

— Жестокая, — горестно вздохнула демоница, — он же стариком будет, когда у меня только первые морщинки появятся.

Ого! — об этом я даже не задумывалась, — но если Тара в человеческом теле проживет гораздо дольше любого землянина, то, что говорить обо мне? Получается, я тоже превращусь в сморщенную старуху, а Аламат так и останется молодым?

— А сколько живут демоны? — скиснув от открывшейся перспективы, поинтересовалась я.

— Долго, Диана. Очень долго. И естественной смертью умирают единицы. О! — догадалась она о причине резкой перемены моего настроения, — не стоит так переживать. Ты уже отличаешься от людей хотя бы тем, что смогла понести от демона. Твой ребенок меняет тебя. Как минимум на две человеческие жизни можешь рассчитывать. А там… у демонов есть несколько секретов. Но о них не принято рассказывать. Узнаешь в свое время.

— Ладно, — встряхнувшись от тягостных мыслей, вернулась к волнующим темам, — расскажи мне, кто такие одержимые. И как с ними справиться. Я имею в виду Карину, — поспешила исправиться, глядя, как в глазах Ольги растет страх, — ее нужно остановить. Есть способ отправить ее в Нижний мир?

— Она уже очень давно занимает тело носителя, — задумчиво ответила Тара, — скорее всего, душа призвавшего ее человека, уже не в этом мире. Это значит, что демон может сменить тело самостоятельно. Полагаю, он неоднократно пользовался этим правом.

— С чего ты взяла?

— Ольга биологическая дочь Карины. Если бы она была одержимой, не смогла забеременеть. Выходит, демон занял тело относительно недавно. Но в то же время он или она достаточно силен. Отсюда вывод: Карина не первое тело, которым овладел этот демон.

— Ну и что? — не поняла я.

— А то! Демон может в любой момент сменить носителя. Нужно всего лишь иметь рядом подходящее тело и получить от его обладателя формальное согласие.

— В смысле?

— Достаточно человеку ответить демону три раза «да». И неважно, что тебе не объяснили, в чем дело или же просто заморочили голову. Результат один.

— Но я не спрашивала у Ольги ни о чем таком! Она, вообще, говорить не могла.

— Тут другое. Ты спасала ей жизнь. Душа и так собиралась покинуть тело. Почему бы не занять то, что свободно? Это один момент. А другой в том, что без тебя у меня бы это не получилось. Ты принесла жертву, а сама стала проводником. Поэтому мое пребывание здесь зависит от твоей воли.

— Когда я столкнулась с Кариной, то не смогла воздействовать на нее. Почему?

— Как уже говорила, демон Карины давно здесь и научился пользоваться своей силой. Кстати, амулет действительно ему очень нужен. Он может аккумулировать в себе энергию, после чего делиться ею с владельцем. Земля в магическом плане намного беднее Дхаара. Чтобы пополнять запас, нужно или находиться в особых точках, где наблюдается повышенная концентрация, или извлекать силу из ближайших источников. Людей. Последнее, сама понимаешь, чревато последствиями. Насколько мне известно, убийства в вашем обществе осуждаются и наказываются. Вдобавок это привлекает внимание охотников, которым по силам отправить зарвавшегося демона туда, откуда он пришел. Кулон впитывает малейшие всплески энергии, будь то чья-то вспышка злости или целое убийство. Вспомни, еще недавно заряд в нем едва теплился. А после того как ты укокошила целый отряд наемников, его распирает от силы.

— Это мой билет на Дхаар. Я никому не отдам его! — погладила свой кровожадный кулончик.

— Но это не значит, что демон оставит попытки его заполучить. Поэтому стоит быть готовыми к новой подлости. Уверена, Карина прочно обосновалась в обществе. Ей прекрасно известно, за какие ниточки дернуть, чтобы добиться желаемого. Ставлю жизнь на то, что все неприятности, свалившиеся на вас в последнее время, ее рук дело.

— Про амулет Карина узнала пару дней назад. А покушения начались гораздо раньше, — отметила важную деталь, — зачем ей нужна была смерть Сэма?

— Деньги. Зачем же еще? Брагин был под ее контролем. Дочурка тоже. Оставался твой друг, что вставлял палки в колеса. Откуда тебе знать, какие делишки они проворачивали, прикрываясь честным бизнесом Эдика?

— Как считаешь, что она будет делать?

— В открытую схватку не полезет. Убедилась, что ты достаточно сильна, чтобы противостоять ей. Значит, использует возможности этого мира. Шантаж, подкуп, лжесвидетельство, да много чего. Что именно сложно предугадать. Но одно точно: удара стоит ожидать со дня на день.

— И когда вы мне собирались обо всем рассказать? — услышав возмущенный голос Сэма, устыдилась, — почему я должен узнавать о таких вещах, подслушивая под дверью?

— И давно ты там стоишь? — не удержалась от вопроса. Интересно, как много он услышал?

— Достаточно, — процедил друг, — Ди, не думал, что станешь скрывать от меня такое.

Эмм, я что, последнее вслух сказала?

— И не собиралась. Ольга заглянула ко мне поздороваться, ну, мы и заболтались.

— Ди, не нужно. Я знаю, что она не Ольга. В этой женщине нет ничего от моей бывшей жены.

— Упс! — я сглотнула, — когда ты понял?

— Дхарг! Ди. Я же не идиот! Признаю, на какое-то время подпал под влияние Карины, но потом-то! Не поглупел же в одночасье!

— Ты говорила ему? — поинтересовалась у демоницы.

Девушка мотнула головой. Весь ее вид говорил о том, что она ошарашена появлением любовника. Но и только. Сомневаюсь, что демоница не учуяла человека за дверью. Может, на то и рассчитывала?

— Что ж, раз так. Сэм, познакомься, это Тара — демон из Нижнего мира. Чтобы сохранить жизнь Ольги, я разрешила овладеть ее телом. Через месяц Тара вернется обратно. Таков уговор. Если ты не попросишь, чтобы она осталась, — добавила последнюю фразу, под умоляющим карим взглядом.

— Что станет с Ольгой, если… Тара останется? — поинтересовался Сэм.

Демоница замялась, беспомощно посмотрела на меня.

— Отвечай ему правду. Всегда, — разрешила я.

— При долгом нахождении демона в теле, человек сходит с ума, — подтвердила Тара то, что недавно говорила мне, — но… в данном случае, это уже неважно. Ольга умерла.

— Что? — спросили с Сэмом в один голос, — как ты могла не сказать об этом?

— Я боялась твоей реакции, — виновато посмотрела на меня, — ты хотела сохранить ей жизнь. Я знаю. Но ее душа уже переступила ту грань, когда можно вернуться. А мне так хотелось вырваться.

— Ты меня обманула!

— Всего лишь не сказала всей правды. Это другое. Врать тебе я не могу. А прямого вопроса ты не задала.

— Потому что не до этого было! Не ожидала от тебя!

— Ди, прости, — демоница бухнулась мне в ноги, — я же сделаю все, что захочешь. Любую клятву дам. Только скажи. Умоляю, не отправляй в Нижний мир!

— Так, разбирайтесь тут сами, — Сэм поспешил устраниться, — пойду, погляжу, что там за шум во дворе.

Действительно, стук в ворота слышали отчетливо, так же, как и въезжающую с полчаса назад машину. И если автомобиль пропустили беспрепятственно, то с тем, кто заявился сейчас, было не так просто. Беседовать с ними вышел сам начальник охраны.

— Может, к лучшему, что Сэм узнал правду, — сказала Таре, когда друг ушел, — за твое вранье, следовало бы вернуть тебя обратно. Но! — выдержала долгую паузу, обдумывая следующую фразу, — ты поможешь мне изгнать демона, овладевшего телом Карины. Я не смогу уйти, зная, что другу грозить опасность. А эта дамочка явно нацелилась мстить. Говори, что для этого нужно?

— Алтарь, охотник, знающий обряд изгнания, и одержимый, — пожав плечами, ответила Тара, — в качестве алтаря подойдет камень в лесу. Охотник у нас имеется. Осталось только научить его изгонять демона, да уговорить Карину пять минут полежать спокойно.

— Издеваешься?

— Нет, нисколько. Твоя затея безнадежна.

— Почему?

— Для того чтобы узнать об обряде изгнания, Роману придется найти других охотников. И они научат, и даже помогут ему уничтожить демона. Вот только вместе с Кариной захотят избавиться и от нас с тобой. Я ведь такой же демон. А твой ребенок, вообще, вызовет среди святош панику. Они же ни перед чем не остановятся, пока не искоренят зло.

— Мой ребенок не зло!

Тара одарила меня ухмылкой.

— Но они об этом не знают. Достаточно того, что в нем течет кровь демона.

— А без ритуала никак? Если, к примеру, Карина получит пулю в лоб?

— Прыгнет в другое тело. У нее, наверняка, не одно подходящее подготовлено. После перемещения выследить ее будет нелегко. Поначалу, сила не будет чувствоваться. Даже опытный охотник не сразу поймет, что перед ним одержимая.

— То есть, и тебя в теле Ольги не обнаружить?

— Да, но… Роману обо мне известно. Он не сможет ничего утаить от других. Наслышана, как они новых претендентов испытывают.

Договорить нам не дали. Сэм влетел, как ошпаренный.

— Собирайтесь! Живо! Нам нужно бежать! Там сейчас штурм начнется.

— Куда? Ты что? Какой штурм? — я лениво потянулась.

— Дом окружен. На камерах видно, что с нами шутить не будут. Люди в масках. Вооружены.

— Пфф! Подумаешь. Только недавно приходили такие же. И где они теперь? Почему я должна бежать из собственного дома?

— Роман знаком с несколькими ребятами из штурмовой группы. В двух словах: сиделка дала показания, что мы заказчики убийства Брагина, — пояснил Сэм.

— Ловко! — Тара скрипнула зубами, — Карина быстро работает. И хочет чужими руками загрести весь жар. Пока на Эдике будет обвинение в убийстве висеть, все счета заморозят. А если Ди арестуют и посадят, ну хотя бы в изолятор временного содержания, то заставят снять украшения и личные вещи. Кулон сразу же попадет к ней.

— Вот, гадина!

Подорвавшись с кровати, метнулась в гардеробную. Без лишних раздумий, надела костюм для прогулок. Пока я одевалась, Сэм помчался в кабинет, чтобы забрать документы, деньги и ценные бумаги.

— Позволишь, я подберу себе что-нибудь? — попросила Тара, заглянув ко мне.

— Все, что хочешь, — махнула рукой на кипу одежды, — есть вещи, которые я еще не одевала. Сэм заказал кучу всего. А тут и носить негде.

Глядя, как Тара выбрала довольно откровенное черное платье и туфли на высоком каблуке, удивилась.

— Неудобно же в этом бегать!

— Так, я и не собираюсь. Сэм сказал, что они вас пришли арестовывать. Про меня ничего не было. Я останусь в доме, чтобы задержать и по возможности отвлечь полицию на себя.

— Что ты задумала? — во мне зародилось нехорошее чувство, что кое-кто решил предать.

— Я хочу помочь. Будь уверена, сделаю все, чтобы сбить со следа. Надо только договориться, где мы встретимся.

— Ты остаешься, — не спросил, скорее, догадался Сэм, вернувшийся за мной. В руках у него была битком набитая дорожная сумка. В том, как он это сказал и при этом смотрел на бывшую жену, чувствовалось беспокойство за нее, волнение.

— Они ничего мне не сделают. Я уеду, пусть следят, если захотят. Лучше меня никто следы не запутает. Ну а вы? Куда собираетесь идти?

— В лесу спрячемся.

— Тогда возьмите теплые вещи. Скоро пойдет дождь, он смоет следы, — посоветовала Тара.

— Откуда про дождь знаешь? — поинтересовалась я.

— Как откуда? Я водный демон или нет? Что может быть проще призвать дождь? Только мне потребуется немного твоей силы, — Тара умоляюще посмотрела на меня.

— И как, интересно, я тебе ее должна отдать?

— Амулет, — демоница потупилась, — тебе его даже снимать не придется. Я только дотронусь. С твоего разрешения, конечно.

— Надо бы взять еды, — озаботился Сэм.

— Иди! Марта целую гору всего наготовила, — отправила друга на кухню, — а мы пока займемся магией.

Чтобы призвать дождь, вышли на террасу. Я позволила Таре коснуться висящего на шее кулона. Демоница запрокинула голову, вглядываясь в ярко-голубое чистое небо, и зашептала что-то на своем языке. Как и в прошлый раз, я лишь смутно угадывала смысл и некоторые отдельные слова. Тара взывала к стихии и просила ее откликнуться на зов. Она с упорством повторяла одну и ту же фразу, каждый раз повышая голос на полтона. Вместе с этим крепчал подувший вначале свежий ветерок. И вот уже вокруг потемнело. Неизвестно откуда взявшаяся свинцовая туча закрыла солнце. На улице в яростных порывах ветра кружили мелкие камешки, сухие ветки, листва. Первые крупные капли прибили поднятую в воздух пыль. Не прошло и десяти минут, как начавшийся дождь превратился в настоящий ливень.

— Сильна! — восхитилась мастерством Тары.

— Это лишь жалкие крохи былого могущества, — печально улыбаясь, ответила демоница, — посмотри на меня! Едва не падаю с ног. А раньше даже дыхание бы не сбилось. Но все равно, не думала, что когда-нибудь смогу магичить! Спасибо!

— Впечатляет, — оценил призванный дождь и Сэм, — Ди, надень это поверх своей одежды, — подал комбинезон цвета хаки, — одолжил у Романа, — пояснил он, — и сапоги, и палатку, и два спальных мешка.

Сам Седой уже облачился в новую экипировку. За его спиной возвышался огромный рюкзак. Мне тоже досталась поклажа, хотя и не такая увесистая, как у друга.

— А почему они медлят? — спросила про группу захвата.

— Запрашивают информацию. Роман поклялся, что в доме нас нет. Конечно, у полиции нет причин ему верить. Но и не проверить не могут. Все-таки Лишаков не последний человек.

И тут успел отличиться! Не мужчина, а клад.

Покинуть дом решили тем же способом, которым когда-то сбежала на прогулку. Сначала через забор перебрался Седой. Потом я. Подняться мне помогла Тара, а внизу должен был поймать Сэм.

— Я найду вас, — шепнула на прощание демоница, — и используй свою силу. Представь, что вокруг вас стена, сквозь которую никто ничего не может увидеть. Пожелай этого. Вложи в свое желание все эмоции. И будь уверена, так и будет. Твой малыш — сильный ментальный маг. Даже отголоски его магии помогут тебе справиться.

— Спасибо, — поблагодарила Тару, — до скорой встречи.

Спрыгнув вниз, оказалась в крепких объятиях Сэма. Он тут же уложил меня на землю, прикрыв собой.

— Тсс! — шепнул на ухо, — они близко.

Действительно, хрустнувшая под ногами ветка, выдала чужое присутствие. Я вжалась в хлюпающую влагой землю. Конечно, деревья и плотная стена дождя скрыли нас от ненужных взглядов. Но если кому-то взбредет в голову принять немного левее, то нас обнаружат. По совету Тары я представила вокруг нас с Сэмом непроницаемый купол. В висках заломило от напряжения, настолько сильно я желала, чтобы у меня все получилось.

Что именно повлияло, мои неумелые попытки или доля везения, не знаю. Но чужаки ушли, так и не заметив нас. Мы же, грязные и продрогшие, поспешили скрыться в лесу. Следующие два часа показались вечностью. Продираться сквозь бурную растительность, скользя по мокрой земле и уворачиваясь от веток, так и норовящих хлестнуть по лицу, то еще удовольствие. Комбинезоны хоть и не позволяли воде проникнуть внутрь, но стали тяжелыми от влаги и налипшей грязи.

— Куда мы? — спросила Сэма еще в начале пути.

— Роман говорил, у дальнего озера должна быть охотничья сторожка. Там мы сможем переждать дождь, переодеться, перекусить. Но на ночь оставаться опасно. Нас могут искать.

— Неужели будут вылавливать в лесу?

— Обязательно. Не удивлюсь, если привлекут солдат из ближайшей войсковой части.

— Как-то много на двух человек. Мы же не маньяки какие!

— Я склонен думать, что стараниями Карины, — Седой сплюнул при упоминании этого имени, — нас в особо опасные преступники записали.

— И что будем делать?

— Для начала, собьем погоню со следа. Потом доберемся до города. А там, сделаем новые документы и махнем за границу. С деньгами проблем нет. Есть у меня несколько тайных счетов. Обустроимся как-нибудь. Не пропадем.

— И ты так легко откажешься от всего, что создал здесь? От компании, имени и того, что составляло твою жизнь?

— Все, что составляет мою жизнь, сейчас со мной. А компания… жаль, конечно. Но наша свобода стоит много дороже, чем какие-то деньги.

К сторожке добрались лишь под вечер. В сколоченном из неотесанных досок домишке всего-то и было, что топчан, самодельная печка, стол и лавка. В углу сложены горкой сухие дрова. В нехитром тайнике, устроенном в подполе, обнаружился запас воды, круп. Немного специй, аптечка. Закопченный котелок и металлическая посуда.

Огонь разводить поостереглись. Дым или запах костра могли привлечь нежелательное внимание. Зато я с удовольствием сняла тяжелый комбинезон и воспользовалась возможностью вытянуть ноги и полежать.

Дождь пошел на убыль, поэтому Сэм оба наших костюма, за ненадобностью, сложил в мешок и припрятал в ближайших кустах. Затем мы перекусили и, выждав еще с час, чтобы земля немного просохла, выдвинулись в путь. Ночевать расположились на маленькой поляне неподалеку от родника, на который посчастливилось наткнуться. После серьезной физической нагрузки, я уснула сразу, как поела и забралась в двухместную палатку, которую сноровисто поставил друг.

— Ди! — Аламат, казалось, только и ждал, когда я засну. Он радостно подхватил на руки и закружил, — думал, этот день никогда не закончится! Боялся. Вдруг что-то помешает, и ты не придешь! Постой, — внимательно оглядел меня, — если я что-либо понимаю, ты приходишь в том, в чем заснула. Почему на тебе эта странная одежда?

— Давай не будем об этом, — прижалась к груди своего мужчины, — я тоже целый день мечтала о встрече. А тут, как назло, демоны, их козни, побег этот. Я так устала.

— О чем ты говоришь? Какие демоны? И побег? Тебе что, кто-то угрожает? — из мягкого и доброго мужчины Дайрон вмиг превратился в ледяного зверя, — кто? Посмел?

— Моей жизни ничего не угрожает. Однако нас с Сэмом преследуют представители власти. Есть одна женщина, я тебе о ней говорила, которая охотится за моим кулоном. Она приложила руку к тому, что нас объявили преступниками. Чтобы не попасть в тюрьму, мы сбежали.

— Осталось всего два дня! — процедил Аламат, — два! И для тебя откроется коридор в наш мир. Тебе нужно лишь попасть на то место, откуда перенеслась в прошлый раз.

— Что? — я закашлялась, — мне предстоит снова оказаться под колесами грузовика?

— Нет! Что ты! Всего лишь нужное место. Кулон сработает, как маяк. Мы со своей стороны откроем портал, и ты окажешься на Дхааре.

— Аламат! — прильнула к его губам, — я буду считать минуты до встречи! Неужели, мы скоро будем вместе?

— Скоро, любовь моя. Очень скоро! И тогда я не отпущу тебя ни на шаг.

— Ммм, — замурчала от удовольствия, на секунду представив, что стоит за таким обещанием демона, — ловлю на слове. Ты должен мне четыре месяца одиноких ночей. И я собираюсь спросить за каждую в двойном объеме.

— Готов отработать в тройном, — Аламат ловко избавил меня от одежды. Как за это время мы переместились на кровать, я даже не заметила. Все внимание сосредоточилось на скользящих по телу умелых пальцах и губах. — Ди! Не представляешь, как я хочу тебя! — добавив голосу завораживающей хрипотцы, демон сознательно сводил с ума.

— Боги! Поклянись, что таким ты будешь только со мной! — потребовала я, срываясь на стоны, — я буду жутко ревнивой и невыносимой. И если хоть кто-то женского пола окажется поблизости, порву на мелкие кусочки.

— Какая кровожадная ревнивица! — хохотнул Аламат, — в тебе демонская кровь говорит. Мы все ужасные собственники. И это мне придется убивать каждого, кто посмотрит на тебя с желанием или без должного почтения. Я даже контролировать себя не смогу. У меня все инстинкты обострены до предела. А оголенные нервы требуют немедленного успокоения! — Мужчина призывно провел упругой головкой по складочкам меж моих раздвинутых бедер. — Я настолько возбужден, что боюсь вылететь из этого волшебного сна через мгновение!

— Это пытка какая-то! — всхлипнула от охватившего тела безумного желания ощутить демона внутри себя, — довольно сладкая, но пытка! А разве нельзя снова попытаться, ну, после того, как…

— Слишком большой эмоциональный всплеск. Даже если удастся уснуть второй раз, организм будет восстанавливаться. Ментальный контакт требует колоссальной отдачи сил. Хорошо, что за сутки резерв успевает наполниться вновь.

— А это всегда так будет? — задавая вопросы, немного отвлекалась от того, что на самом деле хотела. Однако ничего не могла поделать с руками. Они сами тянулись, чтобы ощутить гладкость кожи, почувствовать твердость и рельефность мышц. Также действовал и Аламат. Его прикосновения сбивали с мыслей, заставляя кровь в венах бежать быстрее.

— Нет. Здесь все будет намного проще. На Дхааре отличный магический фон. Полагаю, мы будем чувствовать друг друга и вне сна. Особая связь истинной пары. И со временем она будет только крепче.

— Оу! — хмыкнула, представив, каково будет демону ощущать процесс родов или, скажем, прелесть некоторых дней в месяце. — Если так, мы, вообще, из постели вылезать не будем.

— Ди, не поверишь! Я подумал то же самое! Ты скоро поймешь, каково это — постоянно хотеть любимую женщину и все время сдерживаться, чтобы побыть с ней лишнюю минуту.

— Думаю, в этом наши желания схожи. А-ла-мат, — простонала ему в губы, — я так тебя люблю, но давай уже завершим этот сон. Я больше не могу!

— Любой каприз, счастье мое, — прошептал он в ответ и ринулся в решительное наступление.

Проснулась от собственного громкого стона. В спальном мешке, в одежде. Мокрая, как мышь. Жарко. Душно. Захотелось освежиться. Для этого пришлось немного повозиться.

Что-то не припомню, как укутывалась во все это! — выбравшись, наконец, из спального мешка, машинально почесала макушку, — просто отключилась, едва приняла горизонтальное положение. Неужели Сэм помог? Кстати, где он сам?

Соседнее место пустовало. Расстегнула молнию, закрывающую вход в палатку, и высунула нос на улицу.

Утро. Раннее. Солнце еще не показалось из-за горизонта, но часть небосвода на востоке посветлела. Сквозь гущу деревьев лучи дневного светила пробьются нескоро.

Сэм сидел на старом поваленном дереве и дремал, подставив руку под голову. При моем появлении проснулся.

— Уже встала? — ехидно поинтересовался друг, — и как спалось? Что снилось?

— Ну-у… эээ, — замялась, не зная, что сказать. Припомнив, что вытворяли с демоном, смутилась. Уши и щеки запылали.

— Стыдно, да? А некоторым тоже поспать не мешало бы.

— Значит, ты из-за меня тут сидишь? — так неловко мне давно не было, — сильно шумела?

— Ну, как сказать… громче только в порнофильмах стонут.

— Прости… Я не специально. Аламат. Во сне все кажется таким реальным и… А еще он сказал, что уже через два дня смогу вернуться на Дхаар!

— Ты уверена? Но как? — вспыхнувшие радостью глаза Сэма потухли, — так скоро?

— Мне нужно попасть на место аварии. Ты ведь знаешь, где это? Демоны создадут особый коридор. Амулет станет маяком. Меня попросту утянет в портал. Ну, так Ал объяснил.

— Рад за тебя, — буркнул друг, — нам стоит поторопиться. Найти машину. Путь-то неблизкий: несколько часов езды.

— Но я не могу уехать, даже не попрощавшись с Мартой! И Тара. Ты должен принять решение. Хочешь ли, чтобы она осталась? А мой сын? Я ведь больше никогда его не увижу. Плохая из меня мать, раз не сумела найти подход. Да что там! Едва столкнувшись с трудностями, предпочла сбежать, спрятаться, в надежде, что когда-нибудь он сам поймет. А что если это когда-нибудь никогда не наступит? Я ведь об этом уже не узнаю.

— За Игорьком присмотрю. Обещаю! А что касается Ольги, то есть Тары… мне нужно подумать, — Сэм поднялся. Потянулся, чтобы размять явно затекшие мышцы. Широко зевнул и с тоской посмотрел на палатку, — если хочешь попрощаться с Мартой, то идти нужно сейчас.

— Может, поспишь пару часов? — мне было совестно, что друг всю ночь просидел на улице. А ведь он устал не меньше моего.

— Нет. Я покемарил немного. Одну бессонную ночь как-нибудь переживу, — отказался от предложения Сэм, — ты голодная? Там еда в сумке, перекуси. А я пока соберу палатку и сложу вещи.

Кхм. Золото, а не мужчина! И за что мне такой друг достался?

— Покушать мы завсегда не против! — я виновато улыбнулась, — только пойду, умоюсь сначала.

К Озеркам мы добрались лишь к обеду. Пришлось изрядно поплутать по лесу и вдобавок сделать большой крюк, чтобы обогнуть наших преследователей. Как ни странно, но крадущихся в утренней тишине солдат я почувствовала задолго до того, как мы могли с ними пересечься. Отдать должное, Сэм сразу поверил мне, и это помогло избежать ненужных жертв.

Спасибо, мой хороший! — мысленно поблагодарила малыша. А кто, как не он, мог предупредить об опасности?

К дому Анны прокрались огородами. Внутрь сразу войти не решились. Спрятались в сарае, чтобы присмотреться, нет ли кого постороннего поблизости. Заприметив Михаила, который вышел за чем-то во двор, Сэм негромко окликнул его.

— Эдуард Михайлович! — обрадовался мужчина, — слава богу! С вами все в порядке! А то по деревне, какие только слухи не ходят. А Диана Михайловна?

— Там она, — указал в мою сторону друг, — мы ненадолго. Марта у вас? И что за слухи-то?

— Марта с Анечкой с утра пораньше в ваш дом пошли. Сами знаете женщин, никто их не удержит. Ну, да я спокойно отпустил. Тихо там. Как эти, вояки, убрались, так и нету никого.

— А моя охрана? Роман. И гостья, Оля. В доме или уехали куда?

— Не знаю. Вчера-то увезли всех. А вот вернулись ли они или нет, не могу сказать. Так, я это… могу сбегать. Разузнать все. И Марту позову. Но только вам бы здесь посидеть. В доме Лиза. А она, сами знаете, существо бесхитростное, если кто спросит, так, правду скажет.

— Само собой, Миш, не волнуйся. Мы в сарае переждем. Только матрас какой-нибудь найдется? Мне-то ничего, а женщине не дело на голом полу.

— Сейчас все принесу. А что мне сказать? — спохватился Михаил, — начальнику этому вашему сообщать или нет?

— Роман — человек хороший. Преданный. Однако за ним могут следить. Намекни ему, но так, чтобы никто не знал. Марте скажи. Она не выдаст. И еще Ольга. Нам бы связаться с ними. У тебя телефон есть?

— Как не быть! Но плохенький. Сами понимаете, — мужчина достал допотопный кнопочный агрегат, — и денег на счете маловато. Уж не обессудьте!

— О чем ты! Миш. Ты, можно сказать, нас спасаешь, а мы тебя судить будем?

— Миша, — вмешалась я в разговор, — я тут подумала… Нам все равно уезжать. И надолго. А наш дом хороший, большой. Присмотра требует. Сможешь приглядеть? Оформим все бумаги. Будешь зарплату получать. Анна тоже. Кстати, раз дом все равно будет пустовать, можете и жить там. Места много. Марте не скучно будет.

— А что! — поддержал Сэм, — отличная идея, — по-дружески толкнул мужчину в плечо, — соглашайся! Я и сам хотел предложить тебе должность управляющего. Диана вот опередила. И дочке вашей там хорошо будет. Подумай!

— А что я? Я только за, — смутился Михаил и поспешил отвернуться. Готова поклясться, что по небритой щеке скатилась слеза, — пойду я. Вы уж на глаза никому не попадайтесь.

Когда хозяин дома ушел, мы вернулись в сарай. Михаил притащил не один, а целых два матраса. И еще одеяла. Так что расположились мы с комфортом.

— Как считаешь, ему можно верить? — поинтересовался Сэм, крутя в руках телефон.

— Думаю, да. Он человек слова. И не сделали мы ему ничего плохого. Во всяком случае, в его мыслях и эмоциях не было ни грамма фальши. Кому хочешь звонить? — указала взглядом на средство связи в руках. Свои телефоны мы специально не брали. Сейчас даже по отключенному аппарату можно отследить владельца. А старенькая Нокиа, в нашем случае, идеальный вариант.

— Да, вот! Думаю. Кто бы мог помочь? И по всему выходит, что доверять никому не могу. А тех немногих, что сохранили доверие, подставлять не хочется. Полиция первым делом ставит на прослушку телефоны родственников, друзей, коллег.

— Тогда не будем спешить! Дождемся Михаила. И Марту. Там видно будет.

Сэм согласился с моими доводами. Помимо того, что сами могли попасться, так еще и доставить неприятности хорошим людям. Время тянулось невыносимо долго. Если бы можно было себя чем-то занять! А то простое сидение на месте, выматывало больше, чем хождение по лесу. Одна польза: в эти пару часов ожидания Сэму удалось поспать. Пусть он и не хотел этого, и бодрился, а усталость взяла свое. Я и сама задремала.

Разбудило обоих появления Марты, которая, радостно причитая, кинулась нас обнимать. Из потока обрушившейся информации удалось выделить главное: в доме появляться опасно. Как и в деревне. Везде полно чужаков. Они изо всех сил пытаются сойти за местных, но коренных жителей никаким фарсом не обманешь. Не так уж много людей живет в Озерках, чтобы отличить озерчанина от приезжего. Вдобавок из-за открывшегося сезона охоты приехало много желающих пострелять. Комнаты, что сдавали жители таким охотникам, уже все разобрали. В редком доме сейчас не встретишь постояльцев. То, что среди всей этой братии затесались люди Карины, было ясно как божий день. Нам повезло, что по дороге мы ни с кем не столкнулись.

— А что Роман? — спросили у Михаила.

— В доме двое из полиции второй день торчат, — с негодованием ответила Марта, — хамы невоспитанные. Только и могут, что постоянно есть, смотреть телевизор и мусорить. Все продукты на них извела!

— А с какой стати их, вообще, кормить? — возмутилась я, — надо будет выставить им счет!

— Приструнить некому! Вот и наглеют. Ромочка вот попытался их вразумить, так они на него с кулаками. А потом его и обвинили в нападении. В поселковом изоляторе теперь сидит.

— А что Ольга? — спросил Сэм.

— Бесстыжая твоя? Что ей будет-то? — пробурчала экономка, — как укатила с каким-то типом, что вместе с полицией пришел, так и не появлялась.

— Это тебе Роман рассказал? — скептически поинтересовалась я. Зная о том, как Марта недолюбливает Ольгу, могла и приврать. Не со зла, конечно. Однако недосказанность в словах чувствовалась.

— Нет. Соседи просветили. Для них наш дом — источник развлечений, не хуже телевизора. У нас то машины взрываются, то люди в масках стены штурмуют, то гостей травят. Достопримечательность местная — вот, кто мы!

— А с кем Ольга уехала, они не описывали? Вдруг рассмотрели. Может, это знакомый ее?

— А то как же! — вмешалась помалкивающая до того Анна, — Сычиха чуть слюной не брызгала, когда того мужика описывала. Говорит, как с картинки. Красивый. А уж обходительный! Он уж и руки дамочке целовал, и комплименты отвешивал, и самолично дверку машины распахнул. А та знай, нос воротит.

— Значит, не по своей воле уехала, — сделала вывод из рассказа. Однако описание сопровождающего ее мужчины наводило на нехорошие подозрения.

Нет! Это не он. Не Макс! Тот не рискнул бы появиться, зная, что могу упечь его за решетку. Как он, вообще, узнал, где меня искать?

— Ди что-то не так? — насторожился Сэм.

— Не уверена, — пробормотала в ответ. Обдумав полученную информацию, все же поделилась с другом подозрениями.

— Это лишено смысла. Макс сядет в тюрьму. Нам только стоит дать ход тем бумагам, что на него имеются.

— Но мы сейчас и сами в бегах. Считай, в одинаковом положении. Но с одним существенным отличием: мы знаем о том, что невиновны! А он? Должно быть, за его спиной стоит могущественный покровитель, раз настолько осмелел.

— Карина! — в один голос воскликнули мы.

— Так не бывает! Макс единственный, кто знает о… моем прошлом. И если он действительно связался с Кариной Павловной, то теперь ей тоже известна моя подноготная. О, боже, мой сын! А если демон доберется до Игорька?

— Дианочка! Ты не говорила, что у тебя есть еще дети, — Марта всплеснула руками, — как же так? Почему он не с тобой? Как ты могла бросить его?

— Я не бросала! Тот период, когда лежала в клинике… ну, ты понимаешь, о чем я. Так вот, тогда мой бывший муж увез Игоря за границу. Определил в хорошую школу. Пару месяцев назад мы ездили туда. Но он не захотел меня знать, — призналась я, — сын видел, как меня забирали. Представляю, что говорили ему в школе, как смотрели соседи и обзывались мальчишки во дворе. Я понимаю, отчего он обозлился. А в новой школе о его прошлом никто не знал. Полагаю, ему снова пришлось несладко: новое место, другая страна, чужой язык. И едва он привык и обзавелся друзьями, появилась я.

— Ох! Милая, — Марта притянула к себе, заключив в объятия, — что же за напасти на твою голову? Как ты живешь со всем этим? У меня вот сердце кровью обливается от переживаний. А каково тебе?

— Я справлюсь! — заявила, добавив голосу уверенности, — обязательно. Вот увидишь! И не факт, что с Ольгой на самом деле был бывший муж. Может, я ошиблась.

— А чего гадать? Спросите у нее сами, — посоветовала Анна.

— И правда! Это мы свои телефоны дома оставили. А у Оли он должен быть с собой, — хлопнул рукой по голове Сэм, — только звонить нужно с нового номера. И телефона. Который сразу можно выбросить.

— Прежде чем что-то выбросить, нужно это что-то купить. А у нас денег нет!

— Как это нет? У нас с собой состояние, — Сэм кивнул в сторону плотно набитой сумки, что путешествовала всю дорогу в походном рюкзаке друга.

— Тут ничего не купишь, чтобы не вызвать подозрение, — предостерег Михаил, — вам бы до районного центра добраться. Я могу отвезти. Подозрений это не вызовет. Я часто за лекарствами для Лизы мотаюсь. Только вам спрятаться нужно будет, пока из деревни не выберемся.

В соседнем сарайчике нашлась старенькая проржавевшая копейка рыжего цвета.

— Кхм. А она на ходу? — деликатно поинтересовался Сэм.

Угу. Понимаю его сомнения. После люксовых иномарок отечественное ретро откровенно пугало и внешним видом, и способностью ездить.

— Обижаете! Моя ласточка такую скорость развить может, ух! — Михаил с гордостью похлопал по капоту.

— Тогда… едем? — друг распахнул дверцу, приглашая меня сесть.

— Куда? — Марта перегородила дорогу, — пока не покушаете нормально, никуда не пущу!

Задержаться пришлось дольше, чем рассчитывали. Внезапно оказалось, что мне до ужаса хочется принять ванную. И переодеться. Как и Сэму. Марта, едва заслышав, что мы ждем ее в доме Михаила, собрала целый воз еды. И подумав о нас, проведших ночь в лесу, прихватила сменную одежду. И мне, и Эдюшке. Как она все это смогла незаметно протащить мимо соглядатаев, осталось загадкой.

Спустя час, мы тряслись в старом жигуленке. Я, прикрытая пледом, лежала на заднем сиденье. Сэму достался багажник. Если мне в салоне, где настежь были открыты передние окна, было жарко, каково другу в замкнутом пространстве автомобиля, могла только догадываться. Впрочем, мучения закончились уже через час. После того как Миша залил на заправке полный бак и выехал на автомагистраль, Сэм пересел в салон.

Однако в райцентре нам не удалось раздобыть средство связи. У магазинчика, где продавались сотовые, стояла тонированная иномарка. Двое подозрительных типов на переднем сиденье не внушали доверия.

— Наверняка нас выслеживают, — Сэм цветасто выругался, — здесь же не каждый день телефоны покупают.

— И то верно, — согласился Михаил, — если у кого и есть, то плохенькие. А новые не по карману.

— Угу. Значит, любой, кто купит, подпадет под подозрение. Придется ехать в город. Миш, как смотришь на то, чтобы поменять машину?

— В смысле? — не понял мужчина.

— Ну, у меня в гараже стоит вольво. Меняю ее на твою ласточку.

— Да почто мне? Куда ж я на этой вольве поеду? У ней и бензин, поди, дорогущий. И запчасти. Нет уж! Лучше моей ласточки нет.

— Стало быть, и не продашь?

— Не собирался. А вам что, машина нужна? Так, берите. Я на автобусе до дому доеду. Скажу, сломалась. У Дмитрича оставил. Не впервой!

Доехали до дома автомеханика, который должен был подтвердить, что Михаил обратился к нему за ремонтом своей копейки. Однако ушлый Дмитрич, лысоватый мужичок неопределенного пенсионного возраста, быстро сообразил, какую выгоду можно извлечь из неожиданных гостей. Продал нам свою восьмерку за двойную цену. Такой вариант нас устроил. Тем более что Дмитрич обещал помалкивать.

Автовладелец выписал доверенность на машину. В свою очередь, Сэм отсчитал кругленькую сумму. Довольные сделкой, мы разошлись, будто и не знали друг друга. Приятным бонусом стало то, что бак был полон, а задние стекла новоприобретенной машины тонированы, и мне не пришлось трястись на сиденье, свернувшись в три погибели.

— Как думаешь, — спросила Сэма, когда под хриплое треньканье магнитолки отъехали на приличное расстояние, — Марта сильно обидится, что не предупредила про свой отъезд?

— Думаю, она поймет, — успокоил друг, — мы не могли сказать ей, куда отправляемся, насколько и зачем. Да и вела она себя так, словно прощалась. Марта неглупа, хотя во многих вопросах простодушна, а где-то и наивна. В людях она разбирается. Профессия обязывает.

— Ты прав. Но меня не отпускает чувство вины. Бежим тайком, будто и впрямь преступники какие.

— Ди! Поменьше пессимизма! Ты ведь с самого начала мечтала вернуться на Дхаар. А значит, понимала, что всех, кого знаешь и кто дорог тебе, придется оставить.

— Понимала, конечно. Но не представляла, насколько это тяжело. Я буду скучать по тебе, Сэм. А… ты никогда не думал о том, чтобы вернуться туда?

— Зачем, Ди? Кто меня там ждет? Нет. Мое место здесь.

Угу, — тихонько вздохнула, — хоть и предвидела ответ, но не спросить не могла. У каждого есть право на выбор. Рвалась бы я обратно, если бы не Аламат? Вряд ли.

Попав, наконец, в город поехали мы не в салон, как хотели ранее, а на блошиный рынок, где у перекупщика разжились десятком мобильников с симками и ноутбуком. Первый звонок Сэм сделал своему поверенному, с которым проговорил полчаса, утрясая все финансовые вопросы. А также распорядился в срочном порядке отправить адвоката в Озерки, чтобы вытащил Романа из полиции.  Третий звонок был хорошему знакомому, у которого хранился компромат на Макса Стахова. Седой дал добро на то, чтобы документы попали в полицию. Три звонка — три мобильника разлетелись вдребезги. После каждого мы колесили по городу, чтобы нас невозможно было отследить. И, наконец, четвертый звонок. Ольге Брагиной.

— Ди! Это ты? — ответила взволнованная демоница.

— Да. Расскажешь, где ты и что произошло, пока меня не было?

— Я… — даже по телефону было понятно, что Тара чего-то боится, — прости. Они меня заставили.

— О чем ты? Заставили что?

— Ответить на звонок, конечно, — раздался в трубке голос Карины, — поговорим?

— О чем? Мне с тобой не о чем разговаривать, тварь! — рявкнула я.

— А вот твой бывший муж так не считает. Правда, Максик? — мурлыкнула она. — Угу, — расслышала вдалеке голос бывшего мужа, — знаю, ты не очень-то хочешь его видеть. Да и не нужно. Полагаю, по сыну ты соскучилась? Славный мальчик растет. На папочку похож.

— Что? — едва не выронила трубку, — где он? Стерва! Если хоть один волос упадет, а тебя уничтожу!

— Ну-ну! Никто не собирается причинять Игорьку вред. Пока. Ты ведь знаешь, что я хочу от тебя?

— Полагаю, амулет.

— Умная девочка. У тебя есть то, что нужно мне. У меня то, что нужно тебе. Так, почему не поменяться? Я тебе сына, а ты мне кулон. И все счастливы!

— Когда и где? Я отдам кулон. Но если что-то пойдет не так, или мой сын пострадает, ты мне ответишь за все. Отправлю в Нижний мир и запру там навечно!

— Не так быстро, Ди. Еще ты отдашь мне Тару. Слишком много сил вложила в Ольгу, чтобы просто отпускать ее. К тому же подчиненный демон много лучше какой-то человечки.

— Нет!

— Зря ты так. Я ведь могу и разозлиться. Мальчишке твоему ничего не сделаю. Но кто помешает расправиться с его отцом? До-олго, мучительно. Чтобы кричал и ползал на коленях.

— Гадина! — только представив, что все это будет на глазах сына, закипела. Витрина магазина, у которого была припаркована машина, с оглушительным звоном треснула и рассыпалась на мелкие осколки. Телефон, вообще, в руке расплавился. Запоздало сообразив, что вместе с мобильником оплавилась и кожа на руке, взвизгнула и отбросила кусок пластика и металла в сторону.

— Что она запросила? — Сэм завел машину и отъехал на несколько метров. Достал из бардачка аптечку и приложил кусок бинта к ожогу.

— Сейчас пройдет, — я поморщилась. Прикосновение ткани к открытой ране было болезненным, — она хочет амулет и Тару. У нее Игорь и Макс. Последний ей не нужен, но пообещала пытать его на глазах ребенка. Не сомневаюсь, под каким соусом она это преподнесет сыну. Или внушит что-нибудь. Обвинит меня. Тогда Игорь окончательно убедится, что я чудовище.

— Но где гарантия, что когда ты отдашь амулет, сможешь уйти спокойно? Карина не из тех, кто оставляет врагов за спиной.

— Это я понимаю. Поэтому собираюсь убить стерву.

— Где назначена встреча?

— Она не успела сказать. Но я сейчас не готова общаться. Давай, покатаемся немного. Я успокоюсь, и тогда позвоню еще раз. Иначе не только витрины в магазинах разлетятся, но и пострадает кто-нибудь невиновный.

— Как скажешь! — Сэм завел машину и медленно покатился по улице, выруливая на оживленный проспект.

— Ты заставляешь себя ждать, — прошипела в трубку Карина, когда, спустя час, я снова набрала номер Ольги.

— Возникли некоторые сложности, — я сделала глубокий вдох, чтобы голос выглядел ровным, — со связью. Так, где произойдет обмен?

— Тара поведала об одном месте. Оно меня заинтересовало. Полагаю, ты знаешь туда дорогу? Думаю, завтра к полуночи успеешь добраться. Кстати, если тот седовласый приедет с тобой, не буду возражать. Мы с ним не закончили.

— При-ду-шу! — процедила, ломая хрупкий телефон в руке, — вырву сердце. Порежу на ленточки. Эта тварь умирать будет долго.

— Спокойно, Ди! Ты отлично справилась. Так что? Где назначен обмен?

— Не поверишь! В лесу, где находится камень. Придется вернуться в Озерки. Но прежде… необходимо выйти на след охотников. Не представляю, где их искать?

— Зачем демонице алтарь? Сомневаюсь, что она собирается покинуть этот мир. А значит…

— Хочет кого-то оттуда вызвать! — догадалась я, — но для этого нужна жертва, носитель и… проводник. Амулет Карина могла обменять в любом другом месте. Так, почему именно это? Ей нужна я, как проводник? Ну, Тара! Рога пообломаю! Хвост оторву и собакам выброшу. Как быстро переметнулась. А говорила, что не сможет предать!

— Не горячись, Ди! Возможно, ей не оставили выбора. Могли чем-то шантажировать, к примеру.

— Ладно. У нее будет минута, чтобы предоставить убедительное оправдание своему поступку. В противном случае выкину в Нижний мир без сожалений. Никто не смеет нарушать клятву!

— О! В тебе говорит маленький злобненький демоненок?

— Демоненок предлагал убить ее сразу. И не думаю, что ошибся. Насчет Ольги она не сказала правды, а теперь вот Карине все про нас доложила.

— Ладно, — Сэм взял мою руку, успокаивающе погладил, — кровожадная моя, есть идеи, где искать охотников?

— Интернет?

— Нда, во Всемирной паутине можно найти массу полезного. Но для этого придется перелопатить кучу всякого мусора. А это требует времени. Кхм, — друг замер, уставившись в одну точку, — как же я сразу не подумал! Помнишь, я собирал информацию о демонах? Ну, когда еще твое возвращение было под вопросом?

— Да. Просматривала я те отчеты. Муть какая-то!

— Но ведь мы искали совершенно иные вещи. Это не значит, что там не затесалось и что-то об охотниках на этих самых демонов.

— Может, так оно и есть. Но как мы доберемся до этих файлов?

— В Озерки я забрал копию отчета. Оригинал же хранится в офисе. Нужно просто забрать флешку!

— Угу! Просто забрать. А то, что там поджидает полиция, это так, мелочи?

— Если я не могу туда пойти, не значит, что кто-то другой не сможет. Думаю, Романа уже должны были отпустить. Адвокат у меня хороший. Знает свое дело.

— Твой адвокат, наверняка, уже настучал в полицию.

— Вряд ли. Деньги ему плачу я, и немалые. Конечно, его номер стоит на прослушке. Но мы предусмотрели это и избавились от телефона сразу же после звонка. Поехали, устроимся в какой-нибудь гостинице. По дороге созвонимся с Романом. Можно договориться о встрече, не называя конкретных мест. А уж уйти от слежки ему, профессионалу, не составит труда.

Поколесив еще с час по городу, остановились на выезде. Сняли номер в придорожной гостинице. Зеленая купюра поверх оговоренной платы сделала администратора слепым и глухим. В том смысле, что он нас не видел и не слышал, и, вообще, никому ничего не сдавал. Капелька внушения заставила его думать, что я любовница Сэма, с которой он встречался втайне от жены. Банально. Но совершенно нормально для такого места.

При гостинице работало круглосуточное кафе, в котором мы заказали много еды в номер. Сэм лишь слегка перекусил и помчался на встречу с Романом. А я, устроившись на широкой кровати и обложившись выпечкой местного производства, раскрыла ноутбук и стала шерстить сайты подходящей тематики. Через два часа голова распухла. Чего только там не было! Однако среди огромного потока информации вычленила главное: охотников или экзорцистов следует искать в церкви. Многие столетия нелегкий труд по изгнанию демонов ложился на плечи священников. Единственное, что настораживало: найти истинного мастера нелегко. Настоящим даром экзорцизма обладали единицы. Различались они и по силе, и по методам работы. И, наконец, главное: как демоны могли учуять в человеке настоящего охотника, так и охотники чувствовали вселившееся в несчастную жертву зло.

Нда, обращаться к таким людям за помощью — безумие. Слишком легко из подзащитного перейти в категорию жертвы. Но если удастся спасти Игоря и сохранить кулон, то уже очень скоро до меня никто не сможет добраться. А значит, риск вполне оправдан.

Так и не дождавшись Сэма, легла спать. Встреча с Аламатом нужна, как воздух. Другого шанса предупредить его обо всем, что тут происходит, не будет.

— Ди! — демон задушил в объятиях и поцелуях, — я считаю минуты до встречи. Еще один длинный день, и ночь, и мы будем вместе.

— Аламат! Об этом я и хотела поговорить…

— Что случилось? Выглядишь встревоженной. Ты же не передумала?

— Передумала? Нет! Как ты мог такое подумать? Но у меня возникли проблемы. И они могут послужить препятствием…

— Говори! — Дайрон усадил меня в кресло. Сам устроился на полу, захватив в плен мои колени.

— Тот демон, о котором уже рассказывала. Вернее, демоница. Она схватила моего сына и требует отдать кулон в обмен на его жизнь. А я… — на глаза навернулись слезы, — никогда не смогу уйти и оставить ребенка в опасности. Я дам ей то, что она хочет. Прости…

— Ди, — голос демона обрел жесткость, — а как же наш сын? Что станет с ним в твоем мире, подумала? А мы?

— Аламат! Ты бы не стал жертвовать Ланни ради нас? Я бы этого не позволила и… — я осеклась, потому что Дайрон стиснул зубы и отвел взгляд, — что с ней? Ты отдал дочь Бериттам? Почему? Как ты мог?

— У Найгара есть доступ к вербовке крибов из других миров. В его силах настроить портал так, чтобы ты перенеслась в нужное место.

— Мне очень жаль, что тебе пришлось отдать им Ланни. Но ведь твоей дочери ничего не угрожает! Беритты будут с нее пылинки сдувать. А мой сын может погибнуть… Дхарг! У меня нет иного выбора, как убить Карину. Без амулета перенос невозможен, так?

— Так.

— Но, а как же первый раз? Тогда на мне не было никакого кулона! И Сэм, и я перенеслись за секунду до смерти.

— На тебя это правило уже не распространяется. Ты отчасти демон и носишь в себе маленького демона. А с другими не знаю. Такого еще не было.

Это потому что никто из тех, кого выбросило в ваш мир, не смог вернуться! А если соблюсти необходимые условия, то все может получиться, — мысленно возразила я, но вслух ничего не сказала. Где-то глубоко внутри тлел уголек надежды, что смогу забрать Игорька с собой. Пугало лишь, через что придется пройти мальчику, чтобы получить свой билет на Дхаар.

— Аламат, клянусь, сделаю все возможное и невозможное, чтобы мы все были вместе. Но и ты верь в меня. Сколько времени у меня есть, чтобы успеть пройти в портал?

— Он будет открыт ровно час, считая, по вашему времени, с полудня.

— Я успею, Ал. Обязательно. Верь мне.

— Я верю тебе, моя любовь, — демон подхватил меня на руки и усадил к себе на колени, — это последний раз, когда мы встречаемся таким образом. Я хочу оставить самые яркие впечатления от этой ночи, — мурлыкнул он, добавляя голосу низких волнующих частот, — чтобы не забывала, кто и что ждет тебя здесь.

Проснулась со стоном на губах и приятной негой в теле. Несколько минут лежала с закрытыми глазами, смакуя подробности бурной ночи. Кожа еще горела от поцелуев, и влажность меж бедер служила ярким доказательством реальности моего сна. Чуть позже накатило осознание того, где нахожусь, и какой трудный день ждет впереди.

Сэм все еще не вернулся, но чувства беспокойства за него не ощущала. Вполне возможно, возникли обстоятельства, заставившие его задержаться. В любом случае я должна быть готова. Поэтому, не мешкая, отправилась в ванную.

Высушив волосы, надела новые джинсы с футболкой. Вещи купила, когда колесили днем по городу. Еще обзавелась удобными кроссовками, кепкой и темными очками. Не бог весть, какая маскировка, но все же.

За завтраком спустилась в кафе. Сумка с наличными лежала в номере, так что в средствах я не нуждалась. Пока дожидалась заказ, выпила чашечку кофе. Посетителей в такое раннее утро было немного. Двое дальнобойщиков, да тип в помятой рубашке. Понятно, что появление ранним утром одинокой девушки в придорожном кафе могло навести на определенные мысли, но я не заморачивалась на эту тему. Сделала легкое внушение, и вот уже никто не обращает на меня внимания.

— Извините, — вырос передо мной подавальщик, — у нас возникли некоторые сложности с заказом.

— И-и?

— Подождать придется. Но я могу доставить завтрак в номер. Если хотите. Или можете здесь посидеть. Принесу еще кофе.

— Не стоит. Лучше подайте в номер, — я поднялась и, сунув купюру в нагрудный карман парня, вышла.

Спиной ощутила пристальный взгляд типа, что сидел за соседним столом. Не понравилось мне это. Причем сильно. Не так часто на моем пути встречались люди, способные сопротивляться внушению. Как показал опыт, такими возможностями обладали либо потенциальные охотники, либо те, кто уже подвергся влиянию демона. Был еще третий вид, у которого наблюдалась врожденная гипноустойчивость. Но таких людей единицы.

Не могло же быть совпадением то, что в захудалой гостинице повстречается именно такой человек? Сомневаюсь. Отсюда вывод: необходимо как можно скорее убраться отсюда. Но куда идти? Если Сэм вернется и не найдет меня на месте, будет переживать.

Стук в дверь отвлек от тягостных мыслей.

— Кто там?

— Завтрак заказывали? — пробурчали в ответ.

Что-то не похоже на того мальчишку-подавальщика, — я насторожилась, услышав незнакомый голос, — администратор тоже еще не сменился. Так, откуда новый персонал?

— Минутку! — Покидав вещи в сумку, задвинула ее под кровать. Сама встала подальше от входа. — Входите. Открыто.

Дверь распахнулась. Первой въехала тележка, на которой действительно находился мой заказ. А следом, ехидно улыбаясь, в номер зашел тот самый тип в помятой рубашке.

— Ваш завтрак, госпожа Седихина.

— Чем обязана? — не выказав никакого удивления, вопросительно вскинула бровь. От человека веяло алчностью. Еще разило запахом табака и дешевого парфюма.

— Не возражаете? — тип прикрыл за собой дверь, после чего уселся в кресло, закинув ногу на ногу. Тележку-столик придвинул к себе и плеснул в рюмку водки из графина. — Включил в заказ. Вы же не против? — прокомментировал он появление спиртного на столе.

Я промолчала и лишь пожала плечами в ответ. Явной угрозы тип не представлял. Скорее, решил извлечь выгоду из свалившейся на него удачи.

— Диана Михайловна, знаете, а ведь вся область стоит на ушах, разыскивая вас и вашего подельника? Стоит мне сделать один звонок и сюда нагрянет куча полиции.

— И раз вы этого до сих пор не сделали, значит, что-то хотите от меня? Сколько же?

— Вы умная женщина, — хмыкнул мужчина, — и красивая. В другой раз я бы не отказался от… кхм, впрочем, к делу. Как считаете, сколько стоит ваша свобода?

Я бы могла ему назвать любую сумму и все равно промахнулась. В моем случае, свобода стоила жизни таким вот типам. Поэтому жестом показала, что он может первым огласить требование.

— Думаю, — у типа дыхание сперло от открывающейся перспективы и жадности, — тысяч пятьдесят. Нет. Сто. Сто тысяч. Евро. Наличными.

— Это приличная сумма. Вы же понимаете, что я не ношу такие деньги в кармане?

Вру! В сумке лежало раз в пять больше. Но кто об этом скажет?

— Я готов посодействовать. Могу подвезти до ближайшего банкомата.

— Стоит мне воспользоваться карточкой, и полиция тут же узнает об этом. К тому же счет может быть заблокирован.

— Уверен, вы сможете решить проблему. Я могу взять не деньгами, а, к примеру, драгоценностями. У такой, как вы, их не может не быть. Или же вы можете занять нужную сумму у знакомых.

— В любом случае мне понадобится время.

— Я не тороплюсь, — тип плеснул себе еще водки, выпил, закусив долькой лимона.

— Какие вы можете предоставить гарантии, что не сдадите после того, как получите деньги?

— Мое честное слово! Что? Нет? Ничего другого предложить не могу. И предупреждаю на всякий случай: если я не свяжусь со своим человеком через пять минут, анонимный звонок в полицию не заставит ждать. А поскольку в городе объявлен план-перехват, оперативная группа прибудет сюда очень быстро.

— Разумно. Вы деловой человек, господин эээ?

— Мое имя вам ни к чему.

— Что же, можете успокоить своего друга. Деньги вам будут. Вы позволите? — указала на остывающий завтрак, — жутко проголодалась.

Широким жестом тип пригласил присоединиться к нему. Хмыкнув, взяла стул и села напротив. Все, что мне было нужно, потянуть время. Убрать продажного мента могла в любую минуту. Однако банальная осторожность не давала этого сделать. Если раньше нас преследовали незаконно, то мы, пусть не сразу, но могли это доказать. А после убийства полицейского пути назад не будет.

Пока я размеренно поглощала еду, шантажист методично накачивался спиртным. Взгляд мужчины постепенно соловел и все чаще задерживался на мне.

— Может, расслабимся? — предложил он, — а я помогу тебе выбраться из города. Сейчас на каждой дороге посты, просто так не проедешь. А меня везде пропустят. Я… ик, сотрудник.

— Спасибо, но я как-нибудь сама, — отказалась от столь «лестного» предложения.

— Зря. На меня еще ни одна баба не жаловалась, — тип похабно ухмыльнулся.

— Ты говорил, нужно позвонить, — напомнила о более важных вещах.

— О! Точно. Щас! — набрав номер, тип неожиданно трезвым голосом сообщил человеку на другом конце провода, что все в порядке. — Довольна? И на чем мы остановились?

Мужчина с силой оттолкнул тележку, разделяющую нас. Она откатилась в сторону, с грохотом ударившись о стену. Несколько тарелок жалобно звякнули.

Я отшатнулась, когда тип протянул ко мне грязные лапы. Желание свернуть ему шею было нестерпимым. Сдерживалась из последних сил. Но когда он, проявив неожиданную прыть, накинулся, повалив на пол, со всей дури засветила ему в пах. Тип взвыл и наотмашь залепил мне смачную пощечину. У меня аж искры из глаз посыпались.

Ну, все ур-род! Получи! — Арсенал столовых приборов с тележки взмыл в воздух и резко воткнулся в тело мужчины.

Однако обмяк он на мгновение раньше. А после того как Сэм с перекошенным от злости лицом отбросил мерзавца в сторону, поняла, что мы оба перестарались. Рукоять охотничьего ножа, торчащего из спины неудавшегося насильника, а также десертная ложка, вилки и даже зубочистки, воткнувшиеся в спину типа, красноречиво об этом свидетельствовали. Убитый стал похож на подушечку для булавок.

— Что за хмырь? — спросил Сэм, помогая мне подняться.

— Сейчас узнаем, — подойдя к телу, брезгливо обыскала карманы. Сотовый, бумажник, пачка сигарет и ключи. — Надо же! Не соврал. Действительно, полицейский, — убедилась я, наткнувшись на удостоверение.

— Как он сюда попал? И что хотел? — Сэм подошел к тележке и налил в стакан остатки водки. Выпил залпом.

— Засек меня, когда спустилась в кафе. Но не сдал, решил подзаработать. Кстати, у нас полчаса, чтобы уйти отсюда. Он звонил кому-то. Если снова не выйдет на связь, может появиться полиция.

— Тогда уходим. Роман ждет в машине.

— Мне нужно переодеться. Этот гад испачкал новую футболку. Не возражаешь, если надену твою? Из чистых только одна она и осталась.

— Могла бы не спрашивать. Иди, а я пока припрячу нашего гостя. Кто знает, может он блефовал, и тогда его хватятся нескоро. А у нас будет возможность скрыться.

— Говоришь, как заправский бандит, — подколола Сэма.

— Кстати, а почему ты…

— Не убила раньше? Полагала, что дешевле будет откупиться. Из-за него мы действительно стали преступниками.

— Не мы, а я, — поправил друг, — и ничуть не жалею. Когда вошел и увидел, как он тебя бьет, такая злость захлестнула что…

— Это моя вина. Надо было сразу. А я все тянула. Не хочу, чтобы убийства стали частью моей жизни. Это неправильно. Я плохо на тебя влияю, Сэм.

— Ди! Поторопись! И не будем больше об этом. Ты столько раз спасала меня, что это лишь малая часть того, что я мог для тебя сделать.

— Как скажешь, — пожала плечами, — не будем.

Какая-то часть внутри возмутилась ненадолго и затихла. На Дхааре за такой поступок, человека подвергли бы жесточайшим пыткам. Но то Дхаар, а мы на Земле. С каких пор я стала так легко воспринимать чужую смерть? Не с тех ли, когда заряд на кулоне стал стремительно расти, впитывая чужую боль и кровь?

— Держи, — кинула Сэму ключи, найденные в кармане убитого, — поедем на его машине. Он сам подсказал, как проскочить через блокпосты, расставленные на всех выездах из города.

Заглянув к администратору, продлили номер еще на сутки. Если повезет, труп обнаружат не сразу. Пока я отмывала кровь и в очередной раз переодевалась, Сэм запихнул тело, завернутое в запачканный ковер, в шкаф. Затер пятна на полу и прошелся салфеткой по всем поверхностям, где могли остаться наши отпечатки.

— Что так долго? — встретил у машины взволнованный Роман, — Диана Михайловна, рад видеть.

— И я рада, что с тобой все в порядке, — улыбнулась мужчине, — давайте уже выбираться отсюда.

— Вам удалось? — спросила, как только припарковала машину рядом с джипом Романа. Мне пришлось сесть за руль потрепанной хонды убитого полицейского и ехать следом за друзьями. Мы специально остановились в безлюдном месте, чтобы обсудить дальнейшие планы.

— Это оказалось непросто, — ответил Сэм. Роман лишь пренебрежительно фыркнул, показывая, что ничего сложного на самом деле не было, — нам пришлось объехать все окрестные церквушки и монастыри, чтобы выйти на след нужного человека. В итоге раздобыли лишь телефон. Но по нему никто не ответил.

— Мы оставили сообщение, — вклинился начальник охраны, — описали ситуацию. По словам отца Павла, давшего нам нужный номер, охотник придет, если посчитает угрозу реальной.

— Вот как? И как же он поймет степень важности того или иного сообщения?

— Не знаю. Однако отец Павел дал несколько ценных советов. В том числе и насчет того, как происходит изгнание. Диана! Я сделаю все, чтобы спасти вашего сына. Обещаю.

— Ром, ты понимаешь, что назад пути не будет? Сейчас ты еще можешь отказаться. И я… мы поймем. В той гостинице остался труп полицейского. Не тебе рассказывать, что это значит. А Карину, и тех, кто будет на ее стороне, возможно, тоже придется убить. Ты действительно хочешь участвовать во всем этом?

— Знаете, я не сторонник решения проблем силовым методом. Однако если уж дело дошло до драки, отступать не намерен. Особенно когда вижу истинное положение вещей. Не выношу тех, кто использует грязные методы, опускаясь до убийств или похищения детей.

— Спасибо, — поблагодарила Романа, — нам нужно продумать план действий. Честно говоря, плохо представляю, как все будет выглядеть. Ну, соберемся мы у камня. Ну, отдам я этот кулон. Заберем Игоря. А потом? Не верю, что Карина просто так отпустит.

— Я бы не надеялся на это. Скорее, исходил из того, что события будут развиваться по худшему сценарию, — Сэм поморщился, — до сих пор эта стерва не гнушалась никакими средствами. Почему сейчас вдруг изменит своим методам?

— У меня нехорошее предчувствие на этот счет, — поделилась собственными ощущениями.

— Думаю, — начальник охраны достал сотовый, — пора встретиться со старыми друзьями. Демон эта Карина или нет, но если снести ей башку, сдохнет, как миленькая. Вот что! Несколько часов роли не сыграют. Все равно до полуночи времени предостаточно. Сейчас наведаемся к одному моему сослуживцу. Приобретем пару игрушек. С наличностью, как я понял, проблем нет?

— Никаких, — подтвердил Сэм.

Друг Романа жил и работал в старой части города. Крохотный павильон по ремонту обуви и изготовлению ключей служил отличной ширмой для другой деятельности. Как раз она позволяла Руслану зарабатывать неплохие деньги. Я лишь удивленно моргнула, когда в большую спортивную сумку, купленную по дороге, сапожник стал накладывать оружие. И коробки с патронами, и небольшие пистолеты, и новенькие автоматы, и винтовки с оптическим прицелом. И еще много всякой всячины, о назначении которой могла только догадываться.

— Эээ, а мы точно все это используем? — спросила Романа, когда расплатились с Русланом и отъехали в безопасное место. — Тут целую революцию устроить можно.

— В нашей ситуации нужно быть готовыми ко всему, — пояснил мужчина, — уж лучше не использовать вовсе, чем оказаться безоружным перед врагом. Помнишь тот день, когда в дом ворвались люди в масках? Где гарантия, что не столкнемся с чем-то подобным? Что касается обеспечения безопасности, можешь спокойно положиться на меня.

— Да. Верно, — согласилась с приведенными доводами. Сколь бы ни сильна была Карина, но зачем ей тратить собственные силы, когда можно использовать других?

После посещения оружейника, наши пути с Романом разделились. Он отправился собирать своих иийжиа людей, а нам с Сэмом предстояло пересечь кордон полиции и, не привлекая внимания, добраться до деревни. Место, где находился камень, начальнику охраны было известно. Он обещал прибыть туда пораньше и приготовиться к встрече. Для связи решили использовать оставшиеся одноразовые телефоны.

— Заедем кое-куда? — попросила Сэма, — хочу попрощаться.

В любом случае мне предстояло покинуть родной город. И неважно, Дхаар это или чужая страна.

— Прощай, папа! — опустилась на колени перед мраморным надгробием. Охапка алых гвоздик выскользнула из рук, рассыпавшись по матовой черной поверхности. Слова, что хотела сказать напоследок, застряли в горле. Так всегда было со мной на кладбищах. Казалось, что тишину, царившую там, ни в коем случае не стоит нарушать. Мертвым не нужно разговаривать, чтобы понять друг друга. И никакие слезы или пылкие речи не заменят того, что они могут прочитать в живой душе.

Не знаю, сколько просидела, вглядываясь в родные черты, выбитые в камне. Только коленей уже не чувствовала. Когда подошел Сэм, напомнив о том, что пора идти, встать самостоятельно не смогла. Другу пришлось на руках отнести меня к машине. Я была благодарна, что он ничем не упрекнул и тактично промолчал, дав время прийти в себя.

Полицейский кордон миновали без проблем. Сэм, правда, снова прокатился в багажнике. Но немного, километра три. А я использовала внушение, чтобы убедить офицера, что за рулем не разыскиваемая преступница, а его коллега, капитан Кирносов, спешащий за город по очень важному делу.

По пути несколько раз созванивались с Романом. Он сообщил, что уже на месте и нам не нужно беспокоиться. А также посоветовал сменить машину. Что мы и сделали, навестив Дмитрича, автомеханика. Он нам еще приплатил за такой подарок и пообещал сегодня же разобрать хонду на запчасти. У Дмитрича мы и перекусили в ожидании человека от Романа.

Потрепанный тонированный ровер болотного цвета въехал на стоянку перед мастерской. В выпрыгнувшем из машины немолодом мужчине легко было узнать бывшего военного. Крепкая фигура, цепкий взгляд, мягкие перекатывающиеся движения и особая выправка слишком красноречиво говорили об этом. Ни добродушная улыбка, ни одежда простого обывателя не могли обмануть возникшее впечатление.

— Диана и Эдуард? — уточнил он, — я от Романа. Вот, — кинул Сэму ключи от автомобиля, — владейте! Не смотрите, что выглядит непрезентабельно. Машина-зверь. Я на ней все окрестные леса объездил. Даже жаль расставаться. Бензина налил под завязку. Документы в бардачке.

— А как… — хотела спросить имя мужчины, но он лишь подмигнул и спешно вышел. Выскочив за ним на улицу, никого не увидела. Только звук отъезжающей в конце улицы машины. — Куда делся-то?

Если бы не автомобиль во дворе, можно посчитать человека за галлюцинацию. Разговор не занял и минуты. А он за это время успел не только сообщить нужные сведения, но и уйти незамеченным. Вон даже Дмитрич, что как раз ушел в кладовую за какой-то деталью, и тот удивился, откуда на стоянке появилась новая машина.

— Нам пора! — Сэм протянул механику руку на прощание, — спасибо за помощь и… вы нас не видели!

— А то? Знать не знаю, — хмыкнул Дмитрич.

— До свидания, — попрощалась я, устраиваясь на переднем сиденье ровера.

В салоне обнаружилось много сюрпризов. Судя по всему, Роман не постеснялся вернуться в дом. Как-никак, а он имел полное право там находиться. В отдельном пакете был гостинец от Марты. Блинчики и пирожки ее изготовления ни с чем не спутаю. Еще сменная одежда для нас. А также кое-что из арсенала, купленного у Руслана.

Уже стемнело, когда мы по проселочной дороге въехали в Озерки. В камуфляжной форме Сэм ничем не отличался от охотников, что наводнили местные деревушки. И даже машина была под стать.

Что ни говори, а Роман на самом деле знал свое дело. На ровер и сидящего за рулем мужчину никто не обратил внимания. Меня же за тонированными стеклами, вообще, никто не видел. К тому же маскировочный костюм сидел на мне мешковато, скрывая особенности фигуры. Волосы я стянула в хвост и убрала под кепку. Издалека и не разобрать, кто перед тобой. А нам того и надо.

Последний раз созвонились с Романом, когда заехали в укромный уголок, неподалеку от дома. Начальник охраны подтвердил, что там появляться опасно. Двое полицейских все еще находились внутри, испытывая гостеприимство Марты на прочность.

— Мы уже на местах. Дальше будем соблюдать режим тишины, так что никаких звонков или разговоров.

— Рома, что нам делать?

— Ждите. За полчаса до назначенного времени, выдвинетесь в путь. Помните, мои люди… я рядом. Мы не будем вмешиваться, пока не произойдет обмен или не случиться чего-то непредвиденного. Как только ребенок будет у вас, уходите с поляны. С демоном разберемся сами.

— Вам удалось заручиться поддержкой охотников?

— Нет. Но…

— У вас без меня ничего не получится. Карина не та сила, с которой вы можете справиться привычными методами. Сэм увезет Игоря, а я останусь, — нажала кнопку отбоя, прежде чем Роман успел что-то возразить.

— Я не брошу тебя там одну! — решительно заявил друг, — даже не проси.

— Она ничего мне не сделает! Вернее, ничего не поправимого. Ты же знаешь. Александр стрелял в меня, и что? Рана затянулась. К тому же у алтаря у меня будет полно сил.

— Как и у Карины. А если на ней еще амулет будет?

— Сэм, что гадать? Нам все равно заранее не узнать, что там демоница задумала. Поэтому будем действовать по обстоятельствам.

Друг хоть и побурчал, но вынужден был согласиться с моими доводами. Оставшийся час мы болтали о дальнейших планах. О том, куда они поедут потом.

— Австрия. Во всяком случае, на первое время. В одном из банков у меня счет на другое имя. И документы имеются. Только Игорю сделаем новый паспорт. Будет моим племянником. После махнем куда-нибудь на Средиземноморское побережье.

— Думаю, ему там понравится.

— А ты чем планируешь заниматься на Дхааре?

— Не поверишь! Не представляю даже. Но у меня будет Аламат и наш сын, и еще мы обязательно заберем Ланни. Найду себе какое-нибудь занятие по душе.

— Не думаю, что твой демон позволит тебе работать, заделаешься домохозяйкой, — добродушно хмыкнул Сэм.

— И что в этом плохого?

— Ничего. Просто наблюдал за тобой все эти месяцы. Сидеть дома — это не для тебя. Я видел, какая ты бываешь в офисе, как увлеченно отдаешься делу. Не боишься трудностей. Креативно мыслишь. Что партнеры, что сотрудники тебе в рот заглядывают.

— Может, все дело в легком внушении и желании расположить к себе? Я и тогда, и сейчас не знаю, на что действительно способна.

— Нет, не только. У Дианеи была хорошая репутация. И твой отец, и ты пользовались уважением. В мире бизнеса хорошее имя много стоит.

— Ладно, не будем об этом. Уверена, все будет хорошо. Но для этого мы должны разобраться с Кариной. Пойдем. Время вышло.

Замаскировав машину ветками, мы углубились в лес. Обычно живущий своей ночной жизнью, он сейчас был необычайно тих. Это могло означать одно: где-то затаилась опасность. Впрочем, нам об этом и так было известно. И направлялись мы в самый ее эпицентр.

Поляну, освещенную красноватым пламенем, не заметить мог только слепой. Запах горелой древесины почувствовали задолго до прибытия на место. Языки взвивающегося пламени очерчивали поляну по кругу. Огнем же полыхали линии пентаграммы, начерченной вокруг камня. Четыре фигуры стояли на противоположном крае у деревьев. Я без труда узнала всех: это мой сын, взирающий на происходящее с ужасом, Тара, Макс и Карина.

Тара всем своим видом выражала сожаление. Бывший муж выглядел нервным, постоянно озираясь и притоптывая на месте. Карина сохраняла ледяное спокойствие. Готова поклясться, она давно почувствовала наше приближение, потому и смотрела точно на то место, откуда мы с Сэмом появились.

— Я пришла, как мы и договаривались, — начала разговор первой. Все взгляды тотчас обратились на меня.

Мама? — прочитала в глазах сына немое удивление.

Все будет хорошо! — ответила ему беззвучно. Впервые за долгое время увидела не ненависть, а что-то иное. Он волновался, переживал, беспокоился… за меня?

Рядом с демоницей и остальными Игорь, к моему удивлению, не выглядел ребенком, каким привыкла его считать. Быть может, потому что в глаза резко бросалось сходство с отцом. Та же русая шевелюра, особый блеск зеленых глаз, высокие скулы и ямочка на подбородке. Или дело в смокинге, что сидел на нем, как влитой? Фигурка была подростковой, угловатой. Но уже сейчас заметен размах плеч и атлетические пропорции.

К чему Карина его так разодела? Да и остальных? Макс тоже красовался новеньким костюмом. А Тара блистала в вечернем платье, с шикарной прической и целым состоянием в виде драгоценностей. Сама демоница при этом выглядела иначе. В черном латексном комбинезоне была похожа на женщину-кошку. Не хватало только ушек с кисточками и пушистого хвостика.

— Вижу, ты убедилась, что с твоим сыном и… подругой все в порядке, — выдержав паузу, ответила Карина, — ты принесла то, что мне нужно?

Я вытащила кулон из-за пазухи и продемонстрировала его публике. Карина аж вперед подалась, жадно впиваясь взглядом в «мою прелесть».

— Давно не встречала ничего подобного, — с вожделением промурлыкала она, — не знаю, как ты заполучила его, но это настоящее сокровище. Впрочем, как и этот чудный мальчик, — потрепала Игоря по голове. Тот фыркнул и попытался вырваться. Однако от цепких пальчиков Карины деться никуда не смог.

— Оля, детка, принеси мне мой кулон, — ядовито процедила демоница, — его, — толкнула парнишку к ней, — бери с собой. Отпустишь только тогда, когда драгоценность будет у тебя. Не раньше. Если что-то этому помешает, можешь убить мальчишку.

Игорь дернулся, когда в его запястье впилась Тара, но возразить не посмел. Одарил девушку презрительным взглядом.

Мне, глядя на разыгравшуюся сцену, с трудом удалось сохранить спокойствие. Мучил вопрос:

Почему Тара во всем слушалась Карину? Она ведь принесла мне клятву. Если бы она ее нарушила, тут же отправилась в Нижний мир. Если бы связь между нами разорвали, я поняла. Осознание этого пришло не так давно, но это мало что давало, разве что кучу новых вопросов.

Тем временем Тара пересекла поляну и остановилась в шаге от меня.

— Кулон! — протянула она руку.

— Мой сын, — отзеркалила ответ.

— Без проблем, — демоница разлепила пальцы, и сын сделал шаг ко мне.

Сняв с шеи амулет, с неохотой вложила его в раскрытую ладонь Тары. Она молча забрала куллон и вернулась на место. Передала своей хозяйке. Та вцепилась в драгоценность обеими руками. Какое-то время крутила ее перед собой, наслаждаясь каждой секундой обладания. Потом надела себе на шею.

— Сэм, забирай Игоря, и уходите, — прошептала я. Хотела напоследок обнять сына, но он отшатнулся.

— Игореша, — подала голос Карина, — иди ко мне. Я уже соскучилась без тебя.

Меня взбесило одно то, как эта гадина его назвала. Да кто она такая?

К тому же сын хотел действительно сделать то, о чем она попросила. Его перехватил Сэм.

— Пусти! — рванул он из рук друга.

— Игорь, ты чего? В чем дело? Эта женщина приказала тебя убить. Она убийца!

— Как и ты, мамочка! — язвительно ответил ребенок, — но Кари много лучше тебя. Во всем. И она любит папу. Мы будем хорошей семьей. Без тебя.

— Но… — на глаза навернулись слезы. Это был удар ниже пояса. У меня вышибло дыхание. Демоница не только отняла у меня сына, но и решила занять мое место в его жизни. — Ты обещала! — развернулась к Карине.

— И я сдержала слово. Твой сын у тебя. Вот только захочет ли он остаться с тобой? Вопрос. Игорь довольно взрослый, чтобы самому сделать выбор. Так что, мой мальчик, иди сюда, — поманила она.

— Нет! — рыкнула я, — никуда он не пойдет. Сэм, если понадобится, уведи его силой.

Друг только этого и ждал от меня, перехватил Игорька покрепче и потащил к кустам.

— Хм, какая же ты мать, если позволяешь так обращаться с собственным ребенком, — фыркнула Карина, наслаждаясь устроенным представлением, — но ты не учла одного: я не оставляю тех, кому однажды оказала покровительство. Раз Игорь сказал нет, значит, он никуда не пойдет и останется здесь.

— Бегите! — с отчаянием бросила Сэму, понимая, в какую ловушку угодила.

Однако Сэм не успел сделать пары шагов, как из темноты леса выступили фигуры в черных масках. Один в один те, кто ворвались в наш дом. Они не угрожали. Просто стояли живым щитом, давая понять, что мимо них никто не пройдет.

— Кулон и так у тебя. Что еще нужно? — обратилась к демонице.

Обида и боль, едва не заставившая взвыть в голос, вымещала растущая злость. Внутренний голос требовал разделаться с врагами.

Втянув носом воздух, отчетливо ощутила запах чьего-то страха. Причем такого глубокого, что даже ребенок зашевелился, впитывая эти эмоции. Оглядев хищным взглядом всех, кто находился на поляне, остановилась на Максе.

Ему-то чего боятся? Он уже давно переметнулся на сторону зла. Или от печеньев тошнит уже?

— Мне тут одна говорливая птичка поведала, — Карина бросила довольный взгляд на Ольгу, — что ты можешь привести из Нижнего мира любого демона. Так вот, я хочу, чтобы ты вызвала Кеаррона.

— Нет! — непроизвольно вырвалось у Ольги, — только не он!

В подтверждении ее словам у меня внутри все болезненно сжалось. На этот раз страх исходил от моего ребенка.

— Кто это? — силясь выдохнуть после скрутившего живот спазма, просипела я.

— Всего лишь Повелитель демонов. Истинный Владыка, наделенный особой силой.

Хм, а мой сын тогда кто? Почему Тара назвала его Повелителем? Их что там, пачками штампуют?

— А почему он сам не нашел способ попасть на землю? Ты-то ведь как-то без моей помощи выбралась!

— Потому что за три сотни лет я не нашла ни одного подходящего тела! Никто из смертных не способен вместить в себя столь огромную мощь.

— Ну а сейчас что? Нашлась подходящая кандидатура? — хмыкнула я.

— Можно сказать, сейчас есть накопитель, который может вместить часть магии и проводник. Ты должна призвать Кеаррона!

— Ничего я тебе не должна! — рыкнула в ответ, — не собираюсь никого призывать.

А в голове тем временем крепко засела мысль:

Во время ритуала она вернет мне амулет! Чтобы демон смог вместить часть магии, кулон нужно пронести в Нижний мир. А это возможно лишь тогда, когда он будет на мне!

— Призовешь! — гаденько улыбнулась демоница, — ради своего сыночка. Я ведь могу убрать из его памяти некоторые моменты. Могу вернуть тебе его любовь. Все будет так, как и до убийства твоего отца.

— Я тебе не верю!

— Но ты ведь чувствуешь, что я не лгу. Ладно. Я даже извиниться могу. Ну, соглашайся по-хорошему. Хочешь, этот, — указала на мнущегося рядом Макса, — будет твоим рабом?

Посмотрела на бывшего мужа, поежилась. Даже в качестве раба не хочу видеть его рядом с собой.

— Ди, не согла… — Ольга, недоговорив, рухнула на землю. Невидимая рука так сильно сдавила ее горло, что та могла только сипеть.

— Оля! — Сэм позеленел. Он лишь на мгновение отвлекся, но этого хватило, чтобы Игорек вырвался и побежал к Карине.

— Заткни ее! — приказала демоница Максу, — своей выходкой всю игру мне испортила.

Макс выудил из кармана платок и наклонился к Ольге. Удушающая хватка к этому времени ослабла.

— Он потребует жертву! — успела прохрипеть девушка, прежде чем ей в рот засунули платок. Чтобы не освободилась, бывший муж связал ей руки своим ремнем.

Тара мычала и извивалась, стараясь пнуть Макса побольнее. В ответ он не стал церемониться и отвесил ей чувствительных пинков.

— Я в любом случае призову Кеаррона, — перешла к угрозам Карина, — мне все равно кто это сделает: ты или твой сын. Только во втором случае, Повелитель уничтожит призывающего. В нем нет демонской крови, в отличие от тебя!

— А что насчет жертвы? Где гарантия, что этот Кеаррон не убьет всех нас, когда явиться сюда?

— Не убьет! — заговорщически прошептала Карина, — если получит другого сына. Маленького Повелителя!

Я отшатнулась, непроизвольно прикрывая живот руками.

— Нет!

— Думала, мне про это неизвестно? Ошибаешься! С самой первой встречи я ощутила будущую мощь Владыки. Но он еще слишком мал, чтобы противостоять такому противнику, как Кеаррон. А взрослый демон, разменявший не одно десятилетие, не допустит появление на свет конкурента, способного его уничтожить.

— Если твой Повелитель в Нижнем мире, значит, кому-то все же удалось его убить, — нашла в рассказе Карины пробел, — не такой уж твой Кеаррон неуязвимый.

— Мой тебе совет, Диана! Лучше убей чудовище, пока можешь. Он принесет столько зла, что ты и представить не сможешь. Прольются океаны крови. Его имя будут проклинать. Его всегда будут ненавидеть. И бояться. Уже сейчас, в утробе, он хочет крови. Жертв. Захочешь ли ты стать исполнителем его желаний?

— Нет. Я тебе не верю! Мой сын никогда не станет таким! Я научу его быть другим. Научу любить жизнь и ценить ее.

— Безнадежна! — фыркнула Карина, — я так понимаю, ты выбрала, какого сына принести в жертву, — не спросила, скорее констатировала она, — Макс, ты знаешь, что делать. Игорь! Призови для меня Кеаррона! — приказала демоница.

Бывший муж и мой сын подошли к женщине. Одному она дала в руки кинжал, а другому повесила на шею амулет.

Я хотела броситься, чтобы остановить их, но ноги будто приросли к земле. Меня парализовало. Даже голос отказал.

— Что? Не нравится? — демоница рассмеялась, — думала, тебе хватит сил со мной тягаться? Да прошел бы не один десяток лет, прежде чем ты научилась управлять и сотой долей дара! Но и этого никогда не произойдет. После родов способности исчезнут.

Тварь! Гадина! Демонское отродье! — только и могла проклинать, и скрипеть зубами, наблюдая, как сын добровольно ложиться на камень. — Где же чертова помощь? Роман обещал вмешаться, если будет угроза жизни! По-моему, сейчас самое время.

Словно в ответ на мой отчаянный призыв, по поляне разнеслись первые хлопки выстрелов. Большая часть людей в масках, охраняющих периметр поляны, попадала. Остальные сгруппировались вокруг камня и Карины.

— Ди, что с тобой? — Сэм схватил за плечи, встряхнул. Я завалилась на него, как безвольная кукла, — что эта гадина сделала?

Подхватив меня на руки, друг попытался вынести меня с поляны, где разгорался настоящий бой. Одетые в камуфляжную форму люди Романа выскакивали на свет и нападали на черные маски. Те бились ожесточенно, не обращая внимания на раны и боль.

Марионетки! — невольно сравнила я их, — исполняющие волю кукловода игрушки, готовые отдать жизнь по приказу.

— Мразь! — смогла, наконец, выругаться я, — Сэм. Нет. Я не могу уйти. Там мой сын.

— Ди! Я не могу тебя отпустить. На поляне Роман и его люди. Они справятся. Заберут кулон. Ты не должна так рисковать. Подумай о малыше!

— Я должна попытаться. Иначе не смогу с этим жить.

— Хорошо! Идем вместе.

Успевший отойти от поляны на приличное расстояние, Сэм развернулся и потопал в обратном направлении. Предсмертные крики, от которых мороз продирал по коже, тяжелый запах крови, смерти пугали. И одновременно с этим глубоко внутри я чувствовала удовлетворение. Ловушка, в которую меня закрыла Карина, трещала по швам. Возвращалась чувствительность. Кончики пальцев непривычно покалывали. По телу то и дело пробегали электрические разряды.

Это ненормально, — твердила про себя.

Так и должно быть, — вторил внутренний голос, — позволь магии вырваться на свободу. Дай мне возможность защитить. Нас.

До поляны оставалось несколько шагов, когда дорогу преградили две фигуры в серых одеждах. Приглядевшись, поняла, что люди одеты в монашеские рясы. Лиц, скрытых за глубокими капюшонами, было не рассмотреть.

— Охотники! — догадалась я, — долго же вас ждать пришлось. Предпочитаете, когда другие за вас делают самую грязную работу?

— Мы не вмешиваемся в дела людей. Не трогаем их. Но боремся с демонами. Пока тварь не проявила себя, мы оставались в стороне, — ответил один из мужчин.

— Судя по всему, и сейчас-то не особенно спешите. Ждете, пока Карина наиграется, убивая хороших людей?

— Там защитный барьер. Мы не можем пройти, — сказал второй.

— Да как вы, вообще, с демонами-то боретесь? — вырвалось у меня.

— Предпочитаем ловить врасплох или заманивать на свою территорию. У демоницы было время подготовиться к таким неожиданностям.

— Понятно. Как убрать этот барьер вы хотя бы в курсе?

— Достаточно проникнуть внутрь и затереть одну из линий пентаграммы. В идеале посыпать ее солью, — пояснил первый охотник.

— Хорошо! Я сделаю это, — схватила из рук мужчины мешочек с солью и, соскочив с рук Сэма, зашагала к поляне.

— Ди, постой! — друг бросился следом.

На поляну мы выскочили одновременно. Одного взгляда на камень хватило, чтобы сердце кровью облилось. У Макса с перерезанными на руках венами взгляд остекленел. Игорь был без сознания и метался из стороны в сторону. На его теле то тут, то там взрывались алыми брызгами глубокие полосы от чьих-то когтей.

— Демон убивает его! — вскрикнув, ринулась вперед, не разбирая дороги.

Пересекая линию пентаграммы, почувствовала, как что-то обожгло кожу. Рыкнув, отмахнулась от неприятного ощущения. Непроизвольным жестом щелкнула пальцами, пожелав, чтобы жар утих. Позади кто-то удивленно охнул. Но мне не было дела до кого-то там. Карине, что попалась на пути, засветила такую оплеуху, что она отлетела на край поляны, впечатавшись спиной в деревья. Но я про нее тут же забыла. Сын закричал от еще одного удара. Камень уже был весь залит кровью. Амулет сиял яркими всполохами, насыщаясь силой. Именно он еще поддерживал жизнь в теле Игоря, заставляя срастаться полученные раны.

Снимать кулон я не решилась. Стащила тело бывшего мужа на землю, и улеглась рядом с сыном.

— Я иду к тебе. Продержись еще немного, — прошептала едва слышно и стиснула в руке амулет.

Место, в котором я оказалась, ни разу не было похожим на предыдущее. Вполне возможно, оно зависит от характера того демона, что откликнулся на призыв.

Огненный! — без сомнений, определила я, — кто бы сомневался.

Наличие столбов пламени, вырывающихся из-под раскаленной земли. Потоки лавы, огибающие островки суши. Падающие с оранжевого неба молнии. Все это было так похоже на ад, что я поверила бы в то, что тому, кто такое описывал, самому довелось побывать здесь.

Сына обнаружила забившимся в узкую щель огромной скалы. Демон в полной боевой трансформации яростно стучал кулаками по камню, кроша его в песок.

— Страшный-то какой! — невольно сглотнула. — Эй! — решилась позвать демона, но он и сам учуял чужое присутствие и развернулся.

Не разбирая, кто перед ним, шарахнул по мне огненным пульсаром.

Гад! — только отпрыгнув в сторону, смогла избежать опасности. На месте, где я стояла, образовалась приличная ямка с обожженными краями.

На ногах мне удержаться не удалось, с размаху плюхнулась на попу.

— Чего кидаешься? Хочешь доказать, что большой и сильный, дерись с настоящим противником. А не с ребенком и женщиной. Тоже мне, Повелитель! — пробурчала, потирая ушибленный зад.

Мне не ответили, а зарядили новым пульсаром. Но тут мне делать даже ничего не пришлось. Мощный щит вырос вокруг сам собой. Демон испробовал еще несколько ударов, прежде чем прекратил и перетек в человеческий облик.

— Кто ты? — от рокочущего голоса заложило уши, — зачем явилась?

— За сыном пришла. Чего ты ребенка в угол загнал? — видимо, свой лимит страха на сегодня я исчерпала, потому разговаривала с демоном, как с обычным человеком.

— Людишки являются сюда только для того, чтобы требовать. За тысячу лет устал от одного и того же: хочу быть богатым, сильным, успешным и прочее. Тыкают себя ножиками, надеясь, что жалкие крохи крови меня задобрят. Редко, но приносят настоящую жертву. Вот, как сейчас, к примеру. И что мне с того? Я голоден. Одна жизнь, что слону муха. Не насытит, но разозлит.

— А-а, понятно, — сочувственно протянула я, — ну, ты извини. Игорька заставили сюда прийти. Он не по своей воле. Так что, может, мы пойдем? А ты занимайся своими делами. Так как?

— Ты! — демон жадно втянул воздух носом, — другая. Сильная. В твоем чреве зреет новая жизнь. Убив тебя, получу много больше удовольствия, чем от мальчишки. Пусть убирается!

Демон одним ударом смел остатки скалы, подхватил Игоря за шкирку и бросил к моим ногам.

— Мама? Ты пришла за мной? Но почему? Я ведь отказался от тебя, — теперь в глазах ребенка я видела искреннее изумление.

— Потому что ты мой сын. Я буду всегда любить тебя, и защищать, — ответила Игорю.

Как и тебя, малыш, — подумала о втором, что притаился в своем теплом уютном мирке.

— Я… — сын хотел что-то сказать, но осекся. Поник, виновато опустив плечи.

— Ничего не говори. Просто возвращайся. И очень тебя прошу, верь Сэму. Он мой лучший друг. Он позаботится о тебе.

— Достаточно! А то меня уже тошнит, — рыкнул Кеаррон. Он лишь повел взглядом, а ребенка уже утянуло наверх. Будто демон сам мог выталкивать смертных из своего мира.

— Ты непохожа на обычных посетителей, — мужчина обошел вокруг, разглядывая меня со всех сторон.

Я шмыгнула носом, представляя, какую красотку он сейчас видит. Вся в пятнах крови, копоти и ссадинах. С одной стороны, это неплохо. А с другой — а ну как пришибет? А мне с ним нужно договориться. Одного сына спасла, но теперь второй оказался в опасности. Что-то подсказывало, демон как-то контролирует обратный перенос, хотя сам переместиться не может.

— Кеаррон, вас там призывать собрались, — печально вздохнула, — говорят, вы жаждете обрести свободу. Но не советую. На поляне сейчас такой бардак, голова кругом. А тут ничего. Тихо. Живописно. Чем на досуге занимаетесь?

— Кхе-кхем! — мужчина закашлялся, постепенно переходя на смех, — нет! Вы на нее посмотрите! Беспокоишься, что ли?

— Ну, как… пытаюсь понять, что вы за демон. Чего хотите. Собираетесь ли меня убивать.

— Ха-ха-ха! Мне тебя вместе с твоим щенком раздавить, как муху прихлопнуть. Но ты забавная. Не орешь. Ничего не требуешь. Честно сказала, зачем пришла. Даже не знаю, что делать. Оставить себе, что ли? Да больно страшная. Огонька в тебе нет.

— Откуда он у меня-то? Огонек? Эта та демоница, что меня сюда отправила, искрами сыпет, да козни строит. Вас вот ей потребовалось вызволить. Говорит, томитесь в Нижнем мире, бедненький, несчастненький. Хотя, демоны часто не говорят всей правды. Умалчивают, — опасливо покосилась на мужчину. А ну, как обидится, что лгуном обозвала? Но он, усевшись на землю, с усмешкой следил за мной. — Знала бы заранее, что вы такой, не доводила до крайности. Плюшек каких-нибудь прихватила. Чайку попили бы, да разошлись спокойно.

— Чайку, говоришь? Ну-ну! Что ж там за демоница такая?

— Настоящего имени не знаю. По земному, Карина. Она, кстати, хороша собой. Там два десятка мужиков из-за нее полегло, не меньше. Познакомить? Но она строптивая. Мне самой ее не притащить.

— Хм, а что? В этом что-то есть. К тому же ты, как я понял, проводник. Человек с кровью демона, породившая демона с человеческой кровью. Хорошо! Я решил: взгляну одним глазком, как там мир изменился. Тело подходящее есть?

— Есть, наверное, — пискнула севшим голосом. Единственный, кто точно был поблизости, — это Сэм. В этом на сто процентов уверена. Но не навредит ли ему это вселение? — Мой хороший друг. Прошу, сделай так, чтобы он не пострадал.

— Не обижу! — хмыкнул демон.

Он взял меня за запястье и рывком дернул на себя. В тот же миг я очнулась на камне. Меня кто-то все еще держал за руку. Я поморщилась от боли. Шея от неудобной позы затекла до ужаса.

— По-прежнему негостеприимный мир, — пробурчали рядом. Скосив взгляд, наткнулась на знакомую худощавую фигурку в изодранном костюме.

— Игорь? — неверяще уточнила я.

— Не совсем, — из родных глаз блеснули всполохи демонического пламени, — мелковато тело. Надо было раньше выходить. Все веселье пропустили.

Приподнявшись на локтях, огляделась. Картина открылась удручающая. Поляна вокруг и близлежащие деревья покрылись инеем. Повсюду заиндевевшая кровь и скрюченные тела убитых масок. Вокруг камня тлеет круг огня. Внутри только мы с Игорем, то есть теперь демоном, и Карина. Пять монахов в серых рясах рассредоточились у алтаря. Раскинув руки в стороны, они касаются друг друга, своими телами образуя еще один круг. Судя по всему, он-то и вытягивает силы из Карины. Или нет? Изодранный костюм и пятна крови говорили о том, что демоницу изрядно потрепали.

— Карисмель? — узнал Кеаррон истинную суть демоницы, скрытую в телесной оболочке, — Ты?!

— Кеаррон! — Карина вмиг преобразилась в кроткую овечку, — я так рада тебя видеть! Любовь моя, теперь нам ничто не помешает. Мы станем полновластными властителями этого мира. Любимый…

Меня покоробило оттого, что все это демоница говорила, обращаясь к моему сыну. Пусть, в данный момент его тело занял демон, но ничего не могла с собой поделать. К тому же от Карины за километр несло ложью. Не сомневаюсь, демон тоже это понял.

— Снова завела старую песню? Ты мне не нужна. И никогда не была. Смирись уже!

— Кеаррон! Почему ты не хочешь понять? Я люблю тебя. Дай мне шанс доказать это, и ты не пожалеешь!

— Нет! — рявкнул демон, — надоела! Зря я сюда пришел. А ты, — смерил Карину уничтожающим взглядом, — хоть раз попробуешь меня потревожить, уничтожу!

— Так, значит? Ты ничего мне не сделаешь! Итак, мертва. А вот я вполне могу тебя уничтожить!

— Ты? — Кеаррон расхохотался, — смотри, как бы не надорвалась. Что ты, вообще, можешь, кроме как, делать марионеток из низших и строить мелкие козни?

— Я? — демоница криво усмехнулась. Сквозь человеческое лицо проступили жуткие черты полутрансформировавшегося демона, — младшая дочь одного из твоих вассалов? Девочка со слабым даром и чертами полукровки? Как показала жизнь, многое! — голос Карины звенел, повышаясь с каждым словом, — к примеру, устроить заговор. Стравить огненные кланы. Впустить наемников в неприступный дворец. Кому-то другому и в голову не придет. А мне, лишенной внимания, любви, была сладка такая месть. Я смеялась, когда твоей ненаглядной женушке снесли голову. До сих пор стоит перед глазами ее изумленный взгляд: как? Предатели? В самом оплоте огненных магов? Среди верных слуг и преданных соратников? Это все водные виноваты! — притворно всхлипнула она и тут же промурлыкала, сочась ядом, — ммм, как они ринулись мстить за смерть любимой королевы! Они вырезали всех! Всех ненавистных водников. Так легко было вложить в их умы мысль о том, что водные предпочли убить свою дочь, чем отдать ее в жены огненному. Так яростно сражались водные, считая огненных вероломными убийцами, покусившимися на свою королеву!

— Ты!? — демон взвился в воздух, принимая свой истинный облик.

Тело сына мешком свалилось на камень. Всхлипнув, прижала его к себе. В нем едва теплилась жизнь.

— Я! — гордо ответила Карина, — и раз ты не хочешь полюбить, сделаю так, чтобы тебя трясло от одного упоминания обо мне. Эдичка! — гаркнула демоница, — сверни этой мерзавке шею! Вот ваша цель! — указала она охотникам на хрупкое тело Ольги, которое Сэм держал на руках.

Монахи мгновенно развернулись в сторону моего друга и его бывшей жены. Они действовали так уверенно и слаженно, что невольно закрадывалась мысль: уж не роботы ли?

Они же ей подчиняются! — внезапно сообразила я, — но как? Ведь охотники не подвержены ментальному воздействию.

— Кто сказал, что они настоящие охотники? — хмыкнула Карина.

— Я что, это вслух подумала?

— Именно! Наслаждайся, Ди! Смотри, как твой друг убьет любовь всей жизни собственными руками. Впрочем, она и так мертва. Но я завершу свою месть. Уничтожу последнее отродье Грейдаров.

Я с ужасом смотрела, как Сэм трясущимися руками сжимает горло Ольги. По его лицу то и дело пробегали судороги, пот градом катился со лба. И это притом что вокруг все заледенело!

— Борись! Ты сможешь! Ты сильный, Сэм. Сопротивляйся, — едва не плача, молила я.

Однако воля демоницы оказалась сильней. Ольга забилась в судорогах, отчаянно пытаясь оторвать пальцы от горла, а потом затихла. Тотчас над ней соткался образ Тары. Ее выкинуло из мертвого тела.

— Разорвите ее дух на тысячи кусков! — взвизгнула Карина торжествуя.

Монахи, окружив Сэма и Ольгу плотной стеной, запели свои молитвы. Тару окутало серебристое мерцание, от которого она пронзительно завизжала. Мимо меня пронесся черный смерч. Всего мгновение, и он превратил охотников в груду кровавых ошметков. Сияние вокруг Тары исчезло, и демон подхватил падающее тело на руки.

— Таркмэдитестанельцверинат, — прошептал он, бережно прижимая девушку к себе, — дочка.

— Дочь? — у меня чуть глаза на лоб не полезли, — разве так бывает?

— Ты, демонская подстилка, — воспользовавшись тем, что демон отвлекся, Карина подскочила ко мне, — отдай мой амулет! — она цапнула кулон и рванула его на себя.

— Как ты меня достала уже! — я окончательно вызверилась. Схватив первое, что попалось под руку, двинула демонице по голове. Ойкнув, та кулем свалилась к моим ногам. С уважением посмотрела на пистолет, лежащий на ладони, — нда, а думала, что совершенно оружием пользоваться не умею.

Однако радость от победы над Кариной улетучилась, стоило увидеть помертвевшее лицо Сэма. От его боли самой сделалось плохо. Вдобавок Игорек все еще был без сознания. Только слабый пульс служил подтверждением тому, что он еще жив.

С мольбой посмотрела на Кеаррона. Он с нежной улыбкой на лице о чем-то беседовал с Тарой. А та, обвив его шею руками, доверчиво прижималась к нему и плакала.

— Кеаррон, пожалуйста! — приблизившись, обратилась к Повелителю, — помоги. Мой сын без сознания. А Ольга? Можно же что-то сделать? Мой друг не перенесет потери.

— Иди! — демон опустил дочь на землю и подтолкнул к недвижному телу Ольги.

Тара присела рядом с Сэмом, погладила по серебристым волосам. После прильнула к нему в поцелуе. Не знаю, что она в тот момент чувствовала. На лице друга не дрогнул ни единый мускул. Мертвенный взгляд, устремленный в пустоту, не выразил никаких эмоций.

— Я хочу, чтобы ты был счастлив, Сэм, — прошептала Тара и став прозрачной, скользнула в безжизненное тело.

Около минуты ничего не происходило. А потом Ольга сделала резкий вдох и закашлялась. Видимо, вспоминая последние минуты, она забилась и впилась ногтями в шею, расцарапывая ее до крови.

Надо было видеть, как в мгновение преобразился Сэм!

Первым делом убрал ее руки от лица, чтобы не навредила, а после стиснул в объятиях. Он шептал ей, что все позади. Просил прощения. Признавался в любви. Говорил то, что давно хотел сказать. Выплескивал чувства, обнажая свою душу.

— Она поделится с ней жизненной силой, — сказал Кеаррон, оказавшийся ко мне неожиданно близко, — но ты заберешь обоих на Дхаар. Я знаю, это возможно.

— Но откуда? — я осеклась, робея под снисходительным взглядом демона, — я бы рада. Да только Аламат сказал, что пройдет лишь тот, на ком будет этот кулон. Как быть? Он один, а нас…

— Диана, — Кеаррон улыбнулся мне так, как улыбаются несмышленому ребенку, — кулон под завязку набит энергией. Достаточно вам держаться друг друга, чтобы портал затянул всех. Единственный минус этого… — мужчина поморщился, — вас выбросит в ближайшей точке. Но это мелочи. Дома вы будете сильнее. И еще! Я знаю, что Эльзин приняла тебя, как свою дочь. Так вот, я одобряю ее выбор и горд тем, что у меня скоро появится такой одаренный внучок.

От последних слов я зарделась. Никак не ожидала, что Повелитель, которым так пугала Карина, окажется не только мудрым демоном, но и родственником.

— Кеаррон, я одного не могу понять: как, находясь в Нижнем мире, ты не знал ни о своей жене, ни о дочери?

— Сам виноват. Хотел одиночества, чтобы вечно оплакивать потерянную любовь. Считал, что судьба нескоро подарит шанс на встречу. Нижний мир огромен. Я подобрал такой уголок, где меня никто не мог найти.

— А как же у меня получилось?

— Это Тара. Она обнаружила место, которое я облюбовал для своих раздумий еще в самом начале своего заточения. Так сложилось, что мы, демоны, ревностно относимся к тому, что считаем только своим. Вот и я возмутился, когда узнал, что кто-то бывает там в мое отсутствие. Ну а когда понял, что туда еще и людишек… кхм, извини, пускают, разозлился окончательно. Твой сын вот и попал под горячую руку.

— Как все… запутанно. Выходит, если бы я случайно не нашла камень, ты никогда не узнал, что у тебя есть дочь?

— Выходит, — хмыкнул Кеаррон, — Тара всегда исчезала, предчувствуя мое появление. Я же недоумевал: почему охранка пропускает чужака, а ловушки не срабатывают? А они просто распознавали родственную кровь и реагировали, как меня самого. Но я рад, что узнал, наконец, правду. Благодарю тебя, Ди, моя приемная дочь. — Мужчина наклонился и поцеловал меня в лоб. — Мне пора уходить. Демонам Нижнего мира не место на Земле.

Кеаррон подошел к дочери, которая уже пришла в себя и теперь прижималась к крепкой груди Сэма. Демон снял висящий на шее амулет (еще один?) и повесил на Ольгу. Обнял ее, также по-отечески чмокнув в макушку. Затем настал черед Сэма. Я не слышала, о чем они говорили, но по лицам видно, что о серьезных вещах. Затем мужчины обменялись крепкими рукопожатиями. Сэм даже зубы стиснул, чтобы не показать, своей слабости.

Представляю, какой силой обладает Повелитель демонов!

Затем настал черед Игоря. Кеаррон склонился над ним, сделал несколько пассов. После проверил сердцебиение, прислонившись ухом к его груди.

— Он просто спит, — успокоил меня демон, — и советую не будить. Тогда переход для него пройдет намного легче.

— Кеаррон? А что делать с этой? — пнула бесчувственное тело Карины. Знатно я ее приложила, раз до сих пор не пришла в сознание.

— С собой заберу! — предвкушающе оскалился демон, — ты права была дочка, в Нижнем мире все слишком тихо. Пора разнообразить его криками своих врагов. У меня как раз новая пыточная не опробована.

Закинув демоницу на плечо, Кеаррон забрался на алтарь. Один взмах ресниц, и его силуэт стал прозрачным, а затем и вовсе превратился в воздушный вихрь, который стремительно затянуло в толщу камня.

— Надо спешить! — с тревогой посмотрела на солнце, уже появившееся над кромкой леса.

— Что с Игорем? — спросил Сэм, — я делал все, что мог. Но к Карине внутрь круга, так и не пробился.

— Кеаррон сказал, что просто спит. Демон воплотился в ближайшее тело, что находилось в тот момент у алтаря. Им оказался Игорь. Взрослый мужчина неспособен выдержать мощь Повелителя демонов, а это всего лишь ребенок, — прояснила сложившуюся ситуацию, — но Он пообещал, что с ним все будет в порядке. И советовал не будить. Сэм, мы все возвращаемся на Дхаар!

С замиранием сердца смотрела на друга, в ожидании реакции на мое сообщение.

— Тебе не о чем волноваться! Я и сам хотел просить тебя, чтобы взяла с собой. Кеаррон сказал, что на Земле Оля погибнет, а магический мир позволит прожить ей все отмеренные годы! Так что у меня появилась веская причина для возвращения.

— Рада за вас! — с подозрением покосилась на Ольгу, доверчиво прижимающуюся к плечу друга, — скажите, — вдруг спохватилась я, — кто-нибудь видел Романа?

— Все время был поблизости, — Сэм растерянно огляделся, — сражался с масками. А потом появился целый отряд монахов и он куда-то подевался.

Романа и его людей обнаружили неподалеку от поляны. Связанными и лишенными способности двигаться или позвать на помощь.

— Кто это вас? — спросили, вытаскивая кляпы и срезая веревки.

— Монахи! Будь они неладны! — ругнулся Роман, — мы же считали, что они на одной стороне с нами, потому и не воспринимали, как угрозу. А они исподтишка. По нескольку человек на одного. Кого оглушили, кого вырубили сонными дротиками! А мы, считай, уже добрались до демоницы!

— Не вини их. Как оказалось, охотники очень даже подвержены ментальному воздействию. Это ты у нас такой уникальный, — устало улыбнулась мужчине, — к тому же о мертвых плохо не говорят.

— Карина их всех убила?

— Можно сказать и так. Охотники погибли по ее вине. Но, все же, мы победили. А демоница отправилась в Нижний мир. Надеюсь, ей обеспечены годы пыток!

— Туда ей и дорога! — одобрил Роман, — а твой сын?

— С ним все хорошо. Поможешь донести его до машины?

— Спрашиваешь! Но если все хорошо, почему его нужно нести? Он ранен?

— Нет. Спит. Это целебный сон. Рома, прошу, у нас очень мало времени.

Вдвоем, друзья (после всего, что Роман для нас сделал, я могла справедливо считать его другом) легко дотащили Игоря до машины.

— Куда вы поедете? Может, я с вами? На всякий случай? — предложил начальник охраны.

— Нет. То место, куда мы отправимся, оно не на Земле, — я могла лишь посочувствовать, глядя, как сник мужчина. — Попрощаемся здесь. И еще, очень прошу, позаботься, чтобы достойно похоронить погибших, — сумка с деньгами и документами перекочевала в руки Романа.

— Об этом могла и не просить. Сделаю все в лучшем виде. Ди, можно пару слов наедине?

Умоляющему взгляду не могла отказать. Мы отошли на несколько шагов, укрывшись в тени деревьев.

— Я знаю, — несмело начал Роман, — ты бы никогда меня не полюбила. Понял это и… принял. Но утешал себя тем, что смогу быть рядом. Как друг, помощник, защитник. А теперь у меня отнимают и это. Я не в силах тебя удержать, да и не имею на это никакого права. Об одном прошу: всего лишь поцелуй. Пожалуйста.

Непривычно слышать мольбу из уст сильного мужчины, воина. Мне было дико жаль, что любовь, которая могла принести ему столько счастья, навсегда останется безответной.

Возможно, он встретит кого-то, кто сможет вызвать в нем столь же сильные чувства. Однако для этого необходимо, чтобы его сердце не очерствело.

Что такое поцелуй с другим мужчиной для меня? Ничего. Разве что ревность и недовольство Аламата. А что поцелуй будет значить для Романа? Очень многое.

Приблизившись к мужчине вплотную, взяла его лицо обеими руками. Он не шевелился, смотря на меня так изумленно, будто не верил в происходящее. Осторожно коснулась его губ, пробуя на вкус, чуть углубила, понимая, что поцелуй должен быть настоящим. Искренним и… тут уже Роман словно очнулся. Он жадно прижал к себе, запуская руки в волосы. Его язык ворвался в рот, сплетаясь с моим в гибких движениях. Страсть и желание, исходящие от мужчины оглушили своей глубиной. Столь сильные чувства встречались так редко и не могли оставить равнодушной.

— Ой! — между нами полыхнула вспышка, и Романа отбросило в сторону.

С удивлением посмотрела на свои пальцы, что еще покалывали после сорвавшейся с них магии. Потом пришло понимание и… чувство стыда.

— Прости, оно само. Я не хотела, — сделала шаг к Роману, чтобы помочь ему подняться. Но он справился сам.

— Что это, вообще, было?

— Полагаю, малышу не понравилось, что его маму целует посторонний мужчина, — признала очевидный для меня факт.

— Что вы тут делаете? — уединение нарушил обеспокоенный Сэм, — закругляйтесь уже. Ди, мы опаздываем! Нам и так придется мчать на предельной скорости.

— Рома, спасибо тебе за все и… прощай! — скомканно пробормотала я и, развернувшись, трусливо сбежала. Мне было стыдно за свое поведение. Какие бы чувства ни испытывал Роман, это ни давало мне права предавать Аламата. Что на меня нашло?

Я молча смотрела, как друзья идут к машине, как обнимаются и пожимают друг другу руки. Вздрогнула, когда Роман вдруг посмотрел на меня. Но не отвела глаз. Не смогла. Было в его взгляде что-то такое, чего не могла объяснить. Он прощался со мной. Навсегда. Оттого, наверное, и ловил каждое мгновение, впитывал каждую черточку, чтобы потом, долгие годы, вспоминать последнюю встречу.

Машина уже давно выехала на дорогу. За окном мелькали пока еще знакомые пейзажи, а я все сидела, натянутая, как струна, и смотрела в одну точку.

Почему его поцелуй вызвал во мне такую реакцию? Что в нем особенного? — задавалась одними и теми же вопросами и сама не спешила на них отвечать. Потому что ответы мне не нравились. Если бы я не нашла способ связаться с Аламатом, если бы у меня не было шансов вернуться на Дхаар, рано или поздно, но поддалась бы слабости. Роман стал бы тем мужчиной, которого смогла полюбить. Не так сильно, как демона, но его человеческой любви хватило бы на нас обоих.

— Ди! У нас проблемы, — отвлек от самокопания Сэм.

Вынырнув из раздумий, увидела, что мы в паре метров от блокпоста. Вчера у нас было время подготовиться. И был пропуск в виде удостоверения сотрудника полиции и его машины. А сейчас… даже развернуться и попробовать найти объезд не получится. Слишком подозрительно. Офицер поглядывал на нас, потому как машину перед нами уже проверил, и она медленно проезжала через поднятый шлагбаум.

— Я постараюсь внушить ему, что в салоне кто-то другой. Ведите себя спокойно, — успела шепнуть прежде, чем у водительского окна склонился полицейский.

И у меня все получилось! Офицер принял нас за своих знакомых и уже отдал обратно документы и махнул рукой, чтобы поднимали шлагбаум, когда к нему подбежал молоденький помощник. Ему хватило одного брошенного вскользь взгляда.

— Это же они! — завопил он, — те, кого мы должны задержать!

Мужчина, что уже попал под мое внушение, удивленно обернулся. Потом посмотрел на нас. На лице читалось явное недоумение. А к машине уже спешили остальные, непонятно откуда взявшиеся полицейские.

— Жми! — крикнула Сэму, который предусмотрительно не выключил двигатель, заставляя его работать на холостом ходу, — я не успею подчинить всех.

Другу не нужно повторять дважды. Он вжал педаль газа до упора и рванул с места так, что нас вдавило в сиденья. Офицер едва успел отскочить в сторону, а шлагбаум вырвало вместе с вкопанным в землю столбом. Спустя минуту, позади взвыли сирены. Обеспокоенно обернулась.

Не хватало, чтобы мне разбудили сына!

Но Игорек продолжил спать, устроившись на коленях у Ольги, которая успокаивающе поглаживала его по голове.

— Не переживай! Он не проснется, даже если рядом в барабан бить будут, — с мягкой улыбкой успокоила она.

— Хорошо, если так. Полиция теперь не отвяжется.

— Нам бы до автострады добраться. Там можно скорость поприличней развить. А на проселочных дорогах недолго засаду устроить, — поглядывая в зеркало заднего вида, поделился опасениями Сэм.

— Будем прорываться, — я кисло улыбнулась, — нам удалось справиться с демоницей. Неужели смогут помешать люди? Плохо, если пострадают невиновные. Я постараюсь, чтобы этого не произошло, но… вы и сами понимаете.

Столкнуться с полицией все же пришлось. У самого выезда на автостраду, дорога была зажата, с одной стороны, крутым спуском, а с другой — бетонным блоками. Проезжую часть перегородил здоровенный трактор. Разворачиваться было поздно. Лица полицейских светились торжеством: мы обязаны сдаться.

— Тара, как считаешь, мы сможем убрать помеху? — покрываясь холодным потом, спросила демоницу.

— Я могу только заморозить. Но это ведь не поможет, да?

— Эмм, а как сильно? К примеру, если опустить металл в жидкий азот, он становится хрупким.

— Ну, воспроизвести жидкий азот не смогу. У водного мага несколько иные способности. Зато магическая заморозка даст похожий эффект. Только мне… потребуется помощь, — Тара указала взглядом на кулон.

— У нас и выбора особого нет. Так что, давай! Замораживай. Надеюсь, эта машинка выдержит удар.

Тара осторожно переложила Игорька на сиденье. Пристегнула его, насколько это возможно с лежащим человеком. Затем выпрямилась, протискиваясь в открытый люк. Я сняла кулон, зажала в руке и протянула демонице, чтобы она могла касаться его. Судя по вытаращенным лицам полицейских, выглядывающих из-за блоков и припаркованных поодаль автомобилей, зрелище мы представляли жуткое. Ровер на полной скорости несся по дороге, грозя превратиться в лепешку от столкновения с преградой. А тут еще сумасшедшая какая-то высунулась из люка.

Волну магии, сорвавшейся с рук Тары, ощутила, как свою. Поток обрушился на железную махину. Прямо на глазах трактор стал замерзать, покрываясь инеем. Но…

— Недостаточно быстро! — отчетливо поняла я, — не успеем!

Взмах руки создал такой силы воздушный поток, что лобовое стекло вырвало из креплений и унесло в сторону. За секунды до столкновения с трактором, махину вдруг подкинуло вверх и отшвырнуло прочь. Пролетев через шесть полос дороги, трактор грохнулся с ужасающим звоном и рассыпался на тысячи ледяных осколков. Мы, не снижая скорости, вывернули на автостраду. На резком повороте ровер занесло. Послышался визг тормозных колодок. Это запоздало отреагировал Сэм. Каким-то чудом другу удалось справиться с управлением и выровнять машину. После он с явным облегчением вдавил газ до пола.

— Ух-ты! — приходя в себя, выдохнула Тара, — это было… круто! Я ведь на секунду подумала, что все! Разобьемся!

— Я тоже, — все так быстро произошло, что толком и испугаться не успела. Теперь, прокручивая в голове произошедшее, впадала в панику. Меня начинало медленно колотить.

— Это второй раз за последние несколько часов, когда я мог бы поседеть еще раз, — признался Сэм. По тому, как побелели костяшки пальцев, сжимающих руль, можно было понять, в каком напряжении он находится.

— Второй? А первый раз из-за чего? — наивно поинтересовалась Тара.

Сэм, поймав в зеркале заднего вида взгляд девушки, так на нее посмотрел, что она осеклась, проглотив остальные вопросы, которые так явно рвались с языка.

Следующие два часа пути мы молчали. Да и как говорить, когда несешься на большой скорости, а в машине отсутствует лобовое стекло? Я перебралась назад к сыну и Таре. Игорька мы накрыли пледом, который оставил в салоне прежний владелец. Сами прятались от ветра за спинками сидений. Тяжелее всех приходилось Сэму. Мы, как могли, защитили его. Тара оторвала клок платья и повязала другу, прикрывая его нос и рот от попадания пыли. Глаза спасли солнцезащитные очки, найденные в бардачке.

Оставался последний участок пути, чуть меньше пятнадцати километров. От магистрали ответвлялась двухполосная дорога, ведущая в психиатрическую клинику. Среди интенсивного потока машин, где мы мчались, нарушая все возможные правила, задержать нас было непросто. А на малолюдной трассе шансы значительно возрастали.

Полицейские не замедлили этим воспользоваться. Буквально через километр едва не налетели на протянутую поперек дороги ленту с металлическими шипами. В последний момент удалось потоком магии убрать препятствие с пути. Затем попалось еще несколько подобных ловушек в виде тросов, цепей и острых штырей. Однако все это мелочи по сравнению с тем, что ожидало в конце. На этой части дороги шел ремонт! Дорожное полотно обрывалось, и на протяжении километра виднелись лишь горы песка и щебня. Самое обидное, что уже отсюда чувствовались колебания магии, говорящие о том, что открытый переход ждет нас. Возникло искушение преодолеть оставшееся расстояние пешком. Да слишком сомнительно это выглядело, особенно в свете того, что последние метры свежеуложенного асфальта оккупировал целый кордон полиции. Но я не собиралась сдаваться, когда желанная цель была так близко.

— Здесь есть объезд? Должен быть!

— Да, — подтвердила Тара, — я видела указатели метрах в пятистах назад. Но там еще километров сорок пилить! Через Красновку и Лиховое.

— У нас совсем нет времени! — прошептала, глядя на электронные часы мобильника, — восемнадцать минут осталось!

— Успеем! — процедил Сэм, демонстративно разворачиваясь на виду у полиции.

Каждая из последних отведенных минут тянулась мучительно долго. Грунтовая дорога, изрытая ямами и ухабами, на которых нас швыряло и подбрасывало так, что, казалось, душу вытрясет, стала сущим наказанием. Я и так дико боялась, что опоздаем, и проход исчезнет до того, как мы сможем им воспользоваться. Испытывала нервы на прочность и не выключающаяся сирена вкупе с механическим голосом громкоговорителя, что все время приказывал остановиться, грозя применить против нас оружие.

— Он дождется меня! Обязательно. Он ведь обещал мне! Он должен! — твердила, как мантру, когда неумолимое мерцание двух точек на дисплее отмеряло последнюю минуту часа. — Я ведь почти успела! Аламат!

— Я чувствую, портал близко! — всхлипнула Тара, — но он слабеет и вот-вот закроется!

— Сэм, быстрее! Пожалуйста!

— Я и так выжимаю из машинки все возможное, — ответил друг, — это чудо, что она еще едет.

Странный свист воздуха, громкий хлопок и машину повело. Салон в том месте, где сидела я, накренился.

— Они стреляют по колесам! — взвизгнула Тара.

— Не останавливайся! — это уже я, — чтобы не случилось, не останавливайся!

Целая очередь выстрелов и мерзкий шипящий звук выходящего воздуха. По асфальту застучали металлические обода колес. Нас тряхануло. Я лишь инстинктивно вытянула руки, стремясь оттолкнуть стремительно приближающуюся землю. Машину тут же отбросило в другую сторону, где мы снесли весь правый бок ровера, а заодно и металлическое ограждение. Но именно оно не дало нам слететь с трассы.

Стиснув спящего сына в объятиях, я молилась о том, чтобы нам удалось выбраться из этой передряги живыми. От запаха жженой резины мутило. Снопы искр, вырывающихся из-под корпуса автомобиля, пугали до чертиков. Достаточно одной, попавшей в бензобак, и мы взлетим на воздух.

Тара, зажав виски пальцами, тихонько скулила. И только Сэм продолжал вести машину вперед. Не знаю, чего ему стоило сохранять спокойствие, если уж мы потеряли всякую надежду.

— Нам удалось! — всхлипнула Тара, хватая меня за руку, — мы уже в зоне портала. Еще несколько секунд и…

От противного визга тормозов сердце ушло в пятки, а внутренности скрутило в тугой узел. Из-за поворота прямо на нас летела фура. Лоб в лоб! Снова! Уши заложило от слившихся в один наших криков. Воронка перехода вспыхнула в тот момент, когда раздался страшный удар столкнувшихся на полном ходу машин. Переднюю часть ровера в секунды смяло, как картон. Плоский капот грузовика грозил расплющить и нас. Однако затягивающий в себя портал с такой силой потащил в противоположную сторону, что в глазах потемнело, а из носа и ушей хлынуло что-то теплое.

— Сэ-эм! — завизжала, понимая, что не успела его схватить, чтобы утянуть с собой. Прогремевший где-то рядом взрыв напомнил, что все пути назад отрезаны. Я почувствовала, как меня опалило горячей волной. Но лишь крепче обняла Игорька. Как и в прошлый раз, беспамятство спасло от безумия.

Возвращение к реальности было болезненным. Головная боль и тошнота — мелочи по сравнению с тем, как дико затекло тело. По мне будто трактор проехал. Каждая клетка дрожала от перенапряжения. Хотелось как-то облегчить свое состояние, перевернуться. Почему-то казалось, что нахожусь в каком-то подвешенном состоянии. Но сама мысль о том, чтобы пошевелиться, приводила в ужас. Впрочем, думать тоже было невыносимо тяжело. В голове образовалась такая каша, что даже имени своего не могла вспомнить.

— Эй! Кто-нибудь? — от громкого звука, раздавшегося рядом, внутри все взорвалось, с потрескавшихся губ сорвался стон. Зачем так орать?

— Не надо, — просипела я.

— Мама! — завопил кто-то и дернул за руку. Этого мой бедный мозг не выдержал и ушел в бессознательность.

Следующая попытка очнуться оказалась более удачной. По крайней мере, ничего теперь не сдавливало, а голова лежала на чем-то мягком.

— Пи-ить, — взмолилась я. Иссушенное жаждой горло пересохло так, что причиняло нестерпимую боль. Губ что-то коснулось, и внутрь полилось нечто теплое и приятное на вкус.

Живая вода, не иначе! — определила я, потому что буквально оживала с каждой каплей, что попадала в желудок. Когда кто-то попытался отнять у меня сладкий нектар, возмущенно замычала и вцепилась в пластиковую бутылку обеими руками.

— Она приходит в себя! — радостно взвизгнул кто-то.

— Угу! — поморщившись, подтвердила я и, наконец, разлепила глаза. — Дхаар! — расплылась в глупой улыбке, — у нас получилось.

Медно-рыжая листва чахлого деревца, нависшего надо мной, палящее солнце, особый чистый воздух, не испорченный бензиновыми выхлопами и прочими отходами человеческой производственной деятельности, не оставляли сомнений, что я сейчас не на Земле, а в другом мире. Но…

Память обрушилась сразу, заставляя вновь пережить ужас последних секунд перед переносом.

— Игорь!

— Я здесь, мам, — сын бережно пожал мою ладонь, — как ты?

— Не поняла еще. А ты? — с трудом развернувшись, посмотрела на своего мальчика. Разорванный и грязный костюм, перепачканные засохшей кровью и копотью волосы, не менее чумазая мордашка. — Ранен?

— Нет. Кроме нескольких ссадин никаких травм.

— Хорошо, — перевела взгляд на Ольгу, у которой, как оказалось, лежала на коленях, — как ты? А Сэм?

— Нормально. Когда мы пришли в себя, его не было, — в глазах девушки блестели слезы, — я не понимаю, где мы? Что случилось? Почему я ничего не помню? Что это за жуткое место?

— Но как же? — мысль о том, что друг, возможно, погиб, сдавила сердце. Этого не должно было случиться. Только не с ним! Сэма могло выбросить в другом месте. Кеаррон же сказал, что достаточно попасть под воздействие амулета, и в портал затянет всех. В прошлый раз нас тоже перенесло в разные точки. Мало того, и в разное время. А значит, шанс есть. Что там она сказала? Не помнит? — Позволь узнать, совсем ничего не помнишь? И как тебя зовут тоже?

— Ну, вот издеваться не надо! — вмиг ощетинилась Ольга, — имя свое помню прекрасно, но… Мы тут пообщались с Игорьком, и выяснилось, что у меня пропали несколько дней. Будто и не было их.

— И какое последнее воспоминание?

— Мы обедали, а ты сказала, что рагу отравлено. После мне стало плохо и дальше все урывками. Какие-то люди в масках. Они что-то искали. И… — девушка, поморщившись, потерла виски, — голова болеть начинает, как пробую сосредоточиться.

— Ого! — я сглотнула. Получается, Ольга не помнит все с того момента, как отравилась. Соответственно, про то, что практически умерла, и в ее тело вселился демон, знать не знает. Кхм, и что дальше-то?

— Игорь сказал, я делала плохие вещи, — у девушки задрожала нижняя губа. Казалось, вот-вот ее накроет истерика, — но я ведь ничегошеньки не помню. Что со мной? И где мы оказались?

Насчет поведения Тары и ее подчинения Карине рассказывать я не собиралась. Еще в прошлый раз, когда девушка осознала, какое влияние на нее оказывала мать, едва не свихнулась. Кстати, о демонах! Куда делась Тара?

Ответом стал возникший в голове мыслеобраз. Несущееся через световые потоки тело Ольги, и покидающая его сущность, в которой я определила демоницу.

Что это значит?

Передай своей маме, — увидела, как Тара склонилась напоследок перед ослепительным сиянием, исходящим из моего живота, — я найду вас.

Спасибо, малыш, — послала волну любви маленькому комочку внутри меня, — ты очень мне помог. Рада, что с тобой все в порядке. Очень скоро мы будем дома. И ты познакомишься со своим папой.

— Тебе лучше не вставать, — предупредила Ольга мое желание подняться.

— Почему?

— Наверное, мы попали в аварию. Я очнулась в машине, у которой переднюю половину будто срезало. Ты вся в крови. Едва дышала. Рана на груди так ужасно выглядела, что я даже подумала… а потом ты шевельнулась. Не знаю, видимо, удар пришелся именно на твою сторону. Мы с Игорем отделались ушибами и царапинами. Нам удалось вытащить тебя из обломков и… там, под машиной осталось тело. Наверное, несчастного придавило. Я хотела помочь ему. Но там столько крови. Он точно не выжил.

— А еще на нас напал тролль! Реальный! — вмешался Игорь и начал взахлеб рассказывать, что произошло, — он кричал что-то. Хотел, наверное, сожрать нас. А я ему ка-ак двину! И тут как взорвется! Как затрещит! Ну, будто заряд хлопушек. Тролль испугался и убежал.

— Игорь, ну я же просила! Нечего волновать Диану. Это вредно для ребенка. Чудо, что он не пострадал. И рана, — Ольга с сомнением покосилась на внушительную вмятину у меня на груди, — сейчас не выглядит такой ужасной. Должно быть, мне со страху показалось…

— Я в порядке, — все же приподнялась и села, ожидая увидеть то, что осталось от машины, — и где мы?

— Оставаться в том месте было опасно. Мы ушли так далеко, как смогли. Я… — Ольга все-таки разрыдалась, — мне страшно. Я не понимаю. Здесь все такое странное. Чужое. И что не помню, как сюда попала, тоже странно. И тот мужчина… Игорь не врет, он… он другой. Не человек!

— Эмм, — как-то не задумывалась над тем, что придется объяснять сыну и Ольге, что они теперь в другом мире. — Видите ли… Оля, Игорь. Дело в том, что… — ух! Как же сложно! И не знаю, что сказать! — это все, — обвела взглядом пространство вокруг, — находится не на Земле. Этот мир называется Дхаар и населен он преимущественно, демонами. Разными. Их тут несколько разновидностей. А тот нелюдь, с которым вы столкнулись, скорее всего, крокен. Подобные ему, служат высшим демонам.

— Что? — девушка сменилась с лица, — это же шутка, да? Глупая жестокая шутка. Такого не может быть просто потому, что… не может! Розыгрыш? Скрытые камеры? А тот тролль просто хорошо загримированный актер! Да? Умоляю, Ди, скажи, что все именно так!

— Нет, — покачала головой, — к сожалению, все это правда.

— Но за что? Что я такого сделала, что попала сюда? Мы же погибнем здесь! — Ольга медленно впадала в истерику. В отличие от нее Игорек молчал. Но по широко раскрытым глазам и шальной улыбке, было понятно, что его такой поворот в жизни только радует.

— Другой мир? Это же круто! — выдал он, — а здесь есть другие люди? А как выглядят демоны? И мы ведь можем… вернуться? Только не сразу, а как только осмотримся тут хорошенько. А…

— А ну, тихо! — цыкнула на обоих. От удивления Ольга даже плакать перестала, — я не могу ответить на все вопросы сразу. По порядку, пожалуйста, и не частите. Сначала ты, — обратилась к девушке, — это не розыгрыш и не шутка. Пусть все и кажется безумным, но только на первый взгляд. Крокены не актеры. Они на самом деле так выглядят. Вернуться домой, никогда не сможешь. Потому что яд, которым тебя отравили, довел свое дело до конца. На Земле ты умерла. Здесь у тебя все шансы прожить отмеренные годы. Что еще? Одна не останешься, я помогу обустроиться. Вот разыщем Сэма, и решите, где хотите жить. Мы с Дайроном вам поможем.

— А он… разве простил меня? — всхлипнув, спросила Ольга.

— Сэм сам тебе об этом скажет. Одно знаю, на Дхаар он вернулся только ради тебя. Теперь ты, сын, — подошла к Игорю, хотела погладить по голове, но он увернулся. В глазах снова появилась подозрительность, — я рада, что у меня получилось забрать и тебя. Знаю, последнее время между нами не было понимания, но…

— О каком понимании ты говоришь? — прошипел мальчишка, — ты сумасшедшая! Убийца. Несешь всякий бред! Не зря тебя в психушку упекли. Там тебе самое место! Хватит уже! Заканчивай этот цирк. Я хочу вернуться в колледж.

— Ну, все! Достало уже! — я разозлилась, — сколько можно меня оскорблять и обвинять в том, чего не совершала! Я не убивала отца! Меня подставили. Чистосердечное признание того, кто это совершил уже в полиции, так что не надо сыпать обвинениями. Это, во-первых. А во-вторых, ты несовершеннолетний. Я твой единственный родитель и несу за тебя ответственность…

— Что значит, единственный? А папа? — Игорь оцепенел, — что с отцом?

— Он погиб. Ты же был рядом. Я думала, что помнишь…

— Нет! Ты специально это говоришь! Ты никогда не любила папу! Ты… — осекшись, он стиснул зубы, окатив презрением, не хуже высокородного демона, а после развернулся и побежал прочь.

— Нет, не уходи. Там опасно! — закричала вдогонку.

— А мне плевать! — раздалось в ответ, и худенькая фигурка скрылась в медно-рыжей чаще.

— Игорь! — бессильно выдохнула я. — Ну, как до тебя достучаться? Пойдем, — схватив Ольгу за руку, потащила за собой.

— Куда? — она хотела вырваться, но тут я оказалась сильнее. Не хватало еще за ней гоняться по лесу.

— За ним! Не представляешь, какие кровожадные твари тут обитают. Вам повезло не напороться на одну из них. Мой сын сейчас расстроен. Не верит. Не осознает опасность. Не знает, откуда ее ждать. И может стать легкой добычей. Но я этого не позволю!

— Я тем более никуда не пойду! — уперлась Ольга.

— Не будь дурой. Без меня ты и дня не продержишься. Даже если не сожрут дикие твари, попадешь в лапы крокенам. Или того хуже, наткнешься на каких-нибудь беглых каторжников. Женщин тут мало. Повышенное внимание будет обеспечено.

Сообразив, что одной оставаться намного опасней, Ольга все же пошла со мной. Игорька мы не нашли, но на целую толпу крокенов напоролись.

И где, спрашивается, было мое чутье?

— Женщины! — цокнув языком, пророкотал один из самых здоровых самцов, — похоже, удача сегодня на нашей стороне!

Позеленевшая Ольга тихо пискнула и осела на землю.

— Я бы не была в этом так уверена! — осадила громилу. Кулон вновь исполнил функцию переводчика. — Шли бы вы, ребятки, своей дорогой.

— И кто нам помешает взять то, что хотим? — похабно ухмыльнувшись, крокен стал медленно приближаться. Остальные незаметно рассредоточились, заключая нас в кольцо.

Я лишь хмыкнула и, демонстративно сложив руки на груди, ожидала пока крокен подойдет поближе. От моей самоуверенности мужик немного опешил, однако отказываться от своих намерений не спешил.

— Коснешься хоть пальцем, и можешь считать себя покойником, — предупредила, прежде чем он протянул свою лапу.

— Не ври, глупая женщина. Вы здесь одни и никто не придет на помощь.

— А ну, отвали от них! — выскочил из кустов Игорек, вооруженный палкой.

Едва сдержала глупую улыбку:

Вернулся. Защищает. Значит, несмотря ни на что, все еще любит.

Появление сына вызвало в рядах крокенов дружный смех. На фоне здоровенных тел аборигенов, Игорь смотрелся сущим ребенком.

— Это твоя защита? — смеясь, крокен ткнул пальцем в сторону мальчика, — мы все дрожим от страха. И что он сделает? До смерти защекочет веточкой?

— Ах, вы. Мерзкие образины! — Игорь побагровел от злости.

Кхм, он что, понял все, что они сказали? Но как? Я по сей день без амулета-переводчика никуда. Или нет? — в данный момент проверять не решилась. К тому же Игорек перешел в наступление.

Сын театрально взмахнул руками, при этом подкрепив действие громким «Ааа!». С пальцев сорвалось несколько огненных искорок, которые красивым водопадом осыпались вниз, даже не долетев до противника. В ответ на это раздалось дружное ржание. Некоторые из крокенов даже на землю упали, помирая со смеху. Игорь предпринял еще несколько попыток. Однако с каждым разом получалось только хуже.

— Получи! — вскипев от такого унижения, Игорек метнулся к ближайшему крокену и засветил тому между ног. Он охнул и согнулся пополам. Друзей бедолаги это почему-то разозлило. Один подскочил к сыну и вздернул его за шкирку. Вырываясь, Игорь дергал руками и ногами, пытаясь достать обидчика. Но тот только ржал и продолжал держать в подвешенном состоянии.

А вот издеваться над сыном не позволю! — я только замахнулась, а из центра ладони сорвался приличного вида пульсар и полетел в противника. Разорвавшись с громким треском, шар сбил громилу с ног, опалив волосы и испортив одежду. — Хм, а раньше так не могла! — осталась довольна результатом. К тому же падая, крокен выпустил добычу, а Игорь успел этим воспользоваться и отбежал на безопасное расстояние.

— Хватит игр! — рявкнул главный и грубо схватил меня за плечо.

Не на-адо ко мне прикасаться! — раздался треск, похожий на электрический разряд, и крокена отшвырнуло прочь, прямо на своих соплеменников. Им это отчего-то не понравилось. Вытащив короткие кривые мечи, они стали сужать круг, подбираясь все ближе.

Воодушевленная успехом, стала отшвыривать крокенов в разные стороны. Но они, упертые, поднимались на ноги и снова перли на меня. Хорошо, хоть у сына хватило ума воспользоваться моментом и присоединиться к нам. Игорь попробовал привести Ольгу в чувство, но та, едва очнувшись и увидев ватагу троллей, кидающихся на нас с перекошенными рожами, снова бухнулась в обморок.

— Так, достали! — по-настоящему разозлилась я, когда одному из нападавших удалось кинуть в нас ножом, и едва не ранить сына.

Не совсем понимала, как работает появившаяся у меня магия, но желание шарахнуть чем-то серьезнее, чем простой пульсар, возникло сильное. И то ли злость, то ли еще какой механизм сработал, но в руках засветился приличный такой файербол. Причем я не торопилась его кидать, приметив, что он способен увеличиваться. Даже воздух вокруг затрещал от напряжения. Крокены побледнели. И — ура! — уже не лезли всем скопом. Даже больше, медленно пятились, округлив глаза от ужаса.

— Ого! Это я их так напугала? Надо было давно догадаться сделать нечто подобное.

— Пощадите! — крокены бухнулись на колени в пыль, — мы не причинили вреда!

— Как не причинили? — едва не задохнулась от возмущения. — Ребенка мне напугали и ножиком его едва не поцарапали. А моя подруга, вон, до сих пор в себя не пришла.

— Простите, благородная вейра! Наши жизни в ваших руках. Мы готовы вам служить. Клан Рыгхов будет в вечном долгу.

— Что? И клятву дадите? — деловито поинтересовалась я. А что, крепкие парни в хозяйстве пригодятся. Вон, все равно помирать собрались.

— Клянемся! — крокены, как один, полоснули мечами по левым ладоням. После коснулись ими сначала груди, а потом лба, оставляя там багровые пятна.

— Принимаю! — я улыбнулась, довольная отличной сделкой, и повернулась к сыну, чтобы сказать ему… что? — совершенно вылетело из головы. Потому что позади возвышался Дайрон в своей полной трансформации. И судя по тому, как нервно постукивал по земле его хвост, крепко стиснуты кулаки, а из клыкастой пасти вырывалось рычание, был очень зол. Пожалуй, то, почему крокены еще живы, это потому, что между ними и демоном стояла я.

Когда он появился? И не его ли испугались на самом деле крокены? — пролетели в голове вопросы, о которых тут же забыла. Потому что они потеряли смысл.

— Аламат! — кинулась к любимому. Устрашающий вид, от которого раньше бежала бы без оглядки, совершенно не волновал. Ведь это же мой демон!

— Ди! — подхватил на руки уже не грозный монстр, а мой желанный и родной мужчина, — как же я скучал! — горячий требовательный поцелуй обжег губы, — как долго ждал! — едва не задохнулась от того, как крепко прижали к себе. Но ни за что бы в этом не призналась, потому что это самые счастливые мгновения в моей жизни. — Моя Ди! — от сочетания завораживающего голоса и любимого запаха пряностей, которым не могла надышаться, кружилась голова и подгибались ноги.

— Любовь моя, — зарылась пальцами в его волосы.

— Не могу поверить, что это действительно ты. Я так ждал. И этот последний час тянулся невыносимо долго. На какой-то миг показалось, что ты не придешь…

— Я же обещала тебе…

— И я верил, потому и держал портал из последних сил. Найгар сказал, что кто-то прошел. Успел в последний момент. Но тебя не было там, где мы ждали. Не представляешь, что я испытал тогда.

— Меня сейчас стошнит, — пробурчал Игорек, нарушая воцарившуюся вокруг тишину.

Я почувствовала, как мгновенно вскипел демон. Его ярость ощущалась физически и была готова обрушиться на несчастного, что посмел помешать нам.

— Не надо, Ал, — мягко погладила мужчину по щеке, — познакомься, это мой сын Игорь, — представила своего мальчика. Не суди его. Нам пришлось через многое пройти, чтобы попасть сюда. Кстати, я должна найти Сэма. Он был рядом, когда всех затянуло в портал.

— Грм-мх, — с трудом сдерживаясь, прорычал Дайрон, — теперь понятно, почему вас выбросило у старой арки. А это кто? — кивнул в сторону девушки, которая в своем беспамятстве пропустила все на свете.

— Ольга Брагина. Они с Сэмом были женаты, но разошлись, а теперь, вроде как, снова вместе. Я обещала, что помогу им устроиться.

— Ладно, заберем с собой. А что собираешься делать с этими? — указал на продолжающих валяться в пыли крокенов.

— Не знаю. Думала, пригодятся. Парни-то крепкие, силу девать некуда. Найдешь куда пристроить?

— Ну-у, даже и не знаю.

— Я думала, в кратаре постоянная нехватка кадров, — после моих слов крокены побледнели, но ни слова возражения от них не услышала.

— А ты жестока, моя девочка, — хмыкнул демон, — гораздо милосерднее было бы их просто убить. Нет большего позора для воина, чем грязная работа.

— Они воины? — скептически окинула мужчин взглядом. Мощные тела, перекатывающие под одеждой мышцы. Выглядят грозно. Но не более чем другие крокены, с которыми сталкивалась раньше. Да и краснеют мило. Вон как уши заалели!

— Знаешь, — по секрету, но так, что точно все слышали, шепнул Дайрон, — своим сомнением ты только что нанесла им смертельное оскорбление. Если бы они не принесли тебе клятву, то мстили до конца своих дней. А мне пришлось бы их всех убить.

— Прошу прощения. Я не хотела унизить или как-то задеть ваше достоинство, — сочла нужным извиниться перед ребятами. Ни к чему зарождать в их душах ненависть, — и вы можете подняться. — Посмотрев в любимые серые глаза, увидела в них одобрение, — Аламат, а как ты нашел нас?

— Почувствовал, что тебе угрожает опасность. Моя магия открыла переход к тебе прежде, чем успел подумать об этом. На Дхааре я найду тебя везде. Не сомневайся.

— Пойдем домой! — уткнулась в грудь Дайрону, чтобы не увидел накативших от нахлынувших эмоций слез.

— Как скажешь, любовь моя, — демон легко подхватил меня на руки и, кивнув остальным, чтобы шли следом, шагнул в открывшееся марево портала.

Краем глаза подметила, что один из крокенов подхватил Ольгу. А Игорьку не оставили выбора. Его просто втолкнули в переход.

В поместье нас уже ждали. Растрогавшиеся от радости крела Мати и Луффа разрыдались, стоило мне обнять их. Азалис, лицо которой теперь рассекал уродливый шрам, просто бухнулась в ноги, умоляя простить. Я не отказала, тем более что чувствовала ее искренность. Фонтанирующие оптимизмом, Ирс с Ресом едва не затискали меня до смерти. Только ревнивый рык Дайрона спас от неминуемой участи. Даже молчаливый Ирвин и тот с почтением поцеловал руку, выразив, как он счастлив, что я вернулась. Навестила и загон Эльзин, где простояла, обняв ее за шею, добрые полчаса. За это время неккери увидела все, что со мной произошло. И знакомство с Тарой, и встречу с Кеарроном, и все остальные приключения.

«Рада, что не ошиблась в тебе, — сказала Эльзин, — и спасибо. За все!»

Я не сделала ничего особенного. И не понимаю, куда исчезла Тара, — телепатическое общение — удобная штука, в очередной раз поняла я. Под пристальным взглядом Дайрона, что не оставлял меня ни на секунду, я бы не решилась рассказать обо всех волнующих вещах открыто.

«Не говори, чего не знаешь. Тебе удалось то, о чем я мечтала веками: соединить нашу семью. А Тара… она хорошая девочка. Я, признаться, удивлена, что она оставила своего мужчину другой».

То есть, ей необязательно было покидать тело Ольги?

«Хм, видишь ли. Демоны такие собственники, что представить себе не можешь. Хотя, о чем я? Теперь, можешь, наверное. Но твой друг любил не Тару, а свою жену. И неважно, кто из них был с ним. Сэм видел перед собой только ту, кого на самом деле хотел видеть. И это не Тара. Но, поверь, это не значит, что моя дочь ушла в сторону. Она просто сделала своему мужчине подарок. Поверь, такое возможно лишь в одном случае: когда находишь свою пару».

Не хочешь ли сказать, что Сэм и Тара? Но… совсем ничего не понимаю.

«Если бы Ольга умерла, то Сэм оплакивал ее до конца жизни. А так, он будет счастлив. Человеческие чувства сильны. Но не вечны. Когда она состарится и умрет, он будет горевать, конечно, но сохранит самые светлые воспоминания. И, главное, не утратит способность любить».

Ты сказала, она уйдет. А Сэм?

«Ну, извини. Демоны живут долго. Истинная пара для нашей расы настолько ценна, что сама природа позаботилась о том, чтобы сохранить такой союз как можно дольше. Твой друг проживет ровно столько, сколько и моя дочь. Если ради будущего счастья нужно пожертвовать десятком лет, Тара пойдет на это. Уже пошла. Вот увидишь, она найдет способ и эти годы быть рядом с ним».

Я желаю Сэму только добра. Тара или Ольга — мне это не так важно. Он сам решит, кто ему нужен. Пусть бы только он был еще жив!

«О. На этот счет не переживай. Твой друг на Дхааре. Мало того, он скоро будет здесь».

Ты прямо камень с души сняла, — обрадовалась хорошей новости, — я бы хотела спросить у тебя еще одну вещь. Ты обмолвилась, что Сэм проживет столько же, сколько и его пара. А я? Я тоже, как и Аламат?

«Ну, конечно! Ты, как ребенок. Кстати, о детях. Скажи Дайрону, что малыш — будущий Повелитель. Это заставит его поторопиться. И вдобавок решит одну серьезную проблему».

Эльзин! Ты говоришь загадками.

«Ну, же. Не разочаровывай меня, девочка. Ты всегда была умненькой. Просто расскажи. Можешь, прямо сейчас!»

— Хорошо, если ты этого хочешь, — произнесла вслух, отчего мой демон насторожился.

— Ди? У тебя все хорошо? — спрыгнув со скамейки, на которую взгромоздился в ожидании, подошел ко мне.

— В полном. Аламат, я должна сказать тебе кое-что. В общем, тут такое дело… — запнулась, чувствуя себя немного глупо, — наш малыш родится особенным.

— Ни на секунду не сомневаюсь в этом! Он будет самым чудесным и сильным.

— Кхм, а еще Повелителем. Это мне демоница из Нижнего мира сказала.

— Уверена?

— Он и сам так считает, — погладила животик. С момента появления отца он вел себя на удивление тихо.

— Что же, если так, я первый преклоню перед ним голову. Но сначала… согласна ли ты, Ди, стать моей спутницей и женой на века и до последнего вздоха?

— Ох! — во рту вдруг как-то пересохло. Я ожидала чего-то подобного, но не так быстро, — Аламат, я…

«Хватит издеваться. Скажи уже ему да!» — влезла в голову Эльзин.

— Я люблю тебя, Ал. И единственное, о чем мечтаю, это быть с тобой рядом. Всегда.

Сияющая улыбка Дайрона стоила такого признания.

— Тогда, — демон бережно взял мою правую руку. Отросшим ногтем чиркнул по запястью и прислонил к уже надрезанному своему, пока раны не затянулись. — Я, Аламат дей Красс Дайрон, отныне и навсегда называю тебя, Диана, своей женой. Делю с тобой свою кровь. Свою силу. Свою жизнь. Свою магию. Свою душу. Клянусь хранить верность. Защищать. Растить наших детей. Преумножать могущество рода Дайрон и прославить его в веках.

Демон вопросительно посмотрел на меня, ожидая ответа. Но у меня не нашлось высоких слов. Да и не знала, как на самом деле нужно.

— Я, Диана Седихина, отныне и навсегда, называю тебя, Аламат, своим мужем. Обещаю любить тебя вечно. И никакая смерть не сможет разлучить нас.

— Я твой! — произнес растроганный демон.

— А я твоя, — просияла ему в ответ.

«Да благословят вас Боги!» — завершила ритуал Эльзин.

Дайрон коснулся моих губ поцелуем, и мне показалось, что нас обоих окутало золотой дымкой. Порез на запястье защипал, словно кто-то насыпал на него соли. Но боль отступила так стремительно, что я и не заметила. Как можно о чем-то думать в объятиях своего… мужа?

— И последнее, — шепнул на ухо демон, — ничего не бойся! Это последний раз, когда я могу причинить тебе боль. Поверь, для меня это в сотни раз больнее.

Дайрон в мгновение вырос, принимая боевую форму. Он чуть отстранился, чтобы не поранить меня острыми краями чешуек, что покрывали толстый синий панцирь на груди. Кончик хвоста, холодя кожу, скользнул по шее и впился в то место, на котором раньше была метка. Мысленно охнув, стиснула зубы.

Когтистой лапой демон убрал прядь волос, а после склонился, слизывая бегущую горячую жидкость из ранки. Затем присел на одно колено, склонив передо мной голову. Тем же способом нанес и себе похожую рану. После слегка подтолкнул меня, но, видимо, не рассчитал силу, потому что я едва не впечаталась в кровь лицом. От неожиданности шарахнулась в сторону. Мощная лапа бережно меня удержала и вновь направила в нужном направлении.

«Ты должна сделать глоток, — подсказала Эльзин, — не думай! Просто пей. Так нужно».

Зажмурившись, я прислонилась к пульсирующей струе губами. Тягучая терпкая жидкость попала в рот. Тело мгновенно охватил такой жар, что в глазах потемнело. Очнулась уже на руках у Дайрона, который с нетерпением ждал моего пробуждения.

— Рад приветствовать, вейра Диана дей Красс Дайрон. Смотри! — указал он на мое запястье, которое обвивала замысловатая золотая татуировка, — наш союз скреплен волей Богов. Теперь ты только моя. И у нас впереди тысячелетия.

— Это так много, — прижалась к груди мужа, — но обещаю, что все эти годы буду любить тебя также сильно, как сейчас.

— И я, сокровище мое. Но еще сильнее, чем ты можешь себе представить. Я уже не смыслю своей жизни без тебя.

— Хозяин! — наше уединение нарушил Ирс, — там человек у ворот. Вы должны сами это увидеть. О! — синий, только глянул на нас и рухнул на колени, — какое счастье! Вейра Ди, поздравляю. Вейр Дайрон! Это настоящее чудо! Рад служить вам. Могу я первым принести клятву верности госпоже?

— Позже, Ирс! — отмахнулся демон, — распорядись насчет праздника. Это событие стоит отметить. На закате вы все присягнете моей избраннице. Но, мое слово, ты будешь первым!

Гордый донельзя, демон помчался исполнять поручение, а мы с Дайроном отправились к воротам. Раз синий решил нас побеспокоить, значит, там действительно что-то из ряда вон выходящее.

А зрелище на самом деле того стоило. За оградой гарцевал неккери. Белоснежный. Ослепительный, как снег. Умопомрачительно красивый и изящный. Резким пятном на нем выделялся человек, чье тело было перекинуто через спину и не подавало признаков жизни.

— Это же Сэм! — я хотела броситься к другу, но Аламат остановил, придержав за талию.

— Опасно подходить к неккери. Посмотри, это самка.

— Но он ранен! Взгляни, сколько крови. А неккери, — тут зверь будто услышал, что говорят о нем и посмотрел прямо на меня. В этом взгляде прочитала тревогу и… насмешку?

Тара? — узнала я, и губы сами растянулись в улыбке, — демоница нашла способ быть рядом со своим возлюбленным.

— Не переживай! Я ее знаю! Этот неккери не опасен, — смело шагнув через строй синих и крокенов, которые уже успели влиться в команду и, судя по их подбитым лицам, найти общий язык с местными. — Ее зовут Тара, — представила нового обитателя, — и это личный неккери моего друга Сэма.

Слуги помогли снять мужчину с животного и отнести его в дом. Пострадал Сэм серьезно. Обе ноги переломаны, грудная клетка сплюснута так, что страшно смотреть. Непонятно, каким чудом выжил? И как смог продержаться, пока Тара везла его к нам?

Ольга снова бухнулась в обморок (это стало вызывать определенные подозрения), едва увидев, в каком состоянии бывший муж. Пришлось расположить их в соседних комнатах. После того как Сэма обмыли, смазали мелкие порезы и ранки целебной мазью, свою руку к лечению приложили и мы.

— Учти, — предупредил муж, — поделившись с ним кровью, ты отдашь ему частичку себя.

— Но ведь и ты когда-то спас меня именно таким способом?

— И теперь ты моя жена. Кровная связь не игрушки. Однажды тебе придется признать его частью нашей семьи.

— Я давно считаю его не только другом, но и братом. Сэм и есть моя семья. Мой ближний круг. Если ты не против, я бы хотела, чтобы и на Дхааре все было так же.

— Да будет так! — не смог отказать мне Дайрон.

Праздник в поместье удался на славу. За большим столом, установленным прямо во дворе, собрались все обитатели. Люди, работающие здесь, низшие демоны, крокены и даже дхарги. Ирс и Рес сыпали шутками, вспоминая день, когда человечка смогла победить лучшего дактора красных. Рес даже спиленными рогами умудрялся хвастать, хотя потерять их позор для демона. Дхарг Хор, от одного вида которого Ольга зеленела, бил себя лапой в грудь, доказывая, какой он молодец и что без него ничего бы не получилось. Игорь таращился по сторонам, и все чаще кидал на меня задумчивые взгляды. Еще бы! Меня тут чуть ли не супергероем выставили. Поначалу он кривился, когда видел, насколько рады моему возвращению здешние обитатели. Но в этом мире любой, кто обладает магией (А у Игоря она была, и мне еще предстояло выяснить, откуда она взялась) прекрасно чувствует ложь.

Ну а после мы с Аламатом тихо исчезли, оставив людей (и нелюдей) пировать дальше. Эту ночь, нашу первую брачную ночь, мы до самого утра не сомкнули глаз. И только сейчас я поняла, что имел в виду Дайрон, говоря о том, что истинная пара — это половинки одного целого. Я чувствовала его возбуждение и всепоглощающую страсть, купалась в любви и нежности, и дарила в ответ всю себя. Наши мысли в этот моменты были открыты. Разум стал единым целым. А тела — продолжением друг друга.

Увидел Аламат и мое прощание с Романом. Мне долго пришлось извиняться и доказывать мужу, что он — самое ценное, что есть в моей жизни.

Вот только тайна неккери, печать которой не позволяла рассказать любимому все без утайки, осталась для Аламата загадкой.

Спустя месяц, когда Сэм окончательно поправился, а Ольга и Игорь смирились с тем, что Дхаар станет их домом, мы перебрались на материк. Жилище Дайрона располагалось в пригороде Архшена, столицы империи. Трехэтажный особняк из красного кирпича своими башенками, зубчатыми стенами и арочными окнами напоминал дворец в миниатюре. Большие комнаты, высокие потолки, дорогая мебель — все свидетельствовало о величии, размахе и комфорте, с которым привыкли жить аристократы. Прилегающие территории, окруженные высоким забором, также была огромны. Тут был роскошный сад, где росли сладкие фрукты, и луг, на котором паслись неккери, и просторные загоны для них, еще живописные цветники с фонтанами и уютные беседки.

Аламат, почерпнув из моей памяти традиции Земли, внес меня в дом на руках. Штату слуг, изумленных появлением новой жены, да еще и человека, представил как полноправную хозяйку. Впрочем, увидев брачные браслеты на наших запястьях, все сомнения у них исчезли. Наоборот, демоны стали относиться с повышенным вниманием и учтивостью.

У Сэма и Ольги, поженившихся по законам Дхаара, ожидалось прибавление. И судя по моим ощущениям тоже мальчик. Что-то подсказывает, Ольга забеременела еще на Земле. Уж не демоны приложили к этому руку?

Сэм был счастлив, и я не могла за него нарадоваться. Он стал партнером Аламата и заведовал всем, что было связано с неккери. Его, как опытного специалиста, приглашали в другие дома для решения всевозможных проблем, связанных с этими замечательными животными. А в будущем, Сэм даже планировал открыть свое дело.

Однако, как бы хорошо ни было в новом доме, мне частенько вспоминалось поместье. Что ни говори, а с ним связаны многие воспоминания. И, хотя плохого было много, в памяти сохранились лишь самые светлые моменты.

— Это место, где я родился, — ответил демон на вопрос, почему мы перебрались в столицу. — Я хочу, чтобы наш сын полюбил этот дом так же, как и я когда-то.

— Понимаю. Но ничего не могу с собой поделать. Ты сам говорил, Архшен полон опасностей. И врагов.

— Не только. Здесь мы найдем тех, кто однажды станет опорой нашего сына, Ахшерона Велера дей Красс Дайрона, будущего Повелителя, который однажды возглавит все кланы демонов.

— И с чего ты хочешь начать?

— С Бериттов. Для начала мы заберем у них Ланни.

— Считаешь, они так просто ее отдадут?

— Я и не говорил, что это будет просто. Но Найгар не дурак. Пусть он сейчас у власти, но кому, как не ему знать, сколь зыбким может оказаться это положение.

— Все же, не понимаю. Зачем ему отдавать девочку?

— Она Дайрон, Ди. Как и мы, и наш сын. Я расскажу, что будет, если Ахшерон вырастет с Ланни под одной крышей. Он будет любить сестру и защищать. Как и ее род. Войти в ближний круг будущего Повелителя, разве не достойная плата за одну маленькую демоницу?

— Но ведь это низко использовать родственные чувства в корыстных целях?

— Поверь, любимая, мне самому все это не по душе. Дхаар признает лишь силу. Власть. И деньги. Но, даже имея все это, никто не застрахован от подлого удара в спину. Ахшерон станет великим магом. И я сделаю все, чтобы он дожил до этого великого дня. Мы — его опора. Щит, надежно закрывающий спину.

— Не по себе мне, как-то, — поежилась от мрачного предчувствия.

— Тебе не стоит волноваться. Впереди у нас много счастливых и безмятежных лет. Сила Повелителя будет спать, пока Ахшерон не вступит в пору совершеннолетия. Никто и не узнает о нем.

— И ты откроешь такую тайну Беритту? Сам говорил, никому нельзя верить. Есть ли смысл так рисковать?

— Все будет хорошо. Найгар принесет клятву, а мы получим сильного союзника, — убежденность мужа была настолько сильной, что и я невольно прониклась и поверила.

План Дайрона сработал. Беритт-старший ухватился за предоставленную возможность, и переезд Ланни к нам не заставил себя ждать.

Игорек, не сразу, но простил меня и стал относиться, как прежде. Появление сестры поначалу воспринял настороженно. Однако Лангелия могла очаровать кого угодно, поэтому очень скоро эти сорванцы спелись и стали друзьями, не разлей вода. Магия, неожиданно пробудившаяся у сына, была ни много, ни мало, подарком от Кеаррона, последнего Повелителя, обитающего теперь в Нижнем мире. И как объяснила Эльзин, пока спала, дожидаясь своего часа. Крохи дара, которые Игорь усердно старался развивать, были необходимы для успешной адаптации в новом мире и для увеличения срока жизни. Последнему была особенно рада.

Ну а рождение Ахшерона стало самым счастливым днем в нашей жизни. Пока я рожала, Аламат разнес полдома. Прелести родовых схваток не оставили его равнодушным. Если раньше он меня берег, то после этого стал носиться, как с фарфоровой. Но все страдания померкли и позабылись, стоило ему взять сына на руки

Малыш с пеленок научился покорять чужие сердца. Любой, кто видел его впервые, моментально подпадал под невероятное обаяние пронзительно синих глаз и очарование прелестной улыбки на точеном личике, обрамленном белыми как снег волосами.

Ну а мы с Аламатом наслаждались каждой секундой новой жизни. Впереди нас ожидали долгие счастливые годы в кругу семьи и самых близких и надежных друзей.