Екатерина Каблукова

Контракт. Брак не предлагать

Пролог

Насвистывая веселую мелодию, Кьерстен Сонг шел по коридору офиса юридической фирмы. Судья задержался с вынесением решения, и обычно многолюдное помещение сейчас, в десять вечера, было совершенно пустым.

Кроме единственного кабинета. Сквозь прозрачную стену Кьеру хорошо было видно, что глава фирмы великолепная Серена Гластонберри все еще сидит за своим столом. А то, что стеклянная стена была незатемненной, говорило, что Серена ждала его. Она сидела за своим огромным полукруглым столом и задумчиво постукивала ложечкой по стенкам чашки с каппи – бодрящим напитком из коричневых зерен, которые выращивали на Зерване.

Поняв, что разговора избежать не удастся, Кьер вздохнул. Настроение слегка померкло: наверняка Серена уже узнала, что он свалял дурака в этом деле, и, если бы не счастливое стечение обстоятельств и гений самого Кьера, они бы проиграли.

Проигрывать было нельзя. «Электрико» – ключевой клиент, пользующийся услугами фирмы «Гластонберри и Питч» лишь потому, что ни Серена Гластонберри, ни ее партнеры, в списках которых уже много лет значился и адвокат высшей категории по Межгалактической системе квалификации юристов Кьерстен Сонг, никогда не проигрывали. Впрочем, беспокоиться нечего: «Гластонберри и Питч», вернее, Кьер выиграл и на этот раз.

Слегка поколебавшись, адвокат вошел в кабинет главы фирмы без стука.

– Серена?

– Кьер. – Как обычно, грудной мелодичный голос, слегка протягивающий гласные, завораживал, как и в те времена, когда они были любовниками. – Как дела?

– Я выиграл. – Он сел в мягкое кресло, моментально принявшее форму его тела, и протянул папку с копией судебного решения.

Игнорируя документы, Серена Гластонберри внимательно посмотрела на партнера своими огромными, чуть раскосыми фиалковыми глазами, ярко контрастировавшими с темно-графитовой кожей и платиновыми волосами, сейчас собранными в замысловатый узел на затылке.

Кьер невольно залюбовался ею. Слишком красивая, Серена всегда привлекала внимание мужчин, даже сейчас, когда все уже было в прошлом, он совершенно некстати вспомнил, как роскошно выглядело ее стройное, почти идеальное тело на светлом шелке простыней. В какой-то момент Кьер даже пожалел, что они расстались, но тут же выкинул эту крамольную мысль из головы. Мимолетная связь не должна превращаться в нечто большее, однажды он уже проходил это, и до сих пор воспоминания были ему неприятны.

– А мне сказали, что ты был близок к провалу, – чарующе-спокойно заметила Серена, чуть наклонив голову набок, как всегда делала, когда была недовольна.

Кьер усмехнулся.

– Быть близко к провалу и провалиться не одно и то же, кому, как не тебе, знать об этом!

– Если это намек на дело Томсона…

– Это не намек, – оборвал он ее. – И если в твоем деле были опечатки, то в моем случае девица, которая готовила документы, просто забыла положить в папку важную улику. Хорошо судья пошел навстречу и назначил перерыв, а мой секретарь смогла найти потерянные листы и прислать с курьером!

– Пытаешься свалить свою вину на других, Кьер? – прищурившись, Серена чуть откинулась на спинку своего кресла. Кьерстен хмыкнул, прекрасно понимая, что эта злость – всего лишь способ замаскировать беспокойство. Серену Гластонберри действительно волновало то, что происходило в фирме.

– Пытаюсь открыть тебе глаза на то, что мы перестали набирать лучших из лучших!

– Мы набираем именно таких, – покачала головой она. – Согласно данным, предоставленным нам университетом Куинси, все наши стажеры – отличники, имеющие выдающиеся достижения в тренировочных судах…

– Которые теряют документы и думают лишь о свиданиях. Одна из них даже пыталась соблазнить меня! – эмоционально произнес Кьер, чем вызвал улыбку собеседницы. – Брось, Серена, не мне тебе рассказывать, что такое успешный выпускник Юридической школы университета Куинси.

– А собеседование и тестирование, которое они проходят по окончании университета? Ты же знаешь, что мы основываемся именно на этих данных. В Куинси всегда были самые лучшие интервьюеры и тесты.

– Значит, либо университет снизил планку, либо… – Кьер внимательно посмотрел на начальницу своими аметистовыми глазами, выдававшими, как и светло-серая кожа, что он северянин. – Либо нам врут!

Серена задумалась, взвешивая все.

– Я не вижу причин, по которым университету надо нам врать, – произнесла она после некоторых раздумий. – Наша фирма – одна из самых известных в Межгалактической Федерации, и стажироваться в ней – большая честь.

– Тем не менее эти причины должны быть, – упрямо возразил Кьер. – Если не веришь мне – проведи лично собеседование со стажерами, и ты поймешь, что они глупы!

– Ты, как всегда, слишком категоричен!

– Я только что едва не проиграл дело! – напомнил Кьер. – Из-за стажера, которая просто забыла положить в папку документы.

– Думаешь, она сделала это умышленно? – Серена слишком пристально смотрела на своего лучшего адвоката.

– Эта глупышка? На такое у нее не хватит ни смелости, ни мозгов.

– Тогда что?

– Думаю, нам преднамеренно подсовывают отнюдь не лучших! – отрезал он. Ему не нравился этот разговор, поскольку у него не было доказательств, лишь предположения, не более. – Насколько я помню, все наши стажеры в последнее время – выходцы из очень обеспеченных семей.

– Обучение стоит дорого, ты же это знаешь.

– Знаю, поэтому бился за стипендию и получил ее, как и ты! – упрямо возразил Кьерстен.

– Хочешь сказать, что… – Серена нахмурилась.

– Среди наших стажеров двух последних лет нет ни одного стипендиата. Я специально проверил, пока ехал сюда из здания суда.

– Кьер, в интересах университета предоставить нам лучших из лучших.

– Значит, чьи-то интересы поставили выше интересов университета и, что для меня и тебя самое главное, наших.

– Но кому это надо?

– Тому, кто знает, что стажировка у нас – это большая честь.

Серена задумалась.

– Возможно, ты прав, – нехотя призналась она. – И что ты предлагаешь?

Кьер внимательно посмотрел на свою собеседницу.

– Ты и сама знаешь, что надо делать. Свяжись с Мэлом. Нам нужна информация из Куинси.

– Не думаю, что это – хорошая идея, – отмахнулась Серена. Мэл Андерсон был главой частного детективного агентства, услугами которого «Гластонберри и Питч» постоянно пользовались, а по совместительству, Кьер знал это наверняка, еще и любовником Серены. – Набор студентов уже закончен, и люди Мэла просто не смогут попасть на лекции, не привлекая внимания.

– Может быть, в университете нужен преподаватель или секретарь? – Керстен подошел к лэптопу, лежащему на огромном столе, поверхность которого была выточена из застывшей вулканической лавы, включил его, ввел свой пароль и по памяти набрал сайт родной альма-матер. – О, им нужен преподаватель древнеимперского права. Жуткая вещь.

– Ты же писал диссертацию как раз на эту тему, – заметила Серена.

– Именно поэтому я знаю, что говорю. Поговори с Мэлом, пусть он отправит кого-нибудь на недельку-другую в Куинси, и тот под видом, что ведет занятия, присмотрится к ситуации. Наверняка они что-то скрывают!

– Ты же понимаешь, что у Мэла нет таких людей, кто мог бы удовлетворить требования, выдвигаемые университетом.

– Значит, надо найти кого-то, кто сможет удовлетворить. – Последнее слово он произнес очень двусмысленно.

– И где ты предлагаешь искать? – Серена взглянула на партнера с явным интересом.

– Да хоть в нашей фирме! – Кьер пробежался глазами по объявлению на экране. – Смотри, любой старший партнер подходит под требования. Отправь туда Женевьеву или Рассела, без разницы, кого именно, они оба меня бесят.

– Кьерстен, если в университете что-то скрывают от нас, то вряд ли позволят сотруднику фирмы провести хотя бы одно занятие, – заметила Серена, вставая и подходя к огромному окну, за которым в темноте мерцали городские огни. Кьер проследил за ней взглядом.

Одетая в оливковый брючный костюм и фиолетовую блузку под цвет глаз, она была, как всегда, обворожительна. Все ее движения были наполнены тягучей плавностью, которая, впрочем, Кьера абсолютно не трогала. Особенно сейчас.

– Тогда пусть это будет уволенный сотрудник! – предложил он. – Естественно, ты примешь его обратно и выплатишь премию, как только мы получим отчет.

Серена вновь задумчиво посмотрела на него, просчитывая все варианты.

– Знаешь, в этом что-то есть, – наконец сказала она. – Вопрос только в том, кто может порекомендовать нового преподавателя ректору. Как ты думаешь, Джейсон Роу все еще работает в Куинси?

– Не знаю. Никогда не интересовался. – Кьер с трудом вспомнил бывшего однокурсника, который слишком много времени проводил за чтением книг, носил очки, отказываясь делать коррекцию зрения, рано начал лысеть и вообще слыл жутким занудой. – В свое время в Юридической школе многие от него были в восторге.

Серена, грациозно покачивая бедрами, подошла к столу, щелкнула клавишами клавиатуры и всмотрелась в монитор, выискивая нужную информацию.

– Да, он все еще преподает. И даже пошел на повышение! Его назначили деканом.

– С чем его и поздравляю, – фыркнул Кьер.

– Не завидуй! – предостерегла Серена. – И, главное, держись с ним дружелюбно!

– Думаешь, он сможет нам помочь? – усомнился Кьер, становясь рядом и скептически посматривая на голографическое изображение бывшего однокурсника, высветившееся на экране. – Судя по этому изображению, он все такой же размазня и чудик. Вряд ли он сможет собрать нужную нам информацию.

– Он не сможет, – отозвалась Серена, – но сможешь ты.

– Что? – Кьер не поверил собственным ушам. Серена улыбнулась.

– Я увольняю тебя, Кьерстен Сонг, ты ведь почти проиграл дело. А поскольку, согласно соглашению о запрете конкуренции, ты не можешь еще год практиковать как адвокат, то тебе придется попросить Джейсона Роу помочь получить место младшего преподавателя.

Несколько минут Кьерстен просто смотрел на Серену, пытаясь понять, что же она на самом деле имеет в виду.

– Ты с ума сошла! – наконец выдохнул он, не зная, злиться или смеяться. – Я окончил Куинси, защитил диссертацию и не вернусь туда больше никогда в жизни!

– Вернешься. Ты ведь хочешь понять, кто за всем этим стоит, верно?

– Ты просто не хочешь отпускать Мэла туда, где полно симпатичных студенток, – пробурчал Кьер.

– И это тоже, – рассмеялась Серена и слегка повернула экран на партнера. – На Куинси сейчас, наверное, часа четыре. Ты еще можешь успеть позвонить Джейсону Роу.

– Если я все-таки соглашусь, то что получу за это? – Кьерстен скрестил руки на груди.

– Возможность поставить свое имя в названии фирмы? – Серена чуть изогнула бровь.

Кьер задумался. Этого предложения от нее он ждал уже полтора года. И если, чтобы доказать лояльность фирме, ему придется вернуться в альма-матер и провести там несколько недель, то он сделает это.

– Ты умеешь убеждать, – сдался он и набрал номер. – Добрый день, могу ли я поговорить с Джейсоном Роу?

Глава 1

Слишком яркое солнце слепило глаза, его лучи отражались от снежной равнины миллиардами радужных искр. Донна, скорректировав затемнение купола, который накрывал ее бунгало с собственным горячим источником, удобно устроилась на лежаке. Два дня назад она выиграла достаточно сложное дело и теперь наслаждалась тишиной и покоем, окружавшими ее.

– Донна, вот ты где! – Звонкий голос, раздавшийся над ухом, заставил девушку вынырнуть из сладкой полуденной дремы и недовольно посмотреть на фигуру, загораживающую солнце. Впрочем, ей и не надо было открывать глаза, чтобы понять, кто стоит перед ней, слишком уж хорошо был знаком этот пронзительный голос. Теодора О’Доннал, ее взбалмошная кузина и дочь главы клана О’Донналов. – Давай просыпайся! Ты мне нужна!

Донна все-таки взглянула на родственницу и недовольно скривилась. Она никогда не жаловала Теа, считая ее избалованной глупышкой. Неприязнь стала особенно острой после того, как Теодора три года назад выклянчила у отца в качестве подарка к совершеннолетию оплату генной модификации, после чего не нашла ничего лучше, как взять за образец внешность своей кузины. И теперь Донна, казалось, смотрела на свое отражение: огненно-рыжие волосы, волной спускающиеся до лопаток, зеленые глаза с золотисто-янтарными пятнышками, белоснежная кожа, из-за яркого солнца покрывавшаяся россыпью веснушек.

Наверняка именно это сходство и сбило с толку служителей отеля, так легко пустивших Теа на территорию и даже проводивших именно в ее бунгало. Хотя различия все-таки были. Во всяком случае, у Донны никогда не было такого глупого кукольного выражения лица. Теа все еще смотрела на кузину, явно размышляя, что лучше: просить или попытаться напомнить, что Теодора О’Доннал – папина дочка, маленькая принцесса, чьи желания должны исполняться неукоснительно.

Полностью насладившись созерцанием этой борьбы, отражавшейся на лице Теа, Донна подчеркнуто лениво потянулась и приподнялась на локте, понимая, что незваную гостью придется хотя бы выслушать.

– Что на этот раз?

– Я выхожу замуж! – Кузина произнесла это с какой-то скрытой гордостью, из чего Донна заключила, что речь идет о весьма выгодном союзе.

– О, поздравляю. – Она вновь откинулась на шезлонг и закрыла глаза. – Я очень ценю, что ты потратилась на межгалактический перелет, чтобы отдать мне приглашение лично. Если не затруднит, оставь его на столике.

Донна вслепую похлопала рукой по полированной поверхности, чуть не сбив бокал из ледяного хрусталя с джин-тоником, являвшийся визитной карточкой отеля.

– Но свадьбы может и не быть! – с патетическим отчаянием воскликнула Теа.

– Неужели? У него есть любовница? Тогда я советую тебе выйти замуж и развестись, указав причиной измену, так ты точно получишь денежную компенсацию, а я с удовольствием потреплю этому идиоту нервы. – Донна приоткрыла один глаз, с любопытством посматривая на кузину. Та эффектно мотнула головой, отчего рыжие волосы рассыпались по плечам.

– У Патрика Салливана нет любовницы! – твердо заявила Теа. Услышав имя ее жениха, Донна уважительно присвистнула: отец кузины все-таки добился своего и породнил два клана. Вернее, собирается породнить.

– Любовник есть у тебя? – Она не могла отказать себе в удовольствии поддразнить Теодору.

– Разумеется, нет! – с патетическим гневом отозвалась та, вызвав довольную улыбку у кузины.

– Тогда не вижу препятствий к заключению брака. – Донна отвернулась, давая понять, что разговор закончен. Говоря по правде, она чертовски устала за последние несколько месяцев, работая по пятнадцать часов в сутки, именно поэтому, как только судебное решение было получено, она и поспешила уехать в «Интроверт» – фешенебельный отель на Новом Плутоне.

Построенный достаточно давно отель был весьма популярен во всей Межгалактической Федерации. Он представлял собой комплекс бунгало, каждое из которых располагалось у собственного горячего источника. Накрытые погодным куполом бунгало были полностью изолированы друг от друга и от остального мира.

Специальный материал купола делал его снаружи непрозрачным, что скрывало постояльцев от любопытных глаз, а технология затемнения прозрачных поверхностей помогала избежать солнечных ожогов. Пары источника обогревали воздух, разноцветные растения обогащали его кислородом, и внутри купола можно было находиться в купальнике, хотя вокруг полусферы искрился снег.

Донне нравилось именно это сочетание: горячая вода и зелень внутри – она предпочитала зеленый цвет листьев – и огромная снежная равнина снаружи. Но больше всего она ценила «Интроверт» за тишину. Одним из строгих правил отеля было соблюдение политики конфиденциальности.

Она еще раз с недовольством посмотрела на кузину. Надо предупредить служащих отеля, чтобы больше не пускали ее, устраивая проверку идентификации личности более тщательно. Увлеченная своими мыслями, Донна пропустила пламенную речь кузины, очнувшись лишь на словах:

– Ты должна мне помочь!

– Помочь в чем? – жестко спросила она, уже прикидывая, сколько может потерять, занимаясь делом Теа. Согласно договору, дела семьи О’Донналов являлись приоритетными и не оплачивались. Если бы не документы, лежащие в сейфе Расмуса О’Доннала, Донна и пальцем бы не пошевелила ради кузины.

– Сдать выпускные экзамены, я только что говорила тебе о них! – обиженно воскликнула Теа.

Донна с сожалением покачала головой:

– Извини, детка, но я не репетитор, а практикующий адвокат, поэтому ты обратилась не по адресу!

– Мне не нужен репетитор! Мне нужен тот, кто сдаст за меня экзамены в Куинси!

– Где? – Донна аж поперхнулась от такого заявления. Тоник плеснул из трубочки на разгоряченную солнцем кожу, вызывая мурашки по телу: ледяной хрусталь бокала великолепно охлаждал напитки, такие бокалы стоили очень дорого.

– В Куинси! – повторила Теа и заныла: – Ну, пожалуйста, Донна, ну что тебе стоит! Ты же сама окончила этот университет!

– Именно поэтому я знаю, что твоя идея невозможна. Да она просто безумна! И скажи на милость, за каким хвостом кометы ты вообще поступила в Куинси?

– На этом настоял Патрик. В его клане существует традиция, что все в семье оканчивают именно этот университет!

– Значит, ты будешь первая, кто нарушит эту традицию. – Донна перевернулась на живот, размышляя, стоит ли развязывать лямки купальника, хоть производители и клялись, что ткань пропускает солнечные лучи, но загар все-таки отличался.

– О, ты сделала тату? – воскликнула Теа, с интересом рассматривая небольшой вензель на левом плече кузины. – «Д» – это Донна? А «К»?

– Куинси. – Донна с досадой поморщилась. Столько лет прошло, и вдруг Теа заметила. Надо все-таки свести это напоминание о собственной глупости. Донна хотела это сделать бессчетное количество раз, но ее постоянно что-то отвлекало.

– Хорошо, что отец не знает, – многозначительно произнесла кузина, – он бы пришел в ярость!

Донна лишь пожала плечами, не желая обсуждать, а уж тем более вестись на этот дешевый шантаж.

– Донна, ну, пожалуйста, помоги мне! – заканючила Теа. – Мне действительно это надо! Иначе я потеряю Патрика!

– Теодора, уверяю тебя, если твой жених тебя любит…

– Нет, Патрик сказал, что это – вопрос принципа!

– Значит, не любит. – Донна опустила голову на руки, решив все же не развязывать лямки.

– Да какая разница? Он богат, и я просто должна выйти за него замуж! – Теа притопнула ногой.

– Выходи, – милостиво разрешила Донна. – Я не против.

– Донна!

– Теа, послушай меня. – Она резко села и сурово взглянула на кузину. – Я – адвокат, который работает на клан, и, поверь, знаю, о чем говорю. То, что ты предлагаешь, – не просто на грани закона, это – противозаконно. Это – мошенничество. И если хоть кто-то догадается, то мы обе лишимся дипломов и этак лет пять проведем в исправительных заведениях. А мне, да и тебе, кстати, тоже не идет оранжевый цвет!

– Никто не догадается! – оптимистично воскликнула Теодора. – Посмотри в зеркало, мы же с тобой просто клоны!

– Надеюсь, что я все-таки умнее, – пробормотала Донна и чуть громче добавила: – Именно поэтому ты и делала эту генную модификацию?

– Нет, что ты! Тогда я еще не знала, что учиться в Куинси будет так трудно! К тому же все только и делают, что ставят тебя мне в пример! – Она обиженно надула губки. Донна закатила глаза.

– И поэтому ты решила, что я сдам экзамены за тебя?

– Конечно! Слышала бы ты, как все преподаватели тебя хвалят! Твой портрет украшает Галерею Чести!

– Вот именно поэтому даже думать забудь о своей просьбе! – Донна встала, подхватила бокал и направилась в бунгало, показывая, что разговор окончен. – Я никогда не соглашусь на подлог.

Глава 2

Два дня спустя Донна получила сообщение от Расмуса. Глава клана приказывал ей незамедлительно явиться в его дом. Значит, потерпев неудачу, Теа отправилась прямиком к отцу. Интересно только, как он отреагировал на то, что столь тщательно спланированный брак поставлен под угрозу из-за глупости невесты.

Впрочем, для Донны это было бы неинтересно, если бы не касалось ее лично. Она понимала, что игнорировать приказ невозможно, а неподчинение приказу главы клана жестоко каралось.

Окончив Юридическую школу одного из лучших университетов Федерации, Донна прекрасно знала, что закон восходил к древним временам, когда люди еще жили всего на одной планете, и обычаи были весьма суровы. Тогда за неподчинение полагалась смертная казнь. Сейчас, в цивилизованные времена, она была заменена тюремным заключением и штрафом.

И если тюрьма могла стать просто временной неприятностью, то штраф для нее был более значим. Донна не хотела увеличивать и без того достаточно огромный кредит, который она выплачивала главе клана за своего отца, чей экспедиционный звездолет пропал в черной дыре.

Мать Донны Шейла О’Доннал исчезла еще раньше. Она не принадлежала ни к одному из кланов, отец познакомился с ней как раз на Новом Плутоне и женился вопреки воле родных.

Донна была их единственным ребенком. Она почти не помнила мать. Рассказывали, что та была красивой и легкомысленной. Устав от брака и тех обязанностей, которые он налагает, Шейла О’Доннал сбежала, оставив дочь мужу. Вскоре тот получил бумаги о разводе и подписал не глядя. После чего, определив девочку в школу, умчался в очередную экспедицию. Донна виделась с ним лишь на каникулах. Впрочем, став старше, чтобы не проводить время в клане, она предпочитала поехать к кому-нибудь из немногочисленных подруг.

Бринна О’Доннала это вполне устраивало: не надо было выставлять за дверь очередную любовницу. Школа сменилась колледжем, и Донна уже подумывала о том, чтобы навсегда покинуть планету, которая так и не стала ей родной, когда отец исчез. Это была одна из многих таких экспедиций по поиску новых планет, которые заканчивались пропажей корабля и всего экипажа.

Донна встретила это известие с философским спокойствием, она никогда не была близка с отцом, гораздо больше ее встревожило то, что Бринн О’Доннал почти ничего не оставил своей дочери. Расмус не замедлил воспользоваться случаем.

Буквально на следующий же день после официального признания брата погибшим он, все еще облаченный в траурный костюм, предложил ей вернуть долг отца и предъявил бумаги, в которых значилось, что исследовательский звездолет и все оборудование было куплено на кредит, предоставленный кланом. Донна попыталась усомниться, но Расмус с гадкой улыбкой уверил, что подпись ее отца подлинная и любая экспертиза бессмысленна, после чего поинтересовался, как быстро его племянница собирается отдать долг.

Донна растерялась. До окончания колледжа оставалось почти полтора года, она планировала учиться дальше, к тому же сумма была просто огромной. Расмус предложил ей выбор: выгодный для клана брак или же работа на О’Донналов.

Взглянув на изображение жениха, девушке ничего не оставалось, как подписать бумаги, которые обязали ее отработать на клан почти двадцать лет. Более того, дать вассальную древнюю клятву. Единственной уступкой, которую она выторговала, была возможность завершить обучение, но Расмус предупредил ее, что он не будет его оплачивать.

Именно тогда Донна и решила идти на юридический факультет, ведь только так она могла найти лазейку в бумагах. Чтобы получить стипендию, она училась, как проклятая, почти растеряв тех немногих подруг, что у нее были. Лучшая студентка курса, лучшая выпускница… все равно это не помогло. Лазейки не было, а доказывать подлинность подписи, сличая ее с оригиналами, хранившимися в сейфе корпорации О’Донналов, не имело смысла.

Донна подошла к краю сферы и всмотрелась в искрящийся на солнце снег. Белая пустыня простиралась до самого горизонта. Отражающие фильтры, встроенные во все полусферы-бунгало, надежно прятали купола, и каждому постояльцу казалось, что он один на этой планете.

Теперь Донна знала, что не одна. Приказ Расмуса постоянно свербил в мозгу, словно колючка от меркурианского кактуса, впившаяся в ногу. Продержавшись на чистом упрямстве около двух часов, Донна отослала дяде сообщение, что она на Новом Плутоне и не сможет вылететь раньше, чем через два дня. Ответ не заставил себя ждать, глава клана проинформировал, что высылает за ней личный звездолет.

Значит, все очень серьезно. Донна не стала собирать вещи, времени не было. Быстро заскочив в душ и высушив волосы, она надела рубашку из чернильного шелка и свободные брюки, обула любимые туфли на высоком каблуке, подвела губы голографическим блеском. Из-за холода передвигаться по планете можно было лишь в специальных флаерах либо в скафандре, выдерживающем низкие температуры. Влезать в скафандр, стоявший у выхода, не хотелось, и Донна вызвала теплофлаер.

Стены серебристой капсулы, прилетевшей за ней, изнутри были прозрачными, но Донна не стала смотреть по сторонам, прекрасно зная, что увидит все ту же заснеженную пустыню и золотистое солнце, ярко сиявшее в розово-сером небе. К тому же ей необходимо было продумать достойный ответ главе клана, чьих приказов она почти не могла ослушаться. На это «почти» и была вся ее надежда.

Флаер шустро пролетел над планетой и замер у небольшого двухэтажного здания. Шлюз, ведущий в полусферу, открылся, и капсула приземлилась на стоянку, где находились точно такие же капсулы, а позади них высился знакомый звездолет, на борту которого был изображен странный цветок: на колючей ветке нечто, напоминавшее зелено-сиреневую кисточку.

Говорили, что такое растение росло раньше на планете Земля и называлось не то сполох, не то чертов всполох. Впрочем, Донну никогда не интересовала ботаника. Ей вообще казалось глупым делать символами клана цветы или животных.

Уже прекрасно понимая, кого она сейчас увидит, прошла внутрь. Высокий широкоплечий мужчина с рыжими кудрями, напоминавшими проволоку, и серыми холодными глазами нетерпеливо прохаживался по ослепительно-белому холлу меж полупрозрачных колонн.

Джон О’Доннал. Глава службы безопасности клана, дальний родственник Расмуса О’Доннала и потенциальный жених самой Донны, не принимавший никаких отказов. Несколько раз он пытался назначить ей свидание, а однажды даже умудрился поцеловать на праздник Излома зимы, поскольку Донна встала под какой-то зеленью, подвешенной к потолку в конференц-зале фирмы О’Донналов. С торжествующим криком Джон сгреб Донну в охапку и прижался к ее губам своими. Она влепила ему пощечину, но он лишь рассмеялся, говоря, что любит девиц погорячее. Только за одно это его можно было возненавидеть.

Сейчас Джон укоризненно посмотрел на Донну, после чего перевел взгляд на атомные часы, висевшие на стене. Всем своим видом он выражал недовольство, что ему пришлось ждать.

Как и большинство мужчин, он был слишком самоуверен и не сомневался, что Донна специально задержалась, чтобы привлечь его внимание к себе. Девушка не стала его разубеждать, не желая тратить время понапрасну.

– Донна, я жду уже четверть часа! – с укором пробасил Джон.

– Кто в этом виноват? – парировала она, решив обойтись без приветствия.

– Прости?

– Если бы ты, Джон, так не торопился примчаться сюда, то тебе не пришлось бы ждать, – услужливо пояснила Донна. – В следующий раз имей это в виду и приезжай позже.

Джон зло сузил глаза.

– У меня приказ главы клана.

– Не сомневаюсь, что ты никогда не прибыл бы сюда по собственной воле. – Донна ослепительно улыбнулась, прекрасно зная, что, как и большинство жителей планеты Эрин, Джон не любил снег, предпочитая ему зеленые луга и темные горы родной планеты.

Он насупился, но промолчал. Значит, дело было еще хуже, чем она думала. Джон был доверенным лицом Расмуса, и наверняка тот побеседовал со своим подчиненным, приказав не злить строптивую племянницу. Надежда на скорое возвращение в отель таяла просто на глазах.

– Где твои вещи? – Джон покрутил головой, ища огромные чемоданы известных межгалактических брендов, которыми так славилась Донна О’Доннал. Они были красивые и жутко неудобные, но ее это не смущало, поскольку всегда находился тот, кто готов был их нести. В крайнем случае она нанимала носильщика с антигравитационной тележкой.

Даже не удостаивая Джона ответом, Донна подошла к стойке, где сидел администратор. Сейчас это был молодой парень с желтой кожей, на которую, согласно законам его планеты, была нанесена красная вязь татуировок, говорившая, что он достиг совершеннолетия. Жители этой планеты, недавно вступившей в Федерацию, вообще отличались архаичностью нравов и пока не собирались ничего менять, все время вспоминая о правах и свободах. Сама Донна считала, что иногда неплохо бы помнить и об обязанностях, которые возникают с получением прав и свобод.

– Льюис, – прочитала она на табличке, прикрепленной на груди форменной рубашки, и с интересом посмотрела на администратора. – Это действительно ваше имя?

– Нет, мэм, вообще-то, меня зовут Зурбери, но руководство посчитало, что Льюис проще, – улыбнулся тот, стараясь не проявлять вполне очевидный интерес молодого мужчины при виде рыжеволосой красавицы.

– Тогда как же мне вас называть?

– Как вам будет угодно, мэм.

– Хорошо, Зурбери. – Она заметила, как его оранжевые с черной радужкой глаза довольно блеснули. – Как вы уже поняли, мне необходимо покинуть ваш прекрасный отель. Дело срочное, и я не успела собраться. Вы не могли бы оказать мне услугу – попросить горничных собрать все и прислать мне мои вещи по этому адресу?

Донна протянула пластиковую визитную карточку, под которой была свернутая купюра. Парень почтительно взял подношение.

– Конечно, мэм. Не волнуйтесь, я лично прослежу за всем.

– И включите, пожалуйста, почтовые расходы в мой счет.

– О, не беспокойтесь, – перебил ее администратор. – Мы отправим ваш багаж за счет отеля!

– Благодарю. – Еще одна улыбка, в меру дружелюбная и душевная, и Донна повернулась к Джону. – Идем.

– Тебе не стоит любезничать с этим… цветным! – Последнее слово Джон будто выплюнул. Краем глаза Донна заметила, что татуировки администратора засверкали, парень явно услышал эти слова и разозлился.

– Джон, как профессиональный адвокат я рекомендую тебе, экономя мое время, сразу же соглашаться на сделку и лично выплатить компенсацию за оскорбление, не доводя дело до суда, – заметила Донна, спокойно выходя на парковку.

– Не думаю, что этот желтокожий подаст в суд! – ухмыльнулся глава безопасности. – Его родители наверняка и грамоты не знают, а сам он только вчера слез с ораншадовой пальмы, когда еще один такой же, как и он сам, взял в руки дубину.

– Джон, мне напомнить основные постулаты межгалактической конвенции? – холодно отозвалась Донна. Она ненавидела эту самодовольную манеру Джона говорить об остальных, как о людях даже не второго, нет, третьего сорта.

– Можешь напоминать мне что угодно, а я напомню тебе, что ты – племянница Расмуса О’Доннала, поэтому кокетничать с…

– Ты забываешься! – холодно оборвала его Донна.

– Ты так защищаешь этих цветных, словно одна из них! – отозвался Джон, подходя к звездолету и прикладывая ладонь к сканеру, чтобы открыть шлюз.

Донна не ответила. «Нет, но могла быть», – пронеслось у нее в голове. Сразу вспомнилось и светло-серое тело, почти невидимое в темноте ночи, серебристо-белые волосы, переливающиеся при свете луны, крепкие руки, прижимающие ее к груди, страстный шепот: «А ты действительно рыжая…»

Донна моргнула, прогоняя наваждение, и зло посмотрела Джону в спину. Он упрекал ее не первый раз, а значит, наверняка знал что-то о том периоде ее жизни. Знал, но не пошел к Расмусу. Это было очень странно.

Джон обернулся и протянул руку, намереваясь помочь войти в звездолет, натолкнулся на ледяной взгляд изумрудно-зеленых глаз и невольно отступил. Все еще злясь на воспоминания, заставившие ее вновь почувствовать горькую обиду, она прошла внутрь и направилась прямиком в рубку поздороваться с экипажем.

За сенсорной панелью находились двое мужчин. И если штурман Донне не был знаком, то пилота она узнала сразу – Флетчер Уайт, много лет пилотировавший звездолет. Расмус недолюбливал его из-за цвета кожи, но ничего не мог поделать, Флетчер был одним из самых опытных пилотов Космической Федерации.

– А мы-то думали, кого отсюда надо забирать с такой спешкой! – пробасил он, широко улыбаясь. – Добро пожаловать на борт, мисс Донна! Если хотите, в баре есть джин-тоник! Как раз успеете до того, как мы запросим разрешение на взлет.

Штурман, еще достаточно молодой парень, смущенно промолчал, и Донна решила не настаивать на беседе, чтобы не смущать юношу еще больше.

– Спасибо, Флетчер, – поблагодарила она, направляясь к бару и игнорируя вошедшего Джона.

– Донна, тебе лучше занять пассажирское кресло, у нас не увеселительная поездка, мы торопимся, – мрачно проинформировал начальник службы безопасности, старательно игнорируя присутствие пилота.

– Подождут, – намеренно легкомысленно отмахнулась Донна и отсалютовала Джону стаканом. – Твое здоровье.

Судя по его взгляду, если бы не приказ главы клана, он просто выдернул бы стакан с напитком из рук Донны. Это еще раз убедило ее, что положение дел очень серьезное. Намеренно медленно выпив коктейль, она, не говоря ни слова, ушла в пассажирский салон, заняла одно из кресел и включила защитное поле, отделившее ее от остального мира раньше, чем Джон успел последовать за ней.

Перед глазами возникла виртуальная панель выбора развлечений во время полета: музыка, фильмы, массаж, эротические фантазии. Донна задумалась, потом просто отключила ее и закрыла глаза. Сфера не пропускала звуков снаружи, и ей хотелось насладиться последними минутами одиночества.

Глава 3

Ровно через пять часов после старта звездолет клана О’Донналов повис на орбите планеты Эрин и начал готовиться к посадке. Донна поняла это по характерной вибрации, не дожидаясь оповещения системы о приземлении, она выключила защиту и встала. Игнорируя сигнал о нарушении безопасности полета, с наслаждением потянулась и прошла в рубку. Пилот оглянулся.

– Мы скоро пойдем на снижение, – предупредил он.

– Я знаю. – Она села на место второго штурмана и включила защитное поле. – Но я же не помещаю вам здесь?

– Если не будете ничего трогать, – отозвался пилот, вместе со штурманом вводя в систему управления курс вхождения в слои атмосферы. Донна знала, что это самый ответственный момент, потому молча отвернулась к панели, на которую камеры проецировали изображения с поверхности звездолета.

– Донна, тебе не следует заходить сюда! – Огромная фигура Джона заслонила шлюз, система опять заорала о нарушениях. – Посадка еще не произведена.

– Да, я заметила, тебе лучше вернуться на свое место, Джон! – Она насмешливо посмотрела на него. Тот скрежетнул зубами, но подчинился, прекрасно зная, что система звездолета не позволит начать приземление, если нарушены правила.

Едва заметно улыбнувшись, Донна вновь отвернулась к панели. Ее всегда завораживал момент, когда космический корабль начинал посадку, и вокруг обшивки бушевало пламя. В этом была особая магия: ощущать прохладу воздуха, когда желто-оранжевое марево закрывало все вокруг. Когда оно стихло, звездолет уже летел над горами, за которыми виднелись небоскребы Даута, города, полностью подчинявшегося, да что там, полностью принадлежавшего клану О’Донналов.

Количество небоскребов, устремлявшихся к облакам, говорило о могуществе клана, и Даут считался одним из самых больших на планете. Поспорить с ним мог только Каллех, мегаполис на юге, которым заправляли Салливаны.

Звездолет взял курс прямо на самое высокое здание, огромным конусом возвышавшееся в центре города, там была расположена штаб-квартира главы клана.

Откинувшись на спинку сиденья, к слову сказать, не такого удобного, как в салоне для пассажиров, Донна задумчиво смотрела на панели. Пилот вел звездолет так ровно, что казалось, будто само здание приближается им навстречу. Вот оно стало совсем близко, можно было увидеть крепежи на металлических конструкциях, а потом изображение пропало, корабль пристыковался к специальному рукаву-шлюзу.

Поблагодарив пилота и штурмана, Донна встала и прошла в пассажирский салон.

– Думаю, будет лучше, Джон, если ты пойдешь первым.

– Разумеется. – Он улыбнулся, полагая, что все недоразумения забыты. Донна лишь тихо хмыкнула и направилась к выходу.

Охранники, стоявшие у входа, крепкие парни в сине-зеленой, цвета клана униформе с цветком чертова всполоха на груди беспрепятственно пропустили их внутрь, попутно проинформировав, что Донну ждут в дубовом кабинете. Значит, дело становилось семейным.

Ее всегда забавляло, что Расмус, пытаясь разделить работу и личные дела, даже распорядился сделать два кабинета.

Один – с поверхностями из светлого дерева, металла и огромной стеклянной стеной, выходящей на город, был рабочим, другой – темный из-за деревянных панелей, закрывавших стены, с узкими стрельчатыми окнами, в которые были вставлены витражи, и тяжелой старинной мебелью, привезенной еще с планеты – праматери всех людей, – для семейных дел.

Донна шла в темный кабинет. На пороге она замерла и обернулась к своему сопровождающему:

– Извини, Джон, но, похоже, это – семейное дело.

Ей доставило удовольствие закрыть дверь перед его носом.

Дядя стоял у окна, сцепив руки за спиной. Он даже не шелохнулся, хотя, Донна это знала, прекрасно все слышал.

Это ее не обескуражило. Она спокойно прошла, но не к столу, а к креслам, стоявшим в углу перед журнальным столиком со столешницей, на которой из-под потемневшего лака еще виднелись узоры. Не дожидаясь приглашения хозяина кабинета, Донна села в одно из них и закинула ногу на ногу, спокойно ожидая, пока Расмус обернется.

Тот не торопился, испытывая строптивую племянницу на прочность. Впрочем, к этому она тоже привыкла.

Со своего места Донне прекрасно было видно лицо ненавистного родственника: высокий лоб, слегка курносый нос и россыпь веснушек по белоснежной, как и у нее самой, коже. Глубоко посаженные серые глаза всегда проницательно смотрели на собеседника, или так казалось из-за морщин в уголках. Волосы, когда-то рыжие, а теперь желтовато-белые, были зачесаны назад, скрывая небольшую лысину. Сколько Донна его помнила, дядя всегда слегка сутулился, словно пытаясь скрыть свой высокий рост.

Наконец он повернулся и внимательно посмотрел на племянницу, слегка скривился, заметив, что на ее одежде нет знака принадлежности к клану, но промолчал, явно не желая ссориться понапрасну.

– Донна? – Тон был официальным.

– Сэр?

– Как прошел полет?

– Хорошо. – Обычный обмен любезностями, прелюдия к главному, но Расмус не торопился. Он никогда не торопился, пытаясь сбить собеседника с толку. На этот раз преимущество было на стороне Донны. Она подчеркнуто спокойно сидела в кресле, смотря на дядю.

– Ты знаешь, зачем ты здесь, – утвердительно сказал он.

– Могу только догадываться.

– Теа сказала, что ездила к тебе.

Донна лишь слегка наклонила голову, подтверждая сказанное.

– Думаю, она тебе все рассказала. – Расмус явно нервничал.

– Как она прогуливала лекции? – уточнила Донна. – Да, рассказала, но мы обошлись без подробностей.

– Она не прогуливала, просто объем информации таков, что она не в состоянии его запомнить! А из-за тебя требования к ней выше, чем к остальным!

– И вы в это верите? – Донна выразительно изогнула бровь.

– Не важно, во что я верю, важно, чтобы она получила диплом!

– Тогда пусть тренирует память. – Она пожала плечами.

Расмус в упор посмотрел на племянницу.

– Донна, ты прекрасно знаешь, что Теа не сможет сдать экзамен.

– Сочувствую Теа и вам тоже. Кстати, как получилось, что она до сих пор не вылетела из Куинси?

Расмус прошелся по комнате, задержал взгляд на столе, выровнял бумаги, лежавшие там, и вновь посмотрел на племянницу.

– Она училась.

Донна покачала головой.

– Мне ведь не составит труда, выйдя из этого кабинета, посмотреть кадровые перестановки последнего года в Юридической школе Куинси.

О’Доннал вздохнул и признался:

– Ева Шиин. Она ушла.

– Вот как? – Донна слегка оживилась. – И кого назначили вместо доктора Зло?

– Джейсона Роу.

– А он не берет взяток, – с довольным видом констатировала она, вспомнив чудаковатого старшекурсника, всегда с тоской смотревшего на нее.

– Я всего лишь спонсировал Юридическую школу! – возмутился Расмус. – Дотировал постройки, оснащение кабинетов! Это не взятка.

– Неужели? – Донна усмехнулась. – Интересно, а Джейсон Роу тоже так считает? И, кстати, как ко всему этому отнесся ректор Мак-Кинтош?

– Он позвонил мне и предупредил, если Теа не сдаст все задолженности, она будет отчислена.

– И вы не предложили университету спонсорскую помощь? – Донна явно издевалась.

– Я предложил построить новый корпус. Но этот… – Он осекся и посмотрел на племянницу. – Он отказал мне! Мне! Главе клана О’Донналов!

– Наверное, ректор судит о могуществе клана по его представителям в университете, – предположила Донна. Дядя кинул на нее грозный взгляд, но Донна сидела, с ангельским видом, хлопая ресницами; на секунду Расмусу показалось, что перед ним его дочь Теа. Но он тут же заметил насмешливые огоньки в изумрудно-зеленых глазах и понял, что она просто издевается. По привычке Расмус скрипнул зубами, зная, что это все равно бесполезно. Удивительно, как Донна умела вывести из себя одним взглядом, или, может быть, дело было в том, что рыжеволосая красавица была слишком похожа на свою мать Шейлу О’Доннал. Теперь на нее была похожа и его собственная дочь Теодора.

– Хорошо, Донна, чего ты хочешь? – устало сказал он, понимая, что придется поторговаться. Она пожала плечами.

– Выпить. Джин-тоник, если не затруднит.

– Только не говори, что ты не воспользовалась баром на звездолете!

– Я задремала. Знаете, так бывает, когда человек в отпуске…

– Я отзываю тебя из отпуска.

– Даже так? – Она слегка приподняла брови точь-в-точь, как Шейла когда-то. Это окончательно вывело Расмуса из себя.

– Да. – Он почти выплюнул это слово.

– Основание? – Голос Донны стал чуть жестче, таким тоном она обычно вела переговоры.

– Твой контракт. Дело идет о благополучии всего клана. И мне, а значит, и всем О’Донналам необходима твоя помощь.

– В чем?

– Ты должна сдать экзамены за Теа!

Донна с удивлением посмотрела на дядю. Он действительно произнес это.

– Вам так хочется получить Патрика Салливана?

– Салливаны – сильный клан. Свадьба двух наследников объединит людей.

– А развод их вновь сделает врагами! – фыркнула Донна.

– Какой развод?

– Который непременно последует, когда Патрик Салливан узнает, что его жена не окончила Куинси.

– Он не узнает, если ты не скажешь… – Расмус хищно посмотрел на племянницу, словно жаждал свернуть ей шею. – Но ты не сделаешь этого, ты же подписывала соглашение о неразглашении!

– К сожалению, я растерялась, поскольку подписывала слишком много бумаг, но после окончания Куинси я их изучила, и очень внимательно. Соглашение касается лишь коммерческой информации.

– Рассказав Салливану правду о Теа, ты разрушишь планы о слиянии, и мы недополучим выгоду.

– Ну, упущенную выгоду еще надо доказать… – Донна вновь улыбнулась. – Так что, Расмус, боюсь, мой потревоженный покой обойдется вам слишком дорого.

Тот одарил ее тяжелым взглядом.

– Я тебя внимательно слушаю.

– Простите? – не удержалась она.

– Донна, если ты до сих пор не встала и не ушла, значит, ты что-то хочешь. – Глава клана криво усмехнулся. – Осталось услышать, что именно.

Досадуя на себя, она прикрыла глаза. Расмус тоже умел играть в эти игры и делал это гораздо дольше, чем она. Донна вздохнула, можно еще полчаса ходить вокруг да около, а можно… она подняла голову, решив идти ва-банк.

– Мне нужна свобода, Расмус! – Странно, только сейчас Донна поняла, что никогда не называла его дядей.

– Что? – подскочил он.

– Диплом Теа полностью погасит долги моего отца перед кланом О’Донналов.

– Нет.

– Тогда разговор окончен. – Она сделала вид, что намеревается встать.

– Донна, ты просишь очень много… – многозначительно произнес глава клана О’Донналов.

Девушка пожала плечами:

– Я много теряю. Если меня поймают, то могут, по меньшей мере, аннулировать диплом. В худшем случае мне светит тюремный срок за мошенничество.

– Тебя не поймают, вы с Теа похожи как две капли воды, даже генетически.

– Не мне вам рассказывать про методы идентификации личности: отпечатки пальцев никто не отменял.

– Кому взбредет в голову проверять отпечатки?

– Расмус, я была лучшей выпускницей своего года, мой портрет красуется на доске почета. Меня помнят многие, кто преподает в Куинси. И мы с Теодорой абсолютно разные. Я не умею и не хочу изображать идиотку. Если хоть один из преподавателей заподозрит неладное…

– Мы можем переписать контракт, скажем, на десять лет, это – половина долга. Пять из них ты уже отработала.

– Нет. – Донна все-таки встала. – Все или ничего. Решать вам.

Она вышла из кабинета, не дожидаясь позволения главы клана. Дошла до лифта, спустилась на первый этаж и покинула здание. Никто не остановил ее.

Донна даже не знала, хорошо это или плохо. После таких разговоров с Расмусом она чувствовала себя крайне мерзко, всегда начинала болеть голова. Пройдя немного, девушка свернула на ближайшую авеню и зашла в первый попавшийся бар.

Он был почти пустым, лишь трое завсегдатаев сидели за стойкой и обсуждали последние космические гонки.

Донна забилась в самый темный угол и заказала себе виски. Оказалось, что в стаканах подавали лишь самый дешевый, напоминавший, скорее, разведенный спиртом чай, пришлось брать бутылку.

Когда официант, мальчишка в пиджаке сомнительной белизны, нес заказ, один из пьянчужек поднял голову, взглядом следя за подносом, на котором стояла бутылка. Он даже приподнялся, чтобы подсесть к Донне, но был остановлен жестким взглядом зеленых глаз, после чего поежился и предпочел вернуться к приятелям.

Донна выпила два бокала, когда ее смартфон мелодично тренькнул. На экране возникло: «Принимается. Завтра будь готова вылететь на Куинси». Донна выдохнула и, отстучав: «Буду готова, как только подпишем все бумаги», плеснула себе еще виски и выпила залпом.

Глава 4

На следующее утро, несмотря на то, что большую часть ночи она провела за изучением досье Теа, Донна проснулась очень рано. Шторы в спальне еще были задернуты, они раздвигались системой ровно в семь утра. Донна лениво бросила взгляд на часы. Четверть седьмого. Засыпать вновь уже не было смысла.

Девушка встала и направилась в ванную, затем, завернувшись в пушистое полотенце, прошла на небольшую кухню. Бросила взгляд на каппимашину, решительно достала пережиток прошлого – джезву, напиток в которой надо было варить на настоящем огне. Это было прямым нарушением договора аренды, но сейчас Донна позволила себе это. Она знала, что не вернется в свою квартиру, она вообще не вернется на планету, получив шанс начать все сначала.

Перед глазами пронеслось его лицо – такое, каким она видела его в последний раз по галасвязи: жесткие складки у губ, такие губы называют чувственными, прямой нос, аметистовые глаза, горящие злым огнем. В ушах все еще раздавался его голос, напряженный, с нотками обреченности:

– Это твое окончательное решение?

«Нет! – хотелось кричать ей. – Нет, помоги мне, спаси меня от Расмуса!»

– Да. – Не стоило впутывать кого-либо в свои проблемы.

– Тогда, думаю, нам нет смысла продолжать…

Шипение спиртовки было сигналом, что каппи все-таки убежал. Донна, ругнувшись, подхватила джезву и буквально перекинула напиток в чашку. Вытерла лужу, вновь открыла лэптоп. Надо было еще раз проверить все документы.

Одевалась Донна с особой тщательностью. Ничего, что бы указывало на принадлежность к клану. Персиковое платье-футляр с асимметричным белым воротником, белый пиджак, обувь на высоком каблуке. Волосы девушка закалывать не стала, лишь тщательно уложила, очень внимательно посмотрела в зеркало, капнула на запястье модными в этом сезоне духами и, удовлетворенная увиденным, направилась к Расмусу О’Донналу.

Донна специально сняла квартиру как можно дальше от здания, где располагалась штаб-квартира Расмуса, словно это расстояние могло помочь избежать контроля со стороны службы безопасности клана. Впрочем, пункт о запрете наблюдения за ней тоже был включен в новое соглашение.

На этот раз встреча проходила в офисной части пентхауса. Стеклянная стена, открывавшая вид на город, была настолько прозрачной, что казалось, ее не существует. Донна приветливо махнула рукой, вернее, огромной сумкой, в которой лежали документы, секретарям. Две девицы, одна чуть выше и более пухленькая, а вторая с россыпью веснушек на лице, удивленно воззрились на нее.

– Вы же в отпуске, – неуверенно произнесла полненькая.

Донна улыбнулась:

– Так бывает. Издержки популярности у Расмуса.

– О да! – Та, которая более высокая, понимающе кивнула. – Я помню, как он выдернул Джона как раз…

Она вдруг осеклась и округлила глаза, понимая, что сболтнула лишнее. Донна улыбнулась и заговорщицки прошептала:

– Если ты о Джоне О’Доннале, то он – весь твой! Постарайся окольцевать его!

Девушки переглянулись и хихикнули, а Донна подмигнула им.

– Мне пора. Провожать не надо, сама дойду!

Бросив взгляд на часы и убедившись, что будет точно в назначенное время, она прошла по коридору. В приемной уже сидел Джон.

– Донна. – Он встал и подошел к ней. – Прекрасно выглядишь.

– Спасибо. – Она выразительно посмотрела на пустой стол с выключенным компьютером. – А где Молли?

– Расмус велел ей уйти. Не хочет огласки.

– Но ты-то в курсе, верно?

– Да. Я же должен буду осуществлять охрану.

– Я так и думала. – Она ослепительно улыбнулась. – Но в данной ситуации охрана будет лишней. Извини, Расмус меня ждет, я не хочу опаздывать.

Донна обошла Джона и направилась к дверям. Он все-таки ухитрился сопроводить ее и распахнуть перед ней дверь.

– Доброе утро, сэр, – шагнула в кабинет. Расмус хмуро посмотрел на нее покрасневшими от недосыпа глазами.

– Донна. – Голос напоминал карканье. Значит, дядя пил всю ночь, и, в отличие от нее, это было очень заметно. Впрочем, наверняка он выпил больше, чем три бокала.

– Я подготовила документы. – Достав из сумки папку, она протянула ее главе клана. Несмотря на все технологии, Расмус О’Доннал предпочитал читать бумажную копию. – Электронная версия уже в системе.

– Откуда такая уверенность, что я подпишу их без поправок?

Она пожала плечами.

– Я настаиваю именно на этих формулировках, а вы не в том положении, чтобы гнуть свою линию.

– Не дерзи мне, Донна, – предупредил Расмус.

Она едва заметно скривила губы в улыбке, но промолчала. Села на стул, закинула ногу на ногу, подчеркнуто спокойно следя за тем, как он очень внимательно читает текст. Несколько раз дядя хмурился.

– Я не согласен с этим. – Он ткнул пальцем в несколько абзацев, снимающих с Донны запрет на работу против клана О’Донналов.

– Извините. Но без этого сделка отменяется.

– Собираешься сбежать с Эрина, как и твоя мать? – понимающе хмыкнул дядя.

– Возможно. – Донна постаралась не подать виду, что ее задели последние слова Расмуса. Она никогда не могла понять, почему мать бросила ее и отца. Несколько раз, еще девочкой, пыталась поговорить, в том числе и с дядей, но тот отвечал отрывистыми, слишком шаблонными фразами, и в результате расспросы пришлось прекратить. Не стоило показывать противнику свои слабости.

– Запрет на охрану в Куинси? – Расмус приподнял брови.

– Терпеть не могу слежку, – пояснила Донна.

– Все еще злишься на Джона?

– За его самоуверенную наглость? Да.

– Ты такая же, как и твоя мать! – последнюю фразу глава клана О’Донналов просто выплюнул.

Девушка задумчиво посмотрела на него:

– Интересно, откуда такая ненависть к ней?

– Какая разница, – пробурчал Расмус, вновь вчитываясь в бумаги и явно избегая взгляда племянницы. Она предпочла не настаивать на ответе, тем более сейчас это было не важно. Какой бы ни была на самом деле Шейла О’Доннал, она отказалась от своей дочери, оставила ее в клане, и Донна не могла ей этого простить.

Расмус закончил читать, отложил бумаги и задумчиво посмотрел на сидящую перед ним племянницу.

– Ты настаиваешь на освобождении от контракта в любом случае?

– Я рискую, – очень весомо сказала она. – Если хоть кто-то заподозрит неладное, как минимум – меня лишат диплома. Максимум – меня ждет тюремное заключение по обвинению в мошенничестве, а насколько я помню, ректор Мак-Кинтош слишком дорожит честью университета и не из тех, кто спустит подобное на тормозах. Поэтому, выйдя из одной тюрьмы, я не хочу попасть в другую.

– Донна…

– Расмус, – теперь ее голос звучал слишком вкрадчиво, – я подготовила документы. И я подпишу только их. Или не подпишу ничего.

– Откуда я могу знать, что, явившись в университет, ты не направишься к ректору, после чего заявишь, что тебя разоблачили?

– Хорошо. – Донна достала лэптоп, внесла пункт о неразглашении договора обеими сторонами и повернула экран к Расмусу.

– Устраивает?

– Теперь да. – Он нажал несколько клавиш, выводя документ на свой личный принтер, подхватил листы и поставил размашистую корявую подпись. Кинул документы Донне и ввел электронный ключ-идентификатор.

Она собрала разлетевшиеся листы, внимательно прочла их, еще раз проверяя все, и очень аккуратно подписала сама, протянув один экземпляр пристально следящему за ней Расмусу. Потом пододвинула лэптоп и щелкнула по экрану, выводя свой электронный ключ, после чего направила подписанный по всем правилам договор на личный сервер Расмуса.

– Когда выезжаешь? – Глава клана хмуро наблюдал за ней.

– Завтра. Теа должна прислать мне список «хвостов» и кое-что из сведений о своей жизни в Куинси. Кстати, отправьте ее на какой-нибудь закрытый курорт.

– Я хотел, чтобы она изображала тебя здесь.

– Что? – Донна рассмеялась, пораженная абсурдностью этого высказывания. – Вы серьезно?

– Да. Она должна изображать тебя, чтобы ни у кого не возникло сомнений.

– Даже и не думайте, – с чувством произнесла Донна. – Иначе проще сразу идти в полицию и сознаваться.

Расмус скептически посмотрел на племянницу.

– Интересно, и чем это вы так отличаетесь?

– Умом. Я ведь получила свой диплом сама, – приторно улыбнувшись, Донна подхватила свою огромную сумку и вышла.

Глава 5

Документы Джон привез лично, явно рассчитывая на приглашение выпить чашечку каппи. Донна не пустила его даже на порог, выхватив конверт из рук.

– Спасибо, что заехал. – Она захлопнула дверь раньше, чем он успел возразить, и только тогда проверила конверт. Там лежали идентификационное удостоверение, пластиковая банковская карта и билет на имя Теодоры О’Доннал. Расмус расщедрился на билет первого класса, вернее, этот билет уже был куплен на имя Теа, и дядя милостиво решил не менять на более дешевый. Еще раз проверив все, Донна начала собирать вещи, рейс вылетал рано утром.

Это заняло больше времени, чем она рассчитывала, поскольку все ее костюмы отличались от того, что носила Теодора. Ближе к полуночи Донна сдалась. Отобрав те из них, которые обычно надевала лишь в отпуске, она упаковала чемодан, решив приобрести остальное на Куинси. Благо карточка на имя Теа позволяла это.

Почти всю ночь Донна не спала. Она то ворочалась с боку на бок, то впадала в дремоту, где ее окружали кошмары.

Звон будильника показался ей просто райской мелодией. Донна вскочила, очень быстро привела себя в порядок, подхватила вещи и бегом устремилась в космопорт, предпочитая провести время до отлета в зале ожидания.

Она заснула в мягком кресле ВИП-зала, когда по громкой связи объявили посадку на ее рейс, пришлось открывать глаза и идти в звездолет.

Заняв свое место у окна, Донна, заказав у дружелюбной и милой бортпроводницы, голубокожей венерианки, двойной каппи, чтобы прогнать остатки сна, открыла лэптоп и погрузилась в список задолженностей Теа, который кузина выслала ей вчера. Он впечатлял.

Донна попыталась отыскать хоть один предмет, с которым у ее двойника не было проблем. Не удалось. Задолженности были не только за этот семестр, но и за несколько предыдущих. Она вздохнула. По справедливости, Теа должны были вышвырнуть из Куинси еще года три назад.

– Как можно быть такой дурой! – воскликнула Донна, в сердцах захлопывая лэптоп. Мужчина, сидевший на соседнем кресле, они стояли по одному через проход, с интересом посмотрел на нее.

– У вас проблемы, мисс? – осведомился он мягким баритоном.

– Нет, извините, что невольно побеспокоила. – Донна покачала головой, чувствуя, что сосед рассматривает ее. В его желтых круглых глазах читался неподдельный интерес, и Донна едва заметно нахмурилась. Незнакомец это заметил.

– Прошу прощения, я не представился. Томаш Томсон. – Он протянул визитку. Донне пришлось ее взять, сделав достаточно заинтересованный вид, как это сделала бы Теодора. На куске прозрачного пластика были выдавлены имя и фамилия, а также должность – интервьюер Куинси.

– О! – Она кокетливо улыбнулась. – Ездили смотреть соискателей на следующий год?

– Верно. – Он кивнул и чуть вопросительно посмотрел на нее.

– Донна… – спохватилась Донна в самый последний момент, вспомнив, что она заменяет кузину. – О’Доннал, Теодора О’Доннал. Можно просто Теа, студентка последнего курса Юридической школы Куинси.

Она протянула руку, которую ее новый знакомый пожал.

– О’Доннал, – задумчиво произнес он. – Что-то знакомое… по-моему, я слышал эту фамилию.

– Может быть, вы проводили интервью с моей кузиной Донной? Знаете, я на нее похожа. – Она глупо захлопала ресницами, как это всегда делала Теа. Она ожидала, что интервьюер ее одернет, поскольку правилами университета возбранялись романы между сотрудниками и студентами, исключение составляли лишь женатые до поступления пары, но Томаш, напротив, поддержал флирт.

– Нет, я первый раз на Эрине. Мне кажется, что я слышал вашу фамилию в университете.

– Моя кузина несколько лет назад окончила Юридическую школу. Она была лучшей в своем выпуске, – подсказала ему Донна, прекрасно понимая, что упоминаний о самой себе не избежать.

Он щелкнул пальцами:

– Верно! Говорят, она была настоящим бриллиантом. Жаль, что она предпочла похоронить себя на Эрине, увязнув в делах клана, – с явным сожалением произнес Томаш и тут же, натолкнувшись на гневный блеск зеленых глаз, спохватился: – Простите, вам, неверное, неприятно это слышать. Наверняка вы ею очень гордитесь?

– Возможно, – протянула Донна и предпочла переменить тему разговора: – Как вам наша планета?

– Я успел заметить лишь то, что она очень зеленая. – Томаш виновато улыбнулся. – Почти все время я провел в отеле, проводя собеседования с соискателями стипендий.

– И как, много отобрали?

– Нет. Я очень придирчив и всегда ищу самое лучшее. – В голосе слышалась гордость. – Жаль, что вы уже поступили в Куинси, я бы непременно вас выбрал.

– Не думаю. – Донна улыбнулась и мстительно добавила: – У меня задолженности по всем предметам с начала обучения. Так что меня бы вы точно не отобрали.

– По всем?

– Ну, почти по всем… – Она развела руками. – Поэтому весь семестр мне предстоит сдавать свои «хвосты», если я хочу получить заветный диплом.

– Меня взяли на работу совсем недавно. Но я уже имею влияние в определенных кругах и, возможно, смогу помочь? – Томаш чуть подался вперед, изображая дружелюбие.

Девушка покачала головой:

– Спасибо, не стоит, вы же знаете, что в Куинси не одобряют подобное поведение среди преподавателей.

– Я не преподаватель, – возразил он с досадой, что его так быстро разгадали.

– Тогда тем более. Не думаю, что вы сможете мне помочь. И уж тем более не на юридическом. Извините, мне надо работать, чтобы сдать хотя бы один реферат. – Еще раз улыбнувшись, Донна вновь открыла свой лэптоп и погрузилась в дебри юридических споров первых звездных экспедиций.

Прибывшие с одной планеты, но из разных стран, космические переселенцы везли с собой старые правила и законы, которые зачастую противоречили друг другу, что приводило к многочисленным казусам. Понадобилось не одно тысячелетие, чтобы систематизировать эти своды правил и выровнять их один относительно другого.

Раньше Донне очень нравилось анализировать старые законы, выискивая в них схожие черты, основанные на элементарной морали и, если копать еще глубже, религиозных устоях. Сейчас это вызвало лишь раздражение, что приходится заниматься абсолютной ерундой.

Реферат она закончила как раз к моменту объявления о посадке. Пришлось вновь закрыть лэптоп и включить силовой энергетический щит, защищавший пассажира от травм в случае аварии.

Звездолет приземлился в космопорту Куинси – небольшой планеты, единственной достопримечательностью которой был старейший Межгалактический университет. Основанный в эпоху первых поселенцев он славился своей консервативностью, верностью принципам и тем, что почти в каждом его выпуске были будущие президенты, политики, ученые и просто дети мультимиллионеров.

Университет иногда называли поставщиком женихов, и даже у Донны было несколько подруг, которые поступили в Куинси лишь для того, чтобы удачно выйти замуж. У двух девушек она даже была подружкой на свадьбе. Еще одна, ее соседка по комнате, предпочла карьеру замужеству и, как и Донна, работала по пятнадцать часов в сутки. Это было все, что бывшие соседки по кампусу знали на данный момент друг о друге.

Вспомнив о подругах, Донна вдруг ощутила ностальгию по студенческим временам и радостное возбуждение, что еще раз сможет испытать все прелести учебы. Девушка встала и посмотрела по сторонам.

Пассажиры уже суетились, повскакивая со своих мест и доставая поклажу с полок. Бортпроводницы недовольно хмурились, но не вмешивались, понимая бесполезность нотаций. Звездолет вздрогнул еще раз, словно переводя дух, и замер. Шлюз открылся, и все устремились по коридору в здание космопорта.

Донна, не торопясь, собрала свои вещи и тоже направилась в зону получения багажа. Томаш был уже там. Выловив свой чемодан с антигравитационной ленты, он стоял у выхода, явно поджидая свою случайную попутчицу. На него то и дело натыкался кто-то из торопящихся пассажиров, но он был незыблем, словно скала.

Донна вздохнула. Она терпеть не могла надоедливых людей, особенно если они пытались вторгнуться в ее личное пространство, а господин Томсон явно собирался это сделать.

– Вы настырны, – заметила девушка, когда, взяв свой чемодан, поравнялась с Томашем. Он слегка наигранно махнул рукой.

– Мы все равно направляемся в одно место.

– Звучит двусмысленно.

– Никакой двусмысленности. Просто я не хочу, чтобы вы толкались в омнибусе, – так по традиции называли многоместные автобусы, работающие на электричестве вместо ядерного топлива. На Куинси вообще все работало лишь на электричестве, поэтому крыши и машин, и автобусов, и домов были блестяще-черными, полностью покрытыми солнечными батареями.

– Я возьму такси. – Донна спокойно прошла к выходу из здания.

– И будете стоять в очереди? – Томаш хмыкнул. – Поверьте, даже омнибусом будет быстрее, а я предлагаю вам добраться до кампуса без особых временных затрат, меня ждет электромобиль.

– Спасибо, но ответ все тот же – нет! – Донна решительно встала в хвост огромной очереди, выстроившейся на стоянке. С утробным урчанием желтые машины-капсулы замирали у поручней ограждения, подхватывали пассажиров и уезжали, уступая место своим «собратьям».

Донна не любила такси космопорта, те работали только на автопилоте, а девушка не доверяла технике, но это было лучше, чем появиться в сопровождении одного из служащих университета и после выслушивать сплетни, почему Теа О’Доннал резко сдала все экзамены.

Ожидание заняло больше времени, чем она предполагала: как раз перед ней какой-то старичок долго не мог справиться с навигатором и задать нужный адрес.

Не выдержав, Донна подошла к такси и, предложив помощь, сама ввела улицу и номер дома. Теа ни за что бы так не поступила, скорее, закатила бы скандал, что ей пришлось долго ждать. Впрочем, кузина бы уже подъезжала к воротам в машине Томаша Томсона. Старик улыбнулся.

– Благодарю вас…

– Всего вам доброго. – Не обращая внимания, что может показаться невежливой, девушка захлопнула дверцу, и машина уехала.

Сев в свое такси, Донна, все еще размышляя о том, как же ей себя вести с учетом сложившейся ситуации, не задумываясь, ввела просто: «Университет». Экран полыхнул красным, уточняя информацию: университетские здания были разбросаны по огромной территории. Ткнув пальцем наугад в предложенную карту, она откинулась на сиденье с каким-то волнением, всматриваясь в дорогу, расстилавшуюся перед ней.

Когда-то построенный на окраине небольшого поселка университет сейчас стоял в центре города. Учебные корпуса находились в окружении невысоких домов, в которых жили преподаватели. Дома были особой гордостью архитектурного факультета, студенты которого проектировали их. Правда, жильцы постоянно жаловались на разные неудобства, связанные именно с проектировкой. Зачастую студенты отдавали предпочтение футуристичности облика зданий, а не комфорту.

Такси остановилось у кованых ворот, за которыми виднелась широкая аллея, ведущая к ректорскому корпусу. Смартфон в сумке звякнул, подтверждая оплату поездки. Донна ругнулась: она и забыла, что главные ворота Куинси были всегда закрыты. Их витые створки открывались лишь два раза в год – осенью, впуская первокурсников, и весной, выпуская тех, кто окончил университет. Пройти через них хотя бы еще один раз было плохой приметой. Решив не рисковать, она прошла вдоль стены, выложенной, как и основные здания, из красного кирпича. Поговаривали, что на планете-праматери именно из такого кирпича и строили учебные заведения.

Стена была наполовину увита растением с разноцветными листьями всех форм и размеров – работой факультета биологии, символизирующей равенство всех рас, живущих во Вселенной.

Кирпичная стена вскоре закончилась, трансформируясь в современную ограду, и Донна уже пожалела, что так беззаботно ткнула пальцем в навигатор в начале поездки, насколько она помнила, идти предстояло достаточно долго. Ноги начали болеть, а рука, сжимавшая ручку чемодана, онемела, когда она, наконец, остановилась перед еще одними воротами, напоминавшими стандартный вход в космопорт.

Досмотр был соответствующий. Куинси, где формально запрещались телохранители для студентов, славился своей системой безопасности. Хотя в свое время это не помогло Донне избежать слежки. Сейчас она надеялась, что Расмус не осмелится нарушить условия договора. Покончив с формальностями по ее идентификации как Теодоры О’Доннал, то есть протянув удостоверение личности охраннику и постояв минуту, пока он сверял данные со списком доступа, Донна шагнула на территорию университета.

Здесь все было именно так, как она помнила. Старинные здания, разбегающиеся во все стороны дорожки и зеленые газоны, на которых сидели студенты и даже преподаватели. Впрочем, последние предпочитали занимать места за деревянными длинными столами, расставленными под раскидистыми кронами деревьев. Донна с каким-то радостным волнением огляделась, впитывая в себя давно забытые эмоции. В ее памяти в Куинси буквально витала жажда знаний. Этому способствовали и научные центры, и библиотеки, и даже сами люди. Сейчас университет словно разочаровал ее.

Кто-то обедал, захватив из соседнего кафе поднос, на котором стояли коробка с гамбургером и стакан с газировкой. Под оранжевым деревом в одиночестве сидел желтокожий парень с красными от недосыпа глазами, он старательно таращился в книгу, по всей видимости, пытаясь запомнить содержание хотя бы одной страницы. Неподалеку от него оживленно спорили несколько студентов, чертя на дорожке какую-то схему, при ближайшем рассмотрении оказавшуюся планом расположения одного из ночных клубов, где не было строгого фейсконтроля.

Чувствуя себя обманутой, Донна направилась к одному из домов, где по традиции размещались отличники, но тут же остановилась, вспомнив, что Теа не была удостоена такой чести и жила в обычном кампусе, здания которого виднелись за мемориальным пантеоном – собором всех религий, установленном в центре.

Будь Донна в кроссовках, она бы прошла через газоны, срезав путь, но на ней были модельные туфли, так что пришлось идти по дорожкам. Несколько студентов проводили ее удивленными взглядами. Действительно, мягкий кашемировый кремового цвета свитер, широкие шелковые брюки и туфли из кожи барбанского варана были в Куинси редкостью.

Чувствуя себя несколько неуютно под этими взглядами, Донна прошла почти всю территорию и поднялась по ступеням на крыльцо кампуса.

В очередной раз предъявив свое идентификационное удостоверение, она оказалась внутри и быстрым шагом направилась в отсек, который Теа занимала со своими подругами. На самом деле это была небольшая квартира на несколько спален и общую кухню-гостиную. Студенты, за исключением первокурсников, сами выбирали соседей и оплачивали такую квартиру сообща.

Еще раз напомнив себе, что она – Теодора, Донна открыла дверь и шагнула в комнату. Три пары глаз изумленно посмотрели на нее, затем молчание сменилось визгами:

– Теа!

– Ты вернулась?

– Старик все-таки отпустил тебя?

– Пойдешь сегодня на вечеринку?

Последние слова заставили ее вздрогнуть. С трудом освободившись от цепких объятий, она отошла к окну и внимательно посмотрела на подруг своей кузины. Голографические фото, небольшие видео и короткие досье, полученные вчера, не давали того ощущения, которое возникло при личном контакте. Все три красивые, наверняка прошедшие не одну генную модификацию белокожие, богатые и… глупые. Это было очень видно по их глазам, которые сейчас недоуменно смотрели на Донну, явно потрясенные ее сдержанным поведением.

– Я очень устала. – Она поспешила развеять их удивление. – Дурацкий перелет, и такси привезло к старым воротам – пришлось идти пешком.

– О, – протянула платиновая блондинка, судя по досье, Джина, с лепными скулами, пухлыми губами и ярко-голубым лаком на ногтях, который менял оттенок в зависимости от настроения, – ты должна подать протест в суд!

– Жалобу, – машинально поправила ее Донна и, заметив непонимание на лицах, пояснила: – Сначала надо подать жалобу в компанию, но она безосновательна, я ведь вводила адрес лично.

– Какая разница, куда жаловаться, – отмахнулась вторая подруга, кажется, ее звали Лилу. Ее каштановые волосы были заплетены в тонкие косички, на ярко-розовых концах которых можно было заметить голограммы змеиных голов. Донна слышала, что это – последний писк подростковой моды.

– Если хочешь получить деньги за процесс… – начала Донна и поспешно добавила: – Это мне кузина рассказывала.

– Неужели все это время ты занималась? – ужаснулась третья подруга, Моника. Ее волосы были темными, глаза абсолютно круглыми, а губы постоянно округлялись, точно она хотела произнести звук «о». Моника была одета в клетчатую юбку, белую блузку и высокие гольфы. Для сходства с ученицей престижной школы ей не хватало лишь бантиков на голове. Впрочем, ни в одной элитной школе не позволили бы такую длину юбки, вернее, полное отсутствие этой длины.

– Ну… – протянула Донна, стараясь выиграть время. – Папа сказал, что если я не сдам экзамены, он посадит меня под замок и заблокирует платежные карты.

– Он отказался платить за экзамен? – разом ужаснулись подруги.

– Ректор отказался принимать пожертвования.

– Чепуха! – Лилу недоверчиво покачала головой, змеи зашевелились. – Это какая-то выдумка твоего отца!

– Почему ты так решила?

– Потому что папочка сегодня перевел за меня очень щедрое пожертвование, чтобы я смогла продолжить свое обучение на факультете искусств, ведь я до сих пор не нашла себе достойного жениха. – Девушка жеманно хихикнула. – Вот смотри!

Она достала смартфон и открыла банковское приложение, посмотрела платежи и ахнула:

– Что за…

Донна подошла ближе и заглянула через плечо.

– Платеж с пожертвованием возвращен? С каким основанием? – поинтересовалась она и, видя, что девушки не понимают, пояснила: – Что написали внизу платежки? Ну, там, в широкой части.

– Ошибочное перечисление, – Лилу произнесла это шепотом. – И что это значит?

– Что в университете больше не берут взяток, – хмыкнула Донна. – Так что придется нам всем заняться учебой!

Пользуясь тем, что все смотрели на нее почти с ужасом, Донна, подхватив чемодан, проскользнула в комнату, принадлежащую Теа.

Глава 6

Захлопнув дверь, Донна шумно выдохнула и прислонилась к ней спиной. Никогда еще она не была так близка к провалу. Судя по всему, подруги у кузины были такие же пустоголовые, как и Теа. Остаться в общежитии на последнем курсе, а не быть приглашенным в один из домов студенческого братства, которыми так славился Куинси, считалось позором. Впрочем, никого из этой четверки, даже саму Теа, это не смущало.

Оставив чемодан у дверей, Донна осмотрелась, пытаясь привыкнуть к комнате, в которой ей предстояло жить ближайшие несколько месяцев.

Стены были обклеены обоями, транслирующими изображение в зависимости от желания хозяйки. Сейчас там виднелись бескрайние равнины Эрина. Как бы ни раздражали Донну зеленые луга и мирно пасущиеся на них белоснежные шестиногие овцы, являющиеся гордостью родной планеты, настраивать картинку под себя она не решилась. Впрочем, обои сами уловили отголоски мыслей, и овцы, печально блея, ушли, а скалы начали заливать волны.

Это умиротворило Донну. Скинув туфли, она с наслаждением прошлась по полу босиком, чувствуя, как в ногах появляется приятная тяжесть. Шторы на окнах оставались задернутыми, и девушка не стала их открывать, а подошла к рабочему столу и нахмурилась.

Он был слишком маленький и заставлен косметикой, часть из которой была очень дешевой, точно кузина тащила все, что попадалось ей под руку в магазине. Стула не было, лишь пуфик. У дальней стены стояла огромная кровать, накрытая клетчатым, в цветах клана О’Донналов, покрывалом.

Сдернув сине-зеленую ткань, Донна рухнула на постель и закрыла глаза, обдумывая ситуацию, в которой оказалась.

Из полудремы ее вывел звонок по видеосвязи. Она взглянула на экран смартфона, где светилось голографическое фото Расмуса О’Доннала. Пришлось приказать транслировать вызов. Голограмма появилась около стены. Дядя недовольно посмотрел на лежащую Донну.

– Как прошел перелет?

– Нормально. – Она не стала рассказывать про интервьюера.

– Могла бы меня и поблагодарить.

– За то, что не стали менять билет? – хмыкнула она, даже не подняв головы. – Не думаю, чтобы Теа летела классом ниже.

– Теа – нет! – Он подчеркнул имя дочери.

– Именно, и если вам все-таки хочется, чтобы сделка прошла ровно, то придется забыть, кто я.

– Донна, не дерзи!

Она все-таки приподняла голову и серьезно взглянула на своего родственника.

– И на вашем месте я бы поостереглась называть имена! В бумагах, которые вы подписали, очень четко прописана сумма, которую мне должны выплатить О’Донналы в качестве компенсации, если разоблачение произойдет по их вине. Уверяю, она внушительна!

– Я читал и знаю. – Расмус нахмурился еще больше. – Именно поэтому и позвонил – узнать, как все прошло.

– Скажем так, приняли с распростертыми объятиями. – Она усмехнулась, вспомнив пустоголовых подруг кузины.

– Хорошо. Если что-то понадобиться – звони.

– Разумеется. – Донна первой нажала клавишу отбоя.

Дремота окончательно прошла, зато захотелось каппи. Натянув первые попавшиеся под руку джинсы и толстовку, Донна собрала волосы в неаккуратный хвост и направилась к выходу.

Соседки по отсеку все еще сидели в общей комнате, расположившись на двух диванах, стоявших под углом друг к другу: они явно обсуждали последние сплетни. Донна хотела незаметно проскочить, но не вышло.

– О, ты куда? – поинтересовалась Моника. – Еще и в таком виде?

– Хочу купить себе каппи.

– Он же портит цвет кожи, – ужаснулась Лилу.

– Только блондинкам, – уверила ее Донна. – Рыжим лишь придает ясность взгляда! – И видя, что девушки сомневаются, добавила, будто по секрету: – Это новейшие исследования ученых с планеты Англенд!

– О-о-о! – почти благоговейно протянули девушки, а Донна, хихикнув, вышла. Она всегда пользовалась этим маневром с кузиной, избегая ненужных споров. Авторитет ученых именно Англенда не подвергался сомнениям, и им постоянно приписывали все сомнительные научные открытия. Донна подозревала, что сами ученые зачастую понятия не имели, что именно они опять открыли.

Выйдя из кампуса, Донна на мгновение задумалась, а потом отправилась прямо по газону к видневшемуся впереди зданию из красного кирпича – одному из старейших домов Куинси. Там на первом этаже располагалась булочная, в которой каппи варила сама хозяйка: пухлая серокожая женщина с серебристо-серыми кудряшками и ярко-голубыми глазами. Звали ее Элл, и за булочной давно закрепилось одноименное название.

Подойдя к входу, Донна невольно улыбнулась, теперь над дверью висела вывеска «У Элл». Невольно предвкушая встречу, она вошла.

Над головой звякнул колокольчик, извещая хозяйку о новом госте. Донна шагнула и покрутила головой. Свободных мест не было. Студенты большими компаниями сидели за пятью круглыми столами, те, кому не хватило места, ютились на подоконниках или же прислонились к стенам. При виде Донны все изумленно замолчали. Чувствуя себя слегка неуютно под любопытными взглядами, она прошла к прилавку и приветливо улыбнулась.

– Элл.

– Мисс О’Доннал? – Тон хозяйки был вызывающе враждебным. – Что заставило вас зайти сюда?

– Всего лишь каппи. – Донна недоуменно моргнула. – Все же знают, что у тебя лучший каппи в Куинси.

– Ах, и сейчас вас не смущает, что он сварен серокожей? – Хозяйка подбоченилась. – Решили снизойти до старой Элл? Особенно после того, что вы и ваши подружки устроили в моем заведении! Я потом три дня стены отмывала!

Донна сжала кулаки, жалея, что кузины нет поблизости, – она с большим удовольствием свернула бы шею этой заносчивой дуре.

– Знаешь, я ведь пришла извиниться, – четко сказала Донна так, чтобы слышали все. Хозяйка недоверчиво посмотрела на нее.

– Что мне толку от ваших извинений? Или вы считаете, что, извинившись, сможете мозолить здесь глаза, и я, словно прислуга, буду подавать вам свой каппи? Нет, мисс, это заведение лишь для друзей! Такие, как вы, здесь – нежеланные гости!

– Ясно, – процедила Донна. – В таком случае не смею больше задерживать остальных. Хорошего всем дня.

Донна развернулась на каблуках и вышла. Она еще даже не закрыла до конца дверь, когда все принялись обсуждать происшествие. Донна скрипнула зубами, в Куинси новости расходились быстрее скорости света. К вечеру весь университет будет знать, что Элла отшила эту зазнайку Теодору О’Доннал, хотя та буквально умоляла хозяйку кафе сменить гнев на милость. При мысли о том, что все будут считать, будто в кафе заходила Теа, Донна почти повеселела. Во всяком случае, воспоминания о гневной отповеди вызвали даже какое-то подобие улыбки.

Она прошла по газону и села под раскидистым деревом, бывшим дубом до тех пор, пока факультет генетики не добрался и до него. Теперь весной дуб цвел точно вишня, а по осени плодоносил плодами, напоминающими мелкие яблоки.

Донна села прямо на траву, подобрала красноватый плод и надкусила, поморщилась, вкус был словно у желудя: горький и вяжущий.

– Держите. – Перед глазами возник пластиковый стаканчик, на боку которого была нарисована буква «Э». Откинув выбившуюся из хвоста прядь, она подняла голову. Томаш Томсон стоял и протягивал ей стаканчик, в таких Элла продавала свой каппи навынос. Девушка вздохнула:

– Вы были там?

– Да, и если хотите знать мое мнение, с вами обошлись несправедливо.

– Не думаю. Элла не будет поднимать шум из ничего.

– Что вы натворили?

Донна пожала плечами:

– Позвольте оставить это в секрете, я не хочу пасть в ваших глазах еще ниже.

– Я могу сесть рядом, – предложил интервьюер, – тогда мы окажемся на одном уровне.

В подтверждение своих слов он сел так, чтобы их разделял ствол дерева, и вновь протянул стаканчик с каппи.

– Я купил его специально для вас. Держите.

– Спасибо. – Искушение было слишком сильным, и Донна не смогла устоять. – Не боитесь впасть в немилость у Эллы?

– Я никогда не был у нее в чести. – Томаш повернул голову, чтобы видеть девушку. Она пила каппи маленькими глотками, явно получая удовольствие от этого нехитрого действия. – Странно, такое ощущение, что вам именно этого не хватало.

– Каппи?

– Нет, всего этого, – он взмахнул рукой, указывая на газон, – дерева, каппи, самого университета.

– Нет. – Донна допила напиток и поспешно встала. – Вы ошиблись. Всего доброго.

Прежде чем ее случайный знакомый смог что-то сказать, она зашагала к кампусу.

Там уже ждали подруги Теа. Они все еще сидели на диване, с явным сочувствием смотря на вошедшую в комнату Донну.

– Как ты, дорогая? – спросила блондинка.

– Все хорошо. – Она слегка нахмурилась, затем понимающе усмехнулась. – А… вам уже рассказали?

– Да, Джек, ну, нападающий, с которым встречается Моника. Он встретил своего брата Гарри, а тот как раз был у Эллы вместе с Джошуа… помнишь, того страшного прыщавого парня, который клеился к Лилу в прошлом году?

– По всей видимости, должна помнить…

– Да, так вот Джошуа сказал… – Лилу осеклась и беспомощно посмотрела на подруг. – А что он сказал?

– Что наконец-то эта заносчивая рыжая стерва получила по носу, – подсказала Джина и с каким-то снисхождением посмотрела на Донну. – Милая, зачем ты вообще туда пошла, да еще пыталась извиниться?

– Мне захотелось каппи, – просто сказала. – У Эллы он лучший.

– Возможно, но она же серокожая! – возмутилась Лилу. – И к тому же мы тогда сильно ее разозлили.

– Она до сих пор это прекрасно помнит! – Донна села на свободный диван и выжидающе посмотрела на подруг кузины, те переглянулись.

– Да, мы тогда здорово повеселились, запустив к ней тараканов с желтыми точками на крыльях. Помнишь?

– Не совсем, – уклончиво ответила она.

– Да ты же тогда на ногах не стояла! – хихикнула Моника. – После мураш-травы.

– Даже так? – пробормотала Донна и чуть громче добавила: – Странно, что нас не попросили из университета.

– Ну… Мак-Кинтош болел, а остальные предпочли замять дело. Да и непонятно было, может, там действительно были тараканы, в отличие от белых, серокожие обычно неопрятны, – отозвалась Лилу.

– И вообще они – глупые и бездарные, – подхватила Джина.

– Согласно второй поправке, все расы равны, – не сдержалась Донна. Она ненавидела такие разговоры, всегда вспоминая Расмуса, и… оборвала себя, запрещая себе думать об этом человеке. То, что она вновь была в Куинси, не означало, что надо предаваться сентиментальным воспоминаниям. Она не сразу поняла, что у нее что-то спрашивают.

– Второй поправке чего? – нетерпеливо повторила Лилу.

– Межгалактической конституции. – Донна опять вздохнула. – Это такой доку… первый выпуск «Межгалактического базара», только для политиков.

Впервые она увидела понимание в глазах.

– Так бы сразу и сказала, – обиженно пробурчала Моника.

– Я просто решила проверить, насколько все запомнила, – спохватившись, пояснила Донна. – Мне же надо сдать все задолженности.

– Какая разница, что написано, – фыркнула Джина. – Это не отменяет исторический факт, что серокожие долгое время были рабами белых.

– И они тоже хорошо помнят это время, – кивнула Донна, – так что, девочки, советую вам поменьше рассуждать о превосходстве по цвету кожи, иначе на вас могут подать в суд.

Она встала и потянулась.

– Ладно. Не знаю, как вы, а мне надо заняться рефератом.

Уже закрывая дверь, Донна услышала трагический шепот:

– Девочки, она стала заучкой!

– Глупости, просто, в отличие от нас, Теа нашла себе жениха и скоро выйдет замуж, поэтому ей и надо получить диплом. Мне об этом по секрету сказала Ирма Салливан, а она врать не будет!

Дальше слушать Донна не стала, поскольку не хотела тратить время понапрасну.

Она просидела, вернее, пролежала за лэптопом весь день. К вечеру реферат был все-таки написан, но спина и руки ужасно болели. Не выдержав, Донна открыла сайт и заказала себе неприлично дорогое компьютерное кресло, записав траты на счет Расмуса.

Стол решила просто освободить. Для этого, вооружившись одной из больших пыльных пластиковых коробок от обуви, которые валялись под кроватью, Донна решительно подошла к завалам косметики.

Уже через пять минут она не думала, что заняться уборкой было хорошей идеей.

– Зачем ей крем с экстрактом ботексных улиток, увеличивающий грудь? – Донна вертела в руках баночку, стоившую, судя по полуистертой надписи, чуть дороже, чем кресло, которое она заказала. Прочитав состав, она положила ее в коробку, потянулась еще за одной, розовой, но все-таки взглянула на себя в зеркало, внимательно изучая грудь. Достала крем, открыла крышку, подозрительно понюхала и вернула его на место.

Когда с уборкой было покончено, на столе остались лишь четыре тюбика, которые Донна сочла достойными себя, и баночка с кремом для увеличения груди. Зато на полу стояли две доверху набитые коробки. Поразмыслив, она вышла в общую комнату и позвала соседок. Выглянули лишь две, Лилу наверняка ушла куда-то.

– Что там у тебя? – Джина недовольно щурила ненакрашенный глаз. Второй уже был обведен карандашом, на веко густо наложены серые тени, в лунном свете дававшие эффект перламутра.

– Я подумала, может, вам что нужно. – Донна с трудом вытащила коробку.

– Вау! – Моника коршуном кинулась на нее, но вдруг остановилась и пристально посмотрела на щедрую дарительницу. – В чем подвох?

– Ни в чем, – покачала головой та. – Мне это все не нужно.

Джина переглянулась с Моникой, и обе, не сговариваясь, набросились на косметику.

– Только не разбрасывайте все! – предупредила Донна. – И Лилу оставьте!

Упоминание о подруге вызвало скорбный вздох, впрочем, Моника поспешила отложить для нее кое-что. Понимая, что она вновь лишняя, Донна отправилась к себе в комнату. Минут через двадцать в дверь громко постучали.

– Теа!!!

Донна, все это время бесцельно лежавшая на кровати, открыла. Джина стояла на пороге уже при полном макияже.

– Ты еще не одета? Собирайся быстрее, а то опоздаем!

– А… а куда мы идем? – спросила Донна.

Джина посмотрела на нее с ужасом:

– Не может быть, чтобы ты забыла о ежегодной вечеринке в доме Амстела! – По традиции все дома, где жили студенты-отличники, назывались именами наиболее значимых меценатов.

– Ах да, вечеринка. – Донна натянуто улыбнулась. – А нас туда пустят?

– На этот раз – да. Ведь Лилу встречается с Гарри.

– С Гарри?

– Теа, тебе нельзя так много сидеть за учебниками! – всплеснула руками Джина. – Ты начинаешь терять память! Гарри, он выпускник и староста дома Амстела!

– Точно! – Донна щелкнула пальцами. – Спасибо, Джина, за приглашение, но я не пойду.

– Глупости! Чем еще заниматься вечером, как не вечеринками!

– Учиться?

– Учеба может подождать, а такая вечеринка проходит только раз в году. Ну же, Теа!

– Нет. – Донна покачала головой. Она серьезно опасалась, что на вечеринке ее могли узнать или разоблачить. – Давай не сегодня?

– Как хочешь. – Джина обиженно поджала губы. – Не знала я, что генная модификация затронет и мозги!

Она резко развернулась и направилась к выходу.

– Моника, идем! Заучка остается!

Как только обе девушки вышли, Донна нашла в списке номер Теа и позвонила. Кузина не взяла трубку. Ругнувшись, Донна отшвырнула смартфон и снова упала на кровать. Семестр обещал быть очень трудным.

Глава 7

Утром Донна проснулась от какого-то голоса, звучавшего буквально везде. Сначала она даже испугалась, что кто-то пробрался к ней в комнату, потом поняла, что это было всего лишь студенческое радио. Радио. Она подскочила и взглянула на часы, выругалась, до пары оставалось всего пятнадцать минут.

Пулей вылетев из комнаты, Донна попыталась пройти в ванную, но дверь была закрыта.

– Эй, кто там? – Донна подергала ручку. В ответ раздалось вялое «отстань», а затем звуки, не вызывавшие сомнений, что соседки слишком хорошо повеселились ночью. Она еще раз выругалась. Взглянула на часы, вылетела в коридор и постучалась к соседям. Дверь открылась почти сразу.

– Тебе чего? – спросила долговязая девица, с удивлением рассматривая незваную гостью.

– Я… ванна занята, а я опаздываю на пару… – Заметив недоверчивое выражение лица хозяйки комнаты, Донна умоляюще посмотрела на нее.

– И в чем подстава? – спросила та.

– Никаких подстав. Знаю, я была заносчивой стервой все эти годы, но я… изменилась, и, пожалуйста…

– Ладно. – Девица посторонилась. – Заходи, но только не больше пяти минут! Если что – я отключу тебе воду!

– Справлюсь и быстрее! – Донна хлопнула дверью. Она выскочила через три с мокрыми волосами и, на ходу поблагодарив свою спасительницу, понеслась к себе в комнату одеваться.

На пару она все равно опоздала. Слегка поколебавшись, стоит ли привлекать к себе внимание, Донна вздохнула и, открыв дверь, зашла в аудиторию.

Преподаватель стоял к ней спиной – высокий, с белыми волосами и серой кожей, он с явным раздражением что-то говорил студентам.

– Меня зовут…

Скрип двери заставил его обернуться. Аметистовые глаза расширилась, он оторопело уставился на вошедшую.

Донна ахнула и невольно сделала несколько шагов назад. Перед ней стоял Кьерстен Сонг. Ошибки быть просто не могло, слишком уж часто она вспоминала его в своих снах.

Кровь отхлынула от лица. Он просто не мог, не должен быть здесь, это какая-то ошибка. Что один из лучших адвокатов во всей Межгалактической Федерации мог делать здесь, в университете. Со времен аспирантуры Кьерстен ненавидел преподавание. Она моргнула, прогоняя видение, но мужчина все еще стоял, буквально впившись взглядом в ее лицо. Кьер. Единственный, кому Донна смогла поверить. И кто разрушил это доверие, легко отказавшись от нее.

– Донна? – Голос был именно таким, каким она помнила: красивым, мелодичным, глубоким. Тот самый, которым Кьер ночью обычно шептал ей на ухо: «А ты и вправду рыжая». – Какими судьбами ты здесь?

Донна вздрогнула, понимая, что это не сон. Кьер не должен узнать ее. Никто не должен.

– Простите, что опоздала, я – Теодора О’Доннал. – Она постаралась кокетливо улыбнуться. Гримаса вышла отменная.

– Теодора О’Доннал, – повторил Кьер, слегка прищуриваясь. Он всегда так делал, когда понимал, что ему лгут. – Вы уверены, что это ваше имя?

– Да. Вы, наверное, спутали меня с кузиной, нас всегда путают. – Донна взглянула на студентов, сидящих в аудитории. Некоторые из них даже привстали, чуя очередную сплетню.

– Значит, Теодора… – протянул Кьер, слегка хмурясь, словно не мог решить, как ему поступить, затем кивнул: – Проходите, мисс О’Доннал… надеюсь, ваше опоздание носит разовый характер?

– Да она вообще на лекции не приходит, – фыркнул один из студентов, достаточно привлекательный блондин, сидевший на предпоследнем ряду. Донна прикусила губу, чтобы не сорваться и не поставить нахала на место, тогда она точно выдала бы себя.

Кьер пристально посмотрел на шутника:

– Ваше имя, молодой человек?

– Генри. Генри Кирсби. – Студент нехотя встал. На губах преподавателя появилась нехорошая улыбка.

– Вы посещаете лекции?

– Разумеется. Я – один из лучших. – В голосе парня послышалась гордость. Донна хмыкнула, прекрасно зная, что последует за этим: Кьер ненавидел таких зазнаек.

– В таком случае, мистер Кирсби, расскажите нам, пожалуйста, основные постулаты, на которых базируется свод законов планеты Эрин, – вкрадчиво предложил он.

– Ну… это… там принцип… наверное, там есть принцип семей… – промямлил Генри.

– То есть вы не знаете? А ведь вы посещали все лекции… – издевательски протянул Кьер. Он обвел взглядом аудиторию. Один за другим студенты опускали головы, старательно пряча глаза. Все, кроме рыжеволосой обманщицы. Она так и стояла у дверей и пристально смотрела на преподавателя.

– Мисс О’Доннал, – тот хищно улыбнулся, – а вы их знаете?

Донна улыбнулась, но тут же вспомнила про Теа и нервно хихикнула.

– Нет, – она чуть подумала и добавила расхожую среди студентов фразу, по преданию, даровавшую амнистию, – но к экзамену обязательно выучу.

Аметистовые глаза гневно сверкнули, девушка слегка опустила голову, пряча глупую улыбку.

– Знаете, до экзамена вы можете просто не доучиться. – Кьерстен щелкнул по планшету, выводя на экран личное дело Теодоры О’Доннал. Действительно Теодора О’Доннал была копией своей кузины. Правда, лишь внешне. Судя по журналу успеваемости, у стоящей перед ним девицы были задолженности по всем предметам. Кьер вновь посмотрел на стоящую перед ним студентку, сличая с голографией. Что-то все же было, что настораживало, не давая ему поверить, что перед ним стоит дочь Расмуса О’Доннала.

– Вы мне угрожаете? – вежливо осведомилась девушка, откидывая со лба челку. Кьер вновь нахмурился. Ему вновь показалось, что перед ним стояла именно Донна. Только она так вскидывала голову, чуя хорошую схватку.

– Я лишь предупреждаю, вы и сами прекрасно знаете, каковы ваши оценки, – очень вкрадчиво сказал он. – Впрочем, мы можем обсудить вашу успеваемость чуть позже в моем кабинете.

– И зачем мне туда идти? – Она едва заметно наклонила голову набок. Донна всегда так делала, когда волновалась. Это было почти незаметно для окружающих, но Кьерстен ждал, что она сделает именно так.

– Наверное, сдать мне задолженность за прошлый семестр? – Кьер снова улыбнулся, правда, на этот раз улыбка напоминала оскал. – Не волнуйтесь, мое предложение не несет сексуального подтекста, и я, следуя традиции, оставлю дверь открытой на случай, чтобы избежать возможных обвинений в совращении студентов. А теперь – садитесь и постарайтесь больше не опаздывать!

Донна вспыхнула и уже хотела высказать Кьерстену Сонгу все, что думает, но, заметив искры в его глазах, промолчала и послушно заняла свободное место. Оно оказалось на первом ряду, и теперь преподаватель стоял прямо перед ней. Кажется, он что-то говорил, все еще посматривая на нее, но Донна уже не слушала, погрузившись в воспоминания.

Она познакомилась с Кьером в университете. В тот день метеорологи сдавали зачет по изменению погоды для орошения полей, и над университетом внезапно хлынул ливень. Охнув, Донна, которая направлялась в учебный центр, поспешила укрыться на крыльце ближайшего здания, это оказался дом Хагвардса, где жили старшекурсники.

Как только она вбежала по ступеням, дверь приоткрылась.

– Заходи быстрее, – потребовал серокожий беловолосый студент, – а то промокнешь!

– Я уже промокла, – возразила Донна, входя в дом и с интересом рассматривая комнату с огромным электрическим камином и мягкими диванами. Под одним из них валялось насколько пустых пивных бутылок, а на поверхности журнального столика были рассыпаны крошки от чипсов.

– Смелее, сейчас никого, кроме меня, нет. – Старшекурсник щелкнул сенсорным пультом, включая камин. – Все разошлись. И думаю, пока дождь не прекратится, они не появятся.

– А ты почему остался? – Донна слегка насторожилась, понимая, что находится одна с незнакомым мужчиной.

– Писал диплом. – Он кивнул на небольшой лэптоп, валявшийся на диване.

– И как успехи?

– Трижды проверил почту, дважды – сообщение Межгалактической социальной сети, выпил пива… – Он пожал плечами. – А потом увидел тебя, скачущую по лужам, и понял, что это прыгает девушка моей мечты…

– Так всегда бывает после пива, – кивнула Донна. – Ладно, извини, что помешала, спасибо за гостеприимство, мне пора.

Она взглянула в окно, надеясь, что дождь хотя бы стих, но нет, струи воды хлестали по стеклу, словно снаружи кто-то поливал из шланга.

– Похоже, кто-то сегодня не сдал зачет… – Студент перехватил ее взгляд. – Ты, конечно, можешь попытаться пойти, но смысл…

– Я все равно промокла, – возразила девушка, чувствуя, что от мокрой одежды начинает дрожать.

– Я бы предложил тебе раздеться, – понимающе усмехнулся студент, – но, судя по твоему взгляду, боюсь, что ты неправильно все поймешь. Впрочем, если ты передумаешь, я готов предоставить тебе во временное пользование мою футболку.

– Щедрое предложение, – фыркнула Донна, слегка уязвленная, что собеседник так ее разгадал. – А как насчет нижнего белья?

– Мое тебе точно не подойдет, но, впрочем, моя очередная подружка оставила что-то. Хочешь? – Хозяин дома так и лучился дружелюбием.

Донна посмотрела на него, едва заметно наклонив голову.

– Как я понимаю, с ней ты познакомился так же?

– Конечно! Не поверишь, я же целыми днями сижу у окна и жду, когда пройдет симпатичная девушка. И тут же вызываю дождь!

– Только что ты заявлял, что я – девушка твоей мечты!

– А что, считаешь, что девушка моей мечты не должна быть симпатичной?

– Как правило, мечтают о красавицах. – Донна не хотела себе признаваться, но этот парень с аметистовыми глазами начинал ей нравиться.

– У каждого правила есть исключение. Считай, что я исключение! С тебя, кстати, уже лужа натекла!

Донна посмотрела себе под ноги и вздохнула:

– Ладно, исключение, давай сюда свою футболку, и, чур, не подглядывать!

Футболка оказалась просто огромной. Она спускалась почти до колен, сидела мешковато, скрывая фигуру.

Донна хотела оставить хотя бы нижнее белье, но оно тоже промокло насквозь, пришлось снять и его. Благо в доме была сушильная машина. Заложив все туда, она включила программу экстрасушки и, немного смущаясь своего вида, вернулась в общую комнату. Кьер уже сидел за лэптопом и старательно стучал по клавишам.

Услышав шаги, он оторвался от экрана и кивнул на стол, на котором уже стояла огромная кружка.

– Я заварил чай.

Донна скептически посмотрела на темную, почти черную жидкость, на поверхности которой плавали чаинки. Не желая расстраивать гостеприимного хозяина, она все-таки взяла кружку и сделала маленький глоток. Чай оказался очень приятным, со сладковатым, слегка вяжущим вкусом. К тому же Кьер слегка сдобрил его чем-то спиртным, и явно не имбирным пивом, разрешенным в университете. Она хотела ехидно спросить, но студент предупреждающе поднял руку.

Не желая мешать, Донна опустилась на соседний диван. Пождав ноги, она задумчиво посмотрела на окно, за которым бушевал самый настоящий ураган.

– Согрелась? – Оказалось, что Кьер смотрит на нее поверх своего лэптопа.

– Да, спасибо. – Донна отставила почти пустую кружку.

– Если захочешь перекусить, то у меня осталась еще упаковка чипсов.

– Я смотрю, ты – радушный хозяин!

– Что есть, то есть! – Он усмехнулся и вновь занялся дипломом. Больше они не сказали друг другу ни слова.

Ураган стих как раз к тому моменту, когда сушилка подала сигнал о завершении программы. Быстро одевшись, Донна поблагодарила хозяина и поспешила уйти, пока не вернулись остальные студенты.

На следующий день Кьерстен с розой в руках ждал ее у кампуса…

– Мисс О’Доннал! – Резкий оклик заставил вздрогнуть. – Буду признателен, если вы перестанете сидеть с мечтательным видом, а займетесь, как и все, конспектированием!

Донна захлопала глазами, понимая, что пропустила лекцию. Студенты вокруг оживились, она вновь опустила голову.

– Простите, этого больше не повторится.

– Разумеется. – На этот раз голос Кьера напоминал лед. – Жду вас в пять у себя в кабинете. Лекция закончена. Всем хорошего дня.

Он вышел, громко хлопнув дверью. Донна выдохнула и огляделась. Ни одного сочувствующего взгляда. Сплошное презрение и безразличие. Похоже, кузина умудрилась настроить против себя абсолютно всех.

Остальные лекции прошли спокойно. Преподаватели, которых Донна прекрасно помнила по своей учебе, в лучшем случае удивленно смотрели на нее, в худшем – комментировали появление «звезды всех вечеринок», но она просто не реагировала ни на эти комментарии, ни на ехидные смешки остальных студентов.

На ланч Донна, устав от пристального внимания, решила никуда не ходить. Купив в ближайшем к учебному корпусу кафе нечто, значившееся как лапша из розового шпината с марсианскими креветками, она прошла на газон и села под огромное дерево с бордово-голубыми листьями. Открыла коробку, скептически посмотрела на разваренное месиво, среди которого одиноко торчал черный рыбий хвост, и вновь закрыла, с тоской взглянув на заветную булочную, куда вход ей был заказан.

– Не это ждете? – Вопрос заставил ее подскочить. Томаш Томсон, как обычно, возник просто ниоткуда, протягивая заветный стаканчик. Донна хмуро посмотрела на него.

– Знаете, это переходит уже все границы!

– Почему? – Он демонстративно огляделся. – Мы находимся в границах университета Куинси!

– Именно! Поэтому я прошу вас соблюдать Устав. Романы между студентами и сотрудниками университета запрещены.

– Это касается лишь преподавателей, – небрежно отмахнулся Томаш. – Я читал Устав.

– Согласно поправке номер сто четырнадцать, принятой двадцать лет назад, это касается всех сотрудников университета Куинси! – отчеканила Донна, понимая, что у нее уже нет сил изображать глупышку. Она встала и спокойно добавила: – Поэтому, если вы и дальше будете преследовать меня, мне придется заявить в деканат!

Интервьюер смерил ее насмешливым взглядом.

– В Уставе нет запрета угощать студентов каппи.

– Зато есть запрет способствовать успеваемости, а ведь именно это вы мне и предлагали в звездолете… – Донна изогнула одну бровь.

Томаш ухмыльнулся:

– Тогда мы были в космосе, там не действует Устав. К тому же… кто об этом знает…

– Он действует везде, а мой лэптоп автоматически записывает все разговоры, даже этот. – Ей доставило удовольствие увидеть неподдельный испуг на лице этого самодовольного нахала. Томаш мрачно посмотрел на нее и отошел, пробормотав себе под нос что-то нелицеприятное.

Настроение окончательно испортилось. Донна вновь опустилась на траву, чувствуя непреодолимое желание напиться именно сейчас и чем-нибудь гораздо крепче имбирного пива – единственного алкогольного напитка, разрешенного среди студентов.

Глава 8

Кьер стоял в кабинете бывшего однокурсника, ныне декана юридического факультета, и задумчиво смотрел в окно. Там рыжеволосая девушка, как две капли воды похожая на Донну, что-то говорила желтоглазому мужчине, настойчиво протягивающему ей стаканчик из булочной Эллы. Девушка покачала головой, но мужчина не отступал. Даже из здания было видно, что рыжеволосая сердито нахмурилась, как всегда делала Донна. Кьер знал, что в этот момент ее зеленые глаза яростно сверкнули.

– Кьерстен, ты меня слышишь? – Джейсон Роу слегка обиженно посмотрел на бывшего однокурсника. В руках у новоявленного декана были два бокала с виски.

– Извини, засмотрелся. – Тот виновато вздохнул и забрал один из бокалов.

– На что? – Джейсон подошел и встал рядом с приятелем, подслеповато прищурился, протер очки и вновь водрузил их на нос. Это вызвало легкое раздражение у Кьера.

– Почему ты просто не сделаешь генную модификацию по коррекции зрения? – спросил он, пригубив виски. Янтарный напиток отозвался на языке дубовым послевкусием.

– А зачем? – беспечно отозвался бывший однокурсник. – В моем положении очки прибавляют солидности.

Кьер скептически посмотрел на сутулую, худощавую и оттого непропорционально длинную фигуру декана, но промолчал. Тот тем временем с удивлением наблюдал за сценой, разыгрывавшейся под деревом с бордово-голубыми листьями.

– Странно… Томаш Томсон… он-то что там делает?

– Ты его знаешь? – Кьер постарался не показывать своего интереса.

– Конечно. Томаш – интервьюер. Пришел с новым проректором, пока Мак-Кинтош болел.

– Проректор был не из Куинси?

– Нет. – Джейсон поморщился. – Кому-то наверху показалось, что ректорат Куинси стал слишком много позволять себе, и они прислали нового проректора… – Он подслеповато захлопал глазами, будто пучеглазая сова. – Погоди, а кто это с ним?

Декан еще раз протер очки. Рыжеволосая девушка в этот момент встала, судя по ее лицу, она собиралась дать решительный отпор.

– Это же… как звали ту рыжеволосую девушку, с которой ты встречался на последних курсах? – Джон посмотрел на приятеля, тот с деланым безразличием глотнул виски.

– Донна. Нет, это ее кузина Теодора.

– Ничего себе. – Декан присвистнул. – Погоди… Теодора… Теодора О’Доннал?

– Ты о ней что-то знаешь?

– Да. Недавно пришлось звонить ее отцу и объяснять, что с такой успеваемостью по всем предметам девица просто вылетит из Куинси.

– И что он ответил?

– Напомнил, что новый научный центр построен, в том числе, на его деньги. Я предложил увековечить его имя табличкой на стене.

Кьер рассмеялся:

– Представляю, как он позеленел от злости.

– Не знаю, в тот момент голограмма потемнела.

– Ясно. – Кьер допил виски и поставил бокал на стол. – А зачем ты вызвал меня?

– Узнать, что тебе на самом деле нужно. – Джейсон тоже поставил пустой бокал на стол и пристально посмотрел на однокурсника.

– С чего ты взял? – Тот потянулся к бутылке и вновь плеснул виски.

– С того, что один из лучших адвокатов Межгалактической Федерации вдруг увольняется из одной из лучших контор этой самой Федерации и идет преподавать…

– В один из лучших университетов… – Кьер отсалютовал бокалом.

– Кьерстен, ты всегда был далек от преподавания. Да ты просто ненавидишь это! К тому же ты наверняка зарабатывал столько, что тебе вполне хватит спокойно пересидеть год, ничего не делая.

– Может быть, я сильно потратился… все эти костюмы…

– Никогда не поверю. Так что выкладывай, что ты здесь забыл.

– Иначе ты меня уволишь?

– Я что, похож на идиота? Заполучить одного из лучших практикующих адвокатов и тут же его уволить? Да ты же меня засудишь!

– Верно. – Кьер ухмыльнулся. Джейсон с лукавым видом посмотрел на него поверх очков.

– Но ведь я могу загрузить тебя семинарами и дипломниками… Об этом ты, кажется, не подумал…

Кьер отставил бокал и внимательно посмотрел на декана.

– Не боишься, что я сам уйду?

– Не думаю. Ты пришел сюда не просто так, а зная Серену Гластонберри, подозреваю, что тебе явно что-то надо, что перевешивает все неприятности от преподавания. На самом деле ты мне тоже нужен, поэтому предлагаю сделку: ты помогаешь мне, а я – тебе.

– Ты никогда не думал, что мы можем быть по разные стороны?

– Нет, не думаю. – Джейсон вновь сел за стол. – Мои интересы касаются студентов. Вернее, качества их подготовки. Твои наверняка тоже.

– С чего ты взял?

– Навел справки. У вас был ряд проблем со стажерами, из-за них вы пару раз чуть не проиграли процесс.

– У тебя хорошие осведомители.

– Одно из преимуществ декана университета Куинси: у нас везде есть свои люди. – Джейсон поправил очки и решительно закончил: – Кьерстен, подобные проблемы почти у всех, кто получил на стажировку наших выпускников. Я не понимаю, что происходит, но в Куинси начинают со всех сторон поступать жалобы на подготовку студентов.

– Странно.

– Именно. Я хочу, чтобы ты помог мне разобраться в этом. – Джейсон вновь посмотрел на стоявшего перед ним однокурсника.

– Почему я?

– Потому что ты не работал здесь, и ты непредвзято отнесешься ко всем.

– Не скажи, – ухмыльнулся Кьер. – Я ведь злопамятен и могу вспомнить минимум троих, кому мне приходилось по три раза пересдавать экзамены, чтобы не лишиться стипендии!

– Один из них был уволен со скандалом в конце семестра.

– Вот как? Почему?

– Официальная причина – взятка, но на самом деле он отказался ставить переводную оценку кому-то из студентов, а у того были слишком богатые родители.

– И Мак-Кинтош пошел на это?

– Он как раз болел, и всем управлял проректор.

– Полагаешь, все идет от него?

– Я это знаю, но не могу доказать. Я – теоретик, Кьер, а ты всегда был практиком. Мне нужна твоя помощь.

Кьер покрутил бокал в руках, размышляя над тем, что услышал, затем подошел к окну и вновь взглянул на огромный двор. Донна, вернее, похожая на Донну рыжеволосая девушка так и сидела под деревом, обхватив колени руками. Донна всегда так делала, пытаясь обрести внутреннее спокойствие. Он не видел ее лицо, но точно знал, что изумрудные глаза прикрыты, а длинные ресницы отбрасывают тень на белоснежную кожу. Почувствовав, что за ней наблюдают, девушка подняла голову, заметила преподавателя, стоявшего у окна, и явно вздрогнула. Бросив взгляд на часы, она поспешно встала и сделала вид, что торопится на лекцию.

Проводив ее взглядом, Кьер вновь повернулся к однокурснику. Тот по-прежнему сидел за столом и все еще ждал ответа. А ведь он выполнит свою угрозу – вдруг понял Кьер. Выполнит, завалив его ненавистной работой так, что у него не останется времени ни на что, особенно на то, чтобы понять, кто же эта рыжая. К тому же, чего лукавить, у них двоих были схожие цели, а Джейсон Роу, всю свою жизнь проработавший в университете, имел куда больший доступ, чем недавно прибывший Кьерстен Сонг, считавшийся почти чужаком.

– Я подумаю над твоим предложением. – Кьер со стуком поставил бокал с недопитым виски на стол.

Джейсон ухмыльнулся:

– Не можешь сразу согласиться?

– Верно.

– Скажи, что тебе надо, я добуду документы. Это – акт доброй воли.

Кьер задумался.

– В качестве «доброй воли» могу тебе сказать, что если это взятки, то вряд ли они поступают на официальные счета. Следовательно, нужно искать траты. Что-нибудь такое, что могло бы выйти за рамки: часы, дорогие туфли, спортивные флаеры… попробуй поговорить с коллегами по поводу летнего отдыха.

– Я понял. – Джейсон сделал несколько пометок в электронном ежедневнике. – Мы с тобой словно шпионы, да?

Кьер насмешливо посмотрел на него.

– И избегай электронных ежедневников. Все твои заметки наверняка попадают на сервер.

Джейсон покраснел и засуетился, удаляя запись. Кьерстен махнул рукой и вышел. Ему пришлось пройти вдоль всего крыла, чтобы попасть в небольшую комнату, ставшую его кабинетом.

Кабинеты преподавателей Куинси по традиции, идущей из старинных учебных заведений Земли, были обиты панелями, имитирующими темное дерево, а в стрельчатых окнах были витражы, которые меняли рисунок по желанию хозяина кабинета. Сейчас там были цветы. У Кьера мелькнула шальная мысль создать весьма двусмысленные картинки и посмотреть на реакцию рыжей девушки, так похожей на Донну. Уловив его мысли, цветы, нарисованные на стекле, сразу задрожали, их контуры начали перетекать в обнаженные мужские и женские фигуры, но тут же пропали, оставив просто асимметричные разводы.

Двадцать шагов вдоль, тридцать поперек. Кьер сел за стол и с тоской подумал о своем огромном кабинете со стеклянными стенами и шикарным видом на мегаполис. Здесь вид был на увитую плющом кирпичную стену соседнего здания.

Мелодичный звон смартфона вывел его из раздумий. Кьер бросил взгляд на экран. Серена.

– Да? – Он щелкнул по экрану, наблюдая, как из воздуха появляется голограмма. Связь была не слишком стабильной, и изображение Серены то и дело распадалось на пиксели. – Чему обязан?

– Ты мило устроился. – Она с любопытством осмотрелась.

– Только не говори, что ты тратишь деньги на межпланетную связь, чтобы убедиться, что мне здесь уютно!

Серена улыбнулась.

– Не можешь поверить, что я беспокоюсь о тебе?

– Что беспокоишься, могу. – Он специально выделил слово «беспокоишься».

Серена мелодично рассмеялась:

– Ты прав. Я беспокоюсь о фирме.

– Что так?

– Кьер, сегодня я провела экзамен среди младшего персонала. Это ужасно.

– Да, я в курсе, если ты еще не поняла.

Фиалковые глаза пристально посмотрели на Кьера.

– Ты дерзишь мне?

– Ну, ты же меня уволила… – Он ослепительно улыбнулся.

– Кьер… – Она вновь рассмеялась. – Не думала, что тебя это так заденет!

– Меня? Нет, что ты! Как только надо будет уволить еще кого-нибудь – обращайся!

– Значит, ты обиделся… – Серена прошлась по своему кабинету и присела на край стола. Было весьма странно наблюдать, как он вдруг появился из воздуха.

– Нет. Просто считаю, что ты могла найти лучшее применение моим способностям!

– Я отправила тебя в Куинси именно потому, что ты – уникален! – возразила Серена. Кьер знал, что она играла на его самолюбии, но все равно стало приятно.

– И только? – лениво процедил он, стараясь не показать своих чувств.

– Нет. Еще ты действительно предан фирме и не станешь играть за моей спиной.

– Ты так в этом уверена? – Кьерстен постарался сказать это как можно более насмешливо, чтобы скрыть, что эта лесть ему приятна.

– Я хорошо тебя знаю. – Серена внимательно посмотрела на него своими огромными фиалковыми глазами и продолжила: – И ты же помнишь, что тебя ждет место ведущего партнера.

– Гластонберри, Питч и Сонг?

– Гластонберри и Сонг. Я собираюсь выкупить у Питча его долю.

– Думаешь, он согласится? – Кьер скептически взглянул на главу фирмы. Она улыбнулась:

– Уже согласился. Питч давно отошел от дел, к тому же он слишком стар и не хочет вникать в проблемы.

– У него есть наследники.

– Его дочь не интересует юриспруденция. А единственная внучка не живет с ними.

– Вот как? Почему?

– Там какая-то странная история. Питч не стал распространяться, а я не стала спрашивать.

– Верно, тебе же нет до этого никакого дела. Верно? – Кьер даже не пытался скрыть иронию.

Серена приподняла бровь:

– Считаешь меня стервой?

– Считаю? Милая, и ты и я это знаем… а ты еще и гордишься этим! – Он прислушался к шагам в коридоре. – Похоже, ко мне пришли. Увидимся позже!

– Береги себя! – напутствовала его Серена и отключилась. Кьер задумчиво посмотрел на то место, где только что высвечивалась ее голограмма.

Она всегда знала, чем его можно подкупить. Ведущий партнер. За это, как и за имя на вывеске, действительно стоило постараться.

К тому же нет смысла отрицать очевидное: Кьерстен уважал Серену, восхищался ею. Именно это восхищение и не позволило их роману перерасти во что-то большее, чем случайная связь, от которой оба получили максимум удовольствия. Впрочем, Серена и не настаивала на продолжении, за что он также был ей крайне признателен.

Стук в дверь вывел Кьера из раздумий.

– Да. Войдите! – слегка недовольно отозвался он. Дверь открылась, и на пороге возникла Донна. Вернее, девица, как две капли воды похожая на Донну. Интересно, как долго она стояла в коридоре, подслушивая его разговор с Сереной.

– Я не помешала? – спокойно поинтересовалась девушка.

– Нет. Я уже закончил. Проходите.

Она сделала несколько шагов, предусмотрительно оставив дверь открытой.

– Теодора О’Доннал, – протянул Кьер, словно проверяя сам себя, правильно ли он запомнил имя. – И как долго вы стояли за порогом?

– Несколько минут. – Девушка не стала лукавить. – Я пришла к назначенному времени, но вы разговаривали…

– Да. – Он заколебался, стоит ли пояснять, с кем он говорил. – Это моя коллега… с прошлой работы.

– Ясно. – Зеленые глаза смотрели с насмешкой.

– И она была моей любовницей, – произнес Кьер с вызовом. – Если вам это так интересно.

– Ничуть.

Если бы он так не наблюдал за ней, то и не заметил бы, как ее тонкие пальцы судорожно сжали папку, которую она принесла. Значит, все-таки Донна. Он довольно улыбнулся. Девушка едва заметно прищурила глаза, явно разозлившись.

– Вы сказали мне прийти, чтобы сдать задолженность. – Она протянула ему стопку бумаги с прикрепленным микрочипом – электронной версией.

– Что это? – нахмурился Кьер.

– Курсовая работа по истории имперского права за прошлый семестр, – пожала плечами. – Полагаю, именно ее вы хотели увидеть?

– Наверное. – Он и не заметил, как вскочил, стоило девушке только появиться в дверях. Чертово воспитание! – Полагаю, она будет отличаться от работы вашей кузины?

– Несомненно, – подтвердила девушка, все еще держа папку в вытянутой руке. Пришлось взять. На какой-то момент их пальцы соприкоснулись. Кьеру показалось, что по телу прошли разряды.

Они поспешно отдернули руки. Папка с глухим шлепком упала на пол. Ни один из них не наклонился, чтобы поднять ее.

– Кого вы пытаетесь обмануть, мисс О’Доннал? – тихо спросил Кьер, пристально всматриваясь в ее лицо. Ему показалось, или в изумрудных глазах мелькнуло беспокойство. Впрочем, девушка тут же моргнула, прикрывая их длинными темными ресницами.

– Никого, – спокойно ответила она. – Я просто пытаюсь получить диплом.

– С чего вдруг такое рвение? – язвительно поинтересовался Кьер. – В прошлом вы не отличались прилежанием.

– Я выхожу замуж, и мой жених настаивает на дипломе Куинси. – Донна всегда считала, что, даже блефуя, лучше придерживаться правды.

Кьер почувствовал, как в голове зашумело. Из всего он услышал лишь то, что она выходит замуж. Что ж, это вполне ожидаемо, но зачем тогда скрываться под маской другой. Он мысленно встряхнул себя; нет, это Теодора выходила замуж, и именно ее жених ставил условия. А Донна… при чем тут все-таки Донна?

– Ваш жених настаивает… – с издевкой протянул Кьер, пытаясь выиграть время.

– Семейная традиция, – пояснила девушка, наклоняясь и поднимая папку. Это было невежливо с его стороны, но Кьер присел на край стола, наблюдая за Теодорой… Или все-таки Донной?

– Вы примете работу, или мне придется передавать ее в присутствии комиссии? – тихо спросила она.

Кьер отмахнулся:

– Да. То есть нет. Положите на стол! У вас все?

– Да. – Она смотрела на него слишком спокойно. Нет, это не Донна. Странно, но после осознания этого настроение окончательно испортилось.

– Тогда я не понимаю, почему вы еще здесь! – огрызнулся Кьер. Девушка побледнела, хотя, казалось, с такой белой кожей это невозможно, и вышла.

– Черная бездна! – ругнулся он уже в пустом кабинете. Встал, открыл высокий шкаф, который уже успел переделать в бар, плеснул себе еще виски, выпил залпом, после чего вернулся за стол и, повинуясь какому-то порыву, вывел на огромный экран стационарного компьютера полные университетские досье на обеих кузин О’Доннал.

Около часа он провел, изучая их, побарабанил пальцами по столу, хмуро уставившись в потолок. Несмотря на потрясающее сходство девушек, различия были, но он все еще сомневался, слишком уж долго они не виделись с Донной.

Взгляд упал на папку, оставленную на столе. Курсовая работа Теодоры О’Доннал. Кьер не сомневался, что Донна, если работу писала действительно она, слишком умна, чтобы попасться на плагиате, но ведь были еще способы установления авторства текста. Как раз недавно он разбирал подобное дело, и в его персональном лэптопе до сих пор сохранилось несколько весьма дорогостоящих программ.

Не колеблясь, Кьер загрузил курсовую и запустил программу, выбрав в качестве сравнения дипломную работу самой Донны. Анализ не занял много времени, буквально через пять минут на экране высветилась надпись: «Совпадение 98 %».

Кьер усмехнулся. Конечно, была вероятность, что работа просто была написана Донной, а сдавала ее Теодора, но он почти был уверен, что девушка, приходившая к нему в кабинет, была именно Донной. Только так можно было объяснить то спокойствие, с которым она общалась с Кьером: как и он сам, она слишком хорошо знала его реакции.

– Даже так, – процедил Кьер, чувствуя, как его охватывает ярость. – Ну что же… мисс О’Доннал… посмотрим, кто одержит верх в этой схватке.

Он еще раз взглянул на экран, с которого ему улыбались две рыжеволосые красавицы, и выключил монитор.

Глава 9

Донна вышла из кабинета, прошла по коридору и, только свернув за угол, позволила себе прислониться к стене, чтобы перевести дух. Общение с Кьерстеном Сонгом выматывало гораздо больше, чем любое судебное заседание.

Она до сих пор не могла понять, узнал ли он ее, или же его пренебрежение направлено именно против Теодоры. Кьер никогда не любил глупышек. Впрочем, его раздражение могло быть просто следствием того, что он вынужден заниматься ненавистной ему работой. Интересно, почему один из лучших адвокатов Межгалактической Федерации вдруг начал преподавать. Наверняка это было связано с тем звонком, окончание которого она невольно подслушала. Что-то, связанное с юридической фирмой и фамилией Питч.

Донна знала лишь одну контору с таким названием – «Гластонберри и Питч». В свое время по протекции Кьерстена ей предлагали там место, она почти согласилась, надеясь договориться с Расмусом. Не удалось.

А потом состоялся разговор с самим Кьером. Ужасный, резкий, полный недосказанности и взаимных обид. Донна отключила связь первая. Она ждала неделю, но Кьер так и не позвонил ей, чтобы извиниться, а сама она звонить не стала.

– Мисс О’Доннал!

Резкий голос заставил ее вынырнуть из воспоминаний. Донна подняла голову. Джейсон Роу, ныне декан юридического факультета, стоял и строго смотрел на нее. В голове мелькнула мысль, что Джон ничуть не изменился: все тот же сутулый доходяга, носивший очки, точно щит от насмешек. Кажется, он о чем-то спросил.

– Простите? – Донна нахмурилась.

– Мисс О’Доннал, вы что, уже пьяны?

– Декан, вам не кажется, что вопрос задан некорректно? – холодно отозвалась она, до глубины души оскорбленная самим предположением, что ее приняли за пьяницу. Впрочем, от Теа всего можно было ожидать.

Джейсон слегка смутился.

– Простите, но вы стояли так, словно сейчас упадете, и к тому же сегодня – начало нового учебного года…

– Полагаете, это – повод для того, чтобы напиться? – Донна чуть наклонила голову набок, пристально смотря на него.

Декан пожал плечами:

– Насколько я помню, вам не нужен повод.

– Даже так? – процедила сквозь зубы. Она заметила, что еще опирается о стену, поэтому оттолкнулась, но сделала это слишком резко и пошатнулась, еще больше укрепив декана в его подозрениях.

– Мисс О’Доннал, я уже говорил с вашим отцом и повторюсь: ваше поведение недопустимо, успеваемость ужасает, и если вы не возьметесь за ум, то я вынужден буду отчислить вас без права восстановления! – предупредил он.

Донна внимательно посмотрела на него, затем вскинула голову, откидывая челку со лба.

– Отчисляйте!

– Что? – Он недоуменно заморгал.

– Отчисляйте, – повторила она и снисходительно посмотрела на бывшего соученика. – Или не пугайте тем, что вы не вправе сделать. Ведь отчисляет лишь ректор, а он, скорее всего, предпочтет потерпеть еще год, нежели лишиться дотаций, щедро предоставляемых Куинси кланом О’Донналов, верно?

Джейсон хотел возразить, что уж ректор-то точно отчислит нерадивую студентку, но вдруг вспомнил Кьера и их последний разговор. Кажется, стоящая перед ним девушка упомянула про финансы. Отметив себе, что надо бы проверить ведомости по пожертвованиям, Джейсон Роу постарался припугнуть девушку, желая выведать больше.

– Это не повод вести себя вызывающе! – запротестовал он, тем самым невольно подтверждая подозрения Донны. – К тому же вы все равно не сдадите экзамены. И поверьте, дело не в личной неприязни!

«Ну да, конечно!» – подумалось Донне. Она прекрасно помнила, что Джейсон Роу был раним и злопамятен, а Расмус О’Доннал наверняка не стеснялся в выражениях, пытаясь своим авторитетом задавить этого «книжного червя». Наверняка этот разговор и был одной из причин, по которым Теа просто побоялась вернуться в Куинси, а предпочла бросить на амбразуру свою кузину. Донна вздохнула.

– Знаете, декан Роу, я предлагаю вам сделку. – Она постаралась очаровательно улыбнуться, как делала всегда, когда надо было убедить противника не доводить дело до суда. К тому же Донна вспомнила, что Джейсон всегда засматривался на нее, впрочем, сейчас это могло и помешать. – Я перестаю вести себя, как последняя дура, не подвергаюсь угрозе отчисления, а вы не препятствуете мне в получении диплома.

– Вы готовы так просто признать свои ошибки? – изумился Джейсон.

«Свои – нет, а вот идиотки кузины – запросто», – подумала Донна.

– Так как? – спросила она, видя, что декан все еще недоуменно смотрит на нее. – Или вы один из тех извращенцев, которые любят, чтобы перед ними извинялись публично?

– Н-нет. – Он поправил очки на носу, значит, клюнул. – Но мне надо подумать. Идите!

– Да, сэр. – Донна кивнула на прощанье и направилась к лестнице.

Выйдя из здания, девушка не стала больше рисковать и направилась в общежитие, стараясь идти по менее людным аллеям.

В комнате было шумно. В первую минуту Донне показалось, что ее соседки пригласили к ним весь университет, потом поняла, что гостей не больше двадцати. В основном это были парни, хотя она заметила и несколько девушек, бурно обсуждавших что-то в углу комнаты.

Ступая по оберткам от чипсов, неприятно хрустевшим под ногами, она прошла к дивану, на котором Лилу почти лежала в объятиях огромного мускулистого парня.

– Что здесь происходит? – Донна постаралась перекричать музыку. Но ее голос утонул в шуме, или же Лилу не захотела ответить. Двух других соседок не было видно, зато к комнате одной из них тянулась дорожка из наспех сброшенных вещей.

– Привет, красотка! – Чьи-то мощные руки буквально сгребли ее в охапку и развернули. Донна оказалась лицом к лицу с невысоким коренастым белокожим парнем, неуловимо напоминавшим начальника службы безопасности Расмуса.

– При… – Ее голос оборвался. Парень с силой прижался к ее губам, пытаясь пропихнуть свой язык ей в рот. Пахнуло дешевым алкоголем и еще чем-то химическим.

Донна попыталась вырваться, но парень слишком сильно сжимал ее, гася сопротивление. Недолго думая она пнула его носком кроссовки в голень, четко попав в самое болезненное место. Тот взвыл и на секунду разжал объятия. Донна отскочила.

– Что. Ты. Себе. Позволяешь? – чеканя каждое слово, спросила она.

Парень ухмыльнулся:

– Брось, сладенькая, ты же всегда любила такое…

– Теперь не люблю, – проинформировала Донна, моментально прикидывая, как можно использовать эту информацию против Теа. Расмус явно не обрадуется, узнав, как его дочь проводила время в университете. Впрочем, чтобы применить информацию, надо было выбраться из этого бардака, а парень явно был настроен получить удовольствие. Помощи ждать было неоткуда. Даже если бы Донна начала кричать, из-за громкой музыки ее все равно никто бы не услышал.

– Слушай… – Она осеклась, понимая, что не знает имени любовника своей кузины. – Мне сегодня как-то не с руки… Ну, знаешь…

– Так сразу бы сказала, что не сегодня! Хотя вы в эти дни такие странные… Но тогда с тебя еще поцелуй! – Он вновь прижался к ее губам, правда, тут же отпустил и отошел к друзьям, явно зубоскаля по поводу неудавшегося подката. Донна выдохнула и быстро вышла прочь.

Общежитие гудело. Где-то на лестничной клетке раздавался грохот – это, следуя давней традиции, начали спуск в жестяных тазах первокурсники, желающие влиться в студенческую братию на правах первых. Под окнами то и дело раздавался звон разбитого стекла, старшие курсы выкидывали из окон пустые бутылки.

Донна застонала: ведь только что дала обещание декану, что будет паинькой. Как она могла забыть про «ужасную ночь» – празднование начала учебного года. Если в корпус придет охрана, с репутацией Теа вряд ли кто-то поверит, что она не участвовала.

Не зная, куда идти, девушка просто осталась стоять в коридоре, по которому уже ощутимо тянуло сладковатым запахом мураш-травы – студенческое празднование набирало обороты. Она обреченно опустилась на пол, понимая, что сейчас празднование окончательно перейдет в хаос, который из комнат волной выльется в коридоры, после чего в лучшем случае появится охрана кампуса, а в худшем – местная полиция. Зная декана Роу, желающего утвердить свою власть, второй вариант был наиболее вероятным. Донна с досады стукнула кулаком по стене.

– Эй, я же сказала: отвалите! – Дверь рядом распахнулась, и в проеме возникла та самая девица, которая утром пустила Донну в свою ванную. Она с возмущением посмотрела на девушку, сидящую на полу. – А ты чего здесь расселась? Уже перебрала? Учти, что убирать за собой будешь сама!

– Я не пьяна. – Донна быстро встала. – Просто… я не хочу участвовать в этом!

Она махнула рукой в сторону двери, из-за которой слышались перекрывавшие музыку визги и дикий хохот.

– Пра-а-авда? – Долговязая рассматривала Донну с удивлением, точно увидела занимательное насекомое.

– Да. Меня предупредили об отчислении, если будет еще хоть одно замечание, а мне необходим диплом. – Она решила не скрытничать. К ее удивлению, девица посторонилась.

– Заходи.

Донна недоверчиво посмотрела на нее.

– Ты серьезно?

– Да. – Она кивнула. – Так ты идешь, или мне закрыть дверь?

Донна все еще недоверчиво смотрела на долговязую, когда послышались звуки сирены подъезжавшей полиции. Понимая, что выхода уже нет, она торопливо шагнула внутрь.

– Если что, я – Меган, – коротко проинформировала хозяйка комнаты, выдавая своей гостье пижамный комплект, – иди, переоденься, чтоб у копов точно подозрений не было!

– Спасибо. – Донна вновь прошла в ванную. Теперь от нее не укрылось, что на умывальнике стояла лишь одна зубная щетка, а в самой душевой – дорогие фирменные шампуни. Полотенце тоже было одно. Ярко-алое, пятном выделявшееся на фоне голубой керамической плитки из смальты.

– Эй, подруга, – в дверь постучали, прерывая размышления. – Давай быстрее, полиция уже идет по этажу.

Донна торопливо переоделась в пижаму, которая оказалась ей слегка велика, и вышла как раз в тот момент, когда Меган открывала дверь двум толстякам в полицейской форме.

– Доброй ночи, – поздоровались они так, будто для них это было обычным делом. Впрочем, о традиции праздновать начало года в полиции прекрасно знали.

– Доброй, – отозвалась Донна. Сверкнули голографические удостоверения.

– Полиция планеты Куинси. Не могли бы вы предъявить документы?

– Держите. – Меган протянула свою электронную карточку. Полицейские пропустили ее через портативный сканер и протянули его девушке, чтобы она подтвердила личность отпечатками пальцев. Донна похолодела, такого Расмус О’Доннел явно не предвидел. Сканер пиликнул, подтверждая идентификацию.

– А ваше удостоверение? – обратился к Донне один из них, который был слегка пониже.

– Одну минуту. – Она улыбнулась и направилась обратно в ванную.

– Вы куда? – поинтересовался второй полицейский.

– У меня карта в кармане джинсов, а они сейчас лежат в ванной, – любезно проинформировала их Донна, вновь заходя туда. Она тряхнула джинсы так, чтобы из карманов со звоном посыпалась мелочь, достаточно громко ругнулась и начала собирать. Полицейские терпеливо ждали у дверей. Улучив момент, Донна схватила с полочки бритву и резанула себя по подушечке пальца. Зашипела от боли и вышла в комнату, протягивая карту Теа.

– Прошу. – Полицейский протянул ей сканер. Донна с глупой улыбкой прижала палец. Прибор возмущенно пискнул, и на экране появилась надпись «полная идентификация невозможна».

– Боюсь, это моя ошибка, я порезала пальцы листами бумаги, когда прошивала курсовую работу, видите, опять кровит. – Донна перевернула ладонь, словно подтверждая свои слова. – Надеюсь, у вас есть регенератор?

Полицейские вздохнули и переглянулись. Как она и рассчитывала, регенератор лежал в аптечке в машине.

– Ладно, – проворчал один из них. – Мы и так потратили уйму времени. Видишь, они трезвые и уже в пижамах. Ясно, что в тазу они с лестницы не спускались.

– Мы даже имбирное пиво не пили, – подтвердила Меган. – А ведь оно разрешено!

– Но не в тех количествах, которые обычно здесь употребляют. Впрочем, вас, леди, это не касается. Счастливо оставаться. – Полицейский протянул Донне ее, вернее, удостоверение личности Теа. – И мой вам совет: никуда сегодня не выходите. Общежитие полно пьяных, мы, конечно, заберем самых отчаянных, но кто знает, что взбредет в голову остальным.

– Спасибо. – Меган закрыла за ними дверь, убедилась, что они ушли, и повернулась к Донне. – А теперь, подруга, выкладывай, кто ты такая?

– А ты как думаешь? – устало спросила та.

– Ты – Донна О’Доннал, верно? – Меган скрестила руки на груди. – Ты говорила прощальную речь выпускников пять лет назад.

– С чего ты взяла?

– С того, что настоящая Теодора никогда не стала бы извиняться ни перед такой, как я, ни перед Эллой. Мы же для нее цветные!

– Ты – цветная? – Донна внимательно посмотрела на Меган. Теперь от нее не укрылась ни сероватая кожа, ни фиолетовый отблеск в серых глазах. Правда, волосы были темные, но так часто бывало у детей, рожденных в смешанных браках. Когда-то и сама Донна мечтала… Она тряхнула головой.

– Это всего лишь твои предположения. Доказательств нет.

– А сканер? Ты же отказалась пройти дактилоскопию!

– Я просто порезала пальцы.

– Регенератор находится в аптечке в ванной. Мне сходить? – Меган торжествующе улыбнулась. Донна поняла, что отпираться бесполезно.

– Ладно, ты права, я не Теодора. И что ты теперь будешь делать?

– Наверное, предложу тебе переехать ко мне. – Меган пожала плечами и улыбнулась, заметив изумление своей собеседницы. – Я слышала о тебе лишь самое хорошее, одной мне скучно, а в деканате наконец перестанут возмущаться по поводу того, что я живу одна!

– А почему ты вообще живешь одна? – запоздало спохватилась Донна.

– Все просто: я на четвертом курсе и должна была переехать в один из домов для старшекурсников, но я пишу исследовательскую работу, поэтому предпочла остаться здесь. А поскольку я осталась, то подселить соседа могут лишь с моего согласия… Правда, и платить приходится одной, так что считай, что мне тоже повезло! – Меган счастливо улыбнулась. – Знаешь, сколько людей претендовало на то, что я тебе предлагаю!

– Догадываюсь. – Донна невольно улыбнулась. Меган нравилась ей все больше и больше. – А что за работу ты пишешь?

– Это психологическое исследование взаимоотношений студентов в общежитиях. Насколько коллективные чувства подавляют разум. В этом плане твои соседки превосходный подопытный материал!

– Не думаю, что у них есть разум, – пробормотала Донна.

– Уверяю тебя, он просто очень сильно подавлен! – Меган направилась на кухню и вернулась, неся в руках две бутылки имбирного пива. – Ну, за знакомство?

Глава 10

Утро, как всегда, началось с радио. Донна открыла глаза, взглянула на часы, подпрыгнула на кровати и помчалась в ванную. Меган уже сидела в их общей комнате за столом и жевала что-то, отдаленно напоминающее лапшу.

– Не торопишь, – с набитым ртом посоветовала она подруге, – шегодня шетверг.

– И что?

– Занятия начинаются на час позже. Поэтому я тебя и будить не стала.

– Точно, – выдохнула Донна, вспомнив еще одну традицию университета: согласно некоторым религиям, основные трехчасовые службы проходили именно по четвергам, и все занятия специально начинались на час позже. Она включила каппимашину и повернулась к Меган.

– Какие планы на сегодня?

– Я иду на лекции, – шутливо откликнулась та. – Советую и тебе сделать то же самое.

– Логично. – Донна разлила напиток по чашкам, пригубила и невольно скривилась. – Какая гадость! Откуда ты взяла это?

– Зерна из соседнего супермаркета, – обиженно откликнулась Меган. – Каппи Эллы каждый день мне не по карману!

– Зато по карману Расмусу О’Доннелу, – улыбнулась Донна, доставая из кошелька несколько купюр из тонкого пластика. – Давай так, я плачу, а ты покупаешь?

– Идет!

Чуть позже они, расположившись прямо под деревом на газоне, пили каппи из стаканчиков, закусывая только что выпеченными булочками.

– Боже, как давно я мечтала об этом! – выдохнула Донна, привалившись к прохладному стволу.

– Что тебе мешало приехать сюда? – поинтересовалась ее соседка. Донна задрала голову, делая вид, что рассматривает разноцветную листву.

– Долгая история.

– Не расскажешь?

– Нет. – Она покачала головой и тут же поправилась: – Извини, соглашение о неразглашении информации. Сойдемся на том, что у меня было много работы.

– Ладно. Вы, взрослые, такие забавные! – заметила Меган, слизывая с пальцев остатки сахарной пудры. – Надо будет вечером перенести твои вещи.

– Я все перенесла, – возразила Донна. Когда соседка направилась к Элле за каппи, она зашла в абсолютно пустой блок – по всей видимости, троица, а также их многочисленные гости ночевали в полицейском участке. – Даже крем ботексных улиток!

– Что? – ахнула Меган. – Ты шутишь? Откуда он у тебя?

– Теодора купила. Ума не приложу, зачем он ей.

– Поговаривают, что Реджи, капитан «Бизонов», любит… – Меган выразительно выпятила грудь. Донна скептически взглянула на соседку.

– Думаешь, крем поможет?

– Не знаю, мне лично все это напоминает обряды в древности, ну там череп девственной мыши толочь в ступе три дня… – Меган бросила взгляд на часы под шпилем главного здания. – Но ты можешь попробовать! Черт, мне пора. У нас сегодня основы имперского права, и говорят, что новый препод, который их ведет, просто звезда в адвокатуре! Кстати, ты же наверняка должна была слышать о нем!

– Как его имя? – машинально поинтересовалась Донна, уже понимая, о ком пойдет речь.

– Сонг. К. Сонг. Знаешь его?

– Немного. Он учился на два курса старше. Вместе с нынешним деканом. – Донна допила каппи и встала, делая вид, что стряхивает с джинсов оранжевую траву, очередной эксперимент генетиков.

– И как он?

– Один из лучших в своем деле, преподавание ненавидит, поблажек делать не будет, и я не понимаю, что ему понадобилось в Куинси. – Донна постаралась, чтобы ее голос звучал спокойно.

– Гм… сказано так, словно он самовлюбленный придурок, – подмигнула Меган, подхватывая свой планшет.

– Так и есть. Но в моем «взрослом» мире он – один из лучших.

– Круто! Ладно, я побежала. В обед постараюсь заскочить в администрацию, уведомить, что я вняла их мольбам и обзавелась соседкой. Если услышишь непонятные хлопки, знай, это они открывают бутылки с шампанским!

– Насколько я помню, в том корпусе предпочитают виски, – пробурчала Донна, подхватывая сумку со своим лэптопом. Она сверилась с расписанием и прошла в ближайший корпус, где читал лекции по уголовному праву профессор Оуэл.

Благообразный старичок в очках-пенсне и с окладистой белой бородой напоминал не то волшебника, не то гнома, пока не начинал допрашивать студентов со всей строгостью. Ходили слухи, что профессор в свое время был легендой Межгалактического уголовного розыска, и лишь тяжелое ранение заставило его уйти со службы и начать преподавать в университете.

Донну профессор всегда забавлял своей манерой в процессе лекции бегать по аудитории, размахивая руками. Где-то даже предвкушая это, Донна зашла в аудиторию и села на свободное место. Благо сегодня их было много: часть вчерашних весельчаков и дебоширов еще писали объяснительные в полицейском участке.

Профессор вошел, поднялся на возвышение, где стоял его стол, и обвел взглядом присутствующих.

– Мисс О’Доннал? – Он снял очки, протер их и вновь нацепил на нос. – Чему мы обязаны такой честью? В вас проснулась совесть? Или же жажда к знаниям?

Донна почувствовала, что все взгляды устремились на нее. Она предпочла бы проигнорировать эти выпады, но профессор Оуэл молчал, явно ожидая ответа.

– Я решила, что много теряю, не посещая ваши занятия, профессор. – Донна встала.

– Мне стоит быть польщенным? Как я понимаю, ради сегодняшней лекции вы лишили себя удовольствий вчерашней ночи?

– Если вы про удовольствие ночевать в полицейском участке, то да, вы практически спасли меня от этой участи, – не выдержала Донна. В аудитории послышались смешки, которые сразу же стихли. Профессор пристально посмотрел на девушку.

– Вам не кажется, мисс О’Доннал, что вы не в том положении, чтобы шутить?

– Разумеется, – подтвердила она. – Провести ночь в полицейском участке – это не шутка!

Донна заметила, что в глазах профессора Оуэла блеснул интерес, он всегда любил дерзкие споры.

– Насколько мне известно, вы в этом профессионал?

– Поэтому я прекрасно знаю, о чем говорю! – парировала она. Преподаватель довольно улыбнулся.

– Признаться, поражен, мисс О’Доннал. Нашими дебатами вы действительно напомнили мне вашу кузину. Кстати, она была одной из лучших.

– Да, я слышала об этом, – кивнула Донна, чувствуя глупую сентиментальную благодарность профессору. Тот кивнул.

– Садитесь и постарайтесь не прогуливать хотя бы в этом году.

В обед Донна встретилась с Меган. Та ждала новоявленную подругу под деревом там же, где они пили каппи утром. На этот раз в руках соседки были коробки с той самой склизкой лапшой, которую Донна отвергла накануне.

– Будешь? – Меган взмахнула коробками. Лапша глухо стукнулась внутри.

– Пожалуй, я воздержусь. – Донна с тоской вспомнила салат из морепродуктов, доставляемых с Нептуна, небольшой планеты, затерянной в одной из галактик. Девушка всегда заказывала этот салат в небольшом клубном ресторане, расположенном как раз посередине пути от ее уютной квартирки к офису юридической фирмы О’Донналов.

– Зря, это вкусно. – Меган опустилась на траву и открыла одну из коробок. – К тому же ты опоздала, и в главной столовой сейчас очередь, так что…

– Так что я останусь без обеда, – подытожила Донна и внезапно для самой себя спросила: – Как прошла лекция по праву?

– Вошхитилельно! – Меган не смущало говорить с набитым ртом. – Этот преподаватель Кьерстен Сонг – прошто прелешть!

Она быстро проглотила и продолжила, пользуясь тем, что Донна не перебивает:

– Ты видела, какие у него глаза? Я всю лекцию смотрела только на них… А его грация! Да он просто хищник! Интересно, каков он в постели?

– Думаю, весьма эгоистичен, как и большинство мужчин, которые знают о своей привлекательной внешности, – холодно отозвалась Донна, стремясь остудить обжигающе-горячие мысли подруги. – И, мечтая о прекрасных фиолетовых глазах нового преподавателя, не забудь, что у тебя еще две пары!

– Мне можно и пропустить, от меня не убудет, – отмахнулась Меган и, вдруг ойкнув, густо покраснела, уставившись куда-то Донне за спину. Та обернулась.

Кьерстен стоял и загадочно смотрел на нее. На его губах блуждала усмешка. Запоздало мелькнула мысль о том, сколько же он простоял на этом самом месте, но Донна отогнала ее прочь. Теа никогда не стала бы думать о такой мелочи, и она не должна.

– Добрый день, – вежливо поздоровался Кьер.

– Добрый, – отозвалась Донна, пока ее подруга ошарашенно молчала. – Вы что-то хотели?

Кьер усмехнулся и подумал, что больше всего на свете хотел бы знать правду. К тому же он стоял достаточно давно, чтобы услышать вопрос этой темноволосой девушки, восхищенно следившей за ним во время лекции, впрочем, как и большинство ее однокурсниц, и почувствовать, что его задел ответ ее рыжеволосой подруги. Он всегда искренне считал, что Донне нравилось то, чем они занимались в постели.

– Да, я искал вас, мисс О’Доннал. – Кьерстен пока предпочел обращаться к ней официально.

– Вот как? – Она улыбнулась с наигранной беспечностью, хотя в зеленых глазах было беспокойство. – Зачем?

Кьер выдержал паузу, словно мстя ей за нелестное высказывание, затем небрежно обронил:

– Разумеется, сказать вам, что зачел вашу работу, но снизил балл, поскольку там явно видна рука вашей кузины…

– Да, она мне много помогала… – Донна решила не отрицать очевидное.

– Это заметно. Впредь будьте осторожнее. – Кивнув на прощанье, он отошел.

– Ничего себе, – выдохнула Меган. – Ты видела, как он на тебя смотрел?

– Нет. Вернее, да, конечно, видела… но…

– Между вами что-то было, верно?

– Нет. – Донна выпалила это слишком поспешно и сразу же пожалела. – Не забывай, он, как и все, считает, что разговаривает с Теодорой.

– Хочешь сказать, что твоя вертихвостка кузина пыталась его соблазнить? – охнула Меган.

Донна закатила глаза:

– Они никогда не встречались. А если вспомнить, как Теа относится к цветным…

– Ай, ночью все кошки серы, – отмахнулась подруга.

– Меган, О’Донналов ничего не связывает с Кьерстеном Сонгом, – очень твердо сказала Донна. – И давай закроем тему, каков бы ни был новый преподаватель, нет смысла уделять ему столько внимания.

Та слегка обиженно посмотрела на нее, подозревая, что Донна что-то скрывает, но промолчала.

Оставшиеся две пары вызвали чувство глухого раздражения и ощущение бессмысленно потраченного времени. Еще и смартфон начал названивать каждые пятнадцать минут – коллеги в фирме пытались решить вопросы от выбора фруктовых батончиков на кухню до подачи апелляции в межгалактический суд. Если спрашивающего о батончиках Донна просто отправила к директору по снабжению, то с апелляцией пришлось пообещать помочь, что означало очередную ночь без сна.

На последней лекции она настолько погрузилась в присланные ей документы, что опомнилась, когда сосед по парте пихнул ее локтем, после чего кивнул на преподавателя, гневно смотревшего на нерадивую студентку. Этого лектора Донна не знала. Пришлось встать.

– Мисс О’Доннал, я, конечно, понимаю, что мой предмет непрофилирующий, но это не повод отвлекаться на развлечения в галасети! – яростно произнес мужчина.

– Да, сэр, простите, это не повторится, – покорно произнесла Донна еще одну заученную фразу, заслужив очередной недоверчивый взгляд и разрешение вновь сесть за парту.

К тому времени, когда занятия закончились, Донна была в ярости. Ее раздражало буквально все: от вечно снующих по коридорам студентов до травы на этот раз цвета радуги, растущей перед административным корпусом. Особую злость вызывали преподаватели. Вернее, не они сами, а осознание того, что ей приходится подчиняться им, зачастую и понятия не имеющим о том, что творится за стенами их университета.

Донна подошла к административному зданию, построенному достаточно недавно, зашла внутрь и прошла в департамент, занимавшийся расселением студентов по кампусам. Не увидев в кабинете никого другого, кроме желтокожей девицы с красными татуировками на лице, Донна протянула ей свою карточку, но та не прореагировала, яростно стуча по клавиатуре наманикюренными пальцами.

– Простите, у меня мало времени. – Донна попыталась привлечь внимание, но девица лишь передернула плечами.

– Будто у меня его хоть отбавляй. Поэтому вам придется подождать, пока я закончу эту работу для декана Гроуби, затем еще пару листов для проректора Джеспера, а уж потом займусь вашей проблемой, если, конечно, никто еще работы не подбросит.

– Мне надо всего лишь уведомить администрацию о переезде.

– Ну, тогда можете посидеть и подождать. – Девица кивнула в сторону диванчиков для посетителей. Донна скрежетнула зубами, но послушно села и открыла свой лэптоп, вновь занявшись поиском оснований для апелляции. Она настолько погрузилась в работу, что пропустила момент, когда появился Кьер.

– Мисс О’Доннал!

Она буквально подпрыгнула от голоса, раздавшегося над головой, и автоматически – сказались годы выучки, захлопнула лэптоп прямо перед носом Кьера. Он усмехнулся:

– Храните свои секреты?

– Как истинный адвокат. – Донна ослепительно улыбнулась. Кьер чуть прищурил глаза.

– А вы адвокат?

– Вы сами прекрасно знаете ответ на ваш вопрос, мистер Сонг. – Заметив, что желтокожая девица перестала печатать и с интересом поглядывает в их сторону, Донна встала и направилась к стойке, повторно протянула карточку. – Вижу, что ваши задания закончились, и пока мистер Сонг не дал вам новых, перерегистрируйте, пожалуйста, меня в комнату блока «Б», отсек две тысячи семнадцать.

Судя по ярко вспыхнувшим татуировкам, девица слегка разозлилась, но в присутствии преподавателя не стала спорить. Внести изменения в систему оказалось делом нескольких минут, после чего Донна, подчеркнуто любезно поблагодарив девушку, направилась к выходу.

Кьер нагнал ее в коридоре.

– Значит, эгоистичный и самовлюбленный, – почти промурлыкал он, подстраиваясь под шаг Донны. Она усмехнулась, осознание того, что он задет ее словами, оказалось на редкость приятным чувством. Хотя оно и омрачалось мыслью, что в понимании Кьера фраза была сказана Теодорой.

– Разговор был частным, и вам не следовало подслушивать, – отозвалась она.

– Он касался меня, – возразил Кьер.

– Если вы считаете, что это вас оправдывает, то глубоко заблуждаетесь.

– В прошлом году это заблуждение принесло истцу около ста тысяч общегалактических биткоинов…

– Да, но там была замешана дискриминация по половому признаку, – отозвалась Донна и поспешно добавила: – Мне кузина рассказывала…

– Какая милая кузина… это она прислала вам черновик апелляции в верховный суд, над которым вы работаете вместо того, чтобы выполнять академические задания?

– А что в этом такого?

– Ничего. Кроме того, что партнеру моих клиентов будет очень интересно узнать, что будет подана апелляция, и дело затягивается…

– А как же адвокатская этика? – Она откинула челку со лба.

Кьер хмыкнул:

– Ни вы, ни я на текущий момент не адвокаты… Кстати, вы проиграете, Р’енна. – Последнее слово он произнес приглушенным голосом так, что Донна невольно вздрогнула.

Р’енна – лисенок, Кьер всегда звал ее именно так. «Ты ведь и вправду рыжая, точно лисенок!» – смеялся он. Он даже как-то повел ее в зоопарк показать небольших лисичек с огромными ушами, которые играли на зеленой траве.

Заметив, что Кьер пристально за ней наблюдает, Донна с силой сжала кулаки, впиваясь ногтями себе в ладонь, чтобы не поддаться его магии. Только не сейчас, она не имеет права рисковать всем, особенно своей свободой.

– Я не понимаю, о чем вы, – тихо сказала она, старательно смотря в пол. Белые зеркальные плитки чередовались с черными матовыми. Кьер взял девушку за подбородок, приподнял голову, заставляя взглянуть прямо в глаза.

– Скажи мне, что ты не Донна, – потребовал он. – Скажи это прямо сейчас, и мы закроем эту тему.

– Я… – Она облизала мгновенно пересохшие губы. Лицо Кьера было очень близко. Так близко, что Донна чувствовала горячее дыхание на своей коже, запах дорогого парфюма – свежий, тонкий – будоражил кровь. Хотелось закрыть глаза и подставить губы для поцелуя. О, как она тосковала по этим поцелуям. – Я… не… Донна…

Получилось. Хватка сразу же ослабла, Кьер отступил, недоверчиво всматриваясь в нее. Донна выдохнула и направилась к выходу, стараясь идти по прямой: близость с этим мужчиной пьянила не хуже шампанского, голова все еще кружилась. У самых дверей она остановилась и обернулась. Взглянула на Кьера, все еще смотревшего на нее загадочным взглядом.

– И на будущее, мистер Сонг, прошу вас выбирать менее… экстравагантный способ ведения допроса, в университете очень строгие правила, и вас могут неправильно понять.

– О нет, меня поймут правильно, – покачал он головой и добавил чуть слышно: – А вот тебе, Р’енна, следует быть весьма осторожной.

Донна вспыхнула и поспешила выскочить прочь. Торопливо прошла по дорожке, ведущей к главному двору, подставила лицо ветру и выдохнула, понимая, что до сих пор почти не дышала. В голове все еще шумело, а в ушах звучал вкрадчивый голос, заставлявший ноги предательски подкашиваться: «Р’енна». Неужели она так и не смогла его забыть?

У нее были мужчины после Кьера. Разные. Иногда – на одну ночь, иногда – на несколько недель, но Донна никогда не позволяла перерасти случайной связи во что-то большее, чем просто удовольствие, слишком хорошо помня ту боль, которую она испытала.

– Если это – твое последнее решение, то нам нет смысла продолжать…

– Как пожелаешь! – Гордость не позволила ей просить не решать все вот так, сразу.

Воспоминание о разрыве отрезвило. Вспомнился подслушанный недавно разговор с Сереной Гластонберри. «Она была моей любовницей». Возможно, причина расставания с Донной была именно в ней. Серена Гластонберри… Кьер любил ставить ее в пример Донне. Может быть, уже тогда в его голове зрел план…

От злости на саму себя, что не замечала очевидного, в голове прояснилось. Следовало признать, Кьерстен Сонг всегда оказывал на Донну влияние. И не только на Донну. Внезапно вспомнилось мечтательное выражение в серо-фиолетовых глазах Меган и ее восхищение новым преподавателем.

Кьерстен Сонг. Он единственный мог разоблачить Донну, потому что знал слишком хорошо. Девушка понимала, Кьер до сих пор еще не уверен, кто она, но подозревал все сильнее, поэтому был опасен, и ей следовало по возможности избегать с ним встреч. Это было самым правильным, и с этой мыслью она направилась в комнату, волею судьбы, а, вернее, волей Меган ставшую ее обиталищем.

Приняв контрастный душ – самый верный способ расслабиться и успокоить скачущие наперегонки друг с другом мысли, – Донна завернулась в любимый кремовый махровый халат и расположилась на пестром диванчике в общей комнате, открыла лэптоп, загрузила почту и поморщилась: двадцать писем за день, и это не считая пропущенных вызовов, поскольку перед тем, как идти в административный корпус, Донна выключила звук на смартфоне.

Просматривая их, она невольно вспоминала своих коллег: в основном мужчины, достаточно суровые, окончившие престижные институты, кичившиеся своим мужеством и… постоянно спрашивающие у Донны, как им надо работать. Скоро этому придет конец. Диплом Теа принесет освобождение. Мысль приободрила, и, налив себе в чашку ароматного каппи, Донна начала отвечать на письма. Она уже почти все закончила, когда в комнату буквально ворвалась Меган.

– И ты молчала?!! – завопила она прямо с порога. Донна, не отрывая взгляда от монитора, предупреждающе подняла вверх палец, призывая соседку успокоиться и замолчать, дописала письмо, прочитала его еще раз, кивнула, нажала кнопку «отправить» и лишь тогда посмотрела на девушку, послушно сидевшую напротив, хотя ее серые с фиалковыми отблесками глаза и метали молнии.

– Молчала о чем?

– О своем романе с Кьерстеном Сонгом! – Меган не стала бродить вокруг да около. – Ты и правда с ним встречалась?

Донна прикусила губу и задумчиво посмотрела на соседку.

– Да, – наконец призналась она. – Откуда ты узнала?

– Весь Куинси уже гудит об этом. – Меган слегка обиженно надула губы. – Мне ты могла бы сказать и сама.

– Зачем? – Донна пожала плечами.

Соседка недоверчиво посмотрела на нее:

– Хочешь сказать, что тебя совершенно не трогает, что сейчас половина девушек нашего университета мечтают запрыгнуть в постель к твоему бывшему парню?

– Он не мой бывший парень, – поправила ее Донна и усмехнулась, чувствуя необходимость все-таки поделиться хоть с кем-то тем, что было ее главным секретом все эти годы, и о чем она никогда не говорила даже своим подругам по университету. – Он мой бывший муж. Мы были женаты.

– Что? – Если бы Меган не сидела, она, наверное, упала бы. Ее рот открылся, а глаза недоверчиво смотрели на рыжую девушку, почти терявшуюся в пестрых подушках дивана.

– Мы были женаты, – спокойно повторила та, – ну, знаешь: клятвы, кольца, подписи на документах…

– И никто не знал об этом?

– Нет.

– Но ты же О’Доннал? Или…

– О’Доннал. Я как раз писала диплом и не стала менять фамилию.

– И что произошло потом? – выдавила Меган.

– Ничего. Мы оба были слишком горды. – Донна вновь вспомнила ту последнюю ссору. – Наговорили друг другу глупостей и решили расстаться.

– Вот так просто, не пытаясь попробовать все исправить?

– К чему? – Донна пожала плечами. – Насколько мне известно, студенческие браки редко когда оказываются счастливыми: каждый еще слишком амбициозен, чтобы уступить другому…

– И вы развелись?

– Думаю, да. Во всяком случае я подписала бумаги, присланные мне по почте, и отправила их обратно. – Донна уже жалела, что начала этот разговор, но Меган не отставала:

– И вы больше не общались?

– Межгалактическая Федерация достаточно велика, чтобы два человека разошлись в ней без особых проблем.

– Но вы же оба адвокаты.

– У нас разные сферы. На Эрине кланы обычно слишком замкнуты и не жалуют чужаков. Особенно если у них другой цвет кожи.

– А что твои родные? – В соседке проснулся профессионал. – Как они прокомментировали все это?

– Они не знали. – Донна покачала головой. – Никто не знал… И надеюсь, не узнают!

– Намек понят. – Меган широко улыбнулась, а затем спохватилась: – А ты не боишься, что он поймет, что ты не Теодора?

– Даже если у него и есть сомнения, хочется верить, что я их полностью развеяла, – произнесла Донна с той уверенностью, которую не ощущала. – В любом случае Кьер не из тех людей, которые сразу же побегут в деканат. Он скорее попытается извлечь из своих знаний персональную выгоду. – Она осеклась, заметив, что соседка смотрит на нее с каким-то испугом. – Что?

– Я… Послушай, он действительно такой себялюбивый мерзавец? – Меган широко распахнула глаза. – И у него нет ни грамма совести?

Донна рассмеялась, потрясенная такой наивностью.

– Мег, он – один из лучших адвокатов в Межгалактической Федерации. За его плечами десятки, а то и сотни различных сделок, в том числе и с правительством. Как ты думаешь, как часто он вспоминает о своей совести?

Глава 11

Кьер еще несколько минут стоял и смотрел вслед рыжеволосой девушке. Это была Донна. Он почти не сомневался в этом. Почти. И именно эта неуверенность и сводила его с ума.

– Красивая девушка, – небрежно заметил кто-то за его спиной. Кьер обернулся. Невысокий желтоглазый мужчина с темными волосами стоял чуть позади. Встретившись глазами с Кьерстеном, он слегка заискивающе улыбнулся и протянул руку:

– Томаш Томсон, интервьюер Куинси, а вы, полагаю, тот самый Кьерстен Сонг?

– Не знаю, что вы подразумеваете под словами «тот самый»? – Мужчина не понравился ему сразу. Кьер вспомнил своего клиента, такого же желтоглазого проныру, который ничтоже сумняшеся просто умолял адвоката выиграть в суде, чтобы не платить алименты своей жене и детям, бросив их ради любовницы. Кьер тогда выгнал его и потребовал вымыть свой кабинет, после чего долго выслушивал нотации Серены о значимости каждого клиента. Тогда он ее послал, не стесняясь в выражениях, и она неделю с ним не разговаривала.

Кьерстен спохватился, вдруг поняв, что все еще с неприязнью рассматривает этого Томсона. Впрочем, может быть, неприязнь исходила лишь из-за того, что именно этот желтоглазый интервьюер и угощал Донну каппи тогда, под деревом. При воспоминании об этом Кьерстен слегка скривился.

– Чему обязан? – Аметистовые глаза зло сверкнули, но его собеседник не обратил на это никакого внимания.

– Я рад познакомиться с вами. Вы в своем роде легенда этого университета! – Томсон выжидающе посмотрел на руку собеседника. Кьер, не желая наживать себе врагов лишь потому, что парень был слишком похож на того слизняка, нехотя протянул ладонь. Она была горячей и чуть влажной.

– Очень приятно, – солгал Кьер, подавив желание достать платок и вытереть руку. Томаш Томсон ему определенно не нравился.

– Мне тоже, – не умолкал интервьюер. – Интересно, какими судьбами вас вновь занесло в Куинси?

– Меня уволили из юридической фирмы. – Кьер решил придерживаться версии Серены.

– Это просто немыслимо! Как они могли?

– Вам рассказать процедуру? Или вы ее знаете? – процедил Кьер сквозь зубы. Желтоглазый, он так и не запомнил имени, рассмеялся.

– А вы шутник!

– Наверное.

– И какова была причина увольнения? – выпалил Томаш и тут же спохватился: – Простите.

– Ничего, я понимаю, издержки профессии. – Кьер знал, что глупо наживать себе врага на ровном месте, поэтому постарался держаться дружелюбно. – Из-за неправильно подготовленных документов я почти проиграл дело. Мне повезло, что судья пошел мне навстречу и назначил перерыв.

– Какая досада! Впрочем, что еще можно ожидать, если фирму возглавляет женщина! – Томаш покровительственно улыбнулся. Это задело Кьера.

– Простите, мне пора. – Он направился к выходу, не обращая внимания на слегка растерявшегося интервьюера. Это было невежливо, но резкие манеры адвоката Сонга уже стали притчей во языцех. И даже в университете Куинси не стоило изменять своим привычкам, особенно если собеседник не нравился.

Кьер прошел в квартиру, любезно предоставленную университетом, хлопнул дверью и, не раздеваясь, лег на кровать. Закинул ноги на спинку, полюбовался отражением в начищенных до блеска туфлях. Он всегда очень тщательно следил именно за обувью.

Затем его мысли вернулись к Донне. Все-таки это была Донна. Р’енна, как он называл ее раньше. Лисичка. Она и вправду была рыжей. Смешок вырвался из горла, когда он вспомнил свое удивление по этому поводу. И ее смущение…

Тогда они здорово повеселились на одной из вечеринок, и в завершение Кьер пригласил девушку к себе. К его удивлению, она согласилась, как всегда соглашалась на его – на первый взгляд – невинные предложения. Они долго и с упоением целовались у него в комнате, а потом… Кьер даже предположить не мог, что будет у нее первым мужчиной. Он до сих пор помнил те чувства, которые охватили его тогда: радость, торжество и всепоглощающая нежность.

– Почему? – спросил он, вглядываясь во все еще затуманенные от страсти глаза.

– Потому что я люблю тебя, – ответила она.

Наверное, именно поэтому Донна имела особую власть над ним. До сих пор.

Дойдя до этого пункта в своих размышлениях, Кьер тряхнул головой. Затем встал, все-таки снял туфли, в одних носках прошел на кухню и плеснул себе в бокал виски, выпил залпом, поставил бокал на стол и неодобрительно посмотрел на бутылку. Этак он совсем сопьется, и все из-за этой рыжеволосой ведьмы.

Интересно, какую игру она затеяла. Та Донна, которую Кьерстен знал, никогда не пошла бы на столь вопиющий обман. Впрочем, откуда у него взялась такая уверенность в отношении бывшей жены.

Люди меняются, а кому, как не ему, Кьеру, знать о том, насколько высоко Донна ставит О’Донналов. Ради клана бывшая жена всегда готова была разбиться в лепешку. Ради клана Донна бросила его, своего мужа, предпочтя остаться на планете и блюсти интересы своего дяди вместо того, чтобы работать в «Гластонберри и Питч».

Вязкое послевкусие виски на языке сменилось горечью. Кьер вдруг схватил бокал со стола и запустил им в стену, раздался звон, стекло посыпалось на пол, в углу зашевелился робот-пылесос. Хромированная шайба медленно поползла к блестящим осколкам. Кьер холодно смотрел на то, как один за другим они исчезают в недрах пылесоса. Жаль, что с воспоминаниями нельзя поступить так же. Хотя о них можно просто позабыть, словно о разбитом бокале.

Робот уполз на место, Кьер сделал шаг вперед, намереваясь выпить еще из горла, и охнул: небольшой осколок впился в ногу как раз около пальцев. Пришлось буквально скакать в ванную, брать небольшой пинцет и, стиснув зубы, вытаскивать стеклянную занозу, после чего обрызгать рану регенератором.

Перед тем как смыть осколок в раковину, Кьер задумчиво посмотрел на него. Пожалуй, просто забыть все не удастся.

Спал он отвратительно. Ему снилась Донна.

Донна у него в комнате, одетая лишь в его футболку, под которой, Кьер знал точно, ничего нет. Донна, бегущая к нему по дорожке с диким воплем: «Сдала! Я все сдала!» Донна, стоящая в дверях: «Я – Теодора… Теодора О’Доннал… нас все путают».

Кьерстен проснулся еще засветло и долго ворочался. Нога ныла. Судя по всему, в стопе остался кусочек стекла. Пришлось идти к медикам.

Хмурого университетского доктора Кьер помнил еще с первого курса. Тот всегда накладывал аккуратные швы и отказывался сводить синяки, полученные в драках. Бормоча себе под нос, медик слегка повозился с надрезом, вынул остатки стекла и продемонстрировал их пациенту, прежде чем залить рану регенератором.

– Вам повезло, что заметили, осколок мог пойти по сосудам в сердце, – заметил он.

– Точно, – произнес Кьер, невольно вспомнив сказку о мальчике, которому осколок попал в сердце, и тот стал пленником Снежной королевы. Он так и не смог вернуться к людям. Как и сам Кьер, много лет назад попав в плен, не мог вырваться. Только у его королевы были рыжие волосы.

– Вы меня слышите? – Оказывается, доктор что-то говорил. Кьерстен послушно кивнул.

– Да. Конечно. Спасибо, доктор!

Он спрыгнул с высокой кушетки, на которой сидел, и поморщился от боли.

– Я же говорил, не наступайте хотя бы до вечера, – проворчал доктор и махнул рукой. – Все вы одинаковы! А вас, мистер Сонг, я помню слишком хорошо! И прекрасно понимаю, что вместо того, чтобы взять больничный, вы помчитесь читать лекции! Мой вам совет: не стойте, а хотя бы сидите! И если будет сильно беспокоить – приходите вечером. Так и быть, сделаю вам блокаду!

– Спасибо! – Все-таки он улыбнулся. – Особенно за то, что помните!

Доктор смутился и пробурчал себе под нос что-то невразумительное.

Припадая на больную ногу, Кьер упрямо двинулся к учебному корпусу. Джейсон Роу догнал его на подходе. При виде хромающего бывшего однокурсника декан вопросительно приподнял брови.

– Что случилось?

– Наступил на стекло, – кратко проинформировал Кьер.

– Тебе надо к доктору.

– А как ты думаешь, откуда я иду?

– Что он сказал?

– Что помнит меня. – Кьер усмехнулся и покачал головой. – Надо же, меня это даже тронуло. Кажется, я становлюсь сентиментальным… ладно, зачем ты меня искал?

– Хотел сказать, что нашел кое-что. Вот. – Джейсон протянул приятелю стопку листов.

– Что это?

– Список тех, кто последние три года делал крупные пожертвования университету.

– Пожертвования… – протянул Кьер. – Полагаю, ты сличил этот список со списком студентов, имеющих академические задолженности?

– Совпадение около восьмидесяти процентов. – Джейсон внимательно посмотрел на Кьера. – Идем к ректору?

– Нет. Пока что это – только совпадение. Надо проверить счета, на которые перечислялись пожертвования, и проследить, куда с них уходили деньги.

– В последнее время в Куинси было многое построено и отремонтировано.

– Джейсон, не будешь же ты меня убеждать в том, что все деньги отходили университету?

– Ты же знаешь, что я ничего не смыслю в финансах.

– Зато я смыслю, – отрезал Кьер и поморщился. Он опять наступил на порез, от боли его голос звучал резче, чем хотелось бы. – Добудь мне выписки по этим треклятым счетам. Кстати, а как ты на них вышел?

– Имел не слишком приятный разговор со студенткой.

– Как ее имя?

– Теодора О’Доннал.

– Вот как? – Кьер остановился. – И что она сказала?

– Что, отчислив ее, мы лишимся щедрых пожертвований, – хмыкнул декан. – Не слишком умно с ее стороны.

– Или, наоборот, слишком, – произнес адвокат, вспоминая, что Донна ничего не делает просто так. При упоминании об О’Донналах его настроение окончательно испортилась. Пробормотав что-то типа «увидимся позже», Кьер захромал к аудитории.

За учебный день он своей резкостью довел до слез несколько девушек и троих юношей, после чего получил прозвище Корсар.

– Что за глупость! – воскликнула Донна, услышав об этом от Меган. Та, по обычаю, ворвалась в их общую комнату, принося кучу сплетен. Сама Донна сидела рядом с принтером, печатая очередную работу. Перед ней уже возвышались стопки бумаги.

– Ничего себе, – восхитилась Меган. – Это ты все за сутки?

– Конечно, нет, – сухо отозвалась ее соседка, скрепляя очередную работу магнитной обложкой и прикрепляя микрочип электронной версии, – на самом деле часть этих работ – мои, я их лишь подправила в нужную сторону.

– В нужную, это в какую? – Меган с интересом посмотрела на объемную папку.

– Моей кузине диплом с отличием не нужен.

– И ты не боишься, что их сличат с твоими?

– Даже если и сличат, я всегда могу сказать, что Донна мне помогала, а устанавливать авторство текста никто не будет.

– Ты уверена?

– Конечно. Это ведь дорого, отнимает кучу времени, а стало быть, никому не нужно. – Донна захлопнула папку, встала и потерла поясницу. – Так что там с Корсаром?

– А, тебе интересно! – неизвестно почему восторжествовала Меган.

– Разумеется. Университетские сплетни всегда прелестны…

– То есть твое любопытство отнюдь не связано с…

– Меган, – Донна вздохнула, – поверь, мои чувства к Кьерстену Сонгу давно в прошлом. Став взрослыми людьми, мы поняли свои приоритеты и расстались весьма цивилизованно.

Меган подозрительно посмотрела на нее, но промолчала.

– Так почему все-таки Корсар? – не выдержала Донна. Ее соседка хмыкнула.

– Потому что твой благоверный… Ну хорошо, бывший благоверный, – поспешно исправилась она под строгим взглядом зеленых глаз, – лютовал сегодня, как заправский космический пират. Кто-то из наших соседок, подруга твоей кузины, впала в истерику, и ее откачивали в лазарете.

– Ну, – фыркнула Донна, – Кьер это может. Это они его еще в зале суда не видели. Правда, я не совсем понимаю сравнение с пиратом.

– Он хромает. – Меган эффектно замолчала, наслаждаясь произведенным эффектом, глаза Донны распахнулись, она с явным беспокойством взглянула на подругу.

– Почему?

– Не знаю. – Та пожала плечами. – Спросить никто не осмелился.

– Ему обязательно надо показаться врачу!

– Ага. Ты все-таки беспокоишься о нем! – торжествующе воскликнула Меган.

Донна с укором посмотрела на нее:

– Разумеется, нас много связывает… связывало, и он не чужой мне человек.

– И только? – разочарованно протянула соседка.

Донна вздохнула:

– Меган, я понимаю, что ты полна романтических идей, к тому же ты любишь читать романы. – Она кивнула на стол, где стопочкой лежали книги с однотипными анимированными обложками: мужчина сжимает в объятиях девушку, та подставляет ему губы для поцелуя. Герои отличались лишь цветом волос и позами. – Но в реальной жизни такого не бывает. Мы давно расстались, и за все это время из сообщений о нем я получила лишь бумаги о разводе… Он даже не прислал мне дубликат постановления суда!

Донна осеклась, понимая, что сболтнула лишнее.

– А ты бы хотела, чтобы он прислал его?

– Да, это было бы этично.

– Ну, возможно, он не отнес бумаги в суд…

– То есть он оплатил пошлину, прислал мне соглашение о разводе, получил от меня подпись и не пошел с ним в суд? Мы говорим о Кьерстене Сонге?

– Может быть, он хотел спровоцировать тебя…

– Меган, Кьер не из тех мальчиков, которые будут дергать девочку за косички только потому, что она ему понравилась. Он просто подойдет, прямо скажет ей об этом и предложит заняться любовью. – Донна выхватила из принтера очередную стопку бумаги, сердито стукнула ею об стол, выравнивая, и вложила в папку.

– Знаешь, из того, что я видела тогда под деревом, похоже, он готов не то что дергать тебя за косички, а отлупить планшетом по голове, – невинно заметила ее соседка.

– Что за бред! – Донна собрала папки и вздохнула. – Ладно, мне пора, надо разнести эти плоды интеллектуального творчества.

Она вышла из кампуса и направилась в деканат, где у каждого преподавателя были свои «ячейки» – шкафчики, куда можно было положить работу. Правила хорошего тона требовали, чтобы Донна с извинениями вручала каждому преподавателю работу лично, но ей уже порядком надоело извиняться за свою кузину и получать в ответ насмешки и издевки.

В секретарской никого не было. Донна разложила работы, убедилась, что все они были зарегистрированы в электронном реестре, и вышла в коридор, где нос к носу столкнулась с Кьерстеном Сонгом.

– Осторожнее! – Он выставил вперед руку, избегая столкновения с дверью, тут же на его губах появилась ухмылка. – Мисс О’Доннал! Решили избавиться от меня при помощи двери?

– Если я и решусь когда-нибудь избавиться от вас, то сделаю это более профессионально, – фыркнула Донна, все еще задетая домыслами своей соседки.

– С чего вдруг такая враждебность? Я вас чем-то обидел?

– Конечно, нет. Простите, у меня мало времени…

Кьер посторонился, и девушка заметила, что он пошатнулся.

– Что с вами? Вы хромаете?

– Ерунда, вчера наступил на стекло.

– Вам обязательно надо показаться врачу!

– Глупости.

– Осколок мог остаться в ноге. Вы представляете, что может быть, если он поднимется к сердцу?

– Да. Я потеряю способность любить… – Он усмехнулся, заметив непонимающий взгляд, и пояснил: – Это же сказка, помните, тролли разбили зеркало, и осколки попали мальчику в сердце…

Донна опустила голову, вспомнив, как однажды он рассказывал ей эту сказку. Это было на Рождество. Единственное Рождество, которое они провели вместе. Они тогда сидели у камина, тесно прижавшись друг к другу. Кьер перебирал ее волосы, пропуская пряди сквозь пальцы. Огненно-рыжие волосы и пепельно-серая кожа. И сказка о жестокой королеве и маленьком мальчике, потерявшем способность любить.

Донна покачала головой:

– Простите, я никогда не читала такую сказку.

– Разумеется, Р’енна. – Голос мужчины стал очень мягким и чувственным. – Я рассказывал ее тебе…

Донна до боли прикусила губу, пытаясь сохранить остатки самообладания.

– Вы меня с кем-то путаете, мистер Сонг. В любом случае я прошу вас показаться врачу, – с каким-то упрямством повторила она.

Кьер усмехнулся:

– Вы все такая же упрямая, мисс О’Доннал. Впрочем, ваше беспокойство мне даже приятно. Не волнуйтесь, я был у врача.

– Хорошо. – Донна вновь взглянула на него. – Позвольте мне пройти?

– Я и так почти приперт к стене. – Кьер улыбнулся. Донна вдруг заметила, что она стоит посередине коридора, а группа студентов косится на них из-за угла, предвкушая, как они будут рассказывать пикантные сплетни.

– Извините, – пробормотала Донна и быстрым шагом направилась к выходу. Студенты разочарованно переглянулись и разошлись.

Глава 12

Донна прошла через двор, с тоской взглянув на заведение Эллы, и вернулась в кампус. Меган не было. Записка на столе гласила, что она направилась в научный центр: огромное асимметричное здание, где доступ на каждый следующий этаж предоставлялся лишь по окончании очередного курса.

Как выпускница университета, Донна имела право доступа на верхние этажи, Теа из-за задолженностей могла дойти лишь до третьего. Впрочем, в этом сама Донна была уверена: кузина вряд ли за все годы заходила хотя бы на первый этаж этого здания, хотя Расмус О’Доннал был одним из тех, кто ежегодно жертвовал значительные суммы на развитие этого центра.

Она достала и покрутила в руках свою настоящую идентификационную карту, борясь с искушением. Ей давно хотелось подняться на самый верх, словно в запретную комнату, но это было опасно: кто-нибудь мог проверить систему допуска студентов.

С сожалением убрав карту, она, вспомнив, что оставила смартфон на столе, вернулась к себе, проверила входящие. Два пропущенных звонка из десяти были от Расмуса. Немного поколебавшись, нажала кнопку вызова. Дядя ответил почти сразу, значит, ждал, когда она перезвонит.

– Донна? – Голос не предвещал ничего хорошего.

– Я же просила не произносить имен, – предупредила она. – В кампусе тонкие стены.

– В кампусе? Я думал ты в одном из домов для старшекурсников.

– Нет, что вы! – елейным голосом произнесла Донна. – С такими оценками и поведением странно, что не выгнали из кампуса.

– Поведением? Что ты имеешь в виду? – нахмурился Расмус.

– Об этом лучше спросить виновницу всего этого… маскарада. – Она потянулась. – Но я полагаю, вы звоните отнюдь не для того, чтобы узнать, как я устроилась, верно?

– Верно. Вчера на компанию О’Донналов подали иск по дискриминации.

– И что? – Донна скривила губы, прекрасно зная отношение главы клана к цветным, удивительно, что иски подавались так редко.

– Это Флетчер Уайт.

– Флетчер? Флетчер Уайт подал иск? – Донна вспомнила дружелюбного серокожего пилота, которого, казалось, никогда не задевали издевки и брезгливые взгляды Расмуса. – Почему?

– Я уволил его. Этот серокожий позволил себе… открыть рот в моем присутствии!

– Боже, какое преступление!

– Донна! – В голосе Расмуса слышалось предостережение.

– Да?

– Нам надо выиграть это дело, чтобы показать всем раз и навсегда, что со мной такие шутки не проходят.

– Думаю, Флетчер думает приблизительно так же! Именно поэтому он и подал иск, – усмехнулась Донна. – Ради интереса, каков был повод для увольнения?

– Это не повод! Он всегда сажал звездолет, точно возил гранит с каменоломен! – резко возразил Расмус. Его племянница непочтительно хмыкнула, вспомнив, как комфортно было летать с серокожим Уайтом.

– Тогда бояться нечего. В суде стоит просто затребовать записи посадки у диспетчеров, по которым будет видно, что Флетчер не являлся профессионалом. – Она насмешливо посмотрела на голографическое изображение главы клана. Расмус хмурился. – Или дело все-таки в цвете его кожи?

– Какая разница! – раздраженно ответил он.

– Большая. Если он не профессионал, то судья примет вашу позицию, если же дело действительно касается расовой дискриминации, то я вам не завидую.

– Тебе напомнить, что ты – тоже часть клана?

– Конечно. – Донна согласно кивнула. – Именно поэтому я и в Куинси ради клана и его процветания, не так ли?

Она даже не пыталась скрыть насмешку. Расмус нахмурился.

– Донна, ты должна…

– Расмус, я не смогу быть одновременно в двух местах! – оборвала она дядю. – Вы сами отправили меня в Куинси, договор подписан, я и так делаю для клана О’Донналов все, что могу! Но даже если бы я и была на Эрине, я бы советовала вам идти на сделку!

– Это невозможно.

– Почему?

Расмус замялся:

– Он хочет тридцать миллионов.

– Эйринских биткоинов?

Дядя вздохнул:

– Если бы наших… Общегалактических.

Донна присвистнула:

– Многовато.

– Именно.

– Все равно надо идти на сделку… – Она задумалась. – Кто его адвокат?

– Понятия не имею. Донна, мне надо, чтобы ты вернулась.

– Расмус, это исключено. Если я уеду, Теа завалит все экзамены, и вы это прекрасно понимаете. – Она многозначительно посмотрела на дядю. – К тому же наш последний договор не предусматривает отказ от сделки.

Ей доставило удовольствие видеть, как Расмус заскрежетал зубами. Он это заметил, поэтому постарался взять себя в руки.

– Как твои успехи в Куинси?

– Если вы не помните, то я получила диплом с отличием. – Позволив себе эту издевку, Донна отключила галасвязь.

Она побродила по комнате, от нечего делать налила себе чашку каппи, глотнула и скривилась: надо бы заказать нормальных зерен. Хотя… она тоскливо вздохнула, ни один каппи мира не сравнится с напитком Эллы, а вход туда ей был заказан. К тому же нужно было дождаться еще одного звонка.

Он раздался через полчаса. Даже не глядя на экран, Донна нажала клавишу вызова.

– Привет, Дугал, – уверенно сказала она, даже не дожидаясь, пока голограмма начальника юридической службы О’Донналов появится в комнате.

– Донна, счастье мое! – Невысокий рыжеволосый мужчина с недоумением покрутил головой, его светло-серые глаза расширились. – Ты где?

– Не важно, – отмахнулась она. Меган любила пестрые яркие вещи, и спальня Донны не была исключением: обои с геометрическим орнаментом, мебель, приобретенная на распродажах и оттого совершенно разная по стилю, какие-то пледы с золотой и серебряной бахромой, лежавшие повсюду.

– Ощущение шатра зерванского кочевника. – Дугал почесал кончик носа и озадаченно посмотрел на девушку. – Тебя отправили в командировку на Зерван?

– Ты позвонил за этим? – Донна улыбнулась. – Узнать, где я прожигаю жизнь, и присоединиться?

Мужчина хмыкнул:

– Держи карман шире. Я, конечно, понимаю, что тебе лестно внимание такого парня, как я…

– Но у тебя уже есть парень, – перебила его она.

Дугал лишь усмехнулся:

– Только никому не говори!

Эта фраза тоже была частью их шутки. Дугал О’Доннал давно считался одним из завидных женихов клана, но сам он предпочитал мужчин. Донна узнала об этом совершенно случайно, столкнувшись с парой на закрытом курорте. Тогда Дугал очень переживал, что все станет известно Расмусу, в клане такие отношения не поощрялись. Донна сохранила секрет, и Дугал был ей признателен за это. К тому же он был ее помощником, и они зачастую работали бок о бок сутками, готовясь к какому-нибудь сложному и оттого захватывающему процессу.

– Ладно, давай к делу, – предложила Донна.

– К какому? – Дугал хитро прищурился.

– То есть ты позвонил мне просто так?

– Я скучал. Мне не хватает твоего острого язычка.

– Скажи проще, ты устал подниматься в офис к Расмусу.

– Не без этого. – Помощник еще раз усмехнулся. – Как я понимаю, старик тебе уже позвонил?

– Да. Он рассказал свою версию событий. Не сомневаюсь, что она сильно отличается от того, что скажет Флетчер.

– Если вкратце, то Расмус своими придирками перегнул палку, Флетчер не выдержал и ответил, после чего был уволен.

– Это кто-то видел?

– Да, Джон и его ребята.

– Которые будут молчать…

Донна задумалась. Сейчас она была даже рада тому, что оказалась на Куинси. Ей действительно было жалко пилота, терпеливо сносившего издевки и презрительные взгляды Расмуса. Она знала, что Флетчер мечтает, выйдя на пенсию, купить собственный звездолет и лицензию, чтобы возить туристов. Теперь эта мечта не осуществится.

– Дугал, кто его адвокат? – спросила она, вдруг принимая решение.

– Мэтью Уильямс. – Шутливый тон сразу стал официальным.

Дугал был профессионалом. Донна всегда считала, что Расмус просто подавил его в начале карьеры, сделав абсолютно идеального подчиненного. К тому же Дугал всегда боялся, что в клане станут известны его предпочтения, и это затронет мать и брата, поэтому никогда не шел на конфликт. – Ты его знаешь?

– Да, он неплох, но не обращает внимания на детали, именно поэтому и проигрывает. Ты видел исковое? – Она села на диван, закинув ногу на ногу. Собеседник кивнул.

– Да, составлено по всем правилам, придраться не к чему.

– Надо бы встретиться с Мэттом и узнать, чего хочет его клиент.

– Пилот жаждет крови.

– Спорное утверждение. А сам Мэтт?

– Насколько мне известно, у него неприятности финансового характера, месяц назад он вернулся с Лас-Паломаса.

Донна покачала головой. Лас-Паломас – планета-казино, где проигрывались целые состояния.

– Тогда Мэтт предпочтет призовые длительному процессу. Встреться с ним и попробуй убедить пойти на сделку. Торгуйся!

Дугал скептически посмотрел на нее.

– Думаешь, Расмус одобрит?

– Дугал, Расмусу придется смириться. Сейчас все карты на стороне пилота. Нам нечего предъявить в суде, слово Флетчера против слова Расмуса.

– А как же непрофессионализм?

– Лучше бы его уволили за неопрятность. Причина увольнения будет противоречить записям диспетчерской службы. Нам не с чем идти в суд, Дугал. И заседание будет не на Эрине.

Тот вновь кивнул.

– Какую сумму мне предлагать?

Донна на секунду задумалась, прикидывая, сколько может стоить звездолет и лицензия.

– Предложи десять, сойдись на пятнадцати. Добавь к этому письменные извинения самого Расмуса и отличные рекомендации. Думаю, Мэтт на это клюнет.

– А сам Флетчер Уайт?

– А это, друг мой, будет уже проблемой Мэтью Уильямса. Он же его адвокат.

Дугал с восхищением посмотрел на сидящую перед ним девушку.

– Донна, ты настолько прекрасна, что я готов предложить тебе выйти за меня замуж!

– Не трать время понапрасну, друг мой! Я не хочу пасть жертвой ревности твоего нового приятеля! Кстати, как он поживает?

Дугал слегка помрачнел.

– Мы расстались. Он не готов делить меня с моей работой.

– О, мне очень жаль. – Донна знала, как ее друг переживал подобные заявления.

– Ну… что делать… – Дугал махнул рукой. – Ладно… спасибо тебе… за все.

– Держи меня в курсе! – предупредила Донна и отключила связь. Еще несколько минут она сидела за столом, задумчиво смотря на погасший экран, потом встала и прошла в гостиную как раз в тот момент, когда туда заходила Меган, увешанная свертками, точно зеленое дерево на Рождество.

Донна изумленно приподняла брови.

– Судя по твоему виду, ты ограбила несколько магазинов.

– Нет, в одном из поселков была гаражная распродажа. Ну, знаешь, когда продают ненужные вещи за сущие гроши… – Меган слегка виновато посмотрела на соседку.

– Только не говори мне, что грошей у тебя оказалось столько, что ты купила их все!

– Нет. Меня опередили! Но ты посмотри, неужели ты устояла бы против такой скатерти! – Порывшись в одном из бумажных пакетов, Меган достала что-то пестрое с золотыми нитями и бахромой, расстелила на полу и торжествующе посмотрела на Донну, которая надела блузку из черного хлопка с голубой вышивкой по манжетам и черные брюки. – Впрочем, ты бы устояла.

Донна улыбнулась, правда, улыбка не затронула ее глаз.

Меган это заметила:

– Выглядишь так, будто грузовик задавил твоего любимого кроленя!

– Почему именно кроленя? – не поняла Донна, вспомнив это создание генетиков: огромный кролик с рогами оленя и копытами на задних лапах. Выглядел мутант весьма устрашающе.

– Потому что он дико дорогой и уродливый! – рассмеялась Меган, доставая из холодильника две бутылки имбирного пива. – Будешь?

– Нет. – Донна покачала головой, понимая, что не в силах ни пить это пиво, ни слушать трескотню своей соседки. Меган обиженно насупилась. Ища оправдание своему отказу, Донна бросила взгляд на часы: слишком рано, чтобы ложиться спать, но слишком поздно, чтобы идти в научный центр. Оставалось только одно – спортивный клуб.

– Я собираюсь в бассейн.

– О! Прекрасная идея! – Меган отсалютовала Донне бутылкой с пивом. – Поплавай и за меня тоже.

– Хорошо. – Как она и рассчитывала, ее соседка слишком устала, копаясь в коробках, чтобы идти еще куда-то. Пока Донна собиралась, она развалилась на диване, с довольным видом пересматривая покупки, точно сорока в гнезде.

Махнув рукой на прощанье, Донна вышла и поспешила к оздоровительному центру. Как она и предполагала, в аквакомплексе никого не было. Студенты предпочитали плавать либо с утра, либо сразу после занятий, а преподаватели – когда у них по расписанию были свободные пары. Сейчас бассейн был пуст.

Вернее, почти пуст: на одной из дорожек кто-то, энергично отфыркиваясь, рассекал воду. Не желая ни с кем встречаться, Донна прошла в соседний зал, скользнула в обжигающе-горячую воду джакузи и включила гидромассаж. Откинула голову, просто наслаждаясь теплом и тишиной, нарушаемой лишь монотонным гулом насосов. Пар окутывал лицо, капельки пота скользили по коже, а тонкие пряди, выбившиеся из-под заколки, прилипли к вискам и шее.

Расслабившись, Донна и не заметила, как задремала и соскользнула с бортика в воду с головой. От неожиданности она бестолково взмахнула руками, попыталась вздохнуть и сразу начала захлебываться. Тут же кто-то подхватил ее, вытаскивая на поверхность.

Отдышавшись, Донна поняла, что сидит на прохладном полу, а над ней склонился Кьер. Мокрые белые волосы прилипли к шее, длинные ресницы слиплись от влаги, а кожа из-за стекавших по ней капелькам воды казалась испещренной темными узорами. Донне вдруг захотелось слизнуть одну из этих капелек языком, скользя губами по серой коже. Она судорожно вздохнула.

– Ты как? – с явным беспокойством в голосе спросил Кьер.

– Нормально. – Голос был хриплым. Она попыталась встать, но он мягко удержал ее.

– Не торопись.

Донна подчинилась. Голова все еще кружилась. Не то от пережитого шока, не то от близости мужчины. Она чуть прикрыла глаза, пытаясь успокоиться.

Кьер взял ее за запястье, нащупал пульс. От пальцев шло знакомое тепло. Сквозь ресницы Донна отстраненно наблюдала, как ее спаситель хмурится, явно считая удары.

– Частит, – наконец сказал он, все еще не выпуская ее руки из своей. Она едва заметно усмехнулась. Близость Кьера заставляла сердце биться в два, а то и в три раза быстрее.

– Все в порядке, я могу встать. – Она попыталась подняться, нога поехала по скользкой плитке. Донна пошатнулась и невольно ухватилась за бывшего мужа.

– По всей видимости, не можешь, – резюмировал он, подхватывая ее на руки и направляясь к выходу. Все еще находясь в каком-то трансе, она не сопротивлялась.

В зале с бассейном было прохладно. Вздрогнув, Донна невольно еще сильнее прижалась к мужской груди, затем, вдруг осознав, где находится, резко отстранилась так, что Кьер едва удержался, чтобы не упасть.

– Ты что делаешь? – охнул он.

– Отпустите меня! – потребовала она.

– Уверена? – Кьер снова всмотрелся в ее лицо и с кривой улыбкой аккуратно поставил на ноги, все еще придерживая за плечи. Донна запоздало сообразила, что они находятся совершенно одни и почти раздетые. «Просто как в старые добрые времена», – ехидно пронеслось у нее в голове. Это разозлило.

– Я вполне могу держаться на ногах! – Донна сердито повела плечом, пытаясь стряхнуть его руки. Кьер лишь вопросительно изогнул брови, явно сомневаясь в заявлении, но все-таки разжал пальцы. Девушка выскользнула из его рук и отошла на несколько шагов. Он выжидающе смотрел на нее.

– Мне стоит поблагодарить вас за помощь, мистер Сонг, – запоздало сообразила Донна, дрожа не то от холода, не то от желанной близости. – Я была слишком неосторожна и задремала.

– О да, повторение пройденного и давно забытого, как ненужное, занимает много времени, не правда ли? – легко согласился Кьер, подходя к лавочке, где лежали чистые полотенца. Одно набросил на плечи, второе протянул Донне. Она взяла, завернулась в махровую ткань, сразу чувствуя себя намного увереннее.

– Вы же понимаете, мистер Сонг, что тем, кто отстает, приходится в результате много заниматься! – произнесла Донна строгим учительским тоном.

– Конечно, мисс О’Доннал. – Кьер ухмыльнулся. – Надеюсь, что учеба, как и раньше, доставляет вам удовольствие.

Она сделала вид, что проигнорировала его намек.

– Простите, мне действительно надо идти.

– Не смею вас задерживать.

Он отступил в сторону, освобождая ей путь. Подозрительно взглянув на мужчину, Донна направилась в раздевалку.

– Да, мисс О’Доннал! Могу ли я вам дать один совет?

Донна обернулась. Кьер очень вежливо улыбался, хотя аметистовые глаза потемнели от хорошо сдерживаемого гнева.

– В следующий раз, когда решите изображать свою кузину, лучше сведите татуировку на плече!

Не дожидаясь ответа, он повернулся и вошел в мужскую раздевалку. Донна побледнела и невольно схватилась за плечо, на котором красовался небольшой вензель: две переплетенные узором буквы «Д» и «К». Точно такая же татуировка была на лопатке у Кьера. Они сделали их сразу после свадьбы вместо колец, которые Донна не рискнула носить, опасаясь, что сплетни могут достигнуть ушей Расмуса, и тот отдаст приказ устранить Кьерстена.

– Ты просто трусишь! – разозлился Кьер, когда Донна пыталась объяснить ему, почему она не хочет носить кольцо. – Хватит, Донна, ты не маленькая девочка, чтобы так зависеть от мнения своего дяди!

– Он – глава клана. – Донне не хотелось рассказывать мужу о своих проблемах с долгами отца.

– И что теперь?

– Он богат, и у него есть власть. – Она умоляюще посмотрела на Кьера. – Пожалуйста, мне остался всего год учебы, после чего я не буду так от него зависеть… К тому же у меня есть идея получше колец!

– И что ты предлагаешь? – проворчал он, сдаваясь.

– Сделать тату!

Эту татуировку давно надо было свести, но Донну постоянно останавливало что-то. Она даже несколько раз записывалась в салон, но забывала, или же ее вызывали на срочное совещание. В результате она решила оставить все как есть.

Зря. Теперь бывший муж сможет использовать это против нее. Конечно, можно было ждать, пока Кьерстен сам не выдвинет условия, но девушке уже порядком надоела эта игра в кошки-мышки. К тому же, зная Кьера, он вполне мог додумать то, чего в помине не было, а это могло создать новые трудности.

В конце концов, она больше не маленькая девочка, чтобы бегать от проблем. На самом деле надо было объясниться раз и навсегда, и Донна решительно направилась вслед за бывшим мужем.

– Кьер, послушай… – Она замерла, не в силах ни продолжать, ни отвести взгляд от обнаженного серокожего мужчины, стоявшего под душем. Рельефная спина, упругие ягодицы, длинные ноги. От блестящей серой кожи шел пар. Сердце вновь забилось слишком часто. Захотелось стать рядом, прижаться к его телу и забыться в горячих струях. Донна вздохнула.

Словно услышав этот вздох, Кьер обернулся. Аметистовые глаза сверкнули, и она вдруг поняла, что просто неприлично долго рассматривает его.

– Здесь нет ничего, чего бы ты не видела раньше, – холодно заметил он, протягивая руку за полотенцем.

– Извини, – выдохнула она, подавляя в себе желание отвернуться и убежать. – Я не сообразила, что…

– Что здесь мужская душевая? – тщательно вытеревшись, он обернул полотенце вокруг бедер, небрежно закрепил его и направился к ней. Она невольно попятилась, упершись спиной в холодную стену, по которой стекали водяные капли. Вздрогнув, Донна посмотрела на бывшего мужа. Он явно забавлялся ее реакцией. Это окончательно привело ее в чувство. Она гордо выпрямилась. Черт возьми, они – взрослые разумные люди, которые вполне могут договориться.

Как только у нее перестанут подкашиваться ноги при виде этого мужчины обнаженным. Донна попыталась выкинуть гадкие и оттого очень сладостные мысли из головы.

– Я лишь хотела попросить тебя пока никому не говорить, что ты узнал меня, – спокойно произнесла она, хотя мокрый, льнущий к телу купальник сводил на нет всю ее уверенность.

– Разумеется. – Кьер слегка наклонил голову. – Вопрос лишь в том, какая мне от этого польза?

– А какая польза от моего разоблачения?

– Ну как же… высокие принципы университета Куинси…

– С каких это пор тебя стали заботить принципы? – Донна изобразила изумление.

Кьер усмехнулся:

– Ты права. На принципы мне плевать. Но, надеюсь, мне нет нужды упоминать о принципе «услуга за услугу»?

Донна вздохнула. Все-таки она слишком хорошо знала бывшего мужа.

– И что ты хочешь?

Удивительно, но он вдруг заколебался, потом покачал головой.

– Не сейчас, Донна. Но не сомневайся, я дам тебе знать, когда мне что-то понадобится.

– Хорошо, – кивнула она, понимая, что большего все равно не добьется. – Что ж, если мы все решили, – счастливо оставаться…

– Ты не пойдешь со мной в раздевалку? – ухмыльнулся Кьер.

– Как ты правильно недавно заметил, там нет ничего такого, чего бы я не видела раньше. – Мило улыбнувшись, Донна вышла.

Кьер проводил ее тяжелым взглядом, потом прошелся по душевой, ероша мокрые волосы. Господи, он вел себя, как озабоченный юнец! Все эти демонстрации собственного тела, двусмысленные шуточки… Впрочем, стоило признаться хотя бы самому себе, что Донна всегда имела на него особое влияние.

Она не удалила татуировку. Когда Кьер увидел знакомый вензель, то ощутил ликование. Донна не удалила татуировку. Значило ли это, что она все еще хранила какие-то воспоминания об их скоротечном браке.

Хотя сам Кьер тоже этого не сделал, совершенно позабыв о черной вязи букв, украшавшей плечо. «Д» и «К». Лишь когда, вытащив Донну из воды, Кьерстен подхватил ее на руки, татуировка мелькнула перед глазами, вызывая злость по поводу того, что его так долго водили за нос, заставляя сомневаться. Захотелось схватить обманщицу и трясти ее, словно куклу, требуя рассказать всю правду, но она так доверчиво прижалась к его груди, что ярость сразу же прошла, оставив чувство легкой досады и еще желание. Дикое желание обладать этой рыжеволосой феей.

На секунду в голове возникла мысль: последовать примеру бывшей жены и ворваться в душевую, где она наверняка сейчас стоит обнаженная под струями воды. Картина представилась настолько яркой, что тело мгновенно отреагировало. Ругнувшись, Кьер сорвал полотенце и вновь встал под душ, только на этот раз вода была ледяной.

Глава 13

Все это оттого, что у него давно не было женщины, решил Кьер чуть позже, стоя в тени огромного дерева. Он настолько много работал последние месяцы, что буквально ночевал в офисе. И вот что получилось. Нет, ему решительно надо отправиться в соседний городок, зайти в бар и найти себе женщину хотя бы на одну ночь. Завтра выходной, и он обязательно поедет. Может быть, даже сейчас. Вот только убедится, что Донна благополучно добралась до кампуса.

Кьер с каким-то раздражением посмотрел на крыльцо фитнес-центра. Она все не выходила, и он, одержимый мрачными предчувствиями, уже хотел вернуться, когда Донна показалась в дверях. Всегда предпочитавшая темные тона в одежде, выйдя на улицу, она почти сливалась с темнотой ночи, если бы не огненно-рыжие локоны, рассыпавшиеся по спине. Вот почему она задержалась: сушила волосы. Злость исчезла.

Оглянувшись по сторонам и вздохнув не то с облегчением, не то разочарованно, Донна, закинув сумку на спину, побрела по направлению к кампусу, откуда уже доносились пьяные выкрики. Кьер скользнул за ней, все еще прячась в тени деревьев. Очередное ребячество. Он осознал это, лишь когда Донна скрылась за дверями общежития. Видела бы его сейчас Серена!

Впрочем, ей это доставило бы удовольствие. Серена очень любила маленькие человеческие слабости. Правда, у других, тщательно скрывая свои собственные.

Надо позвонить ей, решил Кьер. Но это можно сделать и завтра, а сейчас ему просто необходимо было расслабиться.

Он проверил бумажник на предмет наличности и вызвал такси, по памяти ввел адрес одного из лучших баров и вальяжно развалился на сиденье, стараясь прогнать из головы все мысли о Донне, так доверчиво прижимавшейся к его груди. Почти удалось.

Шустро проскользив по достаточно оживленным улицам, такси остановилось у одного из небольших домов, находящихся в старой застройке в центре. Кьер дождался сигнала об оплате и вышел. Около тяжелых дверей он вдруг остановился, поняв, что приехал в тот паб, который нравился Донне. Хотя… у них всегда были схожие вкусы.

Кьер распахнул дверь и вошел. Все было так, как он помнил: тяжелые массивные столы, скамьи вместо стульев и дубовые панели, закрывавшие стены.

Паб был почти полон, однако посетители не шумели, лишь негромко переговаривались друг с другом, а многие и вовсе сидели молча. Тягучий блюз лился с небольшой сцены, расположенной в глубине зала. Гортанный голос певицы завораживал. «Люди, люди, которые не нужны друг другу…» – пела она.

Невысокий седовласый бармен, протиравший пивную кружку, бросил быстрый взгляд на вошедшего, и тут же его глаза распахнулись от изумления.

– Кьерстен Сонг! Один из лучших адвокатов Межгалактической Федерации! Для нас это большая честь! – Он моментально отставил кружку прочь, вытер руки о полотенце и протянул широкую ладонь.

– Томас, рад встрече! – Кьер с удовольствием обменялся крепким рукопожатием с хозяином паба, помнившим его еще студентом.

– Какими судьбами в наше захолустье?

– Соскучился по твоему элю…

– И поэтому преподаешь в Куинси? – усмехнулся тот.

Кьер шутливо поднял руки вверх:

– От тебя ничего не скроешь, верно?

– Верно, – широко улыбаясь, подтвердил Том. – Как Донна? Все еще вместе?

– Все-таки ты знаешь не все. Мы расстались. – Улыбка слегка померкла.

Хозяин бара смутился:

– Извини, вы всегда так смотрели друг на друга… думал, у вас это навсегда…

– Нет. – Кьер постарался вложить в голос то убеждение, которого не испытывал. – Ты же понимаешь, романтика студенческой поры…

– Да, к тому же ее дядя Расмус О’Доннал терпеть не может цветных!

– Вот как?

– Угу. Сейчас в Куинси его дочка… говорят, еще та стерва! Элла вышвырнула ее из своего кафе! – Томас не спрашивая достал бокал и налил туда из огромной бутылки янтарный напиток, кинул два куска настоящего ледяного хрусталя и придвинул Кьерстену. – Вот, за счет заведения!

– Процветания заведению! – поднял бокал Кьер и сделал несколько глотков, явно смакуя вкус. – Прекрасный виски!

– Держу для особых случаев! – похвастался хозяин паба и обернулся к подошедшей пышногрудой девице, чьи волосы были огненно-красного цвета. – Тебе воды или вина?

– Воды. – Судя по голосу, именно эта девица сейчас пела на сцене. Кьер с любопытством посмотрел на нее. Заметив это, певица ослепительно улыбнулась.

– Добрый вечер?

– Добрый, – отозвался Кьер. – Может быть, все-таки вина?

– Угощаете? – Она моментально оценила стоимость его на вид простого костюма. Кьер бросил быстрый взгляд на Томаса, словно спрашивая разрешения, не хотелось бы, чтобы певица оказалась сестрой или дочерью хозяина заведения. Тот пожал плечами и налил бокал белого.

– Молли поет у меня в баре.

– Молли – это я, – пояснила певица, делая глоток. Кьер кивнул:

– Я так и понял.

– А вы?

– Кьерстен.

– Странное имя… – Еще один глоток.

– Непривычное. – Он допил виски и протянул бокал Томасу. Тот вновь плеснул из бутылки.

– Верно. – Красноволосая усмехнулась. – Надолго к нам?

– Как пойдет. – Кьер не стал лукавить. – Пока я преподаю в университете Куинси.

Он старательно избегал вопросительного взгляда Томаса.

– О, Куинси… я хотела туда поступить, но меня не взяли… – Молли допила бокал и со стуком поставила на стол. – Интервьюер сказал, что у меня нет достаточной мотивации!

Она скривилась, вновь переживая тот момент.

– Так бывает. – Кьер вновь сделал глоток, чувствуя, как напряжение наконец-то уходит.

– Брось, он сказал это лишь потому, что у меня нет таких денег, как у Беллы Блекстоун или Моники ла Росс! Их-то взяли!

– Молли, – одернул ее Томас, – не стоит обсуждать клиентов!

– Думаешь, их взяли из-за денег? – Кьер, проигнорировав бармена, посмотрел на девушку. Та фыркнула:

– Девушки глупы. Да и в последний раз, когда они заходили сюда, то вели разговор, кто из их родителей сколько заплатил, чтобы они оставались в университете. Их подруга, кстати, учившаяся на год старше, точно так же устраивалась на стажировку.

– Куинси никогда… – Кьер осекся и внимательно посмотрел на Молли. – Можешь рассказать подробнее?

– Да, пойдем. – Певица кивнула на дальний столик.

– Эй, а петь кто будет? – воспротивился Томас.

Девушка вздохнула и обратилась к Кьеру:

– Можете подождать? Я заканчиваю в полночь.

– Конечно, – пообещал он, протягивая купюру Томасу. – Старина, поставь мне сразу бутылку!

Утром Кьерстен проснулся и в недоумении долго смотрел на белые безликие стены. Красноволосая певица сладко посапывала рядом. Он обнаружил ее, когда повернул голову. Яркий цвет волос резанул глаза, заставляя прикрыть их. Кьер сглотнул, пытаясь прогнать кисловатый привкус тошноты, одной бутылкой вчера в пабе не обошлось. Последующее он помнил с трудом. Они пили, танцевали… Молли, кажется, так звали эту красноволосую певицу, рассказывала про каких-то девушек, а потом предложила поехать к ней, и он вызвал такси.

Кьер оперся на локоть, осматривая комнату. Его вещи валялись на полу вперемешку с женскими: платьем, бюстгальтером, кружевными трусиками. Адвоката охватило чувство брезгливости к самому себе, но он моментально подавил его, вспомнив, что именно этого и хотел. Правда, легче не стало. Голова кружилась все сильнее, заставляя вновь упасть на подушки.

Девушка, спавшая рядом, заворочалась и открыла глаза. Только сейчас он заметил, что они у нее темно-карие, почти черные.

– Привет, – пробормотала она осипшим от сна голосом.

– Доброе утро, – вежливо отозвался Кьер. Он ненавидел эти утренние приветствия.

– Завтракать будешь?

– Не думаю. – Сочтя, что с приличиями покончено, Кьер встал и собрал свою одежду. С омерзением взглянул на грязное белье, он терпеть не мог носить несвежую одежду, но выбора не было.

Молли перевернулась на живот и подперла голову ладонями, наблюдая, как мужчина одевается. В ее взгляде не было похоти или сожаления, лишь любопытство, как у ребенка.

– Захлопни дверь, пожалуйста, – спокойно попросила она, когда он застегивал рубашку. Кьер замер.

– И все? – вдруг спросил он, пристально всматриваясь в это по-детски круглое лицо с пухлыми губами, которые, как он убедился ночью, могли дарить наслаждение.

– Все, – подтвердила Молли, – впрочем, ты мне понравился, если захочешь – приходи еще. Но ты вряд ли захочешь…

– Почему ты так решила? – вскинулся Кьер, слегка уязвленный.

– Потому что меня не зовут Донна. – И, заметив его изумление, красноволосая с улыбкой пояснила: – Ты назвал меня этим именем трижды.

– Черт! – Кьер обескураженно посмотрел на нее. Молли улыбнулась.

– Это твоя подружка?

– Типа того, – процедил сквозь зубы, злясь на самого себя.

– Тогда мой тебе совет – вернись к ней. Секс с другой не лучший способ доказать ей хоть что-то…

– С чего ты… – Кьер осекся и посмотрел на улыбающееся лицо. – Ладно, ты права.

Он достал бумажник, покрутил и обернулся к красноволосой Молли.

– Ты не обидишься?

– Обижусь, если не будешь щедр, – рассмеялась она. Со вздохом облегчения Кьер вытащил из бумажника почти все, оставив себе лишь на такси, и положил на стол.

– Всего хорошего. – Он вежливо склонил голову и направился к выходу.

– Не забудь закрыть дверь, – донеслось в ответ преувеличенно бодро.

Захлопнув дверь, как и просили, Кьер вышел на улицу, вдохнул бодряще-свежего воздуха, не торопясь прошелся до ближайшей гостиницы, где стоял единственный электрокар желтого цвета. Это означало, что машина управляется человеком, а не дроидом.

Разбудив таксиста, Кьер попросил отвезти его к воротам университета. Тот, ворча, попытался отказаться, но купюра, продемонстрированная перед его носом, заставила взбодриться.

Такси притормозило аккурат рядом с проходной, Кьер расплатился и вышел, наслаждаясь тишиной утра выходного дня: ни радио, ни вечно спешащих студентов. С легкой улыбкой он побрел по одной из дорожек, желая срезать путь, и буквально сразу же столкнулся с Донной.

Судя по всему, она бегала – на ней был спортивный костюм и кроссовки. Волосы, выбившиеся из хвоста, прилипли ко лбу, а грудь все еще вздымалась от резкого дыхания.

– Мисс О’Доннал. – Кьерстену не оставалось ничего другого, как вежливо кивнуть.

– Мистер Сонг. – Лицо девушки было бесстрастным, но во взгляде он явственно увидел, как сейчас выглядит: несвежая рубашка, покрасневшие глаза, небритое лицо.

– Я был у Томаса. – Почему-то ему казалось важным сказать именно это.

– Да, конечно, – отозвалась Донна так, что сразу стало ясно: она знает, как и наверняка даже с кем он провел эту ночь. Кьера охватила злость. Ведь это Донна виновата в том, что он сейчас стоит здесь и судорожно пытается придумать оправдание своим поступкам. Их не было. Как, впрочем, не было уже ничего: ни их отношений, ни их брака, лишь татуировки, бессмысленная вязь букв, но ведь не она заставляла его оправдываться, а зеленые глаза, все еще пристально смотревшие на него.

– Извини, мне пора, – бросил Кьер. Получилось грубо. – Кстати, ты тоже могла бы зайти к старине Томасу.

– Не думаю, что он будет рад видеть в своем заведении Теодору О’Доннал, – заметила Донна.

Кьер кивнул:

– Точно. Я и забыл…

– Так бывает, если не высыпаешься. – В голосе явно была насмешка. – Доброго дня, мистер Сонг!

Не дожидаясь ответа, она снова побежала по дорожке. Кьер махнул ей рукой и направился в свою квартиру.

Казенная, она выглядела все так же неуютно, как и раньше. Он привел себя в порядок, взглянул на часы и набрал номер. Серена ответила не сразу. Лишь после пятого гудка она включила аудиосвязь. Значит, была с Мэлом. Кьерстен усмехнулся, этот роман длился уже более года, и во всей Федерации трудно было найти менее подходящих друг другу людей, чем владелец детективного агентства и блистательная Серена.

– Кьер, милый, – раздался в комнате ее бархатный голос, – надеюсь, у тебя что-то важное?

– Не знаю. – Он задумался, прикидывая, как разыграть карты. – Скорее, хотел посоветоваться. Впрочем, если ты занята…

– Для тебя я всегда найду время. Что случилось?

– Я не могу до конца понять, что происходит, – признался он. – Всю эту неделю я преподавал студентам…

– И?

– Они ужасны. Все!

– Бедный. Ты, наверное, очень устал.

– Серена, мне не до шуток! – предупредил Кьер. – Ходят слухи, что родители оплачивают своим чадам экзамены и распределение на стажировку. Судя по документам, которые я видел, так оно и есть! Еще несколько лет, и нам просто некого будет набирать в Куинси!

– А в других университетах у нас нет привилегий, – продолжила его мысль глава фирмы.

– Именно. Джейсон считает, что копают под сам университет.

– Забавно. – Судя по звуку, Серена забарабанила пальцами по столу. Кьер буквально увидел ее в алом шелковом халате, с распущенными волосами и опухшими от поцелуев губами. Странно, но эта картина вызвала гораздо меньше эмоций, чем Донна в спортивном костюме. Да что же это с ним творится! Увлеченный самоанализом, он едва не пропустил фразу своей собеседницы.

– …какой университет наиболее для нас перспективен…

– Серена, ты же знаешь, что альтернативы нет, – оборвал он ее. – Во всяком случае, для нас.

– И что ты предлагаешь?

– Джейсон просил меня помочь с расследованием. Думаю, найдя и устранив причину, мы сможем вернуть Куинси былую славу. Но для этого нужно время.

– Надеюсь, причина в Куинси, а не в какой-нибудь студентке, вскружившей тебе голову… – Удивительно, как Серена угадывала недосказанное.

– Послушай… – хотел возразить он, но его оборвали:

– Кьер, я прекрасно понимаю, что ты не был в отпуске уже три года. У тебя есть месяц, поиграй в сыщика, покувыркайся со своей студенточкой и возвращайся во взрослую жизнь.

– Ты же меня уволила, – хмыкнул он.

– Считай, что снова приняла на работу без испытательного срока.

– А мое имя на вывеске?

Серена помолчала, затем вздохнула:

– Что ж… признаю́… ты заслужил это.

– Договорились. – Довольно улыбнувшись, Кьер отключился и посмотрел на себя в зеркало. Тщательно выбритый, в белоснежной рубашке он уже ничем не напоминал утреннего бродягу, с которым встретилась Донна.

«Ну что ж, – подумалось ему. – Месяц не так уж и мало, чтобы… – Он запнулся, а затем решительно закончил: – Чтобы наконец расставить все точки в отношениях с бывшей женой!»

Глава 14

Донна бегала до тех пор, пока кровь не стала с шумом пульсировать в висках. Дыхание давно сбилось, а пот заливал глаза. Лишь тогда она остановилась, судорожно хватая ртом воздух. Утренняя встреча с Кьером выбила ее из колеи, оставив послевкусие горькой злости. Она и сама не до конца понимала, почему так реагирует. В сущности, Донне не должно быть никакого дела до того, где и с кем Кьерстен Сонг проводит время, но злость не проходила. К тому же утром он смотрел на нее так, будто она была сама в чем-то виновата.

Конечно, у нее тоже были мужчины, но ведь бумаги о разводе давно подписаны, тогда почему ее так задевает поведение бывшего мужа?

Так и не найдя ответа на этот вопрос, Донна зашагала по дорожке, чтобы выровнять дыхание, прежде чем она дойдет до кампуса.

Кода она вошла в гостиную, Меган уже развалилась на диване. Судя по огромному тюрбану из алого полотенца, хозяйка комнаты только что из душа.

– Привет! – Она подняла голову от планшета, в котором виднелись иллюстрации глянцевого журнала по космической психологии, и с интересом посмотрела на Донну. – Выглядишь так, будто участвовала в межпланетном марафоне.

Та откинула со лба слипшуюся челку.

– Возможно. У нас вода еще осталась?

– Если в холодильнике, то бутылка есть, если ты о ванной, то да, ее не отключили, поэтому скорее лезь в душ!

– Угу. – Донна все-таки прошла на кухню, выхватила из холодильника бутылку воды, открутила крышку, сделала несколько глотков и лишь после этого отправилась в ванную. Оттуда она вылетела ровно через пять минут, мокрая и злая.

– Воды нет! – мрачно сообщила она Меган.

– Да, это нововведение прошлого года. Считают, что так смогут заставить студентов активно посещать фитнес-центр!

– То есть, как я понимаю, в душевые сейчас очередь?

– Смотри сама. – Меган кивнула в сторону окна. Придерживая полотенце, Донна выглянула и, не удержавшись, присвистнула – очередь с полотенцами выстроилась даже перед крыльцом.

– Вот не было напасти, – вздохнула она.

– Часа через два рассосется. – Соседка с сочувствием посмотрела на Донну. Та кивнула.

– Ладно, я пока поработаю.

– Ты просто монстр! – шутливо ужаснулась Меган. – Ты когда-нибудь спишь?

Донна в ответ улыбнулась и направилась к себе в комнату, открыла лэптоп. Вошла в свою домашнюю систему, через которую можно было выйти на корпоративные серверы О’Донналов, но вместо того, чтобы достать дело по дискриминации, зачем-то полезла на диск, где хранила свои фото.

С трудом вспомнив пароль, Донна открыла папку с пометкой «разное», запустила фото на плеере. Голографические кадры замелькали перед глазами. Она и Кьер. То стоя в обнимку, то держась за руки, то наигранно отворачиваясь друг от друга… Фото были сделаны на вечеринках, на выпускном Кьера и просто во дворе университета.

Донна нажала на паузу, потом увеличила снимок, внимательно всматриваясь в заостренные черты лица бывшего мужа. Только теперь она заметила, что Кьерстен все-таки изменился. Взгляд стал жестче, а между бровей пролегла хмурая складка.

– Что делаешь? – Меган заглянула в комнату и присвистнула, заметив изображение. – Подожди, это же…

Донна захлопнула лэптоп, надеясь избежать расспросов, но будущего психолога уже было не остановить.

– Это же Кьерстен Сонг! – Она внимательно посмотрела на подругу. – Ты все же думаешь о нем?

– Нет. Просто разбираю папку со старыми фото, – ответила та.

Меган хмыкнула:

– И начала именно с бывшего мужа?

– Какая разница, с чего начинать? – С деланым безразличием Донна пожала плечами.

– Никакой. Но… ты уверена, что хочешь разобраться лишь с фото? – Меган бросила на нее лукавый взгляд.

– Конечно.

– А как же сами причины, по которым вы расстались?

Донна вздохнула и очень пристально посмотрела на свою соседку.

– Меган, послушай, я понимаю, что, когда учишься, то хочешь применить свои знания на практике, но в данном случае это лишнее.

– Лишнее – это когда уже все в прошлом, – ответила та и, заметив зло сверкнувшие глаза подруги, спохватилась и сменила тему: – Кстати, воду уже дали!

– С этого и надо было начинать. – Донна сорвалась со стула и помчалась в ванную комнату.

Теплая вода, пушистое полотенце, а затем и чашечка каппи настроили Донну на почти миролюбивый лад. Какое ей дело, в конце концов, до того, где проводит свои ночи Кьерстен Сонг. С этими мыслями она вновь открыла лэптоп и на этот раз действительно зашла на сервер юридической фирмы О’Донналов.

Еще рано утром Дугал прислал ей сообщение, что выложил все материалы по делу в папку под ее именем.

Чтобы не тратить время, Донна запустила поисковик. Результат выпал почти сразу. Две папки под наименованием «Донна», только одна из них была создана несколько лет тому назад.

Донна открыла ее, наугад вывела на экран один из документов, вчиталась, ахнула и начала разбирать их все по порядку. Это были отчеты о ее встречах с Кьерстеном Сонгом.

Донна прочитала их все, один за другим. Сухой формальный язык, лаконичные фразы, за которыми нельзя было понять все то, что связывало ее с Кьером. Это оскорбило больше всего. Отчеты развеивали то очарование, которое она тщательно хранила в душе. Стало мерзко.

Закрыв папку, она долго сидела и смотрела на уже погасший экран лэптопа. Нехорошее подозрение охватило Донну. Она сосчитала до ста, прежде чем достать смартфон и набрать номер того, кто мог прояснить ответы на все вопросы.

– Донна? – Джон О’Доннал ответил почти сразу. В голосе было удивление и немного радости. Это заставило ее зло усмехнуться.

– Я хочу знать, Джон, что стало с теми письмами, которые я несколько лет назад направила на имя Кьерстена Сонга! – потребовала она.

Начальник службы безопасности вздрогнул.

– С чего вдруг такой вопрос?

– Ты следил за мной во время моей учебы. – Она пристально посмотрела на него. – И не отрицай, я видела все доносы!

– Отчеты, – машинально поправил он, но она покачала головой.

– Нет, Джон, это были доносы.

– Где ты их взяла?

– Как я понимаю, папка попала на общий сервер во время резервного копирования. Но ты не ответил на мой вопрос, Джон! Где письма?

Он поколебался.

– Я их уничтожил.

– ЧТО? – Донна похолодела от ужаса, понимая, чем может обернуться для нее это признание.

– Я уничтожил их все, что тебе писал этот… цветной! – Последнее слово начальник службы безопасности просто выплюнул, вкладывая все то презрение, которое у него было. – Как и твои к нему!

– Как ты посмел?! – Окончательно оскорбленная этим высказыванием о Кьере, Донна вскочила, уже не помня себя от ярости.

– Посмел! – рявкнул в ответ Джон. – Ты сделала свой выбор, оставшись в клане. Думаешь, Расмус тебя погладил бы по головке, узнай он, с кем ты кувыркалась на белоснежном институтском белье?

Это было последней каплей.

– Замолчи! – Донна осеклась и посмотрела на хмурое лицо собеседника. Джон смел. Более того, искренне считал, что был прав.

К счастью, его наблюдатель подошел к работе достаточно формально. В донесениях не было упомянуто, что Кьерстен Сонг и Донна О’Доннал сочетались законным браком в университетской часовне.

Понимая, что продолжать разговор бессмысленно, она просто отключила связь. Отшвырнула прочь смартфон, словно змею. Судя по характерному звуку, экран треснул, но Донне было уже все равно. Она закружила по комнате, пытаясь осознать то, что услышала.

Письмо с документами о разводе было уничтожено, не дойдя до адресата. А это значит… Донна застонала. Это значит, что все это время они с Кьером были женаты. Да они и сейчас женаты!

И ей придется идти к мужу, чтобы известить об этом. Страшно было даже представить, что она услышит от Кьерстена. Он может решить, что Донна все сделала умышленно, и еще, чего доброго, вчинит иск о компенсации за все прожитые в неведении годы и опасность подвергнуться двоеженству.

– Черт, – лихорадочно пробормотала она, чувствуя, как на лбу проступает испарина. – Черт. Черт. Черт.

Донна поняла, что ей просто необходимо выпить, желательно много и чего-нибудь гораздо более крепкого, чем имбирное пиво, дозволенное студентам. Лучшая выпивка всегда была у Томаса, но она не могла появиться там, будь проклята эта Теа. Хотя ведь именно кузина и была нежеланной персоной в баре Томаса, бармен всегда дружил с Элл. Но что мешало Донне О’Доннал на выходные слетать в Куинси?

Она еще раз прошлась по комнате, обдумывая план, открыла лэптоп и со вздохом подобрала телефон. Заметив паутинку трещин на экране, поморщилась. Придется покупать новый. Уже третий смартфон за год. Впрочем, для нее это был не рекорд.

Донна включила гаджет и взглянула на экран. Джон звонил три раза. С наслаждением удалив памятку о пропущенных звонках, она купила на свое имя билет на ближайший звездолет, летевший на Куинси, забронировала отель, чтобы не возвращаться в кампус пьяной, оплатила все со счета Расмуса и вызвала такси. Звездолет прилетал на планету лишь через три часа, но в баре никто не будет сопоставлять время.

Ни городок, ни сам паб ничуть не изменились. В любое другое время Донна с удовольствием прогулялась бы по кривым улочкам среди невысоких домиков, вспоминая прошлое, но сейчас она была слишком взвинчена, поэтому направилась прямиком в паб.

– Эй, тут не место студентам! Особенно таким, как ты! – сердитый окрик заставил ее обернуться.

– Здравствуй, Томас, – произнесла она с улыбкой. – А ты все такой же! Вижу, моя кузина достала и тебя?

– Донна? – Хозяин всмотрелся в рыжеволосую гостью и почему-то нервно сглотнул. – Какими судьбами?

– Да вот… приехала по делам, – она неопределенно махнула рукой, – и решила заскочить.

– Правильно. – Томас старательно избегал смотреть в ее глаза, значит, Кьер вчера был здесь и, возможно, бармен даже видел его спутницу. – Давай я тебя угощу?

– Только первый джин-тоник! – почти естественно рассмеялась Донна. – В мои планы входит сегодня напиться в твоем заведении, если ты не против, конечно!

– Я только за, – Томас запнулся, – хотя у нас стало шумновато, знаешь, ну там разные песни…

– С удовольствием послушаю. И принеси мне сразу целую бутылку! – Ослепительно улыбнувшись, Донна прошла за один из свободных столиков в темной части зала. Спокойно дождалась, пока молоденькая официантка принесет заказ, сама налила себе джин в стакан, добавила льда и смешала с тоником.

Напряжение ушло не сразу. Но после третьего коктейля ситуация с разводом стала казаться не такой уже мрачной, а после четвертого Донна уже даже хихикала, представляя себе ошеломленное лицо Кьера.

Именно тогда она и услышала пение. Красивый низкий женский голос пел о неразделенной любви и о людях, которые стали чужими друг другу. Донна бросила взгляд на сцену. Красноволосая певица стояла у пианино. Блестящее платье обтягивало фигуру, переливаясь на пышной груди.

Донна вдруг поняла, что это именно та женщина, с которой Кьер провел прошлую ночь. Это отрезвило.

С холодным интересом ученого девушка рассматривала певицу, пытаясь понять, что так привлекло Кьерстена. Та это заметила и в перерыве подошла к стойке, переговорила с хозяином паба, после решительно направилась к Донне. Томас недовольно посмотрел вслед, но удерживать не стал.

– Привет! – поздоровалась красноволосая. Донна вежливо наклонила голову.

– Добрый вечер!

– Вы – Донна, верно?

– Да. Мы знакомы?

– Нет. Просто Кьерстен Сонг был вчера здесь. Рассказывал о вас.

– Как мило с его стороны.

Красноволосая весело рассмеялась.

– Вы были его подругой?

– Нет. Женой. – Донна усмехнулась, заметив растерянность на лице собеседницы. – Он не сказал?

– Нет. Зачем вы пришли?

– Напиться. – Донна поняла, что слишком опьянела для сцен ревности. – У меня был тяжелый день. Хотите выпить? Я угощаю!

– Я еще работаю.

– Жаль. Составили бы мне компанию.

Певица недоверчиво посмотрела на сидящую перед ней элегантную рыжеволосую женщину.

– Вы не злитесь?

– На вас? За что?

– Не знаю, мне показалось, что вы ему небезразличны…

– Вам показалось… – Донна допила коктейль и задумчиво посмотрела на почти пустую бутылку. – Точно не хотите?

– Нет.

– Молли, пора, – окликнул ее пианист.

Певица смущенно улыбнулась:

– Извините, мне надо на сцену.

На этот раз песня была о любви. О том, как Снежная королева, полюбив своего пленника, позволила куску льда, сковавшему его сердце, растаять, но после юноша не мог жить в вечном холоде, а королева не могла существовать без вечных льдов Севера, и теперь лишь один день в году влюбленные могли увидеть друг друга.

Мелодия была настолько красивой, а голос певицы – проникновенным, что Донна закрыла глаза. Переживая за королеву, она и не заметила, что по щекам катятся слезы.

Лишь когда музыка закончилась, а в зале раздались аплодисменты, она открыла глаза и встретилась взглядом с Кьером, буквально нависшим над столиком.

– А ты что здесь делаешь? – слегка невнятно спросила Донна и тут же смутилась. Ясно же, что бывший муж пришел к красноволосой певице. В ответ Кьер лишь присвистнул.

– Ничего себе ты набралась. – Он бросил взгляд на пустую бутылку. – Только не говори, что ты выпила все это сама!

– Ну, твоя… – неуверенный кивок в сторону сцены, и голова внезапно закружилась. Донна пошатнулась, ухватилась за край стола и упрямо продолжила: – Подруга отказалась…

– Она не моя подруга. – Кьер обнял бывшую жену за плечи. – Тебе уже хватит. Пойдем!

– Не твоя подруга? – изумилась Донна, проигнорировав последний призыв. – Но почему?

– Так получилось. – Кьерстен, которого уже начал порядком раздражать этот разговор, рывком поставил Донну на ноги. Она пошатнулась и еле удержалась на высоких каблуках.

– Кажется, я не могу идти, – пожаловалась она. – Пол шатается.

Вздохнув, хотя это больше было похоже на рык, Кьер подхватил Донну на руки и понес к выходу. От неожиданности та взвизгнула и схватилась за его плечи.

– Ты меня уронишь!

– Если будешь так цепляться за шею, точно уроню, – пообещал он и, поравнявшись с барной стойкой, попросил: – Томас, будь добр, вызови такси. Мы подождем снаружи. Счет за выпивку пришли мне.

– Хорошо, – невозмутимо ответил хозяин паба, даже не пытаясь сдержать довольную улыбку.

– Куда ты меня повезешь? – поинтересовалась Донна, когда они вышли. Кьер поставил ее на ноги, все еще придерживая за плечи.

Донну шатало все сильнее, и она со вздохом прислонилась к нему. Со стороны наверняка казалось, что они – влюбленная пара.

– Не знаю. – Он недовольно поджал губы. – Ко мне – глупо, в кампус – тем более, вдруг проверка. Наверное, надо в гостиницу…

– Точно! Я же сняла номер и даже оплатила! – вспомнила Донна, начиная копаться в сумке. Движения были неуверенными.

– Что ты ищешь? – Голос Кьера звучал напряженно.

– Смартфон. Там же бронь гостиницы…

– Достаточно твоей фамилии. Ты помнишь название?

Донна повернула голову, смерила его надменным взглядом и пошатнулась, портя все впечатление. Кьер едва успел удержать ее.

– Я не настолько пьяна, чтобы у меня отшибло память! – отчетливо выговаривая слова, сказала она. – Отель… «Бульвар», нет, «Буле»… «Булевард»!

– «Боливар», – со смешком поправил ее почти бывший муж.

– Какая разница?

– Никакой, – он улыбнулся и мягко привлек ее к себе, – пойдем. Вот наше такси.

После уличной прохлады в машине было жарко. Донна почувствовала, как ее охватывает дремота, а глаза закрываются сами собой. С минуту она пыталась бороться, но быстро сдалась. Пробормотав: «Ты же меня разбудишь?», положила голову на плечо Кьера и закрыла глаза.

Ей казалось, что она летит, устремляясь все выше. Голова кружилась, в теле появилась необычайная гибкость. Сильные мужские руки обняли ее, и Донна сама потянулась к таким знакомым губам…

Когда она проснулась, было уже утро. Голова казалась налитой свинцом, во рту пересохло. Тело было вдавлено в матрас чем-то тяжелым, но это не вызывало чувство отторжения. Скосив глаза, Донна увидела Кьера, спавшего рядом и во сне привычно обнимающего ее. Она замерла, осознавая, что лежит под одеялом полностью раздетая. Попытки вспомнить, что происходило ночью, не увенчались успехом.

Усилием воли подавив в себе начинающуюся панику, Донна аккуратно выскользнула из сжимающих ее объятий и огляделась. Она была в гостиничном номере отеля «Боливар». Именно его Донна бронировала вчера перед тем, как отправиться в паб к Томасу. Номер люкс, как и заказывала. Оставалось понять, что в ее кровати делает Кьерстен Сонг. И, главное, что сама Донна делала ночью в этой кровати.

Судя по обрывкам воспоминаний, Кьер подошел в пабе, потом они вместе стояли на улице, ожидая такси… На этом воспоминания заканчивались, а вот головная боль усиливалась.

Вещи, вперемешку мужские и ее собственные, небрежно валялись на диване, навевая нехорошие мысли. Донна задумчиво посмотрела на брошенную мужскую рубашку. Не сложена, но и не смята.

Все-таки Кьер был более небрежен с вещами, когда они занимались любовью. Да он просто швырял их, где попало. Неужели ничего не было? Тогда почему он остался, а не ушел, убедившись, что Донна зашла в номер. Вчера Кьер пришел в паб не просто так… возможно, искал развлечение на ночь, но почему-то не обратил внимания на красноволосую певицу, предпочтя свою бывшую жену.

От всех этих размышлений бросило в жар, головная боль усилилась. Донна нахмурилась, сердясь на себя: пора прекратить переживать из-за глупостей. Даже если они переспали, это – случайность, с кем не бывает. Они – взрослые люди и понимают, что жизнь непредсказуема. Решив подумать над этим позже, на трезвую голову, девушка отправилась в ванную комнату.

Когда Донна, закутанная в белоснежный халат с эмблемой отеля, вышла, адвокат лежал на кровати, раскинув руки, и меланхолично рассматривал потолок. Он всегда так делал, когда ему надо было обдумать ситуацию.

При звуках шагов Кьер повернул голову. Аметистовые глаза весело блеснули, но их обладатель удержался от язвительных замечаний, хотя, судя по ехидному выражению лица, они так и вертелись у него на языке.

– Привет! – тихо сказала Донна.

– Привет, – отозвался Кьер, слегка потягиваясь и намеренно демонстрируя великолепно сложенное тело. – Как спалось?

На секунду девушке захотелось ошарашить его тем, что сама узнала вчера, и посмотреть, как быстро бывший муж вскочит с кровати, но Донна сдержалась, понимая, что сейчас слегка не в форме. Поэтому она предпочла отшутиться:

– Если я скажу, что без памяти, это может быть использовано против меня?

– Скорее, это укор мне, – весело подхватил Кьер. – Обычно женщины запоминают ночь, проведенную со мной.

– Восхитительная самонадеянность, мистер Сонг!

– Стараюсь соответствовать ожиданиям, мисс О’Доннал!

Донна покачала головой и села к зеркалу, сдернула полотенце и начала бережно распутывать волосы. Всматриваясь в отражение комнаты, она заметила, что Кьер перевернулся на бок и наблюдает за ней, подперев рукой голову. Грифельно-серое тело контрастировало с белоснежными простынями на кровати. В памяти всплыли слова, сказанные недавно Джоном о цветных, затем воображение нарисовало картину, как это могло быть ночью: алебастрово-белое и грифельно-серое. Горячий шепот и тяжесть навалившегося тела, почти невидимого в ночи. Гребень с глухим стуком упал на пол. Донна вздрогнула и поспешно наклонилась за ним, надеясь, что Кьер не прочитал ее мысли.

– Просто как в старые добрые времена, – промурлыкал Кьер, когда она выпрямилась.

– Только тогда мы не могли позволить себе лучший номер в самом дорогом отеле этого города, – сухо отозвалась она, все еще сердясь на себя за недавние мысли.

Он кивнул:

– Верно. Все меняется. Не правда ли, Донна?

– Да. – Она встала и подошла к кровати. – Расскажешь, как ты вчера оказался в пабе?

Кьер улыбнулся.

– Томас мне позвонил.

– Томас? Зачем?

– Ну… он сказал, ты у него в пабе, и что, судя по блеску в глазах, явно жаждешь напиться до белых чертиков. Я не мог не составить тебе компанию в столь благом деле.

– А как же твоя новая подружка? – сорвалось с языка прежде, чем Донна успела подумать.

Кьер нахмурился:

– Какая подружка?

– Красноволосая певица с божественным контральто! Она поет в пабе.

– А… Молли. – К ее удивлению, Кьер рассмеялся. – Она не моя подружка.

– Но ты…

– Недавно провел с ней ночь, да, признаю… – Он потянулся. – Но проснувшись утром, мы решили не брать на себя обязательств.

– Это гадко!

– Нас устроило. Впрочем, если ты считаешь, что я виноват, не буду отрицать и даже готов заплатить штраф полиции нравов в твоем лице. Как насчет завтрака в номер?

– Я не голодна. – Мысль о еде вызывала отвращение, к тому же Донне было обидно столь поверхностное отношение Кьера ко всему происходящему. Красноволосая певица заслуживала большего, хотя не Донне решать. – Только каппи, если можно.

– Я закажу на свой вкус, – проинформировал Кьер и повернулся к сенсорной панели над кроватью, выбрал нужный раздел и, делая заказ, на секунду отвлекся: – Как насчет шампанского?

– С утра? – ужаснулась Донна, хотя мысль о холодном напитке, пузырьки которого приятно лопались на языке, показалась соблазнительной.

– Брось, Донна, ты вчера напилась, и у тебя должна сейчас гудеть голова. Шампанское поможет.

– Ты так уверенно об этом говоришь…

– Да, у меня есть опыт, ты же это имела в виду, верно? – Кьер снова усмехнулся, став похож на того студента, который когда-то давно предлагал ей свою футболку.

– Верно. – Донна вновь отвернулась к зеркалу, подавив в себе желание присесть на край кровати и взъерошить ему волосы, как делала раньше. Кьер подмигнул, прекрасно зная, что бывшая жена смотрит на его отражение, затем встал, сладко потянулся и пошел в ванную. Зашумела вода.

Воспользовавшись тем, что осталась одна, Донна оделась, присела на край дивана, осторожно отодвинув вещи своего мужа. Еще раз задумчиво взглянула на них, гадая, что же могло произойти этой ночью, и, главное, как это может повлиять на тот факт, что они до сих пор женаты. Погруженная в раздумья, она пропустила момент, когда Кьер вышел из ванной в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер. Вода с белых волос тонкими струйками стекала на плечи.

– Завтрак еще не привезли? – осведомился он, развалившись в одном из кресел. Словно в ответ на его вопрос в дверь постучали, и в комнату вполз робот-коридорный, толкая перед собой тележку с заказом. Посередине возвышалось ведерко с бутылкой шампанского.

– Приятного аппетита, – пожелал робот механическим голосом и удалился. Кьер встал, открыл бутылку и разлил шампанское по бокалам, протянул один Донне. – Твое здоровье!

Она молча отсалютовала, сделала несколько глотков и поставила бокал на столик.

– Спасибо.

– Полегчало?

– Да, немного. – Ей даже хватило сил налить каппи из серебряного графина в белую фарфоровую чашку, на боках которой красовался вензель отеля. Донна вспомнила еще об одном вензеле – черном, украшавшем плечо, и покачала головой.

– Видишь, я знаю толк в похмелье. – Кьер улыбнулся и внезапно спросил: – Во что ты вляпалась, Р’енна?

– Что? – Ей удалось сохранить видимость спокойствия, хотя рука дрогнула, и несколько капель каппи пролилось на блюдце.

Стремясь выиграть время, Донна тщательно промокнула темные пятна тканевой салфеткой и с деланым удивлением посмотрела на мужчину, сидящего в роскошном кресле напротив. Почти полностью обнаженный, он казался еще опаснее.

– Я хочу знать, что заставило тебя изображать свою кузину, рискуя получить обвинение в мошенничестве! – Аметистовые глаза буквально впились в лицо бывшей жены.

Сам Кьер чуть подался вперед, ноздри хищно раздувались. Донне не стоило труда представить себе, как этот человек ведет допрос свидетелей, только, конечно, в костюме, а не в полотенце, готовом вот-вот соскользнуть с тела. Именно полотенце придало ей сил. Она спокойно поставила чашку на стол и небрежно откинулась на спинку дивана.

– К чему эти вопросы?

– Донна, ты появляешься в Куинси, выдавая себя за кузину, которая, судя по ведомостям, настолько глупа, что на экзамене и двух слов связать не может. А ведь в случае, если тебя раскроют, ты можешь лет на пять оказаться в тюрьме. Ты отрицаешь все и потом вдруг приходишь в паб, где тебя слишком хорошо знают, и напиваешься, совершенно не скрывая своего имени!

– Думаешь, Томас пустил бы в свой паб Теодору?

– Думаю, у тебя большие неприятности, Донна.

Она встала и прошлась по комнате, понимая, что разговор зашел слишком далеко. Кьер хорошо ее знает, и лгать ему бессмысленно. Повернулась к мужчине, все еще сидящему в кресле и пристально наблюдавшему за ней.

– Даже если и так, зачем тебе все это?

– Я могу помочь тебе! – Кьер произнес это очень отрывисто. Донна посмотрела на него с грустной усмешкой.

– Кьерстен, не надо изображать рыцаря! Ты за столько лет ни разу не дал о себе знать, а теперь хочешь заставить меня поверить, что тебе действительно есть до меня дело?

– Ты тоже не отличалась повышенным вниманием к моей персоне, – заметил он. – Стоило тебе уехать домой, и ты сразу перестала обо мне думать. Расмус О’Доннал прекрасно промыл тебе мозги!

– Расмус? При чем тут глава клана?

– Ни для кого не секрет, как он относится к людям с другим цветом кожи. Интересно, что он сказал, когда ты сообщила ему о нашем браке? – От Кьера не укрылось, что Донна отвела взгляд. Он недоверчиво прищурился. – Только не говори, что так и не сказала ему!

– Не сказала. – Донна непроизвольно скрестила руки на груди. – Он и так был в ярости, когда я попыталась сказать ему, что хочу работать не в его фирме… и я…

Она осеклась, заметив, что Кьерстен смотрит на нее с насмешливым презрением.

– У тебя не хватило смелости даже на это. Ты радостно кувыркалась со мной в кровати, делала татуировку в знак вечной любви, но как только дело дошло до того, чтобы отстоять наши отношения, ты предпочла промолчать и остаться под крылом Расмуса О’Доннала!

Это было последней каплей. Несправедливость его обвинений вывела ее из себя. Ведь это он прислал документы о разводе.

– Прекрати! – Голос Донны зазвенел от ярости. – Ты сам хорош! Именно ты, Кьер, предпочел свою работу мне, и теперь я понимаю почему: Серена Гластонберри! Конечно, глава одной из лучших юридических фирм Межгалактической Федерации могла дать тебе гораздо больше, чем вчерашняя выпускница!

– Я предлагал тебе работу! – Они оба орали, совершенно не заботясь о том, что их могут услышать. – Ты сказала, что тебе надо лишь переговорить с Расмусом!

– Я действительно с ним говорила!

– И он убедил тебя остаться с ним! Хотя ты обещала работать со мной!

– О да, в фирме твоей любовницы! Как мило!

– Тогда она еще не была моей любовницей.

– Какое упущение! Начни ты спать с ней раньше, достиг бы большего, и твое имя сейчас бы уже красовалось на табличке фирмы!

– Оно и так будет там.

– Если красноволосая Молли не помешает. Не думаю, что великолепная Серена Гластонберри потерпит конкуренцию. – Донне хотелось уязвить его, ей это удалось. Ярость исказила лицо Кьера.

– За кого ты меня принимаешь? – прошипел он. – В отличие от тебя, я всего достиг сам, не прибегая к помощи могущественных родственников!

– О да, ты трудился на передовой! – Донна приложила все силы, чтобы фраза звучала двусмысленно. – И так хорошо, что, когда надоел, тебя отправили в Куинси. Интересно, что ты натворил, Кьер? Серена перестала получать удовольствие?

В два прыжка Кьер подскочил к ней и, схватив за плечи, хорошенько встряхнул.

– Никогда!!! Слышишь, никогда больше не смей так говорить со мной!

– Или что? – Донна вскинула голову, принимая вызов. Волосы упали ей на лицо, ей хотелось их откинуть, но Кьерстен сжимал ее с такой силой, что она не могла пошевелиться, лишь с яростью смотрела на него свозь рыжие пряди, неприятно щекотавшие кожу. – Убери руки, Кьерстен Сонг, или я вчиню тебе иск в суде за насилие!

– Насилие? – язвительно поинтересовался Кьер, хотя руки все-таки разжал. – Донна, вчера весь отель наблюдал, что ты шла со мной сюда по доброй воле, еще и по пути вешаясь на шею!

– Это ложь! – Донна покраснела.

– Хочешь спросить у портье? – Он демонстративно протянул руку к кнопке видеосвязи с ресепшеном.

Донна покачала головой, не хватало еще впутывать в их скандал посторонних. Кьер убрал палец с кнопки и с насмешкой посмотрел, как она в бессильной злобе кусает губу.

– На нет и суда нет.

Не дожидаясь ответа, он отвернулся и начал одеваться. Подошел к зеркалу, вдел в манжеты запонки из черного оникса, поправил воротник рубашки, поморщился, вспомнив, что надевал ее вчера. Повернулся к бывшей жене, все еще сидевшей на кровати.

– Думаю, до кампуса ты доберешься без моей помощи. И убедительная просьба – захочешь напиться, иди в бар, где тебя не знают. Всего хорошего.

Широкими шагами Кьерстен пересек комнату и вышел. В бессильной ярости Донна запустила в закрывающуюся дверь подушкой.

Глава 15

Донна долго сидела на краю кровати, пытаясь успокоиться. Руки все еще дрожали, а плечи, там, где их сжимал Кьерстен, болели. Скорее всего, будут синяки. Наверняка в номере есть аптечка, и можно использовать регенератор, но Донне не хотелось ничего делать: после бурного выяснения отношений ее охватила апатия.

Девушка вновь подошла к сервировочному столику, задумчиво взглянула на бутылку и, глотнув прямо из горла, поперхнулась. Уже теплое шампанское тонкой щекочущей струйкой пробежало по шее, скользнув на шелковую блузку. Донна поморщилась: на ткани могли остаться пятна. Она взяла со стола салфетку и промокнула. На блузке появились коричневые точки – крупинки каппи. Донна вспомнила, что этой салфеткой недавно вытирала блюдце.

– Да что же это! – Из глаз брызнули слезы. Она смахнула их все той же салфеткой, в несколько глотков допила шампанское, морщась от пузырьков, щекотавших нос, и позвонила администратору, попросив вызвать такси, желательно не дроида.

Уже в машине, вспоминая утренний разговор с Кьером, девушка вдруг поняла, что так и не сказала ему про документы о разводе, и выругалась. Водитель удивленно скосил глаза на странную пассажирку.

– Простите, – через силу улыбнулась Донна. – Просто сегодня явно не мой день.

– Бывает, – философски отозвался мужчина, выруливая на стоянку перед проходной. – Вы здесь преподаете?

– Учусь. – Она протянула купюру. – Сдачи не надо!

– Спасибо! – обрадовался таксист, прикидывая, что сможет купить своей дочке небольшой подарок. Донна кивнула и вышла.

Она прошла к кампусу напрямик, стараясь избегать оживленных дорожек. Уже на входе столкнулась с Лилу, одной из подруг Теодоры, волочившей за собой чемодан.

– Привет, ты переезжаешь? – машинально произнесла Донна, слегка отходя в сторону, чтобы пропустить подругу кузины. Та подняла совершенно заплаканное лицо.

– Теа… меня выгнали…

– Что? Кто?

– Ректор… он меня отчислил за неуспеваемость. – Слезы вновь потекли из голубых глаз.

– Но сегодня же воскресенье…

– Приказ был подписан в пятницу. Теа, мои предки просто в ярости! Отец говорит, что я – полная идиотка, раз не смогла даже с его деньгами доучиться или найти себе мужа, а Грегори… – Она забилась в рыданиях, выкрикивая что-то невнятное по поводу того, что ее все бросили. Донна, чувствуя, что просто не в силах выдерживать эту истерику, достала платок и протянула рыдающей девушке.

– Возьми. Я обязательно напишу тебе!

Она проскочила в кампус и буквально вбежала в свою комнату.

Меган все так же сидела на диване, лениво набивая текст на своем лэптопе. При звуках открывающейся двери соседка подняла голову и удивленно посмотрела на Донну.

– Что случилось?

– Лилу отчислили.

– Давно пора. Говорят, Моника – следующая на очереди.

– Откуда ты знаешь?

– Однокурсница встречается с парнем, а у него старшая сестра работает в деканате, она видела списки. Теодоры О’Доннал там нет.

– И то радует. – Донна опустилась на диван. Меган проницательно на нее посмотрела.

– Как прошла ночь?

– Феерически, – мрачно отозвалась Донна, вдруг подумав, что это – наиболее верное определение прошедших суток.

– Круто! Ну, хоть у кого-то был секс!

Донна замерла и медленно повернулась.

– Откуда… с чего ты вообще взяла, что…

– Ты отсутствуешь всю ночь, от тебя разит дорогим шампанским и обалденным мужским парфюмом. – Меган лукаво посмотрела на подругу. – Кажется, такой же был у одного преподавателя, эксклюзивный вариант. На двух разных людях запах парфюма будет ощущаться абсолютно по-разному… Вы опять вместе?

– С чего ты взяла, что это обязательно Кьер? – вскинулась Донна и тут же поморщилась, голова вновь начала болеть. Меган издала торжествующий вопль.

– Видишь, ты сама призналась!

– Я просто спросила, с чего ты это взяла. – Донна с сожалением рассматривала испорченную блузку, гадая, можно ли пятна отстирать.

Во всяком случае, попробовать стоило.

– Пойду переоденусь, – мрачно сообщила она соседке.

Та кивнула и вновь застучала по клавишам.

У себя в комнате, скинув блузку, Донна невольно поднесла ее к носу. Действительно, пахло шампанским и еще чем-то еле уловимым, не то свежим утром у моря, не то солнечной поляной в лесу, но она точно была уверена, это – запах Кьера. С досады Донна отшвырнула ни в чем не повинную вещь, накинула халат и снова вышла в общую комнату.

– Каппи будешь? – спросила она у Меган, снова яростно стучавшую по клавишам.

– Не откажусь. – Та вновь оторвала взгляд от экрана и внимательно взглянула на подругу. – Не хочешь рассказать, что произошло на самом деле?

– Ты о чем?

– О сегодняшней ночи. Как правило, со свидания возвращаются с сияющими глазами, а не с видом, будто кто-то умер. Или вы окончательно расстались?

– Мы и не сходились. – Понимая, что подруга не отстанет, Донна села на диван, обхватив чашку с каппи обеими руками, прикрыла глаза. – Как же мне это все надоело!

– Что надоело? – не поняла Меган.

– Учеба, преподаватели, которые указывают, что тебе делать, дурацкие правила…

– Мне нравится учиться. – Соседка слегка обиделась.

Донна открыла глаза.

– Мне тоже нравилось, но в одну и ту же воду… Меган, я – ведущий адвокат корпорации, и мне надоело слушать теоретиков, которые мнят себя великими учеными. Половина их теорий нежизнеспособны, потому что оторваны от действительности!

– Куинси считается одним из лучших университетов.

– Он и есть один из лучших, но это – лишь базовые знания, фундамент, на котором тебе следует строить свое задние. И мне просто жаль своего времени, которое я вынуждена проводить здесь.

– Возможно, ты и права… – Меган задумчиво погрызла ноготь. – Слушай, а почему бы тебе не сдать все экстерном?

– Что? – Донна нахмурилась, а затем улыбнулась. – Мег, ты просто чудо! Действительно, Теа не нужен диплом с отличием, поэтому я могу сдать все экзамены раньше и появиться лишь на защите диплома! Надо написать заявление и завтра отнести его декану!

Окрыленная, Донна направилась писать требуемый документ, даже не допив каппи.

Джейсон Роу сидел в кабинете и недовольно рассматривал заявление от студентки Теодоры О’Доннал, полученное в понедельник сразу же после окончания пар. Девушка имела наглость занести его лично.

В первую минуту декан Роу подумал, что к нему вошла Донна. Джейсон даже встал и смущенно поправил очки, словно стесняясь, но рыжеволосая девушка нарушила все очарование, протянув ему заявление со словами:

– Декан Роу? Прошу вас, подпишите разрешение.

– Садитесь. – От разочарования тон стал очень официальным.

Теодора грациозно, так же, как Донна, опустилась на стул и закинула ногу на ногу, ожидая, пока декан ознакомится с документом.

Тот сел за стол, поправил очки и начал читать. Дойдя до сути, Джейсон Роу оторвал взгляд от листа и с удивлением посмотрел на сидящую перед ним студентку.

– Вы действительно хотите сдать все досрочно?

– Там же написано. – Она пожала плечами.

– Но… – Джейсон слегка заерзал под насмешливым взглядом зеленых глаз, точь-в-точь как у Донны. – Могу ли я узнать причину?

– Мне здесь надоело. – Теодора насмешливо посмотрела на него. – Кому, декан, как не вам знать, что я ненавижу учиться.

– Тогда зачем вы вообще это делаете?

– Обстоятельства вынуждают, знаете ли, свадьба и все такое. – Девушка ослепительно улыбнулась. – Вы дадите мне разрешение?

– Скажем так, я не буду возражать, – осторожно начал декан, – если вы получите одобрение от преподавателей, грамотно укажете причину и… вы же понимаете, что оплата за обучение…

– Об оплате не беспокойтесь, клан О’Донналов не будет настаивать на возвратах, – махнула рукой посетительница, вызвав очередную волну неудовольствия со стороны Джейсона. – А причина… хорошо, я подумаю…

– Если причина будет уважительной, я не буду возражать.

Девушка протянула руку за заявлением.

– Тогда вы не могли бы указать это на заявлении? – невинно поинтересовалась она.

Джейсон Роу моргнул, на секунду ему показалось, что перед ним сидит Донна. Он покачал головой, прогоняя наваждение. Теодора О’Доннал и в подметки не годилась всегда выдержанной и вежливой кузине.

Втайне от всех декан Роу даже сожалел, что не обладает внешностью своего однокурсника, так легко завоевавшего привязанность рыжеволосой красавицы. Следовало признать, что Кьерстен Сонг и Донна О’Доннал были впечатляющей парой: серокожий с аметистовыми глазами Кьер и зеленоглазая рыжеволосая Донна.

Тогда Джейсону, да и не только ему, казалось, что эти двое действительно созданы друг для друга. Интересно, почему они расстались. Декан еще раз взглянул на девушку, сидящую перед ним, отметил ее напряженность. Определенно ей не хватало живости Донны.

Вздохнув, он взял ручку и, дописав «на усмотрение преподавателя», подал лист Теодоре.

– Возьмите.

– Спасибо. – Девушка радостно улыбнулась, почти как Донна.

– Надеюсь, мисс О’Доннал, вы изыщете причину, которая бы вас оправдывала, – сухо произнес декан.

– Разумеется. До свидания!

Донна буквально выпорхнула из здания. Все прошло даже лучше, чем она предполагала. Кто бы мог подумать, что Джейсон Роу до сих пор не забыл ее. Она поняла это, как только вновь встретилась теперь уже с деканом, изображая пустоголовую кузину. Впрочем, Джейсон всегда был сентиментален.

Она еще раз взглянула на заявление, и ее охватило чувство радостной грусти. Скоро она уедет из Куинси. На этот раз навсегда.

Ее настроение не смогло испортить даже то, что она заметила Кьерстена Сонга, идущего в административное здание в сопровождении яркой брюнетки. Кажется, та преподавала общегалактическую социологию и психологию.

Женщина что-то оживленно говорила Кьеру, он кивал, скривив губы, как ему казалось, в доброжелательной улыбке, хотя аметистовые глаза были просто ледяными, но брюнетку это не останавливало. До Донны долетали обрывки фраз: «Вы же понимаете, что студенты… как можно… может быть… каппи у Эллы…»

Голос был явно с искусственной хрипотцой, и Донне невольно захотелось подсыпать этой брюнетке в каппи чего-нибудь гадкого.

Внезапно Кьер повернул голову и встретился взглядом с глазами бывшей жены, слегка нахмурился и сразу же с преувеличенным вниманием обратился к своей спутнице.

Донна буквально слышала его соблазняюще мягкий тембр голоса. Судя по удивленному взгляду женщины, она не ожидала такой реакции на свои слова. Темноволосая не растерялась, встрепенулась и буквально повисла на руке у Кьера. Тот едва заметно поморщился. При мысли о том, что Кьерстен не отделается одним кофе, и ему доставит мороки выкрутиться из этой ситуации, Донна окончательно повеселела и направилась в кампус.

Она настолько была увлечена собственными мыслями по поводу почти бывшего мужа и его неприятностей в виде назойливой брюнетки, что даже не заметила подруг кузины, стоящих у кампуса в окружении парней. Лишь когда Джина окликнула ее по фамилии, Донна замедлила шаг и огляделась.

– О, привет! – как можно более дружелюбно сказала она, но все смотрели на нее настороженно.

– Ты переехала, – начала Моника, в тоне слышалось обвинение.

– Да, всем нам будет просторнее. – Донна улыбнулась, изображая дружелюбие.

– И ты не утешила Лилу, когда она уезжала!

– Почему? В отличие от вас, я хотя бы дала ей свой носовой платок!

– Ты не была на отвальной! – возразила Джина.

– Вы же меня не позвали.

– Потому что ты теперь живешь с цветной! – выпалила Моника, жуя жвачку и то и дело надувая из нее розовые пузыри. Донна еле подавила в себе рвотный позыв: она терпеть не могла эту мягкую тягучую массу, прилипавшую к зубам. Настроение стремительно упало.

– И что?

– Ты же сама говорила, что цветные недостойны нашего внимания.

Донна скрежетнула зубами. Ей порядком надоели эти высокомерные девицы, не имеющие ничего, кроме кошельков своих родителей. К тому же душа жаждала какой-то ссоры, где можно было бы выплеснуть скопившееся раздражение. Глупые подруги ненавистной кузины подходили для этой цели как нельзя лучше.

– Милые девушки, – начала Донна учительским тоном, которым обычно разговаривала с провинившимися сотрудниками, – да будет вам известно, что за такие высказывания можно получить штраф или сто часов общественных работ. Я бы лично настаивала на втором варианте. Так что, если вам не хочется мыть туалеты в общественном парке – попридержите языки!

– Да ладно, копы нас прикроют, – фыркнул один из парней, высокий блондин, наверняка из университетской футбольной команды. Донна знала такой тип: попадая на спортивную стипендию, они только и делали, что играли в молодежной лиге и становились звездами большого спорта или же учителями физкультуры, если получали серьезные травмы во время соревнований. Девушка до сих пор не знала, как относиться к таким людям. С одной стороны, они были большими тружениками в той сфере, которую избрали, с другой – занимали место стипендиата, а, следовательно, кто-то более умный не попал в Куинси. Поэтому раньше Донна интуитивно избегала общения со спортсменами. Видно, придется исправить это упущение.

– Неужели? – Она с деланым интересом посмотрела на блондина.

– Зуб даю! – улыбнулся блондин. Все вокруг рассмеялись, словно приятель сказал какую-то шутку.

– И с каких это пор в Куинси, как ты выражаешься, «копы прикрывают» недостойное поведение студентов? – Донна слегка наклонила голову. Ее голос звучал обманчиво дружелюбно.

– Почему недостойное? – пробасил еще один спортсмен. – Мы просто не любим цветных…

– И у вас в команде их нет?

– Есть. Но, как по мне, они – идиоты!

Его заявление вызвало одобрительный смех.

– Главное, не заявляй об этом в общественных местах, – посоветовала Донна, – иначе могут привлечь.

– Да что это с тобой? – фыркнула Джина. – Теа, ты же всегда была с нами!

– Возможно, я изменилась. В лучшую сторону. Счастливо оставаться! – Донна направилась в кампус.

– Оставь ее, – громко прошипела за спиной Моника. – Ее кузина путалась с серокожим!

– А она так стремится стать похожей на нее, – ехидно добавила Джина.

Донна обернулась и внимательно посмотрела на притихшую компанию.

– Моя кузина была лучшей на курсе. А тебя, Моника, ждет отчисление, если ты не сдашь все задолженности, – достаточно громко произнесла она, – и никакие деньги всего космоса тебе не помогут!

Выпустив эту парфянскую стрелу, она поднялась на порог и хлопнула дверью, отсекая возмущенные голоса. Пока Донна поднималась по лестнице, ее трясло от злости. Эта сторона Куинси, где вынуждены были терпеть детей богатых родителей в надежде на щедрые пожертвования, была неприглядна.

– Как все прошло? – Меган выглянула из своей комнаты.

– Что? – Донна недоуменно посмотрела на нее. Затем спохватилась: – А, ты о заявлении? Нормально.

– Что-то случилось? – От подруги не укрылось ее состояние.

– Нет… вернее, ничего такого… – Донна посмотрела на Меган и, повинуясь какому-то шестому чувству, пересказала ей весь разговор у дверей кампуса.

– Билл, Нэд и Гарри… вечные спутники подруг твоей кузины, – мгновенно определила та. – Создали себе группу и считают себя королями университета.

– И на них никто не жаловался?

– Было дело, но они нашли себе покровителя в ректорате, который любит деньги настолько, что готов закрыть глаза на эти шалости.

– И кто он?

– Откуда я знаю. – Меган развела руками.

– Можешь спросить у своих информаторов?

– Думаешь, это так просто?

Донна в ответ лишь вздохнула. Весь вечер они провели в кампусе, готовясь к лекциям. Меган ожидало несколько коллоквиумов, а Донне предстояло придумать достаточно убедительную причину для сдачи экзаменов экстерном.

Уже утром в понедельник она поняла, насколько это было тяжелой задачей. Все, кто с радостью сделал бы исключение для Донны О’Доннал, весьма прохладно относились к ее кузине Теодоре. Донне пришлось провести много неприятных минут, доказывая, что ей действительно необходимо сдать экзамены досрочно.

– Я, конечно, понимаю, что вам хочется поскорее распрощаться с нашим учебным заведением, – брюзжал один из профессоров, своими густыми усами и круглыми глазами напомнив Донне моржа, которого она как-то видела на Новом Плутоне, – но даже, несмотря на то, что вы – девушка, лекции по риторике могут быть вам полезны в семейной жизни…

– Послушайте, профессор, – потеряв терпение, Донна склонилась к его уху, – понимаете, если я останусь на этот семестр, обстоятельства сложатся таким образом, что на экзамены я могу и не попасть… Понимаете, я срочно выхожу замуж…

– О… – смутился старик, бросая понимающий взгляд на талию девушки. – В таком случае риторика вам уже не поможет… Разве что педагогика…

За два дня подписи были собраны. Оставалась лишь последняя. Донна старательно откладывала ее напоследок. Не то чтобы девушка боялась Кьерстена Сонга, но предпочла бы избежать встречи с ним. Она даже прогуляла лекцию, судя по всему, Кьер не заметил ее отсутствия. Правда, Меган, когда Донна, не выдержав, поделилась с ней своими предположениями, была настроена крайне скептически.

– Он ходит злой, как черт, и старательно избегает наших клуш-преподавательниц, так и норовящих попасться ему на глаза, а от аспиранток просто шарахается, – сообщила соседка по комнате за ежедневной чашкой каппи. Это стало их ритуалом: Донна варила каппи, а Меган сообщала все сплетни. В основном они касались Кьерстена.

Донна делала вид, что ее это безумно раздражает, хотя втайне она невольно вслушивалась в слова соседки, пытаясь среди этого вороха слов узнать то, что действительно касалось ее мужа. Иногда, не выдержав, она даже начинала расспрашивать Меган, и та, лукаво улыбаясь, с удовольствием сообщала подробности, о которых знала, но большей частью они были выдумкой.

– Знаешь что, – заявила как-то Меган, – мне кажется, что ты все-таки немного влюблена в него.

– В кого?

– В Кьерстена Сонга.

– С чего ты взяла?

– Потому что ты ждешь, когда я начну говорить о нем, а не об очередной гаражной распродаже, как вчера! – Меган лукаво посмотрела на подругу. – По-моему, вам надо переспать. А потом наконец покончить с вашими глупыми разногласиями!

– Меган, ты идеалистка! – делано рассмеялась Донна и решительно убрала чашки со стола. Больше этой темы они не касались.

Весь вечер Донна думала над словами соседки. Стоило признаться себе, что Меган в чем-то была права: ее до сих пор тянуло к Кьеру, и дело было отнюдь не в физическом влечении. Нет, Донна понимала, что ей нужно больше, но она не была уверена, сможет ли Кьерстен Сонг ей это дать. Проворочавшись всю ночь, она уснула лишь под утро, проснулась с тяжелой головой и решила, что ее почти бывший муж недостоин тех переживаний, которые ее терзали. С этими мыслями она и направилась на занятия.

Глава 16

Кьера разбудил звонок видеосвязи. Бросив взгляд на часы на тумбочке, он застонал: мог еще спать целых пять минут. Удивительно, но лекции требовали от него гораздо больше сил, чем самое запутанное дело, и к вечеру он просто валился с ног от усталости. К тому же неженатый молодой преподаватель вызвал целую бурю восторгов у женской половины университета, и теперь Кьеру приходилось буквально бродить закоулками, чтобы не встретиться с очередной коллегой, явно намеревавшейся затащить его к себе как минимум на чашечку каппи.

Каппи подразумевал секс, а к этому Кьер не был готов. Воспоминания о Донне, сладко спящей в его объятиях, все еще были слишком остры, как и те слова, которые они наутро сказали друг другу. Адвокат скрежетнул зубами. Подумать только, эта рыжеволосая бестия посмела обвинить его в том, что без протекции Серены он бы ничего не добился. Он, который работал день и ночь по двадцать часов кряду, чтобы стать одним из лучших.

Сама виновница его мрачных мыслей не попадалась на глаза, и Кьер подозревал, что бывшая жена всеми силами старается избегать его.

Звонок повторился.

– Да чтоб тебя, – в сердцах сказал Кьер, включая связь без изображения.

– Надеюсь, это относилось не ко мне? – Чарующий голос Серены наполнил комнату. – Как поживаешь, милый?

– Ты меня разбудила, – проинформировал адвокат. С Сереной можно было не церемониться.

– О, извини, но у нас уже полдень.

– Что тебе нужно?

– Ты всегда был грубым с утра, – насмешливо заметила она и сразу же переменила тон. – Мне уже три раза звонили из межгалактической службы социального страхования – они не могут найти бумаги относительно твоего развода.

Серена была одной из немногих, кто знал всю правду об отношениях с Донной. Откровенно говоря, развод и был причиной, по которой Кьерстен и Серена сошлись. Хотя ненадолго. Кьер широко зевнул.

– Я их не отсылал. Пусть посмотрят в общей базе.

– Мне сказали, что в базе их тоже нет.

– Не может быть! Судьи обязаны внести решение в базу.

– Кьер. – Голос Серены зазвучал как-то напряженно. – Ты же получил решение?

– Нет, – покачал он головой, совершенно забыв, что его не видят, – Донна не прислала мне его.

– И за все эти годы ты ни разу не связался с ней и не потребовал документы? – изумилась его собеседница.

– Нет.

– Тебе не кажется, что в личной жизни ты слишком беспечен? Почему ты не написал своей бывшей жене?

– Если ты помнишь, она мне не отвечала.

– А запрос в суд?

– Я не знал, в какой конкретно из планетарных судов Эрина она направила документы, потом просто вылетело из головы. Ты же знаешь, что в межгалактическую базу решения попадают в лучшем случае через год, – покаянно произнес Кьер. – Так что, если тебе надо срочно, сделай запрос сама.

– Я уже сделала. Мне прислали ответ, что документа не существует.

– Что за чушь! – Кьерстен взъерошил волосы. – Я лично отослал подписанные о разводе бумаги!

– Но ты не получил их обратно.

– Хорошо. Я сегодня же спрошу у Донны и сообщу тебе.

– Вы не общались несколько лет. Думаешь, твоя бывшая жена тебе ответит?

Кьер скривился, поняв, что чуть себя не выдал.

– Не знаю, – тщательно подбирая слова, сказал он. – Во всяком случае, попробую.

– Держи меня в курсе, – попросила Серена и отключилась.

Один из лучших адвокатов Межгалактической Федерации мрачно посмотрел на темный экран, словно надеясь увидеть там необходимый документ. Признаться, он действительно допустил непростительное легкомыслие, о котором всегда предупреждал своих клиентов.

Сделка не закончена, пока у тебя на руках нет всех бумаг. Решения суда у него не было. Серена говорила, что документа нет и в общей базе. Возможно, запись просто затерялась или же произошла какая-то техническая накладка. Но в любом случае копия должна была остаться в суде, где выносили решение.

Надо было поговорить с Донной. И сделать это надо непременно сегодня. Кьер хорошо знал, какими настойчивыми могут быть социальные служащие, и главное, как эта настойчивость разозлит Серену.

Он с досады вновь скрежетнул зубами. Похоже, придется извиняться за свои слова перед бывшей женой. Кьера всегда удивляло, как Донна поворачивала все так, что извиняться приходилось ему. Придется и на этот раз.

– Вот…! – в сердцах забористо выругался он и направился в ванную.

Чуть позже тщательно выбритый Кьер рассматривал себя в зеркале. Белоснежная рубашка, безупречно сидящий костюм от одного из лучших портных, идеально начищенные туфли.

В Куинси он обычно обходился без галстука, но сегодня решил повязать и долго выравнивал узел. Усмехнулся: можно подумать, ему предстояла заключительная речь перед двадцатью присяжными, а не встреча с бывшей женой. Еще раз взглянув в зеркало, Кьерстен поправил узел галстука, сдвинув его на три миллиметра вправо, и вышел.

Он уже подошел к учебным корпусам, когда смартфон тренькнул, и на экране появилось сообщение, что преподавателя Кьерстена Сонга вызывают к ректору. Пришлось идти в административный корпус.

Кьер с какой-то тоской подумал, что за последнюю неделю он ходил в десятки раз больше, чем за три года. Пора поговорить с Донной, расставить все точки в истории Джейсона и выбираться из Куинси.

Кабинет ректора располагался на втором этаже. Огромный, с видом на главный двор и легендарные университетские ворота, он был призван внушать благоговение и уважение. Возможно, в другое время Кьер и проникся бы, но не сегодня.

– Добрый день! – поприветствовал он знакомого седовласого мужчину, сидевшего во главе огромного стола, за которым с легкостью помещался весь руководящий состав университета.

– Мистер Сонг! Присаживайтесь! – Ректор Мак-Кинтош указал ему на один из многочисленных стульев. Кьер сел и спокойно взглянул на ректора, уже более пятнадцати лет навевавшего страх на всех студентов и большую часть преподавателей. Когда-то он и сам боялся этого грозного взгляда серых глаз, сейчас же Кьерстен видел перед собой больного старика.

– Мистер Сонг, – ректор украдкой потер глаза и всмотрелся в экран, – я вызвал вас, чтобы получить пояснения относительно успеваемости студентов, которым вы преподаете.

– Я вас слушаю. – Кьер вежливо наклонил голову.

– Нет, это я хочу вас послушать, почему именно на вашем предмете большинство студентов получают неудовлетворительные оценки!

– Потому что большего пока не заслуживают? – с усмешкой предположил Кьер. Мак-Кинтош поднял глаза от монитора и тяжело вздохнул.

– Мистер Сонг, насколько мне помнится, вы всегда были шутником и насмешником, но сейчас не тот случай.

– Полностью согласен с вами, – подтвердил Кьер, закидывая ногу на ногу, – успехи выпускников Куинси в последнее время заставляют лишь рыдать.

– И именно поэтому вы решили прийти сюда преподавать? – Ректор прожег собеседника тяжелым взглядом. Кьер на секунду задумался, решая, стоит ли идти ва-банк.

– Ректор Мак-Кинтош, могу ли я быть с вами откровенным?

– Надеюсь, что да.

– Хорошо. Фирма «Гластонберри и Питч» недавно чуть не проиграла несколько крупных дел из-за непростительных ошибок младших ассистентов. Все они были выпускниками Юридической школы в Куинси. Я навел справки, мы были не единственной фирмой, которая жаловалась на стажеров Куинси.

– Хотите сказать, что Юридическая школа плохо готовит специалистов?

– Хочу сказать, что в лучшие фирмы Межгалактической Федерации стажеры направляются не по принципу знаний. Проведя анализ ситуации изнутри, я также заметил, что успеваемость большинства студентов оставляет желать лучшего, зато возросли пожертвования семей, чьи дети учатся в университете. Я сомневаюсь, что все суммы направлены на улучшение университета. – Кьер в упор посмотрел на ректора, тот опустил голову, подтверждая правоту слов бывшего студента.

– У нас были некоторые проблемы, – признал Мак-Кинтош, нарушая явно тяжелое для него молчание. – Мне пришлось уволить несколько сотрудников из-за…

– Они брали взятки, да, я в курсе, – отмахнулся Кьер. – Но это случалось и раньше.

– Не в таком количестве. Признаю, последние три года из-за своей болезни я упустил очень многое, потерял контроль, и теперь мне достаточно трудно вернуть его обратно. На самом деле поэтому я и хотел поговорить с вами.

– Да?

Мак-Кинтош задумчиво посмотрел на него.

– Я знаю, что вы – человек Серены Гластонберри. Это она направила вас сюда разобраться в том, что происходит?

– Да.

– Хорошо. Потому что я хочу заключить с вами, а говоря о вас, я подразумеваю «Гластонберри и Питч», ведущим партнером которой вы скоро станете…

– Это еще не решено окончательно.

Ректор выставил вперед ладонь.

– Не стоит отрицать. Серена прекрасно разбирается в людях, а вы, Кьерстен, насколько мне известно, один из лучших и действительно заслужили это.

– Спасибо. – Кьер на секунду пожалел, что Донны нет рядом, и она не слышала это признание его заслуг из уст самого ректора Куинси.

– Не за что. Так вот, я хочу заключить сделку: «Гластонберри и Питч», вернее, как я понимаю, в недалеком будущем «Гластонберри и Сонг» получат уникальную возможность отбирать студентов не просто на собеседовании в конце года, а будут иметь возможность составить свое мнение о студентах в течение учебного года…

– Интересно как? – рассмеялся Кьер, чуя подвох.

– Преподавая им.

– Что?

– Мистер Сонг, Кьерстен. Я посмотрел ваши отчеты за полторы недели. Вы заставили студентов наконец понять, что диплом престижного университета, который они получат, сам по себе лишь бумага. Вас трудно подкупить, потому что ваши заработки гораздо выше заработной платы преподавателей, а сами вы являетесь примером для студентов, воплощая принцип нашего университета: «Ваша заработная плата завтра зависит от того, как вы усвоите знания сегодня».

– Вы хотите, чтобы я преподавал? – Кьер напрягся.

– Не только вы. Вся ваша фирма. Разумеется, речь не идет о полном преподавании предмета. Может быть, просто несколько занятий в семестр, семинары или же игровые суды…

Кьер молчал, с ужасом представляя, что скажет Серена. Хотя она может ухватиться за эту идею и отправит его преподавать и дальше. Он живо представил себе, как Серена в отместку направляет провинившихся сотрудников в университет, и еще раз взглянул на Мак-Кинтоша. Ректор сидел за столом, ожидая ответа.

– Мне необходимо подумать и изложить эту идею Серене Гластонберри, – наконец выдавил Кьер. Мак-Кинтош улыбнулся.

– Другого ответа от вас я и не ожидал. Думаю, недели вам хватит?

– Мне – да, но я не могу отвечать за главу фирмы.

– Главное, изложите ей мое предложение. – Ректор встал и протянул руку. – Не смею вас больше задерживать, мистер Сонг. У вас через пятнадцать минут лекция. И да, прошу вас, найдите ту крысу…

– Вы и это знаете! – протянул Кьер. Ректор лишь улыбнулся в ответ.

Обменявшись рукопожатием, адвокат покинул административное здание и напрямик по газонам пошел к учебному корпусу, на ходу обдумывая разговор с Мак-Кинтошем. Предложение было интересным, и Серена могла ухватиться за него, только сначала надо было решить вопрос с Донной. Иначе, Кьер это хорошо понимал, в ярости начальница просто сошлет его самого в Куинси преподавать пожизненно.

Донны на лекции не было. Никто не знал, где может пропадать Теодора О’Доннал, и Кьеру пришлось идти к секретарям с просьбой отправить нерадивой студентке сообщение зайти к нему по окончании занятий. Как всегда, все были загружены работой. Поэтому Кьерстену просто выдали список номеров группы и предложили связаться самому.

Сообщение появилось на смартфоне как раз в тот момент, когда Донна дописывала экзаменационную работу по риторике, а сам гаджет лежал на столе у преподавателя. Профессор скосил глаза и прочитал сообщение. Донна со всей силы стиснула стилос, которым писала по экрану экзаменационного планшета. Ее раздражала такая бесцеремонность. Но спорить с профессором было глупостью, потому девушка лишь сжала губы и благоразумно промолчала.

– Преподаватель Сонг хочет вас видеть у себя в кабинете, – проинформировал профессор, – через пятнадцать минут. Он не знает, что вы сдаете экзамен?

– Нет. – Донна дописала эссе, внимательно прочитала его и нажала кнопку «отправить», загрузив работу прямиком в общую базу.

На экране планшета показался следующий тест. Девушка вздохнула, она не любила тесты и допускала в них ошибки, впрочем, сейчас главное было получить проходной балл.

Второе сообщение пришло где-то посередине теста.

– Похоже, мистер Сонг настроен решительно. – Профессор еще раз взглянул на Донну. – Может быть, вы прерветесь?

– Тогда экзамен не будет зачтен, – отозвалась Донна, злясь на все сразу: на дурацкие вопросы, на Кьера, на говорливого профессора. Она сбилась и начала перечитывать вопрос.

– Хотите, я сам объясню все мистеру Сонгу? – вдруг предложил экзаменатор.

– Спасибо. Думаю, будет лучше, если я просто подойду к нему после вашего экзамена… – Донна поставила последнюю галочку и тоже отправила тест в экзаменационную базу. – Готово. Желаете спросить что-то устно?

– Нет. Не стоит. Я бы не хотел волновать вас лишний раз в вашем положении.

Донна озадаченно взглянула на старика, но тот уже встал и направился к выходу. У самых дверей профессор остановился.

– Я проверю вашу работу в самое ближайшее время, – пообещал он и вышел. Донна тоже поднялась и взяла со стола смартфон, прочитала сообщения и набрала ответ, информируя, что сдавала экзамен и что придет завтра. Ответ пришел сразу: «Немедленно ко мне в кабинет!»

– Да что он себе позволяет! – возмутилась Донна, зло посмотрела на смартфон, словно это он был виноват, но кидать не стала, поскольку заплатила за гаджет приличную сумму.

Захотелось написать что-нибудь резкое и отправиться к себе, но она сдержалась. В данной ситуации ей не хотелось обострять и без того непростые отношения.

Пришлось идти. Всю дорогу до кабинета Донна старательно обдумывала свою речь. Остановилась перед знакомой дверью, на которой красовалась еще блестящая табличка «К. Сонг», прислушалась, не желая мешать возможному разговору. Было тихо.

Подавив в себе желание убежать, Донна подняла руку, чтобы постучать, как дверь распахнулась, и на пороге возник Кьерстен.

– Мисс О’Доннал? – Он смерил ее надменным взглядом и посторонился. – Проходите.

Пришлось шагнуть внутрь. Дверь за ней захлопнулась. Донна изумленно обернулась.

– Это же против правил университета!

– Не думаю, что ты хочешь, чтобы о нашем разговоре знал весь университет, Донна. – Кьер подошел к одному из стульев и отодвинул его. – Присаживайся.

Вежливо улыбнувшись, словно она была на переговорах, Донна села, по привычке закинула ногу на ногу и выжидающе посмотрела на мужчину, возвышающегося над ней. Тот, не торопясь, обошел стол и занял свое место. Задумчиво посмотрел на посетительницу, размышляя с чего начать. Стандартная уловка. Донна и сама неоднократно прибегала к ней, поэтому спокойно сидела, ожидая, пока хозяин кабинета заговорит первым.

Кьер не торопился, разглядывая сидящую перед ним женщину. Рыжие волосы, уложенные с обманчивой простотой, идеальный овал лица, высокие скулы, огромные изумрудно-зеленые глаза, сейчас полуприкрытые длинными темными ресницами. Высокая грудь, тонкая талия, длинные ноги. Даже мешковатый свитер крупной вязки и джинсы лишь подчеркивали плавные изгибы.

Красивая. Слишком красивая, и прекрасно знает это. Донна всегда была слишком красивой. Годы лишь добавили ей некую утонченность и, чего таить, загадочность, от которых мужчины теряли голову. Кьер вдруг почувствовал, что злость улетучивается, а на смену ей приходит желание обладать. Он постарался взять себя в руки.

– Сегодня утром мне позвонила Серена Гластонберри, – начал он, наконец прерывая слишком затянувшееся молчание.

– Ты для этого сорвал меня с экзамена?

– С какого экзамена?

– Риторики, если тебе так интересно название предмета. Кстати, поскольку я хочу сдать все досрочно, может, подпишешь мне заявление?

– По-моему, это – обязанность Джейсона Роу, – сухо заметил Кьер.

– Он сказал согласовывать с преподавателями, – Донна достала из папки заявление, которое носила с собой, – если тебе не трудно…

– К чему такая спешка? – Он задумчиво крутил в руках лист, испещренный подписями.

– Скажем так, обнаружились обстоятельства, по которым необходимо мое личное присутствие.

– Дискриминация пилота по цвету кожи? – хмыкнул Кьер. – Ты проиграешь.

– Знаю. – Донна даже не удивилась такой осведомленности, мир адвокатов всегда был слишком мал. – Ты подпишешь?

– Не так быстро. – Он отложил заявление и вновь внимательно посмотрел на Донну. – Сначала я бы хотел прояснить другое…

Она слегка вздрогнула и чуть сильнее сжала свою папку.

– Если ты о словах, которые я так неосторожно сказала недавно в отеле, я прошу за них прощения. На самом деле я ничуть не сомневаюсь, что все, чего ты достиг, – это действительно твоя заслуга.

Кьер прищурился, ища в словах подвох, но Донна говорила совершенно искренне. Пришлось идти на попятную.

– Я тоже погорячился тогда. На самом деле ты профессионал и всегда была им.

Донна улыбнулась.

– Тогда – перемирие?

Кьер покачал головой.

– Давай наконец заключим мир.

Она протянула руку, и он пожал ее, чувствуя, что улыбается в ответ.

– Хочешь выпить? – вдруг предложил Кьерстен, все еще не желая отпускать свою посетительницу.

– Если ты предложишь что-то покрепче имбирного пива, не откажусь, – весело рассмеялась Донна.

– Джин-тоник? – Он всегда помнил ее любимый коктейль.

– С удовольствием.

Кьер встал, открыл бар и разлил напитки по бокалам, сам предпочтя виски.

– Держи. – Он протянул ей бокал.

– За твои успехи, Кьер! – Она тоже встала.

– И за твои, Р’енна!

Донна лишь чуть наклонила голову набок, благодаря за тост. Несколько минут они болтали ни о чем, вспоминая общих друзей и старые шутки.

– Трое детей? Не может быть! – весело воскликнул Кьер, когда Донна рассказала ему о своей однокурснице. – Впрочем, она всегда была не от мира сего. Кстати, а ты помнишь Джошуа? Он учился со мной на одном курсе?

– Ага. Что с ним?

– Был обвинителем, потом самого обвинили в сокрытии улики, дали пять лет…

– Ты шутишь! Кьер, скажи, что ты пошутил!

– Нет! – Он плеснул еще виски.

Допив третий коктейль, Донна с сожалением поставила бокал на стол.

– Пожалуй, мне пора. Рада была пообщаться, Кьер.

– Я тоже. – Взгляд упал на ее заявление, лежащее на столе. Он размашисто подписал его. – Вот, держи! Удачи тебе, Р’енна! Надеюсь, награда того стоит!

– Спасибо. – Пока бывшая жена прятала документ в папку, волосы вновь скрыли ее лицо, и Кьеру до боли в пальцах захотелось прикоснуться к шелковистым прядям, чтобы откинуть их. Борясь с искушением, он встал и заложил руки за спину.

Донна ничего не заметила. Закрыв папку, она направилась к выходу.

– Да, слушай, – спохватился Кьерстен, внезапно вспомнив, зачем он позвал ее в кабинет. Она обернулась. – Чуть не забыл. Ты не могла бы отдать мне копию решения суда о разводе?

Кьер с удивлением заметил, что в зеленых глазах мелькнул испуг.

– Не совсем… – загадочно произнесла Донна.

– Я понимаю, что ты не возишь документ с собой, но попроси прислать копию или, если это сложно, скажи мне, в какой суд ты отправила бумаги, я запрошу их сам, – миролюбиво предложил Кьерстен.

– Видишь ли… – замялась Донна, – дело в том, что… – Она шумно вдохнула и решительно закончила: – Решения судьи о нашем разводе… его нет.

– Как нет? Ты что, его не получила?

– Нет… я… – Донна откинула с лица прядь волос. – Кьер, я подписала те бумаги, что ты прислал… и отправила тебе их обратно…

– Но я их не получал. – Он нахмурился.

– Да. Я совсем недавно узнала, что они… потерялись.

– Что? – Кьер подпрыгнул.

– Они потерялись, – повторила Донна, цепляясь за эту фразу, словно за спасательный круг.

– Как такое возможно?

– Я… я не знаю… – Она покраснела. Значит, лгала. Тщательно сдерживаемая злость прорвалась наружу. Аметистовые глаза грозно сверкнули.

– Хочешь сказать, что бумаги потерялись, и ни один судья их не видел?

– Да. – Донна с мольбой смотрела на мужа. – Кьер, послушай, я была уверена, что отправила их!

– И тебя не смутило, что я не прислал твою копию решения суда?

– Ты тоже пустил все на самотек, – запротестовала она. Надежда договориться с Кьером таяла, точно туман на солнце.

– Я работал!

– Не поверишь, я тоже!

Они оба орали друг на друга, уже не заботясь о том, что их кто-то может услышать.

– Ты хоть понимаешь, что это может означать, особенно после того, что было в отеле!

– А что было в отеле? – Донна побледнела еще больше.

– Я на руках тащил тебя по лестнице! Да все решили, что у нас первая брачная ночь, не иначе!

– На лестнице? – Она нашла в себе силы пошутить. – Оригинально, не находишь?

Удивительно, но это его слегка успокоило. Кьер вновь сел за стол и смерил стоящую перед ним жену тяжелым взглядом.

– Когда ты узнала об этом?

– Неделю тому назад. – Донна устало потерла лоб.

– До того, как отправилась к Томасу?

– Какое это имеет значение? – Она тоже села.

– Поверь, имеет. Мы провели ночь вместе!

– Мы просто спали в одной постели. – Донна, вдруг вспомнив обрывки своих снов, впилась взглядом в мужа. – Или…

– Нет, – отрезал он. – Никакого «или» не было! Ты была пьяна в стельку!

– Тогда почему ты остался?

– Потому что ты была пьяна, тебе могло стать плохо! Какой же я идиот! – Он вновь вскочил и закружил по комнате.

Донна устало посмотрела на него.

– Кьер, послушай, все это неприятно, но давай, наконец, поговорим, как цивилизованные люди.

– Неприятно? – снова взорвался он. – Тебе неприятно знать, что все эти годы ты была моей женой?

– Лишь на бумаге, – возразила она. – Мы давно уже не живем вместе. Любой суд разведет нас, как только мы подадим документы.

– И ты этого хочешь? – Фраза вылетела сама собой.

– Конечно, – кивнула Донна, слегка удивленная вопросом.

– И никаких разделов имущества, алиментов и прочей ерунды?

– Было бы несправедливо требовать у тебя хоть что-то. – Донна вздохнула. – Послушай, Кьер, я понимаю, что ты злишься…

– Злюсь? Да я просто в бешенстве. Поразительно, как тебе всегда удается выставить меня полным идиотом!

– Хочешь сказать, что я специально устроила все это? – ахнула она.

– Откуда мне знать, что это не так? Возможно, ты посчитала, что оставаться моей женой тебе гораздо выгоднее!

– Я же сказала, что не собираюсь претендовать ни на что! – с каким-то отчаянием воскликнула Донна, вдруг понимая, что она устала. Устала сдавать экзамены, устала от студенческой жизни, которая была уже поперек горла, а главное, устала отвечать за ошибки других.

– Тебе и не удалось бы. – Кьер поднялся. – Поэтому, моя дорогая женушка, я даю тебе ровно два дня, чтобы подать документы в суд. Иначе я вчиню тебе иск за введение в заблуждение и риск подвергнуть меня двоеженству. И поверь, это тебе обойдется очень дорого!

Донна вздрогнула, как от удара. Она вскочила, пересекла комнату, яростно стуча каблуками, подошла вплотную к Кьеру и взглянула прямо в его глаза.

– Подавай! – потребовала она.

– Что?

– Подавай иск, и я посмотрю, как много клиентов потом доверят тебе свои дела. Адвокат, который не озаботился получением собственных документов! Это тебе обойдется все очень дорого, Кьерстен Сонг! Так что – иди в суд и лучше сделай это незамедлительно, потому что с этого момента я не подпишу с тобой ни одного мирового соглашения!

Не дожидаясь ответа, Донна вновь подошла к двери, взялась за ручку и обернулась.

– Да, чуть не забыла. Не смей вовлекать в это дело свою любовницу, иначе я вчиню ей иск за развал семьи!

Донна вышла из кабинета, громко хлопнув дверью, вихрем пролетела по коридору и выскочила наружу.

Глава 17

Дрожа от переполнявшей ее ярости, Донна промчалась по зеленому газону. Все, кто встречался по пути, взглянув на лицо рыжеволосой девушки, предпочитали уступить дорогу.

Донна остановилась лишь около ступеней, на которых с какой-то обреченностью во взгляде стоял старшекурсник. Девушка не сразу узнала его, лишь когда он решительно направился в ее сторону, вспомнила, что это как раз тот парень, который на вечеринке пытался поцеловать ее.

– Теа? – Он замялся. Донна натянуто улыбнулась.

– Привет! – Она вдруг поняла, что даже не знает его имени. Теодора предпочла скрыть это знакомство, опасаясь, что Расмус узнает о романе дочери. В который раз Донна подумала, что ее кузина просто дура. – Как дела?

– Скажи, это правда, что ты сдаешь сессию досрочно? – Взгляд его блуждал, не фокусируясь ни на чем, и девушка насторожилась: вполне вероятно, что этот крепыш нюхнул чего-нибудь для смелости.

– Да. – Она все еще непонимающе смотрела на него, когда он вдруг рухнул на одно колено, выбрасывая вперед руку, словно хотел ударить.

Донна отшатнулась, но в руке оказалась лишь коробочка из розового бархата в форме сердечка. Дрожащими руками парень открыл коробочку и снова протянул ее Донне.

– Теодора О’Доннал, выходи за меня замуж!

– Что? – Девушка ошеломленно смотрела на небольшое кольцо с марсианским белым бриллиантом, лежавшее на розовом бархате, затем перевела взгляд на незадачливого ухажера. – Как это понимать?

Но парень молчал, по всей видимости, полностью выложившись в единственной фразе. Он даже не смотрел в лицо предполагаемой невесте, сосредоточившись на чем-то за ее плечом.

Невольно оглянувшись, Донна заметила любопытствующих, которые уже начали обступать ступени кампуса. Несколько студентов маячили в окнах своих комнат, явно наслаждаясь зрелищем. В любое другое время Донна лишь посмеялась бы над всем этим или даже, если бы в ней проснулся ее злой гений, дала свое согласие, чтобы посмотреть, как Теа будет выкручиваться. Но сейчас ее нервы были натянуты до предела.

– Встань, пожалуйста, – холодно произнесла она тем тоном, которым обычно разговаривала с назойливыми клиентами, решившими, что оплата работы адвоката подразумевает еще оказание услуг интимного характера, – и прекрати весь этот балаган!

– Это не балаган! – обиженно возразил парень, наконец-то взглянув Донне в глаза. – Я… ты беременна, и я…

– Я – что? – ошарашенно переспросила Донна, чувствуя, что у нее голова идет кругом.

– Ты ждешь ребенка, это же мой ребенок, верно?

– С чего ты взял? – Это было первое, что пришло ей на ум.

Парень мотнул головой.

– Не важно, скажи, что ребенок мой!

Краем глаза Донна заметила, что круг любопытствующих стал больше. Все стояли, ловя каждое слово. Значит, уже через полчаса новость о беременности студентки Теодоры О’Доннал распространится по всему университету, а потом дойдет и до Кьера. Возможно, и до Расмуса. Если бы Донна не опасалась впасть в истерику, она бы расхохоталась.

– Я не беременна, – жестко ответила девушка, хотя в глубине души ей было жалко этого парня, который нашел в себе смелость взять ответственность на себя. – Так что ты зря потратился.

Не дожидаясь ответа, она начала подниматься по ступеням. Люди, стоящие плотным кольцом, молча расступались перед ней.

– Я все равно не оставлю своего ребенка без отца, – театрально крикнул ей вслед парень. Донна даже не оглянулась.

Она поднялась на этаж и зашла в отсек, рухнула на диван и закрыла глаза.

– Эй, ты как? – Меган подбежала к ней. – Ты нормально себя чувствуешь? Не тошнит?

– Меган, – простонала Донна, – ну хоть ты не ведись на эти сплетни!

– Так это сплетни? – Подруга села рядом, поджала ноги. Донна бросила на нее мрачный взгляд. Та выставила вперед руки.

– Все, молчу, молчу… Только вспомни, что слухи распространяются по Куинси со скоростью света, не меньше.

– Знаю, – отмахнулась Донна, прикладывая пальцы к вискам. Голова просто раскалывалась.

– С другой стороны, – философски заметила Меган, – так твоей кузине и надо! Представляешь, через много лет все будут вспоминать: «А, это та самая Теа, которая залетела на пятом курсе!»

– Верно. – Донна грустно усмехнулась, думая, что Расмус убьет ее гораздо раньше, если, конечно, до него это не сделает Кьер, решив, что киллер ему обойдется дешевле, чем развод. – Интересно, откуда пошла эта сплетня?

– Полагаю, от профессора Равенфора, который выглядит, будто морж с Нового Плутона.

– А… – вяло протянула Донна, вспомнив замечания профессора по поводу ее положения.

– Да что с тобой?

– Ничего. Ровным счетом ничего. Кроме того, что мне, помимо нескольких трудных дел в судах, еще надо сдать экзамен Кьерстену Сонгу…

– И что? Ты же сама говорила, что вы расстались как цивилизованные люди.

– Вот это в точку, – кивнула Донна и внезапно для самой себя расхохоталась. – Цивилизованные люди, надо же!

Она смеялась и смеялась, пока по щекам не потекли слезы. Меган смотрела на подругу с ужасом.

– У тебя просто истерика! – воскликнула она.

– Верно. – Тыльной стороной ладони Донна вытерла слезы. – Принеси, пожалуйста, воды.

Стакан был подан незамедлительно. Вода в нем оказалась настолько холодной, что дыхание перехватило. Впрочем, это помогло. Смех прекратился, и Донна смогла посмотреть на ситуацию более здраво.

Ничего страшного не случилось. Все поправимо. Сплетни можно пережить, а что касается Кьера, то следует составить соглашение о разводе, подписать его и отдать мужу лично в руки. Возможно, он расценит это как слабость, но Донна уже устала от войн. Ей просто надо сдать экзамены, подождать, пока Теа в черной мантии выпускницы пройдет через заветные ворота, и уехать подальше от О’Донналов.

Что будет дальше, Донна пока не знала. Может, стоит открыть свою собственную фирму. У нее на почте висели два письма с приглашением на работу в крупные компании, присланные втайне от Расмуса, но это были огромные корпорации, а не юридические фирмы.

Донне не хотелось всю жизнь решать проблемы, которые создают директора, и при этом терпеть упреки в том, что она некомпетентна, поскольку действует по закону, а не руководствуется желанием руководителя.

В любом случае для начала надо было выполнить свою часть сделки с Расмусом и без лишнего шума получить развод. С этими мыслями Донна открыла свой лэптоп и ввела в строку поиска «соглашение о разводе».

Найдя наиболее подходящее в сети, она вбила свои данные, вывела документ на печать, еще раз прочитала и с чувством полного удовлетворения подписала три экземпляра: по одному каждой стороне и третий для судьи, сложила все в конверт и взглянула на часы.

Четверть восьмого. В лучшем случае Кьер сейчас в своей квартире, хотя, скорее, он опять пошел в паб к Томасу. Донна не знала, что злит ее больше: мысли о красноволосой певице или то, что, в отличие от нее, Кьерстен Сонг может совершенно спокойно ходить в паб и пить напитки крепче имбирного пива, которое новоявленная студентка возненавидела всей душой.

При любом раскладе передачу документов проще было отложить до завтра.

Ужинать пришлось в одиночестве полуфабрикатами из вакуумного холодильника – Меган убежала на свидание. Донна легла спать, надеясь, что Кьеру не повезет в баре, и его любимый виски быстро закончится.

Кьерстен Сонг не пошел в паб. Он вообще никуда не пошел, предпочтя бродить по кабинету, словно хищный зверь в клетке. Его смартфон, лежащий на столе, то и дело дребезжал, напоминая о том, что Серена пытается дозвониться.

Кьер не хотел разговаривать. Он вообще ничего не хотел, даже виски сейчас был лишним – ему необходимо сохранить трезвость ума, поскольку он собирался выиграть эту битву с Донной.

Будучи опытным адвокатом, он прекрасно понимал: его бывшая, вернее, не совсем бывшая жена абсолютно права – любой иск против нее будет воспринят как неумение Кьерстена Сонга упорядочить собственную жизнь. Шумиха вокруг этого дела в суде нанесет вред его имени. И престижу «Гластонберри и Питч».

Серена наверняка посоветовала бы договориться с Донной, но Кьер знал: после того, что они наговорили друг другу, это не представляется возможным. Смартфон жалобно тренькнул.

– Да заткнись же! – Кьерстен схватил его и запустил в стену. Противоударный чехол спружинил, и дорогой гаджет, как мячик, отлетел и упал на пол. На экране все еще было изображение Серены. Кьер посмотрел на него с отвращением.

– О, ты все еще здесь? – Джейсон Роу вошел в кабинет без стука.

– Что тебе надо? – огрызнулся Кьер, не расположенный к разговору.

– Я просто шел мимо и увидел, что дверь не заперта, – однокурсник смущенно поправил очки, – хотел отдать тебе это.

Он махнул пачкой документов, в которых Кьерстен распознал банковские счета.

– Полагаю, Мак-Кинтош с радостью тебе их выдал? – осведомился он у Джейсона, тот не стал отпираться.

– Ага.

– Положи на стол, я их просмотрю.

– Хочешь, я составлю тебе компанию?

– Извини, не в этот раз, – процедил Кьер, подбирая свой смартфон. По крайней мере, экран погас, и то радость.

– Жаль. – Джейсон с сожалением покосился на шкаф, переоборудованный в бар. Понимая, что избавиться от назойливого однокурсника все равно не удастся, Кьер открыл дверцу шкафа, разлил по бокалам первое, что попалось под руку, протянул ему.

– Твое здоровье! – Кьерстен выпил и даже не почувствовал вкуса. Джейсон попытался последовать его примеру, но после первого глотка скривился.

– Что это? – Он с подозрением посмотрел на прозрачную жидкость. – Пахнет, точно аммиак…

Кьер сверился с бутылкой.

– Водка, настоянная на персиковых и вишневых косточках.

– Жуткая гадость. – Джейсон отставил недопитый бокал. – Откуда она у тебя?

– Не помню. Что-то еще?

– Нет. Вернее… ты знаешь, что Теодора О’Доннал решила сдать экзамены досрочно?

– Уже да. – Кьер холодно посмотрел на приятеля, которого просто распирало от новостей. – Судя по твоему лицу, я должен спросить почему.

– Она беременна! – выпалил декан, с каким-то торжеством посматривая на однокурсника, как будто был причастен к этому событию.

Бутылка водки, которую Кьерстен держал в руках, упала на пол и разбилась. В кабинете ощутимо запахло аммиаком, но он даже не заметил этого.

– Что ты сейчас сказал?

– Теодора О’Доннал беременна. Причем не от того парня, с которым встречалась последний год.

– Она встречалась? – Кулаки сжались сами собой.

– Да, это был бурный роман! Ну, знаешь, как бывает у студентов… – Джон вдруг осекся и внимательно посмотрел на собеседника. – У вас с Донной было по-другому, конечно.

– Конечно, – по-змеиному прошипел Кьер.

Теперь стало понятно нежелание его жены подавать на развод. Но неужели она была настолько глупа, что решила подсунуть ему чужого ребенка. Хотя, скорее, расчет был на то, что Кьер предпочтет замять эту историю и заплатит отступные.

Он уже видел новостные заголовки: «Жена облапошила мужа», «Известный адвокат отказывается признавать ребенка», «Личная жизнь Кьерстена Сонга».

– Представляешь, бухнулся на колени, протягивая кольцо… – вещал тем временем Джейсон Роу.

– Кто? – не понял Кьер.

– Этот, как там его… – Декан пощелкал пальцами. – Гастон Леблан.

– Это кто?

– Да ты совсем меня не слушал, что ли? Студент, который на глазах у всего кампуса сделал предложение Теодоре О’Доннал.

– Вот как? – Кьер взглянул на собеседника с интересом, в аметистовых глазах зажегся огонек, он встал и плеснул приятелю виски. – Знаешь что, а расскажи-ка мне все поподробнее!

Через полчаса Джейсон Роу, пошатываясь, выходил из кабинета своего однокурсника. Сам Кьер, проводив декана факультета, небрежно отставил пустую бутылку и подошел к окну. Там была темнота. Чуть дальше, над едва различимыми силуэтами деревьев виднелись огоньки кампуса. Кьерстен до боли в глазах всматривался в них, словно пытаясь найти ответы на свои вопросы.

Донна беременна, она принадлежала другому, который буквально заклеймил ее, заявив, что она – его и только его. Осознание этого заставляло скрежетать зубами от злости.

Интересно, знала ли она о ребенке, когда пришла в паб к Томасу? Скорее всего, нет… или… он вдруг вспомнил, с каким маниакальным желанием забыться она пила свои коктейли. Ей это почти удалось.

Почти, потому что он буквально вытащил ее из-за стола и отвез в отель. Говоря по правде, Кьер рассчитывал на большее, но Донна заснула в такси, и он не решился будить ее, так мирно посапывающую у него на плече. Как выяснилось, не зря.

Он недобро усмехнулся и отсалютовал бокалом своему отражению. Кьерстен всегда был везунчиком. Страшно подумать, что было бы, если бы он тогда воспользовался ситуацией и переспал с Донной. Рыжеволосая ведьма наверняка заявила бы, что ребенок – его.

Голова кружилась, и Кьер прислонился лбом к холодному стеклу, снова смотря в темноту. Ему не хватало вида на Зерван – города, который не спит ни днем, ни ночью. Его динамика вдохновляла, заставляла работать, как сумасшедшего. Здесь было обманчивое спокойствие.

Оно злило гораздо больше, чем блеск разноцветных огней вывесок, работавших на вечном неоне. Мегаполис родной планеты…

Высокие современные здания. Оживленные улицы в Пятом квартале, вечный запах мураши – экзотической травки, вызывавшей буйные приступы веселья, – ее продавал мальчишка-газетчик на углу Пятой и Восемнадцатой улиц.

Кьер вдруг понял, что скучает по всему этому и ему пора возвращаться. Не колеблясь, он набрал Серену.

– Кьер, дорогой, ты припозднился. – Как всегда ухоженная, тщательно одетая, с идеальным макияжем, хотя в Зерване давно перевалило за полночь.

«Интересно, видел ли кто-нибудь Серену Гластонберри без макияжа?» – раздраженно подумал он. Впрочем, тут же улыбнулся.

– Серена.

– Надеюсь, ты побеспокоил меня не для того, чтобы пожелать спокойной ночи? – поинтересовалась она.

Кьер рассмеялся.

– Для тебя это было бы оскорблением!

– Верно. Так зачем?

– Сегодня я переговорил с ректором Куинси. – Кьер сжато изложил предложение, услышанное днем.

Серена слушала, не перебивая.

– Это очень интересно, милый, и я подумаю, но скажи, как дела с документами? Ты получил дубликат решения суда?

– Я работаю над этим.

– Что значит «работаю»? – В голосе Серены послышались стальные нотки. – Ты вообще говорил со своей бывшей женой?

– Говорил. – Кьер горько усмехнулся, вспомнив их ссору с Донной.

– И? Она что, отказалась сообщать тебе, в какой суд отправила документы?

– Она их отправила. Но не в суд. – Он взъерошил волосы, понимая, что правду все равно не скроешь. – Донна отправила документы мне.

– Подожди… Хочешь сказать, что… Кьер, но ты же не получал их!

– Да. Письмо затерялось, – почему-то он повторил фразу, сказанную Донной.

Посвящать Серену во все перипетии этого дела не хотелось.

– Что за ерунда? – Судя по тону, его собеседница еле сдерживалась. – Хочешь сказать, что за все эти годы ни один из вас не вспомнил о нем?

– Выходит, что так. – Одним глотком Кьерстен допил виски и поставил стакан на стол.

– Ты хоть понимаешь, что это значит? – Сирена буквально шипела, позабыв о своей хваленой выдержке.

– Как ты помнишь, я оканчивал юридический, – холодно отозвался Кьер.

– Знаешь, я начинаю в этом сомневаться. А если я начинаю в этом сомневаться, то усомнятся и другие… Наши клиенты. Ты должен решить это дело, Кьерстен Сонг, решить любой ценой!

– Предлагаешь мне убить свою жену?

– Предлагаю заплатить ей.

– Да, капитан очевидность. – Он отключил связь и вышел из кабинета, громко захлопнув дверь, словно Серена могла услышать.

Идти в квартиру не имело смысла, и Кьер долго бродил по университетским газонам, пытаясь обрести утраченное душевное равновесие.

Донна предпочла ему этого мальчишку Гастона. Он с трудом вспомнил коренастого студента, в группе которого проводил семинар на той неделе. Глупый, как и его товарищи, парень сидел на последней парте и мямлил, невпопад отвечая на совершенно простые вопросы.

Кьерстен понял, что совсем не разбирается в женщинах.

Яркий свет фонарей резанул глаза. Кьер заморгал и понял, что вышел к кампусу, в котором жила сейчас его жена. Он с отвращением посмотрел на ступени, ставшие немыми свидетелями сегодняшней сцены.

Сам он делал предложение Донне, лежа в постели и держа ее в своих объятиях.

– Почему бы нам не пожениться? – как можно более небрежно спросил он, с замиранием сердца ожидая ее ответа. Зеленые глаза широко распахнулись.

– Это шутка? – ахнула Донна, приподнимаясь на руке и вглядываясь в лицо Кьера.

– Нет. – Он улыбнулся. Хотел дерзко, но вышло как-то смущенно. – Я понимаю, что это как-то рановато, ни у тебя, ни у меня пока ничего нет за душой, но деньги – дело наживное. В любом случае никто не сможет обвинить нас в корысти. Так что ты думаешь?

Донна прикусила губу, зеленые глаза озорно сверкнули. Она вдруг улыбнулась и соскочила с кровати прежде, чем Кьер успел ее остановить.

– Ты куда?

– Одеваться! Не могу же я рассказывать нашим детям и внукам, что ты делал мне предложение, когда мы лежали голые в постели.

Сейчас Донна должна быть просто в восторге – ей будет что рассказать детям и внукам…

Кьер повернулся, намереваясь идти в университетскую квартиру, и буквально нос к носу столкнулся с мужчиной, в котором узнал назойливого интервьюера, угощавшего Донну каппи.

– Мистер Сонг, добрый вечер, – вежливо поздоровался тот, не скрывая удивления от встречи в столь поздний час. Должно быть, решил, что тот выходит из кампуса. – Навещали кого-то?

– Добрый вечер. – Кьер не потрудился вспомнить его имя. – И доброй ночи. Я уже ухожу!

Глава 18

Утро началось с взглядов: осуждающие, восхищенные, намеренно равнодушные и просто любопытные – все они абсолютно не трогали Донну. Она спокойно вошла в аудиторию, усмехнулась, услышав шепоток за спиной, который напоминал змеиное шипение. Разумеется, обычную студентку смутило бы такое пристальное внимание, но Донна давно уже вышла из этого возраста.

Она села на свободное место. Заметив, что соседка кидает взгляды на ее талию, вежливо улыбнулась той самой улыбкой, заставлявшей партнеров скрежетать зубами. Любопытная студентка покраснела и предпочла отвести взгляд в сторону.

Лекции тянулись одна за другой, преподаватели не отличались от студентов и с явным любопытством посматривали на сидящую перед ними рыжеволосую девицу. Словно желая поддразнить всех, Донна надела платье-футляр чернильно-синего цвета и такого же цвета туфли на высоких каблуках.

На третьей паре ее смартфон зазвонил. Это был Дугал.

– Мисс О’Доннал! – Темноволосая преподавательница, та самая, которая недавно вешалась на Кьерстена, строго взглянула на нее поверх очков. – Я же просила отключить гаджеты!

– О, простите. – Донна улыбнулась и, поскольку заметила, что преподавательница внимательно рассматривала ее талию, мстительно добавила: – Это звонок от моего врача по поводу анализов.

Шепот пронесся по рядам. Лектор слегка смутилась:

– Ну, раз так… вам следует ответить…

– Спасибо. – Донна взяла смартфон и вышла в коридор.

– Милая, у нас все получилось! – объявил Дугал. – Флетчер, вернее, его адвокат идет на сделку.

– Вот как? – Она не торопилась радоваться. – И какова цена?

– Пятнадцать.

– Это ровно половина. Неплохо, – одобрила Донна.

– Более чем хорошо. И да, ты была права: Мэтью нужны деньги.

– Естественно. Деньги нужны всем.

– Дело сталось за малым: подписать бумаги.

– Мне сделать соглашение или ты справишься?

– Думаю, справлюсь. Тебе отослать проект?

– Разумеется. И сделай это до того, как направишь все документы противной стороне. Кстати, убедись лично, что они дошли!

– Не волнуйся, дорогая! – В голосе Дугала слышалось ликование. – Да, я уже говорил, что люблю тебя?

– Неоднократно, – уверила она коллегу. – Не забудь выслать мне соглашение как заверение в своей любви!

– Непременно! Пока! – Дугал отключился. Донна улыбнулась погасшему экрану. На лекцию она возвращаться не стала, вышла во двор и села в тени дерева, запрокинула голову, наслаждаясь тишиной.

Листва была рыжей, как ее волосы. «Дерево Донны», – смеялся Кьер, когда они вдвоем сидели, прогуливая лекции. С ним было хорошо, пока он не начинал изображать идиота…

Колокольчик, звон которого означал окончание занятий, заставил ее поморщиться. Понимая, что тишина закончилась, Донна встала, стряхнула траву и направилась к корпусу, где размещался кабинет Кьера. Врослые проблемы стоило решать по-взрослому.

Как она и предполагала, Кьерстен был там. Постучав и не дожидаясь ответа, она вошла. Он сидел за столом и рассматривал причудливые витражи на окнах.

Скрип открывающейся двери заставил его повернуть голову. Аметистовые глаза сузились.

– Мисс О’Доннал? – Он не смог скрыть удивление. Донна мягко улыбнулась и протянула ему конверт с документами.

– Держи.

– Что это? – Кьер не торопился брать бумаги.

– Соглашение о нашем разводе.

– Вот как? – Кьерстен смотрел на нее, все еще не решаясь взять конверт. – И каковы условия?

– Ты лично регистрируешь его в суде и присылаешь мне мою копию решения.

Он пристально посмотрел на нее.

– Хватит шутить! Я хочу знать, во сколько мне обойдется твоя подпись на этих бумагах!

– Где твоя знаменитая хватка, Кьер? Если хочешь знать – прочти. – В зеленых глазах мелькнула насмешка. Донна положила конверт на стол и вышла. Мужчина проводил ее взглядом, потом потянулся к конверту, подозрительно смотря на него, как на змею, достал документы, вчитался.

– Что за… – Он с изумлением смотрел на договор, явно скачанный из всеобщей сети. Донна не сделала ни одного изменения, просто вписала туда оба имени. Швырнув документы на стол, Кьер выскочил из кабинета. Донну он догнал уже у выхода из здания.

– Это что, шутка? – Он схватил ее за руку и развернул к себе.

– Прости? – Донна холодно взглянула на удерживающую ее руку.

– Документ, который ты отдала мне. – Кьер проигнорировал ее взгляд.

– Нет. Не шутка.

Он заметил, что девушка была очень бледной, а щеки слегка впали, еще резче очерчивая лепные скулы.

– Это из-за ребенка, – вдруг осенило его. – Ты хочешь побыстрее развестись, чтобы выйти замуж!

В ответ Донна лишь рассмеялась:

– Кьер, Кьер, с каких пор ты веришь в сплетни?

– Хочешь сказать… – Он недоверчиво посмотрел на нее. Чувствуя, как его захлестывает недоверие, которое сменяется радостью.

Вместо ответа она чуть насмешливо взглянула на него, на секунду став именно той Донной, которую он хорошо помнил. Он вдруг понял, каким идиотом был, так легко поверив в сплетни.

Донна не могла встречаться с Гастоном, да и вообще ни с кем не могла встречаться, потому что… он не стал дальше развивать эту мысль. Донна стояла совсем близко. Кьер вдруг заметил на ее носу россыпь веснушек. Она всегда злилась, когда они появлялись.

Повинуясь желанию, Кьер протянул руку и провел по ее переносице, словно желая смахнуть мелкие рыжие точки. Донна невольно прикрыла глаза, ресницы отбросили на щеки длинные тени. Они подрагивали, будто крылья бабочки.

Он провел рукой по ее щеке и неожиданно даже для самого себя прижался губами к ее губам. Запах лимонника и полыни. Мягкие податливые губы, совершенно такие, какими он их помнил. Все еще не отрываясь от них, Кьер нежно провел ладонью по ее спине, чуть сминая плотную ткань платья.

Донна вздрогнула, забилась, пытаясь освободиться. Кьер, досадуя на себя, разжал руки. Девушка выскользнула. Несколько секунд они ошеломленно смотрели друг на друга, затем Донна открыла дверь и вышла.

Кьер вернулся к себе, еще раз пересмотрел все документы, несмотря на шаблонность, они были составлены по всем правилам. Он достал свою перьевую ручку, несколько поколений передававшуюся по наследству, открутил колпачок и еще раз задумался. Все, что происходило между ним и Донной, было необычно. Их тянуло друг к другу, и, в том он был уверен, это не было простым вожделением.

Осознав, что не может просто так поставить свою подпись, Кьер положил ручку поверх соглашения. Она покатилась по бумаге, оставляя за собой чернильный след.

– Идиот, – прошептал Кьер самому себе. – Неужели ты снова отпустишь ее просто так, даже не попытавшись?

Глава 19

Донна долго бродила по дорожкам университета, пытаясь успокоиться. Ее потряс не столько сам поцелуй, сколько то, что она готова была ответить на него. Да что там ответить, она просто жаждала этого. Как и сам Кьер.

Впрочем, у мужчин все всегда было проще. Донна свернула на одну из боковых аллей и внезапно для себя самой вышла к часовне. Старинное здание из красного кирпича с синей крышей, увенчанной остроконечным шпилем, стояло в окружении деревьев с зелено-розовой листвой.

Девушка невольно замедлила шаг. Часовню открывали лишь в день службы и по особым событиям, таким, как свадьба.

Их свадьба была очень скромной, Донна опасалась реакции Расмуса на ее брак и попросила Кьера организовать все как можно более тихо. Он сделал, не задавая лишних вопросов. Это ей в нем и нравилось: Кьер никогда не задавал лишних вопросов. Потом ей всегда не хватало этого в мужчинах.

Донна присела на ступени часовни. Камни, за день нагретые солнечными лучами, были теплыми. Она задумчиво провела по ним рукой. Когда-то они с Кьером стояли на этих ступенях, волнуясь и ожидая, пока служитель пригласит их внутрь. Тогда все было просто.

Донна вздохнула и резко поднялась, отряхнула платье. Хватит вспоминать о прошлом. Поцелуй с Кьером ничего не значил. Просто они оба поддались эмоциям, и это больше не повторится. Подумав об этом, девушка ощутила грусть, но тут же взяла себя в руки: раскисать сейчас не стоило – оставалось всего три экзамена и диплом.

Преувеличенно бодро Донна направилась в сторону кампуса. Она почти дошла до входа, когда столкнулась нос к носу с Томашем Томсоном. Он стоял в тени деревьев и шагнул на дорожку так стремительно, что Донна буквально налетела на него.

– Мисс О’Доннал! – воскликнул интервьюер так, что было понятно – он ждал именно ее. – Какая встреча!

– Я вас слушаю. – Донна отстранилась и внимательно посмотрела на него.

– С чего вы решили, что мне что-то от вас надо?

– Иначе вы не стали бы караулить меня у входа.

Он рассмеялся и прищелкнул пальцами.

– Вас не проведешь!

– Рада, что вы это поняли. – Она как можно более естественно засунула руки в карманы и провела пальцами по экрану смартфона. – Так все же что заставило вас прятаться за деревом, мистер Томсон?

– Я понял, что вы переменили свое мнение относительно свиданий с преподавателями, и хотел попытать счастья. – Он усмехнулся.

– Интересно, что заставило вас так думать? – холодно поинтересовалась Донна, пытаясь сдержать ярость. Она терпеть не могла таких людей, как этот интервьюер. Слишком беспринципные и… лучше всего подходило слово «скользкие».

– А как вы думаете? – Томаш тем временем очаровательно улыбнулся. – Преподаватель Кьерстен Сонг, конечно, более влиятелен, чем простой интервьер… Думаю, мисс О’Доннал, вам не надо напоминать про Устав университета.

– При чем тут мистер Сонг?

– Я видел вас вместе, – любезно пояснил Томаш, – а также мистера Сонга, выходящего из кампуса. Легко сопоставить это с тем, что вы вдруг сдаете экзамены и притом достаточно успешно! Вы, которая жаловалась мне на задолженности почти по всем предметам.

– И что же вы хотите? – Донна отбросила со лба челку.

– Скажем так, я был бы рад, если бы вы направили скромное пожертвование университету вот на этот счет, – он протянул реквизиты, – в противном случае, вы же понимаете, я буду вынужден рассказать о своих подозрениях ректору и настаивать на вашей переэкзаменовке.

Донна взяла записку и смерила интервьюера взглядом.

– Вы совершенно правы, я помню Устав. Так же хорошо, как и межгалактический уголовный кодекс, который вы, очевидно, забыли.

– При чем тут уголовный кодекс? – напрягся Томаш.

– При шантаже, – охотно пояснила она. – Это, знаете ли, уголовное преступление.

В который раз она пожалела, что изображает Теодору. Будь Донна самой собой, ей не составило бы труда засадить этого шантажиста за решетку, но при даче показаний могли начать полную процедуру подтверждения личности, и тогда на свет выплыла бы вся правда. Пришлось ограничиться запугиванием.

– Наш разговор записан на мой смартфон. – Донна продемонстрировала экран с включенной видеопрограммой.

Интервьер побледнел и сделал шаг назад.

– Запись незаконна.

– Разумеется, в полиции ее не примут, но, думаю, ректору будет очень интересно посмотреть ее. Так что советую искать подружек вне стен Куинси. Всего доброго! – Не дожидаясь ответа, она спокойно направилась в кампус.

Томаш зло посмотрел ей вслед и пробормотал что-то нелицеприятное, на что Донна решила не обращать внимания, сделав вид, что не знает таких слов.

Лишь зайдя в комнату, она зло хлопнула дверью.

– Плохой день? – сочувственно поинтересовалась Меган.

– Типа того. – Донна вздохнула. Если рассказать соседке о встрече с интервьюером, пришлось бы упоминать о Кьере, а ей не хотелось этого делать.

– Немудрено, особенно после вчерашнего выступления этого идиота с кольцом.

– Не напоминай, – попросила Донна, вспомнив безобразную сцену, участницей которой она стала.

– Ладно, не буду. Ты уже выбрала, у кого будешь писать диплом?

– Пока еще нет. Боюсь, с выбором научного руководителя у Теа будут очень большие проблемы, кто же захочет брать глупую девицу, еще вчера чуть не вылетевшую из университета. Кстати, надо бы проверить результаты экзаменов.

Она зашла в университетскую систему, выбрала раздел «успеваемость» и довольно улыбнулась: результат был даже выше, чем она предполагала.

– Все в порядке? – Меган, плюнув на приличия, заглянула через плечо.

– Вроде бы да. – Донна прокрутила ведомость, проверяя, не осталось ли задолженностей. Она уже хотела закрыть лэптоп, когда система зависла, несколько секунд экран мерцал, потом вновь появилась ее ведомость.

– Что за ерунда? – нахмурилась Донна.

– Так бывает, когда кто-то из преподавателей входит в твой файл, когда ты тоже там сидишь, – пояснила Меган. – Проверь, не изменилась ли информация!

Донна послушно перезагрузила страницу и ахнула.

– Что за… – Она всмотрелась в буквы, надеясь, что они ей показались.

– Ничего себе, – присвистнула Меган, вновь высовываясь из-за плеча подруги. – Кьерстен Сонг будет твоим научным руководителем? Да ты влипла.

– Еще как, – подтвердила Донна, судорожно размышляя, зачем ее бывшему мужу понадобилось все это. На ум приходила лишь одна причина – месть, но это было не похоже на Кьерстена, к тому же она отдала ему подписанные бумаги, а он совсем не тот человек, который будет тратить время на бессмысленные действия.

– Девчонки умрут от зависти, – продолжала Меган. – И некоторые парни – тоже.

– Меня должно это обрадовать? – пробурчала Донна, все-таки закрывая лэптоп.

– Почему бы и нет? – рассмеялась ее соседка. – Слушай, чего ты так расстроилась? Если тебе не хочется с ним общаться, ты всегда можешь попросить замену!

Донна задумчиво постучала пальцами по столу. С одной стороны, Кьер знал, кто она на самом деле, но с другой… Она вспомнила последний поцелуй, его губы, его запах, от которого так кружилась голова и подгибались ноги.

Она сразу же одернула себя – воспоминания о времени, проведенном с Кьерстеном Сонгом, прекрасны, но они не должны мешать осуществить задуманное. Так и не решив, стоит ли ей дальше общаться с почти бывшим мужем, Донна предпочла дождаться встречи с ним и окончательно прояснить ситуацию.

Сам виновник ее мыслей в это время стоял в кабинете Джейсона Роу.

– Я не пойму, зачем тебе это надо, – бурчал декан Юридической школы, лично заводя данные в систему. – Я, конечно, понимаю, с возрастом всех нас охватывает сентиментальность, но, уверяю тебя, Теодора О’Доннал абсолютно не похожа на Донну, разве только внешне.

– И что? – Кьер пожал плечами.

– Только то, что ты намучаешься с ней!

Мужчина лишь усмехнулся, подумав, что его однокурсник еще не понимает, как он прав. Джейсон щелкнул по клавишам и развернул монитор.

– Готово. Но смотри, если она придет ко мне и потребует сменить руководителя, я вынужден буду это сделать.

– Не потребует. – Кьер говорил с уверенностью, которую не чувствовал. Он вспомнил, как на мгновение ему показалось, что Донна ответила на поцелуй, и ради этого мгновения он и готов был рискнуть. В конце концов, она, как и все женщины, любопытна и наверняка захочет узнать, что ему надо.

– Кстати, – вспомнил вдруг Джейсон, – ты посмотрел те счета, которые я тебе принес?

– Пока нет. – Он заметил разочарованное лицо декана и ободряюще улыбнулся. – Я займусь ими в выходные.

– Ректор беспокоится…

– Передай ему, пусть не волнуется. Я обязательно все сделаю, только закончу один очень важный для меня контракт.

– Многомиллиардная сделка?

– Можно сказать, дело всей жизни. – Кьер встал и, еще раз взглянув на монитор, ухмыльнулся.

Глава 20

Донна стояла перед кроватью, на которой были разложены ее вещи. Она решительно не знала, что же надеть на встречу с Кьерстеном. Платья казались слишком нарядными, костюмы – слишком строгими. А джинсы и футболки выглядели фамильярно и предполагали нестандартное общение. Поколебавшись, Донна выбрала узкие джинсы, белую футболку и бледно-сиреневый пиджак, дополнив наряд балетками из серой замши. Волосы она заколола на затылке.

Увидев ее, Меган присвистнула.

– Ты на свидание?

– Почти. – Донна еще раз окинула критическим взглядом свое отражение и пояснила: – Встреча с руководителем диплома.

– Точно свидание! – хихикнула соседка, легко увернувшись от запущенной в нее подушки. – Не забудь потом рассказать, как было!

Донна неопределенно махнула рукой, не то чтобы та отстала, не то – просто прощаясь, и направилась в кабинет Кьера.

Перед дубовой дверью она остановилась и еще раз окинула себя взглядом, одернула пиджак, застегнула его на все пуговицы, потом расстегнула и постучала.

– Вы позволите?

– Входите, – кивнул хозяин кабинета и, выждав, пока она войдет, добавил: – К чему такая официальность?

– К тому, что дверь открыта.

– Что мешает закрыть ее? – Кьер подкрепил свои слова действием. Дверь со скрипом закрылась.

– Кьер, ты же знаешь, это против правил, – возразила Донна, занимая один из стульев, стоящих перед столом специально для посетителей.

– Ты же знаешь, что я чихал на эти правила.

– А я нет. Теодоре нужен диплом, а мне… – Она осеклась и поспешно проговорила: – Мне нужно написать за нее диплом.

– И только? – Кьер присел на край стола. – И что ты получишь взамен?

Ему прекрасно было видно, что она колеблется. Наконец Донна покачала головой:

– Какая разница? Зачем ты попросил руководство над моей работой?

– Чтобы помочь тебе.

Она изобразила изумление.

– Альтруизм – это что-то новенькое, мистер Сонг!

– Сарказм – что-то очень старенькое, мисс О’Доннал! – шутливо отозвался Кьер и произнес чуть тише: – Я даже от него отвык.

Донна почувствовала, как от его голоса по телу пробежали мурашки. Кьер всегда оказывал на нее влияние.

– Не думаю, что сейчас лучшее время вспоминать об этом! – сухо отозвалась она. – Если ты вдруг забыл, я вчера подписала все бумаги о нашем разводе и отдала тебе лично в руки.

– Не забыл. – Он улыбнулся, словно ее тон его забавлял. – Кстати, как ты смотришь на то, чтобы встретиться в неформальной обстановке и обсудить все детали?

– Детали? – Донна недоуменно посмотрела на него. – По-моему, в соглашении все предельно ясно.

– Даже то, что ты скачала его из межгалактической сети!

Она невольно хихикнула.

– У меня не было выбора. Ты поставил слишком жесткие сроки.

– Скажи лучше, ты хотела меня подразнить, – благодушно проворчал Кьер, вставая и подходя к бару.

– Не без этого. – Донна лениво следила за тем, как ловко он разливает напитки по бокалам. – Ты хочешь меня напоить?

– С этим ты прекрасно справляешься сама. – Он подал ей джин-тоник.

– Тогда зачем все это, Кьер?

– Скажем так, я хочу мира… – Он пригубил свой виски и вдруг совершенно внезапно спросил: – Поужинаешь со мной в пятницу вечером?

Донна поперхнулась.

– Умеешь же ты… – с укором произнесла она, откашлявшись и ставя свой бокал на стол.

Внимательно посмотрела на мужчину, все еще ожидавшего ответа на свое приглашение, и слегка прищурилась.

– И зачем нам ужинать в пятницу?

– Просто так. – Кьер пожал плечами. – Не думаю, что ты получаешь удовольствие от нахождения в Куинси.

– И ты решил мне его доставить? – Фраза прозвучала двусмысленно.

Кьер усмехнулся:

– Если ты хочешь…

– Не хочу, – оборвала она, вставая. – И спасибо за приглашение, но у меня слишком много дел…

– Если передумаешь, дай мне знать! – предупредил Кьерстен, вновь садясь за стол и открывая папку с самостоятельными работами студентов, которые надо было проверить, тем самым давая понять, что встреча закончена.

Донне ничего не оставалось, как направиться к выходу. У самых дверей она остановилась.

– Да, мы так и не обсудили тему диплома.

– По-моему, обсудили. – Кьер слегка насмешливо посмотрел на нее. – «Этапы бракоразводного процесса» – как мне кажется, это вполне подойдет.

С довольным видом он застучал по клавиатуре, явно внося название в ведомость. С трудом сдержавшись, чтобы не запустить в бывшего мужа чем-нибудь тяжелым, Донна вышла из кабинета.

Как только дверь за ней закрылась, довольная улыбка слетела с лица Кьера. Адвокат ждал, что, устав от бестолкового времяпрепровождения в Куинси, Донна согласится на его предложение, но она предпочла не рисковать. Он вздохнул и посмотрел на соглашение, все еще лежавшее на столе. Время утекало сквозь пальцы, срок, установленный Сереной, скоро приблизится к концу, и ему придется вернуться на Зерван. Тогда Кьерстен окончательно потеряет Донну.

Придется сменить тактику. Кьер задумчиво постучал пальцами по столу. Ему не хотелось прибегать к своему плану, но, похоже, ничего другого не остается. Еще раз все обдумав, он набрал номер. Никто не отвечал. Пришлось набирать еще раз. После продолжительных гудков раздался сиплый голос:

– Ты в своем уме звонить среди ночи?

– Извини, – Кьер мысленно хлопнул себя ладонью по лбу, он и забыл о разнице во времени, – мне необходимо, чтобы ты нарыл мне кое-какую информацию.

– Скинь данные на мою почту, – проворчал Мэл, – завтра посмотрю.

– Хорошо. И пришли, пожалуйста, счета мне лично. Я не хочу впутывать Серену.

– Решил сыграть за ее спиной? – понимающе усмехнулся собеседник. – Учти, если проиграешь, она порвет тебя на мелкие тряпочки!

– Если бы я хотел сыграть за ее спиной, я бы не обратился к тебе, – ухмыльнулся Кьер, – поскольку она наверняка рядом с тобой.

Послышалось мычание. Затем – тихий шепот и шорох, словно смартфон передавали из рук в руки.

– Кьерстен, милый, – чарующий голос Серены заставил его довольно улыбнуться, – у тебя проблемы с соглашением?

– Ну что ты! Просто пытаюсь повеселиться, как ты и приказала, – протянул он, копируя ее манеру говорить.

– Как это мило… Надеюсь, твоя студенточка этого стоит?

– Не сомневайся, стоит и большего, – уверил ее Кьер и, пожелав обоим приятной ночи, отключился.

Он быстро написал Мэлу письмо с заданием, отправил его, после чего с тяжелым вздохом вновь занялся проверкой работ.

Джейсон Роу, зашедший в надежде на дармовую выпивку, застал приятеля сидящим за столом и задумчиво смотрящим на экран лэптопа.

– Я думал, ты уже ушел, – сказал декан вместо приветствия. Кьер вздрогнул и поднял голову.

– Тебя учили стучаться, перед тем как войти? – резко спросил он.

– Да ладно тебе, – отмахнулся Джейсон, – мы же друзья!

Кьер слегка скривился, но новоявленный друг не заметил этого, выжидающе поглядывая на заветный шкаф. Кьер проигнорировал этот взгляд.

– Какие новые сплетни ходят по Куинси? – поинтересовался он, ставя оценку и закрывая файл.

– Никаких. – Декан почти зевнул. – Все как всегда.

Он вдруг заметил пустые бокалы, все еще стоящие на столе, взял тот, из которого пила Донна, принюхался.

– Джин-тоник?

– Да. – Кьер отобрал бокал и, взяв еще и свой, спрятал их в баре.

– У тебя кто-то был?

– Возможно.

Джейсон встревоженно посмотрел на него.

– Надеюсь, ты не затеял роман со студенткой!

– Разумеется, нет, – раздраженно ответил Кьер, ничуть не покривив душой: Донна О’Доннал уже давно не была студенткой Куинси.

Джейсон внимательно посмотрел на однокурсника, но промолчал.

Потом он еще несколько минут разглагольствовал, Кьер слушал его вполуха, делая вид, будто занят проверкой работ. Поняв, что дармовой выпивки не предвидится, однокурсник ушел, обиженно бормоча себе что-то под нос. Кьер закрыл за ним дверь и достал документы о разводе. Чернильная полоса растеклась и напоминала своими контурами тонкое перо.

Кьерстен еще раз внимательно изучил соглашение. Довольно улыбаясь, он отметил несколько пунктов, после чего скрестил пальцы на удачу и отправил сообщение своей бывшей жене. Он начал разыгрывать свою партию.

Донна вышла из учебного корпуса, раздираемая противоречивыми чувствами. То, что ей предлагал Кьер, было весьма разумно, и она бы с радостью согласилась на его предложение… если бы не было вчерашнего поцелуя. Он был слишком… Девушка усмехнулась. Пожалуй, «слишком» – именно то слово, которое и характеризовало их отношения. В них всегда все было слишком. Это возбуждало и в то же время ставило под сомнение успех ее миссии.

Так и не решив, что делать, Донна вернулась в кампус. К ее счастью, соседки в комнате не было. Записка, оставленная на столе, гласила, что Меган убежала в научный центр на диспут по психологии.

В состоянии Донны это было просто удачей. Она рухнула на диван, откинула голову и закрыла глаза, просто наслаждаясь тишиной, царившей в комнате. Снаружи до нее долетали приглушенные звуки, но это лишь подчеркивало ощущение того, что она полностью одна.

Звук, сигнализирующий о приходе сообщения на смартфон, вывел ее из транса. Донна недовольно взглянула на экран. Сообщение было от Кьера. Он предлагал встретиться в ресторане вне университетских стен и обсудить внесение поправок в известное ей соглашение.

Первым порывом Донны было отказаться, она даже набрала достаточно резкий ответ, но в последний момент передумала отправлять. Соглашение было скачано из сети. Девушка подписала документ, практически не читая, и там действительно могли закрасться ошибки или опечатки. К тому же следовало быть честной с самой собой, ей не хотелось расставаться с Кьером врагами.

Поскольку в последнюю встречу тот был очень учтив, Донна даже позволила себе помечтать, как они иногда будут созваниваться или встречаться, если, конечно, оба найдут на это время.

Все еще улыбаясь от привидевшейся ей идиллии, она написала, что согласна и попросила уточнить время и место. Ответ пришел почти сразу: «Клетчатые скатерти». Пятница. 19:00».

Положив телефон на стол, Донна задумчиво закусила губу. «Клетчатыми скатертями» они с Кьером называли небольшой ресторан, где праздновали свое бракосочетание. В летнее время на террасе под полосатым тентом стояли столы, накрытые пестрыми скатертями в мелкую клетку. Чтобы ткань не унесло ветром, ее придавливали толстым стеклом, с которого постоянно улетали бумажные салфетки.

Донна постучала пальцами по столу. Кьер неспроста назначил встречу именно в этом ресторане. Вряд ли его охватили сентиментальные воспоминания, скорее, он рассчитывал, что она окажется сговорчивее, оказавшись там.

Хотя не стоило исключать и возможность того, что он просто назвал хорошо знакомое обоим место с тем, чтобы не усложнять себе жизнь. Это очень было на него похоже. В любом случае Донна уже дала согласие, и ей оставалось лишь рассчитывать на свое благоразумие, которое таяло с каждым днем.

Глава 21

Для Донны пятница наступила слишком скоро. Ровно в шесть вечера она стояла у зеркала, критически рассматривая свое отражение. Начавшаяся в среду жара не оставила ей особого выбора, поэтому она надела платье-сарафан из серого шелка в крупный белый горох с широким белым поясом. Туфли лодочки на высоком каблуке завершали наряд. Волосы Донна предпочла собрать на затылке в тугой узел, иначе они моментально повисли бы слипшимися прядями.

Бросив взгляд на часы, она подхватила белый клатч и вышла из комнаты. Ей не хотелось опаздывать и тем самым намекать на свидание. Появление точно в назначенное время должно было дать Кьеру понять, что это – всего лишь деловая встреча.

Из-за погоды движение на выезд из города было очень напряжено, и путь к ресторану занял больше времени, чем она предполагала. Когда Донна вышла из машины, было уже четверть восьмого.

Кьер сидел на террасе за одним из столиков и нетерпеливо посматривал в сторону входа. В ослепительно-белой рубашке, без галстука и в темно-синих джинсах серокожий мужчина с аметистовыми глазами привлекал внимание женщин, находящихся в ресторане. Две блондинки, сидящие в противоположном углу, явно обдумывали способ знакомства.

Увидев Донну, к глубокому разочарованию женщин, Кьер встал и сделал несколько шагов в ее сторону.

– Донна. – Легкий кивок головы вместо приветствия. Донна улыбнулась, жест был явно хорошо отрепетирован заранее. Наверняка он поступал так не впервые.

– Извини, я опоздала… Все решили выехать из города именно сейчас. – Она подошла и села на заботливо придвинутый стул, положила сумочку на край стола.

– Пустое. – Он махнул рукой. – Хотя, признаться, я уже начал сомневаться, не передумала ли ты…

– Не в моих правилах уклоняться от встречи.

– На это я и надеялся. – Он улыбнулся, заметив искры гнева в ее зеленых глазах. Донна опустила ресницы, понимая, что Кьер ее явно поддразнивает.

– Ты хотел обсудить соглашение, – напомнила она.

– Да, конечно. – Кьер протянул ей меню. – Закажешь что-нибудь? Здесь, кстати, ничего не изменилось…

– На твой вкус.

Он небрежно бросил меню на стол и сделал заказ моментально подошедшему к нему официанту. Донна отметила, что все эти блюда точь-в-точь повторяли их свадебный ужин, и с укором посмотрела на бывшего мужа.

– Ты специально?

– Что? – Кьер сделал вид, что не понимает. Донна неодобрительно поджала губы, чем заслужила насмешливый взгляд. – Не думал, что ты помнишь.

– Ты тоже не забыл.

– Не забыл, – откликнулся он, задумчиво рассматривая ящики с цветами, закрепленные на перилах террасы. Ярко-красные и фиолетовые цветы чередовались, приятно радуя глаз случайных прохожих.

Молчание затягивалось. Донна сердито взглянула на Кьера.

– Если ты пригласил меня сюда лицезреть твой профиль, то я, конечно, признательна, но ты мог найти и более тонкого ценителя, – проговорила она со смешком.

Он вздохнул и как-то странно посмотрел на жену, словно не решался начать разговор. Девушка нахмурилась. Кьерстен Сонг был подобен снегу в этот день, когда даже облака, казалось, замерли на небе, изнывая от жары.

– Почему ты не отвечала на мои письма? – вдруг спросил Кьер.

Донна пожала плечами:

– Потому что ты не писал.

– Я писал. На электронную почту и так просто. Сначала два раза в неделю, потом один раз… – Он замолчал, поскольку официант принес салаты, но Донна не заметила тарелки.

– Я получила от тебя лишь одно письмо – соглашение о разводе, отправленное юридической конторой «Гластонберри и Питч»… – Она беспомощно посмотрела на мужчину, сидящего напротив нее.

Было видно, что он напрягся. Аметистовые глаза опасно сузились.

– Полагаю, Донна, мои письма к тебе постигла та же участь, что и отправленное тобой письмо, верно? Они, как ты выразилась, «потерялись»? – Кьер не скрывал иронии.

– Да. – Она выдержала его взгляд, хоть это далось нелегко.

– Кто?

– Джон. Джон О’Доннал. – Донна предпочла не скрывать имя.

– Это был приказ Расмуса? – Кьер произнес имя с такой брезгливостью, что Донна поняла – муж прекрасно знает отношение главы клана О’Донналов к людям, отличающимся цветом кожи от его собственного.

– Джон сказал, что действовал сам. – Она непроизвольно потянулась к стакану с водой, отпила несколько глотков и продолжила: – Впрочем, я не понимаю, какое отношение это имеет к тому соглашению, что я тебе отдала.

– Совершенно прямое! – Судя по тону, Кьер разозлился. – Если бы не этот идиот, мы бы не стали разводиться.

– Кьер, нам все равно пришлось бы это сделать! – запротестовала Донна. – Я должна была остаться в фирме О’Донналов…

– Я же тогда все устроил с твоей стажировкой в «Гластонберри и Питч»! Ты могла там работать. Как и я!

– Бок о бок с твоей любовницей?

– Прошу, оставь наши отношения с Сереной в покое! – потребовал он. – К тому же они начались, когда я считал, что развелся.

– Вот видишь! – Донна схватилась за эту фразу, словно утопающий за соломинку. – Кьер, пойми, наш развод был неизбежен!

– Я так не считаю, – упрямо заявил он.

– И именно поэтому ты потребовал от меня подписать соглашение в течение суток?

Упоминание о недавней ссоре подействовало на Кьерстена будто холодный душ. Он постарался взять себя в руки.

– Я был зол, – пояснил он. – Впрочем, я ведь извинился.

Донна не помнила за ним такого, но настаивать на повторных, с его точки зрения, извинениях не стала, полагая их уже несущественными.

– Кьер, послушай, то, что мы сейчас узнали, ничего не меняет. – Она начала произносить тщательно отрепетированную речь. – Мы давно не живем вместе, и я не вижу смысла тянуть кота за хвост.

– Мы не живем вместе лишь потому, что оба были введены в заблуждение твоими родственниками.

– Это смешно. Мы начали ссориться гораздо раньше.

– Мы начали ссориться ровно тогда, когда ты уехала домой, чтобы рассказать Расмусу, что вышла замуж и не собираешься работать в его корпорации, – ровным тоном напомнил он. – А потом позвонила мне и сказала, что остаешься.

– Я не предлагала расставаться… Кьер, это была полностью твоя идея, – возразила Донна, вновь вспоминая горечь от ссоры.

– Я погорячился и вспылил. Ты предпочла остаться на планете, куда мне вход был заказан, – спокойно объяснил он. – Признаю, тогда я наговорил лишнего. Впрочем, и ты не скупилась на слова, верно?

– Верно. – Донна смущенно улыбнулась, вспомнив, что тогда тоже наговорила лишнего. Кьер кивнул.

– Поэтому я предлагаю забыть прошлое и попытаться начать все сначала.

– Это безумие! – воскликнула Донна. – Нельзя войти дважды в одну и ту же воду!

– Кому, как не тебе, это знать, Р’енна? – усмехнулся Кьер, явно намекая на ту ситуацию, в которой она оказалась. Девушка прикусила губу.

– Ты прав, я действительно знаю это, как никто другой. Поверь, бессмысленно ворошить прошлое. Я понимаю, что тебе здесь скучно…

Все-таки она его задела. Это было видно по тому, как Кьер слегка прищурил глаза.

– Мне кажется, что ты задолжала мне услугу, – мягко заметил он, неприятно улыбнувшись.

Донна вздрогнула, вспомнив вечер в спортивном центре. Она и забыла о столь опрометчивом обещании.

– И что ты хочешь?

Он сделал вид, что раздумывает. Донна, прекрасно понимая, что это – уловка, терпеливо ждала.

– Пять свиданий, – наконец потребовал Кьер. – Ровно пять, по количеству потерянных лет нашего брака.

– Ты сошел с ума!

– Услуга за услугу, Р’енна! Ты сама согласилась тогда на это! – хмыкнул он, беря вилку, чтобы приступить к ужину. Донна отстраненно смотрела на него, осознавая, что попала в тщательно подготовленную ловушку.

Сейчас перед ней сидел тот самый Кьерстен Сонг, о котором писали в новостях. Беспринципный. Расчетливый. Всегда готовый стоять на своем. В нем не было и следа от того мужчины, который целовал ее вчера. Кьер прекрасно знал, что делает, когда звал ее на этот ужин.

– Позволь поинтересоваться, что будет входить в понятие «свидание»? – холодно поинтересовалась она.

– А что бы ты хотела? – очень вежливо поинтересовался он.

– Чтобы ты подписал соглашение и отправил его в суд.

Кьер рассмеялся.

– А ты умеешь изящно проигрывать.

– Я не проиграла, Кьер.

– Проиграла. Много лет назад. Когда позволила Расмусу и Джону развести нас.

– Ты играешь нечестно, – покачала головой Донна, нехотя накалывая на вилку что-то, отдаленно напоминающее креветку. – Решения принимали мы, а не они.

Есть совершенно не хотелось. Но она должна была показать своему собеседнику, что этот разговор ее ничуть не задел.

– Нечестно было уничтожать мои письма, тем самым вынуждать тебя оставаться в клане, прекрасно понимая, что я не могу прилететь на вашу чертову планету, а денег на межпланетные встречи у меня не было, – возразил Кьерстен.

– Тогда, согласно твоей логике, мы оба пострадали от действий третьих лиц, – заметила Донна. – Тем не менее ты требуешь, чтобы именно я вернула тебе долг.

Кьер с каким-то раздражением отодвинул тарелку и устало посмотрел на нее.

– Я лишь прошу, – он подчеркнул слово «прошу», – попытаться дать нам шанс.

– Кьер, у нас нет никаких шансов!

– Тогда что ты теряешь, соглашаясь на мое предложение? – Он лукаво наклонил голову.

– Я лишь хочу понять, что входит, в твоем понятии, в слово «свидание».

– Донна, если бы я хотел лишь перепихнуться с тобой, то так бы и сказал! – воскликнул Кьер, слегка потеряв терпение.

В тишине ресторана его слова прозвучали слишком громко. Донна невольно оглянулась. Несколько человек старательно делали вид, что ничего не слышали, остальные смотрели на Кьера и Донну. Кто-то – с осуждением, но большинство – с интересом, две женщины за соседним столиком мечтательно переглянулись, явно считая Донну идиоткой, отвергающей предложение такого шикарного мужчины.

Она шумно выдохнула, стремясь сохранить самообладание.

– Ты не мог бы говорить потише, – попросила она, недовольно косясь по сторонам, – не думаю, что ты жаждешь проинформировать весь город о нашей сделке.

Кьер сухо улыбнулся.

– Я могу расценивать последние слова как твое согласие?

– Ты можешь расценивать их, как тебе угодно. – Донна положила на стол тканевую салфетку. – Спасибо за ужин.

– Я провожу тебя. – Кьер поднялся вслед за ней. Она покачала головой.

– В этом нет необходимости.

– Я настаиваю.

Донна лишь приподняла брови, выражая удивление. Кьер слегка смутился, внезапно вспомнив, что она живет в кампусе, и их появление могут воспринять слегка неоднозначно.

– Дай хоть посажу тебя в такси, – предложил он. Донна улыбнулась.

– Я хотела прогуляться по городу… можешь присоединиться, если хочешь. – Последние слова вырвались против ее воли, но в этом было что-то заманчивое.

Пройтись, как прежде, словно и не было этих лет. Кьер ухмыльнулся, словно прочитав ее мысли.

– С удовольствием.

– Это не означает ответ на твое предложение, – поспешно добавила Донна.

– Я и не рассчитывал на это, – согласился он, кладя на стол несколько купюр. Предвосхищая все возражения, Кьер выставил вперед руку. – И не спорь, это бесполезно.

– Как пожелаешь. – Донна в очередной раз пожала плечами, поймав себя на мысли, что в последнее время делает это слишком часто. Кьерстен подхватил ее под локоть, будто опасаясь, что она передумает и убежит.

– Пойдем.

Они не торопясь вышли из ресторанчика и прошли по улице к центру. От каменных домов веяло теплом. Узкие, мощенные брусчаткой улицы, ящики с цветами в окнах с разноцветными ставнями.

Тонкие каблуки то и дело застревали в щелях между булыжниками. Донна и не заметила, как оперлась на предложенную Кьером руку. Они шагали, молча наслаждаясь прохладой вползавших в город серовато-розовых сумерек. После раскаленного дня вечер показался обжигающе свежим. Донна невольно вздрогнула, когда сильная рука обняла ее за талию, чуть прижимая к белому хлопку рубашки, за которым она чувствовала знакомое тепло мужского тела.

– Кьер, – произнесла она, намереваясь сказать, что еще ничего не решила и ей необходимо подумать, но он понял ее призыв по-своему.

Губы вновь коснулись ее губ, голова закружилась. Кажется, Донна сама обняла его, зарываясь пальцами в шелковистые белые волосы. Кьер шумно выдохнул и, пробормотав что-то невнятное, с силой обнял ее, вдавливая в свое тело. В какой-то момент он все-таки оторвался от ее губ.

– Соглашайся, Р’енна, – хрипло прошептал Кьер, скользя губами по шелковистой коже щеки от кончика губ к уху. – Соглашайся на мое предложение.

Он был слишком близко, аметистовые глаза сверкали, и Донна поняла, что ее сопротивление тает.

В конце концов, соглашаясь на сделку, она ничего не теряет. «Кроме самоуважения», – ехидно пронеслось в мозгу, но Донна предпочла отогнать эти мысли прочь.

Пять лет назад она уже пыталась сохранить самоуважение и не стала звонить, твердо уверенная, что мужчина должен сделать первый шаг. Это обернулось тоскливым ожиданием и бессонными ночами.

Донна еще раз внимательно посмотрела на мужчину, все еще сжимавшего ее в своих объятиях. Стило признать, что в глубине души она так и не смирилась с тем, что они расстались. Может быть, Кьер прав, и им действительно стоило попробовать. Возможно, после этого они вновь решат расстаться, но в этом случае ее не будет до конца дней преследовать сожаление об упущенном шансе.

– Хорошо, – решилась Донна, – я согласна.

Кьерстен вздрогнул и недоверчиво взглянул на нее, словно сомневаясь в том, что услышал, но, прочитав в зеленых глазах согласие, вновь притянул к себе, суматошно целуя в глаза, нос, губы…

– Р’енна, – прошептал он, – моя Р’енна…

Наконец Кьер отстранился и вновь посмотрел на нее затуманенным от страсти взглядом. Донна провела ладонью по его щеке.

– И что же нам делать?

Белоснежные зубы блеснули в торжествующей улыбке.

– В городке полно отелей…

– И ты забронировал номер в одном из них?

– Ну что ты! – галантно уверил ее Кьер. – Я же не знал, какой ты выберешь, поэтому забронировал люкс в каждом!

– Ты с ума сошел! – Она с ужасом смотрела на мужчину, обнимающего ее. Не выдержав, тот рассмеялся.

– Видела бы ты свое лицо!

– Это не смешно, Кьер! В городе около десятка отелей!

– Двенадцать, если быть точным. – Все еще усмехаясь, он притянул Донну к себе и зарылся лицом в ее волосы. – И я действительно не мог решить, какой из них тебе понравится!

– Кьер! – Донна безуспешно попыталась вырваться. – Это безумие! А если бы я не согласилась?

– Тогда я получил бы по заслугам. – Его плечи подрагивали от едва сдерживаемого смеха.

Донна ахнула, вдруг поняв причину его веселья.

– Да ты шутишь!

– А ты проверь! – Он озорно посмотрел на нее.

Теперь и Донна рассмеялась: мужчина, державший ее в объятиях, был тем самым Кьером, за которого она и вышла замуж. Эта шутка с номерами в отелях окончательно разрушила все преграды между ними, сейчас она чувствовала себя так, будто последних пяти лет просто не было. Сияющими глазами Донна посмотрела на мужа.

– Было бы неплохо. С какого начнем?

Потрясенный этим, он слегка прикрыл глаза, затем улыбнулся.

– С ближайшего, если ты не против.

Держась за руки, они пошли по улице. Небольшое здание из серого камня с белеными ставнями. Колокольчик над дверью звякнул, возвещая об их приходе.

Немолодая женщина за полированной деревянной стойкой встрепенулась и внимательно посмотрела на вошедших.

– Что вам угодно?

От нее не укрылось, что парочка держалась за руки.

– У вас есть свободные номера? – поинтересовался серокожий мужчина с аметистовыми глазами. Наверняка с Зервана. Белокожая рыжеволосая девушка громко прошипела:

– Лжец!

Он лишь усмехнулся и выжидающе посмотрел на администратора. Та заколебалась.

– Зависит от обстоятельств… – Она вздохнула и зачем-то шепотом добавила: – Университет не поощряет связи студентов и преподавателей…

– Мы женаты. – Кьер, ухмыляясь, положил на стойку свое удостоверение личности и несколько купюр сверху.

Администратор скептически хмыкнула, взяла удостоверение и вопросительно посмотрела на Донну. Та, с трудом сдерживая смех, протянула свое. Женщина отсканировала оба, после чего протянула гостям ключ.

– Номер двадцать пять. Второй этаж, направо.

– Спасибо. – Не выпуская руки Донны, Кьер поднялся по лестнице, открыл тяжелую деревянную дверь. – Располагайся!

Донна перешагнула порог и неуверенно посмотрела на огромную кровать, казалось, занимавшую всю комнату. Теперь, когда они остались с Кьером наедине, она вновь начала сомневаться в правильности принятого решения.

Сильные руки обняли ее за талию. Кьер, закрыв дверь, стал позади, зарываясь лицом в рыжие волосы. Они восхитительно пахли, как раз так, как он помнил: мятой и вербеной. Он замер, просто наслаждаясь близостью желанного тела, мягкостью золотисто-рыжих волос. Чувствовал, как колотится сердце Донны. Она явно волновалась.

– Не бойся, – прошептал он.

Медленно его губы заскользили по волосам к шелковистой коже щеки, на которой виднелись рыжие крапинки-веснушки, он хотел целовать каждую их них, но Донна вдруг повернула голову. Их губы встретились.

Это было похоже на безумие. Истосковавшиеся друг по другу тела, жадные поцелуи, шепот в темноте, заставлявший сердца трепетать.

Она не поняла, когда они оба оказались в кровати полностью раздетыми. Донна лишь ощущала приятную тяжесть разгоряченного тела Кьера, почти невидимого в темноте комнаты. Жадные руки, ласкавшие ее тело, мягкие губы, требовавшие все больше и больше, и наслаждение, волны которого захлестывали их двоих, заставляя буквально растворяться друг в друге.

– Р’енна, – прошептал Кьер. Это было последнее, что она запомнила перед тем, как окончательно потерять связь с реальностью.

Глава 22

Когда Донна пришла в себя, было еще темно. Кьер лежал рядом, его рука покоилась на ее груди. Она аккуратно приподнялась на локте, он сразу же приоткрыл глаза.

– Привет, – слегка смущенно произнесла Донна.

– Привет, – слегка удивленно отозвался Кьер, – давно не виделись…

– О да, почти пять лет… – пробормотала Донна и рассмеялась. – Глупо получается.

– Ничуть. – Он сгреб ее в объятия, буквально принуждая лечь головой на плечо. Она и забыла, как его плечо идеально подходит для того, чтобы прислониться к нему. – Нам действительно стоило начать с этого…

– Так и вижу, как мы делаем это в аудитории на глазах у группы, – фыркнула Донна.

– Да, они бы удивились, – подтвердил Кьер, откидывая прядь рыжих волос с лица Донны. – Хотя, знаешь, есть в этом что-то такое: секс в аудитории…

– Даже и не думай, – ужаснулась она, – мне еще надо получить этот проклятый диплом!

– И в чем проблема?

Донна тоскливо вздохнула.

– Для всех я – Теодора О’Доннал, а ты – преподаватель в Куинси… Каким ветром тебя занесло на кафедру, Кьер?

– Надо было кое-что проверить. Не секрет, что качество обучения в Куинси упало. Я пытаюсь найти доказательства.

– И как успехи?

– Как раз собирался проверить университетские счета. Похоже, что взятки шли именно через них, надо только определить, через какие именно, их больше двадцати.

– Могу тебе помочь. – Донна улыбнулась, заметив недоверие в его глазах. – Недавно некий Томаш Томсон передал мне номер счета для пожертвований, пытаясь меня шантажировать тем, что расскажет ректору о нашей связи.

– Я поговорю с ним. – Кьер скрипнул зубами. Она покачала головой.

– Нет, не поговоришь, а проверишь этот счет! Наверняка он не один занимается всем этим.

– Да, мэм! – усмехнулся он и заправил ей прядь за ухо. – Ну а ты, Р’енна, может быть, расскажешь, что за маскарад устроила?

Донна задумчиво посмотрела на лежащего мужчину. Сейчас он выглядел умиротворенным, но она знала, что это обманчиво. Кьер славился быстротой реакций и слыл опасным противником. Только что он хотел подраться с интервьюером лишь потому, что тот осмелился угрожать ей. Трудно себе представить, что он сделает с Расмусом, если узнает. Ради самого Кьера ей не стоило говорить. Она с сожалением покачала головой.

– Не могу. Я подписала соглашение о неразглашении.

Она заметила, как он помрачнел и даже собирался сказать ей что-то резкое, но сдержался.

– Думаю, сегодня нам лучше оставить чужие тайны тем, кто в них нуждается!

– Ты не хочешь ее узнать? – притворно изумилась Донна, прекрасно осознавая, что означает блеск его глаз.

– Разумеется, я умру от любопытства, но сделаю это позже. – Он по-кошачьи перевернулся и навис над ней, опираясь на руки. – Сейчас я изголодался по-другому.

Донна лишь улыбнулась, думая о том, как прекрасно, когда желания совпадают.

Утро наступило слишком быстро. Донна подумала об этом, когда открыла глаза – ей казалось, что она заснула всего мгновение назад. Кьера рядом не было, хотя подушка все еще хранила тепло его тела. Донна перевернулась на бок и легла на место мужа, вдохнула его запах.

Кьер просил всего пять свиданий. Что ж, если они будут такими, как это, она не прогадает…

– Проснулась? – Мужчина, занимавший ее мысли, вышел из ванной и присел на край кровати.

– Не знаю, – призналась Донна.

Она перевернулась на спину и сквозь полуопущенные ресницы рассматривала его, сидящего на краю кровати. Он был ее мужем, эта мысль будоражила, но Донна слегка опасалась его, ведь он был для нее и незнакомцем, который славился своей жесткостью и решительностью. За пять лет он изменился даже внешне, теперь она отчетливо видела это: исчезла юношеская угловатость, мышцы стали гораздо рельефнее, по всей видимости, Кьер тщательно следил за собой.

– И каков приговор? – спросил он словно в шутку, хотя во взгляде было напряжение.

– Что? – Донна недоуменно посмотрела на него.

– Ты смотрела так, будто председательствовала в суде, не иначе! Огласишь вердикт?

Желая поддразнить, она лениво покачала головой.

– Нет.

– Я так и думал, – хмыкнул он, – ты ничуть не изменилась, все такая же скрытная!

– Это можно считать комплиментом?

– Возможно. – Кьер протянул руку и провел пальцами по ее щеке. – Хотел бы я знать, что творится у тебя в голове, но ты же не расскажешь…

– Мне пора вставать. – Избегая его взгляда, Донна вскочила и вдруг сообразила, что спала обнаженной.

Охнув, она сорвала простыню с кровати и закуталась в нее. Кьер следил за ней почти веселым взглядом.

– Халатов здесь нет, – коротко проинформировал он, заметив негодование в зеленых глазах.

– Я заметила, – отозвалась Донна, заходя в ванную и закрывая за собой дверь.

Когда она вышла, завернутая в полотенце, Кьер был уже полностью одет. При виде футболки и джинсов она нахмурилась: она не могла вспомнить, чтобы у него вчера была какая-то сумка с одеждой.

– Я купил одежду и тебе. – Кьер протянул ей пакет с логотипом службы срочной доставки.

– Это мило с твоей стороны, – заметила Донна, доставая белые брюки и футболку. Последней выпала небольшая коробочка очень известной фирмы нижнего белья. Донна с опаской взяла ее в руки. Раньше Кьер постоянно бурчал, что она носит хлопок, пренебрегая вычурным кружевом. Несколько раз муж дарил белье дорогих брендов, но носить красивые и очень неудобные вещи было просто невозможно.

К ее удивлению, на этот раз в коробочке лежал достаточно классический комплект из мягкого хлопка, украшенный тончайшим кружевом.

– Мне помнится, ты любишь такое.

– Спасибо.

Белье оказалось впору. Брюки были узковаты, а вот футболка, наоборот, велика.

– Интересно, как ты определял размер? – поинтересовалась Донна, рассматривая себя в зеркало.

– На ощупь, – пробурчал Кьер, старательно избегая вопросительного взгляда жены. – Но, похоже, в некоторых местах я был введен в заблуждение.

Донна рассмеялась.

– Наверное, мне все-таки лучше надеть сарафан!

– Как хочешь, – Кьер посмотрел на часы, – только поторопись, у нас немного времени!

– У нас?

– Сегодня суббота, не думаю, что ты хочешь вернуться в кампус и просидеть весь день у себя в комнате, слушая пьяные вопли малолетних соседей.

– Хочешь сказать, что ты готов спасти меня от столь печальной участи?

– Я всегда готов спасти тебя, Донна… если ты сама этого захочешь.

Она внимательно взглянула на мужа.

– Ты ведь сейчас не про эти выходные, верно?

– Верно. – Он пристально смотрел на нее, и Донна поспешила начать переодеваться, словно одежда могла помочь ей спрятаться.

Закончив, она потянулась за сумочкой со смартфоном и ахнула: на экране высветилось около сорока сообщений. Все они были от Меган. Соседка по комнате явно беспокоилась, поскольку Донна не пришла ночевать. Последнее заканчивалось обещанием идти в полицию.

– Мне надо позвонить. – Донна показала Кьеру сообщения.

– Завидная настойчивость, – оценил он количество сообщений. – С чего это она так беспокоится за тебя?

– В этом вся Меган. – Донна торопливо нажала вызов.

– Ну, наконец-то! – Голос в трубке заставил вздрогнуть и слегка отстранить смартфон от уха. – Где ты пропадаешь!

– Долгая история. Надеюсь, ты не стала обращаться в полицию?

– Нет. Я так и не смогла решить, как о тебе заявлять, – пробурчала подруга.

– Никак. Я просто задержалась в городе.

– И, судя по твоему мечтательному голосу, сегодня тебя тоже не ждать?

– Еще не знаю. – Донна нерешительно оглянулась на Кьера, старательно делавшего вид, что этот разговор ему не интересен.

– То есть ты все-таки с ним? – решила уточнить Меган.

– С кем?

– Ты прекрасно знаешь, о ком я говорю, – о нашем новом преподавателе и по совместительству твоем бывшем…

– Я тебе потом все расскажу, ладно? – Донна невольно перешла на шепот.

– Ладно, – пробурчала Меган, – оторвись по полной!

– Спасибо. – Донна нажала клавишу, заканчивая разговор, потом повернулась к Кьеру, хмуро смотревшему на жену.

– Ей ты рассказала больше, чем мне. – Он даже не спрашивал.

– Она сама догадалась, что я не Теа, – не стоило отрицать очевидное.

– Значит, мне не расскажешь?

– Извини. – Донна виновато прикусила губу. – Я действительно не могу. Давай не будем портить этот день?

Кьер холодно пожал плечами.

– Как хочешь.

Донна задумчиво посмотрела на него.

– Ты злишься?

– С чего бы это? – фыркнул Кьер так, что было ясно – злится.

– Не знаю. Может, расскажешь? – Она присела на край кровати, старательно расправив юбку.

Впрочем, это было лишним: ткань сарафана была безобразно смята еще вчера. Кьер грустно усмехнулся и с видимым усилием перевел все в шутку:

– Просто не выспался…

– Какой ужас! – подхватила Донна, подспудно чувствуя некое облегчение от того, что муж сменил тему разговора. – Интересно, кто мешал тебе спать?

– Тебе напомнить? – Он сделал несколько угрожающих шагов в ее сторону.

Донна старательно распахнула глаза, изображая ужас, но, не выдержав, рассмеялась. Кьер, зарычав, кинулся на нее и придавил к матрасу.

– На твоем месте я бы так не веселился! – предупредил он, склоняясь над женой. Она взвизгнула.

– Осторожно! Ты помнешь мне платье!

– Куда уж больше? – Он все-таки поцеловал ее, на этот раз коротко, словно ставя свое клеймо.

Затем отстранился и с каким-то непонятным выражением посмотрел на Донну.

– Как бы мне ни хотелось провести с тобой весь день в постели… Пойдем!

Он встал и протянул руку, помогая ей подняться.

– Куда мы направляемся? – поинтересовалась Донна, когда они, попрощавшись с хозяйкой, вышли из отеля.

– Увидишь, – ухмыльнулся Кьер, подзывая такси, показавшееся из-за поворота. Усадив в него Донну, он сел рядом и коротко распорядился: – В космопорт.

Глава 23

Космопорт встретил их неизменной суетой. Мельтешили люди, по всему зданию то и дело раздавались объявления рейсов. Кьер крепко сжал руку жены, словно боялся, что она может потеряться в этой круговерти.

Билеты он заказал еще утром и теперь переживал, точно мальчишка, вдруг Донне не понравится его идея. Она должна понравиться. Кьер внимательно посмотрел на нее.

Даже в такой толпе она казалась слегка отстраненной. Ему оставалось только гадать, какие секреты хранит в своей душе его жена, и надеяться, что однажды она расскажет о них. Это означало бы полное доверие.

Кьер вздохнул. Это не укрылось от Донны, она вопросительно взглянула на него.

– Что-то не так?

– Все в порядке, – уверил он жену, еще крепче сжимая ее руку.

– Ты так и не скажешь, куда мы летим?

– Нет, – он ослепительно улыбнулся, – но ты можешь угадать.

– Зерван? – Она сказала первое, что пришло на ум. Кьер покачал головой.

– Слишком далеко. Тебе, да и мне надо быть в понедельник в университете, верно?

– Да. – Донна кивнула, на секунду помрачнев от упоминания о Куинси. – Значит, что-то ближе… Фаэтон?

Фаэтон была искусственная планета, созданная взамен взорвавшейся когда-то. На ее дорогих курортах очень любили отдыхать богатейшие люди со всего света. Донна подозревала, что ее кузина находится именно там, и недовольно нахмурилась, но Кьер покачал головой и кивнул на мерцающее табло, на котором высвечивались номера рейсов и время вылета.

– Как насчет Новой Венеры?

– Там же дожди! – изумилась она.

– Именно! – Кьер усмехнулся. – Поэтому никто не потащит нас из постели на экскурсию!

И прежде чем Донна успела возмутиться, он повел ее к воротам, надпись над которыми извещала, что идет посадка на рейс. Они прошли в салон звездолета и заняли свои места.

– Так зачем мы все-таки летим на Новую Венеру? – поинтересовалась Донна, когда стюард развез напитки.

– Ну… говорят, на их оперном плато сегодня премьера. – Кьерстен, намеренно делая вид, что не помнит, заглянул в смартфон.

– «Метеоритный дождь»… Это значит, что над актерами будут падать звезды…

– Кьер! – Донна не знала, чего в эту минуту хочет больше: задушить его за насмешку или расцеловать.

– Билеты у меня, так что лучше не наносить мне повреждений. – Он ухмыльнулся и получил ощутимый тычок под ребра. – Можешь делать вид, что злишься, но я-то знаю, что ты в восторге, Р’енна.

Донна сердито отвернулась, понимая, что Кьер, как всегда, прав. Она действительно была в восторге. «Метеоритный дождь» – нашумевшая опера, режиссер которой в качестве спецэффектов использовал падение метеоритных обломков в атмосферу планеты. Из-за этого опера шла очень редко, и попасть на нее просто так было практически невозможно.

Теплая рука легла поверх ее ладони. Донна, все еще дуясь, скосила глаза. Кьер делал вид, что дремлет, хотя ресницы подрагивали, – он явно ждал, пока Донна решит заговорить первая.

Она демонстративно отвернулась к окну, наблюдая за взлетом. За спиной раздался смешок.

– Прекрати, я слишком хорошо тебя знаю, Р’енна, – проникновенно прошептал Кьер, склонившись к ее уху. Быстро чмокнув жену в щеку, он включил защитное поле сначала ей, потом себе.

Системы искусственной гравитации и стабилизации работали так, что пассажиры почти не ощущали перегрузок. Единственное, что свидетельствовало о движении звездолета – стремительно темневшее за иллюминатором небо. Появившиеся звезды дали понять, что корабль вышел на орбиту. По громкой связи капитан корабля поприветствовал пассажиров, проинформировал, что они берут курс на Новую Венеру, и полет продлится три часа.

Донна закрыла иллюминатор специальным щитком и повернулась к Кьеру. Он очень внимательно изучал дайджест экскурсионных объектов Новой Венеры.

– Так откуда у тебя билеты? – все-таки не выдержала она. Довольная улыбка мелькнула на губах мужа, он чуть повернул голову и снисходительно посмотрел на Донну.

– Режиссер оперы – мой клиент…

– Ты шутишь? – недоверчиво ахнула она.

– Ничуть. Кстати, мы с тобой приглашены на ужин после оперы.

– И ты молчал! – приглушенно, чтобы не побеспокоить остальных пассажиров, воскликнула Донна.

– Теперь говорю. – Кьер пожал плечами. – Я не понимаю твоего негодования.

– Кьер, я не одета для ужина! Да и ты тоже!

– Если мне не изменяет память, на Новой Венере полно магазинов. Можешь начинать смотреть их сайты прямо сейчас. – Он протянул ей смартфон.

– Вообще-то у меня свой работает, – пробурчала Донна.

– Да, но тогда тебе придется вводить мои данные на оплату.

– Кьер, я в состоянии купить себе платье!

– Я тоже, – возразил он.

– Ты собираешься в оперу в платье? – поддразнила Донна. Он фыркнул.

– Очень смешно. Нет, Донна, я хочу купить платье тебе.

– С чего это вдруг?

– Потому что мы женаты. – Он сказал это непререкаемым тоном. Донна невольно улыбнулась, но открыла браузер на своем смартфоне.

– Все-таки так будет проще.

Она выбрала на первый взгляд простое черное платье, лиф которого был расшит черным шелком и бисером, создававшим переливы при искусственном освещении, добавила к заказу черные классические туфли на высоком каблуке и блестящую сумочку-клатч. Платье было без рукавов, поэтому пришлось заказать еще и перчатки.

Сформировав заказ, Донна нажала «оплатить». Кьер, следивший за ней, фыркнул, но комментировать не стал. Он явно обиженно отвернулся от своей спутницы и вновь сделал вид, что спит.

Остаток путешествия прошел в молчании. Все так же молча они вышли из звездолета, и Кьер махнул рукой, подзывая такси, вернее, катер. Планета была полностью покрыта водой, и передвигались по ней только на флаерах-катерах. Они работали на водорослях и управлялись роботами.

– Отель «Плаза», – коротко распорядился он, пропуская Донну в лодку.

– Нам еще надо проехать через бутик Джо Блеквелла, – добавила она, садясь на скамью. – Там мое платье.

– Позвони им, – распорядился Кьерстен, садясь рядом и нажимая на панель, чтобы закрыть прозрачный купол, защищающий пассажиров от ветра и брызг. – Пусть привезут в отель.

– Кьер, прежде чем брать, я хочу его примерить! – возмутилась Донна. – Если ты так торопишься, езжай в отель сам.

– Я не тороплюсь, – коротко проинформировал он, давая сигнал роботу-водителю начать движение. Тихо урча, катер плавно отчалил от пристани и выплыл на середину канала, по которому сновали различные модели флаеров.

– Ты злишься. – Донна не раз бывала на этой планете, но каждый раз напрягалась из-за суматошного движения. Сквозь купол то и дело доносились ругань или же сигналы сирен катеров; на планете частным транспортом управляли люди.

– Нет, – обронил Кьер, внимательно наблюдая за двумя лодками, едва не столкнувшимися бортами. Роботу-таксисту пришлось притормозить, чтобы пропустить лихачей. – Жаль, что разминулись, я бы с удовольствием засудил их за нарушение правил!

Донна неодобрительно поджала губы и сделала вид, что смотрит на проплывающие мимо флаеры. Кьер шумно вздохнул.

– Хорошо, ты права.

– Вот как? – Она повернулась.

– Я чертовски зол на тебя из-за платья, – наконец он сказал это. – Я действительно хотел купить его тебе.

– Кьер… – Донна покачала головой. – Это всего лишь платье!

– Да, – повторил он, – всего лишь платье.

В молчании они доехали до бутика, располагавшегося в центре города. Из-за воды на Новой Венере не было небоскребов. Небольшие двухэтажные дома стояли на специальных понтонах. Состыкованные друг с другом, они составляли улицы, по которым можно было даже пройтись пешком.

Катер остановился у одной из набережных. Дождавшись, пока купол полностью откроется, Донна вышла и посмотрела на Кьера.

– Ты пойдешь?

– Подожду здесь.

Пожав плечами, она направилась к одному из домов, стоявших на понтоне, – его фасад украшали витиеватые буквы вывески. Из-за интенсивного движения по акватории расходились мелкие волны, набережная под ногами покачивалась, и Донна шагала очень медленно. Она не прошла и половины пути, когда сильная рука подхватила ее под локоть.

– На таких каблуках ты переломаешь себе все ноги! – проворчал Кьер, подстраиваясь под шаг Донны. Она улыбнулась и чуть прижалась к руке мужа, благодаря за внимание.

Примерка не заняла много времени, и скоро они очутились в отеле. «Плаза» располагался на огромном понтоне, полностью принадлежавшем отелю. Помимо самого здания, на нем находились еще два ресторана, стоянка для водных флаеров, посадочная площадка для звездолетов и небольшой парк экзотических растений, часть из которых была доставлена из оранжерей биологического факультета Куинси.

С какой-то мальчишеской гордостью Кьер провел жену по главному холлу, облицованному мраморным хрусталем, – очень дорогим материалом, добываемым на одной из самых далеких планет Межгалактической Федерации, и предъявил дроиду-швейцару штрих-код брони.

– Третий этаж, налево. Пятая дверь, – апатично произнес робот, вызывая лифт. – Приятного времяпрепровождения!

Полная автоматизация была особой гордостью хозяев отеля. Вход в сам отель и номера осуществлялся по карте, идентифицирующей личность, и отпечаткам пальцев, которые загружались после подтверждения бронирования из всеобщей базы.

Номер оказался двухкомнатным: кремовая гостиная, одна из стен которой была полностью стеклянной и выходила на город, и спальня с огромной деревянной кроватью, на которой лежали два халата, а вокруг были разбросаны лепестки роз.

– Ты голодна? – Кьер, дождавшись, пока очередной дроид занесет их вещи, подошел и встал рядом с Донной. – Можем спуститься в ресторан. Кстати, гала-ужин будет именно в нем.

– Хорошо. – Донна прошлась по комнате. – Ты часто здесь бываешь.

– Как ты поняла?

Она продемонстрировала мужу гостевую карточку, которой обычно приветствовали постоянных клиентов. Кьер слегка смущенно улыбнулся.

– Да… Здесь штаб-квартира одной из фирм, которую мы ведем.

– А… – Она замялась, набираясь смелости. – Серена? Она частый гость?

– Серена? Нет, она ненавидит Новую Венеру и при любой возможности отказывается сюда ехать. – Кьер заметил, что Донна слишком пристально всматривается в его лицо, и улыбнулся. – Не беспокойся, наш роман уже давно в прошлом, чтобы помешать чему-то.

– Почему ты… почему именно с ней, Кьер?

Он задумался, размышляя, стоит ли рассказывать Донне о Серене, затем решился, понимая, что лучше прояснить этот вопрос раз и навсегда.

– В то время мы нуждались друг в друге. Серена разводилась со вторым мужем. Я как раз… я полагал, что развелся с тобой… мы оба работали, как одержимые, задерживались в офисе допоздна… Там все и случилось. Это продлилось недолго. Каждый из нас слишком дорожил работой. Поняв, что нам тяжело сохранять рабочие отношения, мы предпочли остаться друзьями. В общем, обычная история… а ты?

– А что я? – Донна слегка покраснела, вспомнив свои романы, которые, как правило, заканчивались неудачно.

– Ты же собиралась замуж. – Кьер с какой-то грустью посмотрел на нее, словно сама мысль об этом была ему неприятна.

– С чего ты взял? – Она недоуменно наморщила лоб.

– Потому что мне сказал об этом твой жених…

– Ка… какой жених? – От изумления Донна начала заикаться.

– Который пять лет тому назад приехал ко мне и потребовал оставить тебя в покое…

– Но я…

– Никого не посылала, я уже понял. Но в тот момент я чертовски разозлился на тебя, считая, что ты струсила и поддалась давлению дяди. – Кьер усмехнулся и выразительно потер костяшки пальцев, но Донна не обратила внимания на этот жест. Нехорошие подозрения закрались ей в голову.

– Опиши мне его, – потребовала она у мужа.

– Кого?

– Того, кто приезжал к тебе.

– Донна, это было пять лет назад, – слегка растерянно возразил он, впервые видя ее в такой ярости. – Думаешь, я вспомню?

В ответ она просто достала смартфон и сделала запрос, фото высветилось почти сразу. Донна показала его мужу.

– Да, похож, – согласился тот, внезапно вспомнив надменного мужчину, брезгливо поморщившегося при виде Кьера. – Может быть, только тогда он был моложе. Кто это?

– Джон О’Доннал! – Донна прошипела это имя. – Я… я убью его!

Она с какой-то брезгливостью отбросила смартфон и подошла к окну, обхватив себя руками. Кьер вдруг заметил, что она дрожит.

– Донна. – Он подошел и попытался обнять ее, но она отстранилась.

– Не надо, Кьер, я сейчас слишком зла… вернее, я просто в ярости! – Она снова отвернулась к окну, потирая пальцами виски. – Извини, мне сейчас надо побыть одной!

Кьеру ничего не оставалось делать, как выйти в другую комнату.

Он заказал себе каппи в номер и лениво раскинулся на диване. В этом была вся Донна – она никогда не устраивала сцен, лишь замыкалась в себе еще больше, отстраняясь от окружающего мира. Если он хочет жить с ней, ему придется привыкнуть к этому, как и ко многому другому. Впрочем, ей тоже придется смириться с его привычками.

Прошедшие пять лет изменили их, сделав почти незнакомцами. Сейчас Кьер был уверен, что каждый из них сохранил искры той любви, но требовалось время и терпение, чтобы разжечь их. И он до сих пор не был уверен, что все получится. Он никогда и ни в чем не был уверен, когда дело касалось Донны. Она и раньше была достаточно скрытной, хотя тогда Кьеру казалось, что он нашел к ней подход. Теперь приходилось все начинать заново.

Негромкий стук спутал мысли. Дверь открылась, и в комнату въехал сервировочный столик с чашками и небольшой каппимашиной. Рядом было огромное блюдо, накрытое крышкой, – печенье и круассаны. Кьер разлил каппи по чашкам, подумал и постучал в дверь спальни.

– Ланч подан.

Не дожидаясь ответа, вернулся на место. Дверь открылась. Донна, еще бледнее, чем обычно, прошла по комнате и села в кресло. Напряженно посмотрела на него. Он спокойно пил каппи.

– Я никогда не хотела выйти замуж за Джона О’Доннала, – очень четко выговаривая слова, произнесла она. Кьер кивнул.

– Я это уже понял.

Донна прикрыла глаза и почему-то потерла переносицу.

– Помолчи, пожалуйста, я пытаюсь пересилить себя и сказать, что это Джон приказал своим людям уничтожить те бумаги о разводе. Я видела отчет.

– Как я понимаю, именно поэтому я не мог тебе дозвониться. – Кьер поставил чашку, вновь ощутив отголоски той горечи, которую испытывал, когда слушал в трубке механическое «абонент вне доступа».

– Ты звонил мне? – Изумрудные глаза распахнулись.

– Да. И писал. – Он говорил отрывисто, как всегда, когда не хотел потерять самообладание от злости. – Как я понимаю, все мои письма были уничтожены.

– Тем не менее документы о разводе пришли… – усмехнулась Донна.

– Я отправил их через фирму. Решил, что ты умышленно не желаешь со мной разговаривать.

– Прости меня, – вдруг тихо сказала она.

– Простить тебя? За что?

– Я должна была сама позвонить тебе, а я… Господи, какой же я была дурой!

Она прикрыла глаза рукой, словно избегая его взгляда. При виде этого Кьерстена охватило ликование: все-таки Донна была слабой женщиной, которую хотелось подхватить на руки, прижать к себе и больше никогда не отпускать. Он потянулся к ней, обнял и усадил к себе на колени. Донна не возражала. Лишь вздрогнула, а потом уткнулась в плечо мужа.

– Я ведь тогда ненавидела тебя, – прошептала она, – поэтому и отправила документы обратно – чтобы затянуть процесс…

– Тебе это удалось в полной мере.

– Верно, – невесело рассмеялась Донна и попыталась встать. – Надеюсь, ты дал понять Джону, чтобы тот не лез не в свои дела?

– Я сломал ему нос, – не разжимая объятий, Кьер усадил ее рядом с собой на диван, – это считается?

– Не знаю… – Она с сомнением посмотрела на него, будто прикидывая, сможет ли он выстоять против начальника службы безопасности О’Донналов, внезапно ее глаза торжествующе сверкнули. – А я ведь помню, как Джон ходил с регенерирующей пластиной на носу и всем рассказывал, что повредил нос на тренировке.

– Рад, что мой подвиг не остался незамеченным, хотя слава и запоздала… – Кьер чуть отстранился, рассматривая жену со смесью насмешки и гордости. – Ты можешь гордиться собой, Р’енна: ради тебя ломают носы и сбивают кулаки…

– Поверь, я прожила бы и без этого, – отозвалась она и, взглянув на часы, ахнула: – Кьер! Мы же опоздаем!

– До представления еще два часа, – недоуменно отозвался он.

– Не знаю, как тебе, а лично мне надо еще помыть голову и уложить волосы! – Донна вскочила и направилась в ванную. – Поверь, это занимает уйму времени!

Она оказалась права. Ровно через полтора часа Кьер, облаченный в новый, купленный специально для этого случая смокинг с нетерпением посматривал на часы.

– Ну сколько можно! Донна, мы действительно опоздаем!

– Я почти готова! – Она еще раз взглянула на себя в зеркало. Волосы она закрепила на затылке, выпустив на обнаженные плечи всего одну прядь. Лиф платья сидел, как влитой, пышная юбка струилась вокруг ног волнами, то и дело обнажая щиколотки. Туфли на высоком каблуке делали фигуру еще выше и тоньше.

Донна натянула перчатки и с досадой посмотрела на татуировку, видневшуюся на плече. В магазине она пропустила этот момент, слишком взволнованная ссорой с Кьером и тем, что он сидел на диванчике около примерочной. Теперь оставалось лишь жалеть о своей невнимательности.

За эти годы Донна привыкла скрывать татуировку, и теперь выставлять на всеобщее обозрение вензель было не слишком комфортно. Впрочем, черная вязь букв на плече придавала платью особый шарм. Подхватив сумочку, она вышла в гостиную.

– Я готова.

Ей доставило удовольствие наблюдать, как глаза Кьера слегка расширились от удивления. А затем вспыхнули теплотой.

– Ты прекрасна!

– Спасибо! – Она уже привычно оперлась на предложенную руку.

Около пирса их ждало очередное такси. Донна опасливо покосилась на качавшийся флаер, прикидывая, сможет ли устоять на своих каблуках. Но Кьер совершенно правильно поняв ее замешательство, подхватил ее на руки и внес на борт.

Представление проходило на огромном понтоне, смонтированном специально для этих целей. Плавучая сцена, оборудованная по последнему слову техники, неспешно дрейфовала в открытых водах неподалеку от города, огни которого тоже должны были стать декорацией представления. Зрительские места располагались амфитеатром, как в старинных зданиях, только здесь вместо стен был прозрачный купол, защищающий всех от брызг и ветра.

Когда флаер, в котором сидели Кьер и Донна, подъехал, на понтоне уже царила суета. Катера со зрителями прибывали отовсюду, и перед причалом царила неразбериха. Суда то и дело сталкивались, водители ругались друг на друга и на пассажиров, стремившихся поскорее выйти на понтон.

Дождавшись своей очереди, Кьер с Донной покинули такси и направились к своим местам. Второй звонок прозвенел как раз в тот момент, когда они входили в ложу.

– Могли и не торопиться, – рассмеялся Кьер и распорядился принести им шампанского. Донна тем временем рассматривала зал. Сцена была полностью открытой, за ней виднелась темная гладь воды и начинавшее розоветь закатное небо.

– Сегодня просто аншлаг. – Кьерстен вручил жене бокал. – Постараемся не выходить в антракте, наверняка найдется кто-нибудь, кто решит пообщаться.

Донна вздрогнула и едва не расплескала шампанское на платье. Запоздалая мысль, что на представлении может быть и кто-то из ее знакомых, заставила отойти в глубину ложи.

– Кьер, ты уверен, что наше присутствие здесь – хорошая идея? – поинтересовалась она у мужа.

– Почему нет?

– Потому что Теодора…

– Господи, да хоть на миг забудь о своей кузине! – недовольно фыркнул он. Донна закатила глаза.

– Кьер, я говорю лишь о том, что если кто-то решит, что ты пришел на спектакль со своей дипломницей, то тебя, да и меня тоже ждет дисциплинарная комиссия.

– Донна, не думаю, что кто-то, глядя на тебя, вспомнит о студентке-пятикурснице… к тому же в ложе достаточно темно, а с учетом того, что все ждут метеоритный дождь, станет еще темнее. – Он с тихим звоном стукнул свой бокал о ее. – Поэтому давай просто насладимся этим вечером…

Она лишь криво улыбнулась.

Представление действительно было захватывающим. Режиссеру удалось использовать природу Новой Венеры в качестве декораций по полной. Даже вдруг поднявшиеся посередине второго акта волны органично дополнили пение главной героини о волнениях ее сердца. А уж ария героя, исполняемая под падающие с неба звезды, вызвала бурные аплодисменты.

– Это было потрясающе! – совершенно забыв о переживаниях, Донна повернулась к мужу. Ее глаза сияли. Возможно, в этом частично было виновато шампанское, которое они пили в антракте. Кьер улыбнулся, невольно разделяя восторг жены.

– Рад, что угодил тебе.

Дождавшись, пока основной поток зрителей покинет зал, они вышли из ложи и все равно угодили в водоворот людей, спускавшихся с галерки. Из-за влажного воздуха ступени были предательски скользкими, и Донна шла очень медленно, опасаясь упасть. Заметив это, Кьер обнял жену за талию, увлекая за собой и одновременно придерживая. Донна с благодарностью прильнула к нему.

Они спустились на причал и достаточно быстро сели в подъехавшее водное такси.

– Хочешь, останемся в номере? – тихо прошептал Кьер, своим дыханием опаляя кожу у виска жены.

Донна покачала головой:

– Ты что! Я же купила платье!

– Как пожелаешь! – Он слегка отстранился, и Донне показалось, что помрачнел. Возможно, в этом было виновато упоминание о том, что именно она заплатила за платье. Но чтобы не портить вечер, она решила не обращать на это внимание. Кьер давно не маленький мальчик и должен считаться с ее желаниями.

– Тебе придется довериться мне и рискнуть! – вдруг сказал Кьер, словно читая ее мысли. Донна повернула голову. Ее спутник полностью сливался с темнотой ночи, были видны лишь белые волосы и аметистовые глаза. Донна вздрогнула: сейчас, как никогда, муж напоминал ей демона, пришедшего забрать ее душу.

– Я знаю, – прошептала она, – но… дай мне время…

Кьер, пользуясь темнотой, обнял ее и притянул к себе.

– Всегда осторожная Донна, – прошептал он, жадно целуя в губы, – что мне нужно сделать, чтобы убедить тебя?

К тому моменту, когда такси пришвартовалось к причалу, прическа Донны растрепалась до того, что ей пришлось просто распустить волосы. Платье помялось, впрочем, как и рубашка Кьера. А сам он пытался без зеркала вновь завязать галстук-бабочку.

– Ну как? – Он повернулся к жене, во взгляде которой все еще вспыхивали отголоски страсти.

– Криво. – Она протянула руки и снова распустила галстук. Задумалась, вспоминая навыки, и завязала его сама, на этот раз ровно. – Только это все равно не спасет: рубашка помята, и все поймут, чем мы занимались.

– О, уверяю тебя, все настолько будут увлечены ужином, что это никому даже в голову не придет!

– Как знать! – Донна все-таки собрала волосы в низкий хвост, Кьер задумчиво провел пальцем по ее татуировке.

– Рад, что ты ее сохранила. – Он перекинул рыжие пряди через плечо жены на одну сторону так, чтобы черный вензель был виден. – Теперь ни у кого не возникнет сомнений…

Прежде чем Донна успела хоть что-то ответить, он уже увлек ее к ресторану, откуда слышались звуки музыки и смех гостей.

– Кьер, дружище! – Лысый человек с красными узорами под глазами и на лысине кинулся к нему, как только они переступили порог ресторана. – Ну как?

– Серхио, все прекрасно! – уверил тот режиссера. – Кстати, позволь представить тебе Донну…

– Донна О’Доннал. – Она поспешила протянуть руку, игнорируя нахмурившегося мужа. – Я в восхищении!

– Я тоже! – Серхио повернул ее руку и поцеловал тыльную сторону ладони. – Кьерстен, где ты нашел такую богиню?

– В университете, – с вызовом отозвался тот. Донна бросила на мужа предостерегающий взгляд, но Кьер сделал вид, что не заметил. – Донна, как и я сам, училась в Куинси.

– О, наверняка изучала историю искусств?

– Юриспруденцию. – Она вновь улыбнулась.

– Донна – прекрасный адвокат, и если ты решишь, что я тебя не устраиваю…

– Никогда! – пылко уверил его режиссер. – Хотя, знай я раньше мисс О’Доннал…

Режиссера кто-то окликнул. И он, помахав рукой на прощанье, поспешил к небольшой компании, стоящей в центре зала, уже на ходу выкрикивая «польщен» и «очарован».

– Черт, и Глен здесь. – Кьер нахмурился, кивая в сторону одного из самых известных теноров Галактики. – Надо бы спрятаться в толпе, иначе полвечера мы проговорим о перспективах его развода, а ведь он даже не женат!

– Предложи ему жить, не регистрируя брак, – отозвалась Донна, подхватывая с подноса очередной бокал с шампанским.

– И лишиться возможных гонораров? – Кьер последовал ее примеру.

– А ты корыстен!

– А ты как думала? Мне же надо зарабатывать на жизнь!

Они рассмеялись.

– Мой бог, кого я вижу! – раздалось у Донны за спиной. Она обернулась и радостно воскликнула:

– Григ!

Она порывисто обняла высокого серокожего мужчину, чье лицо было известно практически всем жителям Межгалактической Федерации, и повернулась к мужу. – Кьерстен, ты знаком с Григом Майлзом?

– Не думаю, – холодно произнес тот, нехотя протягивая руку. Слишком уж неподдельной была радость Донны. Она прищурила глаза, но продолжила как ни в чем не бывало:

– Григ, это – Кьерстен Сонг, мой… муж. – Это вырвалось само собой. Актер вытаращил свои огромные фиалковые глаза.

– Дон, ты вышла замуж?

– Мы еще не совсем все решили… – уклончиво отозвалась она. – А ты здесь какими судьбами?

– Так. Решил посмотреть. Серхио настаивал. Мы теперь вместе.

– Ясно. – Донна вздохнула. – Я не буду говорить Дугалу о нашей встрече, ладно?

– Спасибо. Приятного вам вечера! – Актер кивнул и отошел. Кьер недоверчиво смотрел на жену.

– Я не ослышался? Он…

– Ага. Друг твоего друга… такое бывает. – Донна кивнула и весело рассмеялась. – Ох, Кьер, видел бы ты свое лицо сейчас!

– Но у Серхио жена…

– Когда это кому-то мешало? – Она пожала плечами.

– Интересно, откуда ты все это знаешь? – пробурчал Кьер.

– От Дугала. Он работает вместе со мной. И он неплохой работник, несмотря на… свои предпочтения.

– Неужели Расмус О’Доннал стал либералом?

– Расмус ничего не знает, – отозвалась Донна. Внезапно помрачнев, как всегда, когда упоминали главу клана. Впрочем, она тут же взяла себя в руки. – У меня уже кружится голова от выпитого. Идем, нам просто необходимо найти стол с закусками!

Кьер задумчиво посмотрел на жену, но предпочел не омрачать вечер расспросами. Он просто увлек ее на середину зала, где уже играл окрестр.

– Закуски подождут, – прошептал он ей на ухо, – я хочу танцевать с тобой…

Глава 24

В понедельник Кьер проснулся очень рано. Он долго лежал, глядя в потолок и перебирая в уме события выходных. Они получились очень долгими и в то же время слишком быстрыми.

Донна настояла, чтобы из космопорта Куинси они поехали на разных такси.

– Мне надо закончить начатое и получить диплом для Теа, – пояснила она, видя недовольный взгляд.

– Почему ты это делаешь? – не выдержал он. Она лишь вздохнула.

– Потому что так надо.

– Надо Расмусу?

– Нет. Прежде всего это надо мне. – Донна внимательно посмотрела на мужа. Он стоял, засунув руки в карманы джинсов и перекатываясь с носка на пятку; он всегда так делал, когда считал, что собеседник поступает нелогично. – Кьер, прошу, доверься мне. Я все объясню, но позже.

– Надеюсь на это, – проворчал он, сажая ее в такси. – Позвони мне, как доберешься.

– Я лучше пришлю тебе номер счета, который мне дал Томаш Томсон. – Донна улыбнулась, такси уехало, а Кьеру стало очень одиноко.

Она сдержала обещание и прислала номер, а потом, не выдержав, все-таки позвонила.

Звонок раздался как раз в тот момент, когда Кьерстен открывал дверь казенной квартиры.

– Я добралась.

– Я тоже. – Он с тоской оглядел безликую комнату. – И не могу сказать, что счастлив от этого.

Донна рассмеялась.

– А как же «дом, милый дом»?

– Переезжай ко мне, – вдруг предложил он.

– К тебе в университетскую квартиру? – изумилась она.

– Ко мне на Зерван.

Молчание в трубке было красноречивее любых слов. Кьер усмехнулся.

– Ладно, я понял…

– Все не так просто, Кьер…

– Нет, Донна, все очень просто: либо ты хочешь этого, либо нет. – Он нажал изображение отбоя и кинул смартфон на грязно-бежевый диван, скользнул взглядом по обивке и скривился.

Сам Кьер предпочитал кремовый и шоколадный. Серена любила еще и сиреневый, прекрасно оттеняющий ее глаза, а вот Донна… он задумался. Судя по одежде, Донна предпочитала черный. Кьерстен с трудом мог представить ее жилище. Наверняка что-то стильно-лаконичное, Донна никогда не терпела вычурности.

Придется поменять обстановку в квартире или даже купить дом. При этих мыслях Кьерстен нахмурился. Похоже, он увяз с Донной сильнее, чем предполагал. Во всяком случае, до этого момента он не хотел покупать дом, чтобы жить там с кем-то.

Экран смартфона засветился, извещая, что по электронной почте доставлено письмо. В ту же самую минуту телефон зазвонил.

– Привет, Мэл, – ответил Кьер, даже не смотря на определитель.

– Кьерстен, надеюсь, не помешал. – В голосе детектива слышалось ехидство.

– Ну что ты. Я уже проснулся. – Он встал и подошел к лэптопу, загрузил почту.

– Я прислал тебе письмо.

– Да, как раз его открываю. – Кьерстен вывел информацию на экран, вчитался. – Интересно… дело о дискриминации при увольнении?

– Ну, помимо прочего. Но остальное так, по мелочи.

– А личное? То, чем можно надавить на него?

– Пока ничего не нашел. Расмус О’Доннал чист, как стеклышко. Женился сразу после окончания университета Куинси, скорее, по политическим мотивам, чем по любви, тем не менее никто из супругов не изменял друг другу. Во всяком случае, явно. Единственная дочь, куча родственников, занимающих ключевые должности. В том числе – племянница, дочь младшего брата, погибшего в космосе много лет назад. – Мэл выжидающе замолчал. Кьер кивнул.

– Донна О’Доннал…

– Серена сказала, что вы учились вместе.

– Вот как? – хмыкнул Кьерстен. – Это все, что она сказала?

– Еще добавила, что у Донны рыжие волосы. А тебя в эти выходные видели с рыжеволосой красавицей…

– И что с того?

– Что, возможно, тебе нужна эта информация, чтобы надавить на Донну О’Доннал… Верно?

– Не знаю, – он побарабанил пальцами по столу, – скорее, мне может понадобиться надавить на Расмуса.

– Надавить на Расмуса О’Доннала… – повторил Мэл и присвистнул. – Приятель, неужели ты так влип?

– Больше, чем ты думаешь, – подтвердил Кьер. – И мне кажется, Донна опасается дядю.

– Это логично, она же – часть клана, – заметил детектив. – Не мне тебе рассказывать про традиции.

– Нет, я думаю, дело в другом… Мэл, если надо – рой грунт на всех спутниках системы, но найди мне то, что заставит Расмуса отступить!

– Серена в курсе?

Кьер усмехнулся, судя по вопросу, у детектива были серьезные намерения относительно главы фирмы.

– Разумеется, нет, – с нажимом произнес он, – и ты ей ничего не скажешь, пока я не разрешу.

Мэл замолчал, явно прикидывая размер ущерба, если Серена узнает о сговоре.

– Хорошо, – задумчиво произнес он. – В конце концов, если ты – клиент…

– Я же сказал, что все оплачу лично, – перебил его Кьер. – Пришли счет на аванс. Это спасет тебя от немилости в случае, если Серена обнаружит, что действовал за ее спиной.

Детектив кивнул и отключился.

Кьерстен еще раз прочел письмо. Дело о дискриминации было достаточно интересным, а вот адвокат, который вел его, слыл пьянчугой и игроком. Скорее всего, он не станет рисковать и пойдет на сделку, чтобы закрыть очередные карточные долги. Впрочем, это было абсолютно не то, что могло бы заставить Расмуса О’Доннала отступить. Кьер вздохнул и начал собираться на лекцию.

Тем временем Мэл повернулся к женщине, лежавшей на его кровати.

– Ну, ты успокоилась?

– Нет. – Серена Гластонберри резко встала, машинально поправила кружево шелкового пеньюара и прошлась по комнате, постукивая себя указательным пальцем по губам. Кьер сразу бы понял, что она глубоко задумалась. Мэл же следил за ней слегка растерянным взглядом.

– Серена, с твоим помощником все в порядке, он всего лишь увлекся этой рыженькой девицей.

– Да, семь лет назад это увлечение довело до того, что он на ней женился! О, ты удивлен? Кьерстен не сказал тебе эту пикантную подробность, когда просил найти компромат на Расмуса О’Доннала?

– Нет… но при чем тут это?

– Не знаю. Все это очень странно, и, похоже, Кьер так и не развелся, хотя уверял меня в этом. – Серена вновь опустилась на кровать. – А я не люблю, когда меня обманывают… Что ты там нашел на этого Расмуса?

– Серена…

– Брось, Мэл, наверняка общеизвестные факты! Иначе Кьерстен не заставил бы тебя рыть все спутники системы. В конце концов, я тоже могу нанять тебя для слежки за Расмусом!

– Это противоречит этике.

– Ничуть. Мы с Кьером работаем в одной компании и не конкурируем друг с другом. – Серена требовательно протянула руку. – Если тебе так хочется прикрыть свою аппетитную задницу, я пришлю тебе договор из офиса.

Вздохнув, детектив передал ей свой лэптоп.

– Файл «О’Доннал». Пароль на папку – твое имя.

– Я польщена. – Она открыла файл и пробежалась по строкам. – Дело о дискриминации?

Затем пролистнула несколько страниц на экране.

– Серокожий пилот с двадцатилетним безупречным опытом работы без объяснения причин уволен из компании, где работают лишь белокожие люди, за два года до положенной пенсии… как интересно.

– Не думаю, что дело дойдет до суда, – заметил Мэл. – Я только что говорил Кьеру, что адвокат потерпевшего – картежник и пьянчуга. Он пойдет на любую сделку, которую ему предложат.

– Значит, надо предложить ему выгодную сделку, чтобы он уступил это дело нам.

– Собираешься влиять на коллегу?

– Собираюсь выкупить дело у пьяницы. – Серена хищно улыбнулась. – Получив дело пилота, мы сможем оказать влияние на О’Донналов… И вынудить Донну отказаться от своих притязаний.

– Серена, вы с Кьером расстались несколько лет назад! – возмутился детектив, чувствуя, что его попросту использовали. Она внимательно посмотрела на него.

– Это не отменяет того, что он – мой друг, Мэл. Ты не видел его в момент развода с Донной. Я просто не хочу допустить повторения.

– Кьерстен Сонг – взрослый самодостаточный мужчина и прекрасно понимает последствия своих поступков!

– Но не в случае с Донной О’Доннал. – Серена вздохнула. – Просто поразительно, как быстро Кьер тает при виде ее изумрудно-зеленых глаз. Интересно только, где он снова их увидел…

– Сири, ты ревнуешь!

– Нет. Я просто хочу иметь пару карт в рукаве на случай, если малышка Донна снова попытается провернуть что-нибудь. – Заметив скептический взгляд, Серена хмыкнула. – Ну не злись, Мэл! Хоть я и беспокоюсь о Кьерстене, ночи я провожу с тобой!

– Полагаю, меня это должно радовать, – пробурчал он.

– Конечно! – Она вновь присела на кровать и откинулась на руки, соблазнительно выгнув спину. – Перестань дуться, иди сюда, и я порадую тебя еще больше!

Мэл усмехнулся. Серена всегда оставалась Сереной, это в ней и привлекало. Уже держа ее в объятиях, детектив вдруг подумал, что Кьерстен, должно быть, дурак, что променял эти восхитительные фиалковые глаза на обычные зеленые.

Донна плохо спала эту ночь. Почти до рассвета она ворочалась с боку на бок, перекатываясь по всей кровати. Ей даже пришлось встать, чтобы расправить сбившиеся простыни.

Последнее предложение Кьера застало ее врасплох. Соглашаясь на его условия, Донна думала, что это будут ни к чему не обязывающие отношения, что ее муж просто хочет… Господи, да когда она знала, чего хочет Кьерстен Сонг! Пора уже было понять, что, как только он появляется, в ее упорядоченной жизни начинает все рушиться.

Хотя… соблазн жить с ним вместе в одном доме, каждую ночь засыпая в его объятиях, был очень велик. К тому же он был ее мужем, и она имела законное право на это. На этих мыслях она замерла, потом опять перевернулась. О чем она только думает! Секс с Кьером прекрасен, но они категорически не подходят друг другу.

Донна решительно натянула одеяло на голову, словно пытаясь спрятаться от действительности. Как бы ее ни тянуло к бывшему мужу, необходимо проявить стойкость, прекрасно провести время с Кьером, сдать все экзамены и уехать из Куинси, на этот раз уже навсегда. При мысли об этом сердце сжалось. Она вздохнула и перевернулась на другой бок.

Ее разбудило студенческое радио. Фальшиво-бодрые голоса приветствовали студентов и поздравляли с началом новой недели. Донна взглянула на часы и застонала: если бы не этот шум, она могла бы спать еще целый час. С трудом поднявшись, она вышла из спальни. Меган сидела на диване с кружкой каппи в руках. При виде растрепанной Донны она улыбнулась.

– Доброе утро! Вижу, выходные удались?

– Можно сказать и так. – Донна налила себе каппи и тоже села на диван. – А у тебя? Как твой симпозиум?

– Ну… – Меган замялась. – Все было хорошо до тех пор, пока Гарри не притащил виски…

– Надеюсь, вы не разбавляли его имбирным пивом? – автоматически поинтересовалась Донна и, заметив виноватый взгляд соседки, хмыкнула. – Понятно, разбавили…

– Да… и потом приехала полиция. В общем, теперь нас всех ждет дисциплинарная комиссия…

– И уникальная возможность в течение недели подметать дорожки на территории университета, – добавила Донна, допивая каппи.

– Нам грозили отчислением.

– Напомни им пункты сто двадцать пятый, триста десятый и восемьсот восьмой Устава университета и смело требуй десять часов общественных работ!

– А о чем они?

– Не знаю, и дисциплинарная комиссия тоже не вспомнит.

– Ты серьезно?

– Проверь. – Донна потянулась и встала. – А поскольку наказание для вас придумано еще три столетия назад, главное – признать свою вину и говорить с уверенным видом.

– Спасибо! – Меган явно выдохнула.

– Не за что. – Она направилась в ванную, но на пороге остановилась. – Кстати, знаешь, почему в Куинси разрешено именно имбирное пиво?

– Почему?

– Потому что именно оно дает такой эффект, если его мешать с виски! Так что в следующий раз не смешивай! – Донна подмигнула Меган и закрыла дверь. Когда она вышла из душа, соседки уже не было в комнате. Очередная записка на столе гласила, что та пошла бегать.

Пожав плечами, Донна зашла к себе в комнату. Смартфон нашелся не сразу: позвонив вчера Кьеру, она так и оставила его в сумочке, и аппарат разрядился. Пришлось ставить на зарядку. Сообщения о пропущенных вызовах посыпались одно за другим. Втайне надеясь, что это Кьер, Донна взглянула на экран, но все звонки были от Дугала. Помощник пытался дозвониться ей все утро. Она все еще раздумывала, звонить ли коллеге, когда смартфон показал на экране входящий вызов.

– Дугал? – Донна решила, что самое лучшее ответить.

– Донна, где тебя черти носят! – Юрист был на грани между яростью и истерикой.

– Что случилось?

– Мэтт запил! – Дугал явно имел в виду адвоката по делу о дискриминации.

– Ну… – вздохнула Донна – Это было предсказуемо. А Уайт подписал?

– Отказался. Сказал, что ему нужен другой адвокат.

– Что за бред! Бумаги составлены, суммы оговорены!

– Уайт сказал, что ему не нужны деньги. Он хочет огласки.

Донна с досадой выругалась. Дугал даже присвистнул.

– Не знал, что ты знаешь такие слова!

– Ты еще многого обо мне не знаешь, – мрачно отозвалась Донна.

– Удиви меня!

На секунду захотелось рассказать о том, что они с Кьером уже много лет женаты, и посмотреть на лицо Дугала, но в самый последний момент благоразумие привычно одержало верх.

– Как-нибудь в другой раз.

– Жаль, потому что его может не представиться – меня уволят после проигрыша в суде. А я однозначно проиграю…

– Дугал, что ты хочешь? – не выдержала Донна.

– С чего ты взяла, что я что-то хочу?

– Вряд ли ты названивал мне все утро, чтобы поплакаться в жилетку.

– Ничего от тебя не скроешь. Ладно, Донна, послушай, Уайт всегда хорошо отзывался о тебе. Может быть, ты попробуешь переубедить его?

– Не думаю, что это поможет! – попыталась возразить Донна. – Он не станет слушать меня!

– Тогда я проиграю, меня уволят, и ты останешься одна!

– Это шантаж!

– Мне нечего терять! – слегка пафосно заявил Дугал и скорчил жалостливое лицо. – Донна, ну, пожалуйста, а за это я никому не скажу, что Григ видел тебя с Кьерстеном Сонгом.

Донна похолодела и непроизвольно сжала руки, жалея, что не может придушить своего помощника. Впрочем, он наверняка подстраховался на этот случай.

– Григ обознался, – ровным голосом произнесла она. – Это наверняка была Теа.

– С ее ненавистью к черному цвету и серой коже? К тому же твоей кузине никогда не хватало твоей элегантности и того, что в свете принято называть шиком. – Дугал усмехнулся. – Донна, прости, но у меня нет выбора. Или ты помогаешь мне, или я иду к Расмусу…

– И заодно объясняешь ему, откуда ты знаешь Грига? – Она очаровательно улыбнулась. – Советую тебе хорошо подумать, прежде чем приводить угрозы в действие!

Дугал замолчал, затем опустил голову, признавая свое поражение.

– Прошу, Донна, все-таки попытайся… – Теперь в голосе звучала мольба.

Она прошлась по комнате. Дугал действительно был в отчаянии, раз решил угрожать ей. К тому же его проигрыш мог быть расценен именно как ее трусость: понимая, что проиграет, Донна О’Доннал направила в суд своего заместителя.

– Ладно. Я приеду, – выдавила она. – Но учти, что за результат переговоров с Уайтом я не ручаюсь!

– Заметано! – подмигнул Дугал, радостно потирая руки. – Тебя встретить?

– Не стоит. – Донне не хотелось афишировать, откуда она летит. – Встретимся в ресторане на углу Пятой авеню и Ле Гранд Булевард. Я дам знать, когда прилечу.

Не дожидаясь ответа, Донна отключила связь и обреченно взглянула на свое отражение в зеркале. Оттуда на нее смотрела растрепанная рыжеволосая девица с темными кругами под глазами.

– Надо все привести в порядок, – заметила Донна, думая отнюдь не о своей прическе.

Глава 25

Лететь пришлось с пересадкой, и, несмотря на время ожидания в космопортах, это все равно получалось быстрее, чем ждать прямого рейса. Она уже летела на Эрин, когда смартфон разразился тревожной музыкой. Расмус О’Доннал хотел поговорить с племянницей. Донне пришлось ответить.

– Да? – недовольно отозвалась она, предварительно опустив перегородку, отделяющую ее сиденье от остальных пассажиров.

– Нам надо встретиться. – Тон главы клана не сулил ничего хорошего.

– Насколько срочно? – Донна даже не стала гадать, что хочет Расмус.

– Немедленно!

– Завтра подойдет? Мне еще надо купить билет.

– Донна, не делай из меня дурака. Я знаю, что ты через два часа будешь в космопорту Эрина. Джон тебя встретит.

– Нет, – поспешно возразила она, – я приеду сама.

– Жду. – Расмус отключил связь. Донна отложила смартфон и задумалась. Тон главы клана не предвещал ничего хорошего. К тому же Расмус знал о ее приезде, значит, либо Дугал сказал, либо Джон проследил за ней. Почему-то обе мысли были одинаково неприятны.

Донна набрала номер Дугала.

– Привет.

– Привет. – Голос коллеги был очень напряженный.

– Я через два часа буду в космопорту Эрина…

– На твоем месте я бы не стал приземляться… или взял бы билет куда-нибудь на самую отдаленную планету Федерации.

– Дугал, что случилось?

– Мне запрещено говорить с тобой, но посмотри новости.

– Что именно? – Донна включила лэптоп и загрузила новостные сайты. – Изменения судебных систем? Или же крах на фондовых биржах?

– Светские новости, девочка моя! – простонал Дугал. – О вчерашней постановке на Новой Венере!

– Ты про Грига, – сообразила Донна, открывая колонку светской хроники. – О, дорогой, так бывает…

Она осеклась. Всмотрелась в голографические фото, выскочившие на экран, и ахнула: почти на всех была она. В объятиях Кьера. Фотографы поймали как раз тот момент, когда Кьер кружил ее в танце. «Падение звезд с неба собрало звезд всей Федерации!» – гласил заголовок. Она перешла на другой сайт. Там был показан момент, когда Кьер подает ей бокал шампанского. «Случайное не случайно?» – гласил заголовок под голограммой. Донна выругалась.

– Вот-вот, – мрачно отозвался Дугал. – Не спорю, вы весьма фотогеничная пара, засвечены на всех сайтах.

– Я даже не буду спрашивать, видел ли это Расмус, – простонала она, судорожно просчитывая варианты, чем ей это грозит.

– Старик в бешенстве. Требует твоей крови. Так что если у тебя есть возможность – угоняй звездолет, на котором летишь. Уверяю, в данном случае тюремное заключение будет лучшим выходом!

Мысль показалась очень заманчивой, и Донна с тоской взглянула на табло, сигнализирующее о том, что необходимо включить защитное поле.

– Поздно. Мы идем на посадку. Мне надо отключить смартфон.

– Я буду за тебя молиться, – пообещал Дугал на прощание.

Под пристальным взглядом бортпроводницы она выключила гаджеты и откинулась на спинку кресла, судорожно раздумывая, как ей выстроить разговор с Расмусом.

– Не стоит так беспокоиться, мисс! – Бортпроводница склонилась над ней, ошибочно решив, что пассажирка – одна из тех, кто боится летать. – У нас опытные пилоты, и они прекрасно знают, что делают!

Донна задумчиво взглянула на блондинку. Странно, до этого она не замечала, что на рейсы на ее родную планету всегда ставят белокожих бортпроводниц. Вряд ли это было просто совпадением. Голубые глаза смотрели с каким-то снисхождением. Донну покоробило.

– Все в порядке, я не боюсь взлетов и по… – она осеклась, с удовольствием заметив суеверное беспокойство бортпроводницы, – и посадок.

– Приятного полета. – Девушка поняла намек и выпрямилась, оставив Донну хотя бы на несколько минут в блаженном одиночестве.

После приземления она вышла из салона звездолета последней, все еще оттягивая момент визита к Расмусу. Первым, кого Донна увидела в здании, был Джон О’Доннал. Он стоял обособленно от остальных встречающих, или же это они сами сторонились здоровяка в цветах клана О’Донналов. При виде Донны, входящей в зал, он сделал шаг вперед. Но она выставила руку.

– Не смей даже приближаться ко мне, Джон!

– Расмус приказал…

– Мне плевать, что сказал тебе Расмус. – Поскольку багажа не было, Донна направилась к стоянке такси. – Если ты подойдешь ко мне, я за себя не ручаюсь!

Он схватил ее за плечо и развернул к себе.

– Это для твоей же безопасности!

– Неужели? – процедила она, бросая взгляд на удерживающую ее руку. Широкая ладонь, почти квадратные, небрежно обрезанные под корень ногти. Руки Кьера были намного изящнее, с тщательно сделанным маникюром. Донна брезгливо поморщилась. – Убери руки. Иначе я устрою такой скандал, что от репутации клана ничего не останется!

– От нее и так ничего не осталось после твоих шашней! – почти выкрикнул Джон. Донна заметила, что стоявшие рядом люди начали оборачиваться. – Как ты могла с этим… серокожим!

Она и не поняла, как ее ладонь хлестнула по его щеке.

– Не смей так говорить о Кьере! Или нос тебе сломаю уже я! – прошипела Донна.

Джон схватился за щеку и как-то очень обиженно посмотрел на нее. Она не стала ждать, пока ее враг опомнится. Игнорируя очередь, подскочила к такси, рывком открыла дверцу, запрыгнула внутрь и скомандовала:

– Штаб-квартира О’Донналов.

Когда транспорт вырулил со стоянки, Донна оглянулась, гадая, кинется ли Джон догонять ее на своем флаере, но он так и остался стоять у здания космопорта.

Путь к Расмусу не занял много времени, но его хватило, чтобы Донна успела прийти в себя и даже составить план действий.

Расплатившись с таксистом, она вышла из флаера и направилась к входу.

– Доброе утро, Брайан, – поздоровалась она со швейцаром, делая вид, что не замечает его осуждающе-сочувственного взгляда.

– Мисс…

– Расмус передал, что ждет меня?

– Да, мисс. – Седовласый мужчина еще раз странно взглянул на Донну и вызвал ей лифт, ведущий прямо к главе клана.

– Спасибо. – Она вошла, нажала на кнопку и задумалась, просчитывая свою стратегию.

Все, что ей нужно – время, чтобы закончить дурацкую сделку и получить диплом для Теа. Придется постараться.

В приемной никого не было. Лишь два секретаря, а по совместительству любовницы Расмуса, обе – пышногрудые блондинки, проводили ее неприязненными взглядами, в которых зависть смешивалась с брезгливостью. Донна молча прошла мимо в кабинет.

Расмус сидел за столом. При виде племянницы он не соизволил даже привстать со своего кресла.

Донна закрыла дверь и, подойдя к столу, присела на один из стульев для посетителей. Глава клана хмуро посмотрел на нее.

– Я не разрешал тебе садиться.

Девушка в ответ пожала плечами.

– Вы вызвали меня для урока этикета или все-таки перейдете сразу к делу? Предупреждаю, что у меня мало времени!

– Не дерзи! – предупредил Расмус, цедя слова сквозь зубы. – Ты не в том положении!

– Я всю жизнь не в том положении. – Донна спокойно выдержала яростный взгляд. – Так чем на этот раз вызвана ваша злость?

Вместо ответа Расмус почти швырнул ей планшет с фотографией, на которой Донна танцевала с Кьером.

– Объясни это!

Держа паузу, она сделала вид, что внимательно рассматривает изображение. Затем, когда Расмус уже готов был взорваться очередной обличающей тирадой, пожала плечами.

– Здесь особо нечего объяснять. Вспомните дело Флетчера Уайта.

– Флетчера Уайта? При чем здесь этот пилот-неудачник?

– При том, что он подал иск в суд. Если дело дойдет до заседаний, наверняка всплывет то, что вы ненавидите серокожих людей.

– Поэтому ты решила пораздвигать ноги перед этим цветным?

– Поэтому я решила показаться с Кьером в многолюдном месте. В то же время все знают о том, какую власть глава имеет над кланом, и поймут, что вы не испытываете ненависти к людям с другим цветом кожи, – спокойно пояснила Донна, старательно пряча улыбку при виде ошарашенного лица Расмуса. – Мы с Кьером учились вместе, работаем в одной сфере…

Глава клана скривился.

– Мы же подписали соглашение… – протянул он.

– Еще нет. – Донна не видела причин прикрывать Дугала. К тому же это все равно всплывет. – Адвокат пилота запил, и подписание пришлось перенести. Именно потому я и прилетела сюда.

Не сводя взгляда с племянницы, Расмус потянулся к панели коммутатора, нажал сенсорную кнопку.

– Соедини меня с Дугалом! – Дождавшись переключения, продолжил достаточно резким тоном: – Дугал, это Расмус. Как дела с…

Он посмотрел на Донну.

– Флетчером Уайтом, – подсказала она.

– Флетчером Уайтом, – повторил Расмус. Напряженное молчание повисло в кабинете.

– Дугал, – Донна подалась вперед, – что происходит?

– Меня только что известили, что Уайт сменил адвоката. – Голос помощника был мрачен.

– Этого следовало ожидать. Кто потерпит пьяницу? – Донна старалась выглядеть спокойной, хотя сердце забилось в предчувствии неизбежного. – И кто теперь представляет его интересы?

– «Гластонберри и Питч». Вернее, теперь это «Гластонберри и Сонг», как я понимаю, на днях доля Питча была полностью выкуплена.

Расмус хмыкнул и выразительно посмотрел на племянницу.

– Интересное совпадение…

Донна невольно побледнела.

– Это все, Дугал?

– Нет. Иск возрос до сорока миллионов. Из них десять – это услуги фирмы.

– Чушь! – Донна хлопнула ладонью по столу. – Они не имеют права требовать в качестве гонорара четверть суммы иска!

– Они и не требуют. Требует Флетчер.

– Тогда с чего ты решил?

– С того, что Серена Гластонберри только что связалась со мной и пояснила ситуацию. Они отказываются от сделок и настаивают на процессе.

Донна выругалась, потом, вспомнив, что не одна, взглянула на дядю. Он сидел и с насмешкой смотрел на нее.

– Полагаю, Донна, это – тоже часть твоего плана? Потому что, если ты проиграешь дело, я затаскаю тебя по всем судам по поводу разглашения конфиденциальной информации… И кстати, думаю, тебе пока лучше остаться здесь, на Эрине. Теа вернется в университет.

– Но диплом…

– Донна, в договоре ясно сказано, что мне нужен не просто диплом, а брак Теа с Патриком Салливаном. Сегодня мне уже звонил Салливан-старший и интересовался, с чего вдруг моя племянница посещает публичные мероприятия в сомнительной компании…

– Кьерстен Сонг…

– Выведал у тебя нужную ему информацию, детка, и обошел тебя, получив при этом право поставить свое имя в названии компании. Поэтому тебе сейчас лучше сконцентрироваться на процессе. Свободна. – Он усмехнулся и мстительно добавил: – Пока что.

Все еще находясь в прострации, Донна послушно вышла. Обе блондинки были на своих местах, одна смотрела на нее с ненавистью, вторая – со снисходительной жалостью. Это придало ей сил. Гордо подняв голову, она направилась по лестнице вниз в юридический отдел, словно родной кабинет мог защитить ее от уродливой действительности.

Где-то на полпути зазвонил смартфон. Это был Кьер. Ответить удалось лишь с третьей попытки, руки предательски дрожали.

– Да. – Донна постаралась, чтобы голос звучал ровно.

– Ты куда пропала? – От мягкого тембра сердце сжалось.

Ей пришлось собрать все силы, чтобы не впасть в истерику и не выкрикнуть Кьеру все, что она думает о его предательстве.

– А ты как думаешь? – как можно более небрежно произнесла она. – Готовлюсь к встрече с тобой… или Серена лично будет вести это дело, пока ты попытаешься и дальше отвлекать меня?

– Какое дело?

– Только не притворяйся, что не понимаешь, о чем речь! Дело Флетчера Уайта! – Она все-таки шмыгнула носом, сдерживая слезы. – Я-то гадала, с чего вдруг ты решил начать все сначала… А ты… Кстати, поздравляю с новым статусом.

– Каким статусом?

– Ведущего партнера. – Еще одна ступенька. Как же тяжело спускаться на каблуках, ступеньки очень скользкие, а никого нет рядом, и Донна всерьез начала опасаться, что упадет.

– С чего… откуда ты узнала?

– Твоя любовница любезно упомянула об этом где-то между угрозами суда и требованиями выплатить вашему клиенту сорок миллионов.

– Серена не моя любовница!

– Сомневаюсь, что она об этом знает!

В трубке воцарилось молчание. По-хорошему, надо было закончить разговор, но рука вцепилась в гаджет, будто в спасательный круг. Если бы Кьер закричал или же начал отрицать, это облегчило бы задачу. Но он молчал.

– Ты сама не понимаешь, что говоришь, – наконец произнес он. Это было последней каплей.

– Я? – сорвалась Донна. – Я прекрасно все понимаю, даже то, почему ты затащил меня в постель!

Слезы все-таки потекли по щекам, и она обрадовалась, что стоит на лестнице, а не в коридоре, где всегда полно народу.

– По-моему, это было обоюдное согласие! – резко возразил Кьер. – Силой тебя никто никуда не затаскивал!

– Да, ты прав. – Она горько усмехнулась. – Ты тысячу раз прав, Кьер…

– Донна… – В его голосе было что-то, словно он собирался попросить, но она мотнула головой.

– Не стоит, Кьер… не оправдывайся, это мерзко. До встречи в суде.

Ей все же удалось завершить разговор. Смартфон выпал из руки и ударился об пол, рассыпавшись на части, но Донна не обратила на это внимание. Она просто медленно присела на ступеньку, обхватила колени руками и опустила голову, понимая, что проиграла.

Так ее и нашел Дугал, слишком обеспокоенный тем, что девушки все еще нет в кабинете.

– Донна, – ахнул он, бросаясь к ней. – Что с тобой? Тебе плохо?

Она покачала головой и вытерла слезы. Встала, все еще с силой опираясь на перила.

– Нет. – Донна прикусила губу и тряхнула головой, пытаясь сбросить охватившее ее оцепенение. Каблук скользнул, и она едва устояла на ступеньке, проигнорировав протянутые руги коллеги. – Пойдем, нам надо попытаться выиграть это дело.

Не дожидаясь ответа, она начала спускаться. Дугал пробурчал что-то себе под нос по поводу очередной бессонной ночи, но поплелся следом.

Глава 26

После разговора с Донной Кьер еще с минуту смотрел на свой смартфон, пытаясь понять, что вообще происходит. Размышления прервал звон колокольчика, возвещавший о начале занятий после обеденного перерыва, – еще одна дурацкая традиция, берущая свое начало с древних времен. Адвокат вздрогнул и направился в аудиторию, предстояло вести очередную пару.

С трудом дождавшись окончания занятий, он быстро прошел в свой кабинет, закрыл дверь на ключ и набрал номер Серены, потребовав полную галасвязь.

– Кьер, милый, как поживаешь? – Голограмма высветилась посередине комнаты.

– Час назад мне звонила Донна. – Если бы он не знал Серену так хорошо, то не уловил бы огонек беспокойства, промелькнувший в ее глазах, и не насторожился.

– Донна? – Серена решила потянуть время.

– Донна О’Доннал. Моя жена. – Кьер присел на край стола и скрестил руки на груди. – Я женат, как ты помнишь!

– Такое сложно забыть. Мне пришлось платить за тебя штраф социальной службе.

– Вычти его из моей доли доходов нашей фирмы. Ты ведь подала документы на перерегистрацию ведущих партнеров?

– Еще нет, но собираюсь это сделать, как только ты выиграешь дело Уайта. – Серена усмехнулась.

Глаза Кьера зло блеснули.

– Забудь об этом, – посоветовал он. – Я не буду брать это дело! Какого черта ты туда полезла?

– Понимаю… – Голос Серены зазвучал еще более проникновенно. – Тогда мне придется самой его выиграть. Ты не обидишься, если я не буду делиться с тобой своим гонораром?

– Разумеется, нет! Тебе же понадобится нанять кого-то на мое место!

– Значит, я не ошиблась? – Женщина тряхнула головой, и длинные белые локоны заструились по спине.

Когда-то Кьер любил наблюдать за этими прядями, сейчас это вызвало лишь раздражение, как и вкрадчивая манера общения. Хотелось взять Серену и хорошенько тряхнуть, чтобы раз и навсегда отучить играть жизнями других.

– В чем именно? – Он постарался взять себя в руки. Серена была слишком опытным игроком и легко воспользуется любым его промахом.

– Ты одержим, Кьер!

– Что? – Он не поверил собственным ушам. – С чего ты взяла?

– Посмотри на себя. Стоило только Донне появиться, и ты готов все бросить и бежать за ней, словно пес! Где ты провел все выходные? – Голос Серены был наполнен презрением.

Кьер сузил глаза и уже собирался высказать ей все, что думает, но встретился с ее насмешливым взглядом. Она специально провоцировала его. Он постарался взять себя в руки.

– В любом случае тебя это не касается! – отрезал он.

– Касается, – возразила Серена, ее голос стал мягче. – Кьер, послушай, я помню, как ты переживал предательство твоей жены…

– О, так ты решила облагодетельствовать меня? – Он даже не пытался скрыть сарказм. – Ты решила, что я буду настолько мелочен, что пойду в суд и в отместку за страдания прошлого разобью Донну в пух и прах? Да за кого ты меня принимаешь?

Он все-таки завелся. Мысль о том, что Серена позволила себе опекать его, злила больше, чем все остальное.

– За влюбленного идиота, каким ты на самом деле и являешься, – огрызнулась она, явно разозлившись. – Чем ты думаешь, Кьер? Она же использует тебя!

От абсурдности этой мысли Кьер зло рассмеялся.

– Продолжай, – он вновь присел на край стола, – мне даже становится интересно…

– Что именно ты хочешь услышать? – фыркнула Серена. – Что готов уволиться лишь потому, что твоя почти бывшая жена позвонила и порыдала в трубку? Ты готов сдать ей все, даже не начав бороться? И это Кьерстен Сонг?

– Я лишь сказал, что не желаю участвовать в этом деле. И насколько я помню, профессиональный кодекс запрещает нам переманивать клиентов у коллег! Благодаря тебе нас ждет комиссия по этике!

– Вряд ли, – отмахнулась Серена. – Пока О’Донналы тянули с подписанием, уламывая главу клана, предыдущий адвокат Флетчера ушел в запой, так что… я лишь оказалась в нужное время в нужном месте.

– Интересно лишь, как ты узнала об этом месте?

– Наняла Мэла.

– И как только я не догадался! Полагаю, запой адвоката тоже его рук дело?

– Возможно. – Серена не стала отрицать.

Кьерстен заскрежетал зубами.

– И сколько тебе это стоило? – ехидно поинтересовался он. – Впрочем, о чем это я? У тебя же способов расплаты с ним гораздо больше, чем у кого бы то ни было!

– Прибереги свой сарказм для других, Кьер! Я слишком хорошо тебя знаю!

– И что же ты знаешь?

– Ты в бешенстве. Но потом, опомнившись, ты скажешь мне спасибо.

– Вряд ли. Я пришлю тебе свое заявление… Впрочем, ты же меня и так уволила, верно?

– Кьер…

– Всего доброго, Серена! – Он отключил связь. Затем закружил по кабинету, пытаясь понять, что делать. Ему необходимо было объяснить все Донне, но звонить ей бесполезно, вряд ли жена ответит.

Можно было рискнуть и полететь на Эрин. Возможно, он, несмотря на всю нелюбовь жителей планеты к тем, кто имеет отличный от них цвет кожи, даже выйдет из космопорта живым и здоровым, но он не знает домашнего адреса Донны, а в башню О’Донналов его точно не пропустят.

Остается лишь один путь: действительно взять это дело и вынудить Донну встретиться с ним за столом переговоров. Тяжело вздохнув, Кьер вновь набрал номер Серены, на этот раз без голографической связи.

– Я согласен вести это дело, – бросил он и, не желая выслушивать мягкий издевательский смех бывшей любовницы, оборвал вызов.

Вновь покружив по кабинету, Кьер все-таки сел за стол и открыл свой лэптоп, уверенный, что Серена уже скинула все файлы ему на почту. Спустя два часа он все еще смотрел в экран, размышляя, чем для него обернется процесс. Он был выигрышным, слишком выигрышным, и это было хуже всего.

Кьер побарабанил пальцами по столу, затем вновь набрал Серену.

– Мне нужно поговорить с клиентом, – потребовал он.

– Зачем?

– Он предстает слишком идеальным. Судья может решить, что это – показуха.

– Кьер…

– Серена, ты хотела, чтобы я взял это дело? Я его взял. Я имею право поговорить с клиентом, – оборвал он ее.

– Тогда почему ты звонишь мне? У тебя есть секретарь! – огрызнулась она.

– О, я просто как честный партнер хочу, чтобы ты знала обо всех моих действиях, – слащаво протянул Кьер. В трубке воцарилось молчание.

Он ухмылялся, зная, что в этот момент Серена прикрывает глаза, чтобы сосчитать до десяти.

– Хорошо. – Ответ занял больше времени, значит, считала до пятнадцати. – Раз ты так хочешь, будет тебе встреча.

Связь оборвалась. Через полчаса на экране высветилось сообщение от секретаря о времени и месте встречи. Кьер зло усмехнулся: Серена не связалась с ним сама, следовательно, он ее задел.

Он заказал себе билет, собрал со стола бумаги, которыми занимался последнее время. Из папки выпали выписки банковских счетов. Кьер поднял их и внимательно посмотрел, потом, вспомнив разговор с Донной, вновь сел за стол и открыл базу данных успеваемости студентов. Чуть позже, распечатав все необходимые документы, он направился к декану факультета.

Джейсон Роу, низко согнувшись, сидел за своим столом, его сутулая фигура напоминала не то вопросительный знак, не то крючок для ловли рыбы.

– Ты занят? – поинтересовался Кьерстен, заходя в кабинет.

– А? Что? – бывший однокурсник неуклюже засуетился, пытаясь спрятать то, чем занимался, но Кьер все равно увидел и невольно рассмеялся: Джейсон прятал детскую раскраску.

– Ты что-то хотел? – Он старательно закрывал лист рукой.

– Попросить у тебя фломастеры, – хмыкнул его приятель. Декан покраснел и нервно поправил очки.

– У меня их нет.

– Жаль, потому что я хотел выделить тебе основные мысли. – Кьер положил списки на стол, прямо на раскраску.

– Что это? – Джейсон выпрямился и растерянно посмотрел на него.

– Это, мой дорогой, та самая причина, почему Куинси перестает быть одним из лучших. Смотри, вот списки тех, кто отстает в учебе, графа рядом – кто проводил собеседование…

– Почти всегда Томаш Томсон? – Джон с недоумением посмотрел на приятеля. Тот кивнул.

– Именно. Вот – сводный список учеников со средним баллом и фамилией интервьюера. Как видишь, почти девяносто процентов тех, кем занимался Томаш Томсон, имеют средний балл чуть выше двадцати процентов, остальные – от семидесяти до девяноста.

– Хочешь сказать, что он некомпетентен?

– Хочу сказать, что, возможно, у него есть личные интересы…

– Думаешь, он берет взятки?

– Уверен в этом, он использует один из счетов для пожертвований и потом выводит оттуда деньги.

– Откуда ты знаешь?

– Птичка на хвосте принесла, – хмыкнул Кьер. – Смотри, вот еще список тех, кого он рекомендует на стажировки после окончания университета. Сравни их.

Джейсон взял листы бумаги, всмотрелся, тщательно сверяя фамилии.

– Оба списка почти идентичны.

– Именно. Но я не думаю, что он – единственный, кто стоит за всем этим.

– Он пришел в университет сразу после нового проректора, а тот как раз занимался строительством… – Декан внимательно посмотрел на приятеля, тот кивнул.

– Полагаю, что они связаны. Без своего человека в ректорате очень трудно вывести деньги со счетов.

– Но как они их выводили? – Джейсон наморщил лоб, словно решал сложную задачу.

– Спроси у этих дельцов лично. А еще лучше – отнеси эти списки ректору Мак-Кинтошу, пусть посмотрит. – Кьер выпрямился.

– А почему ты сам не сделаешь этого?

– Потому что мне необходимо уехать.

– Но… – Джейсон с недоумением посмотрел на него. – А как же лекции?

– Придумай что-нибудь. – Кьер с насмешкой посмотрел на однокурсника. – В конце концов, выдай студентам раскраски…

Ему доставило удовольствие наблюдать, как Джейсон вновь краснеет.

– Ладно, – вздохнул Кьерстен. – Я выполнил свою часть сделки. Теперь вам осталось прижать эту банду. Надеюсь, вы справитесь и без меня.

– Между прочим, я – декан юридического факультета, – оскорбился Джон.

– Это меня беспокоит больше всего!

– Почему?

– Ты слишком погряз в теории и оторван от жизни! – серьезно произнес Кьер и вышел, не дожидаясь ответа. Джейсон дернулся за ним следом. Фломастеры посыпались на пол. Ругнувшись, он принялся собирать их.

Глава 27

Флетчер Уайт оказался невысоким серокожим мужчиной с темными, почти черными глазами и желтоватыми волосами. Дешевые джинсы и куртка дополняли образ работяги, который всю жизнь честно трудился на благо остальных. Он сидел в конференц-зале и нервно посматривал на стеклянную стену, отделявшую помещение от коридора. Серена находилась рядом и недовольно смотрела на часы. Ровно в одиннадцать, как и было назначено, Кьер вошел в зал.

– Доброе утро, – поздоровался он и кивнул партнеру, – Серена.

– Кьер… – В голосе слышалось недовольство, вызвавшее лишь улыбку.

– Доброе утро, сэр. – Пилот тем временем встал и привычно одернул куртку.

– Спасибо, что согласились приехать. – Кьерстен протянул руку. – Думаю, нет нужды говорить, кто я?

– Кьерстен Сонг, полагаю? – Рукопожатие пилота было приятно крепким.

– Верно. – Кьер сел и, подождав, пока его клиент займет свое место, продолжил: – В зале работает камера, которая записывает наш разговор. Не возражаете?

– Нет.

– Хорошо. Тогда начнем. Расскажите, пожалуйста, о своей работе у Расмуса О’Доннала.

Пилот начал говорить. Сначала скованно, потом более свободно он рассказывал о том, как к нему относился Расмус. Кьер слушал, не перебивая, лишь помечал что-то у себя на планшете. История была достаточно неприглядной.

– Скажите, мистер Уайт, – начал адвокат, когда пилот закончил свой рассказ, – какие замечания во время полетов делал ваш наниматель?

Пилот наморщил лоб, потом развел руками.

– По правде, я и не помню. На самом деле мистер О’Доннал старался избегать меня. Вы же знаете, он не любит цветных.

– Я не знаю. – Кьер намеренно выделил слово «я». Пилот растерянно посмотрел на Серену.

– Кьер… – начала она, собираясь прийти на помощь клиенту.

– Серена?

– Мне кажется, ты должен быть на стороне клиента.

– Я на его стороне, но суд не будет на его стороне. И ты сама прекрасно знаешь, какой первый вопрос последует от адвокатов ответчика. Нам даже не надо гадать, кто будет выступать от О’Донналов, а она жаждет нашей крови! – Он вновь обернулся к пилоту. – Так что, мистер Уайт, думаю, пришла пора рассказать нам обо всех придирках и замечаниях, которые вы получали на службе. И не только у О’Донналов.

– Кьер, ты перегибаешь палку! – запротестовала Серена.

– Отнюдь. И я не хочу выглядеть глупо в глазах судьи лишь потому, что мой клиент забыл упомянуть, что десять лет назад ему сделали замечание по поводу не начищенных до блеска ботинок!

Серена раздраженно махнула рукой.

– Поступай, как знаешь!

– Спасибо, – очень вежливо поблагодарил Кьер.

– Мои ботинки всегда начищены до блеска, сэр! – обиженно заметил пилот.

– Рад это слышать.

Они проговорили в общей сложности час, после чего Флетчер Уайт ушел. Едва дождавшись этого момента, Серена повернулась к своему партнеру.

– Может, расскажешь, какая муха тебя укусила?

– Это – стандартная процедура, Серена. Ты это знаешь. – Кьер просмотрел свои записи. – Мне нужно было знать, что он не врет.

– Он не врет.

– Теперь я это вижу.

– А мне ты не веришь?

– Уже нет. – Он посмотрел на женщину, стоявшую перед ним.

Дорогой костюм, сложного кроя блузка с воланами у горла, высокие каблуки. Серена Гластонберри олицетворяла собой успех во всех его проявлениях. Почти во всех. Это он видел по ее глазам.

– Не можешь меня простить за это дело?

– Не могу простить, что ты влезла в мою жизнь. – Он встал. – Что ж, думаю, нам стоит встретиться с О’Донналами.

– Зачем?

– Хочу знать, что они накопали, прежде чем мы окажемся в суде и начнем краснеть. – Кьер сверилася с ежедневником. – Послезавтра тебя устроит?

– Вполне. – Серене не оставалось ничего другого, как подхватить его тон.

– Хорошо. Будь добра, уведоми своего клиента!

– Нашего клиента, Кьер!

В ответ он лишь подхватил свой планшет и вышел.

Глава 28

Донна почти всю ночь провела над документами, изучая полетные программы, личное дело и прочие документы, где хоть как-то упоминался Флетчер Уайт. Пилот действительно честно исполнял свои обязанности, впрочем, Донна в этом и не сомневалась.

– Держи. – Дугал протянул ей очередную кружку с каппи.

– Спасибо. – Донна глотнула, даже не отрывая взгляд от бумаг. Лишь допив до половины, она вдруг поняла, что во вкусе чего-то не хватает. Заглянула внутрь, затем с укором посмотрела на коллегу.

– Там вода!

– Хотел проверить, когда ты заметишь, – устало улыбнулся он. Донна вздохнула, увидев, что он едва держится на ногах. Как и она сама, он почти не спал, изучая записи переговоров пилотов с диспетчерами.

– Дугал, иди домой! – посоветовала Донна.

– Пойду, как только ты закончишь, – отозвался он.

– Не глупи. Здесь еще куча работы, и я останусь.

– Тогда останусь и я.

– Дугал! – резко начала она, но оборвала себя: – Впрочем, поступай как знаешь!

Они вновь занялись каждый своим делом.

– Донна, кажется, я нашел! – окликнул ее помощник ближе к полудню. Она потерла воспаленные глаза.

– Что у тебя?

– Переговоры с диспетчером. Нарушение полетной программы – отказ пилота сажать звездолет. Расмус тогда опоздал на переговоры.

Донна подошла и взглянула на дату.

– Это было полгода назад… переговоры с Салливанами… кажется, Расмус тогда был нетрезв.

– Может, Уайт просто не выпускал Расмуса до того момента, пока тот слегка не протрезвеет, – предположил Дугал.

– Да. И скорее всего, Расмус сам сел за панель управления. Посмотри на эти траектории полетов…

– Уайт не сможет это доказать.

– Ты прав. – Донна устало вздохнула. – Что ж… это – зацепка.

Она вновь вспомнила всегда дружелюбного пилота, с каким блеском в глазах он рассказывал ей про свою мечту, и вздохнула. Трель смартфона прервала ее мысли.

– Это Серена Гластонберри. – Дугал выжидающе посмотрел на Донну.

– Ответь. Я не в состоянии с ней разговаривать. – Она почувствовала, как об одном упоминании имени партнера Кьера ее охватывает злость.

Дугал послушно взял смартфон и отошел к окну. Бросив пару фраз, он повернулся к Донне, прикрывая динамик ладонью.

– Они хотят назначить встречу. На завтра.

Донна кивнула и показала два пальца. Дугал вернулся к разговору:

– Да, мы согласны. В два часа. До встречи.

Он отключил связь и выжидающе посмотрел на Донну.

– Они ждут нас завтра у себя в офисе.

– Значит, придется лететь на Зерван. – Она подошла к коммутатору и связалась с секретарем юридического отдела. – Люси, будь добра, забронируй два билета на Зерван со свободной датой обратного вылета… отель? Да, два номера на сутки… Только этот? Нет, все в порядке, спасибо.

Закончив разговор, Донна повернулась к своему помощнику.

– Поехали, у нас мало времени. Единственный рейс на Зерван вылетает через четыре часа.

Весь полет Донна молчала. Дугал сначала решил, что она дремлет, но ее глаза были открыты. Она безжизненно смотрела куда-то в темноту, где мерцали звезды. Заметив, что за ней наблюдают, Донна повернулась и выдавила из себя улыбку.

– Извини, сегодня я плохой собеседник.

– Будто когда-то ты была хорошим… – усмехнулся он.

– Наверное, нет. – Она заерзала, поудобнее устраиваясь в кресле. – Может быть, поспишь? Мы прилетаем за два часа до встречи, так что времени хватит лишь на то, чтобы привести себя в порядок.

Дугал послушно закрыл глаза, впрочем, тут же открыл их.

– Донна, как ты думаешь, с чего Гластонберри вдруг решила встретиться?

– Думаю, решила не она. – Она устало потерла глаза, трансформировала кресло в кровать и опустила защитную полусферу, приглушающую свет с потолка. – Давай спать, Дугал, завтра нам предстоит тяжелый день.

Опасения Донны начали оправдываться при посадке, когда звездолет вдруг вместо того, чтобы коснуться земли, взмыл вверх, уходя на второй круг, а потом и на третий.

Высадившись с получасовым опозданием, коллеги поспешили к зоне контроля, где им пришлось провести еще полчаса, поскольку упоминание об Эрине подействовало на таможенников Зервана как красная тряпка на тасманского быка. Когда основательно разозленные Донна с Дугалом подъехали к отелю, до встречи оставалось всего сорок минут.

Их хватило лишь на то, чтобы быстро освежиться под душем и переодеться.

Ровно в два часа дня Донна О’Доннал в сопровождении Дугала входила в двери конференц-зала юридической фирмы «Гластонберри и Сонг». Хозяева встречи были уже там. Они сидели рядом со своим клиентом, который явно нервничал. При виде входящих все трое встали.

– Господа, – холодно кивнула Донна и дружелюбно улыбнулась пилоту. – Рада вас видеть, Флетчер, хотя мне бы хотелось встретиться с вами в более дружественной обстановке.

– Мисс Донна, – он виновато улыбнулся, – вы уж простите…

– Ничего страшного, – отмахнулась она и выжидающе посмотрела на Серену.

– Рада, что вы согласились на эту встречу, – произнесла та стандартную фразу, тем самым приглашая всех сесть за стол.

Кьер наблюдал за Донной. От него не укрылась ни ее почти неестественная бледность, ни темные круги под глазами. Руки девушки слегка подрагивали, когда она открывала папку, и это было вызвано скорее усталостью, чем страхом.

Поймав на себе пристальный взгляд бывшего мужа, она слегка удивленно приподняла брови, но он покачал головой и кивнул на Серену, предоставляя ей право самой начать разговор. Та слегка скривилась.

– Донна, вы знаете наши требования, – начала она.

– Предпочитаю услышать их от вас лично. – Она чуть наклонила голову. Серена пожала плечами.

– Поскольку увольнение было незаконно, то наш клиент хочет компенсацию в размере сорока миллионов общегалактических биткоинов.

– Первоначальное требование было тридцать, – игнорируя оппонентов, Донна посмотрела на пилота.

Тот слегка занервничал и бросил беспомощный взгляд на Серену.

– Мы полагаем, что сорок миллионов более справедливая компенсация. Нашему клиенту остается два года до пенсии, и вряд ли он быстро найдет работу. К тому же основной причиной увольнения был цвет кожи нашего клиента, следовательно, имела место дискриминация, – мягко сказала та.

Донна растянула губы в улыбке.

– Это ваши домыслы, Серена. У вас нет доказательств.

Серена вопросительно посмотрела на Кьера, тот молчал. Она слегка раздраженно пожала плечами и продолжила:

– У нас есть доказательства того, что Расмус неоднократно презрительно отзывался о людях, чей цвет кожи отличен от его…

– Это ничего не доказывает, – скривилась Донна. – Согласно законам Федерации, каждый может иметь свое мнение.

– Если оно не переходит в действия, направленные на дискриминацию, – возразила Серена, – коим и явилось увольнение нашего клиента за непрофессионализм…

– Ваш клиент полгода назад, управляя личным звездолетом Расмуса О’Доннала, проигнорировал приказания диспетчеров наземной службы и увел пилотируемый корабль с курса, тем самым создав аварийную ситуацию в космопорту. Вот записи. – Донна протянула чип-карту.

Кьер усмехнулся.

– Нет. – Серена вопросительно посмотрела на своего клиента. Он сидел, опустив голову. – Флетчер, что за шутки?

– Тогда не я управлял звездолетом, – глухо сказал он, поднял взгляд и посмотрел на Донну. – Мисс Донна, вы же знаете, что это не я…

– Официально вы не сделали никаких записей, ответственность на вас… – Она осеклась.

– Донна, – аккуратно окликнул ее Дугал. Она вздрогнула и взглянула на него. – Ты не закончила…

– Да. – Она вздохнула и встала. – Не закончила. Я так не могу!

– Что? – воскликнули все одновременно.

Донна повернулась к Кьеру, ее глаза зло сверкали.

– Я прекрасно знаю истинные причины увольнения этого человека, а также его мечту. Я добилась того, чтобы эта мечта сбылась уже сейчас! И все бы удалось, если бы «Гластонберри и Питч», вернее, «Гластонберри и Сонг» не вмешались в это дело! И теперь ради ваших амбиций я должна сидеть здесь и смешивать с грязью человека, чья вина состоит лишь в том, что он поверил вам, как до этого верил Расмусу! – Она кивнула в сторону пилота. – А ведь вам абсолютно наплевать на него!

– Донна, – заговорил Кьер впервые за все время.

Она вскочила и повернулась к нему.

– Ну что же ты, Кьер, скажи своему клиенту истинные причины, заставившие тебя взять это дело! Скажи, что ты лишь хотел отомстить мне, Расмусу, Джону…

– Донна, – еще раз произнес он, но она хлопнула ладонью по столу.

– Хватит. Я прекрасно поняла вашу позицию и изложила вам свою. Первоначальное предложение все еще в силе. Но если вы не намерены отступать – до встречи в суде!

Она буквально выскочила, хлопнув дверью. Дугал, собрав все документы, сдержанно попрощался и вышел за ней следом.

– Черт! – Серена выдохнула и повернулась к клиенту. – Почему вы нам ничего не сказали?

– Потому что тогда звездолетом управлял не я, а Теодора О’Доннал, – пояснил тот.

– Кто-нибудь может это доказать?

– Вряд ли. В звездолете были лишь члены команды, сам мистер О’Доннал и его дочь. – Флетчер обеспокоенно посмотрел на своих адвокатов. – Это действительно так плохо?

– Это может доставить некоторые трудности, – отозвался Кьер, внимательно глядя на Серену. – Ты все еще хочешь доводить все до суда?

– Мы можем выиграть. Это – лишь один эпизод, к тому же сомнительный, судя по сроку давности. Если Донна О’Доннал вытащила его, значит, больше у нее ничего нет… Но решать конечно же мистеру Уайту. – Она повернулась к пилоту, он пожал плечами.

– Я не знаю. Мисс Донна…

– Мисс Донна О’Доннал является племянницей человека, который вас уволил. Она предана клану, ведет ваше дело и зароет вас в землю, как только ей представится такая возможность, – резко отозвалась Серена.

Уайт замотал головой.

– Нет, она не такая. Она и работает-то на Расмуса лишь потому, что он сфабриковал документы против нее и шантажировал.

– Что? – Кьер подскочил на стуле. – Откуда вы знаете?

– Потому что он говорил об этом, когда летел в звездолете. Я слышал, как он отдал приказ подготовить долговые обязательства и сказал, что поставит подпись за брата.

Серена охнула и обеспокоенно посмотрела на Кьерстена.

– Кьер, даже и не думай…

– Почему вы не сказали ей это? – процедил Кьер, игнорируя главу фирмы.

Пилот пожал плечами.

– А смысл? Доказательств все равно не было. К тому же где еще работать племяннице Расмуса, как не у него? В конце концов, покровительство дяди уберегло ее от множества неприятностей. – Видя, что его собеседники не понимают, о чем речь, Флетчер пояснил: – Ну, молодая красивая девушка в незнакомой фирме и все такое…

– Эту молодую девушку ждали здесь как лучшую выпускницу, – парировала Серена. – Не думаю, чтобы здесь произошло «и все такое».

Она выразительно взглянула на Кьера, но он не заметил этого.

– Вот почему тогда она осталась… – Адвокат стукнул кулаком по столу, вымещая досаду. – Какой же я идиот! Донна не хотела вмешивать меня в это дело… Черт! Надо найти доказательства фальсификации подписи.

– Кьер… – Серена вздохнула. – Не при клиенте…

– Хорошо. – Он кивнул и обернулся к пилоту. – Так каково ваше решение, мистер Уайт? Вы хотите пойти на сделку, или мы будем сражаться с О’Донналами в суде?

– Я могу подумать?

– Дайте знать. – Мужчины обменялись рукопожатием, после чего Кьер повернулся к Серене. – Я буду у себя.

Он прошел по коридору, машинально кивнул секретарям фирмы, сидевшим за стойкой при входе в офис. Его собственный секретарь, заметив сузившиеся глаза шефа, предпочла сделать вид, что увлечена набором текста.

Кьер закрыл за собой дверь и подошел к огромному окну, за которым открывался вид на город. С высоты пятидесятого этажа все внизу казалось очень маленьким, почти игрушечным.

– Ты как? – Серена вошла в кабинет. Кьер обернулся и мрачно посмотрел на нее. Она усмехнулась. – Могла бы и не спрашивать.

– Ты меня слишком хорошо знаешь. – Злость на Серену улетучилась, ее место заняла холодная ярость на настоящего врага.

– Как и ты меня.

– Возможно.

– Ты уже звонил Донне? – Она села на один из шоколадно-коричневых диванов, стоящих в углу.

– Пока нет. – Кьер так и остался стоять у окна.

– Почему?

– У нас нет доказательств… Лишь свидетельство пилота, выдвинувшего обвинение в незаконном увольнении. – Он помолчал и добавил: – Донна не станет со мной разговаривать.

– Прости, я…

– Пустое. Не возьми ты это дело, мы не узнали бы о подлоге.

– А толку от наших знаний? – Серена усмехнулась. – У нас нет ни документов, ни образца подписи отца Донны.

– А что нарыл Мэл?

Вместо ответа женщина набрала на смартфоне номер детектива, включила громкую связь и положила гаджет на столик.

– Сири… – В голосе слышалось что-то, заставившее Серену мечтательно улыбнуться.

– Мэл, я в кабинете Кьерстена, – предупредила она.

– О, вы помирились? Тогда у меня новости для вас двоих. Я нашел жену брата Расмуса. Вернее, вдову.

– Что? – Кьер стремительно подошел к столу, где лежал смартфон. – Она жива?

– Да, представь себе! Живет на Куинси.

Кьер с Сереной переглянулись.

– Как неожиданно, – заметила Серена.

– Она дизайнер, – сказал Мэл, словно это могло что-то объяснить.

– Диктуй адрес, – приказал Кьер.

Записав, он вышел, чтобы отдать распоряжение секретарю. Конечно, можно было воспользоваться селектором, но Кьерстену хотелось дать Серене возможность переговорить с Мэлом наедине. Когда он вернулся, партнер уже закончила разговор и задумчиво вертела смартфон в руках.

– Когда рейс? – спросила она.

Кьер усмехнулся.

– Ты действительно хорошо меня знаешь.

– Столько лет вместе… – Серена вздохнула. – Я даже не буду удерживать тебя.

– Мне все равно надо было появиться в университете, решить все вопросы с увольнением. Кстати, что там по поводу предложения ректора?

– Скажи ему, что мы согласны.

– Мы?

– Твое имя теперь на вывеске…

– Я и забыл.

– Она так дорога тебе? – Серена слегка приподняла брови.

Он задумался, тщательно анализируя свои чувства.

– Понятия не имею, – наконец признался он. Серена рассмеялась, слегка запрокинув голову.

– Бедняжка Кьер! Так тяжело признать, что влюбился!

Она встала, расправила драпировки кашемирового платья и с насмешливой грустью посмотрела на мужчину, стоявшего перед ней.

– Удачи тебе, – с нежностью произнесла она.

Кьер слегка нахмурился.

– Говоришь так, будто я собираюсь на войну.

– А разве нет? – Она пожала плечами. – Если что – звони.

Серена вышла.

– Что может случиться? Тем более на Куинси, – пробормотал Кьер, но она уже не услышала.

Полет на Куинси был с двумя пересадками, и в конечный пункт Кьер прилетел достаточно усталый. Как бы ему ни хотелось мчаться по адресу, продиктованному Мэлом, он сдержался: во-первых, было уже поздно, во-вторых, при расспросах матери Донны хотелось иметь ясный ум. Разговор мог быть весьма неприятный.

Поэтому Кьер предпочел направиться в университетскую квартиру, все еще числившуюся за ним. Казенное помещение встретило его тишиной.

Он с удовольствием принял душ, смывая дорожную пыль, побрился и лег спать, поставив будильник, поскольку ему хотелось проснуться раньше, чем заорет университетское радио.

Утром он долго лежал, рассматривая потолок и размышляя о Донне и о долговых обязательствах, подделанных ее дядей. Каким же извращенным умом надо обладать, чтобы проделать такое с собственной племянницей. Теперь Кьер понимал, почему Донна училась как проклятая и почему в результате отказалась ехать с ним на Зерван. Единственное, чего он не мог простить – то, что жена не рассказала все ему. Впрочем, в этом была вся Донна.

Так и не поняв, злится ли он на скрытность Донны или же благодарен ей за нелепую попытку уберечь его самого от Расмуса, Кьерстен встал, бросил взгляд на часы и решил, что десять утра вполне подходящее время, чтобы познакомиться со своей тещей.

Он уже закрывал дверь, когда его окликнул мужчина, буквально вынырнувший из-за угла.

– Простите!

– Да? – Кьер обернулся.

– Вы – Кьерстен Сонг?

– Верно. – Он нахмурился, пытаясь вспомнить, откуда он может знать этого мужчину.

– В таком случае вы арестованы по обвинению в сексуальном домогательстве к студентке университета Куинси. – Под нос Кьеру была подсунута полицейская идентификационная карта. – Мне зачитать вам ваши права?

– Что за… – Он бросил взгляд в сторону лестницы и заметил там двоих в полицейской форме. – Должно быть, это ошибка?

– Не знаю, приятель, но, судя по документам, которые я видел, у тебя большие проблемы! – с фальшивым сочувствием произнес полицейский. Кьер сверкнул глазами на такую фамильярность, но промолчал. Полицейский, посчитав это за слабость, с издевкой продолжил: – Поэтому мой тебе совет – будь паинькой! Ребята, забираем.

Кьера окружили и вывели из здания под осуждающими взглядами соседей, усадили в полицейскую машину и повезли в участок. Где, проведя идентификацию личности по всем биометрическим параметрам, посадили в камеру, предварительно изъяв смартфон, бумажник и ремень.

Детектив, ведущий дело Кьера, появился ближе к обеду. Во всяком случае, на допрос его повели после того, как выдали поднос с чем-то, по вкусу больше всего напоминающим прессованный картон вторичного цикла переработки.

Если следователь и надеялся, что ожидание вкупе с неизвестностью надломят арестованного, то он просчитался: после такого обеда Кьер просто кипел от злости. Серена это сразу бы поняла по сузившимся глазам и угрюмо сжатым губам, превратившимся в тонкую линию. Но детектив, невысокий желтокожий мужчина, даже не заметил этого.

– Кьерстен Сонг? – Он окинул Кьера равнодушным взглядом и сверился с объемной папкой, лежащей на столе. – Присаживайтесь.

Кьер молча сел на предложенный стул. Достаточно неудобный, чтобы заставить подозреваемого пожалеть о том, что натворил. Следователь внимательно посмотрел на задержанного.

– Я – детектив Уироуби. Вам сказали, по какому обвинению вы здесь?

– Ваш коллега был настолько любезен, что упомянул об этом.

– И что вы можете сказать мне по этому поводу?

– Что хотел бы изучить дело.

– Полагаете, я его вам дам? – Детектив явно изумился наглости сидящего перед ним мужчины.

– Я не полагаю, я знаю, что по закону вы обязаны предоставить дело моему защитнику, а также мне лично. – Кьер произнес это скучающим тоном, словно читал лекцию или выговаривал помощнику. – Так что мой вам совет: не теряйте время, а внятно расскажите, кто и в чем конкретно меня обвиняет.

Детектив вспыхнул. Кьер с удовольствием наблюдал за внутренней борьбой, отразившейся на лице Уироуби.

– Ладно, умник, держи! – Он достал из папки протокол и протянул Кьеру. Тот спокойно взял и начал внимательно читать. Это был опрос потерпевшей Теодоры О’Доннал, заявлявшей, что преподаватель Кьерстен Сонг неоднократно пытался склонить ее к сексуальным отношениям, грозя, что иначе она не сдаст ему экзамен по профилирующему предмету.

Красная пелена затуманила взгляд. Донна не могла сделать это, или… Она заманила его в ловушку. Перед глазами проносились сцены последних дней. Донна, доверчиво прижимающаяся к его плечу, Донна, ворвавшаяся в мужскую душевую… Донна, стонущая от его ласк… Изумрудные глаза, сверкающие злостью: «С меня хватит!»

– Так как, мистер Сонг? – Голос вывел его из оцепенения. Кьерстен вдруг понял, что сидит в полицейском участке, сжимая в руках листы бумаги, а незнакомый детектив выжидающе смотрит на него.

Он тряхнул головой, пытаясь обрести ясность ума. Первую мысль – рассказать все как есть, он отмел, как неудачную. Даже если детектив соизволит проверить все, на это уйдет уйма времени. Прямых доказательств, что Донна заменила кузину, нет. К тому же неизвестно, какие именно улики лежат в папке на столе.

– Минуту. – Он заставил себя успокоиться и еще раз просмотрел протокол, уже обращая внимание на детали, затем проверил подпись и дату.

Заявление было подано вчера днем лично Теодорой О’Доннал. Вчера была встреча на Зерване, и Донна физически не могла быть в двух местах одновременно. Зато могла сама Теа. Оставалось разобраться, с чьего согласия она действовала. Кьер понял, что ему надо тянуть время.

– Что за чушь! – фыркнул он, кидая бумаги на стол. – Теперь каждый, кто не сдаст экзамен, будет заявлять, что подвергался сексуальным домогательствам со стороны преподавателя?

– Но у мисс О’Доннал действительно не сдан экзамен лишь по вашему предмету.

– Если вы посмотрите журнал успеваемости, то увидите, что до последнего семестра у нее были задолженности почти по всем предметам. Хотите предъявить обвинения всему преподавательскому составу?

– А то, что вы несколько раз приглашали ее в свой кабинет?

– Это – стандартная практика.

– Стандартная практика оставлять двери открытыми!

– Откуда вы знаете, что они были закрыты? – Кьер слегка приподнял брови.

– У нас есть показания одного из сотрудников университета – Томаша Томсона. Он добровольно пришел к нам и заявил, что видел, как вы неоднократно сопровождали мисс О’Доннал, в том числе и во внеучебное время.

– Томаш Томсон подозревается в получении взяток, а поскольку доказательства этого были предоставлены мной, то, естественно, он готов на все, лишь бы дискредитировать меня в глазах ректора университета.

Детектив сделал пометку у себя в бумагах, затем вновь поднял голову.

– А видеозапись?

– Какая видеозапись?

– Из студенческого спортивного центра. Где мисс О’Доннал заходит вслед за вами в мужскую душевую, а потом выходит оттуда.

– О, – небрежно заметил Кьер, невольно улыбнувшись при воспоминании о том, как Донна ворвалась туда, – и вы видели, что происходило в самой душевой?

– Там нет видеокамер…

– Жаль.

Детектив слегка подался вперед, нависая над столом.

– Мистер Сонг, надеюсь, вы понимаете, что обвинения очень серьезны?

– Разумеется, – кивнул он. – И хотя у вас нет ничего, кроме косвенных улик, вы не отпустите меня, поэтому не будете ли так любезны отдать мне мой смартфон?

– Простите?

– Поскольку вы утверждаете, что все очень серьезно, я должен позвонить своему адвокату. – Кьерстен требовательно протянул руку.

– Звоните. – Детектив выдал ему смартфон. Судя по модели, наверняка казенный.

– Думаете, я помню номер наизусть?

– Очень жаль, если не помните. Вы имеете право лишь на один телефонный звонок.

Скрежетнув зубами, Кьер набрал номер фирмы. Серены не оказалось на месте. Пришлось просить перевести на своего личного секретаря и отдать ей приказ срочно найти главу фирмы и передать, чтобы она летела на Куинси в следственный отдел полиции. Закончив, Кьер вернул смартфон детективу.

– Спасибо.

– Может быть, подпишете свои показания?

– Без адвоката? – Кьер ухмыльнулся.

Его собеседник вздохнул.

– Жаль, чистосердечное признание…

– Облегчает вам работу, но удлиняет срок. Мы закончили?

– Пока да. – Детектив подчеркнул слово «пока». Он нажал кнопку на столе, дверь распахнулась, и в проеме показались двое полицейских. – Уведите задержанного.

Кьер с абсолютным спокойствием проследовал под конвоем в тюремную камеру следственного изолятора. Дождался, пока охранники уйдут, и лишь тогда со злостью несколько раз пнул кровать, каждый раз жалея, что это не Расмус О’Доннал.

Серена смогла прилететь лишь на следующий день. К этому времени Кьерстен, окончательно успокоившись, сумел проанализировать ситуацию. По всему выходило, что Донна не была в курсе вероломства своей кузины. Оставалось понять, откуда у полиции видеозапись. Впрочем, стражи порядка могли просто проверить по системе посещения спортивного центра. Или же их мог навести Томсон.

Размышления Кьера прервали охранники, молча проконвоировавшие его в комнату для свиданий. Серена уже была там.

– Кьерстен. – При виде своего партнера она порывисто встала со стула, явно намереваясь кинуться к нему, но в последний момент, глядя на ухмыляющихся полицейских, передумала. – Я прилетела первым же рейсом.

– Знаю, спасибо, что так быстро, – кивнул Кьер, который, несмотря на видимое спокойствие, провел бессонную ночь, решая, как ему поступить, и теперь чувствовал себя отвратительно.

– Выглядишь неважно. – Серена Гластонберри бросила один из своих фирменных строгих взглядов на охранников, те поспешили выйти.

– Это все комары. Мне кажется, их здесь специально разводят. Этакий вид пытки… – доверительно сообщил Кьерстен, действительно чувствуя себя почти сносно. – А еще второй день подряд они мне приносят картон, называя это едой! Правда, с утра была какая-то слизь. По всей видимости, каша.

Серена невольно улыбнулась.

– Ты еще можешь шутить?

– Только это мне и остается. Ты видела дело?

– Да, я уже его просмотрела. Кьерстен, что происходит?

– Расмус О’Доннал всеми силами пытается вывести меня из игры. – Он грустно усмехнулся. – И кажется, это пока ему удается.

– Теодора все выдумала?

Кьерстен обиженно посмотрел на подругу.

– Ладно полиция, но ты-то знаешь, что я терпеть не могу глупых женщин!

– Да, но видео? – Серена с беспокойством всмотрелась в лицо Кьерстена. – Откуда оно взялось?

Он отвернулся, упрямо сжав губы. Серена вздохнула.

– Ты прекрасно понимаешь, что видео – самый главный козырь обвинения! Особенно та часть, где ты несешь девушку на руках.

– Я еще не выжил из ума! – огрызнулся он. – Но это – косвенная улика. На видео лишь видно, что… девушка заходит за мной в душевую.

– Девушка? – От нее не укрылась заминка. – Ты ведь хотел сказать не «девушка»…

Серена внимательно посмотрела на него, ее глаза расширились.

– Не девушка… – прошептала она и продолжила уже громко: – Донна?! Кьер, это была Донна О’Доннал? Какого черта она делала в спортцентре Куинси?

Он прошелся по комнате, словно решаясь, стоит ли посвящать своего партнера в происходящее.

– Кьерстен! – потребовала та. – Или ты сейчас говоришь мне правду, или я отказываюсь от этого дела!

Кьер еще раз взглянул на нее. Фиолетовые глаза Серены метали молнии. Понимая, что в таком состоянии она может поддаться эмоциям и потом жалеть об этом всю жизнь, он кивнул, признавая свое поражение.

– Да. Это была Донна.

– Почему ты не сказал об этом?

– Потому что ее не должно было там быть.

– Но она…

– Заменяла кузину в университете.

– Что? – От такого Серена даже задохнулась. – Зачем ей это?

– Чтобы Теодора О’Доннал сдала все экзамены и получила диплом, – усмехнулся Кьер.

– Но это – мошенничество!

– Именно поэтому я и не могу сказать. Я не буду сажать Донну в тюрьму, тут комары!

Но Серена была далека от шуток.

– Кьер, она написала заявление на тебя, подставив по полной!

– Не она, а Теодора. Посмотри на дату. В тот день Донна сидела с нами за столом переговоров.

– А видеозапись?

– Мы действительно оставались вечером вдвоем в спортивном центре. И чтобы пройти туда, сканировали свои удостоверения. Наверняка это есть в системе.

– Это есть и в ее показаниях.

– Значит, ее опрашивали после того, как их получили.

– Ты должен рассказать все! – убежденно сказала Серена. – Вполне вероятно, что Теодора и Донна действовали сообща.

Кьерстен упрямо покачал головой.

– Я не буду этого делать, и ты тоже будешь молчать!

– Кьерстен, это глупо! – Серена скрестила руки на груди. – Я отказываюсь.

– Серена, вспомни о том, что рассказал нам пилот. Возможно, Донну заставили, и если что-то пойдет не так, сделают козлом отпущения! – Кьер пристально смотрел на своего партнера. Она явно заколебалась.

– Возможно, но…

– Серена, это – мое решение! – Аметистовые глаза упрямо сверкнули. – А ты – мой адвокат!

Она тяжело вздохнула.

– Кьер, ты что, не понимаешь, что с такими доказательствами ты окажешься за решеткой?

– У них нет ничего на меня. Даже видеозапись показывает лишь то, что я вынес ее на руках из джакузи, а потом девушка просто зашла в душевую.

– За мылом, не иначе! Ты еще скажи, что у нее маниакальная любовь к чистоте! – съязвила Серена. Она вновь села за стол и обреченно посмотрела на Кьера. – Может быть, наконец, расскажешь мне правду.

– Хорошо.

Рассказ занял даже больше времени, чем она предполагала. Было заметно, что Кьеру действительно нужно было выговориться, чтобы самому привести свои мысли в порядок. Он умолчал лишь о том, что так и не отправил бумаги о разводе в суд. Серена не перебивала, лишь иногда задавала уточняющие вопросы. Наконец Кьерстен замолчал, выжидающе посматривая на нее.

– Ты влип, – резюмировала Серена.

– Знаю, поэтому и позвонил тебе. – Он усмехнулся. – Ты же лучший адвокат, которого я знаю!

– Не подлизывайся, это не поможет. Как твой адвокат, я настоятельно рекомендую рассказать это властям. И пусть О’Донналы выкручиваются сами, как хотят.

– Нет! – Категоричность тона свидетельствовала о том, что Кьер не готов к обсуждению этого вопроса. Серена еще раз вздохнула.

– Ладно. Попробуем построить защиту на том, что Теодора О’Доннал все придумала. Если бы не видео… – Она встала. – Прости, мне надо идти.

– Конечно, – послушно согласился он, хотя от одной мысли о том, что придется еще неизвестно сколько времени провести в камере, хотелось выть. Кьер сдержался. Стараясь выглядеть беспечным, он встал, делая вид, что провожает Серену.

– У меня к тебе еще одна просьба…

Она кивнула.

– Да?

– Я так и не съездил к матери Донны…

– Господи, Кьер! Как ты можешь думать об этом! – взорвалась она, но тут же успокоилась. – Впрочем, именно ты и можешь. Хорошо. Ты помнишь адрес?

– Он есть у Мэла.

– Я постараюсь съездить, но не сразу. Что-нибудь еще?

– Ага. – Он с теплотой посмотрел на нее. – Я рад, что ты мой друг, Серена. Спасибо тебе!

– Это не помещает мне выставить тебе счет, – пробурчала она, но было видно, что она тронута словами Кьера. – Ладно, постарайся не сойти с ума от скуки!

– Можешь прислать мне пару книг, – предложил он. – Я люблю научную фантастику.

Серена смерила Кьерстена скептическим взглядом и нажала кнопку, вызывая охрану.

– Мы закончили, – проинформировала она полицейских и торопливо вышла, чтобы не видеть, как конвой уводит ее друга в тюрьму.

Выйдя из здания, где размещались арестанты, она прошлась по улице, вдыхая чистый воздух, и лишь потом позвонила Мэлу.

– Сири, ты где? – В голосе детектива слышалось беспокойство.

– На Куинси.

– Где?! Что-то случилось?

– Кьерстен. – Она вздохнула. – Его арестовали. Обвинют в том, что приставал к студентке.

– Серьезно? – присвистнул детектив.

– Серьезнее не придумаешь. А он уперся, как баран… Мэл, ты мне нужен. – Как Серена ни старалась, в голосе все-таки прозвучали нотки отчаяния, и ее мужчина это моментально понял.

– Хорошо. Я приеду. Где тебя искать?

– Я остановилась в отеле «Боливар». – Она улыбнулась в камеру, забыв, что включила лишь звуковую связь. – Приезжай.

Спрятав смартфон, Серена огляделась, выискивая такси. Машина подъехала почти сразу. Она села и только тогда вспомнила, что не попросила у Мэла адрес матери Донны. Ругнувшись на саму себя, она хотела извиниться и выйти, но передумала.

– В университет, – приказала она таксисту, слегка раздраженному ее нерешительностью.

Машина плавно вырулила с обочины. Серена прикрыла глаза, еще раз продумывая план действий.

– Приехали, – достаточно грубо пробурчал таксист.

Она предпочла проигнорировать его тон. Расплатившись, вышла из машины и направилась к проходной.

Охранники весьма критически посмотрели на ее удостоверение и попросили уточнить, к кому она направляется. Единственный, кого Серена вспомнила, был Джейсон Роу.

– Он сейчас в своем кабинете, это пятый корпус. – Охранник неохотно открыл ворота.

Куинси был все тот же. Серена почувствовала это сразу. Идя по гравиевой дорожке среди разноцветных деревьев, она с невольной завистью смотрела на студентов, вспоминая себя во время учебы. Признаться, в какой-то момент глава одной из лучших юридических фирм даже позавидовала Донне О’Доннал, которая смогла вновь окунуться в эту волшебную атмосферу и ощутить все прелести студенческой жизни, но тут же одернула себя.

Пятый корпус был одним из старейших. Это Серена помнила. Она поднялась на второй этаж и без стука зашла в кабинет декана. Он сидел за столом, как всегда, скрючившись, словно вопросительный знак. В его руке был желтый фломастер, которым он штриховал что-то, закрывая рукой. Он так увлекся этим занятием, что не услышал, как Серена вошла.

– Здравствуй, Джейсон. – Она плавно подошла к столу.

Декан вздрогнул и судорожно захлопнул папку. Фломастеры рассыпались по столу, с громким стуком падая на пол. Краем глаза Серена успела заметить яркую обложку детской раскраски и насмешливо посмотрела на мужчину.

– Надеюсь, я не слишком помешала?

– Нет. Что ты! – Джейсон заморгал, пытаясь вспомнить, кто перед ним.

– Серена Гластонберри. – Она села на стул, не дожидаясь приглашения, и закинула ногу на ногу.

– Точно, – улыбнулся декан. – Великолепно выглядишь! Как поживаешь?

– До недавнего времени – прекрасно.

– Хочешь выпить? – Джейсон явно занервничал.

– Нет. – Серена покачала головой. – Не стоит.

Она выжидающе посмотрела на собеседника, тот окончательно смутился.

– Я должен спросить у тебя, зачем ты приехала…

– Ты это и так знаешь.

– Кьерстен?

– Верно. Что произошло?

– Понятия не имею. – Джейсон Роу развел руками. – Меня допрашивали, но я действительно ничего не знал.

– Вот как? Может быть, расскажешь мне свою версию?

– Нечего рассказывать. – Декан нервно поправил очки. – Я просто попросил Кьерстена помочь разобраться, почему показатели успеваемости падают.

– И? – Серена с интересом посмотрела на неказистого мужчину, сидящего перед ней.

– Он принес мне таблицы, из которых следовало, что один из интервьюеров брал взятки и набирал посредственных студентов. Кьер предположил, что это связано с нашим новым проректором. Я отнес это Мак-Кинтошу. А на следующий день узнал, что Теодора О’Доннал выдвинула обвинения против Кьера.

– Как звали этого интервьюера?

– Томаш Томсон. Мерзкий малый, такой, знаешь, из тех, кто всегда улыбается.

– Показания против Кьера он тоже давал с улыбкой, – кивнула Серена.

– Что? Какие показания?

– Что видел, как Кьер и Теодора О’Доннал часто встречались во внеучебной обстановке.

– Какие глупости! Мало ли что они там делали!

– Вот именно. Скажи, а тебя спрашивали, как так получилось, что эта О’Доннал стала писать диплом у Кьера?

– Он попросил меня об этом. Но она могла отказаться.

– Когда это было?

– На той неделе. Как раз до выходных.

– Я могу взглянуть на ее успеваемость?

– Ты же представляешь интересы Кьера в суде? – уточнил Джон, открывая списки.

– Разумеется. – Серена посмотрела на экран и презрительно скривилась. – Боже, и это ничтожество получит диплом юриста? Как она вообще попала на факультет?

– Не знаю, когда я позвонил ее отцу по поводу отчисления дочери за неуспеваемость, тот намекал на взятку.

– Ты сможешь подтвердить это в суде?

– Вряд ли это будет иметь смысл. Расмус О’Доннал ограничился общими фразами…

– И тебя не насторожило, что она в этом семестре сдала все задолженности и текущие экзамены досрочно?

– Может, взялась за ум?

– Не знаю. – Серена всмотрелась в фото. – Или у нее появился двойник. Она очень похожа на эту…

– Донну О’Доннал, – подсказал Джейсон. – Да, они близкие родственники.

– Донна О’Доннал. – Серена постаралась, чтобы голос звучал беззаботно. – Скажи, а возможно ли, чтобы Донна приехала и сдала все вместо кузины?

Декан задумался.

– Теоретически – да. Но ты же понимаешь, что это мошенничество, и за него могут посадить лет на пять?

– Понимаю, но, возможно, награда в случае удачи сопоставима с риском?

Джейсон внимательно посмотрел на Серену.

– Что ты хочешь сказать? Что вместо Теодоры здесь была Донна О’Доннал?

– Скажем так, как адвокат Кьерстена, я не исключаю такой возможности. Это объяснило бы, почему Кьер уделял ей столько внимания. Джейсон, ты же помнишь Донну?

– Чепуха! – Декан вновь поправил очки. – Я бы сразу узнал Донну! К тому же она никогда не пошла бы на такое!

– Люди меняются.

– Нет, только не Донна! – горячо возразил декан.

Серена скривила губы в язвительной улыбке. Джейсон Роу вздохнул, достал рабочий смартфон и, сверившись с цифрами на экране, набрал сообщение.

– Пусть Теодора О’Доннал сама все объяснит.

Серена опустила ресницы, чтобы скрыть довольный блеск в глазах. Теодора О’Доннал появилась лишь через полчаса, именно в тот момент, когда общие темы для разговоров закончились, и Джейсон мучительно раздумывал, о чем еще поговорить со своей гостьей.

Небрежно постучав, девушка замерла на пороге.

– Вы меня вызывали?

– Да, мисс О’Доннал, проходите, – пригласил декан.

Студентка вошла, по традиции оставив дверь открытой, и выжидающе посмотрела на присутствующих.

Серена молчала, с интересом разглядывая девушку. Сходство было поразительным, и если бы она на днях не встречалась с Донной О’Доннал, то легко бы приняла одну за другую.

Теодора О’Доннал напряженно молчала, явно ожидая объяснений.

– Вы похожи на свою кузину, – заметила Серена, нарушая молчание.

– Вы знаете Донну? – Девушка заволновалась.

– Да, мы с ней встречались. – Серена улыбнулась, белоснежные зубы хищно блеснули. – Извините, я не представилась. Я – Серена Гластонберри, адвокат.

– Адвокат? – насторожилась студентка.

– Да, адвокат… в частности, я представляю интересы Кьерстена Сонга…

Теодора явно побледнела и бросила испуганный взгляд на декана.

– Вы нарочно пригласили меня, чтобы эта… – Она осеклась и, не найдя нужных слов, просто продолжила: – Чтобы она допросила меня? В таком случае у меня тоже должен быть адвокат!

Джейсон хотел было сказать что-то резкое, но Серена остановила его.

– Странно, что вы испугались, лишь услышав имя человека, которого пытаетесь посадить в тюрьму лет на десять, – заметила она. – Обычно так ведут себя люди, которым есть что скрывать.

Теодора прикусила губу, затем решительно вздернула подбородок.

– Мне нечего скрывать. Этот преподаватель приставал ко мне, а когда я отказала, стал распускать обо мне грязные слухи!

– Приставал? – Серена слегка вскинула брови. – А можно ли поподробнее, как это происходило?

– Что?

– Теодора, в суде вас наверняка спросят, какие именно действия предпринимал Кьерстен Сонг по отношению к вам, – пояснил Джон.

Серена недовольно нахмурилась: упоминание о суде было не лучшим способом разговорить девушку. Теодора вздрогнула.

– Я ничего не собираюсь вам рассказывать! Вы не имеете права спрашивать меня без моего адвоката! И вообще, ведь у полиции есть доказательства.

Серена рассмеялась.

– Боже. Какие заявления! И это последний курс Юридической школы Куинси…

Джейсон Роу смущенно кашлянул.

– Мисс О’Доннал, на самом деле я вас вызвал, поскольку хотел прояснить, как вам удалось так быстро сдать все задолженности…

– Я училась! – возмутилась Теодора. – Вы мне не верите?

– Разумеется, мы вам верим… – Декан замялся, но Серена с насмешливой улыбкой подхватила:

– Просто, возможно, в свете последних событий, университету придется просить вас подтвердить свои знания перед независимой комиссией.

Она с удовольствием заметила, что Теодора побледнела, и вдруг поняла, в чем разница между этой девушкой и Донной О’Доннал: Донна всегда держалась с достоинством. Во всяком случае, губы жены Кьера точно бы не дрожали, как это происходило с Теодорой. Скривившись, будто увидела насекомое, Серена обернулась к Джейсону:

– У меня все. Декан?

– А? Простите… – Он поправил очки на носу. – Да, идите, Теодора, и хорошо подготовьтесь к экзаменам.

Девушка буквально вылетела из кабинета декана. Отбежав на безопасное расстояние, она достала смартфон и набрала номер. Ей пришлось повторить звонок трижды, прежде чем в трубке послышалось недовольное:

– Да…

– Папа, все плохо, – шмыгнула носом Теодора и разрыдалась, между всхлипами пересказывая разговор с деканом.

Поговорив с дочерью и слегка успокоив ее, Расмус О’Доннал с раздражением бросил смартфон на полированную поверхность стола и задумался. Он не ожидал, что его попытка вывести этого серокожего адвоката из игры приведет к таким последствиям.

Конечно, Теодора являлась не лучшим выбором для реализации его плана, но Кьерстен Сонг должен был получить сполна и за то, что взял дело пилота, и за то, что осмелился приблизиться к племяннице Расмуса О’Доннала. Сама Донна тоже была хороша.

Расмус нахмурился при мысли о племяннице. Строптива, как и ее мать. Та тоже всегда выражала недовольство действиями главы клана. Хорошо, что он убедил Бринна развестись с этой заносчивой выскочкой. Впрочем, речь не о Бринне.

Два дня назад Теодора позвонила отцу и устроила форменную истерику по поводу тех слухов, которые благодаря кузине ходят в Куинси.

Донну постоянно видели в обществе серокожего преподавателя, чей предмет единственный остался не сданным. Имя преподавателя Теа вспомнила с трудом: не то Вонг, не то Лонг… Ей пришлось рыться в расписании, выискивая его.

Кьерстен Сонг! Партнер Серены Гластонберри. Вряд ли это было совпадением. После звонка Дугала, извещавшего о провале встречи, план родился буквально сразу.

Расмус перезвонил дочери. Проинструктировав Теа и добившись того, что девушка смогла повторить его план без ошибок, глава клана О’Донналов слегка успокоился, но все же обратился в детективное агентство и потребовал раздобыть информацию по настырному серокожему адвокату.

К вечеру с ним связался некто, представившийся Томашем Томсоном, и сказал, что у него есть информация, подтверждающая слова Теодоры. Расмусу пришлось перевести на счет, указанный настырным интервьюером, крупную сумму, зато в полиции получили показания свидетеля.

Надеясь, что детективам удалось нарыть еще что-нибудь, Расмус открыл файл, присланный агентством этим утром, и начал просматривать отчеты.

В принципе ничего интересного: уроженец Зервана, окончил с отличием школу, получил стипендию в Куинси, по окончании устроился в фирму «Гластонберри и Питч», где и работает по сей день в должности ведущего партнера. Женат, детей нет.

Далее шли копии официальных документов. Расмус О’Доннал небрежно пролистал их почти все, когда взгляд зацепился за знакомое имя, перелистнул назад. Глава клана еще раз всмотрелся в текст и оцепенел. На экране высвечивалась копия свидетельства о браке, заключенном между Кьерстеном Сонгом и… Донной О’Доннал, его племянницей. Брак был заключен шесть лет назад.

Когда первый шок прошел, Расмус грязно выругался и закружил по кабинету. Донна оказалась еще хуже своей матери, та хотя бы предпочла белокожего. Теперь становились понятными и фотографии в новостной колонке, и слухи, ходившие в университете Куинси.

Он хотел вызвать племянницу и потребовать объяснений, но сумел вовремя остановиться. Даже развод останется несмываемым пятном на чести клана. К тому же девчонка упряма и вряд ли согласится на него просто так.

Хорошо хоть Донне хватило ума сохранить все в тайне. Впрочем, она всегда была слишком скрытна. Расмус подумал еще немного, потом, понимая, что у него нет другого выхода, набрал номер на смартфоне.

– Зайди ко мне, – бросил он и отключил связь.

Ровно через полчаса личный звездолет главы клана О’Донналов вылетел с планеты, беря курс на Куинси. Джон О’Доннал, находившийся на его борту, дождался момента, когда корабль покинет орбиту планеты, и набрал на смартфоне номер знакомого, служившего охранником следственного изолятора планеты Куинси. Разговор был очень коротким, после чего Джон довольно откинулся в кресле, полный предвкушения, как он отыграется за сломанный нос.

Глава 29

Донна сидела у себя в квартире. Она не появлялась в офисе О’Донналов с того самого момента, как вернулась с Зервана. Сразу после встречи с Сереной и Кьером Дугал позвонил главе клана и отчитался по итогам, умолчав о срыве Донны.

– Объективно, Расмус, у нас нет шансов, – вздохнул юрист.

В трубке повисло тяжелое молчание. Донна уже готова была взять смартфон из рук растерявшегося Дугала, когда Расмус произнес: «Я займусь этим лично» – и отключил связь.

– Что теперь? – Дугал вопросительно посмотрел на Донну.

– Летим обратно, – безразлично ответила она.

Вернувшись, она поехала в свою квартиру, где вот уже два дня тупо валяла дурака, в основном сидя на диване и поедая мороженое под глупые сериалы. Новый смартфон, купленный по дороге домой, лежал в открытой коробке на столике. Донна даже не включила гаджет. В конце концов, кому надо, найдет ее и так. Но, судя по всему, она была никому не нужна.

Заливистая трель домофона возвестила о приходе гостя. Донна не среагировала, продолжая старательно выскребать остатки мороженого со дна ведерка. Трель повторилась еще раз и еще раз. Потом все смолкло, а через несколько минут в дверь постучали.

– Черт тебя подери, Донна!!! Я-то знаю, что ты здесь! – раздался из-за двери голос Дугала. Вздохнув, словно она ожидала кого-то другого, Донна облизала ложку, со стуком поставила пустое ведерко и пошла открывать дверь.

– Чего тебе? – Она не посторонилась, но Дугал, отодвинув ее, прошел в квартиру, словно к себе домой. Донна нахмурилась.

– Дугал…

– Закрой дверь, – почти приказал он.

– Что?

Вместо этого он подошел, со стуком захлопнул дверь и лишь тогда повернулся к негодующей хозяйке.

– Донна, что происходит?

– В смысле? – Она прислонилась спиной к стене и скрестила руки на груди.

– Вокруг юридического отдела что-то происходит, но никто из нас не в курсе. Ты хоть включала смартфон?

– Нет. – Поняв, что от Дугала просто так не избавиться, она прошла в комнату, предоставив ему идти следом.

– Ого! – Помощник бросил уважительный взгляд на огромное количество ведерок. – Новая диета?

– Ага.

– И как?

– Как видишь. – Она подошла к вакууматору и достала еще две упаковки. – Будешь.

– Нет, спасибо, мне еще дорог мой пресс, – покачал головой Дугал, – лучше включи смартфон.

– Зачем? – Донна села на диван, зачерпнула ложку беловато-зеленой массы и облизала. – О, фисташковое!

– Ненавижу фисташки, я о них сломал зуб, – пробурчал Дугал, подходя к столику и включая смартфон Донны. Она не протестовала. Даже позволила поднести гаджет к лицу, чтобы тот разблокировался после перезагрузки.

Треньканье наполнило комнату.

– У тебя три пропущенных вызова от Расмуса, два – от Теа, пять от Серены Гластонберри и целых сорок от некой Меган.

– От Меган? – Донна отставила ведерко и протянула руку за смартфоном. – Странно…

Она набрала номер соседки по комнате.

– Меган, ты звонила…

– Донна, – голос соседки по кампусу был полон тревоги, – где ты была?

– На Эрине. А что случилось?

– Кьерстен Сонг в тюрьме!

– Что? – Донна беспомощно посмотрела на Дугала, впитывающего каждое слово, благо Меган говорила очень громко. – С чего ты взяла?

– Потому что видела, как его арестовывали. Говорят, на него подано заявление за домогательства…

– Что за чушь! Кто мог это сделать?

– Твоя кузина. Теодора О’Доннал.

– Теодора? – Донна произнесла это со всей ненавистью, на которую была способна.

– Ага, – подтвердила Меган. – Сказала, что мистер Сонг угрожал, что не примет экзамен, если она ему не даст.

– Это просто слова. У нее нет доказательств.

– Вроде как полиция нашла видео из спортивного центра… На нем мистер Сонг занимается сексом с Теодорой.

Смартфон выпал и с грохотом покатился по полу.

– Донна, Донна! – вещала Меган, но та сидела на диване в полной прострации. Дугал наклонился и подобрал гаджет.

– Она перезвонит, – коротко проинформировал он и нажал отбой. Положил смартфон на стол и с беспокойством взглянул на Донну.

– Эй, ты как?

Она сидела и смотрела в стену. Дугалу пришлось тряхнуть ее за плечо, чтобы вывести из состояния прострации.

– Что? – Донна судорожно вздохнула и с безмолвным отчаянием посмотрела на коллегу. – Это неправда! Это не может быть правдой!

– Если Кьер был увлечен тобой, то вполне мог поддаться на уловки Теа…

– Только не он! – горячо возразила Донна. – Кьер никогда бы не перепутал!

– Тогда его подставили.

– Это больше похоже на правду.

– Или тебе хочется в это верить, верно? – Дугал внимательно посмотрел на нее. – Хотел бы я знать, что тебя с ним связывает…

Но Донна проигнорировала это высказывание. Она встала и забрала свой смартфон, уже открыла список контактов, но в последнюю минуту передумала.

– Дугал, дай свой гаджет, – попросила она.

– Зачем?

– Боюсь, моя линия поставлена на прослушку. – Донна вдруг вспомнила те отчеты, которые нашла на дополнительном сервере. – Телефон у меня, конечно, новый, но…

– Но это ненадолго, учитывая, как ты их вечно роняешь. – Помощник безропотно протянул ей свой гаджет. – Кому ты собираешься звонить?

– Конечно, Серене! – Она вскинула на него глаза. – Кому, как не ей, знать, что происходит!

Серена ответила лишь со второго раза. Она не стала включать галасвязь, ограничившись лишь звуком.

– Дугал, если это по поводу сделки, то мой ответ – нет!

– Серена, это Донна, – торопливо перебила ее девушка. – Я хочу знать, что происходит.

– Донна, – голос Серены был полон ледяного презрения, – вот уж не думала, что у тебя хватит наглости позвонить мне…

– Серена, оставь эти нападки на потом, – перебила ее Донна. – Что с Кьером?

– Ты не в курсе?

– Мне сказали, что он арестован.

– Да, твоя кузина постаралась на славу. Подумать только, сексуальные домогательства! Да она сама кинулась за ним в ту душевую…

– Какую душевую?

– Студенческого спортивного центра.

– Откуда… – ахнула Донна, перед ее глазами встала та сцена: мощные струи воды стекают по серой коже…

– Полиция изъяла видеозапись. Удивительно, как ее не стерли… – Серена даже не пыталась скрыть сарказм.

– Их стирают лишь через месяц, – отмахнулась Донна, кусая губы. – У полиции есть еще что-то?

– Донна, чего ты пытаешься добиться? – не выдержала Серена. – Узнать, что я буду делать? Так вот, сначала я вытащу Кьера из тюрьмы, а потом не оставлю от О’Донналов и мокрого места! Так и передай своему дяде.

Она отключила связь. Донна молча протянула Дугалу смартфон и прошлась по комнате. Помощник молчал, зная, что именно так глава юридического отдела принимает самые серьезные решения. Наконец она остановилась и, не обращая внимания на приятеля, достала лэптоп.

– Что ты хочешь сделать? – не выдержал Дугал.

– Мне надо лететь на Куинси… – Она проверила рейсы. – Черт, ни одного прямого!

Она с отчаянием посмотрела на Дугала.

– Посмотри с пересадками, – подсказал он.

– Это будет очень долго, я могу не успеть… – Донна побарабанила пальцами по столешнице, потом потянулась к своему смартфону и набрала номер. – Алло, Серж? Добрый день! Скажи, а звездолет Расмуса… улетел? Куда? Вот как? И кто был на борту? Даже так… Нет, спасибо! Извини, что побеспокоила… Нет, нет, все в порядке, передавай привет жене.

Она нажала клавишу отбоя и с испугом посмотрела на Дугала.

– Джон О’Доннал вылетел на Куинси…

– Зачем ему это?

– Не знаю. – Донна опять вскочила и начала мерить шагами комнату. – Но мне это не нравится. Надо нанимать звездолет.

– Но это же прорва денег, – охнул Дугал.

– Да, к тому же я не уверена, что меня выпустят… – Донна вдруг хлопнула себя по лбу. – Конечно! И почему я не подумала об этом раньше! Меня никто не выпустит, зато все выпустят Теа!

Не обращая внимания на ошарашенный взгляд Дугала, она бросилась к своей сумке, перевернула ее. Содержимое с грохотом рассыпалось по столу. Донна выудила длинное портмоне из кожи чешуйчатого тушкана и вытащила оттуда пластиковые карточки. Затем, засомневавшись, взглянула на приятеля, все еще недоуменно наблюдающего за ней.

– Тебе лучше не знать всего этого, – с искренним сожалением сказала она. Дугал посмотрел на нее, понимая, что должен сделать выбор.

Донна – единственная, кто знает всю правду, и не отвернулась. Она даже не выдала приятеля Расмусу, который, в этом Дугал не сомневался, облил бы его презрением. К тому же на других планетах можно не скрывать свои увлечения. Это стало решающим.

– Я лечу с тобой, – безапелляционно сказал Дугал. Донна изумленно посмотрела на него.

– Ты хорошо подумал? Возможно, ты не сможешь вернуться на Эрин.

– И что? Полагаешь, я не найду себе работу где-нибудь на других планетах? – отозвался он с энтузиазмом, которого не чувствовал, и браво продолжил: – Давай заказывай свой звездолет, Теодора О’Доннал! А по дороге расскажешь мне, как получилось, что у тебя удостоверение нашей принцессы и ее банковская карта.

– Обязательно, – пообещала она, – но давай сначала улетим с этой планеты!

Они отправились в космопорт и прошли в туристический отдел, где им пришлось отсидеть небольшую очередь. Донна нервничала, то и дело посматривала на часы, словно отсчитывая время.

– Я и не думала, что здесь столько желающих нанять себе звездолет! Неужели все вокруг настолько богаты! – заметила она, пристально посматривая на небольшую компанию, сидящую за столиком и обсуждающую с менеджером условия аренды звездолета для какой-то вечеринки на орбите. Благо никто из присутствующих не был знаком Донне, и они с Дугалом смогли избежать ненужных расспросов.

– Орбитальные вечеринки нынче в моде, – отозвался Дугал, успокаивающе кладя свою ладонь поверх ладони девушки. Она даже не заметила, прислушиваясь к разговору.

– Господи, сколько еще можно обсуждать, чем украсить каюту: звездочками или гирляндами! Пусть надуют шарики! И привяжут их по всему кораблю! – нетерпеливо прошипела она.

– Прекрати дергаться, – пробурчал Дугал, – ты привлекаешь ненужное внимание.

– А Теа всегда его привлекает! – отмахнулась Донна.

В платье, цвет которого менялся в зависимости от освещения, с достаточно ярким макияжем, на котором настоял Дугал, Донна действительно выглядела копией своей кузины.

– Уверяю тебя, в отличие от нас, она не стала бы ждать, а учинила бы здесь скандал.

Дугал покачал головой.

– Что-то мне подсказывает, что нам не стоит этого делать.

– Возможно. – Она бросила еще один взгляд на столик. Девушка-менеджер уже достала планшет со стандартным бланком договора и теперь вносила оговоренные условия. – Надеюсь, у них больше не возникнет нелепых идей?

– Донна, ты невыносима! – Дугал с укором посмотрел на нее. – Что тебя так беспокоит?

– Лишь то, что Джон вылетел на Куинси уже больше часа тому назад, – вздохнула она, – а мы еще задержались, покупая мне это дурацкое платье! О, наконец-то!

Девушка-менеджер закончила составлять договор, распечатала его на принтере и отнесла на подпись. Едва дождавшись, пока компания уйдет, Донна вскочила и направилась к столику, даже не дожидаясь приглашения.

– Одну минутку, пожалуйста, – попросила менеджер, регистрируя договор и подшивая его в папку, потом она повернулась к Донне с профессиональной улыбкой. – Чем могу помочь?

Бронь заняла больше времени, чем она рассчитывала. Хорошо, что денег на карте Теодоры хватило на оплату аренды небольшого прогулочного судна. Опасаясь слежки, Донна назвала первую планету, которая пришла на ум. Менеджер удивленно посмотрела на нее.

– Терракота? Что вы там забыли?

– Ну… – Донна вздохнула, злясь на это неуместное любопытство.

– Там никто не потащит нас на экскурсии из постели, – пробасил Дугал, приобнимая Донну за талию и заговорщицки улыбаясь менеджеру, которая тоже улыбнулась ему в ответ.

– Конечно. – Она протянула руку за планшетом. – Можно попросить ваши удостоверения, я внесу их в договор. – Заполнив бланк, она распечатала бумаги и протянула их Дугалу. – Проверяйте.

Тот подчеркнуто нарочито передал их Донне. Та, даже не прочитав договор, нетерпеливо поставила подпись и протянула бумаги менеджеру.

– Готово! – При мысли о том, что Расмусу доложат, что Теодора улетела с Дугалом, настроение слегка поднялось. – Мы можем вылететь прямо сейчас?

– Я проверю. – Менеджер подошла к лэптопу. – Сейчас у нас есть два звездолета типа «шаттл», они небольшие, и долететь до Терракоты отсюда без дозаправок вам не удастся.

– Ничего страшного, – как можно более беззаботно отмахнулась Донна.

– Топливо тоже за ваш счет, – предупредила менеджер.

Дождавшись согласия, она заполнила бланк, распечатала его, подписала и на этот раз протянула Донне.

– Если вы готовы, то выход тридцать пять в восточном крыле. Вы можете вылететь через полчаса, там как раз было «окно».

– Спасибо, – искренне поблагодарила ее Донна.

– Удачного путешествия! – Менеджер погрузилась в свои дела, а Донна с Дугалом направились к звездолету.

Пилот, женщина лет сорока с желтыми глазами и едва видными красными линиями татуировок вокруг них, и штурман, по всей видимости, ее муж, уже были на месте и готовили корабль к вылету. Они действовали достаточно слаженно и монотонно, что свидетельствовало о большом опыте, в том числе и в совместной жизни.

Глядя на них, Донна вдруг задумалась, а как бы сложилась ее жизнь, если бы она приняла тогда предложение Серены и начала работать бок о бок с Кьером. Смогла бы она так же спокойно работать рядом, или амбиции взяли бы верх над чувствами?

Наверное, Донна слишком пристально смотрела на эту супружескую пару, потому что пилот вдруг подняла голову и вопросительно взглянула на пассажирку. Донна виновато улыбнулась и, чтобы не мешать подготовке, предпочла отойти к Дугалу, стоявшему в центре рубки и говорившему по смартфону.

– Ты была права, – прошептал он, положив ладонь ей на талию. Со стороны наверняка казалось, что он нашептывает комплименты. – За твоей линией следят.

– Откуда ты знаешь?

– Я связался с Сэнди, это наш компьютерный гений, если помнишь…

Донна кивнула, вспомнив всегда взлохмаченного мальчишку в драных джинсах и растянутом свитере.

– С чего это вдруг он откровенничает с тобой?

– Он ненавидит Джона О’Доннала за его высокомерие, и к тому же Сэнди проиграл мне в покер на той неделе… – Дугал усмехнулся. – Да, я иногда играю в покер…

– Я запомню, – пообещала Донна. – Что он сказал?

– Твоя линия на прослушке, но они не знают, что ты разбила очередной смартфон. Разумеется, я не стал ничего говорить им, и регистрация идет еще по старому.

– Хорошо.

– Я также попросил известить меня, если вдруг тебя начнут искать.

– А за твоей линией не следят?

– Это – мой личный номер. Зарегистрированный на Нью-Ленде, чтобы избежать любопытных О’Донналов.

– Сэнди не удивился?

– По-моему, только ты не знаешь, что я влюблен в тебя. – Дугал виновато улыбнулся. – Извини, все эти годы мне так было проще…

– Без проблем, – уверила девушка и, внезапно вспомнив настороженные взгляды одного из партнеров Дугала, озорно добавила: – Если только твои… друзья не будут закатывать мне сцены ревности!

– Постараюсь этого не допустить.

– Эй, – окликнула их пилот, – если желаете, у нас есть специальная каюта!

– Каюта? – недоверчиво переспросили оба.

Пилот улыбнулась и провела пассажиров за боковую загородку, где действительно находилась небольшая каюта, вернее, двуспальная кровать, отсеченная от всего мира.

Донна прикусила губу, стараясь не рассмеяться при виде подушек в виде розовых сердец и алого пушистого покрывала, а Дугал ошеломленно присвистнул:

– Ну, надо же…

– В каюте можно отключить гравитацию, – штурман показался за их спинами, – или создать зону турбулентности.

Он так лихо продемонстрировал кнопки на сенсорной панели, что у Донны закралось подозрение, что он неоднократно и сам использовал кровать по назначению. Пилот чувственно усмехнулась, подтверждая догадки.

– Спасибо. Но не думаю, что нам это понадобится, – улыбнулась Донна, решительно закрывая дверь в каюту и занимая сиденье позади пилота.

– Как пожелаете, – вежливо отозвался штурман, хотя в его голосе можно было уловить обиду.

Пилот тем временем ввела маршрут, проверила двигатели и замерла, глядя на экран, где отсчитывалось время до вылета. Донна до боли в глазах вглядывалась в мелькающие цифры, буквально молясь, чтобы все прошло гладко.

Время тянулось невыносимо медленно. Дугал то и дело посматривал на экран смартфона, куда могли прийти сообщения от Сэнди.

Наконец панель вспыхнула зеленым, пилот сурово скомандовала:

– Активируйте щиты! Три… два… один…

Корабль задрожал, плавно вырулил на взлетно-посадочное поле и взмыл вверх. Выходя на орбиту, пилот включила связь с центром управления, доложила маршрут и переключила управление на автопилот.

– Все, можно встать.

– Если желаете, у нас есть мини-бар… – предложил штурман.

Дугал вопросительно посмотрел на Донну, но она покачала головой.

– Боюсь, мне сейчас не до бара… – Она вздохнула, набираясь смелости. – Скажите, а мы можем дозаправиться на Куинси?

– Это не входит в наш маршрут, – заметил штурман, слегка напряженно глядя на девушку, точно подозревая ее в незаконных операциях.

– Я понимаю, но… – Донна прикусила губу, судорожно придумывая причину, и наконец решила сказать правду: – Мне просто необходимо встретиться с одним другом. Он… он с Зервана и преподает в университете. По понятным причинам мне бы не хотелось афишировать нашу встречу.

Пилот обменялась с мужем многозначительным взглядом.

– Вообще-то это запрещено, но если вы готовы заплатить штраф за нарушение маршрута…

– Конечно! – уверила его Донна. – По поводу этого можете даже не волноваться. Как и по поводу своей премии.

Она ослепительно улыбнулась. Штурман хмыкнул:

– Ладно, не думаю, что в этом есть что-то противозаконное…

Он потянулся к панели управления, чтобы ввести изменение курса.

– Барт, – прошипела его жена, хватая за руку. Он снисходительно посмотрел на нее.

– Берта, даже если эти ребята решили побаловаться втроем, это – не наше дело. К тому же нам заплатят…

– Назовите номер счета, и я перечислю деньги, – подтвердила Донна.

Женщина взглянула на нее, а потом сказала:

– Ладно. – Она протянула листок, явно заготовленный заранее именно на такой случай.

Донна кивнула и открыла лэптоп, ввела номер счета и сумму, подтвердила оплату. Смартфон пилота сразу же подал сигнал. Берта взглянула на экран и уважительно присвистнула.

– Знаете, я думаю, мы можем пойти на небольшую хитрость и заявить о неисправности одного из двигателей. В этом случае мы вправе официально изменить курс в ближайший космопорт без штрафов.

– Это было бы замечательно, – кивнула Донна. Не зная, чем еще себя занять, она вновь села в свое кресло, повернулась к окну и задумалась, смотря на звезды, таинственно сиявшие за огромным стеклом. Почему-то вспомнилось недавнее представление и Кьер, бережно державший ее под руку. Теперь он в тюрьме и, когда выберется оттуда, наверняка не захочет слышать даже имени жены.

– Донна, – окликнул ее Дугал. Она обернулась, подозрительно часто хлопая ресницами.

– Что? – Голос звучал хрипловато. Приятель протянул ей смартфон, на котором светилось сообщение: «Пропажа обнаружена. Ведутся поиски».

– Даже так, – протянула она, внимательно посмотрела на Дугала, затем обратилась к пилоту: – Скажите, а у вас на звездолете есть утилизатор?

– Разумеется. – Берта вопросительно посмотрела на пассажирку.

– Хорошо. – Донна с сожалением достала свой новый смартфон, включила и набрала номер. – Теа?

– Донна!!! – Истерические вопли услышали все. – Где ты пропадаешь?!!

– Что случилось? – Донна слегка поморщилась.

– Донна, они хотят, чтобы я пересдавала экзамены с комиссией! – В голосе Теодоры слышалась паника. – Ты должна приехать!

– Неужели? – лениво поинтересовалась Донна. – И когда пересдача?

– В любой момент!

– Вот как? Хорошо, я приеду… но мне нужна твоя помощь, ты ведь не хочешь, чтобы нас разоблачили?

– Разумеется, нет. – Голос Теа явно повеселел. Донна хмыкнула, кузина заглотила наживку.

– Тогда тебе надо улететь на Новый Плутон, я буду там через пять часов. Мы поменяемся, и я полечу вместо тебя на Куинси. Жди меня в моем отеле и никому ни слова!

Она отключилась, весело посмотрела на Дугала и, подойдя к утилизатору, бросила туда свой смартфон, потом нажала кнопку сброса в космос.

– Вот и все. Пусть думают, что я на Новом Плутоне.

Глава 30

Кьер ворочался с боку на бок на узкой скрипящей койке. Ночь была самым тяжелым из испытаний. Кьерстену мешало все: неяркий свет, проникавший из коридора, шаги охранников, треск электробарьеров, установленных как защита от побега в каждом отсеке. Хорошо хоть соседние камеры были пусты – наверняка Серена позаботилась, – и никто не храпел.

Зато были комары. Или комар. Во всяком случае, эта звенящая тварь выныривала откуда-то из темноты и пропадала там же, стоило лишь пошевелиться.

Кьер знал, что ему необходимо хоть немного поспать, но так и не мог заставить себя успокоиться настолько, чтобы забыться. Мысли, проносившиеся в голове, были одна хуже другой, и впервые в жизни Кьерстен Сонг не знал, что ему делать.

Он вновь заворочался, потом встал и прошелся по камере, разминая затекшее тело. Ему повезло, что посадили в одиночную, во всяком случае, можно было ходить ночью, не опасаясь потревожить соседей.

Где-то загрохотала решетка, шум стих. Наверное, охранники шли на очередной обход. И точно: послышались шаги и негромкие голоса.

На всякий случай Кьер лег на койку, натянул куцее одеяло, притворяясь спящим. Звук шагов звучал все громче, а потом внезапно стих.

– Вроде бы спит, – донесся до Кьера приглушенный шепот.

– Хорошо. – В голосе второго было что-то, заставившее заключенного напрячься.

Дверь скользнула в сторону, и охранник вошел. Кьер, проклиная себя за неосмотрительность, поскольку лег лицом к стене, замер, стараясь дышать глубоко и ровно.

Из коридора лился неяркий свет, и Кьер мог видеть лишь тень на стене. Вошедший почти бесшумно закрыл дверь, затем развернулся и вытащил что-то из-за пазухи. Шестое чувство заставило Кьера оттолкнуться ногами от стены. Он упал на пол, перекатываясь под ноги охраннику. Не ожидая от спящего такой прыти, тот машинально дернулся, отступая. Кьер услышал над головой глухой хлопок и сразу же характерный стук пули о стену.

Он вспомнил, что охранники в тюрьме не носили оружие, лишь электрошокеры. Стало по-настоящему страшно.

Понимая, что ему не выстоять против вооруженного человека, Кьер схватил одеяло, все еще свисавшее с койки, и кинул его в вошедшего, накрывая с головой. Глухая ругань возвестила о том, что тот запутался в ткани. Вторая пуля ушла в потолок.

Звать на помощь не имело смысла. Наверняка тот, кто проник в камеру, был в сговоре с дежурными. Значит, надо было рассчитывать лишь на себя.

Кьер быстро вскочил и кинулся на злоумышленника, все еще сражающегося с одеялом. Перехватил руку с пистолетом, пытаясь выбить оружие. Его противник моментально нанес ему несколько ударов, выдававших профессионала.

Кьер невольно застонал сквозь зубы, но руку не выпустил, понимая, что второго шанса ему просто не представится. Адреналин и жажда жизни придали сил. Он попытался оттеснить соперника к стене. Тот, разгадав маневр, начал кружить по комнате.

Несколько минут они молча боролись друг с другом, пока наконец на их пути не встретилась койка. Убийца, не удержав равновесия, рухнул на нее, увлекая Кьера следом. Тот, не раздумывая, навалился сверху.

Придавливая соперника телом, Кьерстен схватил его за руку и несколько раз с силой ударил запястьем о ребристый край убогого ложа. Рука разжалась, и пистолет со стуком упал на пол. Кьер отвлекся, и его противник сразу же воспользовался этим, отшвырнув его на пол и вскочив на ноги.

Его лицо оказалось напротив окошка двери, и Кьер узнал его: Джон О’Доннал. Тот самый человек, который приходил к нему пять лет назад, требуя отказаться от Донны.

Внезапно все встало на свои места. Краем глаза Кьер заметил, что пистолет лежит совсем рядом, он схватил его и, прежде чем Джон успел среагировать, выстрелил. Три пули одна за другой вошли в тело. Джон удивленно посмотрел на него, пробормотал что-то и обмяк.

Отшвырнув пистолет, Кьер тяжело поднялся и обнаружил, что его соперник еще дышит. Приблизившись, он увидел мохнатые хвостики стрел и понял, что пистолет был заряжен сонными пулями. Такими пользуются биологи, чтобы усыпить хищника.

Мысль о том, что на него охотились, как на бешеного зверя, не придала оптимизма. Руки все еще дрожали. Несмотря на это, Кьер тщательно обыскал Джона, достал ключ-карту, смартфон, несколько упаковок с ампулами и шприцы.

Даже не задумываясь об их назначении, Кьер связал Джона его собственным ремнем, предварительно переодев в свою одежду, засунул в рот носовой платок и водрузил на койку, укрыв одеялом. Затем переоделся в форму охранника, включил смартфон О’Доннала на видеозапись, рассовал по карманам свои находки и вышел, тщательно закрыв за собой дверь. Кьер пошел по коридору, заметив, что освещение стало еще более тусклым.

Сообщник Джона ждал за третьим поворотом. К тому времени свет совсем погас, и коридоры освещались лишь светом луны и далеких звезд.

– Все в порядке? – хрипло спросил тюремщик. – Вколол все?

– Да. И уложил его, словно он спит, – прошептал Кьер, сознательно искажая голос.

Охранник кивнул:

– Верно. Пусть утренняя смена разбирается с трупом.

От этой фразы, сказанной совершенно спокойным тоном, Кьер похолодел. Значит, его действительно пытались убить. Он невольно нащупал пистолет, который положил в карман брюк, но охранник уже направился к выходу. Разум одержал верх, и Кьерстен не стал стрелять в спину.

Коридоры были погружены во тьму. Наверное, это было сделано специально, чтобы камеры не засекли постороннего, но Кьер был этому даже рад: уж слишком он не походил на белокожего Джона. Тюремщик провел до выхода и исчез в темноте.

Уже за воротами следственного изолятора Кьерстен выключил смартфон и задумался. По-хорошему, следовало бы вернуться и отдать все доказательства старшему смены, но Кьерстен Сонг не был уверен, что тот не в курсе всего, что происходило этой ночью, слишком уж вольготно вел себя охранник.

Хорошо подумав, Кьер прошел через несколько улиц, после чего снял куртку охранника, но выбрасывать ее не стал. Лишь сложил так, чтобы не было видно отличительных знаков. Поймав такси, он приказал отвезти его в отель «Боливар», где, как он знал, жила Серена.

Уже остановившись у главного входа, Кьер вдруг вспомнил, что у него нет денег. Ругнувшись, попросил таксиста подождать, а сам направился к стойке администрации выяснить про Серену.

Даже если портье и удивился странному виду гостя, то не подал виду. Прекрасно помня Кьерстена, он сразу же сказал, в каком номере остановилась Серена Гластонберри. Гораздо больше времени заняло, чтобы убедить сотрудников отеля позвонить в номер и побеспокоить гостью в столь позднее время. Портье все пытался отнекиваться, но Кьеру все-таки удалось добиться нужного результата.

– Да? – Мужской голос, раздавшийся в трубке, заставил Кьерстена изумленно выдохнуть:

– Мэл? Какого черта ты там делаешь?

– Кьер? – В голосе детектива было изумление.

– Да, это я. Я внизу, скажи, чтобы меня пустили, и, бога ради, спустись и расплатись с таксистом, который меня привез! Парень уже косо на меня смотрит!

Ровно через две минуты Кьер сидел в номере Серены. Сама она, закутавшись в халат из белого шелка, расположилась на соседнем кресле и подчеркнуто спокойно выжидала, пока он начнет рассказ.

Кьер делал вид, что ждет, когда поднимется Мэл, который ушел расплачиваться с таксистом. Тот появился через пять минут и сел рядом с Сереной.

– Выкладывай, – скомандовал он.

– Меня хотели убить. – Он вдруг почувствовал, как дрожь, запоздалая реакция на события этой ночи, охватывает его.

Мэл удивленно воскликнул нечто неразборчивое, Серена побледнела и широко распахнула глаза.

– Ты уверен? – отрывисто спросила она. В ответ Кьер выложил на журнальный столик свои трофеи. При виде пистолета Серена выругалась, а детектив присвистнул:

– Они там с ума сошли? Где они вообще взяли такой раритет?

– Там сонные пули, – невпопад ответил Кьерстен. Как он ни старался, его руки дрожали, и Мэл это заметил.

– Может быть, виски? – предложил он.

– Ты с ума сошел! – воскликнула Серена с укором, а Кьер помотал головой.

– Нет. Меня могут проверить на алкоголь и наркотики.

– Тебя будут проверять на все, на что только можно. – Голос Серены не сулил ничего хорошего. – Что это за ампулы?

Она протянула руку и повернула коробку, чтобы прочесть название.

– Магнезия? Что за ерунда? Это же витамины.

Мэл хмыкнул:

– Это не ерунда. Магнезия – очень старый препарат. Им сейчас не пользуются, поскольку в больших дозах он может вызвать паралич дыхательного центра и, как следствие, смерть… а здесь ампул, чтобы свалить слона, не меньше.

– Как мило. То есть тебя хотели усыпить и вколоть слоновью долю магнезии… – Серена пристально смотрела на Кьера. – При таком раскладе ты вряд ли бы дожил до утра…

– Он так и сказал.

– Он?

– Один из охранников замешан. Возможно, и не один. Я не стал рисковать и поднимать тревогу в изоляторе, а приехал к тебе.

– Ясно. – Серена кивнула. – Мэл, будь добр, закажи пару бифштексов с кровью и горячего крепкого каппи, а Кьерстен пока расскажет нам все по порядку.

Каппи принесли как раз тогда, когда рассказ был закончен. Он был коротким, поскольку верный себе Кьер изложил лишь сухие факты. Однако сам он почувствовал, как его слегка отпустило.

Кьер даже смог взять с подноса чашку, почти не расплескав напиток. После почти двух суток, проведенных в изоляторе, свежезавареный каппи показался необычайно вкусным. Он даже слегка прикрыл глаза, смакуя каждый глоток. Это не укрылось от Серены. Она резко встала.

– Все. С меня хватит!

– Сири, что ты собираешься делать? – насторожился Мэл, заметив ее взгляд, метавший молнии.

– Позвонить окружному прокурору.

– Может быть, это можно сделать утром? – усомнился детектив.

– Нет. Формально Кьерстен бежал из изолятора. Чем раньше он добровольно предстанет перед властями, тем лучше. И почему только мы не должны спать? – Она достала свой смартфон, набрала номер и чарующе улыбнулась. – Фрэнк, простите, что так поздно… или уже рано…

Кьер, усмехаясь, смотрел, как Серена разговаривает. После каппи к нему вернулось его обычное самообладание, и он дорого бы дал, чтобы увидеть лицо окружного прокурора, в три часа утра вытащенного из постели.

Серена тем временем очень коротко изложила факты, которые узнала от Кьера. Судя по всему, прокурор замолчал, слишком потрясенный услышанным. Серена выдержала паузу и продолжила:

– Как вы понимаете, Фрэнк, ситуация слишком серьезная. Да, я осознаю, что формально побег это – преступление, но в связи со сложившимися обстоятельствами… Конечно, он предстанет перед вами… в качестве жеста доброй воли, при условии, что ему не будет предъявлено обвинение в побеге… Естественно, я буду настаивать на изменении меры пресечения, поскольку полиция Куинси не смогла обеспечить безопасность… Разумеется, вы вправе все проверить…. Потом позвоните мне, и мы договоримся об остальном… Когда готовы приехать?.. В любую минуту… Конечно, жду.

Она отложила смартфон и повернулась к мужчинам, ободряюще улыбнулась.

– Прокурор в шоке. Он готов на любую сделку, лишь бы этот инцидент не пронюхали репортеры.

– Хорошо, – кивнул Мэл, открывая дверь и забирая у заспанного официанта поднос с едой. – Когда мы к нему едем?

– Мы? Мэл, милый, это Фрэнк обещал приехать к нам, как только проверит тюремную камеру. Думаю, смогу его убедить, что в этом отеле Кьерстену будет безопаснее, чем в изоляторе.

– Разве это возможно? – усомнился детектив, ставя поднос на стол.

– Насколько я знаю Серену, прокурор с радостью согласится. К тому же я дам подписку о невыезде. – Кьер подвинул к себе поднос и начал есть, смакуя каждый кусочек. Серена кивнула.

– Да, хотя, возможно, Фрэнклин будет настаивать на охране около номера. Ты все еще не хочешь рассказать ему всю правду, Кьер?

– Нет, – отрезал он. Серена лишь вздохнула и пробурчала что-то нелицеприятное о баранах.

– Вообще-то мне принесли говядину, – мрачно пошутил Кьерстен.

Прокурор приехал через час. К этому времени Серена уже успела одеться в один из своих самых элегантных костюмов: белый пиджак с графитовыми вставками и гофрированными манжетами и прямые брюки. Блузки под пиджаком не было, и Мэл недовольно нахмурился, но промолчал.

Стук в дверь заставил их переглянуться. Дремавший в кресле Кьер открыл глаза и выпрямился, стук повторился. Детектив пошел открывать. Невысокий лысоватый мужчина возник на пороге. В его взгляде читалось беспокойство.

– Серена, – прокурор кивнул и вопросительно посмотрел на мужчин, – полагаю, один из вас – Кьерстен Сонг, а вот второй…

– Мэл Андерсон. Мой помощник. Он в курсе дела, – пояснила Серена. Фрэнк слегка насмешливо посмотрел на кровать в номере, из-под которой торчал воротник мужской рубашки, потом перевел взгляд на хозяйку номера. Она улыбнулась и едва заметно повела плечом. Прокурор кивнул.

– Как пожелаете.

– Благодарю. – Серена вновь села на свое место. – Как я понимаю, вы готовы на сделку?

– С чего вы взяли?

– Бросьте, Фрэнк, если бы вы считали, что мы солгали вам, то наш номер был бы уже окружен полицейскими, и от нас требовали бы выйти с поднятыми руками.

– Серена, это – респектабельный отель! Нам не стоит беспокоить постояльцев!

– Так нам выходить? – Она слегка вздернула бровь.

– Нет. – Прокурор, не дожидаясь приглашения, сел на свободное место. – Мы нашли связанного мужчину в камере, где должен был находиться Кьерстен Сонг. Разумеется, сейчас ведется проверка, кто это и как он туда попал.

– Полагаю, его впустил кто-то из охранников, – заметил Кьер.

– Вы так уверены? – напрягся прокурор. Кьерстен усмехнулся: как и все, он знал, что Фрэнклин Кордини не любит голословных заявлений и верит лишь фактам.

– Да, у меня есть доказательства. – Кьер небрежно кивнул на столик, где лежали все улики. При виде пистолета лицо прокурора вытянулось.

– Откуда это?

– Конфисковал у нападавшего, – пояснил Кьер. – Боюсь, отпечатки пальцев на пистолете лишь мои, зато оставшиеся пули полностью соответствуют тем, которые засели в теле спящего в моей камере.

– А ампулы?

– Магнезия. – Серена посмотрела на Мэла, и тот подхватил:

– В малых дозах безобиден, в большом количестве препарат парализует дыхательную систему. Вряд ли вы стали бы проверять тело на присутствие в крови магнезии.

– Это – ваши домыслы! – возразил прокурор.

Кьер едва заметно взглянул на Серену, она медленно прикрыла глаза, тем самым давая понять, что согласна, чтобы ее партнер сам вел переговоры.

Кьер ухмыльнулся.

– Продолжайте, – нарочито дерзко произнес он. – Мне будет очень интересно услышать вашу версию событий.

Прокурор прищурил глаза.

– Охотно. Почему бы мне не поверить в то, что вы сами подстроили все это, чтобы избежать обвинений, выдвинутых против вас?

– Потому что вы славитесь именно тем, что верите лишь фактам, а факты как раз говорят об обратном. Например, видеозапись разговора на этом смартфоне, где охранник признается, что впустил убийцу и был в курсе его замыслов. – Кьер кивнул на смартфон. – Длительности разговора хватит для того, чтобы вы могли идентифицировать личность по голосу и допросить его.

– С вами приятно иметь дело. – Прокурор уважительно посмотрел на собеседника. – Может быть, вы еще назовете мотивы человека, который пытался вас убить?

– Возможно, тот, кто приказал устранить меня, боялся, что обвинения его дочери рухнут, как карточный домик…

– Что? – Фрэнк даже вскочил с кресла. – Вы хотите сказать…

– Что человек, которого я обезвредил и оставил в камере, – Джон О’Доннал, начальник службы безопасности Расмуса О’Доннала.

Кьер с наслаждением наблюдал, как прокурор меняется в лице.

– Вы уверены? – спросил он.

– Да, – усмехнулся Кьер. – Я хорошо знаю этого парня. Пять лет назад я сломал ему нос.

Дальнейшее он предоставил Серене. Она потребовала от прокурора изменения меры пресечения с нахождения в камере предварительного заключения на домашний арест, предложив для этих целей снять соседний с ней номер в отеле.

Прокурор не возражал, лишь настоял на усиленном патруле, в том числе и в самом номере. Впрочем, Кьеру было уже все равно, с трудом дождавшись окончания всех формальностей, он зашел в указанный номер, рухнул на кровать и закрыл глаза, наслаждаясь чистотой постельного белья.

Глава 31

Арендованный звездолет прилетел очень поздно. Пройдя все таможенные и прочие формальности, затянувшиеся, поскольку корабль отклонился от курса, Донна с досадой взглянула на часы. Одиннадцатый час ночи. Вряд ли прокурор или кто-то из детективов задержался на рабочем месте, значит, придется ждать до утра.

Пилот со штурманом предпочли остаться на корабле, судя по их взглядам, обращенным друг к другу, они собирались испытывать турбулентность кровати. Донна же позвонила в отель «Боливар» и заказала им с Дугалом два номера. Оплачивала она уже со своего счета, который открыла втайне от всех три года назад. Дугал, правда, сказал, что оплатит свой номер сам, но Донна отмахнулась.

Она вышла к стоянке такси, по памяти назвала адрес отеля и сделала вид, что не замечает удивленного взгляда приятеля.

– Ты так часто там бывала? – с ехидцей поинтересовался он.

– Приходилось. – Донна отвернулась к окну, давая понять, что не желает разговаривать на эту тему.

Заселение прошло достаточно быстро. Пожелав Дугалу спокойной ночи, Донна заказала ужин в номер и после легла спать. Посередине ночи ее разбудил шум, доносящийся из коридора, вставать, чтобы проверить, кто шумит, она не стала, но потом еще долго не могла заснуть.

В результате она проснулась гораздо позже, чем рассчитывала. Взглянув на часы, вскочила с кровати, быстро привела себя в порядок и вышла из номера.

В коридоре у соседних дверей дежурили полицейские. По всей видимости, это они и шумели ночью. Донна не стала подходить к ним и спрашивать, что произошло. Просто спустилась в холл, где ее уже ждал Дугал.

Он сидел на одном из диванов и читал какую-то статью в планшете.

– Ты опоздала, – проворчал он.

– Прости, меня ночью разбудил шум у соседних дверей. Теперь там стоят полицейские.

– А, так ты не в курсе? – Глаза Дугала загорелись от предвкушения. – Туда вчера перевели какого-то арестанта, говорят, в изоляторе на него было совершено покушение.

– Какого арестанта? – Сердце тревожно забилось.

Дугал развел руками.

– Кто же скажет?

– Дугал, тебе не кажется это странным совпадением: сначала Кьерстена арестовывают, потом сюда вылетает Джон О’Доннал, и в итоге не где-нибудь, а именно в «Боливаре» держат какого-то арестанта…

– Хочешь сказать, что твоего серокожего приятеля поселили по соседству?

– Вполне возможно. – При мысли о том, что Кьер совсем рядом, сердце радостно забилось.

– Прокурор никогда на это не пойдет!

– Как знать, Серена Гластонберри могла настоять на этом. – При воспоминании о Серене радость поутихла. Донна вздохнула. – Ладно, мне пора… Составишь мне компанию?

– Смотря куда ты направляешься, – аккуратно заметил Дугал.

– Забирать заявление, поданное Теа. – Донна пожала плечами. – Это – самое простое и эффективное средство.

– Чтобы покончить со своей карьерой раз и навсегда? Не спорю!

– Почему ты так думаешь?

– Потому что Расмус тебе этого не простит. – Дугал поднялся и направился к выходу. Сделав несколько шагов, он оглянулся. – Ты идешь? Боюсь, что я один не смогу забрать это проклятое заявление!

Донна натянуто улыбнулась и последовала за ним. Путь до прокуратуры не занял много времени.

Как только Донна назвалась именем кузины, полицейский, дежуривший на входе, засуетился. Не сводя взгляда с посетительницы, он связался с кем-то по интеркому и потом попросил ее подняться в кабинет к самому прокурору. Одну. Полицейский многозначительно посмотрел на Дугала. Тот повернулся к Донне.

– Наверное, будет лучше, чтобы ты остался здесь. Если вдруг мне что-то понадобится, я позвоню.

– Мне это не нравится.

– Брось, Дугал, право на телефонный звонок никто не отменял! – Она криво улыбнулась и повернулась к полицейскому. – Буду признательна, если вы укажете дорогу.

– Второй этаж, налево до конца коридора, – буркнул охранник и уткнулся в свой планшет.

Прокурор действительно ждал Донну. Вернее, Теодору О’Доннал. Войдя, девушка внимательно посмотрела на хозяина кабинета.

Куинси не был криминальной планетой, поэтому Донна плохо знала, что из себя представляет Фрэнклин Кордини. Судя по возрасту, он мог учиться вместе с Сереной, но, скорее, был старше. Мужчина сидел в кабинете, поражавшем казенной роскошью, если такое могло быть применимо к старинным дубовым шкафам, наполненным книгами и вышитыми вручную портьерами, на которых буквально скопилась пыль веков.

– Мисс О’Доннал. – Прокурор окинул ее внимательным взглядом. Слишком внимательным. Донна кивнула, изображая кузину, смутилась.

– Да, там внизу сказали, чтобы я зашла к вам…

– Верно. Я бы хотел прояснить некоторые обстоятельства вашего дела. Присядьте. – Прокурор кивнул на стул, стоявший перед огромным столом.

– Спасибо. – Донна села, закинув ногу на ногу, и выжидающе посмотрела на него.

– Скажите, вам знаком человек по имени Джон О’Доннал?

– Разумеется. – Донна постаралась, чтобы голос звучал ровно, хотя сердце испуганно забилось. Джон должен был еще вчера прибыть на Куинси.

Ей стоило больших трудов сдержаться и не спросить напрямую, что случилось. От прокурора не укрылось ее волнение, но он растолковал его по-другому.

– Вы знаете, где он может сейчас находиться?

Донна задумалась. И «да» и «нет» были опасны. Теа могла и не знать о прилете Джона, тогда излишняя осведомленность была бы подозрительной. С другой стороны, Джон мог встретиться вчера с Теа, тогда отрицание было бы глупым.

– Наверное, выполняет какое-нибудь поручение моего отца. – Донна решила ответить уклончиво и с удивлением заметила, как блеснули глаза ее собеседника.

– То есть вы сейчас заявляете, что ваш отец Расмус О’Доннал дал задание своему начальнику службы безопасности?

– Я сказала «наверное», – поправила его Донна. – Вы же понимаете, что я живу здесь, и мне рассказывают далеко не все.

– Естественно. Иначе бы вы стали соучастницей попытки убийства. – Прокурор многозначительно посмотрел на нее.

– Убийства? – Донна невольно побледнела и спросила, уже почти зная ответ: – Какого убийства? Джон пытался убить кого-то?

– Адвоката Кьерстена Сонга… – Фрэнклин Кордини с удивлением наблюдал за реакциями девушки, сидящей перед ним.

Она не стала охать или ахать, как если бы была сторонним наблюдателем. В какой-то момент прокурор даже решил, что девушка беспокоится, поскольку испытывает чувства к начальнику службы безопасности, но следующие слова окончательно запутали ситуацию.

– Что с Кьером? – Донна буквально впилась взглядом в Кордини. – Он жив?

Прокурор задумался, стоит ли сообщать информацию об арестованном, но решил ответить, тщательно подбирая слова:

– Мистер Сонг жив и переведен в другое место, где содержится под арестом.

– Под арестом? За что?

– Вы же сами подали заявление по поводу домогательств мистера Сонга в период учебного процесса, – напомнил Фрэнк, начиная сомневаться в психическом здоровье посетительницы.

Признаться, это стало бы решением многих проблем. Кьерстен Сонг нравился прокурору, он был партнером его соученицы, и Фрэнк искренне не хотел, чтобы у друга Серены были проблемы из-за экзальтированной девицы. Хорошо еще, репортеры пока не узнали об этом деле.

– Моих обвинений? – Девушка между тем нахмурилась, словно пытаясь вспомнить, какие именно обвинения она выдвигала. – Ах да, этих… точно…

Под удивленным взглядом прокурора она горько усмехнулась, будто признавая поражение.

– Видимо, мне надо было сделать все так с самого начала… Чертов Кьер, всегда, когда мы встречаемся, все получается наперекосяк… – пробормотала Донна, затем посмотрела на прокурора и добавила уже громче: – Мистер Кордини, простите, могу ли я попросить вас пригласить сюда Серену Гластонберри, которая, как я знаю, является адвокатом мистера Сонга, а также ректора Мак-Кинтоша.

– Это еще зачем? – слегка опешил прокурор. Поведение этой девицы явно шло вразрез с тем, что он читал о ней из университетских характеристик.

Девушка обреченно вздохнула.

– Я хочу сделать заявление, которое касается всех вышеупомянутых лиц, в том числе и Кьерстена Сонга, и мне бы не хотелось повторять его несколько раз. Поверьте, так будет проще для всех, в том числе для вас самого.

– С чего вы взяли, что мне будет так проще? – нахмурился Фрэнклин.

– Я же училась в Юридической школе Куинси, – улыбнулась Донна. – Если позволите, я могу попросить своего помощника привезти всех указанных мной лиц.

Фрэнклин Кордини отличался любопытством и подозрительностью. Именно эти два качества и помогли ему занять пост прокурора планеты. Движимый именно ими, он решил не отказывать девушке в ее странной просьбе.

Правда, опасаясь, что звонок адвокату может быть уловкой, лично отдал распоряжение своему секретарю. Чуть позже тот проинформировал, что приглашенные прибудут через полчаса. Прокурор вздохнул и внимательно посмотрел на спокойно сидящую перед ним девушку.

– Не знаю, зачем вам это понадобилось, – пробурчал он, – но мне кажется, все это неспроста.

Донна только улыбнулась и сказала, что подождет в приемной, но сразу же получила отказ, впрочем, она слышала, что прокурор предпочитает держать все на виду.

Серена приехала одновременно с ректором Мак-Кинтошем. Они буквально столкнулись с ним в дверях кабинета. К этому времени Донна уже выпила две чашки каппи и исчерпала все светские темы ни о чем.

Ректор все-таки вошел первым, смерил Донну неприязненным взглядом и занял кресло, стоявшее у окна. Скрестив руки на груди, он явно давал понять, что торопится вернуться в свое царство, но, в виде исключения для прокурора, который тоже был выпускником университета, готов выслушать все, что ему хотят сказать.

– Фрэнк, – Серена между тем вплыла в кабинет, – к чему такая спешка? О, мисс О’Доннал? Как по…

Серена вдруг осеклась, внимательно всматриваясь в лицо девушки, та почти весело кивнула, подтверждая ее невысказанный вопрос.

– Доброе утро, Серена, прокурор мне уже успел рассказать, что у вас была достаточно бурная ночь.

– Была. – Серена внимательно посмотрела на хозяина кабинета. – Интересно, зачем ты нас всех здесь собрал?

– По моей просьбе, – игнорируя недовольный взгляд хозяина кабинета, Донна перехватила инициативу. – Серена, вас не затруднит позвонить Дугалу О’Донналу и попросить подняться, это не займет много времени: он ожидает меня где-то у здания.

– Ты не возражаешь? – Серена повернулась к прокурору, тот качнул головой, что адвокат расценила как знак одобрения.

Дугал появился буквально сразу, закрыл за собой дверь и, небрежно кивнув присутствующим, выжидающе посмотрел на Донну.

– Сядь, – попросила она и на секунду прикрыла глаза, потом открыла их и тяжело вздохнула. – Спасибо, что все приехали сюда. На самом деле, мне надо было сразу идти в полицию, но… – Донна замолчала, а потом решительно продолжила: – Я, Донна О’Доннал, хочу сделать официальное признание, что на протяжение месяца, пользуясь своим сходством с Теодорой О’Доннал, изображала в университете Куинси свою кузину, посещала лекции и сдала за нее экзамены.

Краем глаза Донна заметила, что Серена довольно улыбнулась, и поняла, что Кьер рассказал ей все. Это слегка задело, поэтому она почти сердито закончила:

– Поэтому все заявления Теодоры о домогательствах Кьерстена Сонга беспочвенны и не имеют ни малейшего основания – ее не было в это время на Куинси.

Глубокое молчание воцарилось после ее слов. Ректор Мак-Кинтош даже привстал со своего места, чтобы лучше рассмотреть нарушительницу.

– И где же была мисс Теодора О’Доннал? – произнес он первое, что пришло на ум.

– Понятия не имею. Я порекомендовала Расмусу держать ее в тот период подальше от тех, кто хорошо знал нас обеих.

– Вы отдаете себе отчет в том, что сейчас говорите? – резко спросил прокурор, поскольку остальные молчали.

Донна кивнула, самое тяжелое было позади, и она почти полностью обрела свое привычное спокойствие.

– Разумеется. Я сознаюсь в мошенничестве, одновременно обвиняя свою кузину Теодору О’Доннал в лжесвидетельстве и клевете, а Расмуса О’Доннала в организации этих преступлений.

– У вас нет доказательств, – сухо заметила Серена.

– Зато они есть в деле Кьера. – И, видя, что никто не понимает, пояснила: – Видеозапись из спортивного центра.

– Полагаете, у Теодоры не хватило бы ума зайти в мужскую душевую? – усомнилась Серена.

– Полагаю, у нее нет на плече татуировки. – Донна слегка спустила платье, обнажая плечо и демонстрируя всем вензель. – Теа боится уколов до потери сознания.

– Если даже вы и изображали свою кузину, то это не освобождает мистера Сонга от обвинений в нарушении преподавательской этики. На тот момент вы были, хоть и незаконно, студенткой Куинси! И кстати, если он знал, кто вы на самом деле, то являлся вашим соучастником.

– На тот момент я была совершенно законно его женой! – парировала Донна, достала из сумки и положила на стол лист бумаги.

– Вот копия нашего свидетельства о браке. Сама запись о нем находится в часовне университета. Можете проверить ее сами. Что же касается соучастия, то согласно пятой поправке к конституции Межгалактической Федерации, муж может не свидетельствовать против жены, если его действия могут нанести ущерб ее жизни, здоровью или свободе.

В абсолютной тишине раздались аплодисменты Серены.

– Браво! Донна, признаться, я сама не смогла бы лучше сделать это заявление!

– Я все же не понимаю, – пробурчал ректор Мак-Кинтош, слегка придя в себя, – вы же – одна из лучших выпускниц Куинси! Зачем вам это все понадобилось…

– У меня на это были свои причины. – Донна не собиралась всех посвящать в свои отношения с Расмусом.

– Полагаю, на Донну было оказано давление со стороны Расмуса О’Доннала, – пояснила Серена, – хотя она сама вряд ли признается в этом.

Девушка изумленно посмотрела на неожиданную защитницу, та ободряюще улыбнулась и обернулась к прокурору.

– Фрэнк, я думаю, что самое лучшее для всех – просто закрыть это дело.

– Но…

– Тебе так хочется разбираться в семейных перипетиях клана О’Донналов и платить из бюджета за номер в отеле, где находится Кьерстен? – В наигранном удивлении Серена позволила себе приподнять брови. – «Боливар» – не самое дешевое удовольствие… а суд может и затянуться…

– Это угроза?

– Констатация факта. – Она встала. – Когда решишь – дай знать, я буду в отеле. Донна, джентльмены, я действительно рада была всех вас видеть!

Она вышла. Прокурор недовольно хмыкнул ей вслед и повернулся к ректору, все еще хмуро смотревшему на бывшую студентку.

– Что скажете?

– А что я должен говорить? – вздохнул тот. – Вы не хуже меня понимаете, что это – позор.

– Вы можете подать заявление в прокуратуру…

– И получить толпу репортеров, атакующих главные ворота. К тому же это может создать прецедент… нет, мы, конечно, рассмотрим дело Теодоры О’Доннал на закрытой дисциплинарной комиссии и скорее всего отчислим ее из университета без права восстановления, аннулируем все результаты… но в последние два года репутация университета и так пошатнулась, поэтому я предпочел бы избежать огласки этого инцидента.

– Как пожелаете. – Было видно, что вопрос с ректором весьма тревожил прокурора. – Помните, что вы еще можете передумать…

– Вы прекрасно знаете, Фрэнк, что я не стану этого делать. – Ректор встал и, сухо кивнув присутствующим, вышел. Прокурор повернулся к Донне.

– Мисс О’Доннал, мне бы хотелось получить от вас письменное признание, чтобы закрыть дело.

– Да, конечно.

– Также я настоятельно рекомендую вам остаться на Куинси, пока мы не завершим все формальности.

– Это не проблема. – Донна повернулась к Дугалу. – Ты подождешь здесь или за дверью?

– Здесь. Я все-таки твой адвокат, – усмехнулся он. – А ты – мой единственный клиент.

– Верно. – Она ощутила легкий укол совести, что втянула его во все это, впрочем, полностью «насладиться» муками совести можно и вечером в отеле. Откинув с лица рыжую прядь, Донна начала писать официальное признание.

Глава 32

Решение о прекращении дела в отношение Кьера пришло ближе к вечеру. Получив его, Серена довольно хмыкнула и протянула планшет Мэлу, с которым сидела в ресторане.

– Поздравляю. – Он тяжело вздохнул.

– Ты не рад?

– За тебя и Кьера? Конечно.

– Мэл… – Серена слегка прищурилась, словно желая прочесть мысли мужчины. Тот усмехнулся.

– Просто я понимаю, что нашему вечеру настал конец. И ты сейчас готова вскочить и лететь к своему партнеру.

– Он – мой друг, Мэл.

– Я понимаю… женщина всегда становится мужчине сначала любовницей, потом другом. – Он вздохнул и вдруг выпалил: – Выходи за меня замуж, Серена!

– Что? – Она слегка ошарашенно посмотрела на него.

Мэл смутился:

– Я знаю, что это все не вовремя, но… черт, Серена, с тобой никогда не бывает вовремя!

– Мэл, я… – Она оглянулась, точно надеясь, что официант подойдет к их столику. – Мне обязательно давать ответ прямо сейчас?

– Нет, ты можешь подумать, – саркастически отозвался он, – или же сделать вид, что этого разговора не было…

– Мне надо идти. – Она буквально вскочила, нервно сдернула со стула свою сумку, подхватила планшет и почти бегом устремилась к выходу. Мэл вздохнул и налил вина в свой бокал.

Серена смогла успокоиться лишь у входа в отель. Вернее, она просто приказала себе сделать это. С неизменной улыбкой прошествовала мимо администраторов, поднялась на нужный этаж и подошла к номеру своего партнера. Полицейские все еще дежурили в коридоре. Пройдя идентификацию, Серена вошла в комнату. Кьер сидел у окна с бокалом виски, заботливо оставленном Мэлом втайне от охраны.

– Серена, – он встал и внимательно посмотрел на нее, – плохие новости?

– С чего ты взял?

– Брось, я же вижу по твоим глазам! Они вновь переводят меня в тюрьму?

– Нет. – Она протянула планшет с постановлением. – С тебя снимают все обвинения. Единственное, прокурор просит тебя задержаться для дачи показаний против Джона О’Доннала, ему завтра предъявят официальное обвинение.

Вопреки ее ожиданиям, Кьер напрягся.

– Почему дело было закрыто?

– Если это намек на мою несдержанность, то я молчала, как ты и просил, – сухо обронила Серена. – Твоя жена сама пришла к прокурору, чтобы дать показания, и предъявила все необходимые документы. Признаться, я сама не смогла бы сказать все лучше.

– Она… – Кьер поставил бокал и с тревогой посмотрел на Серену. – Ее арестовали?

– Насколько я знаю – нет. Фрэнк написал, что Мак-Кинтош отказался выдвигать официальные обвинения, ректору дорога честь университета. – Она подошла к столику и налила себе виски, с досадой отметив, что руки подрагивают.

– Да он просто не хочет создавать прецедент! – фыркнул Кьер, слегка успокаиваясь.

– Возможно. В любом случае, Кьер, для тебя все это закончилось. – Серена отсалютовала ему бокалом. – За тебя!

– За тебя! – отозвался он. – Без тебя я бы остался сидеть в изоляторе в ожидании следующего убийцы.

– Я ничего не сделала, Кьер, – рассеянно возразила Серена, почему-то отставляя свой бокал, едва пригубив янтарную жидкость. – Если бы не признание Донны, то неизвестно, чем бы это все для тебя закончилось…

– Думаешь, ты бы не победила в суде? – Он скептически посмотрел на нее. Серена пожала плечами.

– Думаю, я бы не смогла представлять тебя в суде. – Она старательно избегала его изумленного взгляда. – Ладно, ты все равно все узнаешь. Я беременна, Кьер.

– Что? – ахнул он. – Но…

– Да, я тоже думала, что это невозможно. Как ты помнишь, это и была одна из основных причин моего развода, но… – Серена покачала головой. – Я и не думала, что это возможно, и теперь я впервые в жизни не знаю, что делать.

Кьер залпом допил свой виски.

– А что Мэл? Он знает?

– Понятия не имею. Я как раз делала тест, когда мне позвонил секретарь прокурора и попросил приехать. Мэл мог увидеть… За ужином он вдруг предложил мне выйти за него замуж.

– Ты согласишься?

– Я не знаю. Черт, Кьерстен! – ругнулась Серена. – Мы должны праздновать завершение дела, а не обсуждать мои отношения с Мэлом!

Она вновь взяла свой бокал, но Кьер подошел и мягко отобрал его.

– Не думаю, что пить виски сейчас – правильное решение, Серена, если ты действительно хочешь этого ребенка.

– Я уже не знаю, чего я хочу. – Она подошла к окну и взглянула на двор, где располагался ресторан отеля, и задумчиво посмотрела вниз, где кто-то очень шумно праздновал день рождения. – Я боюсь, Кьер. Еще одной потери я просто не выдержу…

Он подошел и обнял ее за плечи.

– У тебя все будет хорошо, – прошептал он. Серена прикрыла глаза и склонила голову ему на плечо. Из-за шума за окном они не слышали, как дверь открылась и сразу же закрылась вновь.

– Наверное, мне надо поговорить с Мэлом. – Серена наконец отстранилась от дружеского плеча. Кьер улыбнулся.

– Только в случае, если ты действительно хочешь остаться с ним. Впрочем, расстаться с ним ты всегда успеешь.

– Сказал муж, умудренный опытом! – рассмеялась она.

– Главное – не потерять документы! – Он легко подхватил ее тон.

– Точно. – Серена вздохнула и направилась к двери. – Пойду обрадую Мэла, если он еще не собрал свои вещи, решив послать меня куда-нибудь в черную дыру.

– Если он сделает это – подай на него в суд. Я с удовольствием представлю твои интересы.

– С чего бы это?

– Должен же я вернуть те гонорары, которые заплачу тебе, когды ты выставишь мне счет за то, что представляла мои интересы!

– Точно! – прищелкнув пальцами, Серена вышла.

Кьер плеснул себе еще виски и подошел к окну, гадая, где сейчас его жена. Ему необходимо было переговорить с ней, но сначала надо было решить вопрос с Расмусом О’Донналом, а для этого Кьерстену необходимо встретиться с матерью Донны.

Бросив взгляд на часы и убедившись, что еще не слишком поздно для звонков и визитов, Кьер набрал номер, который когда-то раздобыл ему Мэл.

– Да? – Голос в трубке заставил его вздрогнуть, слишком уж похож был на голос Донны.

– Здравствуйте, я… меня зовут Кьерстен Сонг, я хотел просить вас уделить мне несколько минут.

– Вы по поводу дизайна? – поинтересовалась женщина.

Кьер заколебался. С одной стороны, ему не хотелось начинать общение с обмана, с другой, он не знал, как эта женщина отреагирует на упоминание о Донне.

– Да. – Благоразумие победило. – Я по поводу дизайна. Хотел бы встретиться с вами.

– Когда вам удобно?

– В принципе я свободен и легко подстроюсь под вас.

– Приезжайте сейчас, если есть время. – Женщина продиктовала адрес.

Не веря, что все так легко удалось с первого раза, Кьерстен поторопился вызвать такси.

Дом находился в пригороде. Небольшой одноэтажный коттедж из серого камня, стены которого были увиты розами и плющом.

Выйдя из машины, Кьер расплатился с таксистом и поднялся на крыльцо. Звонка не было, лишь небольшой, начищенный до блеска молоток. Это было настолько необычно и правильно, что Кьер улыбнулся.

Дверь открылась почти сразу. Невысокая блондинка с изумрудно-зелеными глазами возникла в проеме. Если бы Кьер не был адвокатом, то, наверное, и не уловил бы за внешним спокойствием женщины какое-то напряжение и скрытую боль. Она улыбалась, но лишь губами, как принято улыбаться клиентам и просто знакомым.

– Добрый вечер, – вежливо поздоровалась она.

– Здравствуйте… – Кьер слегка смущенно кашлянул, первоначальный план соврать, чтобы пройти в дом, показался глупым, и он решил сказать правду. – Как я понимаю, я – ваш зять…

Женщина переменилась в лице. Улыбка слетела с ее губ, а глаза недоверчиво распахнулись точь-в-точь как у Донны.

– Простите? – переспросила она, растерявшись.

– Я муж вашей дочери Донны. Вы позволите? – Он кивнул внутрь дома.

Женщина скептически взглянула на серокожего мужчину, стоявшего на крыльце.

– Хотите убедить меня, что Донна вышла за вас замуж?

– Да, если необходимо, я готов показать копию свидетельства о браке. – Кьер даже не пытался скрыть улыбку.

Женщина кинула на него еще один проницательный взгляд.

– Подождите, вы же были на тех фото с премьеры…

– Да. Невольно мы стали звездами таблоидов. – Кьер вновь улыбнулся.

– Что ж… я хочу услышать подробности. Проходите. – Шейла отступила, впуская в дом неожиданного гостя.

Гостиная оказалась очень светлой, даже несмотря на сумерки. Перламутрово-серые стены, светлая мебель, воздушные занавески, оформляющие полностью стеклянный эркер, из которого открывался вид на розово-зеленую лужайку. Высокие деревья, посаженные по краю участка, закрывали соседние дома, придавая особую уединенность.

– Присаживайтесь. – Она указала на одно из плетеных кресел, стоявших в эркере. – Хотите каппи?

– Не откажусь, – кивнул Кьер. Он с интересом смотрел, как она включает каппимашину, отмечая все большую схожесть матери и дочери. Она вернулась к гостю, держа в руках две керамические кружки – светло-серые, с белым ободком.

– Вот держите.

– Спасибо. – Кьер подождал, пока его теща присядет в соседнее кресло, глотнул пряный напиток, отдающий послевкусием чернослива, и смущенно улыбнулся. – Простите, я не знаю, как лучше обращаться к вам.

– Называйте меня Шейлой, – ответила она с легкой улыбкой. – Мы же в какой-то мере родственники.

– Верно, – кивнул Кьер, вновь отпивая глоток, чтобы скрыть паузу.

Шейла ему нравилась, и он не мог понять, почему она столько лет не общалась с дочерью.

– Итак, вы – муж моей дочери? – начала хозяйка дома.

Кьерстен кивнул.

– Да.

– Давно?

– Уже шесть лет.

– Шесть лет. – В голосе слышалось отчаяние.

Поддавшись порыву, Кьер вдруг спросил:

– Вы знаете, что Донна училась в университете Куинси?

– Я слышала об этом. – Она отвела взгляд, словно опасаясь, что он может прочитать мысли.

– Только слышали?

Шейла вздохнула.

– Скажите, вы имеете представление, что такое решение суда?

– Немного, – слукавил Кьер.

– Тогда вы поймете, если я скажу, что Расмус О’Доннал добился того, что мне было запрещено приближаться к дочери ближе, чем на пятьсот метров.

– Я могу взглянуть на этот документ? – Это вырвалось раньше, чем Кьер успел остановить себя.

Шейла удивленно взглянула на него, потом пожала плечами.

– Почему бы и нет?

Она вышла из комнаты и вскоре вернулась с небольшим планшетом, протянула его Кьеру.

– Вот электронная копия.

Он взял и вчитался, затем удивлено посмотрел на Шейлу.

– Зачем Расмусу это было нужно?

– Это его месть мне. За то, что я отказала ему. – Шейла вновь присела в кресло, ее гость выжидающе молчал, и она продолжила, чувствуя потребность наконец рассказать правду хотя бы этому мужчине, который оказался ее зятем. – Мы с Бринном познакомились на Новом Плутоне. Меня пригласили в отель как дизайнера по интерьерам, он отдыхал там… Я только что получила диплом… Это было безумие, любовь с первого взгляда. Знаете, такое иногда бывает.

– Да. – Кьер кивнул, внезапно вспомнив тот миг, когда Донна, промокшая насквозь, появилась в его квартире. – Бывает.

– Тогда вы понимаете меня. Охваченные страстью, мы поженились буквально через две недели, и он повез меня к себе домой на Эрин. Так я впервые встретилась с Расмусом О’Донналом. Он уже тогда был главой клана. Этакая аура властности. Я была очарована им, в хорошем смысле, гордилась его особым вниманием ко мне, пока не поняла, что стоит за его обходительностью. Донне тогда было года четыре. Очаровательный ребенок. – Шейла замолчала, явно погруженная в воспоминания, потом продолжила: – Расмус пришел к нам в дом. Бринн был в отъезде, уже не помню почему… И Расмус… он попытался поцеловать меня, а когда это не получилось, начал угрожать. Заявил, что я сама приду к нему и предложу себя. Я рассмеялась ему в лицо, я ведь была уверена, что муж защитит меня…

Она замолчала, молчал и Кьер, внимательно рассматривая женщину, сидящую перед ним. Шейла подняла голову и смело взглянула в его глаза.

– Я не знаю, что Расмус наговорил Бринну, но тот вскоре после возвращения из очередной экспедиции подал на развод. Он выгнал меня из дома, словно я была в чем-то виновата. Мне не позволили видеться с дочерью. Я боролась, адвокаты, которых я наняла, утверждали, что Донну оставят со мной, но… перед последним заседанием Расмус лично позвонил мне и сказал, что у меня есть последний шанс, мне надо прийти к нему, я отказалась. А на следующий день суд вынес это постановление, основываясь на свидетельствах членов клана О’Донналов, что я – плохая мать. Как Расмус этого добился, уму непостижимо. – Она вздохнула. – Вернее, знаю, конечно, но… у меня не было столько денег, чтобы заплатить судье…

– И вы решили сдаться?

Шейла покачала головой.

– А что, по-вашему, привело меня на Куинси. Как только я узнала, что Донна вырвалась из-под пристальной опеки клана, я приехала сюда и попыталась встретиться с ней. Я раздобыла ее номер в деканате и позвонила, но она бросила трубку, как только услышала мое имя. А буквально на следующий день меня арестовали по надуманному обвинению и привели в участок. – Шейла, погруженная в воспоминания, вновь опустила голову, ее голос стал глуше. – В комнате для допросов меня ждали. Молодой человек сказал, что его прислала Донна, и очень убедительно объяснил, что ждет меня, если я посмею еще раз побеспокоить дочь.

– Вы помните, как его звали?

– Кажется… Джон… думаю, да, Джон О’Доннал. – Она нахмурилась. – Вы его знаете?

– Немного, – уклончиво ответил Кьер, вспомнив свой давний разговор с начальником службы безопасности Расмуса О’Доннала, после которого подал на развод. – Иногда он умеет быть весьма убедительным.

– Простите?

– Думаю, Донна даже не знала об этом разговоре в полиции.

– Вы так считаете?

– Почти уверен в этом. – Кьер еще раз пробежался глазами по постановлению. – Почему вы не пытались подать апелляцию?

– Никто не взялся. Я потратила огромные суммы на консультации с адвокатами. Они все отказали.

– Я бы попробовал, – заметил Кьер. – Хотите, я могу представить ваши интересы. Срок давности, конечно, истек, но вскрылись новые обстоятельства. Думаю, Расмус пойдет на сделку.

– Вы адвокат? – изумилась Шейла.

– Да. – Кьер подумал и с какой-то гордостью добавил: – И Донна тоже. Она – чертовски хороший адвокат.

Шейла улыбнулась и снова стала очень похожа на свою дочь.

– Расскажите мне о ней, какая она?

– Похожа на вас…

Они проговорили почти весь вечер, лишь уходя, Кьер спохватился и спросил, не сохранилось ли у Шейлы каких-нибудь писем или документов с подписью бывшего мужа.

Женщина задумалась, потом принесла из спальни коробку, в какой обычно хранят конфеты, достала оттуда стопку писем, перевязанных ленточкой.

– Вот. Бринн много ездил и писал мне письма от руки, это было его хобби. Я смогла сохранить их на память.

Кьер развернул и просмотрел их.

– Я могу их забрать ненадолго?

– Зачем они вам?

– Хочу раз и навсегда прищемить хвост Расмусу О’Донналу.

Шейла округлила глаза.

– Такое возможно?

– Благодаря этим письмам – да. Доверьтесь мне!

– Берите. – Она поколебалась. – У меня к вам будет одна просьба…

– Да?

– Не могли бы вы как-нибудь приехать сюда с Донной? Скажем, обсудить дизайн комнаты или штор… – Она умоляюще посмотрела на мужчину. – Мне так хочется поговорить с ней.

– Я постараюсь, – пообещал Кьер и, тепло попрощавшись, вышел из гостеприимного дома.

До отеля он добрался довольно поздно. Письма Бринна О’Доннала приятной тяжестью лежали в кармане куртки, и Кьеру стоило значительных усилий подавить порыв позвонить Расмусу сразу же. Это было бы глупо.

Несмотря на имеющиеся у Кьера козыри, глава клана О’Донналов оставался достаточно серьезным противником, который сможет доставить немало проблем, поэтому действовать надо было осторожно. По дороге Кьер попытался позвонить Донне, но она не ответила.

Конечно, можно было выяснить все у Серены, но ему не хотелось ее беспокоить. Решив провести вечер с пользой, он направился в университетскую квартиру забрать вещи.

К вящему удивлению, впервые в жизни казенное помещение показалось ему уютным и тихим, и Кьер, вдруг поняв, что безумно устал, решил уже никуда не ехать. Освежившись в душе, он лег в кровать и заснул.

Глава 33

Донна с Дугалом вышли из прокуратуры ближе к ужину. Перейдя улицу, она с наслаждением подставила лицо солнцу.

– Ощущение, что вышла на свободу, – тихо сказала она. Дугал хмыкнул.

– Ты была недалека от тюремного заключения. Если бы Мак-Кинтош захотел…

– Знаю, – оборвала его Донна. – Но Расмус перешел черту, и его надо было остановить. – Пойдем, не стоит стоять здесь на глазах у прокурора.

Она направилась по улице, Дугал подстроился под ее шаг.

– Скажи, как получилось, что никто из клана не знал о твоем браке?

– Ну… – протянула Донна, – никто, кроме Джона, и не интересовался моей жизнью в Куинси, а он молчал, судя по всему, чтобы моя репутация в глазах клана осталась безупречной, он же хотел жениться на мне. А когда я вынуждена была остаться с О’Донналами, мы разругались с Кьером и собирались подать документы на развод, поэтому я не сочла нужным информировать кого-либо.

– Мне могла и сказать, – проворчал Дугал.

– Зачем?

– Мы же друзья.

Донна улыбнулась.

– Друзья. Поэтому давай я по-дружески угощу тебя ужином.

Она выбрала ресторан с клетчатыми скатертями, где они с Кьером ужинали. Официант, тот самый, который обслуживал Донну в прошлый раз, если и удивился при виде ее с другим мужчиной, то не подал виду.

Звонок на смартфоне Дугала раздался как раз в тот момент, когда принесли вино. Он взглянул на экран.

– Это Расмус. Ответить?

– Дай мне, он все равно ищет меня. – Донна протянула руку, взяла смартфон, поднесла к уху. – Да?

– Ты, ты… – Дальше полились ругательства. Расмус никогда не стеснялся в выражениях, но тут превзошел самого себя.

Брезгливо морщась, Донна вытянула руку, держа смартфон на безопасном расстоянии от уха.

– Это все, что ты мне хотел сказать? – поинтересовалась она, когда ее собеседник выдохся.

– Неблагодарная тварь! – снова завелся он.

Донна вздохнула.

– Расмус, я не буду разговаривать в таком тоне. Если ты надумаешь сказать что-либо по существу – пиши на электронную почту.

– Думаешь, у тебя она есть?

– Конечно. Тебе продиктовать адрес? Это один из межгалактических общедоступных почтовых серверов. – Донна усмехнулась, прекрасно представляя себе выражение лица собеседника. – Свет не сошелся клином на О’Донналах, Расмус…

– Я уничтожу тебя, – пообещал он срывающимся от ярости голосом. – Я закопаю в землю тебя и этого серокожего!

– Это угроза? Мне стоит сообщить об этом прокурору?

– При чем тут прокурор?

– Ведь это его звонок привел тебя в такую ярость? – К своему удивлению, Донна вдруг почувствовала прилив сил. Судя по всему, Расмус боялся. Он действительно боялся того, что его ожидало. Это наполнило ее душу злым ликованием. – Или, подожди, дай угадаю… тебе позвонила Теодора! Она не замерзла на Новом Плутоне?

– Это не твое дело! Ты немедленно отзываешь все показания и возвращаешься обратно на Эрин!

– Это называется отказаться от показаний, – поправила его Донна. – И мой тебе ответ – нет.

– Что? – взревел Расмус в трубку.

– Я не буду ничего менять! – Она так давно ждала этого момента, буквально грезила о нем. – Послушай меня, Расмус, и послушай очень внимательно: ты зашел слишком далеко, когда направил Джона убить Кьерстена Сонга, и я не буду прикрывать убийцу.

– Если бы ты не вышла замуж за цветного, мне бы не потребовалось ничего делать! – в запале возразил он и осекся.

– Вот в чем дело, – ахнула она. – Ты узнал и принял решение избавиться от проблемы раз и навсегда?

– Я ничего не решал, – возразил Расмус, запоздало понимая, что угодил в очередную ловушку.

– Тогда тебе нечего бояться, но мой тебе совет – обвинения серьезны, найми хорошего адвоката, поскольку я никогда не буду представлять твои интересы! – Донна нажала клавишу отбоя и протянула смартфон Дугалу. – Похоже, все мосты у нас сожжены. Мы изгои.

– За это стоит выпить! – Он поднял бокал. Донна улыбнулась в ответ.

– Что ты собираешься теперь делать? – спросил ее приятель, когда официант принес заказ.

– Ты ведь не о салате, верно? – попыталась пошутить Донна.

– Ага. – Дугал отрезал кусок стейка и, закинув его в рот, поморщился. – Что за вкус?

– Добавь соуса, – посоветовала она.

Дугал щедро полил мясо соусом и вновь посмотрел на свою спутницу. Она сидела и смотрела куда-то вдаль. Почувствовав на себе взгляд, Донна встрепенулась, улыбнулась и завела разговор ни о чем. Дугал хотел было продолжить вопросы, но она так на него взглянула, что он послушно подхватил эту бессмысленную беседу.

В отель они вернулись достаточно поздно. Даже в холле был слышен шум из ресторана, и Донна порадовалась, что они предпочли поужинать в городе. Пожелав Дугалу спокойной ночи, она поднялась к себе.

Коридор был пуст. Наверняка прокурор уже подписал постановление о прекращении дела, потому что у двери, ведущей в номер Кьера, не было охраны. В том, что там находился Кьерстен, Донна не сомневалась, она только что уточнила это на стойке администрации.

Внезапно ей захотелось увидеть своего мужа, ощутить себя в его крепких объятиях, услышать, как он шепчет ей на ухо: «Р’енна». Донна попыталась подавить в себе эти чувства, но вдруг тряхнула головой.

В конце концов, они – муж и жена, Кьер сам настаивал на этом и пусть теперь попробует отказаться от своих обязательств.

Не раздумывая ни секунды, она медленно подошла к двери. Судя по узкой полоске света под дверью, Кьер находился в номере. Донна подняла руку, чтобы постучать, но в последний момент передумала, просто нажала на медную полированную ручку. Дверь приоткрылась, она шагнула внутрь и замерла.

Ее муж стоял у окна, обнимая за плечи Серену Гластонберри, и что-то шептал ей. Кровь зашумела в голове.

Она не помнила, как дошла до своего номера, кажется, держась за стену, чтобы не упасть – ноги плохо слушались и постоянно подгибались. Дыхание то и дело перехватывало, а по лицу струились слезы. Донна сердито смахнула их, но соленая влага упрямо катилась из глаз.

Руки дрожали, и она все никак не могла попасть по сканеру, чтобы войти в номер. Наконец ей это удалось.

Закрыв дверь, Донна подошла к мини-бару, наполнила стакан до краев чем-то крепким и выпила залпом. Вкуса она не почувствовала. Эффекта тоже.

Грудь словно сдавило тисками, каждый вздох болью отдавался в сердце. Кьер и Серена. Стоило признать, что они были эффектной парой. Ее муж не мог сделать лучшего выбора.

Донна без сил опустилась в кресло, но сразу же вскочила и закружила по комнате, не понимая, что ей теперь делать. Мысль ворваться в номер и потребовать объяснений она отмела сразу. После заявления кузины, доставившего Кьеру столько неприятностей, она ничего не могла от него требовать.

Впрочем, и без заявлений Теа все было очевидно. Речь шла всего о пяти свиданиях, и никто не виноват в том, что Донна возомнила что-то большее, чем просто желание Кьера приятно провести время.

Она все-таки расплакалась, долго и с каким-то упоенным надрывом рыдая в подушку. Затем успокоилась и подошла к зеркалу, всмотрелась в свое отражение. Взлохмаченная, с покрасневшим носом и опухшим лицом она выглядела ужасно. Но не это беспокоило Донну.

Она пыталась определить, что именно в ней не так, если все, кто действительно значим в ее жизни, отказываются от нее: мать, отец, теперь Кьер. В какой-то момент девушка готова была признать, что над ней тяготеет проклятие. Впрочем, она тут же отогнала эту мысль.

Чувствуя, что не может больше оставаться в одном отеле со счастливой парой, что просто не сможет утром встретиться с ними и вежливо поздороваться как ни в чем не бывало, Донна достала небольшую сумку и очень аккуратно сложила туда все свои вещи. Вышла из комнаты, спустилась к стойке администратора, отдала ключи, уведомила, что не будет больше продлевать номер, и вышла в пестрящую огнями темноту улицы.

Донна не сказала Дугалу, где ее искать, поскольку и сама не знала, что собирается делать. Наступила свобода, а вместе со свободой пришло и опустошение.

Донна долго бродила по городу, который жил своей привычной суетливой ночной жизнью. Его жителям не было никакого дела до медленно бредущей по улице девушки. А уж тем более никакого дела до того, что творится у нее в душе.

Ярко освещенный, вспыхивавший всеми цветами центр сменился спальным районом с тишиной и приглушенным освещением улиц. Донна все шла и шла. Полицейский патруль окликнул ее, она привычно достала документы и протянула их.

– С вами все хорошо, мисс? – заботливо спросил один из стражей порядка, всматриваясь в ее лицо. Донна вымученно улыбнулась.

– Да, спасибо за беспокойство.

– Может быть, вам нужна помощь?

Ей пришлось сделать усилие, чтобы подавить истеричный смех, так и рвавшийся наружу. «Да, мне нужна помощь, поскольку я сдавала экзамены за кузину, а потом написала чистосердечное признание генеральному прокурору Куинси. А еще мой муж встречается с коллегой по работе, у них давний роман, но при этом он решил иногда развлекаться и со мной!» – На секунду она представила себе, как бы вытянулись лица у полицейских.

– Нет, спасибо, все в порядке, – произнесла она вслух.

– Вы что-то ищете? – не сдавался страж порядка.

Она оглянулась, впервые заметив, что находится почти на окраине города. Респектабельный тихий район, где люди жили в небольших коттеджах и знали всех соседей. Чужаки здесь были редкостью, и полицейские вполне могли принять ее за воровку.

– Да, – солгала Донна. – Мне сказали, что здесь есть недорогой пансион, но, наверное, я ошиблась улицей.

– Пансион мисс де Ламот находится на соседней улице. – Полицейский махнул рукой, указывая направление. – Хотите, мы проводим вас?

– Спасибо, думаю, я и сама дойду. – Она еще раз улыбнулась и послушно направилась в указанном направлении.

Убедившись, что полицейские не следят за ней, а вернулись к патрулированию улиц, Донна собралась вернуться в центр, но потом передумала. В конце концов, она уже достаточно долго бродила по улицам и безумно устала, а в пансионе наверняка есть свободные комнаты. И Донна, поднявшись по ступеням, нажала на кнопку звонка.

Дверь открыли не сразу. Судя по виду, хозяйка уже легла спать. Закутавшись в шаль, она с недовольным видом смотрела на незнакомку, стоявшую на пороге. Впрочем, недовольство быстро сменилось благожелательностью, стоило только Донне заговорить о съеме комнаты на неопределенный срок.

Получив оплату, хозяйка проводила девушку наверх, лично открыла дверь и пожелала доброй ночи, предупредив, что завтрак в пансионе с семи до десяти. Донна вежливо поблагодарила, после чего хозяйка ушла, пообещав занести данные о своей постоялице в базу уже утром.

Донна закрыла дверь, разделась, тщательно сложила свои вещи – она теперь все делала очень тщательно, – и легла в кровать. Думала, что будет долго ворочаться, но усталость взяла свое, и вскоре она заснула.

Глава 34

Кьера разбудил звонок смартфона. Он недовольно зевнул, перевернулся на другой бок, но противный гаджет все трезвонил, исходя электрическими трелями. Пришлось ответить.

– Да? – Голос был очень хриплый.

– Ты что, провел всю ночь у Томаса? – резко спросила Серена. Кьер промычал что-то невразумительное. Признаться, вчера вечером мысль о том, чтобы скоротать вечер в баре, даже не пришла ему в голову.

– Ты чего звонишь в такую рань? – Он с трудом подавил зевок.

– Посмотри на часы, уже десять, – отозвалась Серена, – и у меня даже прошел утренний токсикоз, после чего я обнаружила, что ты не ночевал в номере.

– Эти два события как-то взаимосвязаны?

– Представь себе, да. Когда я начинаю волноваться, у меня начинается токсикоз. Так что, будь добр, скажи мне, что ты не в тюрьме по очередному обвинению.

– Я не в тюрьме, я в университетской квартире. – Он все-таки зевнул. – Зачем ты меня искала?

– Всего лишь пригласить на свадьбу.

– Надеюсь, не сегодня? – Кьер постарался, чтобы голос звучал обеспокоенно. – Я не хотел бы вставать и судорожно носиться по магазинам в поисках свадебного подарка.

Серена рассмеялась.

– Это было бы мило, но жестоко по отношению к тебе. Нет, свадьба состоится на Зерване через неделю. Приглашение на двоих.

– Спасибо, – искренне поблагодарил он и добавил: – Рад за тебя.

– Подожди, я могу еще передумать! – пригрозила она и отключила связь.

Кьер еще немного повалялся в кровати, потом встал, побрился, позавтракал тем, что оставалось в холодильние, надеясь, что срок годности продуктоев еще не истек, после чего надел один из лучших своих костюмов, застегнул запонки и тщательно повязал галстук.

Критически осмотрев себя в зеркале, один из лучших адвокатов Межгалактической Федерации Кьерстен Сонг взял со стола пачку писем и лишь тогда набрал номер, который узнал из дела Флетчера Уайта.

– Да? – Голос Расмуса О’Доннала был очень напряженным, наверняка он провел бессонную ночь.

– Это Кьерстен Сонг. – Кьер пожалел, что Расмус не включил галасвязь, хотя он и так мог догадаться, какие эмоции испытывает его собеседник. – Мне необходимо поговорить с вами.

– Я не буду общаться с… – Расмус осекся.

– Общаться с… Ну же, продолжайте, – слегка подначил его адвокат. – А еще лучше включите все-таки полную связь, чтобы я мог показать вам то, что держу в руках. Уверяю, это в ваших интересах.

Расмус нехотя подчинился. Голограмма возникла посередине комнаты. Кьер несколько мгновений просто смотрел на соперника.

– Я слушаю, – холодно бросил тот. Адвокат усмехнулся и медленно развернул одно из писем.

– Простите, слегка задумался. В сущности, я лишь хотел поинтересоваться, знаком ли вам этот почерк?

Расмус посмотрел на неровно написанные строки и вздрогнул.

– Откуда это у вас?

– Письмо вашего брата? Мне их отдала Шейла. Шейла О’Доннал. – Кьер внимательно следил за Расмусом. Тот ухмыльнулся.

– Только не говорите, что Бринн писал письма на бумаге!

– Не буду, – послушно произнес Кьер. – Я просто закажу экспертизу и сличу эти письма с подписью на документе об опеке над Донной О’Доннал. Думаю, что подпись на нем будет отличаться от подписи Бринна О’Доннала, как и на договоре займа, которым вы шантажировали мою жену.

– С чего вы взяли, что я ее шантажировал?

– Флетчер Уайт, – коротко пояснил Кьер. – Вам следует быть осторожнее, Расмус, пилоты, как правило, видят и слышат все, что происходит на их звездолетах.

Расмус стиснул зубы и промолчал. Адвокат скривил губы в неприятной усмешке.

– Вижу, что по этому пункту мы достигли понимания, тогда перейдем к следующему. Шейла поведала мне истинные причины, по которым ее лишили опеки над дочерью.

– Шейла – амбициозная дура! – взорвался Расмус. Кьер явственно заметил испуг в глазах собеседника. – Она безалаберна и не следила за дочерью!

Кьерстен делано рассмеялся.

– Если бы по этой причине лишали родительских прав, детские дома были бы переполнены! Я видел постановление. Его вполне можно обжаловать в суде.

– По нему уже давно истек срок давности.

– Всегда можно найти новые обстоятельства и вернуть дело на пересмотр. Скажем так, вы, наверное, не в курсе, что судья, подписавший это постановление, уже лет пять как в тюрьме за взятки…

– И что? – вскинулся Расмус. – Донна уже совершеннолетняя, если она не хочет общаться с матерью, это – ее дело!

– Пересмотрев это решение, моя клиентка может подать многомиллионный иск, поскольку все эти годы была лишена общения с дочерью, к тому же вы сознательно исказили образ матери в глазах Донны. Как вы думаете, не захочет ли сама Донна так же воспользоваться этим случаем?

Если бы Кьер не наблюдал за Расмусом, он бы и не заметил панического ужаса, промелькнувшего в глазах О’Доннала.

– Что вы хотите?

– Разве я не сказал в начале разговора? – Кьерстен хищно улыбнулся. – Извините, забыл… Я хочу тринадцать процентов на имя Донны О’Доннал.

– Триннадцать процентов чего?

– Совокупного имущества клана О’Донналов: акции, недвижимость, паи…

Он с каким-то садистским удовольствием наблюдал, как багровеет лицо Расмуса. Расчет оказался верен: одна мысль о том, что с каждого заработанного биткоина тринадцать процентов будет перепадать Донне, приводила главу клана О’Донналов в ярость.

– Я также требую ровно столько же процентов для Шейлы в качестве компенсации за перенесенные по вашей вине страдания и многолетнюю разлуку с дочерью.

Расмус вспыхнул и хотел высказать своему противнику все, что думает, но взглянул на письма брата и сдержался.

– И ты будешь управлять этими активами? – ехидно поинтересовался он.

– Не худший вариант с учетом того, что вас ожидает тюремное заключение за попытку убийства!

– Тюремное заключение? – Голос Расмуса дрогнул.

– Естественно. Кстати, как адвокат, я советую вам чистосердечно признаться в том, что именно вы отдали приказ Джону О’Донналу убить меня.

– Ты не сможешь это доказать.

– Я и не собираюсь это делать, но задета честь полиции Куинси, и прокурор настроен решительно, так что мой вам совет, Расмус, сознайтесь.

Кьер насмешливо посмотрел на собеседника. Казалось, что Расмус стал гораздо ниже ростом.

– Это все? – обреченно спросил он.

– Да, остальное меня мало волнует.

– Ты… ты… – Впервые в жизни Расмус не находил слов. – Я сотру тебя в порошок!

– Думаю, мы можем сойтись на том, что эти слова – эмоциональный порыв. Или же мне стоит передать запись разговора прокурору в рамках дела Джона О’Доннала? – поинтересовался Кьер.

Расмус осекся и злобно посмотрел на адвоката, тот фальшиво улыбнулся.

– Вот и славно. Если мы обо всем договорились, я подготовлю документы и направлю к вам своих помощников. Подпишите все в их присутствии, они удостоверят личность. Если все пройдет гладко, я не стану выдвигать против вашей дочери обвинения в клевете и попытке подрыва репутации при условии, что во время вашего тюремного заключения вы назначите управлять своим бизнесом одобренного мной человека. Я ведь не хочу, чтобы моя жена и теща пострадали.

Он даже не скрывал, что издевается. Расмус молчал, слишком подавленный свалившимися на него неприятностями.

– Если у вас нет предложений, то, как я понимаю, мы договорились? – поинтересовался адвокат.

– Присылайте своих людей, – процедил Расмус. – Но учтите, за серокожих я не ручаюсь.

– Не волнуйтесь, они будут белыми. – Кьер отключил связь.

Он позвонил в офис, дал четкие инструкции и после этого набрал Донну. Ответа не было.

Обеспокоенный, Кьерстен позвонил Серене.

– Да? – Она ответила не сразу.

– Ты не знаешь, где Донна?

– Понятия не имею. В последний раз, когда мы виделись, она сидела за столом в офисе прокурора. – Она зажала ладонью смартфон и прошептала, явно обращаясь к Мэлу: – Это Кьерстен.

– Вряд ли она осталась там на ночь, – усомнился Кьер.

Серена вздохнула.

– Милый, ты хочешь, чтобы я позвонила Фрэнку и уточнила?

– Нет. Если у нее подписка о невыезде, то нам не стоит поднимать панику, могут решить, что она сбежала. У тебя есть номер ее помощника, как там его?

– Дугал О’Доннал. Я пришлю тебе сообщение.

– И если можно, побыстрее!

– Не наглей, Кьер! – предупреждающе сказала Серена. – И кстати, скажи, зачем вдруг Джеффри со своим помощником летит на Эрин?

– Потому что у них белая кожа, и они не будут выделяться.

– Гениальный ответ! Главное, весьма исчерпывающий.

– Джеффри повезет документы на подпись Расмусу О’Донналу, – нехотя пояснил Кьер.

– Ты уже поговорил с ним?

– С Джеффри? – Кьер картинно вскинул брови.

Серена подавила смешок.

– С Расмусом, болван!

– Расскажу все при встрече.

– Тогда возвращайся в отель, я сгораю от нетерпения услышать все.

– Не раньше, чем я встречусь с Донной.

– Хорошо. – Серена повесила трубку.

Чуть позже на экране смартфона вспыхнули цифры – номер Дугала. Кьер нетерпеливо набрал номер.

– Дугал, это Кьерстен Сонг, мне необходимо поговорить с Донной.

– Она так и не подключила смартфон? – охнул тот.

– По всей видимости, нет. Не знаешь, где она?

– В «Боливаре», конечно. Номер двести двенадцать.

Кьер тихо ругнулся: номер Донны был практически рядом с его. Сухо поблагодарив Дугала, он вызвал такси и направился в отель, решив поговорить лично.

Дверь в номер была открыта, там сновали горничные. Уже подозревая неладное, Кьер спустился к стойке администрации, где ему сообщили, что Донна О’Доннал уехала еще вчера. Нет, она не оставила адреса. Лишь просила сохранять корреспонденцию, которая может прийти на ее имя.

Кьер тихо выругался и отошел вглубь холла, на ходу раздумывая, что же ему теперь делать.

И Дугал и Серена говорили, что Донна дала подписку о невыезде. Значит, его жена, а Кьер думал о Донне именно как о своей жене, осталась на Куинси. Но все же планета, да и сам город были слишком большими для того, чтобы Донну можно было отыскать так просто. Оставалось только ждать, пока она сама не появится. Кьеру не хотелось ждать. В прошлый раз его ожидание затянулось на пять лет.

Так ничего и не придумав, он вернулся к себе в номер и начал готовить документы для сделки с Расмусом. Привычные формулировки слегка успокаивали. Кьер оторвался от экрана лэптопа, когда в дверь постучали.

– Да? – Кьер заметил, что за окном стемнело, а на улице уже зажглись фонари.

– Кьер, милый, мы с Мэлом идем к Томасу. Ты присоединишься? – Серена заглянула в комнату и вопросительно посмотрела на партнера.

Он покачал головой.

– Донна так и не появилась.

– Мне позвонить прокурору?

– Нет, пока не стоит. – Он вздохнул и потер затекшую шею. – Вы идите, а я лучше останусь здесь.

– Как хочешь. – Серена махнула рукой и закрыла дверь.

Глава 35

Донна проснулась очень поздно. В отличие от шумного отеля, в пансионе царила абсолютная тишина. Взглянув на часы, висевшие над дверью, она спохватилась, что пропустила завтрак, но когда спустилась в столовую, на столе все еще стояли булочки, а в огромном металлическом кувшине был достаточно горячий каппи.

Позавтракав, Донна не спешила вставать из-за стола, раздумывая, что же теперь ей делать. В свете дня бегство из отеля казалось глупостью, хотя все можно было объяснить экономией средств: в пансионе стоимость номера была значительно меньше. Впрочем, все равно придется извещать прокурора о своем местонахождении. Донна могла бы сделать это и сейчас, будь у нее смартфон.

Но свой гаджет она выбросила в утилизатор звездолета, опасаясь слежки. При воспоминании о звездолете Донна вскочила. Наверняка и пилот и штурман ждут ее в космопорту. Понимая, что ей все равно нечем заняться, она направилась туда.

К удивлению, звездолета на стоянке не было. Сотрудник справочной службы аэропорта долго что-то загружал в старом потрепанном планшете и наконец заявил, что звездолет отбыл еще вечером. Донна недовольно нахмурилась, но по здравом размышлении решила, что так даже лучше.

У дверей космопорта стоял рейсовый автобус, идущий почти до университета, народу было немного, и Донна решила поехать на нем, чтобы взять такси уже в городе.

До конечной станции оставалось всего две остановки, когда в автобус впорхнула шумная компания студентов. Громко обсуждая недавний семинар, они расположились на свободных местах. Донна с некоторой отстраненностью наблюдала, как темноволосая девушка оплачивает проезд, поднимает голову, чтобы увидеть, куда сели ее друзья…

– Донна! – Меган кинулась к бывшей соседке по комнате, намереваясь обнять. Автобус тронулся, и девушка полетела кубарем прямо на Донну. Впрочем, тут же вскочила и повисла у нее на шее.

– Я скучала!

– Я тоже. – Донна вдруг поняла, что это – правда, она действительно скучала по своей шумной соседке.

– Ребята, – тем временем объявила та на весь автобус, – это – Донна. Она – выпускница Юридической школы Куинси.

Донна смутилась. Пять пар глаз внимательно посмотрели на нее.

– Подожди, так это и есть та самая кузина Теодоры О’Доннал?

– Ага, – довольно подтвердила Меган.

– Круто! – воскликнул один из студентов, серокожий парень, белые волосы которого были заплетены в косички. – Это же из-за вас ее выгнали!

– Я бы не была так категорична, – попыталась возразить Донна, но ее протесты потонули в восторженных возгласах.

Каждый хотел познакомиться с ней лично, пожать руку и хлопнуть по плечу. Остальные пассажиры недовольно смотрели на все это. К счастью, автобус уже приехал на конечную станцию, что подвигло студентов выйти.

Донна хотела вежливо попрощаться, но студенты ей попросту не дали, наперебой предлагая пойти с ними. Больше всех уговаривала Меган. Слегка поколебавшись, Донна махнула рукой, соглашаясь. Провести вечер в компании малознакомых молодых людей было лучше, чем сидеть одной в комнате и вспоминать о Кьере.

Они все направились в новую пиццерию, поскольку у кого-то из компании оказался купон на скидку. Пицца была жестковата, а кола – теплой, но никого это не обескуражило. Донна сидела чуть в стороне, почти не принимая участия в беседе, поскольку обсуждения касались учебы.

Меган сцепилась в споре с тем самым серокожим парнем, и их диспут уже давно перешел полностью на научную терминологию. Вскоре от бесконечного шума у Донны заболела голова. Тепло распрощавшись со студенческой компанией и в качестве подарка оплатив им пиццу, она вышла.

После запахов жареной картошки и подгоревшего сыра, царивших в кафе, воздух на улице показался особенно свежим. Донна неспешно зашагала по брусчатой мостовой, размышляя о своей судьбе. Оптимизм недавних знакомых распространился и на нее, и будущее виделось ей уже не в столь мрачном свете.

В конце концов, она избавилась от Расмуса, и даже если придется объявить себя банкротом, это все же легче, чем работать с ненавистным родственником. Конечно, банкротство автоматически лишит ее адвокатской лицензии, но, с другой стороны, многие фирмы наверняка обрадуются возможности заполучить ее в качестве юриста.

Что же касается Кьера, то ей следует признать, что между ними все кончено. Серена Гластонберри подходит ему гораздо больше, и, что самое главное, неприятностей у Кьера от главы фирмы намного меньше. Сердце опять сжалось, но Донна уже была к этому готова.

Понимая, что просто так избавиться от мыслей о Кьерстене не удастся, она не придумала ничего лучше, чем отправиться к Томасу, в надежде, что атмосфера паба прогонит невеселые мысли.

Как всегда, в зале было достаточно многолюдно. Донна выбрала столик как можно дальше от входа, и, памятуя прошлую ошибку, заказала лишь один коктейль, правильно рассчитав, что Томас не обратит внимания на количество, а, следовательно, не станет звонить Кьеру.

Красноволосая Молли выбежала на сцену, намереваясь проверить микрофон. Заметив Донну, она помахала ей и вновь убежала за кулисы. Люди все заходили, наверное, потому что была пятница. Или суббота. Донна поняла, что потеряла счет дням.

Несколько раз к столику приближались мужчины, предлагая угостить одинокую девушку, но она лишь качала головой.

Свист и хлопки подсказали, что Молли вышла на сцену. Зазвучал блюз. Глубокое контральто наполнило помещение. Донна прикрыла глаза, наслаждаясь пением.

– Простите, здесь свободно? – Знакомый насмешливый голос заставил ее подскочить на месте.

– Серена? – Донна вздрогнула и недоверчиво посмотрела на соперницу.

– Я могу присесть? – повторила та.

Донна пожала плечами:

– Да, конечно.

Серена села и закинула ногу на ногу, внимательно посмотрела на рыжеволосую девушку.

– Слышала, ты уехала из отеля?

– Да. «Боливар» теперь для меня непозволительная роскошь. – Донна улыбнулась, словно подсказывая, что это – всего лишь шутка.

– А что так?

– Уволилась из фирмы О’Донналов. – К чему скрывать то, что уже завтра будет известно всем.

– И куда теперь?

– Понятия не имею. – Донна махнула рукой, заказывая второй коктейль.

– Об этом я и хотела поговорить, – кивнула Серена. – Вернее, о работе…

– О чем же еще? – хмыкнула Донна, делая глоток.

Серена вздохнула, набираясь смелости.

– Донна, я беременна. И поскольку мне придется уйти, то я хочу, чтобы ты перешла работать к нам с Кьером. Не думаю, что после всего ты вернешься на Эрин, поэтому предлагаю тебе стать ведущим партнером в «Гластонберри и Сонг».

До Донны слова Серены доносились словно откуда-то издалека, кроме одного: Серена ждет ребенка. Наверняка это – ребенок Кьера. Она прикусила губу, чтобы не расплакаться. «Пять свиданий, Донна, всего пять», – пронеслось в голове.

Слишком потрясенная услышанным, Донна не сразу поняла, что Серена окликает ее:

– Что с тобой?

– Ничего. – Она взяла стакан с коктейлем, вытащила соломинку и под удивленным взглядом соперницы сделала большой глоток. – Прости, Серена, предложение очень лестное, и я понимаю, что никогда больше не получу такого же, но я просто не могу принять его!

– Могу я поинтересоваться почему?

– Это – личные причины. – Донна покрутила стакан, стоящий на столе.

– Если ты думаешь, что я предлагаю тебе по просьбе Кьера, то это не так. Признаться, в этой ситуации меня даже беспокоит, что вы женаты.

– Это не проблема, у Кьера есть бумаги о разводе, подписанные мной. – Донна махнула рукой. – Так что я просто желаю вам обоим счастья.

– Спасибо, но кому именно? – Серена нахмурилась.

– Тебе и Кьеру, конечно. – Донна допила свой джин-тоник. – Прости, если не выказываю должной радости…

– Донна, – Серена выглядела очень растерянной, – мы с Кьерстеном уже много лет просто друзья.

Девушка горько усмехнулась.

– Ты же сказала, что беременна…

– Да, я жду ребенка и, наверное, выйду замуж за Мэла. – Серена кивнула на соседний столик, где сидел высокий мужчина. – Он – частный детектив, мы давно работаем вместе.

– Но… – Донна прикусила губу.

Серена насмешливо взглянула на нее.

– Кьерстен не единственный мужчина на свете, Донна, – заметила она.

Та мрачно посмотрела на собеседницу, а затем решилась:

– Я видела, как Кьер и ты… вчера я зашла к нему, а вы стояли у окна в его номере.

– О… – Серена вновь села за стол. – Вот в чем дело. Кьер всего лишь успокаивал меня…

– Успокаивал?

– Да. – Серена поерзала на стуле, словно чувствовала себя неловко. – Кьер знает, что раньше у меня были проблемы… с вынашиванием… Мой второй муж развелся со мной после очередного выкидыша.

– Прости, я не знала.

– Никто не знал. Кроме Кьерстена. Он составлял все бумаги. Донна, завтра я лечу на Зерван и, скорее всего, весь срок проведу в клинике. Именно поэтому и предлагаю тебе занять место ведущего партнера в фирме.

– Серена, – Донна почувствовала себя виноватой, – прости, я…

– Ничего. Так ты принимаешь мое предложение? Поверь, мне будет спокойнее, если одним из партнеров будешь ты. Кьер слишком резок и самодоволен. Он ненавидит руководить людьми.

– Я подумаю, – серьезно пообещала Донна, но блеск глаз ее выдал – она уже приняла предложение.

– Хорошо. – Серена встала. – Мне пора, Мэл уже смотрит на меня лютым зверем, а он не отличается особым терпением.

– Удачи. – Донна протянула руку.

Серена ее пожала.

– Жду твоего звонка.

– Прежде мне надо переговорить с Кьером.

– О, это не проблема! Думаю, что он вот-вот будет здесь.

– Что? – Донна подскочила и с укором взглянула на собеседницу. – Серена! Ты позвонила ему?

– Конечно! – Она подмигнула. – Когда будешь торговаться с ним – не продешеви.

– Мы женаты.

– Тем более! Ведь первый секс у вас уже был!

Донна с невольной улыбкой наблюдала, как Серена подходит к детективу и что-то говорит ему. К ее удивлению, мужчина пожал плечами, поднялся и направился к выходу, бережно ведя свою спутницу. Донна проводила их взглядом и замерла, потому что в дверях стоял Кьер.

При виде жены его глаза хищно сузились. Он слишком быстро направился к ее столику.

– Я уже сутки ищу тебя! – Это звучало почти обвинением.

– Серена сказала.

– Что еще она сказала?

– Что вы просто друзья. Предложила мне работу в ее фирме и посоветовала при заключении сделки торговаться с тобой.

Кьер улыбнулся и решил начать с главного:

– И ты последуешь ее совету и будешь торговаться?

– А ты будешь предлагать сделку?

Он ухмыльнулся.

– Нет.

– Нет?

– В прошлый раз попытка предложить тебе сделку закончилась моим арестом.

Донна заерзала.

– Кьер, я…

Жестом он приказал ей замолчать и продолжил суровым менторским тоном:

– Поэтому, миссис О’Доннал, отныне – никаких сделок, вы – моя жена! И я протащу вас по всем судам нашей Федерации, если вы решите подать на развод… Родная, что с тобой, почему ты плачешь? – Последние слова он проговорил почти растерянно.

Даже не дожидаясь ответа, Кьерстен обнял ее, прижимая к своему плечу. Донна не сопротивлялась, лишь прижалась еще сильнее, ища у него поддержки.

Он провел рукой по ее волосам.

– Ну что ты? – прошептал он. – Пожалуйста, не надо…

– Я думала, что ты никогда мне не скажешь этого, – произнесла она, все еще всхлипывая.

Улыбнувшись, Кьер слегка отстранил ее от себя.

– Не ты одна умеешь угрожать судами, Р’енна!

Она смущенно улыбнулась, вспомнив ту ссору в отеле.

– Прости, что заставила тебя волноваться… – тихо сказала Донна, проведя ладонью по щеке мужа.

– Никогда так больше не делай, – проворчал он, садясь за стол и жестом подзывая официанта. – Мне пришлось самому готовить все документы, и там наверняка полно ошибок!

– Документы?

– Ага. – Кьер подождал, пока ему поставят двойной виски, и продолжил: – Я плохо разбираюсь в ценных бумагах О’Донналов, поэтому хотел попросить тебя помочь мне.

– Ты занимаешься ценными бумагами О’Донналов? – изумилась Донна. – С каких пор?

– С тех самых, когда узнал, как Расмус тебя шантажировал, вынуждая работать на клан. – Кьер с укором посмотрел на жену. – Почему ты мне ничего не сказала?

Она с испугом посмотрела на него.

– Откуда…

– Флетчер Уайт рассказал и готов подтвердить, что документы, которыми тебя шантажировали, – подделка.

– Я знаю это. – Донна усмехнулась. – Но у меня нет доказательств.

– Они есть у меня, письма твоего отца Бринна О’Доннала.

– Какое отношение они… – Она вдруг поняла, о чем Кьер говорит, и недоверчиво посмотрела на него.

– Где ты их взял?

– Твоя мать дала их.

– Ты виделся с моей… – Она запнулась, понимая, что не может произнести это слово.

– С твоей матерью, – кивнул Кьер.

– С женщиной, которая отказалась от меня, – твердо произнесла Донна.

Кьер вздохнул и с мягким укором посмотрел на жену.

– Послушай, все не так, как ты думаешь.

– С чего ты взял? Или это она рассказала тебе душещипательную историю? – вскинулась Донна, чувствуя, как детские обиды вновь берут верх над разумом. – Она отказалась от меня и сбежала!

Кьер положил свою ладонь поверх ее.

– Я видел документы. Она не отказывалась. Расмус подкупил судью, чтобы забрать тебя у нее.

– О да, и она мгновенно смирилась? – Донна выдернула руку и сердито посмотрела на мужа.

– А у нее был выбор? Путь на Эрин ей был заказан, верно? – Кьер изогнул бровь. – Как я понимаю, она звонила тебе…

– Да, когда я была в университете.

– После чего Джон О’Доннал приехал, чтобы переговорить с ней. Он сказал, что действует от твоего имени.

– И ты ей поверил? – возмутилась Донна.

Кьер почти весело кивнул.

– Конечно, я же был в схожей ситуации, хотя Шейла, в отличие от меня, не смогла сломать ему нос. – Он взглянул на жену и, видя, что она слегка смутилась, продолжил: – Зато она передала мне письма, благодаря которым мы поставим Расмуса на колени. – Он вдруг заметил, что у нее в глазах стоят слезы. – Эй, ты опять? Донна, что на тебя нашло?

– Я не знаю, – всхлипнула Донна. – Понимаешь, всю жизнь я ненавидела ее за то, что она меня бросила, потом я злилась на тебя… Черт бы побрал Расмуса!

– Скорее его заберет прокурор Куинси, причем в ближайшее время, поэтому нам стоит поспешить с подписанием сделки.

– Какой сделки? – Она поняла, что окончательно потеряла нить разговора. Голова болела, а в носу противно щипало. Донне подумалось, что за всю жизнь она не рыдала столько, сколько за эту неделю. Это напоминало пружину, которая вдруг разжалась в ее теле, вызывая бесконечные потоки слез.

– Расмус готов в качестве компенсации передать тебе тринадцать процентов общего имущества клана, – пояснил тем временем Кьер. – Столько же получит твоя мать, что в совокупности даст вам право решающего голоса.

– Ни за что не поверю, что он сделал это!

– У него не было выбора. – Кьер допил виски и встал. – Ну что, а теперь пойдем?

– Куда?

– Ты же должна познакомиться со своей матерью!

Эпилог

– Преуспеть во всем дано не каждому, но только тот, кто действительно прилагает усилия, по-настоящему может насладиться результатами своего труда, – говорил Кьер, стоя на трибуне.

Донна сидела в зале среди других гостей и с улыбкой смотрела на мужа. Вот он закончил и на правах почетного гостя занял место рядом с ректором Мак-Кинтошем, пока лучший выпускник года поздравлял своих соучеников.

Короткая речь, прерываемая взрывами смеха, и черные береты с золотыми кисточками взлетели в воздух. Дождавшись, пока Кьер спустится с трибуны, установленной по традиции под самым старым деревом университета, – тем самым, с непонятными листьями, Донна подошла к мужу.

– Было очень мило, – со смешком произнесла она, заботливо поправляя галстук, сдвинутый на три миллиметра вправо.

– Спасибо. – Кьер привычным жестом положил ладонь ей на талию. – Дугал не звонил?

– Понятия не имею. Я на всякий случай отключила звук у обоих смартфонов. – Донна порылась в сумке, доставая гаджеты.

– Ни одного вызова! – Кьер взглянул на экран. – Это прогресс!

– Он звонил мне. – Она продемонстрировала мужу свой смартфон, где значились пропущенные вызовы.

– Опять будет упрашивать вернуться и ныть, что не справляется? – фыркнул Кьерстен.

– Не знаю. – Донна задумчиво прикусила губу. – Быть главой клана очень тяжело.

– Пусть привыкает, – пробурчал Кьер. – Расмус вряд ли выйдет из тюрьмы.

Донна лишь слегка скривилась. Несмотря на всю неприязнь к дяде, ей было жаль этого уже немолодого человека, вынужденного закончить свои дни в тюремной камере. Хотя следовало признать, что наказание было заслуженным.

Она на секунду прижалась к Кьеру, как делала всегда, когда вспоминала, что могла потерять его. Он улыбнулся, прекрасно поняв, о чем жена опять думает.

– Ты уже поздравила Меган? – Кьер предпочел сменить тему разговора. Донна покачала головой.

– Нет. Я ждала тебя.

– Тогда что мы стоим?

Вместе они подошли к самой оживленной группе студентов.

– Донна! – Меган буквально повисла у нее на шее. – Все-таки вы приехали!!! Я так рада! – Она чуть отстранилась и посмотрела на Кьерстена. – Мистер Сонг, прекрасная речь!

– Спасибо. – Он достал из внутреннего кармана конверт и протянул его девушке. – Мы с Донной хотим поздравить тебя с окончанием учебы.

– Что там? – Меган переводила взгляд с Кьерстена на Донну.

– Где же твоя жажда исследователя, Меган? – поддразнила та. – Открой и узнаешь!

Подозрительно прищурив глаза, та открыла конверт и достала сертификат, прочитала название и не смогла сдержать торжествующего вопля:

– Это же сертификат в «Интроверт»!!!

Донна улыбнулась.

– Надеюсь, тебе там понравится.

– Еще бы! Спасибо! – Пылко обняв обоих, Меган вновь устремилась в самый центр толпы, размахивая конвертом.

– Ты уверена, что это действительно была хорошая идея, подарить ей такой отдых? – задумчиво произнес Кьер, жена одарила его снисходительным взглядом.

– Если бы ты прочитал то, что написано на сертификате, то знал бы, что это номер в филиале отеля на Новом Меркурии.

– И почему мы сами туда не ездим?

– В «Экстраверт»? – Донна слегка приподняла брови. – Ты действительно хочешь поехать туда, где шум и вечные тусовки?

– Нет. – Кьер в притворном ужасе покачал головой. – Ладно, пойдем, Серена с Мэлом, наверное, заждались в пабе.

– Не думаю, – со смешком возразила Донна. – С учетом того, что им удалось подкинуть дочь моей матери, они заперлись в «Боливаре» и вряд ли вспомнят вообще о ком-то еще несколько часов.

– Возможно, ты и права… – Кьер задумчиво посмотрел на нее. – Скажи, а тебе не кажется, что Шейла с большим удовольствием возится с детьми…

– И что ты предлагаешь? – Донна склонила голову набок, лукаво поглядывая на мужа.

– Может быть, мы сможем предоставить ей такую возможность?

– Чаще приглашать сюда Серену и Мэла? – Она широко распахнула глаза. Кьер наигранно вздохнул.

– Они, конечно, обрадуются, но я имел в виду совершенно другое…

– Я вас слушаю, мистер Сонг…

– И что вы хотите от меня услышать, миссис О’Доннал? – подхватил он ставшую уже традиционной игру.

– Ваше предложение по поводу этой сделки! – Она расхохоталась. – Ну же, Кьер, смелее, ты же знаешь, что все равно выиграешь!

– Это еще почему?

– Потому что я люблю тебя…