Annotation

Попав в другой мир, я собралась уже спасти его и встретить любовь всей своей жизни, как вдруг оказалось, что миру ничто не угрожает, а местные мужчины слишком придирчивы к внешности. Но я же не виновата, что те умники, которые перенесли меня — недоучки! В общем, белая мышь, которой я себя считаю, годится только для работы. Спасибо, что хоть магией одарили, и теперь я занимаю не самую последнюю должность в службе безопасности. Один минус — начальник тот еще змей, как в переносном, так и в прямом смысле слова! Но где наше не пропадало? И дух мой был сильным, пока не появилась здесь еще одна попаданка, которой предстоит спасти мир и возле которой мужчины чуть ли не пляшут. А я? А как же я?! Я же тоже попаданка…

Анна Олеговна Пальцева

ПРОЛОГ 

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Эпилог

Анна Олеговна Пальцева
Попаданка под копирку

ПРОЛОГ 

На каменной площадке, под разрушенным сводом старого храма, на коленях, в черном длинном балахоне с капюшоном на голове, ползал мужчина, выводя белым мелом древние руны. Руки безудержно дрожали, и приходилось раз за разом переписывать символы. Никто не знал, что получится на самом деле, но именно сегодня — когда взойдет кровавая луна, можно проломить грань мироздания.

— Я принес кровь, — сухой голос перекрыл шорох мела, и рука мужчины дернулась, испортив очередную руну.

— Ставь по углам пентаграммы! — недовольно рявкнул тот, что уже более часа ползал на коленях по холодному камню. — Смотри, чтобы ни одна капля не пролилась.

Мужчина, в таком же черном балахоне, послушно поставил обычные глиняные чаши на каждый остроконечный, вычерченный все тем же белым мелом, угол звезды, пока его напарник продолжал вырисовывать руны. Время поджимало, и в любой момент могли прийти заклинатели из службы безопасности, но в этом деле требовалась точность, поэтому приходилось проверять все по несколько раз.

— Все, — устало выдохнул мужчина, поднимаясь на дрожащие ноги с пола разрушенного храма. — Зажигаем оставшиеся свечи и начинаем.

Напарник кивнул и вместе с ним начал поджигать фитили толстых свечей, которые были расставлены по ровному кругу пентаграммы. Она была огромной, и пришлось приложить немало усилий, чтобы ее начертить, но по-другому бы не вышло сделать то, что задумали эти двое.

Как только все было готово, и огонь свечей плавно колыхался от легкого сквозняка, мужчины встали друг напротив друга, почти касаясь носками границы белого круга. Их руки были спрятаны в широких рукавах балахонов, а лица — под глубокими капюшонами. Они не могли знать, что произойдет через несколько минут, но послушно ждали, веря старым записям их прародителя.

Стояла тревожная тишина, а темный лес, что окружал руины старого храма и будто пожирал все вокруг своей тьмой, испуганно застыл на границе света, дрожа от живого пламени восковых свечей. Тени плясали на полуразрушенных стенах в такт колыханию огоньков, и мужчины слаженно выдохнули, когда над их головами в пролом свода заглянула кровавая луна и осветила пентаграмму.

— Сейчас! — скомандовал один из них, и они хором начали читать древнее заклинание.

Под монотонный низкий голос, который с каждой минутой усиливался и звучал громче, руны стали впитывать кровавый свет луны. Само светило медленно уходило в сторону, и как только диск скрылся за край пролома крыши, мужчины замолчали, а свечи потухли.

На миг тишина затопила все вокруг, но затем ярко, алым светом, вспыхнули руны, окрасив руины в кровавый цвет.

— Стоять! — крикнул мужчина своему напарнику, закрыв лицо от света. — Даже не смей сдвинуться с места!

Руны вспыхнули еще раз, волной света отбрасывая свечи в разные стороны. Мужчины смогли устоять, вскинув руки для равновесия. Им было необходимо оставаться на местах до конца, чтобы не нарушить связь двух миров, но с каждой секундой делать это становилось все труднее.

Вспышки становились все сильнее и сильнее, и каждый раз пытались сдвинуть их, но вот разрушенный зал осветила последняя, и они перевели дух, чтобы затем затаить дыхание, увидев, как из чаш к центру пентаграммы поползли тонкие змейки крови, чтобы там начать переплетаться между собой. Руны плавно мерцали, рассеивая тьму красным светом, и под непонятный треск кровь продолжала плести свой узор.

Треск усилился.

— Что это? — спросил мужчина, указав на белые трещины в воздухе.

Его напарник промолчал, в ожидании наблюдая за тем, что происходило в центре пентаграммы.

С каждой секундой таких белых трещин становилось все больше, будто само мироздание расходилось по швам, и в какой-то момент огромной белой вспышкой мужчин все же отшвырнуло в разные стороны.

— Торий, ты жив?! — хватаясь за голову и кашляя от пыли, спросил мужчина, как только все стихло. Мелкие камешки падали сверху, но свод, слава всевышнему, устоял.

— Да, — хрипло ответили ему с другого конца небольшого зала. — Но, кажется, ногу сломал.

— Лежи, — потребовал его друг и поднялся на ноги, хватая с пола свечу. — Огонь, — тихо проговорил он, и огонек заплясал на фитиле, рассеивая темноту.

Пыль все еще клубилась вокруг, медленно оседая вниз. То тут, то там слышался шорох падающих камешков, и мужчина побрел к другу, хромая на одну ногу. Им следовало убраться отсюда как можно скорее, но сначала необходимо было понять, что произошло.

— Где? — присев рядом с другом, мужчина взглянул в его кошачьи глаза, проследив, как утончился зрачок от света.

Торий молча указал на правую ногу и скривился от боли, как только друг аккуратно прощупал ее.

— Потерпи, — попросил он его и зашептал слова исцеления. После древнего заклинания у него осталось не так много сил, но на сломанную ногу должно было хватить.

Торий кусал губу, стараясь не кричать от боли. Фот только наполовину заклинатель и не мог сделать так, чтобы его друг ничего не чувствовал, но выбора не было.

— Все, — обессиленно опустив руки, проговорил Фот, — сегодня пользоваться магией больше не смогу.

— Спасибо, друг, — облегченно выдохнул Торий, но затем напрягся, услышав тихий стон со стороны.

Мужчины одновременно повернули головы в сторону, где находилась пентаграмма. Свет от свечи был слабый и освещал только их, поэтому рассмотреть им ничего не удалось. Везде стояла беспросветная тьма.

— Это оно? — с надеждой в голосе прохрипел Торий, поднявшись на ноги.

— Сейчас узнаем, — решительно ответил ему друг, хватаясь за предложенную руку. Все же в написание рун он вложил много энергии.

Стараясь не издавать посторонних звуков, они осторожно двинулись к месту ритуала. В записях прародителя было много вариантов открытия врат в мир, откуда он пришел, но все они были лишь теориями. Мужчины не знали и не могли быть уверенными, что у них все получится, ведь как артефакторы Фот и Торий обладали малой человеческой кровью, но дикое желание требовало сделать все возможное и они остановились на энергии кровавой луны, которая окрасила себя именно сегодня.

Огонек свечи дрожал при шаге Фота, но чуть погодя он понял, что не сквозняк тому причина, а его дрожащая рука. Он никогда не замечал за собой трусости, и всегда твердо смотрел на вещи, но именно сейчас он испытывал страх от понимания, что они открыли врата в другой мир. Невероятное и пугающее явление.

Как только показался белый круг, мужчины остановились. Фот вытянул руку со свечой, стараясь осветить как можно больше пространства. Руны больше не светились, и пентаграмма напоминала обычный наскальный рисунок, но то, что они обнаружили в центре огромной пятиконечной звезды, заставило Фота выронить свечу, погрузив все во тьму.

— Фот! — прошипел Торий и опустился на колени, шаря дрожащими руками по каменному полу. Перед его глазами все еще стояла картина обнаженного тела, когда он, наконец, нашел свечу и зажег огонь.

— Это… — не веря своим глазам, пораженно выдохнул Фот, когда вновь была видна девушка. Она была словно высечена из белого камня, неподвижно лежа на боку в позе эмбриона.

Вступив в пентаграмму, Торий осторожно поднес свечу к ее лицу.

— Почему она без волос? — сипло спросил он, проведя свечой вдоль туловища девушки, рассматривая ее полностью. — Совсем! Так должно быть?

Фот присел рядом и недоуменно обвел ее взглядом. Действительно, девушка была абсолютно без волос.

Аккуратно дотронувшись до ее шеи, он мрачно выдохнул:

— Она мертва.

Торий дернулся назад, убрав руку, которой хотел провести по гладкой белой голове.

— Мы не справились, — задумчиво проговорил Фот и поднялся на ноги. — Пульса нет.

— Но мы же слышали стон… — тихо сказал его друг, посмотрев на него снизу вверх, а затем вновь взглянул на девушку. Даже при тусклом свете одинокой свечи было видно, что жизнь покинула девушку.

— Не исключено, что я ошибся, — сжав кулаки, ответил ему друг и в сердцах пнул камень. Тот с шумом врезался в стену, заставив маленькие камешки вновь посыпаться сверху.

— Но… — хотел поспорить Торий, но внезапная белая вспышка в лесу заставила его замолчать и вскочить на ноги. — Заклинатели!

— Бездна! — со злобой и негодованием сплюнул Фот и схватился за артефакт перемещения, что висел кулоном на его шее. — Это еще не конец, мы найдем способ переместить к нам высшего артефактора, — тихо проговорил он, наблюдая за приближающимися заклинателями, но прежде чем активировать портал, взглянул на девушку.

Ему было жаль ее, но никто не мог предположить, что именно к этому приведет ритуал. Он сработал, и к ним перенесло человека, но видимо не все было уточнено прародителем, отчего жизнь и покинула это бедное создание. Сколько им предстоит еще погубить жизней, спотыкаясь на ошибках Великого артефактора, Фот не знал, но останавливаться был не намерен. — В дом Дори, — сказал он Торию, и они одновременно активировали артефакты.

Разрушенный зал старого храма осветила белая вспышка, и мужчины покинули место своей неудачи.

На миг руины погрузились во тьму, но вот под свод зала взмыл огненный пульсар, освещая все вокруг будто днем.

На каменный пол, потрескавшийся от времени, вступил мужчина в черном костюме работника службы безопасности. Он медленно обвел зал внимательным взглядом, отмечая все, что дало бы ответы.

— Они ускользнули. Путь отследить невозможно. Эти ребята хорошо разбираются в артефактах, — с ухмылкой проговорил мужчина с тигриной головой, поравнявшись с коллегой.

Тот сурово продолжал сканировать взглядом руины, пока не остановился на теле девушки.

— Ты видишь тоже, что и я? — с шипением спросил он, повернув змеиную голову к напарнику.

По залу уже начали сновать другие работники службы безопасности, выискивая все улики запрещенного ритуала.

— Это?… — Не договорив фразу, тигр прошел к пентаграмме и присел на корточки возле лежащей девушки. Прижав уши к макушке, он принюхался, а затем вскинул голову и изумленно посмотрел на своего коллегу. — Это однозначно адам женского пола! Вот только не пойму, почему она пахнет как ты?

Мужчина со змеиной головой, подойдя к одному из углов звезды, надел резиновую перчатку и поднял с каменного пола глиняную чашу, провел по внутренней стенке пальцем, а затем растер красную жидкость между подушечками.

— Кровь сойи, — сухо констатировал он, отвечая на вопрос коллеги. — Обыскать периметр храма! — отдал он приказ сослуживцам, опустив обратно чашу. — Им потребовалось много крови, — недовольно изрек он, посмотрев на девушку.

После минутного молчания, пока другие служащие службы безопасности делали снимки для протокола, тигр задумчиво спросил:

— Для чего она им понадобилась, и почему они ее бросили?

— Жива? — пропустив вопрос, спросил змей, услышав от подчиненных, что в лесу найдено тело сойя, и присел рядом.

— Жива, — со вздохом ответил ему коллега, проведя рукой над девушкой. — Но слаба. И откуда такая взялась? Чего они хотели с ней сотворить, положив в пентаграмму?

Змей вскинул руку и провел ей по воздуху, шепча слова.

— Магический фон нестабилен. Могу предположить, что эти недоучки прорвали грань мироздания.

— То есть, эта девушка — не отсюда? — навострив пушистые уши, спросил изумленно тигр.

— Как знать, — задумчиво ответил ему напарник и поднялся на ноги. — Девушку к целителям, а труп к некромантам. Пусть узнают, кто такой, — отдал он приказ, шагая в сторону леса.

Тигр еще раз с интересом глянул на девушку и нагнал коллегу у разрушенной арки.

— Я не понял только одного, — пожал он плечами, достав артефакт перемещения из кармана пиджака.

— М? — взглянул на него змей, последовав примеру коллеги.

— Почему она без волос?

— Я же говорю — недоучки, — с раздражением ответил ему начальник службы безопасности и сжал артефакт.

Мужчину с тигриной головой и полосатым хвостом на миг ослепила вспышка. Он понимал недовольство своего друга. Тот не любил, когда преступник ускользал, оставив после себя много вопросов. Звериная интуиция подсказывала, что с этими ребятами они еще намучаются.

— Здесь все, — проговорил служащий, неся на руках девушку.

— В штаб, — скомандовал главный следователь, с неохотой последовав за другом через портал.

Когда недоволен глава всей службы — недовольны все.

Глава 1

Нащупав рукой очки на тумбочке и нацепив их на нос, нехотя села, откидывая одеяло в сторону. Открывать глаза было лень, но звуки за окном — не такие как обычно — показались мне странными, поэтому разлепила сначала один глаз, а затем другой.

Вся моя большая комната купалась в теплых лучах солнца, и было в этом что-то сказочное. Самым приятным было бы сейчас закрыть глаза и продолжить смотреть неплохой сон, как вдруг взгляд наткнулся на часы, и все волшебство исчезло.

О, это чувство страха, когда видишь сонным взглядом стрелку на часах в неположенном, казалось бы в такую рань, ей месте. Мое сердце на миг замерло, а как только получилось осознать страшную истину сложившейся ситуации, оно вновь забилось как после тяжелого бега, разгоняя жар по всему телу.

— Блин блинский! — хрипло простонала и резко подскочила с кровати.

Такого пробуждения не пожелаешь даже врагу!

Подбежав к шкафу, резко распахнула створки гардероба и, издавая скрежет крючками вешалок по металлической перекладине, поспешно начала искать то, в чем не стыдно было бы пойти на работу. Мой гардероб не был готов к такому дикому налету на одежду, но каждая минута, да что там — секунда, была важна, и просто не было времени приглядываться к мелочам.

В такой момент меня даже мало волновало, что я абсолютно голая, когда обычно сплю в пижаме, и что по всему полу комнаты разбросаны как мои, так и незнакомые мне вещи. В голове набатом стучала только одна мысль: «Опоздала!»

— Вот тебе и понедельник, — нервно усмехнулась и покачала головой, отгоняя панические мысли.

В принципе, мне уже ничто не поможет, и остается только гадать, как так вышло, что будильник я не услышала, но, наконец-то, подобрав к брюкам блузку, боковым зрением заметала, как кто-то ходит по комнате.

Прижав выбранные вещи к груди, медленно развернулась и удивленно уставилась на обнаженного бруйта, который не спеша собирал свои вещи.

— Э-э-э… — и на этом мой словарный запас закончился, поскольку этот получеловек-полузверь повернулся в мою сторону, даже не стараясь прикрыться.

— Все было прекрасно, — немного сонным голосом проговорил он и нагнулся, чтобы плавным движением надеть трусы. — Но ты же понимаешь, что это единственный и последний раз? — выпрямившись, спросил он, блуждая взглядом по полу в поиске других своих вещей.

Я же продолжала стоять дальше, прижав к груди блузку с брюками. Сейчас мне было не столько важно прикрыться, сколько осознать увиденное. И пока незнакомец надевал вещь за вещью, вспоминала все, что вчера произошло.

Да, я закончила свой проект и получила хорошее вознаграждение на выставке артефакторов, но как это объяснить тем, что я проснулась в одной постели с мужчиной? Выпила? Нет — я вообще не пью. Обкурилась? Исключено, поскольку не переношу табак, а насильно меня не заставишь. Остается только последний вариант — магия. Вот только с чьей стороны: с его или моей?

— Прощай, мышка! — не подходя ко мне, кинул он прощальные слова через плечо и выскользнул из комнаты, уже полностью одетый. Напоследок пораженно проследила, как тонкий кошачий хвост прикрыл дверь.

Вот так пирожки с котятами!

Как только дверь закрылась, подбежала к рабочему столу и схватила прибор определения магического воздействия. Секунды, за которые артефакт определял изменения в моей ауре, показались мне вечностью, но вот долгожданный писк и на браслете загорелся зеленый кристаллик.

Чисто.

Со стоном опустилась на стул, спрятав лицо в одежде, которую до сих пор сжимала.

Опять. Опять я воспользовалась артефактом, которым поклялась больше никогда не пользоваться. Буся меня убьет. Без лишних слов. Ну и что, что она рыба? Ей палец в рот не клади, найдет, чем испепелить в прямом смысле слова.

Надо было артефакт еще тогда уничтожить, когда поняла, что он делает. Но ничего же не случилось противозаконного? А это повод не паниковать раньше времени!

Глубоко вдохнув и выдохнув, ощутила приятную легкость внутри. Одной проблемой меньше. Но вдруг вспомнила, с чего началось утро, и вновь сорвалась с места.

С рыбой договориться можно, а вот с начальником не получится. Убьет! Несомненно, убьет!

— Что б тебя!

Часы безжалостно показывали десять часов, когда я более или менее оделась и выскочила из своей комнаты. На рабочем месте меня уже как два часа нет, а этого достаточно, чтобы заметить мое отсутствие. Лишь молчание артефакта связи еще как-то вселяло в меня надежду, поэтому, попрощавшись в общем зале с хозяйкой, выбежала из дома, отказавшись от завтрака.

Все потом!

На рейсовый кип я опоздала, и пришлось бежать на остановку с платными. В такой ситуации было плевать на деньги, лишь бы еще больше не опоздать, хотя куда уж больше? Быть может, надо было вообще остаться дома? Нет, так нельзя. Большой босс по голове не погладит за такое поведение. Уволить — не уволит, но находиться в его кабинете и выслушивать еще больше неприятных эпитетов в свой адрес — нет уж, спасибо.

Как только кип подъехал к заданной мной остановке, быстро расплатилась — приложив карту-артефакт к сканеру, и пулей вылетела из четырехместной коробочки с окошечками и куполообразной крышей. Дальше торопиться не стала. Окна кабинета начальника прямиком выходят на парадную площадь здания. Оттуда ему каждого видно. Да, людей сейчас на площади много, ведь служба безопасности занимается многими важными для жителей города делами, и посетителей каждый день достаточно, но мою беловолосую голову нетрудно заметить сразу же. Работа у меня «домашняя» и целый день сижу либо в своем кабинете, либо в лаборатории, поэтому мое опоздание для начальника не будет секретом. А этого допустить нельзя!

Оторвав плакат с какой-то рекламой зубной пасты со щита, накинула его на голову и влилась в поток прохожих, медленно, но верно продвигаясь к главному входу здания службы безопасности. Глупо? Еще как! Но вдруг прокатит?

Жалко, что об этом нельзя узнать сразу, а поднять голову и проверить, смотрит ли на меня начальник, было боязно. В итоге, понурив голову и скрутив в трубочку плакат, проскользнула внутрь здания через вращающиеся двери из стекла, надеясь на удачу.

Охранники лишь мимолетно глянули на меня, уделив все внимание посетителям. Конечно, меня тут все знают, и не столь из-за должности, которую я здесь занимаю, а из-за моей неординарной внешности.

— А, Мышка все же решила нас посетить? — съехидничал один знакомый некромант, как только подошла к лифту.

— Сильно заметно? — пропустив его издевку, спросила серьезно.

— Если не спрашивать твою иллюзию у тебя в кабинете, то нет. Но мой совет: поторопись, — подмигнул он мне и зашел в соседний лифт — тот, что шел исключительно вниз.

— А зачем ты заходил ко мне? — спросила, но успела лишь увидеть его кривую ухмылку, как дверцы лифта сомкнулись.

Поджав губы, недовольно зашла в другой лифт и нажала кнопку пятого этажа, но, прежде чем он закрылся, в него успело забиться столько людей, что я оказалась прижата к задней стенке. Быть маленького роста плохо — так и раздавить могут.

В итоге, когда был необходимый мне этаж, на выход я пролезала по низу, через ноги служащих. Да — унизительно, да — чувствую себя букашкой, но тело, увы, не поменяешь, поэтому выживаю как могу.

Здешние жители имеют рост не ниже ста семидесяти, когда я всего лишь метр пятьдесят шесть. Мало. Непозволительно мало, и именно поэтому меня называют мышью. Такая же маленькая и безобидная. А белой обозвали, потому что волосы мои белоснежные, словно снег на вершинах гор. Некоторые даже боятся ослепнуть и не смотрят на меня дольше пяти минут. Шутка-шуткой, но порой становится обидно.

Конечно, обозвать меня страшной нельзя, и своими лицом и фигурой я довольна, вот только волосы у меня не растут ниже плеч и постоянно торчат в разные стороны. Все еще красотка? А как вам очки? Как оказалось, зрение мое не поддается целительству, поэтому теперь имею «четыре глаза».

А ведь когда-то я выглядела иначе…

— Ну наконец-то! — недовольно встретили меня в кабинете, стоило только переступить порог. — Ты же знаешь, что иллюзии не могут говорить!

Посмотрев на беловолосую девушку, что сидела за столом и делала вид, что читает — усмехнулась.

— Надо усовершенствовать артефакт, и ты будешь говорить вместо меня, — ответила своей верной подруге, усаживаясь прямо в кресло, где все еще сидела копия меня.

— Я в секретари не нанималась, — важно ответили мне и нырнули в воду.

С улыбкой проследила, как она доплыла до своего домика, достала плавником небольшой круглый камешек и повернула одну его часть вокруг оси. В ту же секунду иллюзия исчезла, и Буся спрятала артефакт обратно в свой домик-дворец.

— Будешь должна, — вновь вынырнув, проговорила она.

— Конечно, — не стала с ней спорить и решила откупиться сразу, достав из шкафчика тумбочки лакомство для рыб.

— Держи, — сунула ей в плавник печеньку.

Буся перестала хмуриться и с наслаждением откусила рассыпчатое лакомство, не уронив ни одну крошку. И пока получилось ее чем-то занять, подтащила к себе документы, в которых я распознала протоколы от некромантов, и погрузилась в чтение.

Мою работу трудно отнести к определенному отделу. С давних пор артефакты — неотъемлемая часть жизни и присутствуют везде. Поэтому, будь то расследование или просто повседневная жизнь — везде есть артефакты, а разбираться в них — моя работа.

На этот раз Бони — тот самый некромант, которого я встретила возле лифта — принес мне интересную работу, и после обеда стоит заглянуть в местный морг.

— Рассказывай! — облокотившись на бортик аквариума, повелительно заявила Буся, продолжая жевать.

От неожиданности даже дернулась, слишком увлекшись протоколом.

— Что? — претворилась, что не знаю о чем речь.

— Не стоит скрывать, Белова, — прищурив желтые глазенки, проговорила она, а затем облизала плавник, в котором держала печеньку. — Я тебя знаю как облупленную. Опять?

До сих пор удивляюсь тому, что я с ней сотворила. Ведет себя как человек, когда год назад была обычной золотой рыбкой.

Поиграв несколько секунд с ней в гляделки, все же сдалась:

— Снова, — тяжело выдохнула и опустила голову на стол, уткнувшись лбом в протоколы.

— То, что ты пришла сюда сама, а не под конвоем — говорит о многом. Можно тебя поздравить? — последовал следующий вопрос с нотками ехидства. — Неужели я скоро перееду в дом, где буду нянчить малюток? — а это было произнесено уже мечтательно.

Повернув голову в сторону аквариума, сомнительно посмотрела на нее снизу вверх.

— Буся, ты — рыба, — пояснила очевидное.

— И что с того? — обиженно вздернула она нос, если это можно так сказать о ее непростой рыбьей мимике. — Колыбельную спеть смогу, — важно заявила она, подняв плавник вверх.

— Этого недостаточно, и вообще — какие дети? — Выпрямившись, подперла голову кулачком и грустно вздохнула.

— Самые обычные: две руки, две ноги и голова!

— Это так ты видишь детей? — усмехнулась над ней. — Если все так, то не быть тебе няней.

— Ну и ладно! — быстро сдалась она, отчего я повторно усмехнулась. К ее вечно непостоянным желаниям я уже привыкла.

— Так что там с артефактом соблазнения? — вернулась она к первой теме.

— Не поверишь — он сработал! — чуть повысив голос, взмахнула рукой.

— И? Почему колечко на руке не вижу?

Буся еще больше вылезла из аквариума, с любопытством стараясь рассмотреть каждый мой палец. А вдруг оно слишком тонкое, и сразу не заметишь, если не приглядеться?

Со вздохом убрала руки под стол.

— Его нет, Бусь, как и того, кто бы мне надел его на палец.

— Все у тебя не как у людей, Ди, — тоже вздохнула она, но затем встрепенулась и хитро прищурила глазки. — Но ты все же опоздала.

— Ага, и теперь ждет меня расправа, — ответила ей и передернула плечами.

— Да брось, — отмахнулась она от проблемы, — кроме Бони сюда больше никто не заходил.

— Пока рабочий день не закончится — не поверю в свое везение.

— Но с артефактом-то что?

— Я и говорю — сработал, — ответила ей повторно, но встретившись с требовательным взглядом настырной рыбы, закатила глаза и полезла в сумочку.

Искать долго не пришлось, и уже через несколько секунд я положила на стол маленькую серьгу-гвоздик с камнем авантюрином темно-синего цвета. Его белые крапинки были словно звезды в черном космосе, и если долго смотреть на них, можно действительно увидеть мини-вселенную.

— Активируй! — скомандовала желтая и мокрая авантюристка, потирая плавники.

— Ты что?! — икнув, пораженно уставилась на нее. — Хочешь, чтобы меня увели в карцер за использование запрещенных артефактов? Ты точно умная? — отодвинувшись в сторону, окинула ее скептическим взглядом.

— Не в первый раз, — вновь отмахнулась она, пропустив издевку в свой адрес. — Я должна это видеть!

— А ничего, что он всего лишь один раз сработал правильно?

— Но сработал же, — развела она в стороны плавники, и чуть не соскользнула с бортика аквариума в воду.

— Так-то оно так, — задумчиво потерла подбородок, рассматривая камень магическим зрением.

Все было прежним — без каких-либо изменений. Сущность камня продолжала сиять фиолетовыми нитями, и ничего нового я не увидела.

— Ну что там? — поинтересовалась любопытная рыба.

— Пульсирует, — ответила ей.

— И все?

— И все, — выдохнула и откинулась на спину кресла.

— Может не в нем дело? — почесав лоб, стала рассуждать Буся.

Я молча пожала плечами, смотря в окно. Такой прекрасный летний день, а я сижу в кабинете и разговариваю с рыбой.

— Эй! — воскликнула неугомонная, привлекая мое внимание. Лениво повернула голову в ее сторону и заломила бровь в немом вопросе. — Я спрашиваю: как выглядел мужик?

Нахмурившись, постаралась вспомнить утро и этого беспардонного типа, но в памяти лишь постоянно всплывало его достоинство. А он хорош… жаль, что не помню саму ночь.

— Помню только хвост, — немного соврала я.

— Хвост?

— Ага. Длинный такой — кошачий хвост.

— И все? Ни тебе ушей и шерсти? — допытывалась Буся.

— Нет, только хвост, — уверенно кивнула.

— Значит больше всего он взял от адама, чем от бруйта. Артефактор, как и ты!

— Да, мы познакомились с ним на выставке, и видимо там не удержалась. Ты же знаешь, я падка на котиков, — невинно улыбнулась, каясь.

— П-ф-ф, мне все равно, хоть ящериц люби. — На этих словах меня передернуло, и Буся хищно улыбнулась, понимая мою реакцию. — Сейчас о другом речь. У этого мужика…

— У парня, — исправила я ее, поправив очки на переносице, — меня еще пока не тянет на древность.

— Как скажешь, — хмыкнула она, — так вот, у этого парня больше адамских генов, а, следовательно, на него артефакт повлиял больше других. Ты встретила раритет, Дианочка. Сейчас почти невозможно таких повстречать. Не исключено, что он турист и приехал в наш город только ради выставки.

— Ты так считаешь? — задумчиво спросила и покосилась на сережку, что продолжала лежать на столе.

В чем-то Буся права. Адамская, а по-другому — человеческая кровь, больше других вступает в реакцию со сущностями артефактов. Тогда это все объясняет. Другие подопытные больше относились к местным жителям этого мира, поэтому всегда случалось так, что они все свирепели и набрасывались на меня, вместо того, чтобы желать.

На третьей попытке меня задержали свои же из службы безопасности. Каюсь, грешно заставлять любить, но что прикажете мне делать, если все мужчины не рассматривают меня в качестве своей партнерши? Обидно. А когда ты умеешь видеть сущности предметов и делать так, чтобы их значения реально выполняли свои функции — все ногти сгрызёшь от любопытства, и, в конечном счете, сделаешь запретный артефакт, чтобы получить желаемое.

У авантюрина много сущностей, и одна из которых — соблазн. Этот камень я добыла в горах, когда была в командировке с коллегами. Другие артефакторы рассмотрели в нем лишь сущности удачи и ясного разума, что не является такой редкостью. Многие камни имеют подобное, вот только я была бы не я, если бы не заметила в нем другие свойства.

Как адам, я владею высоким уровнем предметной магии и отношусь к артефакторам, которые способны значения, характеристики и ценности предметов делать явью. Чем выше твой уровень (чище кровь), тем больше ты способен влиять на сущность предмета.

Любые камни, металлы или обычное дерево — имеют разные значения, которые выглядят как клубки нитей. Их можно переплетать между собой, и тогда получается что-то новое, отчего значения либо усиливаются, либо вовсе изменяются.

Я уже говорила, что Буся была когда-то самой обычной золотой рыбкой. Ее мне подарила соседка по комнате в академии магии на день рождения. Тогда шел всего лишь второй год обучения, и я просто радовалась маленькой живности. Буся плавала в аквариуме, ела корм, как все обычные рыбы, вот только на пятом курсе она стала моей дипломной работой.

— Именно так и считаю! — кивнула она, и я проследила, как из-за этого движения маленький андалузит в диадеме на ее мокром лбу сверкнул в лучах солнца.

Совсем крохотное украшение с одним единственным камнем помогло Бусе стать той, кто она сейчас, а именно — рыбой, умеющей не только разговаривать, но и думать, размышлять и поступать как человек.

Я создала этот артефакт, связав сущности двух предметов: андалузита и алюминия, которые излучали разум. Тогда мне показалось забавным, сделать что-то подобное. Работа была сложной и требовала много сил, поскольку магические нити этих предметов были слишком тонкими. Но в результате мне все же удалось создать артефакт, вот только оказался он запрещенным.

— Сейчас проверим, — продолжая размышлять, развернулась на кресле к шкафу, что находился позади меня, и достала маленький пузырек с кровью. Некоторые артефакты я создаю и проверяю прямо на рабочем месте, поэтому мой кабинет содержал в себе мини-лабораторию со всем необходимым мне инвентарем. — Эх, осталось совсем немного, — вздохнула, поболтав красную жидкость в пузырьке.

— Ничего, заполнишь заявление, и тебе еще пришлют.

Кивнула, но внутренне напряглась, как только вспомнила неприятную особу. В бухгалтерии службы безопасности работают жадные люди и надо еще постараться, чтобы убедить их в необходимости приобретения данных предметов.

Откупорив пузырек, аккуратно капнула на авантюрин капельку крови и перешла на магическое зрение. Предположение Буси было верным: нити сущности соблазна зашевелились, стоило только сущности крови опутать камень. Однозначно, они друг на друга влияют очень остро, и именно поэтому мне повезло привлечь внимание того бруйта настолько сильно. Эх, с таким артефактом и в наш бы мир, тогда все парни бы вертелись возле меня.

— Я жду ответа, — потребовала Буся, рассматривая свой плавник.

— Ты права, — ответила ей, усмехнувшись, но затем нахмурила брови, когда одна из нитей соблазна начала переплетаться с нитей жизни крови сама, будто живая.

— Вот! Слушай побольше умную рыбу, и все твои артефакты заработают как надо!

— Если бы ты еще не была такой занозой, то цены тебе бы не было, — проговорила, а в следующий момент накрыла серьгу магическим щитом.

Артефакт задрожал и начал подпрыгивать под прозрачным бледно-голубым куполом, словно попкорн в кастрюле, а через несколько секунд с хлопком исчез.

В кабинете воцарилась тишина.

Переглянувшись с Бусей, развеяла щит и накрыла ладонью место, где только что была серьга.

— Исчезла, — тихо проговорила, понадеявшись, что она просто стала невидимой.

— Эм, — Буся и вовсе потеряла дар речи, поскольку раньше такого не случалось, чтобы артефакты исчезали.

На некоторое время в кабинете вновь повисла тишина. Я поднимала и опускала ладонь, продолжая верить, что серьга вернется, а Буся в недоумении чесала лоб, глядя на мои манипуляции. Вот только я не волшебник, и артефакт все никак не хотел появляться.

— Госпожа Белова, вас хотят видеть в отделе магического воздействия, — внезапно прозвучал голос из артефакта связи, и я вздрогнула всем телом, откинувшись на спинку кресла.

Буся же от неожиданности все-таки свалилась в воду, разбрызгав воду по столу.

— Зачем же так пугать?! — возмутилась она, залезая обратно на бортик. — Так и хвост отбросить можно!

— Как бы мне сейчас хвост, тьфу, ноги не отбросить, — прочистив горло, с волнением ответила ей и нерешительно поднялась на ноги.

— Не беспокойся, — заверила меня рыба, продолжая недовольно пыхтеть. — Улик-то нет, — кивнула она на то место, куда артефакт так и не вернулся.

Гулко сглотнув, неуверенно кивнула и оправила брюки, проведя вспотевшими ладонями по бедрам. Как же я не люблю отчитываться за такую, казалось бы, мелочь. Но, чему быть — того не миновать.

— А это что? — остановил меня вопрос рыбы, когда я уже взялась за ручку двери. — Что за мусор?

Полуобернувшись, проследила, куда она указала плавником, и со вздохом ответила:

— Это моя утренняя конспирация.

— Не поняла, — удивленно взглянула на меня рыба, а затем приподнялась над бортиком, пытаясь рассмотреть плакат, который я бросила на диванчик для отдыха, когда зашла в кабинет. — При чем тут: «Уверенность в каждом вдохе и выдохе»? — процитировала Буся лозунг зубной пасты.

Проведя рукой по лицу, просто отмахнулась, не желая пояснять почему мне понадобился плакат.

— Если будут меня искать, ответь, что ушла на собственную казнь, — кинула через плечо распоряжение своему «секретарю», уже перешагнув порог.

— Передай Дориану от меня привет, — посмеиваясь над моими поступками, успела попросить Буся, прежде чем я закрыла дверь.

«Если я так скажу, то это будут мои последние слова», — пронеслась печальная мысль в голове, и я уныло побрела к лифту.

Понедельник обещал быть долгим.

Глава 2

Седьмой этаж встретил меня серыми стенами и зеленой ковровой дорожкой с золотым рисунком. Магические шарообразные светильники свисали с потолка на тонких цепочках и освещали коридор приятным белым светом до самого конца, где было одно единственное окно. После этажа, где находился мой кабинет, и где постоянно наблюдалось много недовольных посетителей, здесь дышалось куда легче.

Коридор был абсолютно пуст: ни посетителей, ни стульев для ожидания, ни даже какого-нибудь декора. Работники отдела магического воздействия лаконичны во всем, даже в дизайне, но тому обязывает их работа, поскольку любая мелочь может помешать определению колебаний магического фона, несмотря на их профессионализм.

Они все — заклинатели, и я порой поражаюсь их способностям, ведь определить одним взглядом изменения в ауре живого существа, или более того — определить любой магический выброс, находясь достаточно далеко от источника — это действительно талант. Все это — редкие врождённые способности, которые развивают в академии магии, и поэтому не каждого принимают в этот отдел.

Миновав почти половину коридора, остановилась перед самой темной дверью и замерла, смотря на золотую табличку, где большими буквами были выгравированы страшные слова: «Заведующий отделом».

Здесь я бываю достаточно часто, поскольку до сих пор не могу ограничить свое любопытство в создании артефактов.

Законы этого мира сложны, ведь магия многогранна, и если их не соблюдать, может случится нечто непоправимое и опасное для всего живого. Я хорошо понимаю и осознаю это, а также то, чем обладаю, и никогда бы не воспользовалась своей силой против людей. Но, создавая каждый раз артефакт, грустно понимать, что он отправится на склад, а потом его уничтожат, поскольку не соответствует норме безопасности.

Мне дано видеть больше других, но из-за этого я ограничена в своих действиях.

Вздохнув, решила покончить со всем быстрее и зашла в кабинет, сразу встретившись взглядом с Мией, секретаршей господина Авла. Красивая девушка с роскошными зелеными перьями вместо волос и синими глубокими глазами приветственно кивнула и указала на дверь кабинета своего начальника. Умоляюще сложила ладошки домиком, надеясь на ее жалость, но она лишь невинно улыбнулась, пожав плечами.

Повторно вздохнув, прошла к двери и робко, на грани слышимости, постучала.

— Входите, Белова, — послышался с той стороны низкий мужской голос, и я ступила на уже порядком истоптанный мной из-за частого посещения зеленый ковер.

Всем известно, что филины — хищные птицы, и чаще всего они предпочитают грызунов. Каждый раз, стоит мне пересечь порог кабинета заведующего отделом магического воздействия, я вспоминаю это, ведь по словам сослуживцев я — белая мышь, а Дориан Авл — хищная птица не только характером, но и внешностью.

— Здравствуйте, господин Авл. Вызывали? — нерешительно поздоровалась, увидев на фоне большого окна статную фигуру мужчины, стоящего ко мне спиной.

После моих слов, его голова повернулась на сто восемьдесят градусов, и я попала в плен круглых янтарных глаз. Сколько раз уже виделась с ним, но до сих пор не могу привыкнуть к его внешности.

— Проходите, Белова, — развернувшись ко мне телом, проговорил он и указал на кресло для посетителей.

Если Мия лишь полукровка и выглядит как человек, то Дориан Авл — фолай во всех смыслах и имеет голову филина. Летать, конечно, он не может, ведь тело его человеческое и только частично покрыто перьями, но вот голова поражает меня каждый раз. Серовато-охристого цвета с чёрными продольными пестринами, она такого же размера, что и человеческая, вот только имеет все, что должен иметь любой филин.

— Чем могу быть полезна? — мило улыбнулась, стараясь не пялиться на забавные перьевые ушки, которые господин Авл то опускал, а то приподнимал обратно.

— Белова, Белова, — усмехнулся он и сел в широкое кресло из черной кожи.

В сером костюме он смотрелся очень строго, но в тоже время стильно, и если не придираться к голове, то как мужчина он был весьма хорош собой.

— Как вы объясните свое поведение? Уже третий раз за месяц.

— Творческая натура требует экспериментов, господин Авл, — пояснила я, но понимала, что это мне не поможет.

— Вы же знаете, что разработки нельзя выносить за пределы лаборатории, госпожа Белова, — спокойно начал он, не спуская с меня янтарных глаз.

— Так точно.

— А также пользоваться незарегистрированными артефактами.

Тут я просто кивнула, ощущая в горле подступивший ком.

— Уже третий раз за месяц мои работники ощущают магическое воздействие незарегистрированного артефакта. И каждый раз оно происходит из-за вас, госпожа Белова. Если вы работаете в службе безопасности и у вас есть доступ ко многим вещам, это не значит, что вы вправе нарушать законы, которые мы стараемся поддерживать для порядка.

— Я понимаю, — ответила, опустив голову и сплетя пальцы на коленях. — Но на этот раз все получилось!

Послышался вздох, и я невольно напряглась, ожидая гневную тираду. Поднимать голову не спешила, уж больно тяжело смотреть в пронзительные глаза господина Авла.

— И как успехи? — вдруг весело спросил он после небольшой паузы.

Не веря своим ушам, вскинула голову и удивленно посмотрела на ухмылку заведующего отдела магического воздействия. Конечно, из-за клюва трудно определить: улыбается он или нет, но прожив много лет среди вот таких жителей мира Эйделия, научишься видеть и различать то, чего обычно не бывает.

— Э-м, — неуверенно протянула, сбитая с толку поведением мужчины, и неуклюже поправила очки на переносице, — более чем удачно, — тихо ответила, ощущая жар на щеках, ведь благодаря артефакту у меня бала неплохая ночь.

— Интересно, — продолжая почему-то веселиться, проговорил господин Авл. — Раз так, то я вам прощу этот инцидент, поскольку магическое воздействие артефакта не имело побочных эффектов.

Я усмехнулась, вспомнив довольное лицо парня с хвостом.

— Но это в последний раз, Белова, — закончил он строго.

— Спасибо.

— Ступайте, рабочий день только начался, — отпустил он меня, махнув рукой.

Повторять мне дважды было не нужно, и я поспешила на выход, вот только стоило мне взяться за ручку двери, услышала голос за спиной:

— И да, жду отчета по артефакту и лист сдачи его в хранилище.

Левый глаз дернулся, стоило мне понять, что сдавать-то нечего. Видимо, не суждено мне хоть раз покинуть этот кабинет без наказания.

— Видите ли, господин Авл, — нервно проговорила, полуобернувшись. — Но артефакт исчез.

— Не смешно, Белова, — строго сказал мужчина, прижав совиные ушки к голове.

— Совершенно, — отрывисто кивнула, отпустив ручку, так и не открыв дверь.

Эх, а свобода была так близко.

Развернувшись полностью к господину Авлу, прошла обратно к столу и уже собралась каяться в несоблюдении техники безопасности, ведь запрещенные артефакты можно проверять только в специальной лаборатории, как дверь распахнулась, и в кабинет широкими шагами вошел господин Тойгер — главный следователь.

При виде мужчины в черном фирменном костюме службы безопасности с эмблемой на левой части груди, отошла в сторону, испытывая небольшой страх.

— Дориан, есть дело, — с ходу заявил господин Тойгер, не обращая на меня внимания, отчего я растерянно посмотрена сначала на дверь, а потом перевела взгляд на господина Авла. Тот будто тоже забыл о моем присутствии, уделив все свое внимание коллеге.

И как прикажете поступить? Вроде меня никто не отпускал, но и присутствовать при важном разговоре было неловко.

— Для начала, доброе утро, Рэн, — порицательно подметил филин, исподлобья посмотрев на главного следователя.

— Да, доброе, — спохватился тот и плюхнулся в кресло. — Перейду сразу к делу.

— Я весь внимание, — спокойно ответил господин Авл, сплетя пальцы рук.

Меня упорно продолжали игнорировать.

— Мне необходимо пара твоих ребят для задания: у нас важное расследование. Желательно лучших из лучших.

— Все настолько серьезно? — нахмурился филин еще больше.

— Еще пока не знаем, но дело девятилетней давности. Сам понимаешь, что еще больше пустить под откос такое дело нельзя.

— Бери Лавра и Рикки. Эти ребята уже давно не птенцы и свое дело знают.

— Благодарю, — широко улыбнулся следователь и плавно поднялся на ноги, — знал, что не откажешь.

— Лишь бы был толк, — строго проговорил господин Авл, провожая серьезным взглядом Тойгера.

— Точно, толк! — щелкнул пальцами следователь, остановившись на полпути к двери и, обернувшись, требовательно заявил: — Еще нужен хороший артефактор. Там такая неразбериха творится, что его помощь будет как нельзя кстати.

— Хороший, говоришь… — задумчиво проговорил филин, побарабанив пальцами по столу.

Я внутренне подобралась, желая услышать свое имя. У меня есть давняя мечта поучаствовать в расследовании какого-нибудь загадочного убийства, которое решает судьбу мира, и стать той, кто раскроет его. Ну и что, что я не следователь, но как попаданка — я просто обязана спасти мир, чтобы поддержать стереотип попаданства!

В мир Эйделия я попала при странных обстоятельствах уже очень давно, и с тех самых пор мне так и не посчастливилось стать героиней романа, которая крушит всех врагов и встречает принца, чтобы жить долго и счастливо. Вы не подумайте, на свою судьбу я не жалуюсь, вовсе нет. Как только меня нашли и привели в чувства, тут же отдали на попечение закрытой школе, где обучали сильных магов. Там мне помогли справиться с потерей, ведь для шестнадцатилетней девочки трудно принять новую реальность и при этом не впасть в глубокую депрессию. Со временем я привыкла ко всему, даже к необычной внешности окружающих меня людей, и решила стать для этого мира хорошим «приемышем», чтобы в дальнейшем отблагодарить за добро, с которым он меня принял. Могущественные силы перенесли меня сюда, а это значит, что мир в опасности! А как еще понять мое перемещение? Не может же это быть просто случайностью? И я верила, что это все не просто так.

Изо дня в день мне приходилось грызть гранит науки, чтобы соответствовать магам в школе. Училась говорить, читать и писать на всеобщем эйделийнском языке, а затем изучала остальные предметы, догоняя своих сверстников. Мне стоило это тяжких трудов, но понимала, что если сейчас опущу руки, то мне никогда не найти своего счастья в этом мире. В итоге, когда окончила школу, я сама поступила в академию магии и уже там смогла показать себя как сильного артефактора. И училась я усердно, ведь все еще продолжала верить, что рано или поздно мне предстоит исполнить свои обязанности попаданки.

Но чем больше времени проходило, тем больше я просто вливалась в этот мир, без какого-либо героизма. Я была самой обычной студенткой, мечтающей о поцелуе с красавчиком-деканом и жаждущей красивой жизни после академии. Ни злодеев, ни Апокалипсиса так и не предвиделось. В итоге: красный диплом по артефактуре и приглашение на работу в службе безопасности с просьбой прихватить с собой говорящую рыбу — вот, в общем-то, и все, что меня ожидало, не считая того, что в письме от начальника службы безопасности большими буквами значилось, что другого выбора у меня нет, поскольку моя магия обязана быть под присмотром. А где, как ни в службе безопасности за мной следить? Верно, только там. И теперь я мало верю в то, что пришедшему из другого мира уготована великая судьба. Все враки! Не в попаданстве дело, а в умении притягивать масштабные неприятности, которые ты сам и исправляешь, но при этом тебя считают героем. Увы, со мной случаются лишь малые неприятности, за которые получаю только наказания, а не медали за спасение мира.

А сейчас, спустя год моей службы, я остыла окончательно, поверив в случайность. Иногда даже посмеиваюсь над собой, какой глупой я была. Но лишь благодаря своему упорству в школьные годы теперь могу позволить себе снимать комнату в хорошем доме и не знать хлопот. Конечно, не собственные хоромы, зато с отдельным душем и туалетом!

— Возьми Тому, — наконец-то ответил господин Авл, отчего улыбка на моих губах медленно померкла.

Размечталась!

— Хорошо, — кивнул главный следователь и уже собрался выйти из кабинета, как я воскликнула, мало соображая, что творю:

— Тома в отпуске!

Заведующий отделом магического воздействия и главный следователь службы безопасности одновременно повернули головы в мою сторону, и я стала обладательницей двух удивленных взглядов.

— Вы еще тут, Белова? — неожиданно спросил господин Авл, приподняв совиные ушки.

Я недоуменно похлопала глазами, поправила очки и уже хотела сказать, что мы еще не решили вопрос с артефактом, который исчез, как вдруг, сделав несколько широких шагов, господин Тойгер оказался возле меня и пристально начал разглядывать мое лицо.

По мере того, как он наклонялся все ближе ко мне, я отстранялась от него, отклоняясь назад. Золотисто-желтые глаза излучали любопытство, которое, честно говоря, меня пугало все больше и больше.

— Рэн, не наседай так на мою подопечную, — со вздохом проговорил филин, и только тогда тигриная морда перестала приближаться.

Мы так и застыли: я, чуть не падая назад, и господин Тойгер, буквально нависая надо мной.

— Что-то явно изменилось, — тихо сказал он, нахмурив брови и прижав уши к макушке.

А я затаила дыхание оттого, что этот мужчина — чистокровный бруйт с тигриной головой, которая и пугала, и завораживала одновременно. Когда вы знаете, что животное не умеет разговаривать и не имеет человеческой мимики, вам будет трудно воспринимать такое. Я же уже привыкла к таким как он, и боялась их совсем чуть-чуть. Сейчас у меня была возможность рассмотреть все: пушистый мех, который вокруг глаз и на шее был белый с черными полосками, а на щеках ржаво-красного цвета; белые тонкие усы и розовый нос, к которому захотелось прикоснуться. Эти полулюди поразительны! И была бы моя воля — затискала бы большого кота! Вот только боюсь, что господин Тойгер поймет меня неправильно.

— Рэн, — настойчиво позвал господин Авл тигра.

— Да-да, — нарочито грустно вздохнул Тойгер и наконец-то отстранился от меня. — Так ты подросла? — спросил он у меня, улыбнувшись.

При виде клыков, сглотнула и неуверенно поправила очки, которые вечно пытаются сползти с носа.

— Д-да, — ответила робко, смотря на мужчину снизу вверх. Этот тигр был почти наполовину выше меня. — Мы с вами виделись последний раз лет восемь назад. С тех пор многое изменилось.

— Точно-точно, — закивал Тойгер, а затем хлопнул меня по плечу, отчего я присела от такого удара. — А девчонка-то похорошела! — заявил он, обернувшись к господину Авлу.

— Смотри не сломай ее, — ворчливо изрек тот, все это время наблюдая за нами. — Идите в свой кабинет, Белова.

Я сделала шаг, но полосатый хвост преградил мне дорогу.

— Так ты, вернее вы тут работаете? — удивился господин Тойгер, исправив себя.

— Уже как год, — пожала я плечами. — Разве вы не слышали о белой мыши?

— А при чем тут мышь? — не понял он, а секундой позже рассмеялся и вновь хлопнул меня по плечу. На этот раз пострадало другое. — Так это о вас говорили, когда кто-то из своих утащил из лаборатории артефакт увлажнения воздуха, а потом чуть не затопил весь квартал? Узнаю ту девчонку, что дергала меня за хвост, — веселясь, проговорил Тойгер и потрепал меня по волосам.

И так торчащие до этого белые «колючки» встали дыбом еще больше. Постаралась их пригладить, но поняла что бесполезно — тигр наэлектризовал их своей рукой, которая была частично покрыта шерстью.

— Я уже давно не девочка, — недовольно заявила я, вздернув курносый нос. — И более того — я артефактор категории «А»!

— Как интересно, — усмехнулся он, отчего его усы вздрогнули. — Но для меня вы останетесь той испуганной девочкой, которую я успокоил и привел в школу магов.

Растущее до этого внутри меня возмущение улетучилось мгновенно, стоило только увидеть нежность в его глазах. И была она вовсе не как мужчины к женщине, а скорей как отца к дочери.

Первые дни своего пребывания в новом мире я помню плохо, поэтому с трудом могу сказать, что тогда случилось. Но господин Тойгер был первым, кого я увидела после пробуждения и чей хвост дернула совершенно случайно, подумав, что он не настоящий.

— А то, что артефактор — это неудивительно, — продолжал он, смотря прямо мне в глаза. — Вы — адам, и заклинателем вам быть просто не суждено.

— Но… — хотела было протестовать, но господин Авл перебил меня:

— Идите к себе, Белова. Разберемся с вашей проблемой потом.

— Проблемой? — Навострил ушки господин Тойгер. — С какой проблемой?

— Твоего отдела это не касается, Рэн, — ответил строго филин, щелкнув клювом. — По крайней мере сейчас, да, Белова? — обратился он ко мне и кивнул на дверь.

Сообразив, что мне тут больше не рады, боком направилась к выходу. На этот раз мне удалось перешагнуть порог — останавливать меня никто не стал. Но прежде чем дверь закрылась за спиной, я услышала:

— Она хороший артефактор, и я хочу взять ее с собой. Уверен, с ее способностями мы узнаем гораздо больше, чем с другим.

— Нет, — строго отказал ему филин.

— Но…

— Нет, Рэн, я…

А дальше я не расслышала — дверь закрылась, лишая меня возможности узнать, почему господин Авл против моей кандидатуры.

— Как все прошло? — поинтересовалась Мия, размешивая сахар в чашке с чаем, сидя за своим рабочем столом, на котором была кипа бумаг.

— Хорошо, — грустно вздохнула и направилась дальше — в свой кабинет, изучать скучные протоколы некромантов и жалобы жителей нашего большого города.

— А почему вздыхаешь?

— Упустила шанс спасти мир.

— Опять? — от моих слов Мия даже чай перестала мешать, отчего в приемной воцарилась тишина.

— Снова, — ответила после секундного молчания, в котором прислушалась, чтобы услышать разговор двух начальников разных отделов, но кабинет господина Авла не пропускал ни единого звука.

Девушка ободряюще улыбнулась и пожелала мне хорошего дня. Жаль, что понедельники не относятся к таким, и лишь в старости можно будет насладиться ими.

Вот выйду на пенсию — буду каждый понедельник выходить на улицу в семь утра и смотреть, как люди идут на надоевшую им работу и страдают!

Как же мне хочется поучаствовать хоть в одном расследовании. Увидеть место преступления, найти единственную и важную улику, чтобы удостоиться похвалы не только главного следователя, но и всех сослуживцев. Конечно, мне приносят протоколы, и я частенько пропадаю у некромантов, но это совсем не то, чего бы мне хотелось испытать при настоящем расследовании.

Совсем не то.

Лифт мягко распахнул передо мной дверцы, и я, понурив голову, зашла в стальную коробку с одной зеркальной стеной. Ехать было совсем немного, поэтому меньше, чем через минуту, я уже ступила на бордовую ковровую дорожку своего этажа.

Обведя грустным взглядом посетителей, что сидели на лавочках вдоль стены возле каждой двери, прошла до своей и пригласила ожидающую меня женщину к себе в кабинет.

Буся, увидев за моей спиной посетителя, спустилась с бортика аквариума в воду и притворилась самой обычной рыбой, медленно шевеля плавниками и глупо открывая рот. Я улыбнулась краешками губ и села в кресло. Мы уже давно с ней договорились, что она не должна себя выдавать, чтобы не привлекать чужое внимание. Да и посетители сохранят себе нервы, если рыба будет рыбой, а не дополнительным советчиком как поступить.

— Присаживайтесь, — указала я на стул. — Я слушаю.

Утро плавно переходило в день, и сейчас солнце полностью заливало лучами весь мой кабинет через единственное, но большое окно. Женщина была одета по-летнему: в стильный голубой костюм из воздушной ткани. Ее золотые волосы, идеально завитые в крупные локоны и ниспадающие на плечи, красиво отражали свет при каждом ее движении. Глаза небесного цвета и с вертикальными зрачками смотрели на меня недовольно, но я уже привыкла к такому, поэтому выдержала этот взгляд спокойно.

— Не так давно мне подарили кольцо с бриллиантом, — заговорила она, важно закинув ногу на ногу. — И каждый раз, как я его надеваю, со мной творятся странные вещи.

— И какие же? — спокойно спросила, уже зная в чем причина.

— То каблук сломается на ровном месте, то все из рук валится, а однажды чуть кип не сбил!

— А просто не надевать его не пробовали? — поинтересовалась все таким же спокойным голосом, но женщина подумала, что я над ней потешаюсь.

— Его невозможно не надеть! — чуть повысила она голос, но быстро успокоилась, глубоко вздохнув. — Сейчас вы сами все поймете! — заявила она и полезла в сумочку.

Ее поведение насторожило меня, а затем я внутренне напряглась, когда щелкнула застежка сумки и оттуда полезли нити сущностей предметов, лежащих там. Лицо женщины с идеальными чертами болезненно скривилось, стоило ей засунуть руку внутрь, и эта маска продержалась на ней до конца, пока она не достала и не положила мне на стол изящное колечко с крупным бриллиантом.

Брать его я не спешила.

— Позвольте увидеть все, что лежит у вас в сумочке, — кивнула на ее руки, продолжая следить за полупрозрачными нитями.

— Зачем это? — возмущенно спросила женщина и захлопнула ее.

Нити бесшумно втянулись обратно, и я перевела взгляд с сумочки на посетительницу, чьи зрачки стали еще тоньше.

— Это, — указала на кольцо, у которого нити сущности жгутиками тянулись во все стороны, извиваясь, — артефакт, который не прошел последнюю стадию защиты. Благодаря этому, магия артефакта действует наоборот. То, что он должен давать — наоборот у вас забирает. В золоте открыта сущность удачи, а у бриллианта — успех, но из-за оплошности артефактора они насылают на вас противоположные качества. Они схожи, поэтому вам постоянно не везет вдвойне. Так же и с другими вещами, что лежат у вас в сумочке.

Женщина с минуту внимательно смотрела на меня. С моей внешностью мне часто не верят, поскольку выгляжу наивно, но я научилась держаться под такими взглядами.

— И что теперь? — все же поверила она и открыла сумочку.

На стол было вывалено много предметов, но из всей кучи женских мелочей я отобрала лишь зеркальце и расческу с такими же дефектами, что и у кольца. Стоило только женщине избавиться от них, как я смогла заметить, что ей стало лучше.

— Их можно исправить: кварталом ниже есть мастерская, где по этому заявлению все сделают, — ответила ей и подала пустой бланк. — Но также вам необходимо заполнить вот это заявление и передать его в отдел магического воздействия.

— Зачем? — вновь задала она вопрос, но уже мягче.

Избавившись от влияния артефактов, женщина перестала вести себя надменно и теперь смотрела на меня с уважением. В этом нет ничего удивительного: серебро, из которого было сделано зеркальце, нарушало ее душевное состояние, а тонкая железная расческа — вытягивала жизненную энергию. Конечно, нити сущностей этих предметов были совсем тонкими, почти прозрачными, и вредили самую малость, но этого было достаточно, чтобы женщина вела себя не как обычно. Лишь только ее увидела, — сразу поняла, что с ней что-то не так.

— Эти артефакты не единственные. Их создатель сэкономил магию на создание — а это уже нарушение безопасности. Его следует найти, чтобы другие не пострадали. Но это уже не моя сфера деятельности, и вам следует отнести второе заявление, в котором вы укажете свои данные и ваши ощущения, в приемную отдела магического воздействия. Там быстро найдут артефактора, который допустил такое нарушение.

— Я поняла, — кивнула она и стала заполнять заявления, изредка поглядывая в сторону своих вещей.

Эта женщина была наполовину бруйтом, и по ее поведению было видно, что ей не повезло, и в детстве у нее не проснулась ни предметная магия, ни магия слова, поэтому она не знала и не видела, что с ней творится. Такое часто бывает с полукровками, поскольку из-за двух генов их аура иногда не принимает магический фон вовсе, который потом и становится почвой для создания магии.

— Все, — выпрямившись, она отложила ручку в сторону и подарила мне легкую улыбку.

— Вместе с заявлением отдайте расческу. Ею придется пожертвовать, чтобы найти артефактора.

— Ничего страшного, — кивнула она, но побоялась вновь брать свои вещи в руки.

Видя ее нерешимость, достала из стола антимагический пакет, в который часто убирают улики, и сложила все туда. Женщина благодарно улыбнулась, принимая его.

— До свидания, — поднялась она со стула и направилась на выход.

— Всего доброго. И мой совет: присмотритесь к тому, кто вам подарил эти вещи. Он явно желает насолить вам.

Задумчиво кивнув, она вышла из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь. Я же со вздохом откинулась на спинку кресла.

— Уже четвертый посетитель с похожим диагнозом за несколько дней, — подметила Буся, залезая на бортик.

— Одного артефактора уже поймали, — устало ответила, припоминая, что говорила знакомая девушка из отдела магического воздействия. — Но там их целая ватага. Надеюсь, эти артефакты — дело рук другого жулика.

Буся ничего не ответила, нырнув обратно в воду, поскольку в кабинет вошел следующий посетитель. Мне оставалось только радоваться, что как артефактору с категорией «А», прием граждан у меня всего лишь до обеда, а дальше мне следует идти в лабораторию и разгребать дела уже там. Но лучше копаться с артефактами, чем выслушивать жалобы жителей.

— Здравствуйте! — услышала я нервное приветствие и подняла глаза на вошедшего мужчину.

— Доброе утро. Прошу, присаживайтесь, — ответила любезностью и поправила очки. — Я вас внимательно слушаю…

Глава 3

— Ди, уже обед! — Голос Буси прервал поток мыслей в моей голове, и я подняла глаза на круглые часы, которые висели над входной дверью.

Действительно, обед.

— Это хорошо, — задумчиво ответила ей, переведя взгляд обратно на артефакт, который оставил последний посетитель, а точнее — только часть артефакта.

Маленький камень светло-оранжевого цвета никак не хотел отпускать мой взор, и я все не могла понять, что именно меня в нем привлекает. Гладко отшлифованный, со вставленной металлической петелькой и лишь с несколькими маленькими трещинками, он когда-то был частью артефакта и служил лишь как элемент с сущностью любви. Возможно, это была когда-то подвеска или браслет, и кто-то давно просто потерял этот камешек, но почему сущность этого артефакта продолжает действовать? Если артефакт ломается или теряет свою часть — он перестает работать благодаря магии артефактора, которая обязана зафиксировать нити сущностей так, чтобы они перешли в пассивное состояние. И вот я вижу, что они вернулись на исходную позицию, но продолжают излучать воздействие, которое непременно работает, поскольку посетитель жалуется, что к его жене стали ходить мужчины. Именно она нашла этот камень где-то на улице и держала его все время при себе, пока муж не нашел причину, по которой к ней наведаются высокопоставленные лица противоположного пола. А ведь до этого она никого не привлекала.

И было это магическое влияние мягким. Таким, что даже господин Авл вряд ли бы почувствовал его. Необычно, удивительно и…странно.

— Ди? — Буся залезла на бортик круглого аквариума, и постаралась заглянуть в мои голубые глаза. — Что не так?

Повертев камень и пронаблюдав, как желто-белая иризация плавно прокатилась по его поверхности, нахмурилась еще больше.

— Не могу разобрать последнюю сущность, — со вздохом проговорила и потерла глаза, в которых стояла рябь после множества цветных нитей. — Я такого еще не встречала.

— А с сущностью любви что? — поинтересовалась рыба.

— Без движений, но сияет ярко. Пожалуй, она основная и забирает энергию других. Переполняясь, она выкидывает излишки, и поэтому работает даже в пассивном режиме. Но это лишь предположение.

— Но ты не поэтому хмуришься?

— Да, — вновь вздохнула и положила камень в один из антимагичесих пакетов, чтобы он ни на кого больше не влиял. — Обычно лунные камни голубого цвета. Этот же — оранжевого, и имеет около десяти сущностей.

— Слишком много для одного камешка, — сделала вывод Буся, и я кивнула. — Сдавать в лабораторию его не будешь?

— Разберусь с ним сама. Все равно больше пяти сущностей никто кроме меня не увидит. Меня беспокоит последняя, которой я так и не смогла дать определение. Да и ведет она себя странно.

— Не хочешь сделать из него игрушку? — вдруг весело спросила она, широко улыбнувшись.

Усмехнувшись, покачала головой и с хрустом потянулась в кресле.

— Соблазн от любви отличается. Я еще не готова к серьезным отношениям, да и противозаконно это — заставлять любить, тем более изъятым артефактом. Протокол-то мне все равно необходимо сдать.

Буся хитро прищурилась, и я, чтобы больше не говорить на больную для меня тему, сунула ей в плавник ее рыбий обед, который состоял из засушенных червей.

— После обеда меня не жди. Пойду в лабораторию, — проговорила, развернувшись к шкафу.

Пакет с камнем решила далеко не убирать, чтобы с ним еще поработать, и положила его на видное место, а прежде чем развернуться обратно, краем глаза заметила, что нити сущностей других мелких артефактов потускнели. На обычное зрение я так и не перешла, и несколько раз моргнула, чтобы избавиться от наваждения. Слишком долго рассматривала сущности лунного камня, вот и привидится всякое.

— Хорошо, — ответила подруга с набитым ртом, и я встала из-за стола, чтобы пойти в кафе напротив здания службы безопасности.

Война войной, а обед по расписанию!

Снаружи меня встретил летний зной и толпа людей, снующих в разные стороны по своим делам. Пересекала я площадь с боем, боясь быть затоптанной. Приходилось постоянно просить быть осторожными и внимательными, но люди порой меня даже не замечали, следую своему маршруту, как танки — через все преграды. Кто-то говорил по артефакту связи, кто-то, нацепив солнцезащитные очки, шел с гордо поднятой головой, совсем не глядя себе под ноги. Лишь изредка, благодаря своим белым волосам, которые были как маяк, мне удавалось избежать отдавленной ноги или удара локтем в бок.

В подземном переходе я смогла, наконец, перевести дух. Людей здесь было куда меньше, поэтому на другую сторону улицы я добралась живой. Вот сколько раз уже пытаюсь настроить себя на то, что необходимо обед брать с собой, чтобы избежать необходимости «тонуть» в толпе прохожих, но лень сильнее меня. Да и свежий, горячий обед в кафе всегда вкуснее.

— Здравствуй, Дианочка! — радушно поприветствовала меня знакомая официантка, подойдя к столику, за который я села. — Сегодня у нас овощное рагу.

— Привет, — выдохнула я, «растекаясь» по диванчику.

В кафе работал артефакт охлаждения воздуха. Холодок приятно касался лица и ласково проникал под ткань блузки. Надо и себе в кабинете сотворить что-то подобное, а не то есть шанс свариться к середине лета.

— Сейчас бы окрошку, — немного грустно проговорила, но взглянув на Дэлию с темной приподнятой бровью в немом вопросе, согласилась на предложенное блюдо: — Неси.

Стройная девушка с короткими каштановыми волосами, в которых проглядывались пестрые коричневые перышки, кивнула и развернулась на невысоких каблуках босоножек, перед этим черкнув в блокноте мой заказ. Я проводила ее легким взглядом до кухни, рассматривая желтое платьице, поверх которого был надет белоснежный кружевной фартук.

Через несколько минут мне уже принесли горячее блюдо из нарезанных кубиками овощей и мяса в томатном соусе. Благодарно улыбнувшись знакомой, принялась за еду, уже порядком проголодавшись.

— Ди, — обратилась ко мне Дэлия, продолжая стоять рядом, — ты не посмотришь охранный артефакт кафе? Вчера он ни с того ни с сего начал визжать ночью, а затем вообще перестал реагировать.

— Быть может вор? — предложила, как самое очевидное, почему артефакт сработал.

— Все цело и невредимо, — сразу ответила она, покачав головой. — Да и городская стража сообщила, что проникновения в кафе не было.

Я в задумчивости помешала рагу ложкой. Труда мне это не составит, вот только починить все равно не смогу. Чтобы влезть в чужой артефакт, нужна лицензия или хотя бы обращение в наш отдел.

— Обед за наш счет, — предложила она.

Ну раз так просят.

— Хорошо.

— Спасибо, — лучезарно улыбнулась она и, наконец-то, покинула мое общество, чтобы я смогла насладиться обедом.

В кафе было приятно находиться. Играла ненавязчивая музыка, официантки не торопясь проходили с подносами по коридору, разнося заказы. Столики с диванчиками стояли в ряд вдоль стены с окнами, на которых висели белоснежные хлопчатые шторки, подвязанные синими лентами.

Это заведение мне нравилось. После душного кабинета, здесь можно было отдохнуть от работы, полностью отдаваясь приятной атмосфере. Люди это понимали и ценили, поэтому я никогда еще не наблюдала здесь неуважение к персоналу или ссоры между посетителями. Домашний интерьер помогал в этом.

Поглядывая в окно, не забывая при этом наслаждаться рагу, я постаралась отвлечься от мыслей об артефактах, которые сделали это утро тяжелым вдвойне. Но сделать это оказалось не так-то просто. Они упорно продолжали лезть в мою голову.

Артефакт соблазна повел себя сегодня очень странно и неожиданно. Просто так предмет исчезнуть не может. Да и как у него вообще это получилось? Почему? Чтобы мгновенно перемещаться в пространстве, предметной магии будет недостаточно. Все артефакты, с помощью которых телепортируются, включают в себя магию двух видов. Мой же артефакт был заряжен лишь предметной магией. Тогда как он смог проломить пространство, и куда он мог исчезнуть?

Голова начала гудеть.

Такому меня в академии точно не учили, а еще этот странный лунный камень! Последняя сущность, по моим расчетам, относилась к блокирующему виду. И это странно, ведь камень обладает еще и сущностью усиления любых внутренних резервов. И вот как эти две разные сущности могут существовать рядом друг с другом?

Однозначно, с этим следует разобраться.

Облизав ложку, с грустью положила ее в пустую тарелку. Вот и все, пора идти на работу, только сначала посмотрю, что там случилось с артефактом охраны.

— Я к вашим услугам, — с улыбкой проговорила, подойдя к кассе, возле которой стаяла Дэлия с подругой.

— Он там, Дианочка, — указала она рукой на дверь, в которую в этот момент вошел посетитель и недоуменно посмотрел на нас.

— Хорошо, — кивнула ей в знак понимания, и обогнула высокого парня, застывшего на полпути к кассе.

Тот проводил меня заинтересованным взглядом, но и только. Потеряв в тот же миг ко мне интерес, он прошел к свободному столику и поманил рукой подругу Дэлии. Официантка довольно быстро оказалась возле него и поспешно записала заказ в блокнот.

Я мысленно усмехнулась над ее желанием получить хорошие чаевые, и присела на корточки, переходя на магическое зрение. Передо мной была небольшая прямоугольная коробочка, в которой лежало пять камней. По отдельности они играли разную роль, но вот вместе — были сложным механизмом, который реагировал на движение. Таких коробочек было в кафе несколько: на двери и на окнах. Как только последний работник перед уходом активировал артефакт с помощью ключа-артефакта, нити сущностей охраны опутывали каждый свой объект, и если дверь открывалась, или разбивалось окно — они издавали неприятный для ушей сигнал, оповещая городскую стражу о взломе. Все легко и просто. Конечно, любой артефактор сможет его выключить и без ключа, но для этого ему необходимо сначала попасть внутрь кафе, а это уже означает привлечение внимания стражи. Они-то быстро приходят на место преступления.

Ненадолго окунувшись в воспоминания, как мы в академии плели нити сущностей разных камней и получали совершенно другие качества, обратила внимание, что у охранного артефакта их вообще нет. Камни были пустыми. Абсолютно. Такими, как я их вижу обычным взглядом.

Для уверенности посмотрела на местный кондиционер над доской, где были указаны блюда дня, и облегченно выдохнула. Синяя спиралька из лазурита, заряженная магией слова, подавала холодный воздух без перерыва. Он работал исправно, в отличие от охранного артефакта, у которого были выжжены все нити сущностей, не только активные, но и те, что были нетронутыми артефактором без надобности.

Чтобы убедиться окончательно, подошла к окну и взглянула на другой охранный артефакт. С ним было то же самое.

— Дэлия, можно тебя на минуточку? — позвала знакомую, продолжая хмуриться.

Девушка с беспокойством на лице подошла ко мне.

— Что-то случилось?

— Не просто случилось, — тихо ответила, поправив очки на переносице. — Артефакт выжжен и придется вам обзавестись новым.

— Хозяину это не понравится, — тяжело вздохнула она и грустно улыбнулась мне. — Спасибо Диана, услуга артефактора бы стоила дороже, чем твой обед.

— Мне не трудно, — пожала я плечами, — но можно узнать: у вас перестал работать только этот артефакт?

— Только этот, — ответила она, кивнув. — Все остальное мы выключаем, чтобы зря магию слова не тратить. Ты же знаешь, она не вечна.

— Ясно, — выдохнула, поправив очки. — Но с этим вам придется расстаться. Он уже не заработает никогда.

Дэлия в который раз кивнула и пошла к артефакту связи, чтобы сообщить неприятную новость хозяину кафе. Я же еще раз взглянула магическим зрением на выжженный артефакт, запомнила ощущения, и отправилась обратно, к зданию службы безопасности. Обед тоже не бывает вечным.

Стоило мне только открыть дверь, как нагретый воздух захватил меня в свой липкий плен. Захотелось остаться в кафе, но службу-то не оставишь, а надежда не попасться на глаза начальнику все еще теплилась. Поэтому со вздохом перешагнула порог и, стуча каблучками туфелек по брусчатке с шахматным рисунком из красных и серых камней, поторопилась поскорей добраться до перехода.

В центре города всегда так жарко. Нагретый солнцем камень будто плавился под ногами, а высокие здания не пропускали свежий воздух, усиливая еще больше чувство духоты. Вечный поток людей все никак не мог угомониться и постоянно куда-то двигался, шумя разговорами и звуками устройств.

Но я люблю этот город!

Он напоминает мне о доме. Там тоже кипела жизнь, которая всегда меня привлекала и без которой я бы зачахла за несколько дней. Мне необходим этот «вечный двигатель», как вода необходима рыбе. И несмотря на то, что тут все работает на магии, и техники как таковой нет, окружение и условия такие же, что если закрыть глаза, можно не заметить разницы, ведь звуки большого города всегда похожи.

— Вы поймите, он перестал работать, поэтому не было возможности убрать его с этого места!

Раздраженный мужской голос отчетливо донесся до меня через другие звуки города, заставляя открыть глаза и очнуться от очередных воспоминаний, которые в последнее время стали часто занимать мои мысли.

— Это ваши проблемы, — спокойно ответил мужчина из дневного патруля и оторвал бланк со штрафом, чтобы затем передать его разгневанному нарушителю порядка.

Ослабив галстук из-за духоты, я подошла к ним и поинтересовалась причиной недовольства хозяина кипа, который был опущен на дорогу, а не парил над ней. Обычно я так не поступаю, но сегодня странный день, и теперь все мне кажется странным.

Прежде чем ответить, мужчины одарили меня разными взглядами: насмешливым и недовольным. Первый я достаточно часто встречаю в лице сослуживцев, поэтому даже не обратила внимания на мужчину из патруля, а вот второй заставил меня вздохнуть и молча показать внутреннюю часть своего запястья, на которой был изображен символ службы безопасности в виде змейки с кинжалом.

Хозяин кипа переменился в лице, сменяя гнев на милость.

— Да вот перестал работать, — пожаловался он, указав на кип рукой. — Я хорошо понимаю, что сегодня тут останавливаться нельзя, но ночью он просто перестал работать, когда я подлетел сюда. А придя сейчас, чтобы попытаться еще раз его активировать, меня хотят оштрафовать!

— Я взгляну? — спросила у него, и мужчина сам открыл капот куполообразного транспорта без колес.

Увидев впервые эти чудо-машинки, я еще долго не могла к ним привыкнуть. Достаточно бесшумные и летающие над дорогой с помощью множества артефактов, они самостоятельно передвигаются по городу по заданному маршруту. Их создают умелые артефакторы-инженеры, которые не просто видят сущности предметов и могут их использовать, но и имеют определенный склад ума. Я бы тоже могла работать в этой сфере, вот только, собирая эти машинки, мир не спасешь, поэтому я выбрала самое сложное направление в артефактуре — универсал с аналитическим уклоном, и добилась категории «А», пожертвовав пятью годами спокойной жизни.

Но сейчас не об этом.

Есть и минусы у этих кипов — они возят людей только в пределах определенного города. В остальных случаях есть межгородской портал, который за считанные секунды перенесет тебя в любой другой город. А если куда-то еще надо, то на этот случай есть артефакты перемещения, вот только с помощью их в городе перемещаться нельзя, чтобы не исказить магический фон, от которого подпитываются другие артефакты. Конечно, умников хватает, они нарушают правила, и тогда полквартала остается без воды или освещения. Но городская стража знает свое дело и следят за порядком.

— От него совсем нет отклика! — воскликнул мужчина, вместе со мной заглядывая под капот.

На этот раз я недовольно взглянула на него, и он быстро исправился — выпрямился и отошел на шаг назад.

Вздохнув, перешла на магическое зрение и совсем не удивилась, увидев похожую ситуацию с кафе. Все артефакты сейчас напоминали обычные железяки и камни, которыми даже механизмом не назовешь. Они лишь красиво и удобно крепились, но были совсем не связаны друг с другом. И если бы не магия, то можно было бы посмеяться, услышав, что эта повозка без колес возит людей, поря над землей.

Но сейчас было не до смеха. Две одинаковые ситуации — это уже не случайность. Что-то или кто-то нарушил магический фон, отчего сущности многих артефактов перестали существовать. Я бы подумала, что кто-то воспользовался артефактом перемещения, вот только в таком бы случае нити сущностей просто перешли в пассивное состояние, а не пропали совсем.

— Поздравляю с новой покупкой! — выпрямившись, «обрадовала» хозяина «мертвого» кипа.

— Так я ничего не покупал, — недоуменно проговорил мужчина, ожидая от меня совсем других слов.

— Значит, купите, — ответила, поправив очки. — Этот уже не жилец. Его только на свалку.

С минуту мужчина стоял, обескураженно хлопая глазами, а затем застонал, запуская пятерню в густые темные волосы с красными перьями.

Я сочувственно смотрела на него, понимая, что кип — игрушка не из дешевых. Даже я не могу себе позволить его, хоть и не бедствую со своей зарплатой.

— Давайте его простим? — спросила у мужчины в форме службы безопасности, повернувшись к нему. Тот все это время стоял в сторонке и ждал моего вердикта. — Он действительно не виноват.

— Но штраф уже выписан, — ответил он, прижав волчьи ушки к макушке.

Выхватив заполненный бланк со штрафом у пострадавшего, попросила ручку и перечеркнула все крест-накрест. На другой стороне написала «аннулировать», поставила подпись и инициалы.

— Вот, это отдашь своему начальнику, чтобы у тебя проблем не было, а кип эвакуируете туда, куда попросит его хозяин.

— Будет сделано, госпожа Мышь…Белова! — исправился он в конце, но я уже привыкла к этому и просто отмахнулась, разворачиваясь в сторону перехода.

Весь путь на другую сторону улицы я раздумывала над причиной, по которой артефакты лишились своей силы. Но на ум так ничего и не пришло, что могло этому послужить. И подходя к дверям здания, не сразу сообразила, что артефакт связи требует внимания, вибрируя в кармане брюк.

— Да? — робко проговорила, гадая, кто бы это мог быть, ведь это не сотовый телефон, и кто хочет с тобой связаться не узнаешь, пока не услышишь голос.

— Ди! — голос Буси был чересчур громким, и я поспешно отстранила прямоугольную пластину от уха. — Бегом сюда! Тут такое творится… — продолжала она, но связь внезапно оборвалась, и что именно стряслось там с Бусей, я не узнала.

Недоуменно посмотрела на аналог мобильного, а затем сорвалась с места, испытав страх за подругу. В голосе Буси была паника, и это мне совсем не понравилось, ведь, если что, ей и деться некуда. Она же рыба, и ног у нее нет. Что же там стряслось?!

— Подождите! — прокричала, видя, как створки лифта закрываются.

Мне в последний момент удалось вбежать в него, угодив в объятия господина Тойгера, который тоже возвращался с обеда.

— Госпожа Белова? — удивился он, отстраняя меня от себя, придерживая за плечи. — За вами кто-то гонится?

— Нет-нет, — покачала головой, переводя дух. На каблуках долго не побегаешь, особенно по мраморному полу вестибюля. — У меня там… — но тут я запнулась, учуяв приятный древесно-пряный запах мужского парфюма.

— У вас там что? — заинтересованно переспросил он, смотря на меня золотисто-желтыми глазами сверху вниз.

Быстро взглянув на свое плечо, а затем вновь встретившись взглядом с господином Тойгером, сделала шаг назад, наткнувшись на стену лифта. Тигр удерживать меня не стал и с полуулыбкой убрал руки за спину.

— Там работа меня ждет, — ответила немного сиплым голосом, а сглотнув, продолжила: — Очень много работы.

— Похвально, что вы так рветесь работать, — проговорил он, явно забавляясь моей реакцией.

А я просто испугалась! Не каждый день бываешь в объятиях главного следователя, и отсюда такая реакция.

Затянув галстук, забыв, что его ослабила и сейчас немного растрепано выглядела, оправила блузку и уже твердо взглянула в глаза господина Тойгера.

— Я… — но и тут у меня не получилось закончить фразу.

Дверцы лифта разъехались в стороны, и я повалилась назад, до этого подпирая их спиной. Лишь в последний момент тигр успел схватить меня за руку и дернуть на себя, попутно ловя очки, которые соскочили с моего носа.

— С-спасибо, — облегченно выдохнула, уткнувшись лбом в грудь следователя.

Я вновь учуяла приятный запах мужских духов, но на этот раз не стала отстраняться, ощущая дрожь в ногах от случившегося.

— Сегодня явно не ваш день, госпожа Белова, — уже открыто веселясь, проговорил он и мягко отстранил меня от себя. — У Вас красивые глаза.

— Спасибо, — в который раз поблагодарила его, принимая очки.

Как только надела их, сразу увидела широкую клыкастую улыбку тигра на пушистой морде. Постаравшись, я смогла совладать со своими чувствами и не выдать своей растерянности от того, что сейчас произошло.

— Будьте осторожней, — заботливо сказал он, продолжая улыбаться, и шагнул обратно в лифт.

— Б-буду, — ответила я с запинкой, а в следующий миг дверцы лифта сомкнулись, заканчивая наш странный диалог.

Волна облегчения прокатилась по моему телу, как только я глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Мне хорошо известно, что господин Тойгер прост в отношениях со своими подчиненными, да и вообще со всеми, но все равно было не по себе, находясь с ним так близко наедине.

Развернувшись, невольно вздрогнула, увидев множество любопытных взглядов, направленных на меня. Наедине, а как же!

— Белова, а ты время зря не теряешь, — усмехнувшись, проговорила Лиз, стоя в дверях своего кабинета. Она тоже артефактор, но ниже меня в категории. — Вот только на твоем месте, я бы так не рассчитывала на взаимность.

— Да-да, — согласилась с ней Тарина, приглашая следующего посетителя к себе в кабинет. — Господин Тойгер любит дичь покрупнее, а мышки ему лишь на один зуб.

Ожидающие же люди, слушая моих коллег, переводили взгляды с меня на них, предвкушая пикировку, но она не последовала. Пожав плечами, я прошествовала до своего кабинета и скрылась за дверью, так ничего и не сказав в ответ.

Не имею привычки оправдываться в своих действиях, особенно, когда это было совершенной случайностью. Если бы вместо господина Тойгера был бы тот же Бони, то никто бы ничего и не сказал, но тут ситуация сложилась куда интереснее, и теперь сплетен мне не избежать.

Над головой со свистом пронесся прибор измерения магических потоков, и я тут же забыла и о тигре, и о язвительных сотрудницах. В кабинете творился самый настоящий хаос!

Глава 4

Пребывая в шоке, замерла на месте, наблюдая, как все артефакты, спокойно лежавшие до этого на полках шкафа, как зачарованные летали, ползали и скакали по всему кабинету. Я в тот же миг перешла на магическое зрение и удивленно ахнула, увидев, что все пространство оплетено цветными нитями.

Зажмурилась и потрясла головой.

— Ди! Помоги! — наполненный паникой возглас Буси был как пощёчина.

Широко распахнув глаза, я быстро нашла ее среди мелких многочисленных артефактов, которые накинулись на нее и сейчас заполняли весь аквариум, придавив ее ко дну из синих камешков. Воды в нем не было.

— Потерпи! — крикнула ей в ответ, стараясь перекричать вдруг возникший гул, издаваемый артефактом связи.

Могу только представить, что сейчас творится в других кабинетах, в которых лежат точно такие же артефакты связи, которые связаны с моим. Но все потом, сейчас главное — спасти подругу.

Шагнуть в паутину магических нитей я колебалась всего лишь несколько секунд, а затем, резко выдохнув, рванула к столу и схватила аквариум, чтобы в тот же миг выбежать из кабинета, захлопнув за собой дверь.

Все присутствующие в коридоре одновременно повернули головы в мою сторону. Около минуты ничего не происходило, и стояла гробовая тишина, как вдруг женщина вскочила на ноги и, завопив, первая ринулась к лифту. Это стало сигналом для других. Все разом подскочили со своих мест и побежали кто к лифту, а кто к лестнице.

Коллеги тоже повыскакивали из своих кабинетов на шум, но затем быстро скрывались обратно за дверьми, успевая при этом ухватить за руку несколько пробегающих мимо посетителей.

Я все это время недоуменно смотрела на это бегство, пока не вытащила последний артефакт из аквариума, чуть не лишившись пальца из-за механизма, что пытался его откусить. Извлеченные мною предметы продолжали скакать и подрагивать у моих ног, лежа на полу, но это все, что они делали. Так почему же все побежали?

Убедившись, что с Бусей все хорошо, откинулась назад, подперев спиною дверь. Но перевести дух мне так и не удалось. Всего лишь миг, и дверь задрожала, выгибаясь снизу и сверху, издавая скрип ломающегося дерева. Не знаю почему, но я прижалась к ней еще сильнее, желая прекратить неправильное поведение двери, и краем глаза заметила сбоку выползающие из кабинета нити сущностей. Они были чертовски длинными и толстыми, как щупальца осьминога!

— Ди… — еле слышно проговорила Буся, с ужасом глядя вверх.

Подняв тоже голову, широко открыла рот от удивления. Артефакты как тараканы выползали и выскакивали из выпирающей под их давлением двери, зависая надо мной.

Да что же происходит?!

— Беги! — воскликнула рыба, как только все артефакты кинулись прямо на нас.

Но если бы это было так легко!

Пока мысли хоть как-то зашевелились в голове после увиденного, мои ноги уже утопали в других артефактах, что лезли снизу. Они прилипали ко мне, как репейник, и только погодя я заметила, что вся оплетена нитями сущностей. В тот же миг дверь все-таки не выдержала и изогнулась до такой степени, что с хрустом переломилась надвое. Мне в последний момент повезло отскочить, распластавшись на ковровой дорожке, и вытянув руки с аквариумом вперед.

Оглянувшись, я увидела, как мои туфли скрылись в куче артефактов, будто их съели эти взбешенные предметы. Это зрелище заставило меня подняться и что есть сил рвануть к лифту. Вот только невидимая сила, а точнее нити сущностей, дернули меня обратно, прямо в пучину разбушевавшихся артефактов, выбивая из легких весь воздух.

Я уже приготовилась увидеть всю свою жизнь, которая пронесется перед глазами во время последних секунд жизни, прижав аквариум к груди от страха, как все резко прекратилось.

Упав на пятую точку и получив выскочившей из аквариума рыбой по лицу, скривилась от боли. Мне все же повезло не долететь до кучи озлобленных артефактов, но похоже я слышала хруст, и непонятно — это мой копчик или артефакт, на который я неожиданно свалилась?

— Белова! — грозный рык мигом прогнал мысли из моей головы, заставляя поежиться от столь ненавистного мне голоса.

Я вскинула голову, но из-за потери очков смогла лишь увидеть размазанное черное пятно в пустом коридоре. Оно и к лучшему.

— Белова, что здесь творится?! — от яростных нот в голосе мне захотелось вскочить и убежать, но копчик так болел, что боялась лишний раз пошевельнуться.

Черное пятно стало стремительно приближаться, и вот уже через несколько секунд надо мной возвышался не кто иной, как глава всей службы безопасности — Октавиан Лаус. Прищурив глаза, я смогла увидеть злое лицо начальника, а также скрещенные на груди руки, которые выражали высшую степень его недовольства.

— Ди, очки, — прозвучало сбоку, и я нащупала свои «вторые глаза», которые смогла пододвинуть ко мне Буся.

Ох, лучше бы они разбились или потерялись до такой степени, что нельзя было их найти! Видеть во всей красе разгневанного Октавиана мне хотелось в последнюю очередь, а лучше было бы вообще не иметь такой возможности.

— Я жду! — тем временем прозвучал вновь злой голос, пока я о-очень медленно надевала очки.

Стоило этому свершиться, как мое сердце пропустило удар.

— Я… — прохрипела, не в силах издать хоть что-то еще под пристальным взглядом светло-карих глаз со змеиными зрачками.

— Опять чуть не разгромили весь этаж, Белова! — закончил он за меня, грозно рявкнув, произнося мою фамилию.

— Не-ет, — невозмутимо протянула, покачав головой. — Я тут совсем не при чем.

— А это тогда что?! — все больше теряя терпение, он указал мне за спину.

Повернувшись, при этом скривившись от боли, посмотрела на огромную магическую сферу, в которой продолжали копошиться артефакты.

— Ваш щит, — пожала я плечами, не показывая своего страха, когда внутри все сжималось.

Да что же я его злю-то?!

Октавиан прищурил свои мерзкие змеиные глаза, окидывая меня недобрым взглядом, от которого я вздрогнула всем телом, и тихо, но от того еще страшнее, произнес:

— Не умничайте, Белова. У вас пять минут, чтобы все это убрать, а затем я жду вас у себя в кабинете. Уяснили? — вновь прорычал он, а дождавшись моего отрывистого кивка, развернулся и пошел к лифту.

Я затаила дыхание и не дышала до тех пор, пока он не зашел в лифт и не скрылся за его дверьми. Вот вроде змей, а рычит как зверь!

— А время-то идет, — напомнила Буся, помогая мне тем самым сделать вдох. — Да и мне как-то неудобно лежать на полу!

— Прости, — тихо ответила ей и аккуратно положила ее в аквариум. Осталось только налить в него воду. — Потерпи еще немного.

С кряхтением старой бабки, я поднялась на ноги и приблизилась к магической защите. Прозрачный пузырь отсвечивал светло-голубым сиянием и не пропускал артефакты, хоть иногда и прогибался под их напором. Смотря на всю эту кучу магическим зрением, пыталась понять, что же заставило сущности этих предметов так взбешенно вести себя, будто в них вселились духи.

Обогнуть пузырь, чтобы посмотреть на это все с другой стороны, не было возможности, поскольку он загородил весь проход к кабинету, плотно прилегая к стенам коридора. Время безжалостно утекало, словно песок сквозь пальцы, а на ум так и не приходила ни одна умная мысль, как все это остановить.

Выжигать все сущности не было вариантом. Среди этих вещей были много важных для меня предметов, которые необходимы мне в работе. Да и по голове меня не погладят, если все это вдруг перестанет работать.

— Что ты мешкаешь? — возмущенно воскликнула подруга, не желая больше лежать без воды.

— Все сущности активированы. Их слишком много, и у меня просто не хватит сил всех успокоить, — простонала я, чувствуя, как паника медленно обхватывает горло. — Я не всесильна!

— Найди причину, — посоветовала Буся успокаивающим голосом.

На секунду прикрыла глаза и вздохнула полной грудью. Если я сейчас не справлюсь, то змей просто-напросто сожрет меня, даже не удосужившись пережевать. Съест прямо так — в одежде и с очками. А я этого хочу? Нет. Совершенно нет.

Открыв глаза, я посмотрела еще раз на переплетенные нити сущностей более спокойным взглядом, а несколько секунд погодя смогла увидеть некую связь между ними. Они синхронно пульсировали! А раз так, то это целый механизм, у которого должен быть выключатель.

— Эх, вперед и с песней! — выдохнула я, и буквально нырнула в кучу вещей, перед этим услышав испуганный крик Буси.

Мне в тот же миг стало не по себе из-за ощущения различных магических воздействий всех предметов, но следовало добраться до одного определенного, чьи нити сущностей я не чувствовала, поэтому терпела, все больше позволяя себя опутывать. Чтобы подруга не беспокоилась, показала ей большой палец, медленно погружаясь в кучу артефактов, как терминатор в расплавленное железо. И откуда столько артефактов взялось в моем кабинете? Не иначе, как старые разработки, к которым я уже давно не притрагивалась и о существовании которых уже забыла.

Начиная потихонечку терять связь с реальностью из-за сильного давления на мой внутренний магический щит, который я создала, чтобы устоять перед влиянием артефактов, наконец-то почувствовала сопротивление со стороны необходимого мне предмета.

Такое бывает очень редко, когда артефакты, наполняясь большой магической силой, начинают в буквальном смысле слова жить своей жизнью. Их обозвали лудами, что значит «неконтролируемые магические предметы». Они не поддаются никакому артефактору, пользуясь своими сущностями на свое усмотрение. Таких артефактов ждет только одна участь — уничтожение, поскольку они могут натворить слишком много бед.

Да, порой магия может и такое, что предметы оживают. И так получилось, что в этом виноваты именно люди, желающие слишком многого. Недаром говорят, что если чего-то сильно захотеть — это непременно исполнится. Что ж, в этом мире необходимо быть осторожным со своими желаниями, поскольку они могут исполниться, но совсем не так, как вы желаете.

Получив по голове своей же чашкой, которую я сделала артефактом, чтобы она сама очищалась, схватила тот самый лунный камень и вложила в него уйму магических сил, чтобы он успокоился и отпустил нити сущности других артефактов.

С грохотом все повалилось на пол, в том числе и я, сжимая в руке насытившуюся магией вещь. Щит начальника лопнул, словно мыльный пузырь, а значит — я справилась. Этот змей знал, что мне придется лезть туда, поэтому дал возможность проникнуть за защиту, а вот обратно бы не выпустил. Изверг!

— Ди! — вновь услышала взволнованный голос Буси и облегченно выдохнула, что осталась в сознании.

Этот камешек требовал очень много магии, и пришлось опустошить почти весь свой магический резерв, но теперь у нас было достаточно времени, чтобы успеть от него избавиться, прежде чем он снова «выйдет на охоту».

— Все хорошо, — тихо проговорила, принимая вертикальное положение на куче артефактов.

Обведя взглядом весь учиненный одним маленьким камешком бардак, недовольно нахмурила брови, увидев, что все артефакты перешли в пассивное состояние. Теперь они — обычные предметы, и придется влить в них много магии, чтобы они работали как прежде.

Сегодня точно не мой день.

— У тебя осталось две минуты.

— Подождет, — отмахнулась я от напоминания о необходимости явиться в кабинет начальника и поднялась на ноги, ощущая дрожь в коленках из-за навалившейся слабости. — В первую очередь позабочусь о тебе.

— Влетит же, — ответила она мне, но спорить не стала, поскольку ее чешуйки уже потускнела.

— И ежу понятно, но рисковать тобой не собираюсь. Тебя я люблю больше, — нежно улыбнулась ей и аккуратно подняла аквариум.

В итоге, пока я спасала жизнь рыбе и сгребала все артефакты в свой кабинет, прошел час. Но и после этого идти в логово змея не было никакого желания, поэтому оттягивала момент посещения, как могла — убедилась, что коридор чист, что у коллег и посетителей, которые вернулись обратно, все хорошо, и только тогда поднялась на десятый этаж, где находился кабинет начальника службы безопасности.

— Входи, — услышала я строгий голос за дверью, стоило мне только занести руку для стука.

Кинув мимолетный взгляд на спокойно восседавшую за своим столом молоденькую секретаршу с пышной копной рыжих волос и такого же цвета кошачьих ушек, выдохнула и шагнула в кабинет.

— Садись, — последовал новый приказ, закрепленный жестом, показывающим, куда именно следовало присесть для последующего прослушивания выговора.

Главное не стоит показывать, что я боюсь, а там уж дело за малым: выслушать, кивнуть, что поняла и осознала, и покинуть кабинет. Все равно каждый раз одно и то же. Выгнать меня не могут из-за магического договора, где говорится, что я обязана отработать десять лет во благо государства, а вот лишить премии или поставить на дополнительное дежурство — да. Обидно, но не смертельно.

Мне бы главное не сорваться и не разозлить его еще больше…

— Я жду объяснений, — потребовал Октавиан, продолжая на меня сурово смотреть.

Вздохнув еще раз, подняла на него глаза.

И что в нем такого, отчего девушки всей академии были от него без ума? Да, высокий и стройный, это я еще на общих уроках по самообороне увидела. Да, красивое лицо и просто шикарные золотые длинные волосы до лопаток. Но как, скажите мне на милость, может нравиться парень с чешуей и этими жуткими змеиными глазами?! Конечно, чешуя не везде. Маленькими светло-коричневыми круглыми пластинами она покрывает только его скулы, лоб по краям и немного руки, но все же она присутствует! Я понимаю, кошачьи уши и хвост, которыми красуются бруйты, или красивые парни с блестящими роскошными перьями в волосах, но сойи — люди-ящерицы — для меня всегда были омерзительными. Как внешностью, так и характером!

А Октавиан Лаус был для меня именно таким. Вечно веселый и добрый для других, но язвительный и высокомерный по отношению ко мне!

Я тогда только поступила на первый курс артефактуры, когда он перешел на пятый курс боевой магии. Лишь зная, что он учится последний год, терпела все его выходки, чтобы не попортить себе репутацию, если сорвусь и отомщу ему. Мне и так было трудно ужиться с соседками по комнате и со своими одногруппниками, так еще и этот змей подливал масло в огонь своими выходками, делая меня посмешищем почти каждый день. А ведь я тоже сначала прониклась к нему симпатией, и тоже в первые дни бросала в его сторону заинтересованные взгляды, поскольку он действительно был красивым парнем, да еще и сильным магом. Но это лишь обертка, а содержимое — та еще горечь!

— Ты и сам все видел, — спокойно ответила ему, сидя в кресле, выпрямив спину и закинув ногу на ногу.

Хоть он и был моим прямым начальником, но никак не получалось с ним общаться на «вы» наедине, как это обычно бывает с господином Авлом или Тойгером. Да и старше он меня всего лишь на шесть лет!

— Боюсь ошибиться, — проговорил он с полуулыбкой на губах, приподняв немного правую бровь.

— Ты и ошибка не совместимы, — хмыкнула я. — Один из самых сильных заклинателей в государстве со способностями артефактора никак не может допустить ошибку. Поэтому не вижу смысла Вам, — тут я специально выразила свое «почтение», — господин Лаус, что-либо объяснять. С поставленной задачей я справилась и все исправила.

— Не совсем, — уже широко улыбнувшись, с каким-то предвкушением ответил он.

При виде небольших клыков я невольно сглотнула, что не укрылось от взгляда Октавиана.

— Дверь ты не починила.

— А следует лучше ставить защиту на помещениях, — парировала я, но уже не так уверенно.

— Кто же тебе мешал, Белова. Ты у нас артефактор с категорией «А», так могла бы лучше оборудовать свой кабинет, раз решила сделать из него лабораторию. Но самое главное — почему не сдала луд на утилизацию?! — в конце он все же не выдержал и повысил голос.

— Не придала ему значения, — ответила хрипло, ощутив его силу.

Сейчас, когда мой резерв был почти пуст, его аура очень сильно давила на меня, заставляя вздрагивать при его недовольстве. Это еще одна особенность этого мира, которой я порой совсем не рада. С малым резервом ты всегда ощущаешь мощь сильного мага, которая заставляет тебя дрожать от страха против твоей воли. Разумеется, в любое другое время, когда мой резерв полон, я спокойно могу находиться рядом с сильным магом, но сейчас же…

— Ты думаешь, мы тут в игры играем? От нас зависит благополучие жителей государства, и достаточно лишь одного неверного шага, чтобы нарушить тот баланс, в котором хочется жить. Твои поступки относятся именно к таким, Белова. Если о себе не думаешь, так подумай о других!

В голове неприятно загудело, и я невольно поморщилась, дотронувшись до висков.

Октавиан тем временем продолжал изливать на меня гневную тираду:

— С этого дня запрещаю тебе создавать артефакты в своем кабинете. Если у тебя оказывается опасный предмет, немедленно сдаешь его в антимагический сектор. Ты поняла меня, Белова? Чтобы больше никакого самоволия, и только строгое соблюдение правил безопасности!

Под конец его слов я все же не выдержала давления и потеряла сознание. Наверное, не стоило к нему вообще приходить с таким-то истощением магического резерва. Свое здоровье дороже, но об этом уже поздно говорить. Да и сама виновата…

Приходила я в себя медленно, но уже не ощущала боль и давление. Приятное тепло разливалось по всему телу и совсем не хотелось терять это чувство легкости, будто паришь над землей.

— Глупая девчонка, — услышала я рядом тихий раздраженный голос, и быстро вернулась с небес на землю, широко распахнув глаза.

Змей сидел на подлокотнике кресла, в котором я продолжала сидеть, и держал меня за руку, смотря в сторону окна. Его широкая теплая ладонь с маленькими чешуйками на тыльной стороне согревала мои пальцы. Ощущать его так близко для меня было ужасным испытанием, поэтому резко вскочила на ноги и сделала широкий шаг назад, чтобы увеличить дистанцию между нами.

Осмотрев свою руку, с облегчением выдохнула, убедившись, что она цела после близкого контакта со змеем.

— Очнулась, наконец, — произнес он недовольно, плавно поднимаясь с подлокотника кресла. — Неужели луд настолько мощный, что твой резерв был почти пуст? Почему сразу не сказала?

— Будто бы ты меня пожалел, — съехидничала я, но быстро прикусила язык под суровым взглядом.

— В отличие от тебя, Белова, я думаю о других. И я жду хотя бы «спасибо» за твое спасение.

— А кто в этом виноват? Не кричал бы — не пришлось бы делиться со мной магией! — прорычала ему в ответ.

Моя рука до сих пор помнила его прикосновения, отдавая покалыванием на кончиках пальцев. Делиться энергией может не каждый, и, наверное, действительно стоило сказать ему спасибо, ведь пришлось бы долго восстанавливаться самой, но лучше бы так, чем теперь знать, что он все это время, пока я была без сознания, держал меня за руку и был рядом! Брр…

И вот так каждый раз. Все наши встречи заканчиваются перепалкой, и трудно сказать, почему так происходит. А ведь я понимаю, что во многом виновата сама, но мне все еще хорошо помнится тот год, когда я не знала, куда деться от этого блондина в академии. И несмотря на то, что девушки мне завидовали, что он уделяет мне внимание, я была безумна рада, когда он окончил пятый курс и покинул стены академии. Но счастье длилось всего лишь четыре года, а дальше — письмо из службы безопасности, где стояли его инициалы и красивая, но ненавистная мне подпись! И опять все по кругу…только теперь я выслушиваю, какая я неумеха, и что работник из меня никакой!

Октавиан, видя мое упрямство, глубоко вздохнул, провел рукой по лицу и молча вернулся на свое место. Это меня немного удивило, но виду не подала.

Я осталась стоять на месте, смотря с нескрываемой ненавистью на змея. Он с очередным вздохом поставил локти на стол и положил подбородок на сплетенные пальцы. Только после этого я обратила внимание, что он бледен, а под глазами залегли темные круги. Мой пыл поубавился.

Интересно, когда он в последний раз спал? И…и почему меня это волнует?

— Мы уже не в академии, Диана, — тихо проговорил он и взглянул на меня уставшим взглядом. — И мы уже не те подростки, которым все нипочем, и которым многое простительно. Это взрослая жизнь, и следует отвечать за свои поступки.

Поджав губы, я поправила очки, испытывая внутри противоречивые чувства. Сейчас мне было немного не по себе от того, что он вдруг стал серьезным. Да лучше бы он кричал как обычно, или язвил, чем смотрел на меня отстраненным взглядом.

Стало вдруг одиноко и я невольно повела плечами.

— Я поняла, — ответила, даже не думая ехидничать. — Артефакт сдам на утилизацию и приведу в порядок свой кабинет. Готова принять наказание.

— Вот и хорошо, — со вздохом облегчения, сказал он, прикрыв свои жуткие глаза. — Сегодня поработаешь в ночную смену у некромантов. Там для тебя найдется работенка.

Без слов кивнула, принимая наказание. Очень жаль, что придется сидеть на работе еще и ночь, но ведь сама виновата.

— Ступай, и чтобы больше не было тебя слышно. Вроде маленькая, а шуму от тебя гораздо больше, чем от боевиков. Те хотя бы здание не спешат разгромить.

Взглянув на Октавиана после его слов, совсем приуныла, не увидев в его глазах того блеска, с которым он обычно шутит и язвит.

— Хорошего дня, господин Лаус, — попрощалась на этот раз как положено и тихо последовала на выход.

— И вам, госпожа Белова. И в следующий раз, когда будете опаздывать, придумайте что-нибудь получше, чем плакат с рекламой зубной пасты. Поверьте, наблюдать из окна, как толпу пересекает девушка с белоснежной улыбкой — приятно, но не когда эта голова больше других и смотрит исключительно вверх.

Услышав шутку, резко повернулась к начальнику лицом, но так и не увидела в его глазах веселья.

— Как скажете, — отстраненно ответила, пребывая в своих мыслях, и покинула кабинет.

И что это сейчас было? Обычная усталость или Октавиан наконец-то оставил меня в покое? А если и так, рада ли я этому?

В душе так и осталась непонятная пустота после нашего разговора. Мало того, я посмотрела на наши встречи с другой стороны и действительно увидела в них детскую непосредственность, которую следовало оставить еще в академии. И теперь возник вопрос — почему Октавиан решил сделать шаг первым и прекратить все это? Не буду скрывать, я уже настолько привыкла к нашей «взаимной» любви, что своим поведением змей будто перечеркнул все, что было между нами. Теперь он даже показался мне старше, отчего чувство вины за свои поступки грузом легли на мои плечи. Передо мной как будто был совсем другой Октавиан. Тот, которого я не знаю, и тот, который напугал меня…

Глава 5

До своего кабинета я добралась в глубоких раздумьях, и даже не сразу поняла, что Буся у меня что-то спрашивает. Опустившись в кресло и запустив пальцы в волосы, поставив локти на стол, так и просидела около получаса, вспоминая первый год в академии, и то, когда именно мы с Октавианом невзлюбили друг друга.

— Ди? — тихий и обеспокоенный голос подруги прервал мои мысли именно в тот момент, когда перед глазами встала картинка из прошлого, где мне впервые повезло увидеть истинного Октавиана.

Перевела затуманенный взгляд на Бусю, все еще пребывая в воспоминаниях. Золотая рыбка с маленькой диадемой на лбу смотрела на меня круглыми янтарными глазками, ожидая ответа, но мне потребовалось еще несколько секунд, чтобы прийти в себя и вспомнить, что она спрашивала.

— Все хорошо, — выдохнула и с силой зажмурилась, чтобы перед глазами заплясали мушки, выгоняя образ блондина с лукавой улыбкой на губах. — Отделалась простым наказанием.

— А почему вид у тебя такой, будто мир рухнул? — не поверила она, прищурив глазки.

Я криво улыбнулась.

— Ну уж обычным он точно больше не будет. Похоже, Октавиана подменили и теперь больше некому меня злить.

— Да ты что! — удивилась подруга, чуть не свалившись с бортика. — Быть может всего лишь временное перемирие?

— Нет, — качнула головой, — на этот раз все серьезно. Закончились игры.

— Так это же хорошо, — произнесла говорящая рыба, подперев голову плавником и смотря на меня довольным взглядом. — Теперь мне не придется выслушивать, какой наш начальник «паразит нехороший».

Хмыкнув на ее слова, откинулась на спинку кресла. Тут не поспоришь. Буся — единственная, кому я изливаю душу и чем неимоверно ей надоедаю, поскольку любое мое недовольство заканчивается тем, что во всем виноват змей!

Вздохнула, соглашаясь с ее словами, и еще раз прокрутила в голове разговор с Октавианом, ища в этом плюсы, но лишь вновь почувствовав внутри некую потерю и толику страха.

Да что же такое!

— Ешкин-крошик! — воскликнула, ударив по столу кулаком и вскочив на ноги.

Буся, не ожидая такого с моей стороны, дернулась и соскользнула с бортика в воду.

— Пошла-ка я к некромантам, — проговорила я и живо направилась к выходу.

— К-куда?! — удивленно переспросила подруга, вынырнув обратно и провожая меня недоуменным взглядом. — Зачем?!

— Отрабатывать наказание! — чуть ли не рыча, ответила ей. Если сейчас не перестану думать о поведении начальника, точно сойду с ума.

— А мне кажется, что ты просто сбегаешь, — весело проговорила Буся, отчего я резко затормозила возле двери и обернулась к ней, одарив недовольным взглядом. — Признайся сама себе, Ди. Тебе не хочется, чтобы Октавиан оставил тебя в покое.

Посмотрела на подругу как на чокнутую, а поправив очки, отвернулась и ответила:

— Ты ошибаешься, — после чего открыла дверь и шагнула в коридор, где посетителей уже не наблюдалось под конец рабочего дня, — моя мечта — чтобы этот блондин с козлиной бородкой оставил меня в покое! И я рада, что наконец-то все закончилось.

И захлопнула за собой дверь, но сделав шаг по направлению к лифту, услышала заливистый смех подруги, от чего не сдержалась и скрипнула зубами.

Вот тут-то мудрость Буси подвела ее, поскольку мнение это было ошибочным. Никто меня так не выводит из себя, как Октавиан. Поэтому сейчас мне как никогда лучше, зная, что теперь он будет со мной нормально общаться, так же сухо, как это делают другие начальники со своими служащими. И это будет правильно! А уж переживаю я только потому что боюсь менять что-то в своей жизни, но время всегда лечит. Верно?

Спустившись в вестибюль, вызвала другой лифт, тот, что шел вниз, где располагалось отделение некромантии и прочие лаборатории, в том числе та, в которой я обычно работаю над разработками артефактов.

Пока лифт плавно шел вниз, я бездумно смотрела в одну точку, заставив себя ни о чем не думать. Мысли так и норовили заполнить мою голову, но я упорно стояла на своем и не подавала виду, что они мне интересны. Было трудно совладать с эмоциями, которые меня переполняли, но мне все же удалось сохранить спокойствие, и дверь в местный морг я открыла с равнодушным лицом, чтобы не показать Бони, что меня что-то беспокоит.

Знакомый некромант в этот момент сидел на высоком стальном столе и ел из круглой миски пшеничные хлопья в молоке. Напротив него стоял точно такой же стол, только на его поверхности лежал труп в белоснежной рубахе до середины бедра.

Все как обычно.

— А вот и ты, — встретил он меня кривой улыбкой, а затем с аппетитом положил в рот очередную ложку с круглыми воздушными хлопьями. — Я тебя ждал после обеда, — продолжил он говорить с набитым ртом, — но затем узнал новость, что ты попала под раздачу из-за луда, и уже не надеялся увидеть тебя сегодня. Думал, что премии лишат, а оно вон как вышло. Что, проведем ночь вместе?

Посмотрев на его довольное лицо, вздохнула и запрыгнула на противоположный стол, пододвинув чуток ноги трупа.

— Да, и это не может не радовать. Деньги терять мне сейчас не хочется. Планирую большой проект по созданию артефакта-сканера, чтобы отпечатки пальцев можно было считывать, а для этого нужен дорогой материал.

— А зачем такой артефакт? — удивился Бони, не донеся ложку до рта. — Отдел магического воздействия и так хорошо справляется с отслеживанием нарушителей и преступников.

— Но не все же маги, — пожала я плечами и взяла вторую миску, что стояла возле руки трупа.

Зачерпнув ложкой хлопья с молоком, блаженно зажмурилась, ощутив знакомый вкус из детства. Бони недовольно посмотрел на меня, что я лишила ужина трупа, но ничего не сказал.

— И что с того?

— Как что? По магии легко вычислить преступника, а вот по ауре уже намного сложнее. А если сделать базу с отпечатками, можно будет сразу знать, кто преступник и не тратить время на догадки.

— И откуда у тебя такие идеи? — хмыкнул он, на что я лишь пожала плечами и поправила очки.

Между нами повисло молчание, но оно не напрягало, и мы спокойно доели незамысловатый ужин, каждый пребывая в своих раздумьях. Некстати опять накатила грусть, и с последней ложкой с хлопьями я тяжело вздохнула.

— Что-то случилось? — участливо спросил некромант, так же, как и я, отложив посуду в сторону.

— Да нет, — ответила я, водя пальцем по холодной синей руке трупа, а чуть погодя вновь вздохнула.

— Так, Белова, или ты сейчас рассказываешь, или отправлю тебя восстанавливать артефакт охлаждения, — коварно заявил он, от чего меня всю передернуло. Знает, на что давить, любитель трупов!

Вскинув голову, заглянула в его насмешливые зеленые глаза с вертикальными зрачками, как у хитрого кота.

Бони взял от бруйта очень много. У него были и забавные ушки и тонкий извилистый хвост черного цвета, как и короткие волосы, торчащие в разные стороны, словно иголки у ежика. Иногда кажется, что дотронься до них — и ты действительно уколешься. Я вот до сих пор побаиваюсь убедиться в этом, хоть руки и чешутся. В остальном же, мой знакомый выглядит как человек и очень здорово поддерживает имидж некромантов: худой и длинный как палка, бледная кожа, а также он постоянно ходит в черном костюме, хоть и не обязан носить форму службы безопасности. Но даже несмотря на любовь к трупам, этот парень имеет просто огромный запас харизмы, с помощью которого он купается во внимании противоположного пола, и которым пользуется без зазрения совести.

— Это, между прочим, шантаж! — протестующе воскликнула, но улыбку скрыть не удалось.

— «Шантаж» звучит как-то вульгарно, Мышка, — коварно улыбнулся он в ответ, — мне больше нравится «вымогательство».

— Когда это тебя стали интересовать мои проблемы? — прищурилась, глядя ему в глаза.

— Когда ты вздыхаешь больше одного раза, — сразу ответил он, не отводя взгляд.

С минуту поиграла с ним в гляделки, а затем вздохнула в третий раз, проигрывая ему этот раунд.

— Хорошо, — смиренно проговорила, опустив плечи. — Вот скажи мне, ты когда-нибудь не был рад изменениям в жизни?

Прежде чем ответить, Бони потер свой гладкий острый подбородок, задумчиво подняв глаза к потолку.

— А они приятные, эти изменения? — уточнил он, вновь глянув на меня.

— Скорее да, чем нет.

— Хм, — нахмурил он черные брови на такой ответ. — Мне кажется, не получится чему-то радоваться, если ты к этому не готов. Даже увидев чудо, ты в первую очередь испытаешь страх, неверие, а уже потом радость и счастье. Всему нужно время, Мышка. Чему-то меньше, а чему-то больше.

— М-м-м, — глухо промычала, даже не зная, что на это сказать.

На секунду показалось, что некромант читает мои мысли, услышав в его словах двойной смысл, но невинная улыбка на тонких губах развеяла это предположение.

— А… — хотела задать еще один вопрос, но тут мне на плечо опустилась холодная рука, заставляя напрячься.

— Жизнь всегда не предсказуема, малышка, — прозвучал хриплый голос над ухом, и я вскрикнула, не ожидая подлянки.

— Ты! — недовольно ткнула пальцем в некроманта, соскочив со стола. — Нельзя же так поступать! Чуть заикой не оставил.

— Извини, — развел он руки в стороны, продолжая невинно улыбаться, — не удержался. Ты бы видела себя со стороны — грустная и чем-то озабоченная. Зато сейчас вновь вижу перед собой милую мышку, которая смешно пыхтит от злости.

Я действительно пыхтела, только не как мышка, а как обиженный ежик, бормоча ругательства себе под нос. Сердце от испуга было готово выпрыгнуть из груди.

— Не обижайся, — попросил несносный любитель трупов и протянул мне руку в знак примирения.

Ну вот как можно обижаться на парня с ямочками на щеках?

— Ладно уж, — буркнула и пожала руку, — но с тебя булочка с джемом!

— Как скажешь, Мышка.

— А мне можно булочку? — прозвучало сбоку, и мы с Бони одновременно повернули головы на голос.

Труп уже сидел на столе, свесив ноги вниз.

— Что ж, Белова, пора работать, — усмехнувшись, проговорил некромант с предвкушением в глазах, а я передернула плечами, не горя желанием иметь дело с говорящим мертвецом.

Но спрашивать мое мнение, конечно же, никто не стал. Мало того, приобняли за плечи, подтаскивая к бледно-синему мужчине с потускневшими черными волосами до плеч. Его лицо на скулах украшали серые чешуйки, от чего меня кривило каждый раз, стоило только на них посмотреть. Впрочем, карие глаза с обычными зрачками успокаивали и не давали мне повода воротить нос еще больше.

— Все как обычно? — поинтересовалась я у Бони, тормозя пятками, поскольку приближаться к трупу настолько близко не было желания.

Одно дело, когда он лежит и не подает признаков жизни, как и положено покойнику, а другое — смотрит на тебя потухшими глазами и желает поговорить. Все это невольно пугает, даже если ты уже сто раз был в такой ситуации.

— Ты не изменяешь своим привычкам, Ди, — весело хмыкнул некромант, перестав меня наконец-то толкать вперед. — Рвешься спасать мир, а сама боишься простого мертвеца, который находится под моим контролем.

— Так для спасения мира не нужно общаться с мертвыми, — брезгливо поморщила нос, имея в виду работу некромантов, но совсем еще недавно живой сой понял это по-своему и подарил мне тяжелый взгляд.

Блин блинский!

— Я, между прочим, многоуважаемый сой, малышка, с которым любой будет рад пообщаться, — деловито заявил покойник, вскинув подбородок.

Тут я была не согласна. Бледный и с синими губами, в белой рубахе с голыми, частично покрытыми серой чешуей ногами, он не был похож на того, с кем хотелось бы пообщаться.

— Был бы рад, — исправила я его, расслабив свой галстук, чувствуя подступивший ком в горле от неприятного чувства жалости к этому мужчине. — Увы, сейчас мы единственные и последние ваши собеседники.

Плечи мужчины от моих слов медленно опустились, утягивая за собой и голову. В такие моменты мне становится еще больше не по себе, и я невольно ненавижу мастерство Бони. Не каждый некромант может влить в труп магию, чтобы тот не просто рассказал о своей смерти, но и испытывал чувства, а порой и такие, как обоняние или вкус. Мой же знакомый был профессионалом своего дела и частенько «даровал» мертвецам шанс на такое маленькое чудо, как в последний раз выпить чашечку чая или скурить сигару. Милостиво с его стороны, но он-то уже привык сам ничего не испытывать и с легкостью выслушивает душераздирающие истории, когда я все принимаю близко к сердцу и потом не могу уснуть пару ночей точно, отходя от эмоционального коктейля из грусти и безысходности.

— К чему уныние и печаль? — вклинился в наш разговор инициатор этой самой грусти и потрепал меня по волосам. — Быть может по чашечке чая? Или чего покрепче?

Труп посмотрел на него исподлобья и качнул головой, молча отказываясь от последнего шанса испытать вкус любого напитка.

— Еды или сигару? — продолжил предлагать некромант, совсем не испытывая давящее чувство печали со стороны мужчины.

— Нет, спасибо, — последовал сухой ответ.

— Тогда быть может женщину? — совсем разошелся несносный любитель порадовать трупов, и, к моему удивлению, это подействовало.

Покойник резко выпрямился и взглянул на меня.

От слов некроманта и заинтересованного взгляда мужчины я испуганно икнула и скрестила руки в воздухе в защитном жесте.

— Еще чего! — возмущенно воскликнула, делая шаг назад. — Некрофилией не увлекаюсь!

— Точно? — задумчиво спросил Бони, потирая подбородок и разглядывая меня оценивающим взглядом.

— Вы уверены? — присоединился к нему бледно-синий мужчина, подавшись в мою сторону, напрочь позабыв о грусти.

От такого я вообще дар речи потеряла! Я все понимаю, и сама бы не против развлечься, но желательно с мужчиной, у которого бьется сердце.

— Дяденька, вы уже разлагаться начали, а вас тянет на подвиги, — осуждающе заявила, нагло ткнув в него пальцем. — А ты вообще заигрался с трупами, и уже давно пора написать протокол! — прорычала, гневно заглядывая в наглые зеленые глаза некроманта.

Подняв руки вверх в знак поражения, Бони довольно улыбнулся, отчего мне захотелось пнуть его ногой, чтобы знал, что я не разменная монета для его веселья.

— Хорошо, как скажешь, — произнес он, продолжая улыбаться.

Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, поправила очки и повернулась к вновь поникшему мужчине. Сгорбившись, он грустно болтал ногами в воздухе, окончательно потеряв интерес ко всему. При таком раскладе будет трудно добиться от него всей правды о том, что с ним случилось, и сейчас бы подошел вариант отключить все чувства у этого бедолаги, вот только Бони не согласится. У моего знакомого все должно быть как у людей, в том числе и у мертвецов! В итоге, сдаст пустой протокол, но покойника не лишит чувств до последнего его часа «жизни».

— Вот же змей! — зло прорычала, обвиняя во всем своего начальника, но быстро взяла себя в руки, чтобы не впасть в еще большее уныние, и предложила то, от чего наш труп точно не откажется: — Что вы скажите насчет прогулки по вечернему городу?

Мужчина на секунду замер, обдумывая мое предложение. На некроманта специально не стала смотреть, поскольку и так знала, что улыбка на его губах стала запредельной после моего вопроса. Этот бруйт рад любому приключению, главное, чтобы в нем участвовал мертвец.

— Ну же, — задорно проговорила, поторапливая мужчину в решении, — разве у вас нет такого места, где бы вы хотели побывать в последний раз?

Покойник повел плечами, но упорно продолжал молчать, так и не подняв голову.

— Вы поймите, — решила пойти другим путем, — нам не позволено выводить из здания подобных вам, и с вашей стороны будет опрометчиво не воспользоваться таким предложением.

Это сработало, и мужчина со вздохом кивнул.

— Есть одно место, на которое бы я хотел взглянуть в последний раз.

С облегчением вздохнула.

Бони одобрительно хлопнул меня по плечу и показал большой палец. Я бы тоже порадовалась за себя, что смогла уговорить мертвого, вот только чует моя пятая точка, что мне совсем не понравится это место. Но ведь нам необходимо написать протокол…

Соскочив со стола, сой пошатнулся, но смог устоять на ногах, схватившись за металлический столик, чуть не опрокинув его, звеня хирургическими приборами.

— Я не чувствую своих ног, — тихо проговорил он, и я ткнула локтем в бок Бони, чтобы тот помог ему.

Сосредоточившись, некромант тихо прошептал нужные слова, и я сразу увидела изменения в нашем покойнике. Его кожа перестала быть синей, а мышцы заиграли под кожей, позволяя их хозяину распрямиться, гордо расправив плечи. Он все еще был бледен, но если не приглядываться, то в сумерках не будет видно, что этот мужчина покинул ряды живых. А если еще и шляпу надеть!

— Нужна одежда, — задумчиво произнесла, оценивающе разглядывая сойя. — Бонь, ты почти одного с ним роста. Тащи свои вещи!

— А стирать потом ты их будешь? — усмехнулся некромант, но встретившись с моим гневным взглядом, хмыкнул и ушел в свой кабинет, оставив меня наедине с покойником.

В небольшом помещении, освещенном куполообразными люстрами над каждым металлическом столом, которых тут было шесть штук, воцарилась тишина. Я переминалась с ноги на ногу, разглядывая стенку с холодильными камерами. В сторону сойя не смотрела, но хорошо ощущала его пристальный взгляд на себе. Не знаю, как Бони, а я уже мечтала поскорей со всем расправиться и заняться другим делом, тем, где не нужно нянчиться с покойником.

Не выдержав, украдкой посмотрела на мужчину, но сразу же наткнулась на его пустой взгляд. Странное ощущение — видеть перед собой живой труп. И ведь не скажешь, что он мертв, когда вот так стоит перед тобой и может поддержать беседу.

— А-м, — неловко протянула, когда стало совсем не по себе от нескрываемого интереса мужчины к моей персоне. — Можно узнать, куда мы сейчас отправимся?

— Вам не все равно? — спокойно спросил он, потерев правое запястье.

Проследив за его движением, увидела глубокий порез. Обычно такие бывают у тех, кто лично простился с жизнью, перерезав себе вены. А если так, то почему его привезли к нам? С самоубийцами наша служба не имеет ничего общего, если конечно не было магического воздействия, которое и подтолкнуло на такой поступок. Интересно…

— С учетом того, что мы сильно рискуем, то да.

— А зачем так рисковать? — продолжал он спрашивать, игнорируя мой первый вопрос.

Ответ был прост, вот только знать это мужчине не следовало. Любое вмешательство на эмоциональном уровне с его стороны лишит меня возможности понять то, для чего, собственно, я здесь и нахожусь.

— Все ради вас, — мило ему улыбнулась, чтобы он перестал спрашивать опасные вопросы.

К моему счастью, вернулся Бони с вещами, и мне пришлось отвернуться, чтобы моя психика не пострадала еще больше. Смотреть, как переодевается труп не входило в мои планы.

— Все, — послышалось за спиной, и я обернулась.

Теперь рядом с некромантом стоял мужчина мало похожий на покойника. Черные брюки с темно-синей рубашкой хорошо сидели на крепком теле сойя и отвлекали от бледной кожи. Волосы пришлось собрать в неряшливый хвост, но это помогло скрыть их грязный вид.

— Остается только одна проблема, — проговорила, наблюдая, как мужчина завязывает шнурки на туфлях.

— Аура, — нахмурив брови, правильно подметил некромант. — Увы, мне ее не воссоздать.

— Просто надо быть осторожными и не попадаться на глаза служащим из отдела магического воздействия. Они-то сразу поймут, что к чему. Справимся?

Кивнув, Бони первым пошел на выход, чтобы разведать обстановку. Уже давно кончился рабочий день и в здании должны были остаться только те, кто вступил на ночную службу. Таких немного, но достаточно, чтобы наш план пошел коту под хвост.

С главным лифтом мы не стали рисковать и воспользовались служебной лестницей, которая вела к черному входу. То, что надо, вот только обычные четыре пролета были дня нас как двадцать. Заклинание Бони порой не срабатывало и ноги покойника подкашивались в самые неподходящие моменты. Нам приходилось его буквально ловить, чтобы он не скатился вниз по лестнице. На последней ступеньке я одновременно радовалась и проклинала себя, что предложила эту прогулку. Пустой протокол сейчас мне казался самой разумной идеей.

— Так куда мы направляемся? — спросила у мужчины, от бессилия привалившись спиной к стене здания службы безопасности.

На улице все еще было светло, но это не так страшно, как прохожие, которые могут выдать нас, рассмотрев в сойе покойника. Кто-нибудь из них точно может оказаться хорошим магом и тогда нам не избежать разоблачения. Правильным решением было бы вернуться, пока не поздно, но видя уставшее, но довольное лицо некроманта, отодвинула разумные доводы в сторону и просто ждала следующего шага.

— Кладбище, — сухо обронил сой, смотря куда-то вдаль.

— Хорошо… — устало выдохнула, отталкиваясь от стены, но резко замерла, уставившись на мужчину. — К-кладбище? Зачем вам на кладбище?!

— Тянет меня туда, — последовал ответ.

Чудненько!

— Хорошее место, — подал голос Бони, потирая ладони. От блеска в его глазах у меня вновь подступил ком к горлу, только на этот раз от чувства скорой неприятности. — Пойдемте, у меня рядом кип припаркован.

Оба мужчины двинулись вперед, когда мне потребовалось еще немного времени для успокоения моей фантазии, которая подбрасывала жуткие картинки, как меня пожирают зомби. Хоть Бони мне и друг, но он некромант, а они падки на то, чтобы хоть кого-нибудь, да поднять из могилы! А оно мне надо?!

Но, с другой стороны, я была рада, что идти пешком не придется. Меньше внимания привлечем. Кладбище находилось за городом и уйдет много времени, чтобы до него добраться. Однако, оно и к лучшему. Быстрее мое наказание пройдет, лишь бы все прошло гладко.

Глава 6

Смотря на кованные решетчатые ворота, которые возвышались над нами, я будто вросла в землю, не в силах больше сделать шаг. Выйти из кипа и дойти до них не составило труда, но оказавшись рядом с этими двустворчатыми гигантами, тут же пожалела о своем решении. Один только их вид уже пугал и словно говорил, что кладбище ночью — это не место для прогулок. И я была с ними полностью согласна! Вот только мой коллега, любитель всего страшного и ужасного, и оживший труп, которой решил свои последние минуты провести среди таких же покойников, думали совсем иначе.

Ими двигала неведомая сила, заставившая открыть одну створку и проскользнуть на территорию мертвых, нарушив их спокойствие. Никакого страха или совести они не испытывали, шагая уверенно вглубь мира траура и скорби. У меня же не получалось даже пошевельнуться. Однако, стоило этим двоим затеряться среди могил и склепов, а прохладному, будто из самого загробного мира ветру проскользнуть под тонкую ткань блузки, рождая мурашки, тут же сорвалась с места и побежала их догонять. Нет, я вовсе не трусиха. Просто стало холодно, а бег помогает согреться.

Оказавшись рядом с мужчинами, я перевела дух и с облегчением выдохнула, радуясь, что туфли выдержали забег по траве. Давно я так не бегала. Наверное, с самой академии. Там на уроках физической подготовки нас учили быть выносливыми, вот только не думала, что свои навыки я буду применять на кладбище.

От внезапного крика вороны я вздрогнула всем телом и чуть не споткнулась об бугорок земли, который хитро спрятался в траве. Выпрямившись, удивленно посмотрела по сторонам, гадая как далеко мы могли зайти. Погруженная в мысли, совсем не следила за дорогой, а это было очень даже зря. Если что-то случится, назад дороги я не найду! Вокруг было сплошное кладбище, с возвышающимися каменными надгробиями и редкими склепами. Ни деревьев, ни кустов не было, а лишь белый туман, который мягко стелился по темной земле, плавно огибая серые холодные плиты с именами и датами похоронных здесь людей.

Деваться мне уже было некуда, поэтому догнала вновь ушедших вперед мужчин и строго-настрого запретила себе отвлекаться, стараясь все время быть как можно ближе к Бони. Я буквально наступала ему на пятки, а порой врезалась в спину, если он притормаживал.

В очередной раз оглянусь на очередной крик вороны. Мне все время казалось, что за нами кто-то наблюдает, а такие звуки, как далекий вой собаки или скрип дверцы склепа, постоянно заставляли мою душу поглядывать в сторону пяток, готовясь вот-вот их посетить.

Ладно, тут я, пожалуй, признаюсь — я трусиха! И мало того, с каждым шагом у меня внутри зарождалась фобия к этому месту!

— Да мне всю неделю придется валерьянку пить, — тихо пожаловалась, чувствуя себя не в своей тарелке в окружении почивших жителей города.

Бони посмотрел на меня через плечо и хитро улыбнулся, показывая свои небольшие клыки.

— Так тебе не привыкать, — ответил он, замедлив почему-то шаг.

— Между прочим, ее вредно часто пить, — обиженно проговорила и в очередной раз налетела на него, не удержав равновесия из-за провалившегося каблука в рыхлую землю.

Некромант резко развернулся и поймал меня, придерживая за талию. Не успела я удивиться, как уже стояла к нему спиной, прижатая к груди, а его теплые руки устроились у меня на животе.

— А похоже у тебя уже иммунитет на нее и необходимо принимать что-нибудь покрепче, — услышала горячий шепот возле ушка и нервно сглотнула.

— Предлагаешь мне спиться? — спросила почему-то тоже шепотом.

Кроме нас и трупа, который шел дальше, не обращая на нас внимания, на кладбище больше никого не было, и к чему эта секретность, я не понимала. Но чувствуя спиной твердую грудь некроманта, мой голос просто отказался себя проявлять как положено: уверенно и четко.

— Почему же сразу спиться? — поинтересовался он, опаляя мою шею горячим дыханием.

Широкие теплые ладони медленно начали поглаживать мой живот, заставляя меня дернуться вперед, вот только Бони не спешил отпускать и еще сильнее прижал к себе.

— А как еще, если я рядом с тобой седею прямо на глазах?! — прорычала, но услышав хриплый ответ, затаила дыхание:

— Так с твоими волосами это не помеха. Они и так белее снега, Мышка, — сказал он и провел языком по моей скуле, рождая во мне панику.

Ё-мое!

— Бони?… — тихо позвала, ощущая его руку уже у себя на бедрах.

— Да? — в унисон спросил он, снимая с меня очки.

— А что ты делаешь? — задала глупый вопрос, перехватывая у него свои вторые глаза.

Он не стал возражать и отдал их мне, чтобы вернуть обратно руку на мое бедро.

— Сам не знаю, — пожал некромант плечами, при этом продолжая исследовать мое лицо губами.

Не буду врать — было приятно, вот только мы сейчас на кладбище, и Бони мне как бы друг…

— Это атмосфера так заводит, что остановиться просто нет сил, — прошептал он и прикусил мне правую мочку уха.

Его слова отрезвили меня лучше любой холодной воды. Паника подступила к горлу, и я использовала метод, который придумали женщины для самообороны или мщения — со всей силы наступила некроманту каблуком на ногу. Результат не заставил себя долго ждать — застонав, друг в ту же секунду выпустил меня из захвата и запрыгал на одной ноге, продолжая постанывать.

— Извращенец! — воскликнула, наблюдая за его мучением.

Прижав кошачьи уши к макушке, он продолжал прыгать еще несколько минут, а потом резко остановился и посмотрел на меня недобрым взглядом, сверкая глазами при свете луны. Мне как-то сразу стало не по себе.

— А ну стой! — приказала ему, не на шутку испугавшись его вида.

Бони замер, иронично вскинув темную бровь. Его тонкий черный хвост тем временем извивался из стороны в сторону, показывая недовольство хозяина. А что мне, прикажете, было делать? Я и раньше знала, что кладбище влияет на поведение некромантов, но что бы настолько?!

— И что ты мне сделаешь? — мурлыкающим голосом спросил искуситель, делая ко мне шаг, немного прихрамывая на пострадавшую ногу.

Несколько секунд смотрела на него, не отводя взгляда, а когда с его стороны последовал еще один шаг, не придумала ничего лучшего, как сорваться с места и побежать догонять нашего покойника, который ушел достаточно далеко. Обернулась я только один раз, и неожиданно увидела на лице друга удивление. Он так и застыл на месте, не опустив ногу до конца.

Добежав до ожившего трупа, еле смогла перевести дыхание, хватая ртом воздух. Только мне могло так повезти. Чтобы я еще раз повелась на счастливую мордашку Бони и согласилась на прогулку по кладбищу! Нет уж. Лучше уж два раза лишиться премии, чем быть изнасилованной другом в присутствии его любимцев!

Пока ругала себя, упустила момент приближения ко мне некроманта. Но было уже поздно — широкая ладонь опустилась на плечо, заставляя меня напрячься всем телом, не зная, чего ожить в следующую секунду.

Очень медленно повернула голову и посмотрела вверх.

— Белова, ты что такая шуганная? — удивленно спросил Бони, отчего я не сразу смогла связать и пару слов.

И это он спрашивает почему?!

— Да ты!.. — нашлось у меня несколько красноречивых эпитетов, вот только сорваться им с губ не дали.

Зажав мне рот рукой и развернув опять к себе спиной, Бони шикнул на ухо, требуя замолчать. Я была против, ведь это уже слишком, вот только увидев причину поведения некроманта, послушно замерла.

Наш покойник неподвижно стоял возле надгробия, ничем не отличающегося от тысячи других каменных плит, и неотрывно смотрел только на него. Мое сердце в который раз сжалось, сочувствуя этому сойю. Видеть покойника, который стоит на могиле своей же жены, больно вдвойне. После такого точно напьюсь!

— А вы знаете, что другой жизни после смерти нет? — вдруг заговорил сой, продолжая смотреть на могилу.

— Тут я не могу с вами спорить, — сразу ответил ему Бони, все еще закрывая мне рот. — Но существуют призраки — души умерших. Разве это не продолжение хоть какой-то, но жизни?

На его слова покойник поднял лицо к звездному небу и от души рассмеялся, заставляя меня и некроманта вздрогнуть. Уж такой реакции мы точно не ожидали. И мало того, чересчур эмоциональный всплеск у покойника может вывести его из-под контроля. Говорила я Бони не увлекаться чувствами, так нет же! Друг любитель дать им больше воли, нарушая при этом правила. Конечно, благодаря этому мы справляемся с заданием гораздо быстрее, но раньше и не попадались трупы, которые отказывались от малых подкупов и все выкладывали в тот же миг. Здесь же…я боюсь предположить, чем все может закончиться.

Обычно мертвецы, оживая с помощью магии некромантов, становятся чем-то вроде игрушки, и послушно выполняют приказы хозяев. В нашем же случае трупы приобретают свое «я» и их приходится уговаривать ради рассказа о том, как они погибли. Со стороны это смотрится глупо, ведь доставляет кучу проблем, но лишь так я могу определить каким предметом была убита наша жертва. Мертвецы могут рассказать только о месте и о том, как примерно выглядел убийца. А вот мои умения могут помочь гораздо больше, поскольку нити предметной магии всегда сохраняют кусочек ауры хозяина. Остается только дождаться, когда покойник смирится со своей участью и при помощи чувств невольно выпустит через тело последние крохи магии, вместе с которой оживают оторванные нити сущностей. По-другому их не увидишь. Эти мелкие отрезки всегда неравнодушны к крови, поэтому могут отрываться и прицепляться к ранам, если имели близкий контакт. Магия поможет им засветиться, чтобы я могла их видеть. А там остается за малым, собрать их и передать в отдел магического воздействия. Уж эти ребята быстро найдут виновника.

— Вы меня не оживили, уважаемый Бонилиан. Да, вы дали мне возможность ходить, разговаривать и даже чувствовать, вот только я — это не я, а всего лишь малая часть того, что от меня осталось. Небольшое воспоминание последнего дня моей жизни.

— Но вы сейчас рассуждаете как живой, — отчего-то хрипло проговорил Бони.

Сой накренился чуть вбок, и мне пришлось ткнуть локтем в живот друга, чтобы тот не нервничал и держал крепче узды магических нитей, чтобы прямо сейчас наш покойник не завалился, лишая нас возможности узнать о случившемся с ним несчастье.

— Даже с малой памятью, но можно рассуждать, — выпрямившись, ответил сой.

— Но с чего вы решили, что жизни после смерти нет? Магия некромантов позволяет общаться и с духами. Они часто рассказывают о другом месте, там, где их много.

— А вы уверены, что они души? — посмотрел сой на нас, кривя губы в ухмылке.

У Бони не нашлось что ответить. Да кто знает, что на самом деле ждет нас после смерти? Магия некромантов появилась не просто так, а значит что-то, но должно быть. Я не заклинатель смерти, и всех тонкостей не знаю, но отчего-то верю в другую жизнь.

— Вот и послушайте меня, — проговорил покойник, вновь посмотрев на могилу жены. — Я помню, что в последний день жизни хотел прийти сюда, проведать могилу своей жены, которая умерла четыре года назад от болезни.

Я забыла как дышать, слушая сойя. Мне доводилось слышать подобное, что кто-то умер от болезни. Эти случаи были очень редкими, но оттого самыми ужасными.

В этом мире целители способны убрать любой недуг, кроме магического. И в его происхождении виноваты, как бы это паршиво ни звучало — артефакторы. Именно под их началом появился луд, который редко, но способен исказить ауру живого существа, и тогда он больше не способен колдовать. Тут не Земля, где человек зависит только от здоровья своего тела. Жители этого мира многому обязаны магии, которая поддерживает их организм, в результате чего можно прожить гораздо дольше. Но нет ауры, которая черпает магию извне — нет помощи твоему организму, а значит ты умрешь раньше времени. Когда я узнала, что продолжительность людей без магии от силы сто двадцать лет, мне было смешно, ведь это достаточно много, чтобы жаловаться. Но что если ты живешь, например, триста лет? Тут-то я и задумалась о бытии и прониклась важностью уничтожения луда, если такой попадется. Эти артефакты натворили уже много бед, и не мудрено, почему их бояться.

На секунду я вся похолодела, став похожей на труп. Мне вспомнилось, что я так и не сдала проклятый артефакт в антимагический сектор, как велел Октавиан, но так же быстро успокоилась, испытывая чувство облегчения. Мне удалось хорошенько подпитать магией этот артефакт, поэтому несколько дней он точно не проявит себя, а значит беспокоиться пока не стоит.

Этому способу нас научили в академии, но процесс очень сложный и можно самой выгореть полностью, поэтому Буся тогда за меня так испугалась, а начальник был в гневе. Мало ли как он мог повлиять на меня. Женщина, которая его нашла, была ему «не по вкусу», но вот я могла стать лакомым кусочком, и может поэтому он набросился на меня, использовав другие артефакты. Если бы моя защита пала, то луд бы отнял у меня способности к магии и пришлось бы прожить жизнь обычного человека, умерев от скорой старости. Вот жене нашего покойника точно не повезло.

— Я всю жизнь боялся собственной смерти, особенно после того, как не стало жены, — тем временем продолжал говорить сой, возвращая меня в реальность. — Вот только когда думаешь о чем-то особенно часто, обязательно жди воплощения своих мыслей.

Он замолчал, над чем-то задумавшись. Мы его не торопили, понимая, через что он прошел. Воплощение собственных страхов одна из самых неприятных вещей.

— Ты, малышка, спрашивала у своего друга об изменениях в жизни, — вскинув голову, неожиданно проговорил сой, смотря мне прямо в глаза, чем немного напугал, и я вздрогнула в руках некроманта. — Так вот, я повторюсь — жизнь непредсказуема, и возможны любые неожиданные изменения, к которым ты не будешь готов, а потому невозможно в тот же миг понять, хорошие они или плохие. Если бы ты была уверена и желала бы этого всем сердцем, то, конечно, — это хорошие изменения. А когда есть сомнения — нужно время. Оно расставит все по своим местам. Мне же вот досталась смерть. И казалось, что у меня нет времени понять, хорошо ли это или плохо. Да и какая была разница! Однако, пока я умирал, смотря, как какой-то сумасшедший в балахоне забирает у меня кровь, мне удалось понять, что не так уж это и страшно. Больно, да, но не страшно, особенно, когда тебя уже никто не ждет. Это не назовешь изменением в жизни, скорей концом всему, но я был в какой-то мере рад, что это произошло. Жить все время в страхе, что тебе на голову упадет кирпич — просто невыносимо. А потом я вспомнил, что смерть — это же еще не конец, и уплыл в беспамятство.

Последовала новая пауза, которой я порадовалась, поскольку мне было не по себе слушать хриплый голос покойника. Бони меня перестал удерживать, и просто стоял рядом, слушая вместе со мной такой необычный рассказ. В словах мужчины было какое-то безумие, рождавшее во мне неприятное чувство страха, что смерть в скором времени подберется и ко мне тоже. Шаг влево, шаг вправо — и ты уже труп! Неприятное чувство, однозначно. Пожалуй, так я себя ощущала только в лагере, когда собравшись вокруг костра, друзья рассказывали страшные истории.

— И что потом? — спросил вдруг Бони в полной тишине, заставив меня вскрикнуть.

Тьфу ты, нервы уже ни к черту!

— Потом я проснулся и решил, что живой, вот только странное чувство пустоты в груди, а затем и эмблема службы безопасности на вашем пиджаке помогли мне понять, что жизнь меня все-таки покинула. Да и вид морга говорил только об одном, — мужчина глубоко вздохнул и продолжил: — Странно себя испытывать таким. Я не возродился и не стал призраком, но у меня остались воспоминания последнего дня и то, что было потом. И так вышло, что этого «потом» просто нет, как и меня теперь. Осталось лишь это тело, которое вскоре сожрут черви.

От такого заявления я передернула плечами, представив себе эту картину.

— Так это еще не означает, что жизни после смерти нет, — стоял на своем некромант, восприняв слова о червях как что-то приятное.

— Это лишь мое мнение, — пожал покойник плечами, тяжело вздыхая. — Но это даже к лучшему, что нет другой жизни, — улыбнулся он и посмотрел на луну. — Кто знает, что было бы, если я продолжил жить другой жизнью. Новые проблемы и постоянные мысли? Хватит. Я устал и сейчас мне спокойно и хорошо. Такой легкости я еще ни разу не испытывал.

Мой вздох потонул во вздохе сойя. Тяжело такое слышать, но я работаю в таком месте, где часто с таким сталкиваешься и против воли черствеешь внутри, успокаивая себя тем, что этих людей уже нет. Не стоит жалеть мертвых, а стоит жалеть живых. Но, ёшкин кот, как все-таки трудно, когда трупам даны чувства!

В полной тишине мужчина вновь вздохнул и прикрыл глаза. Было видно, что он, наконец-то, обрел покой. Расслабленная поза, легкая улыбка на губах…и именно в этот момент я и заметила, что запястья у мужчины светятся. Буквально подлетев к нему, схватила его за руку и внимательно взглянула на отголоски предметной магии. На секунду они показалась мне белыми извивающимися червями, отчего захотелось брезгливо отпихнуть от себя сойя, но быстро себя одернула. Моя фантазия сегодня явно в ударе, впрочем, после таких рассказов все будет казаться не тем, чем надо.

Прогнав неприятный образ из головы, я, чуть-ли не смеясь от нервов, с облегчением прикрепила нити предметной магии к припасенному артефакту, который способен удерживать эти отрезки. В них я узнала сущность очищения крови, и немного удивилось этому. Кому-то явно понадобилась свежая кровь, причем вся кровь этого сойя. Могу только представить, каково было мужчине.

— Есть! — выдохнула, убирая в карман брюк артефакт. — Можно возвращаться.

Покойник посмотрел на меня с высоты своего роста грустными глазами и хмыкнул. Все, немедленно нужно возвращаться! Не знаю, как Бони, но мне на сегодня хватит приключений, и уже жутко хочется побыть среди живых людей, а лучше в компании своей подруги. Она-то быстро вылечит мою душу.

— Да, — неохотно согласился некромант, а после прошептал заклинание.

В тот же миг сой развернулся и пошел в сторону главных ворот кладбища.

Мне было неизвестно, где они, поэтому последовала за трупом, который окончательно перестал говорить, стерев с лица любые эмоции. Оно и к лучшему. Этому мужчине уже все равно, а мне еще предстоит налечь на валерьянку, чтобы уснуть после такого.

— Вы идите, — махнул рукой Бони, делая шаг к соседней могиле.

Недоуменно посмотрела на него. Этот хвостатый псих присел на корточки и запустил пальцы в рыхлую землю, что-то тихо шепча. По моему телу прошлась волна страха от осознания, что он собирается сделать. Не думая, запрыгнула ему на спину и схватила за пушистое ухо.

— Даже не думай! — зло проговорила, обвив его шею рукой, чтобы если что — придушить. — Живо в штаб вместе с нами! Сегодня мне уже достаточно трупов… — закончила я тихо и устало.

— Хорошо. Только отпусти ухо! — прорычал он, склоняя голову вбок, чтобы ослабить мой захват.

С победной улыбкой разжала руку.

Бони недовольно пробубнил себе ругательства под нос, а также то, что белые мышки иного бывают злее любой собаки, и прямо так, со мной на спине, поднялся и пошел в сторону выхода, догоняя свою «игрушку».

Ну и ладно. Пускай обижается, зато не прогнал с теплого места, пожалев мои ноги. Иногда Бони бывает такой душкой, что хочется самой его расцеловать, вот только зная всех его скелетов в шкафу лично, готова заклеить себе рот скотчем, лишь бы эти самые скелеты не переехали жить в мой шкаф.

До ворот мы добрались быстро, и когда все же ступили на территорию живых, я не удержалась от радостного «ура!», сползая с широкой спины друга, при этом случайно наступив ему на хвост. Пришлось долго извиняться за неуклюжесть, но мыслями я уже пребывала в теплом кабинете с чашечкой чая, поэтому на мои извинения лишь махнули рукой, и я весело пошагала к кипу.

Все хорошо, что хорошо кончается!

Вылазка все же принесла свои плоды и теперь можно было отдохнуть. Дело сделано! Мы узнали, что убийца — мужчина в каком-то балахоне. Добыли нити сущности артефакта, которым были перерезаны вены нашего покойника, а это большая удача, между прочим, и все это ведет к тому, что наказание мое скоро закончится! Остается только написать протокол…

— Как же приятно сесть, — с улыбкой на губах, проговорила я, растекаясь на переднем сиденье кипа.

Сой сел сзади и все также молчал, за что спасибо Бони.

— С тебя массаж спины, — заявил несносный некромант, активируя транспорт.

— Я тебя не просила меня нести, так что требуй это у какой-нибудь другой фифы, — зевая, ответила ему, но резко выпрямилась, увидев, что друг решил вести кип сам, отключая на панели артефакт автопилота.

— А ты у нас значит фифа? — повеселев, спросил он, выруливая на дорогу.

Конечно, сейчас уже ночь и транспорта на улицах города мало, но вести самому кип очень опасно. Это тебе не машина, где ты чувствуешь дорогу, а летающая коробка, которая при любом ветре может перевернуться.

— Ты что творишь?! — воскликнула и быстро нащупала ремни безопасности. — Хочешь нас угробить?

— Не бойся, — усмехнулся он и специально вильнул из стороны в сторону.

Моя душа все-таки ушла в пятки и накрылась пледом с головой. Ох, я бы тоже сейчас не отказалась спрятаться как ребенок под одеялом, веря, что оно меня спасет.

— Если что, мы с тобой и после смерти поговорим. Некромант я или нет? — рассмеялся друг, заставляя и меня нервно издать смешок.

Вот же кошак без инстинкта самосохранения!

Мчались мы куда быстрее, чем ехали на кладбище. Свет фонарей проносился мимо с регулярной частотой, почти смазываясь в одну линию. Мамочка дорогая! Если что случится, мы превратимся в смятую консервную банку с мясом!

— Бонь, сбавь скорость, — спокойно попросила, мысленно перекрестившись уже сотый раз.

— Ты прям как моя мама, — съехидничал он, даже не думая меня слушаться.

Ну и ладно! Благо до работы осталось совсем немного, а как прилетим, сдам этого нарушителя порядка нашим же, обвинив его в том, что я поседела. И не важно, что мои волосы и так белые, главное внушить охране, что они стали такими после вождения этого котяры.

Веселая месть помогла немного отвлечься от переживаний, и я расслабилась, слушая напевы Бони вместо радио. Друг часто напевает песни своей любимой группы, и получается у него это очень даже неплохо. Но не успел некромант допеть последний куплет, как я перестала вслушиваться в текст и уставилась на черный участок дороги, к которому мы быстро приближались.

— Тут что-то не так, — задумчиво проговорила, пытаясь понять, что меня беспокоит. — Свет просто так не может погаснуть.

Освещение было везде, и если даже артефакты истратят свой резерв, есть дополнительные «лампочки».

— Сворачивай на другую улицу, — потребовала я у друга.

— Тогда нам дольше лететь! — не согласился со мной водитель и проехал поворот.

— Потом не говори, что я не предупреждала, — буркнула, сжимая кулаки от гнева.

Чем ближе мы подлетали к темноте, тем сильнее я начинала нервничать. Бони так и не сбавил скорость, предполагая, что так быстрее проскочим этот участок, вот только были у меня сомнения на этот счет.

Уже когда оставалось около десяти метров до темноты, у меня волосы дыбом встали от жуткой картины, и я в панике схватилась за руль, дернув его на себя, чтобы резко развернуться. Вот только бруйт на то он и бруйт — реакция куда быстрее моей. Бони с легкостью удержал руль, ныряя в темный участок дороги.

— Приехали… — успела сказать перед тем, как меня вжало в сиденье, заставляя клацнуть зубами от мощного толчка.

Скрежет и удары последовали в тот же миг один за другим. Нас болтало словно шарик в лототроне, сталкивая со всем, что попадалось на пути. В этот момент я мало о чем думала, да и как вообще думать, если тебя швыряет из стороны в сторону. Помню только то, что старалась сгруппироваться, прикрыв голову руками, но при такой большой скорости даже этого не удавалось сделать. Я не могла сделать ничего…

После жуткого скрежета и бесконечных ударов, тьма все же выплюнула нас на другую сторону участка, перевернув вверх ногами. Я висела вниз головой и около минуты не могла сообразить, что произошло. В голове стоял ужасный гул и писк, мешавший мне собрать мысли в кучу.

Было больно шевелиться и трудно дышать. Из-за потери очков перед глазами все расплывалось вдвойне, не давая мне права хоть что-то понять. Ремень нещадно впивался в живот и при моем движении затягивался все больше и больше. Дрожащей рукой постаралась открыть застежку, но, понажимав несколько раз на кнопку, всхлипнула, сообразив, что ремень заклинило.

— П-помогите, — прохрипела, но тут же зашлась в кашле, ощущая боль в горле.

Что же делать?!

Мне удалось успокоиться только через несколько минут, а затем постаралась еще раз расстегнуть ремень, больше не в силах терпеть его захват. Я нажимала на кнопку раз за разом, но ремень так и не хотел меня выпускать, пока не догадалась использовать другую кнопку у сиденья сбоку.

Долгожданный щелчок был мне в радость, вот только плохо соображая, совсем забыла, что за ним последует. В следующую секунду я со вскриком от боли в руке и ноге упала на крышу, которая поменялась с дном местами. Осколки стекол впились мне в спину, рождая новую боль, и я мелко задрожала, тихо всхлипывая от страха.

Мне приходилось слышать об авариях, как артефакты кипа перестают функционировать и тогда водителю приходится несладко. Но были эти случаи настолько редкими и без больших последствий, что всегда только удивлялась, как так могло произойти, и сочувствовала водителю лишь о порче имущества.

Сейчас же, лежа в полной тишине на стеклах, чувствуя, как ветер гуляет по салону, который лишился трех дверей, одновременно радовалась, что сама осталась живой, и плакала, ощущая, как немеет рука и нога. Мне было наплевать на кип, и желала лишь помощи. Но время шло, а я все продолжала лежать с одной лишь надеждой, что это не последние мои часы. Даже Бони не отвечал, как бы громко, в силу своих возможностей, я его не звала. В салоне была только я и лежавший рядом, со свернутой шеей, покойник.

Сколько прошло времени — не знаю, но в какой-то момент я просто закрыла глаза и уплыла в беспамятство, не в силах бороться с внезапной слабостью.

Глава 7

Пробуждение мое было странным — я то видела ослепляющий белый свет, а то возвращалась обратно на дорогу, при этом испытывая боль в голове. Постоянные голоса преследовали мое перемещение, каждый раз комментируя новый кадр. Вот меня достают из кипа, при этом мужчина в черном костюме спасателя с белым воротником стойкой просит своего коллегу быть осторожным, поскольку у меня серьезные повреждения. Несмотря на то, что они все делали плавно, при движениях мне будто нож вонзался в грудь, и я невольно стонала. Иногда в такие моменты я вновь оказывалась в белом помещении, почти без одежды, а надо мной светилась круглая лампа, слепя ярким светом. Вокруг кто-то суетился, чем-то звенел, но не успевала я хоть что-то понять, как меня снова переносило обратно на место происшествия.

На этот раз я лежала на носилках возле большого белого кипа с мигалкой на крыше. С трудом повернув голову, увидела три транспорта службы безопасности, которые полностью переливались из красного в синий цвет. Их синхронное мигание окрашивало все вокруг в тревожные цвета, преобразуя окружение в какой-то триллер, где я невольно принимала участие.

Мимо меня расхаживал ночной патруль. Мужчины постоянно о чем-то разговаривали друг с другом и записывали показания в небольшие блокноты. До меня долетали лишь отрывки фраз, из которых мне удалось понять, что кип перестал работать при странных обстоятельствах, и что имеется один труп.

Блуждая взглядом по суетившимся людям в таких же костюмах, что и спасатели, только с золотыми эмблемами на левой части груди и обычным треугольными воротниками, я в какой-то момент наткнулась на господина Тойгера и Октавиана. Мне не нужны были очки, чтобы понять, что это они. Их силуэты я узнаю из тысячи других. Тигр что-то говорил начальнику, а тот постоянно хмурился, глядя на все еще темный участок дороги, который будто пожевал кип Бони, а как надоело — выплюнул.

Мысль о друге породила волну жара по всему телу, и я дернулась, чтобы взглянуть в сторону кипа. Носилки на колесах, к которым меня едва ли не привязали, стояли очень неудобно. Я чуть шею не свернула, стараясь хоть что-нибудь рассмотреть. Но мои попытки спровоцировали только новую смену реальности, сначала даря недолгое беспамятство, а затем пробуждение в палате на широкой, мягкой койке.

Голова больше не гудела. Во всем теле поселилась легкость, и я медленно глубоко вдохнула, в каждую секунду ожидая боль. Но она не последовала. Свежий воздух наполнил легкие, а затем, с чувством облегчения, покинул их. Как же приятно дышать без боли!

По привычке потянулась рукой за очками на тумбочке и, к моему счастью, они сразу обнаружились — целые и невредимые. Когда их нацепила на нос, какое-то время не могла сообразить, где я нахожусь, заторможено рассматривая комнату в нежно-персиковых тонах с высоким потолком. Белоснежные занавески плавно шевелились от слабого ветерка из приоткрытого окна, а на противоположной стороне висел неактивированный путивид. Небольшой в диаметре прямоугольник, состоящий из сплава множества металлов и обычной краски, был схож с обычным телевизором, только гораздо тоньше. В этом мире он тоже играет роль передачи изображений, работающий при помощи путеводного камня (магнита). Как и в кипе, этот камень способен улавливать и притягивать к себе схожие магические потоки, передаваемые нужную информацию, а уж другие элементы артефакта ее воспроизводят. Конечно, без магии слова здесь не обошлось, и она играет не самую последнюю роль, как в передаче, так и в копировании того, что хотят передать люди. Предметная магия и магия слова очень тесно связаны друг с другом, и любой артефакт носит частичку этого волшебства. А как еще назвать магию слова — я не знаю. Волшебство и не иначе! Жалко, что это чудо мне подвластно только самую малость.

Вздохнув, уже не боясь боли, все же сообразила, что я нахожусь у целителей в местной больнице. Значит, это был не сон, и я действительно попала в аварию. Смогу ли после этого вновь сесть в кип? Наверное…но не в ближайшее время.

— Проснулись?

От внезапного голоса я едва ли не подпрыгнула на кровати, пискнув от испуга.

— Господин Тойгер! — обвинительно воскликнула, проведя рукой по лицу. — Нельзя же так подкрадываться!

— Прошу прощения, госпожа Белова, — с улыбкой попросил он прощения и подошел к кровати, чтобы сесть на стул для посетителей.

Я, смутившись своего вида, натянула покрывало до самого подбородка. Тигр продолжал мило улыбаться своей клыкастой улыбкой, немного шевеля усами. Его оценивающий, золотисто-желтый взгляд прошелся по мне не хуже сканера, не только раздевая, но и вынимая душу. Я невольно скривилась от такого пристального внимания, поведя плечами.

— Рад видеть вас целой и невредимой, — закончив, наконец, меня разглядывать, произнес Тойгер, расслабленно откинувшись на спинку стула.

Сейчас на нем не было пиджака, а белоснежная рубашка, не застегнутая на верхние пуговицы, отлично подчеркивала крепкое мужское тело. Сама того не ожидая, я начала блуждала взглядом по широким плечам, переходя на грудь, руки…

— Кхе, — издал звук тигр, привлекая мое внимание.

Я дернулась и заглянула ему в глаза, чтобы через секунду отвернуться к окну, ощущая на щеках жар. Так глупо попасться могла только я! Правда, это совсем не так. Любая девушка на моем месте не смогла бы удержаться и не оценить красивое мужское тело. Вот только он — главный следователь, гораздо выше меня в должности. Вздыхать втайне это одно, а вот открыто показывать, что тебе нравится начальство, не стоит. Мало ли, что за этим последует и как ты будешь выглядеть в его глазах.

Однако в кошачьих глазах господина Тойгера я увидела веселье, которое большую часть времени присутствует там, а также любопытство. Вот последнее меня и смутило.

— Что-то стало известно о уничтожении сущностей артефактов? — тихо спросила у него, чтобы отвлечь не только его, но и себя.

— Вы уже догадались об артефактах? — последовал немного удивленный вопрос, и я искоса посмотрела на него. — Похвально, госпожа Белова, похвально, — хмыкнул он. — В вашем состоянии, в котором вас нашли в кипе, не каждый бы смог проанализировать ситуацию, а вы смогли понять причину. Не зря у вас высокая категория.

Я гулко сглотнула.

— Мне приятно слышать комплимент, господин Тойгер, — улыбнулась уголками губ ему в ответ. — Но это не совсем так.

— Объясните.

Мужчина облокотился локтями на свои колени, положив пушистый подбородок на сцепленные пальцы. Золотисто-желтые глаза с интересом смотрели на меня, ожидая пояснений. Все-таки необычно это — видеть человека с тигриной головой.

— Я еще в обед столкнулась с подобной ситуацией — в кафе не работала сигнализация, а у одного фолайя перестал активироваться кип. И там, и там — все артефакты перестали быть артефактами как таковыми. Они превратились в обычные вещи. Все их сущности, даже те, что были в пассивном режиме, просто-напросто выгорели. Такое же случилось на дороге. Артефакты освещения подверглись какой-то аномальной силе. Очень похожей на ту, когда в запрещенной зоне кто-то открывает портал. Однако, в этом случае сущности предметов лишь отключаются, а тут полностью выгорели. И возникает вопрос — почему? И что эта за сила?

В конце своей речи я уже не смотрела в глаза тигра, а, уйдя в свои мысли, вновь неосознанно блуждала взглядом по его телу. Отметила красивые, сильные руки. Как рубашка натянулась на плечах и обтянула его предплечья, вырисовывая каждый изгиб мускула. Нельзя быть настолько красиво сложенным, но передо мной был идеал для любой девушки — высок, строен, и, я уверена на все сто процентов, имеет кубики на прессе. Пожалуй, имея все это, Тойгер покорил не одну девушку. И неважно, что у него тигриная голова. Главное, что все остальное — человеческое, и в превосходном состоянии. Я, конечно, лично не проверяла, но это и необязательно. Тут и так все понятно.

— И все же, госпожа Белова, вы отличный артефактор. Вы связали все это воедино и подметили странность. Меня только одно поражает: как вы угодили в такую опасную зону? Слушая вас, удивлен, что вы не облетели ее по другому пути, или хотя бы не остановились. Кип сильно пострадал, и могу только предположить, с какой скоростью вы летели.

— Бони…гм, — запнулась, резко вспомнив, кто передо мной сидит, — господин Бонилиан решил, что мы пролетим этот участок без проблем, но оказался неправ, — тихо ответила, не желая сдавать друга.

Однако, даже если я промолчу, тут и так ясно, чей это кип, и кто был за рулем. На большой скорости можно лететь только если ты сам управляешь, поэтому все и так очевидно, и врать не вижу смысла.

— Хорошо, что вы были пристегнуты, — проговорил тигр, вмиг посуровев. — Другим повезло меньше.

После этого я жадно впилась взглядом в мужчину, с силой сжав руками край одеяла.

— Как он? С ним все в порядке?

— С кем именно?

— С Бонилианом, конечно же! — спросила громче, чем положено вести разговор со старшими, но извиняться даже и не подумала. Нельзя же так тянуть с ответом!

— Множество переломов и повреждение внутренних органов, — ответил наконец тигр, следя за моей реакцией. — Он все еще в реанимации. Сменили троих целителей, но его жизни уже ничего не угрожает. Несколько дней полежит и будет как новенький.

Пока говорил господин Тойгер, я не дышала. Мне было страшно услышать о самом худшем, но опасения мои были напрасными, и я отрывисто вдохнула, ощущая, как напряжение отпускает каждую клеточку моего организма.

— Вот же дурачок, — выдохнула, спрятав лицо в ладонях, чувствуя, как слезы собираются на глазах. — Я же его предупреждала…

— Никто не знал, что именно так все произойдет, — «утешил» мужчина. — Но есть и плохие новости. Один все-таки погиб.

Я недоуменно посмотрела на тигра, упустив руки.

— Погиб? Кто погиб?!

— Сой, — немного растерянно произнес он, но затем прищурил глаза, заглядывая в мои с подозрением.

Ой.

— О-у, — спохватилась, с запозданием расширив глаза в ужасе. — Мужчина, которой попросил нас подвезти его. Вот же как бывает. Да если бы мы знали, то не взяли бы его с собой! — начала я придумывать на ходу, кто этот мужчина, которым являлся наш покойник.

Как же глупо было забыть о нем и выдать себя на этом!

Ох, не быть мне актрисой, и не играть на большой сцене. Я честно старалась смотреть господину Тойгеру в глаза и говорить уверенно, с чувством жалости к этому бедолаге, вот только в конце моей речи глаз у меня все-таки дернулся.

Это фиаско!

В это же время у тигра издал звук оповещения артефакт связи, и он приложил к пушистому уху железный прямоугольник с различными новыми доработками. Вещь не из дешевых. Но развить мысль о том, что главный следователь — мужчина обеспеченный и может позволить себе иметь такие дорогие игрушки, не дал все еще направленный на меня его прищуренный взгляд.

С каждой секундой, пока Тойгер молча слушал кого-то, я все больше забывала, как дышать, смотря на замершего мужчину. Но вот он убрал артефакт обратно в карман брюк, при этом не спуская с меня глаз, наклонил голову набок и очень медленно растянул губы в хищной улыбке. Я в который раз гулко сглотнула, дрожащей рукой поправляя очки на переносице.

— И что будем дела, госпожа Белова?

— Простите? — постаралась на лице изобразить недоумение, но и тут меня ждал провал.

Главный следователь хмыкнул и произнес с полуулыбкой:

— Мне только что стало известно, что труп этого мужчины — якобы вашего попутчика — некромант не смог поднять для допроса. Не знаете, почему?

Отрывисто покачала головой, не в силах сказать «нет».

— Странно, — произнес он с иронией, явно мне не поверив. — Стоит пересмотреть вашу компетентность в отрасли некромантии и отправить на дополнительные курсы. Стыдно такое не знать, госпожа Белова.

— Мне известно, господин Тойгер, что если некромант уже поднимал покойника для допроса, второй раз уже не получится. Память считать можно только один раз, — нехотя ответила ему, чтобы не опустить себя в его глазах еще ниже.

— Вот как? Тогда поясните мне, что делал с вами покойник…хотя постойте, — поднял он руку, и я захлопнула рот, уже готовая оправдываться. — Позвольте самому догадаться.

Он прикрыл глаза и прикоснулся пальцами к покрытым оранжевым мехом вискам. Несколько секунд тигр хмурился и шевелил тонкими усами, при этом мыча с закрытым ртом, как будто заглядывая в прошлое. От такого я даже рот открыла, поражаясь его шутовскому виду. Главный следователь издевается надо мной?!

— Я вижу, — немного напевая начал говорить он. — Вижу некроманта и артефактора, которые выходят через черный выход, ведя за собой покойника, которому давно уже следует лежать в морозильной камере. Но эти двое решили выгулять мертвого, нарушая правила, — замолчав, Тойгер приоткрыл один глаз и с улыбкой взглянул на меня.

Я глупо хлопала глазами, не в силах поверить, что этот мужчина способен на такое. Елки-иголки, да он хуже маленького котенка!

— Ай-яй-яй, Белова, — поцокал он языкам, укоризненно покачав головой. — Выносить артефакты — это одно, а вот трупов на прогулку звать — совсем другое. Что будем делать с вашим большим проступком?

— К-как вы догадались? — немного заикаясь, спросила у него. — Вы же точь-в-точь описали нашу вылазку, — выпалила на одном дыхание, а затем прижала ладонь к губам.

Бездна!

— Чтобы понять нарушителя, нужно думать как нарушитель, — издевательски заявил Тойгер, подняв указательный палец вверх. — Вы предсказуемы, Белова, да и любовь господина Фирда к трупам мне тоже известна. Сложить два плюс два легко, поэтому не удивляйтесь, и в следующий раз продумайте план как следует, чтобы все смотрелось правдоподобно, — посоветовал он, скривив губы в ухмылке.

Хоть Тойгер и выглядел несерьезным в такой момент, его взгляд перестал излучать веселье и сейчас был серьезным, как никогда раньше. Мне стоило тяжких трудов сдержаться и не спрятаться под одеялом от хищника.

— Это все было исключительно ради науки, — прохрипела, ощущая, как глаз, который сдал меня, все больше и больше дергался.

— Однако не всегда наука приносит пользу.

— Не совсем, — перебила его, осмелившись. — Нам стало известно, кто убийца.

Господин Тойгер медленно приподнял бровь, явно мне не веря. В его глазах так и читалось: хороший артефактор, это еще не значит, что хороший следователь.

— Я смогла взять нити сущностей артефакта, которым была убита жертва. По ним можно выследить убийцу! — чуть ли не воскликнула, желая доказать, что и я могу быть полезна в расследованиях.

До этого наши с Бони протоколы удосуживались лишь малой похвалы, поэтому было обидно, что даже сейчас мне не верят.

— Хорошо, вы помогли нашему следовательскому отделу быстрее разобраться с делом. Похвально, госпожа Белова. Однако не забывайте, протоколы некромантов и так неплохо справляются с этой работой.

После его слов я насупилась как маленький ребенок. Обидно. Действительно обидно, когда ты стараешься, тратишь время и нервы, а твои труды приравнивают к простым будням некромантов.

— А еще нам стало известно, что это не просто убийство, а ритуальная жертва, — пробубнила себе под нос, обижаясь на весь мир.

Вот отработаю положенный срок и брошу эту работу. Вот тогда они и вспомнят об артефакторе, на котором вся служба безопасности держалась. Они просто сами не понимают, какое сокровище у них работает. Я, между прочим, мир готова спасти ради них, а они ругают за прогулку с трупом! Где справедливость, спрашивается?

— Вам что? — тихо переспросил Тойгер, отчего мне сначала показалось, что послышалось.

Посмотрела на него исподлобья и отметила, что мужчина был напряжен, а в глазах застыл интерес.

— Тот сой стал жертвой для ритуала, — повторила свои слова, тоже немного напрягаясь из-за смены настроения тигра.

Он нахмурился и откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди.

— Сой…сой… — начал он тихо бормотать, уйдя в себя.

Я же продолжала сидеть и смотреть на него, комкая в руках край одеяла. Было большое желание спросить, что я такого интересного поведала, ведь убийства не такая уж и редкость. Даже в этом мире хватает жестоких людей, что стало одной из главной причин создания службы безопасности. Но отвлекать тигра не рискнула. Меня и так жизнь наказала за необдуманные поступки, а лезть на рожон еще больше было бы глупо.

Смотря, как хмурится господин Тойгер, попутно начала и сама размышлять. В протоколе, который принес мне Бони, говорилось, что мужчину нашли в своей квартире уже мертвым. Причиной были перерезанные на запястьях вены. Но ни это было странным, а то, что ни одной капли крови не было найдено. Не мог же сой, убив себя, сам убрать за собой? Конечно есть артефакты, которые убирают и чистят, но для этого их сначала нужно активировать. А как это сделать, если ты мертв? Однозначно никак, а значит это не самоубийство, и должен был быть убийца. И именно поэтому трупу сойю достался билет в морг службы безопасности. А дальше все шло по накатанной.

На тот момент был свободен лишь Бони, и поэтому дело поручили ему. Но, поняв только сейчас, что дело действительно необычное, я даже испытала радость, что именно к моему другу попал этот труп. Не было бы умения Бони даровать чувства покойникам, не было бы у нас таких зацепок. А ведь ритуалы запрещены во всем государстве! Я знаю это. Об этом нам говорили на истории в академии. Неужели кто-то решил кого-то вызвать или получить невероятную силу?!

— Сой…им понадобилось много крови… — тем временем продолжал бубнить господин Тойгер, прерывая мои мысли. — Что покойник сказал об убийце? — резко вскинув голову и подарив мне серьезный взгляд, спросил тигр.

— Что он был в балахоне или мантии, — вспоминая, ответила ему.

— Где сейчас нити сущностей, которые вам удалось взять?

— А-м, — от вопросов, заданные требовательным голосом, я немного растерялась. — Были в кармане моих брюк.

— Бездна! — выругался Тойгер, чем меня изрядно напугал и поспешил объясниться: — Все артефакты, пройдя через темный участок, потеряли свои сущности. Ваш труд, госпожа Белова, пропал, так и не дойдя до нужных рук.

Мое сердце на миг замерло от его слов, а как только смысл сказанного дошел до меня, вновь забилось как после бега.

— Да это…да что же… — бормотала, ощущая внутри растущую обиду на несправедливость. — Да мы ради этих пару ниточек чуть не погибли! — в сердцах воскликнула, сжимая кулаки.

— Так, без пены у рта, пожалуйста, — подскочил ко мне Тойгер и усадил обратно на кровать.

А я собралась лично проверить слова главного следователя, отыскав свои вещи. Мне срочно надо было видеть мой артефакт, а иначе ради чего мы с Бони так старались и рисковали?

— Госпожа Белова!

Меня мягко встряхнули, и только тогда я почувствовала горячие руки на своих плечах. На мне была только одна ночная рубашка из тонкого легкого материала, поэтому ладони тигра чуть ли не обжигали кожу, которая вмиг покрылась мурашками.

— Вам еще не следует вставать, — продолжил он меня успокаивать, все еще удерживая. — Вы не виноваты.

— Но, — хрипло выдохнула, заглядывая в его золотистые глаза.

— Без «но», Белова, — мягко улыбнулся он и провел ладонями по моим предплечьям, отстраняясь. — Вы мне еще будете нужны, поэтому сейчас отдыхайте и набирайтесь сил. Ни о чем не беспокойтесь.

— В-вам? — единственное, что расслышала, пребывая в двух реальностях — в мире несправедливости и в мире, где все еще ощущаю тепло рук господина Тойгера.

Мужчина, видя мою растерянность, лукаво улыбнулся и плавно поднялся с края кровати.

— Мне, — утвердительно качнул он головой, а прежде чем мои губы успели растянуться в мечтательно улыбке, добавил: — Как хороший артефактор, госпожа Белова.

Мир, в котором я представила себя в роли девушки главного следователя, в один миг рассыпался на мелкие осколки после его слов. Поджав губы, посмотрела на него оскорблёнными глазами.

— А как же разрешение от господина Авла? Мне помниться, он вам отказал.

— Вы, сами того не ожидая, уже влезли в сложное расследование, — подмигнул он на мое удивление и развернулся к выходу. — Отдыхайте, а завтра испытаем вас, и если вы сможете помочь, то так уж и быть, прощу вам ваш «подвиг» с господином Фирдом, — кинул он прощальные слова уже перед уходом и покинул мое общество, выйдя из палаты.

Он это серьезно?!

Неужели я побуду на настоящем расследовании? Похожу по месту преступления и, может быть, все-таки спасу мир?

Да, да и еще раз да!

Издав тихий писк радости, откинулась на подушку и завела руки за голову. Стоило моей неприятности подрасти, как тут же мои желания начали исполняться. Правильно писали в книгах моего мира, что попаданцы, прежде чем совершить подвиги, испытывали неудачи. Вот не бывает худа без добра и добра без худа! Теперь-то я могу себя называть правильной попаданкой.

Однако, вопреки моим рассуждениям, червячок сомнения все же закопошился в душе. Если смотреть на всю картину, то до правильной попаданки мне не хватает еще одной ступени, где сидит и ждет меня мой принц — половинка моего сердца. Но с моим ростом эта часть лестницы кажется высокой неприступной стеной, и у меня просто нет возможности допрыгнуть до края. Мало того, при попытках вечно слетают очки, которые как бы намекают, что не судьба мне получить в мужья красивого мужчину. Так что, даже если я и спасу мир, делить эту славу просто не с кем.

И опять вылезает несправедливость, щуря довольно глазки и причмокивая от обжорства. Вот кто станет моим спутником по жизни, так это только она.

— Ох-хох-хох, что ж я маленьким не сдох, — жалобно пропела, переворачиваясь на бок, чтобы, подложив под щеку ладошки, разглядывать белые пушистые облака, плывущие по голубому небу.

Очки немного скривились на носу, но поправлять не спешила. Рядом никого нет, а мне все равно. Лишь бы был виден пейзаж за окном.

— Госпожа Белова, — послышался голос со стороны двери.

Вздохнув, перекатилась обратно на спину и встретилась взглядом с симпатичной девушкой в белом до колен халатике. Ее белокурые волосы были убраны в высокий хвост, открыв приветливое милое личико с веснушками. Даже золотые чешуйки ей были к лицу, а голубые добрые глаза, я уверена, никого не оставляли равнодушным.

У меня тоже голубые глаза, но из-за очков мужчины часто не замечают их необычный сапфировый цвет.

— Добрый…день? — еще раз взглянув в окно, удивленно спросила у целительницы.

— День, госпожа Белова, — кивнула она, мило улыбнувшись. — Как вы себя чувствуете?

— Не считая морального истощения, замечательно, — со вздохом ответила ей, театрально приложив тыльную сторону ладони ко лбу.

— Хотите, воспользуюсь магией эмпанта? Подправлю ваш эмоциональный фон, — присев на край кровати, предложила она.

Я быстро перестала притворяться и качнула головой, отказываясь от такой процедуры. Мне еще мир спасать, и хочу распоряжаться своими чувствами сама, а не ходить несколько дней и глупо улыбаться.

— Вот и замечательно, — произнесла эта…хитрая целительница и начала водить надо мной руками, шепча заклинания.

С минуту смотрела на нее и не могла понять, что меня в ней раздражает, вопреки тому, что едва с ней знакома. Но ее цвет волос и чешуйки на скулах вызывали во мне бурю эмоций, стоило ей только нагнуться чуть ниже, нарушая мое личное пространство. Точно! Она копия Октавиана — этого блондина с козлиной бородкой, только в обличии женщины.

Мои губы растянулись в кривой ухмылке, представив змея в белом халатике. А ничего так. Ножки то, что надо!

И вот как интересно получается: даже если он и изменил ко мне отношение, то я продолжаю его ненавидеть всей душой!

Внезапная догадка ворвалась в голову и осветила все темные углы моего затуманенного разума. Резко сев, при этом чуть не столкнувшись лбами с целительницей, схватила ее за руку и пораженно проговорила:

— Я продолжаю его ненавидеть! Не просто ненавидеть, а всей душой! Понимаете?

— Н-нет, — испуганно ответила девушка, стараясь высвободить из моего железного захвата свою ладонь.

— Покойник был прав, а я не прислушалась… — продолжала говорить я, не обращая внимания на тревожный взгляд целительницы. — А ведь он правильно говорил, что если не желаешь изменений всей душой, то они не будут хорошими. Я обманывала себя, когда твердила, что хочу простых с ним отношений, а сама внутри желала совсем другого. Да, он меня ненавидит, но его поведение со мной в разы отличается от других. Разве это не здорово?

— Может все-таки подправить вам эмоциональный фон? — робко спросила «собеседница», все еще пытаясь освободить свою руку.

— Это что же получается?… — задумчиво спросила, проигнорировав ее слова. — Буся тоже права? Говорящая рыба в очередной раз оказалась права?!

Видимо мои последние слова стали решающими для целительницы, и она буквально пропищала с испугом слово:

— Спи.

Глава 8

— Мы просим прощения, госпожа Белова, — с сожалением произнесла заместитель главного целителя, стоя напротив меня. — Надеюсь, вы смилуетесь и пожалеете новенькую?

Эта самая новенькая, которая отправила меня в мир снов, стояла рядом с поникшей головой.

— Конечно! — радостно ответила, улыбаясь во все человеческие зубы. — Никаких обид я на вас не держу. Сама виновата, что напугала девушку.

Целительница благодарно улыбнулась и дернула свою подопечную за рукав, требуя следовать за ней. Уже когда они почти скрылись за поворотом коридора, мне удалось заметить, с каким испугом молодая целительница смотрела в то направление, куда они идут. Не иначе как к начальнику…

— Ваши вещи, госпожа Белова, — произнесла регистраторша, положив на стойку мой артефакт связи.

— Оу, спасибо, — продолжая улыбаться, схватила теперь уже обычную железяку. Что мне теперь с этим делать-то? — А где у вас мусорная корзина?

Девушка с пурпурными перышками в алых волосах изумленно указала себе под ноги, а в следующую секунду испуганно пискнула, отстраняясь от стойки, чуть не падая со стула.

Я бесцеремонно запрыгнула на столешницу, распластавшись на ней, и заглянула под нее в поисках корзины, при этом придерживая очки, не желая их лишиться. К счастью регистраторши, искомое нашлось быстро, и я с победной улыбкой спустилась обратно на пол, выкинув бесполезный предмет, у которого больше не было шанса на вторую жизнь как артефакта.

— П-прошу, распишитесь, и можете быть с-свободны, — находясь все еще под впечатлением от моего поведения, произнесла девушка и протянула мне бланк выписки.

С важностью на лице поставила подпись и с восхищением пронаблюдала, как регистраторша нервно отрезает мою половину выписки, которую необходимо на работе сдать в отдел кадров, и отдает ее мне.

— Благодарю, — от всей души выразила свою признательность и спрятала листик в карман брюк.

Одежду мне тоже вернули, причем чистую и в отличном состоянии. А вот артефакт, который должен был сохранить сущности орудия убийства, забрал ночной патруль. Догадываюсь, кто приказал.

— Всего доброго, госпожа Белова, — пожелала она мне, стараясь выдавить из себя искреннюю улыбку.

Я же ей подарила широкую и открытую, но по страху в ее глазах, поняла, что ей достаточно моего внимания и решила быстро ретироваться, чтобы больше не пугать это милое создание своим энтузиазмом.

По коридору я шла, излучая радость и счастье. В душе все пело и цвело, отчего невольно начала подтанцовывать, двигаясь в сторону палаты, где лежал мой друг. К нему я буквально ворвалась, феерично проехавшись по скользкому, начищенному до блеска каменному полу.

— Та-дам! — ликующе воскликнула, встав в стойку танцора диско. — Как поживает мой любимый некромант? — спросила у потрясенного бруйта и исполнила лунную походку до его койки.

На каблуках ее было достаточно трудно выполнить, поэтому в конце я все-таки не устояла и рухнула на кровать — прямо на Бони, смеясь сама над собой.

— Белова, ты чего наелась? — смеясь вместе со мной, при этом не забывая охать от того, что я локтем неосознанно уперлась ему в пах, спросил некромант.

— Бони, жизнь прекрасна! — решила срочно поделиться с ним своей радостью, раскинув руки в желании обнять друга.

Некромант ловко перехватил их и развернул меня к себе спиной, прижав к груди.

— Я думал, ты меня убивать пришла, а не целовать, — тихо посмеиваясь, проговорил он мне на ушко.

— А я обязательно тебя убью, — с радостью заверила его, повернув голову, чтобы заглянуть в его изумленные изумруды. — Как только, так сразу, милый друг. Вот отпустит меня эйфория, так и придет твой час расправы. А сейчас я слишком добрая, чтобы желать кому-то смерти.

— Эмпант? — догадался он, понимающе кривя губы в ухмылке.

— М-м-м, — блаженно промычала, прикрыв глаза. — Здесь прекрасные, добрые и заботливые целители.

— Как ты на такое согласилась? — поинтересовался он, продолжая удерживать мое неугомонное тело в своих объятиях.

А я просто не могла успокоиться! Хотелось танцевать и петь, и раз первое у меня не получалось воплотить, то рот мне никто не затыкал.

— Не виноватая я, он сам пришел! — страдальчески пропела и заголосила: — Помоги мне, помоги мне — оборви жизнерадостный смех…

— Началось, — смеясь надо мной, весело заявил Бони.

Выпустив меня из захвата, он перевернулся на живот и спрятал голову под подушкой. В этот момент я замолчала, но стоило ему выглянуть из-под укрытия, как продолжила:

— Видишь, сил нет, ах, больше сил нет — улыбаться повсюду для всех… — и хоть слова песни выражали боль и муку, пела я наигранно грустно, все время улыбаясь.

Ну да, пою я ужасно, но душа требовала исполнения, а Бони просто не повезло, что меня потянуло на это дело именно в этот момент. Но, к моему сожалению, терпение некроманта не вечное.

Когда я допевала последний куплет, в палату ворвался самый настоящий скелет и за считанные секунды скрутил меня и оттащил от кровати. В этот же миг к нам пожаловали и другие гости, работники этой чудесной больницы. Видимо, это именно от них сбежал этот прекрасный экземпляр опорно-двигательной системы бруйта.

Целители потрясенно выстроились вдоль стенки, наблюдая, как скелет под конвоем ведет меня на выход.

— Знайте, — вцепившись в косяк двери, обратилась ко всем присутствующим, игнорируя толчки в спину со стороны скелета, — смех не всегда продлевает жизнь. Прежде чем насильно заставлять пациента улыбаться, подумайте — не убьет ли его это быстрее!

Свои слова закрепила широкой улыбкой и веселым смехом, ощущая внутри растущую с каждой минутой радость.

— Меня можешь не навещать! — крикнул нам вслед Бони, а дальше меня все-таки вывели, да не просто из палаты, а на улицу, прямо под палящее летнее солнце.

Сделав свое дело, скелет отряхнул руки, гремя костями, и ушел обратно в невысокое здание, пугая по пути посетителей и персонал.

И откуда у него только силы? Вроде одни кости да…кости, а сопротивляться я ему все равно не смогла. А, в принципе, какая разница? Я узнала, что с другом все хорошо, и можно отправиться домой.

Однако вспомнив, что ключи и сумка с платежной картой у меня на работе, захотелось печально вздохнуть, но магия эмпанта преобразовала этот вдох в…мечтательный? И, ко всему прочему, как по мановению волшебной палочки все негативное эмоции тут же исчезли, оставляя только радость. Причем она была от всего — от того, что я нахожусь далеко от работы, от того, что солнце уже начинает припекать голову, и ужасно хочется есть.

— Жизнь прекрасна! — воскликнула на всю площадь возле здания и глубоко вдохнула горячий воздух.

Прохожие покосились в мою сторону, на секунду сбившись с шагу. Но как только мое эхо проглотил шум города, все поспешили по своим делам, позабыв обо мне. А я, продолжая улыбаться, отправилась пешком до работы. Думать о том, сколько времени займет моя прогулка, не стала. Сейчас я во всем видела только позитив, а потому не видела смысла вообще думать. Просто спокойно шла вдоль домов и различных офисов, удачно лавируя в потоке людей.

Проснувшись после того, как меня усыпила молодая целительница, я уже была вот в таком состоянии. Каюсь, в этом была и моя вина, но пережив трудную ночь, я просто начала на все реагировать ярче, чем обычно, отчего мысль о ненависти к змее, которая превратилась в привязанность, удивила меня очень сильно, вот и не сдержалась. А девушка это восприняла как нервный срыв и усыпила. И все бы ничего, если бы она на этом остановилась. Но обычного сна ей показалась мало, и она все-таки подправила мне эмоциональный фон.

Я действительно не держу зла на целительницу. Она хотела как лучше. Вот только забыла об этом спросить меня, и теперь мне предстоит несколько дней только радоваться.

— Белова?

От голоса, раздавшегося из пролетающего рядом кипа, я чуть не распласталась по брусчатке тротуара, споткнувшись, но в последний момент смогла удержать равновесие, придерживая очки на переносице.

Повернув голову в сторону дороги, увидела серебристый кип, продолжающий медленно лететь дальше, поскольку я тоже не остановилась. Затемненное окно пассажирского места было опущено, и на меня из салона смотрел не кто иной, как глава службы безопасности, сидя за рулем.

— Добрый день, многоуважаемый начальник! — поприветствовала его широкой улыбкой.

— Вам сейчас следует лежать дома, а не гулять под жарким солнцем, — сурово, но с заботой заявил он, отчего я подарила ему удивленный взгляд.

Он беспокоится обо мне?

— Увы, моя платежная карта и ключи от комнаты остались на работе. Вот туда я и держу путь.

— Садитесь! — последовал приказ и змей, дотянувшись до ручки дверцы, открыл ее.

— Может, не стоит? — взглянула на кожаное кресло кипа, испытав толику страха. — День такой прекрасный, можно и прогуляться. Быть может, лучше вы ко мне присоединитесь?

По суровому лицу Октавиана я поняла, что он явно против, но все же припарковал кип и вышел, однако не для того, чтобы составить мне компанию, а взять за руку, довести до транспорта и буквально запихнуть в прохладный салон кипа.

Быстро приняв удобную позу, застыла всем телом, когда мы тронулись с места. Несколько минут меня одолевал вылезавший из-под толстого слоя эйфории страх, но вождение Октавиана было настолько плавным, что вскоре я успокоилась.

Летели молча. У меня на языке уже давно созрели острые словечки и подколки по любым мелочам, но что-то не давало им себя озвучить. Не иначе, как эйфория влияла на меня, считая, что это не принесет мне пользу.

Странно, необычно и обидно. Октавиан выбрал и принял новый путь наших отношений, и это, по сути, правильно. Но в больнице я поняла, что меня это не устраивает, хотя я и мечтала об этом очень долго. Да, вот такие мы — девушки. Когда есть все — нам этого не нужно, а как что-то пропадает, так извольте вернуть нам это обратно. Я понимаю, что ненавидеть друг друга не вариант, но эта ненависть особенная. Благодаря ей, этот несносный блондин выделяет меня среди других девушек. Извращенный способ, и возможно я сама в какой-то степени извращенка, желая ненависти со стороны Октавиана, но лучше так, чем стать в его глазах вообще никем.

— Дайте мне выписку, — потребовал змей, когда мы остановились в парковочной зоне здания службы безопасности.

Без вопросов вытащила бумажку из кармана брюк и протянула ее начальнику.

— Ждите здесь, — последовал следующий приказ, и он вышел, при этом заблокировав все двери.

— Пф, — равнодушно выдавила из себя, смотря ему вслед. — Заботливый какой. Стоило мне попасть в аварию, как он снизошел до помощи своему врагу.

Съязвить у меня получилось только наедине с собой, отчего испытала какое-то неудовлетворение. Вот точно — извращенка!

Через десять минут Октавиан вернулся обратно, кидая мне в руки мою сумочку. Не сказав ни слова, он активировал кип, и мы вновь куда-то полетели. Комментировать ничего не стала опять же из-за эйфории. Самое обидное было то, что в таком состоянии мне быть еще как минимум два дня, а это слишком долго. Октавиан привыкнет, что я перестала язвить, и больше не обратит на меня внимания.

Со вздохом покосилась в его сторону.

И почему я не могу к нему испытывать что-нибудь другое, что-то помимо ненависти? А ведь действительно, я никогда не задумывалась над этим…

— Прибыли, — вдруг произнес он, как по щелчку пальцев возвращая мне уже привычное чувство ненависти.

Но из-за эйфории, внешне я не подала виду, что меня его голос раздражает, мало того, даже улыбнулась, чего в присутствии Октавиана еще ни разу не делала.

— Идите, отдыхайте, и завтра постарайтесь не опоздать на работу, — не глядя на меня и продолжая сжимать руль, дал он указания.

— Слушаюсь и повинуюсь, — радостно ответила ему и взялась за ручку двери.

Но прежде чем мне удалось ее открыть, змей схватил меня за руку и дернул обратно. Я даже пискнуть не успела, как его широкая ладонь накрыла полностью мой лоб, а его лицо оказалось настолько близко, что я смогла хорошо разглядеть золотистые крапинки в его карих змеиных глазах.

— Что ты?… — выдохнула, но он перебил, шикнув на меня.

— Помолчи, — а взглянув мне прямо в глаза, дополнил: — Прошу.

И я действительно замолчала, продолжая глядеть ему в глаза, которые ненавижу больше всего. Почему послушалась, не знаю, но следующие ощущения оказались приятными.

Октавиан медленно начал возвращать мне эмоциональный фон, и я с облегчением смогла наконец-то вздохнуть. Все же трудно испытывать постоянно радость, когда хочется совершенно другого. И были эти ощущения настолько приятными, что я невольно прикрыла глаза и судорожно вдохнула, готовая вот-вот издать стон наслаждения. И я бы так и поступила, если бы в следующую секунду меня полностью не захлестнуло чувство ненависти, заставившее резко отстраниться от змея.

— Отпусти! — прорычала, а как только он убрал свою руку, начала тереть лоб, в желании избавиться от чувства прикосновения.

Мужчина промолчал и просто отвернулся, сжав руль с такой силой, что костяшки пальцев побелели.

— Не опаздывайте на работу, госпожа Белова, — нарочито спокойно проговорил он, продолжая смотреть исключительно вперед, на дорогу.

Его обращение ко мне вновь на «вы» подействовало как хорошая пощечина. С силой зажмурившись, я мотнула головой, чтобы успокоиться. Нет, так дело не пойдет. Что толку, если я буду продолжать его ненавидеть, а он меня нет? Будто игра с пустотой.

— Спасибо! — сказала, будто выплюнула яд. А ведь хотела вежливо…

Начальник коротко кивнул, но и только.

А и ладно!

Недовольно поджала губы и схватила сумку, выходя наружу. Хотела еще и дверью хлопнуть, но благоразумно удержалось от этой затеи. Кип здесь точно ни при чем, а вот его хозяин…

— Всего доброго, — тихий и раздражённый голос послышался из салона транспорта, и он в тот же миг резко сорвался с места.

С минуту пораженно смотрела как серебристый кип мастерски облетает другие парящие куполообразные коробочки на дороге, пока, блеснув на солнце, совсем не скрылся за поворотом.

Что ж, могу себя поздравить — я-таки добилась от него ответной реакции. Но вот довольна ли я? Те ли это чувства, которые были раньше, или они изменились?

— Тебе просто необходимо отдохнуть, — тихо сказала сама себе, чувствуя, что еще немного, и я сойду с ума от всех этих вопросов. — Поешь, поспишь, и все пройдет.

Подумала о мягкой кроватке, и тут же мои ноги сделались ватными, а голова очень тяжелой. Хотя это неудивительно — я два раза подвергалась магическому влиянию, а это ни к чему хорошему не приводит. Поэтому, чтобы еще больше не издеваться над своим организмом, махнула на все рукой и поковыляла к дому.

Хозяйка встретила теплой улыбкой.

— Дианочка! — обрадовавшись моему появлению, воскликнула она. — Как ты себя чувствуешь, девочка моя? Такую страшную аварию показывали по новостям! Я как узнала, что и ты была в этом кипе, всю ночь не спала, думала о тебе.

Госпожа Таус поспешила ко мне и заключила в свои теплые объятия. Крякнув от сильного захвата, я героически перетерпела секунду проявления беспокойства и с облегчением выдохнула, когда хозяйка отстранилась. Она была чистокровным фолайем, как и господин Авл. Только относилась к роду павлинов.

— Все хорошо, — ответила ей и с улыбкой поправила очки на переносице. — Меня просто так не убьешь. Подумаешь, ребро сломала и ногу, а также руку… Бони вообще был весь в переломах, так ничего, жив, цел, кот.

— Не говори так! — недовольно проговорила она, укоризненно качая головой, отчего перьевые кисточки на ее макушке покачались в такт. — Нельзя шутить в таких ситуациях. Лучше поблагодари Всевышнего, что остались целы.

— Конечно-конечно, — кивнула с серьезном видом, — обязательно поблагодарю, но сначала поем и высплюсь, а то на благодарность просто сил нет.

— Зря ты так, Дианочка, — погрозила госпожа Таус мне пальцем, но спорить больше не стала.

Знает, что это бесполезно.

— Еда в морозильной камере. Разогреть или сама?

— Сама, но для начала приму душ. Хочется смыть с себя вчерашний вечер, а то все тело будто в грязи, — ответила, поведя плечами.

— Это магия целителей, — махнула рукой хозяйка, разворачиваясь в сторону кухни. — Быстро все не заживает. Еще несколько дней походишь с этим ощущением, а затем оно само пройдет.

Скривившись от ее слов, вздохнула и отправилась к себе, в комнату на втором этаже.

Дом госпожи Таус мне очень нравился. Двухэтажный, он вмещал в себя все удобства, а самое главное, были в нем уют и тепло, которых не встретишь в гостиницах или съемных квартирах этого большого города. Именно за это я его полюбила и не жалею о своем выборе.

Вместе со мной на втором этаже жили еще несколько человек, а вернее парочка бруйтов и один фолай. С ними мы встречались исключительно на ужине, который постоянно готовила госпожа Таус по меню, которое мы все вместе составили. Так уж повелось, что именно она этим занималась, и конечно же не бесплатно. Но так удобней и меньше головной боли, за что этот дом и его хозяйку я любила еще больше.

Отворив дверь своей комнаты, сразу наткнулась взглядом на вещи, которые были разбросаны по полу. А ведь точно, на работу я одевалась стремительно, не обращая внимание на беспорядок. Да что уж там, даже не сразу заметила мужчину, с которым провела ночь. И вот что странно, почему эту самую ночь, которая по словам бруйта была прекрасной, я не помню? Впервые такое. А может она и вовсе не была прекрасной, и поэтому моя память ее стыдится?

Подбирая свое нижнее белье, усмехнулась сама над собой. И какие только мысли в голову не лезут в последнее время. Не иначе, как в отпуск пора. Уехать на море и не знать забот хотя бы несколько недель. И пусть весь мир подождет.

Чтобы совсем не унывать, активировала музыкальный артефакт и уже под ласковые мелодии закончила уборку. Спустя час комната радовала чистотой (не считая рабочего уголка, где по всему столу были разбросаны детали артефактов), и осталось только себя привести в порядок.

Стоя под душем, подставив лицо теплым струям воды, невольно стала вспоминать вчерашний день. Он несомненно был богат на события, причем последнее из которых чуть не отправило меня на тот свет. Хотелось махнуть на все рукой, однако моя интуиция говорила, что все это не просто так. Эти события связаны между собой, и необходимо найти источник этого беспорядка. Вот только я не следователь, и права на расследование мне никто не даст. Остается только надеяться на господина Тойгер, ведь он сказал, что я ему нужна как хороший артефактор для расследования, которое, как я считаю, тоже связано со всем этим беспорядком в городе.

Пока я приводила себя в порядок, хозяйка ушла по делам, оставив мне записку на столе, что еда разогрета и желает быть съеденной. Что ж, раз желает, не будем медлить. А как только закончила с ужином и начала мыть посуду, услышала, как в прихожей хлопнула дверь. Вот и соседи вернулись, и, подтверждая мои мысли, послышался мужской смех.

— А я ему такой говорю, — «воспользуйся зельем, а не артефактом».

— А он?

— Не вариант, говорит.

— Почему? — последовало удивление.

— Так зелье на всю жизнь, а от влияния артефакта можно избавиться.

— А-а-а, — понятливо протянул мой второй сосед, и именно в этот момент два парня, одетые в яркие футболки и шорты, показались в проходе. — О, а Мышка, оказывается, уже дома!

— Привет, Лой, — со вздохом произнесла, когда бруйт наглым образом приобнял меня за плечи и притянул к себе.

— А мы хотели тебя в больнице навести, но видимо в новостях лгут, что ты была в тяжелом состоянии. Смотрю, цела и невредима. Готова на новые подвиги?

— Привет, Ас, — еще раз вздохнула, когда с другой стороны подошел брат Лоя.

Эти две наглые рыжие морды поселились по соседству намного позже меня. В это время я уже полгода работала в службе безопасности.

По началу я истекала слюной, заглядываясь на их роскошные лисьи хвосты и рыжие ушки с черными кончиками. Но со временем, за которое я изучила их невыносимые характеры, моя фантазия перестала показывать мне картинки с их участием. Может они и красивые парни, но выносить их вечные шуточки обо всем и ни о чем просто невозможно. Все желание отбивает.

— Куда же ты? — разочарованно спросил Лой, как только я выскользнула из его «дружеских» объятий и направилась в свою комнату.

— Наверное, мир спасать, — усмехнулся Ас, усевшись прямо на кухонный стол, схватив фурт (банан) из вазы.

— Хвост свой убери! — зло рявкнула на него. — После тебя весь стол в шерсти, а там и продукты! Мне надоело, что хлеб вечно волосатый.

Парень с рыжей копной волос до плеч сморщил недовольно нос от моего голоса, но послушно свесил хвост вниз. Его брат тихо хихикал, поглядывая на нас.

— Мне уже сейчас жалко твоего будущего мужа, — пробубнил он и откусил банан. — Суровая ты женщина.

— Девушка, — показала ему язык, на что Лой хрюкнул, уже давясь от смеха. — А ты, — указала пальцем на веселящегося за чужой счет парня, — перестань уже таскать птиц в дом! Бедная госпожа Таус уже заикается, видя каждое утро в морозильной камере неощипанного туви (голубь по-земному). Зачем они вообще тебе?

— Деревенская привычка, — пожал плечами Лой, заглядывая в морозилку, и обиженно вздохнул, не увидев там свою добычу.

Хозяйка в очередной раз выкинула мертвую птицу в мусорный бак.

— Бедные ваши жены, — вернула я им их же слова, покачав головой. — И прошу не шуметь. Завтра всем на работу.

— Так еще только восемь часом! — воскликнул Ас, чуть ли не рыча.

— А мне все равно, — развела руки в стороны, пожав плечами.

— Тиранша! — в один голос ворчливо произнесли они.

Мои губы сами собой растянулись в довольной улыбке, при виде их обиженных, почти одинаковых, мордашек. Редко когда удается увидеть такую картину, а как удается, так на душе сразу приятно становится.

Хмыкнув над их синхронностью, вышла в коридор и налетела на еще одного соседа, который бесшумно подкрался сзади. Хотела отстраниться от мужчины в черной рубашке и темных джинсах, но он придержал меня за плечи.

— Диана, — холодно проговорил он, приветствуя.

— Ронк, — пискнула, заглядывая в его черные глаза.

Сколько уже живу в одном доме с этим мужчиной, видя его каждый день, все никак не могу привыкнуть к его внешности. Он полукровка из рода воронов, но даже господин Авл меня так не пугает своей совиной головой, как мой сосед с иссиня-черными волосами, в которых еле проглядываются черные перья, и полностью черными глазами. Ходит вечно хмурым и редко когда заговаривает за совместным ужином.

— Как ты? — впервые в жизни поинтересовался он, окинув меня пристальным взглядом.

— Тоже новости видел? — спросила вместо того, чтобы ответить ему, удивившись его участливости.

— Не без этого, — поморщился он, — весь день только и показывали вашу аварию. Просят сообщать о любых странностях связанных с артефактами. Что у вас там случилось в службе безопасности?

— Не знаю, — ответила ему, задумавшись над его словами.

— И вряд ли скажешь, если узнаешь, — сухо проговорил он, обходя меня, чтобы подняться в свою комнату.

Я же поджала губы, смотря ему вслед. Вот всегда он так! Сжала кулаки, но быстро взяла себя в руки, глубоко вдохнув и медленно выдохнув.

Он прав. Я не имею право распространять любую информацию службы безопасности. Но его манера резко бросать разговор и уходить раздражала! После этого чувствуешь себя виноватой во всех грехах.

— Не обращай внимания, — посоветовал Лой, облокотившись плечом на стену прохода. — Он работает во дворце, а они там все сухари.

— Да, Мышка, плюнь на него. И лучше обрати внимание на нас, — дополнил своего брата Ас, тоже показавшись из кухни.

— Мне и так вас хватает сполна, — буркнула, переведя на них злой взгляд, и прежде чем ступить на лестницу, ведущую на второй этаж, напомнила: — И чтобы ни единого звука!

— Слушаемся, мамочка! — опять синхронно ответили они, подняв руки вверх.

Прищурившись, одарила каждого суровым взглядом, и только после этого отправилась наверх. Однако стоило мне лечь спать пораньше, чувствуя как уже глаза сами закрываются, как на весь дом раздалась громкая музыка.

Вот так и знала, что не следовало вестись на милые улыбки и прижатые ушки к макушке. Никому не советую жить с лисами, ведь тогда покой вам будет только сниться!

Глава 9

На этот раз будильник выполнил свою каждодневную обязанность как полагается, и подъем состоялся в нужное время. Мне не пришлось метаться по комнате и ощущать чувство страха за свою жизнь перед начальством. Не считая сонного состояния, чувствовала я себя превосходно, будто и не было этих ужасных и неприятных моментов с кипом и Октавианом.

Завтрак тоже прошел как обычно — в компании госпожи Таус. Лой и Ас же встают позже, а Ронк наоборот, раньше. Поэтому только мне одной повезло отведать свежей выпечки госпожи Таус на завтрак, поскольку на работу нам надо идти в одно и то же время.

— Зачем вам работать? — спросила у нее, допивая ароматный чай и наблюдая за хозяйкой, как та проверяет, все ли она положила в сумочку. — Вам вполне хватает денег, которые мы платим за комнаты и еду.

— Еще один заработок не бывает лишним, Дианочка, — ответила она мне по-доброму, и закрыла сумочку, убедившись, что все необходимое с собой. — Да и работа няней мне только в радость.

— Поражаюсь вам, — хмыкнула, встав из-за стола. — Целый день занимаетесь детьми, и при этом я ни разу не видела вас уставшей.

— Почему же целый день? — удивилась она. — Только до вечера.

— А как же мы? — подмигнула ей. — Мы тоже в какой-то степени дети. Вы же нам готовите и беспокоитесь за нас. Я уже настолько к вам привыкла, что готова называть вас мамой.

— Ох, Дианочка, — радостно и немного грустно произнесла она. — Я рада это слышать. Мой дом — твой дом, в котором тебе всегда будут рады.

— Спасибо, — поблагодарила ее от всего сердца, улыбнувшись.

Для меня это были золотые слова, ведь мой настоящий дом очень далеко и вряд ли мне еще когда-нибудь повезет увидеть его. Все мои родные и близкие остались в совсем другом мире. Порой я вспоминаю их, но за восемь лет лица перестали быть четкими в моей памяти, отчего трудно представить даже маму или папу. Скучаю ли я? Да. Временами очень даже сильно, но в такие моменты запрещаю себе раскисать и заставляю себя заняться делом. Зачем грустить, если выхода все равно нет. Следует жить дальше и ни о чем не жалеть. Хоть этот мир другой, но в нем также можно жить. И, на мой взгляд, очень даже неплохо.

— Удачного дня, — погладила меня хозяйка по голове, когда мы вышли из дома.

— И вам, — кивнула, подарив ей искреннюю улыбку, и пошла в сторону остановки.

В общественном транспорте как всегда было многолюдно, и пришлось лететь стоя, при этом быть зажатой со всех сторон. Хотя город и огромный, такого понятия, как метро, у них нет, поэтому всем людям, у кого нет собственного кипа, приходится каждый день чувствовать себя как килька в банке, законсервированная в собственном соку. Такова жертва большого города.

Но я уже привыкла, а потому просто не обращала внимания.

Когда длинный кип остановился на остановке, почти напротив здания службы безопасности, мне потребовалось еще некоторое время, чтобы выбраться наружу. В такой момент вспомнились редкие поездки на платном кипе, но после аварии я даже рада большому количеству людей, поскольку транспорт едет медленно и на сто процентов довезет тебя до пункта назначения целым и невредимым, только если немного помятым.

Как только я ступила на тротуар, с блаженством вдохнула свежего воздуха. И пусть он уже успел нагреться солнцем, дышала я им с наслаждением, особенно после душного и наполненного различными духами воздуха в общественном транспорте.

Пока шла спокойным шагом до главных дверей здания службы безопасности, поглядывала вверх, на окна кабинета Октавиана. Выходило это неосознанно, поэтому каждый раз отдергивала себя, чтобы не давать повода всяким ненужным вопросам заполнять мою и так забитую хламом голову еще больше. За вечер, пока ждала тишины со стороны соседей, я многое обдумала и решила, что постараюсь давить в себе приступы ненависти при виде змея. Все-таки его резкое изменение в поведении стоит списать на работу. Начальником быть трудно, и пока не стоит лезть со своими желаниями. Почему-то мне верится, что когда решится вопрос со странностями, которые творятся в городе, решатся и мои проблемы. Все вернется на круги своя, и меня вновь будут ненавидеть так, как мне хочется.

— Ди! — радостный возглас Буси стал мне бальзамом на душу. — Слава всем богам, что ты жива и невредима! Я чуть с ума не сошла, дожидаясь тебя.

Закрыв за собой дверь и дойдя до своего рабочего места, я со вздохом опустилась в кресло.

— Давай возьмем отпуск и поедем на море? — устало спросила у нее, прикрыв глаза.

На минуту в кабинете воцарилась тишина, и я уже готова была уснуть, поскольку так и не удалось нормально поспать, как Буся все же ответила.

— Ты же знаешь, меня не отпустят, — раздалось тихое и грустное.

С сочувствием посмотрела на нее, а чтобы как-то подбодрить, достала ее любимое лакомство из ящика стола и положила его в уже протянутый раскрытый плавник.

— Обжора, — по-доброму произнесла, смотря на это милое создание, положив подбородок на сплетенные пальцы рук.

— С такой жизнью по-другому не получается, — пожала она плавниками, доедая рассыпчатое печенье.

— Согласна, — в очередной раз вздохнула и потянулась за чашкой, чтобы налить и себе чая.

Вроде где-то была у меня шоколадка.

— Потерпи, Бусь. Вот дорасту до артефактора для отдела расследований, тогда и достану для тебя пропуск. А затем отправимся с тобой в путешествие. Ты же мечтала о каком-то водоеме, где обитают твои собратья?

— Да, — мечтательно произнесла подруга, подперев голову плавником.

— И зачем они тебе? Они же все дикие, — спросила у нее с улыбкой на губах, макая чайный пакетик в кипяток.

— Так найду себе самца, а там ты ему сделаешь такой же артефакт, как и у меня, — важно выдала говорящая золотая рыбка. — Ты не одна, кто хочет себе мужика.

И настолько серьезно она это произнесла, что я чуть чай не разлила себе на блузку.

— Гм, — на минуту замялась, не имея понятия, что ей на это ответить. — Ты же понимаешь, что ты — эксперимент? — аккуратно спросила, покосившись в ее сторону.

— Само собой. Я же умная рыба!

— Это хорошо, — тихо проговорила, отпивая чай.

— Что, прости? — переспросила она, не расслышав.

— Я говорю, что это невозможно. Поскольку артефакт, который украшает твой прекрасный лобик, является запрещенным, я не имею права дублировать его. Мы же об этом уже говорили. Меня просто-напросто посадят за такое дело.

— И что с того, что пара рыбок будут разговаривать? — насупилась она от несправедливости.

— Где две, там и целое семейство, — ответила я, после чего тяжело вздохнула. — Мне запретили делать артефакт разума для животных, птиц, РЫБ, и даже насекомых. Так что прости, но у тебя всего два варианта: плавать в аквариуме одной, или на пару с обычной рыбой. Могу хоть сегодня купить тебе самца, — проговорила, скривив губы в ухмылке. — Ты же умная и должна все понимать.

— Нет, из магазина не хочу, — нахмурила она лоб на мои слова. — Хочу сильного, красивого и выросшего на воле.

— Как скажешь, но придется подождать. Как тебе, так и мне.

— Да, — смирилась она, но как по мне, так не сильно-то она и страдала.

Этот разговор уже не раз поднимался между нами. Я хорошо понимаю ее, когда она грустит по поводу вечного заточения в стенах этого кабинета. Из развлечений у нее только просмотр передач и фильмов по путивиду. Для этого я ей сделала специальный артефакт, с помощью которого она способна переключать путиканалы. Также у нее в домике лежит артефакт связи и еще множество нужных вещей, которые могут пригодиться, когда меня нет рядом. Все эти предметы — разработки, поэтому, как и ее, их нельзя выносить за стены здания службы безопасности.

Однако раз в месяц я все же жертвую своим здоровьем, поскольку аквариум с водой тяжелый, и вывожу ее на прогулку по просторам штаба. Вот только чем больше времени проходит, тем умнее она становится, и, соответственно, появляется больше желаний. И ведь не снять с нее артефакт разума, поскольку он будто прилип к ней и стал частью ее.

— Будет и на нашей улице праздник, — сказала ей и с облегчением пронаблюдала, как грусть уходила из ее желтых глазиков.

Дальше последовало молчание, где я допивала чай, а Буся рассматривала журнал подводного мира, который я выписывала исключительно ради нее.

Плавая в середине аквариума, она изредка шевелила губами, читая текст, а как только разворот был исследован — выныривала и просила перевернуть.

— Госпожа Белова, — раздался голос из настольного артефакта связи, и я узнала в нем Мию — секретаря господина Авла, — вас ожидают на парковочной зоне номер тринадцать.

Я переглянулась с Бусей, а затем прикоснулась к камню.

— Сейчас буду, — проговорила, гадая, что от меня нужно господину Авлу.

— Ставить иллюзию? — весело спросила подруга.

— Вызов официальный, а значит, в ней нет необходимости. Закрою кабинет, — ответила ей и прошла к напольной вешалке, на которой сиротливо висела моя сумочка.

Прежде чем покинуть кабинет, активировала артефакт, который покормит Бусю, если я не вернусь до вечера.

— А вчера меня Октавиан кормил, — вдруг похвасталась эта язва, наблюдая за мной. — И жаловался, что ты мало уделяешь ему времени.

— Ты это серьезно? — зло глянула на нее, но она лишь развела плавники в стороны, уйдя под воду.

И все бы ничего, но ее невинная улыбка мне не понравилась. Прищурившись, одарила ее перед уходом подозрительным взглядом и вышла в коридор, захлопнув за собой дверь. В следующий миг глаза пришлось опустить и так и идти до самого лифта, чтобы не встретиться взглядами с раздраженными посетителями. Было немного неловко перед теми, кто уже занял очередь ко мне на прием, но официальный вызов словно толкал в спину, чтобы поторапливалась. И что заведующему отделом магического воздействия понадобилось от меня в такую рань?

Вопросы тут же разбежались по разным углам, стоило мне увидеть возле кипа синего цвета не господина Авла, а расслабленно облокотившегося на уже активированный транспорт главного следователя. Он смотрел куда-то в сторону, виляя кончиком полосатого хвоста, но стоило мне подойти ближе, как господин Тойгер перевел задумчивый золотисто-желтый взгляд на меня.

— Бодро выглядите, — вместо приветствия проговорил он.

— Доброе утро, — вежливо сказала, переминаясь с ноги на ногу.

Тигр внимательно осмотрел меня с ног до головы и недовольно сморщил розовый нос, отчего белые тонкие усы приподнялись вверх.

— Могли бы и форму надеть, госпожа Белова, — произнес он, отстраняясь от кипа. — Мы с вами, между прочим, не на прогулку собираемся.

Я поперхнулась слюной от его слов. Да откуда мне было знать, что именно сегодня я ему понадоблюсь?!

Видимо Тойгер что-то увидел в моих глазах и усмехнулся, галантно открыв передо мной дверцу кипа.

— Прошу.

— А пешком мы не дойдем? — спросила, скривившись от болезненной мысли об аварии.

— Мало того что не дойдем, так и не долетим, — спокойно ответил он, наблюдая, как я со страхом заглядываю в салон кипа.

— Мы покинем город? — вскинула голову и пораженно заглянула ему в глаза.

— Слишком много вопросов, госпожа Белова, на которые просто нет времени. Садитесь, в дороге я все объясню.

Повела плечами, но все же села в темно-коричневое кожаное кресло и сразу пристегнулась. Тойгер довольно кивнул и захлопнул дверцу. Через несколько секунд он уже сидел рядом. Как и Бони, а также Октавиан, тигр выключил автопилот и резко направил кип к выходу из парковочной зоны, выезжая на дорогу.

Я вцепилась в свою сумку, испытывая панику и жуткий страх от того, что в любую секунду может повториться мой кошмар. Как бы сильно я не желала и не просила всех богов, но главный следователь так и не сбавил скорость, легко маневрируя в потоке кипов.

— Держите.

На мои колени упал бейдж с лентой, на котором было указаны мои фамилия и инициалы, а также место работы. Вопросительно посмотрела на Тойгера, позабыв о страхе.

— Это допуск к расследованию, — пояснил он. — И чтобы свои же не задержали. Хотя… — он покосился в мою сторону, взглянув на волосы. — Вас и так все в штабе знают.

— А как же господин Авл? — спросила, все еще не веря своему счастью. — Он же вам отказал, а когда…

— А когда он говорит нет, это значит нет во всех смыслах, — перебил меня тигр, усмехнувшись.

Я отрывисто кивнула, молча подтверждая слова, которые хорошо характеризуют заведующего отделом магического воздействия.

— На каждую хитрую гайку найдется изворотливый болт, госпожа Белова, — произнес он и хищно улыбнулся.

— Гм, — гулко сглотнула и немного отодвинулась в сторону от хищника. — Значит, я теперь в вашей компании? — робко спросила, нервно поправив очки.

— О да, — довольно протянул мужчина и вдруг неожиданно подмигнул мне. — Незачем хорошему артефактору просиживать в четырех стенах своего кабинете, вы так не считаете?

Отвечать не стала, а просто благодарно улыбнулась. Не трудно было догадаться, что мне жуть как хотелось поучаствовать в настоящем расследовании, ведь тогда в кабинете я всем своим видом и действиями именно это и продемонстрировала. Даже немного стыдно было, что соврала насчет отпуска Томы. Надеюсь, она меня не прикопает за это.

— Прошу только одного, — прервал мои мысли серьезный голос тигра, и я невольно напряглась. — Делаете только то, что я прошу, и не отходите от меня далеко. Хорошо?

— Хорошо, — кивнула в знак понимания.

— Вы поймите меня правильно, госпожа Белова, — проговорил он, нахмурив брови. — К расследованиям допускаются только обученные люди. Вы же новичок. Если с вами что-то случится, Дориан мне шею свернет, а Октавиан испепелит останки, чтобы только память от меня и осталась.

Тигр рассмеялся, а я поежилась, представив себе эту картину. Змею такое под силу, но вот почему за меня так беспокоятся? Однако господина Тойгера не стала спрашивать об этом. Что-то мне подсказывает, что ответа мне просто не дадут.

Взглянув на меня, тигр усмехнулся и активировал артефакт музыки. В тот же миг салон кипа заполнила приятная мелодия, и я с предвкушением стала ждать слов, поскольку жизнерадостный мотив обещал целый рассказ о том, как мир прекрасен. Вот только с первыми словами чуть не подпрыгнула на месте, когда господин Тойгер неожиданно начал подпевать. И если певец пел приятным басом, то тигр гармонично подпевал ему невероятно красивым баритоном. Я даже не подозревала, что главный следователь владеет таким сильным и восхитительным голосом.

Все страхи в тот же миг отодвинулись на второй план, и я с наслаждением слушала красивые слова в исполнении невероятного мужчины, который с каждым днем удивлял меня все больше и больше. Никогда бы не подумала, что Рэн Тойгер, с виду опасный хищник, настолько прост в общении. А ведь на общих собраниях штаба он всегда серьезен и речь его всегда по делу, со стальными нотками в голосе.

Музыка сменилась на более ритмичную и тигр не то что запел, а еще и начал двигаться в такт мелодии, отчего я невольно начала улыбаться, смотря на его беззаботный вид.

— Подпевайте, — неожиданно предложил он и спокойно вытянул нужную ноту.

Я завистливо вздохнула.

— Не хочу травмировать ваш слух, — ответила, чувствуя жар на щеках.

— Неужели все так плохо? — с полуулыбкой спросил, несомненно, талантливый тигр.

— Давайте не будем проверять. Я лучше вас послушаю.

К моему счастью, Тойгер не стал настаивать, и весь путь развлекал меня своим пением. Я не фанатка легкого рока, но слушать тигра было одно удовольствие.

Приблизительно через два часа мы вылетели из города, миновав не один затор кипов, которые образовывались исключительно из-за водителей, решивших самостоятельно вести транспорт.

Гладкая дорога, немного расплываясь на солнцепеке, тянулась еще очень далеко, уходя за горизонт. Теперь, вместо высоких домов, по бокам проносились зеленые деревья и поля, залитые солнцем. Эта последняя часть пути, которую может пролететь кип. Дальше он уже не сможет улавливать нужные потоки магии, чтобы подпитывать артефакты.

Так уж вышло, что не везде есть магический фон, который играет самую главную роль в предметной магии и магии слова. Именно на таких участках строятся города и любые другие поселения. И вот мы приближались к границе самого большого источника, на котором возвышалась столица нашего величественного государства.

Господин Тойгер больше не подпевал певцу из артефакта, что заменял радио, и внимательно следил за дорогой, увеличив скорость полета. Как ни странно, рядом с ним мне было комфортно, так, что даже страх от аварии больше не беспокоил. Не знаю почему, но этому мужчине хотелось довериться полностью, зная, что он не подведет и никогда не бросит. Наверное, мне так казалось лишь потому, что он был первым, кого я увидела в новом мире, и кто помог мне встать на ноги. Да, он не показывался все это время, но иногда в школе магов я получала подарки, будь то день рождения или любой другой праздник. Поступив в академию, я получила от него последнюю посылку, на свое совершеннолетие, где в записке значилось, что теперь я вольна в своих решениях. Было немного грустно, но мне никто не обещал заботу, а потому не унывала и решила стать полезной для этого мира.

Вскоре мы долетели до огромной площади, уставленную кипами, и нам пришлось еще долго кружить, выискивая свободное место.

— А это еще будни, — весело проговорил Тойгер, нисколечко не нервничая.

Я же негодовала, когда в третий раз, облетев неимоверно огромную стоянку, так и не удалось найти свободного места. Хорошо, что в кипе работал артефакт охлаждения, а то давно бы уже сварились.

— Вон, — резко указала на кип, что собирался покинуть стоянку.

Тойгер плавно влетел в освободившийся промежуток между кипами.

— Прибыли! — победно заявил он и первым грациозно вышел наружу.

Медлить не стала и тоже последовала его примеру. Однако на улице оказалось настолько жарко, что захотелось вернуться обратно в прохладный салон, даже вопреки страху, который без присутствия тигра вновь начал сковывать тело.

— А далеко нам идти? — спросила, еле поспевая за главным следователем.

Еще немного и с меня пот потечет ручьем. Куда же мы так несемся?

Он посмотрел на меня через плечо и сбавил шаг. Видимо не привык ходить с кем-то ниже ста семидесяти в росте.

— Вы ни разу не были на площади для порталов? — последовал немного удивленный вопрос.

— Нет.

— Тогда потерпите еще немного. Порталы искажают магический фон, поэтому стоянка для кипов далеко от главной площади.

Кивнула в знак понимания. Терпеть я всегда умела, и никогда не понимала тех девушек, что постоянно жалуются и выплескивают на своих спутников и собеседников недовольства. Господин Тойгер не виноват, что площадь так далеко. А уж в том, что солнце нещадно напекает голову — тем более. Поэтому не вижу смысла в чем-то его обвинять.

Чтобы как-то отвлечься, смотрела по сторонам, отмечая насколько огромно поле, на котором находится некий аэропорт. Широкая дорога, по которой мы шли, была покрыта мощёным серым камнем с достаточно ровной поверхностью. Вдоль нее стояли скамейки и высокие фонарные столбы, у которых фонари колокольчиками свисали вниз. Вот бы ночью сюда прилететь и пройтись по длинной освещенной дороге.

Чуть погодя я заметила летнее уютное кафе. Мне даже немного завидно стало, увидев, как маленькая девочка кушает мороженое, сидя за круглым столиком под большим зонтом вместе с родителями. Я бы тоже не отказалась от лакомства и отдыха в теньке, но вот беда — мне уже как четыре года за двадцать, и на маленькую девочку я лишь ростом могу походить. Да и работу никто не отменял.

Завистливый вздох пришлось буквально проглотить, когда мы проходили мимо кафе.

Вообще, людей здесь было больше, чем кипов на стоянке. Кто-то со всем семейством шел обратно к транспорту, толкая за собой чемоданы, кто-то, как и мы, держали путь к площади перемещения, а кто-то просто сидел на лавочках, выжидая. Здесь жизнь кипела не хуже, чем в городе.

Мне было интересно все, и поэтому крутила головой, рассматривая людей разных рас. Даже чистокровные сойи здесь были и рождали во мне бурю разных эмоций: от брезгливости до восхищения. Все-таки люди со змеиными головами еще то зрелище, которое редко встретишь в городах. Их осталось не так уж и много, по сравнению с теми же бруйтами или фолайями.

— Нам сюда, — произнес тигр, сворачивая на перекрестке.

Я следовала за ним по пятам, иногда желая схватиться за его хвост, чтобы не затеряться в толпе. Длинный и полосатый, он привлекал меня, заставляя руки чесаться от желания. Помню, в академии я как-то попросила своего одногруппника о такой деликатной просьбе, так мне сразу же отказали. «Хвост — это святое!» — заявили мне, и на этом все мои попытки прекратились. Брать в руки святое из святых не рискну, вдруг потом в ад за такое отправят.

Поэтому сейчас просто смотрела на оранжево-черный хвост, белый кончик которого едва ли не подметал дорогу, и старалась на него не наступить.

С Бони тогда получилось совершенно случайно. Тем не менее, мне не была страшна его гневная тирада, словно черный котенок фыркает. А вот господин Тойгер — большой кот, и рык у него куда страшнее.

— Ой, — выдохнула, внезапно врезавшись в стальную спину тигра.

Так засмотрелась на хвост, что не заметила, как его хозяин остановился. Сразу поспешила отстраниться, придерживая очки. Да, неловкая ситуация вышла. В последнее время мне везет на подобное, особенно в компании тигра.

— Простите, — смущенно произнесла, выходя из-за его спины. — А вы, оказывается, не мягкий и пушистый, а очень-очень твердый, — проговорила, потирая нос.

— Спасибо за комплимент, — усмехнулся он и указал куда-то мне за спину.

Развернувшись, тут же позабыла о столкновении и широко раскрыла глаза, поражаясь огромной территории, выложенной таким же камнем, что и дорога, только с красными кругами на одинаковом расстоянии друг от друга. Где-то вдалеке виднелась высокая арка главного межгородского портала, однако тигр свернул в другую сторону.

— Нам на крайний круг, — пояснил Тойгер, направляясь к свободному, в полтора метра диаметром красному кругу.

Поспешила за ним, но то и дело поглядывала на других людей, как они исчезают прямо на глазах, на секунду ослепляя белой вспышкой.

— Встаньте в круг, — последовал приказ, как только мы подошли к свободному месту для портала.

Сделав как велят, поняла страшную вещь — я никогда не пользовалась порталами, и как это делается, знаю только в теории.

Подняла на главного следователя испуганные глаза. Он как раз в этот момент встал рядом и подал мне артефакт перемещения — совсем маленький прямоугольник из тектита, напитанный магией слова.

Увидев мое выражения лица, Тойгер дернул рукой, но все же вложил артефакт в мою раскрытую ладонь.

— Я рядом, — подарил он мне ободряющую улыбку и привлек к себе за талию. — Вам только следует держать артефакт, чтобы он перенес вас вместе со мной.

Отрывисто кивнула, сжав ладонь. Никогда бы не подумала, что меня будет так трясти перед перемещением.

— Это больно? — почему-то спросила, сама не ожидая от себя такого.

По книгам мне известно, что перемещение сродни быстрому спуску вниз без какой-либо боли, однако сейчас все знания куда-то разбежались, оставив со страхом наедине.

— Если только самую малость, — издевательски произнес Тойгер над моей головой, а в следующую секунду у меня из-под ног ушла земля.

Это было совсем не больно, но настолько неожиданно, что если бы не сильная рука тигра у меня на талии, то лежала бы пластом на траве.

— Дышите, госпожа Белова, — насмешливое раздалось над ухом, и я глубоко вдохнула свежий, немного сырой воздух. — С первым полетом вас, — продолжал усмехаться надо мной тигр. — Был рад страховать вас.

Теплая рука соскользнула с моей талии, и я в тот же миг поежилась, ощущая прохладный ветерок. С минуту просто смотрела по сторонам, боясь сделать шаг. Теперь вокруг был сплошной зеленый, я бы даже сказала темный, лес. Свет сюда почти не проникал через густую крону высоких деревьев. Мне оставалось только гадать, туда ли мы попали?

— А нам точно сюда?… — робко спросила, но осеклась, поняв, что спрашивать-то не у кого.

Тигра рядом не оказалось.

— Не отставайте! — послышалось где-то за спиной.

Развернувшись, с облегчением выдохнула, увидев статную фигуру господина Тойгера, которая уже достаточно далеко ушла вглубь леса. Не мешкая, поспешила за ним, поглядывая себе под ноги, чтобы не споткнуться об толстые корни. Теперь даже жалею, что отказалась носить форму службы безопасности, посчитав, что в обычной одежде куда лучше и удобнее сидеть в кабинете. Сейчас же ботиночки на плоской подошве были бы лучшим вариантом, а не туфли хоть на среднем, но все же каблуке.

Как только я догнала тигра, он ускорил шаг, но так, чтобы я не отставала от него. Иногда он придерживал меня за локоть, если все же споткнусь. И все это молча! Под конец нашего пути даже стала восхищаться им.

Через несколько минут я стала замечать камни, покрытые толстым мхом, и чем дальше мы углублялись в лес, тем их становилось все больше, при этом они увеличивались в размерах. Не сразу, но я поняла, что это руины, которые почти поглотила природа.

— Где мы? — все же решилась на вопрос, взглянув на серьезного тигра.

— В пяти километрах от города Норвий.

— Тот самый, где жил Великий артефактор? — удивленно спросила, не веря своим ушам.

Этот город значился в моем списке мест, которые мне бы хотелось посетить, но артефакт перемещения очень дорогой, ведь сделан из камня метеоритов, а потому просто нет возможности вообще куда-либо отправиться. Даже на море…

Тойгер кивнул, еще больше нахмурившись. Мне его реакция была непонятна. Этот город — самый обычный, и имеет только одну достопримечательность — памятник тому самому Великому артефактору. Он — основатель предметный магии, и был поистине могущественным магом. Но это было так давно, что даже не знаю, на что тут можно хмуриться.

Однако все мысли разбежались, как только лес расступился, являя нам полуразрушенный храм.

— Это… — изумленно выдохнула, застыв на краю поляны.

— Храм Жизни, — спокойно закончил фразу главный следователь и двинулся вперед, зачем-то хватая меня за руку. — С этой минуты держитесь рядом со мной, — строго сказал он.

Еле поспевая за ним, молча кивнула, а затем напряглась, когда мы миновали арку и оказались в большом круглом зале. Здесь было светло, благодаря магическому освещению в виде летающих белых шариков, однако не намного уютнее, чем в лесу. Задрав голову, увидела куполообразный потолок, в котором зияла огромная щель. Было немного страшно находиться внутри, когда все вокруг смотрелось настолько старым. Казалось, дунь посильнее и все развалится, похоронив тебя под камнями.

— Прибыли, — прозвучало сбоку, и я тотчас скривилась.

— Лаус, — поприветствовал господин Тойгер Октавиана, пожав протянутую руку.

Тот коротко кивнул и перевел взгляд ниже, на меня.

— Где ваш допуск, Белова? — вместо «здравствуйте» спросил змей, сурово посмотрев на меня.

Медленно вытащила бейдж из кармана и также медленно надела его на шею, перекинув ленту через голову. Одарив меня недовольным взглядом, он ушел к другим служащим, которых здесь оказалось достаточно много. Среди них я узнала Лавра и Рикки — подопечных господина Авла, а также Тому.

Меня это немного удивило. Зачем я, если здесь уже есть артефактор?

— В чем моя задача? — сипло спросила и прочистила горло, поднеся кулак к губам.

— Просто обследуйте зал. Если что-то необычное заметите — сообщите. Но никуда не уходите и будьте в поле моего зрения, — строго заявил Тойгер и последовал за Октавианам.

С минуту постояв, переминаясь с ноги на ногу, я все же решила осмотреть зал, и первое что мне бросилось в глаза, стоило подойти ближе к центру, так это огромная пентаграмма, вычерченная белым мелом на полу храма.

Глава 10

Смотря на пятиконечную фигуру в идеально ровном кругу с древними рунами, меня одолевало странное чувство, будто где-то я это уже видела.

Опустившись на корточки возле глиняной чаши, которых здесь было пять штук, стоявших ровно по углам звезды, провела над ней рукой. Тепло. Она излучало тепло.

— Диана!

Дернувшись, я вскинула голову и увидела возвышающуюся надо мной хмурую Тому.

— Привет, — поздоровалась и поднялась на ноги.

— Не ожидала тебя здесь увидеть, — съязвила она, однако в лице не поменялась. — Ты прибыла сюда с господином Тойгером? Ходят слухи, что у вас роман. Это правда?

— Нас сюда вроде как привели работать, а не слухи обсуждать, — ответила ей, поджав губы.

Девушка, не мигая, смотрела мне прямо в глаза. Я не дрогнула и не отвела взгляда, зная, что если сейчас отступлю, то ждать мне паломничества в свой кабинет всех тайно влюбленных в главного следователя сотрудниц. И не с желанием расспросить подробности, а с желанием назначить приговор и казнить ту, что осмелилась посягнуть на их идола. И так уж вышло, что Тома — одна из них, да еще и стоит во главе этого фан-клуба. Стройная и высокая, с нежными чертами лица, она была действительно красивой. Даже короткие черные волосы идеально лежали волосок к волоску, не то, что у меня — белый кактус.

Ко всему прочему, она была бруйтом, как и господин Тойгер, только полукровкой. Черные кошачьи ушки и пушистый хвост прибавляли ей поклонников каждый день. И только тигр еще ни разу не посмотрел в ее сторону.

— Верно, — наконец-то сказала она и перестала давить на меня взглядом. — Что-нибудь заметила?

Деловой тон меня обрадовал, и я мысленно выдохнула. И пусть это была лишь первая проверка, но пройти ее сразу, к тому же у Томы — большая удача. Гляди, слухи пройдут быстрее.

— Не успела еще, — ответила честно, вновь глянув на пентаграмму.

— Это ритуальные символы, — пояснила она, указав на руны, что располагались во внешнем кругу. — Большинство стерто, но удалось несколько распознать.

— И что они значат? — поинтересовалась, разглядывая те, что были особенно четкими.

В академии на лекции по магии слова нам говорили, что раньше использовали метод письма, вливая магию в руны, но со временем это забылось, поскольку артефакты заменили собой все магические предметы, которым требовалась подпитка.

— Вот эта дух, — ткнула она пальцем в символ в виде стрелки, присев возле него на корточки. — А это путь.

Я перевела взгляд на следующий символ и узнала в нем обычную букву «я» в зеркальном отражении.

— Дух и путь, — повторила за ней задумчиво, и по телу пробежались мурашки. — Призыв?

— Быстро схватываешь, — хмыкнула девушка и грациозно поднялась на ноги.

Я скосила глаза в сторону начальства, но ни Тойгер, ни Октавиан на нас не смотрели, обсуждая что-то между собой.

— Ритуал, и в храме, — повела плечами, тоже поднявшись.

— Храм Жизни тоже играет не последнюю роль, — продолжала рассуждать Тома. — Обрати внимание на стены.

Подойдя к наиболее уцелевшей, я легонько прикоснулась к холодному камню. В отличие от чаши, он ничего не излучал. Совсем ничего.

— Хорошенько сосредоточься, — поучительно произнесла она с полуулыбкой у меня за спиной. — У меня вышло достаточно быстро определить состав.

Скрипнув зубами от раздражения, глубоко вдохнула и продолжила осмотр. Сосредоточившись, послала небольшой магический импульс по стенам и уже через несколько секунд поняла, что храм «мертв». Лишь глиняные чаши излучали немного магию, и это было странно.

— В стенах есть нефрит, — продолжала умничать кошка у меня за спиной, видя, что я просто смотрю на стену. — А у него есть сущность самой жизненной энергии. Люди приходили сюда молиться о здоровье и даже не подозревали, что им помогает в действительности. Они думали, что это боги, а на самом деле уже тогда существовала предметная магия.

— А откуда тогда храм? — меланхолично поинтересовалась, пребывая немного в других раздумьях.

Меня куда больше интересовало то, что я угадала, что все происшествия в городе были связаны между собой.

— Храм? — растерянно переспросила Тома.

— Да, храм, — кивнула, — до сих пор неизвестно, откуда храмы взялись. Так почему бы это не быть богам?

— Чушь! — зло выплюнула она. — И вообще, какая разница? Мы сейчас не об этом говорим, а о сущностях. Ритуал был проведен здесь не просто так, а потому что нефрит владеет большой энергией.

— Уже нет, — тихо ответила, поправив очки на переносице.

— Откуда ты знаешь? — с усмешкой в голосе спросила она. — Эту сущность даже мне невозможно увидеть, а мы с тобой одной категории, между прочим. Так что ты не можешь знать, есть она или нет.

Развернувшись к ней лицом, заглянула в ее светло-зеленые глаза.

— Само собой, что эту сущность мы не видим, — согласилась с ней, на что она победно усмехнулась, — но не потому, что она нам не под силу, а потому что у камня вообще больше нет сущностей.

Тома иронично вздернула тонкую бровь, не поверив моим словам. Я молча отступила в сторону и указала на стену.

— Ты так зациклилась на нефрите, что другие пароды не проверила, — постаралась не язвить, но злорадство все же промелькнуло у меня в голосе. — Был огромный выброс энергии. Он-то и сжег все сущности.

— Совершенно верно, — вдруг прозвучало сбоку, и мы с Томой одновременно вздрогнули. — Но есть одно «но».

— И какое же? — спросила я у Тойгера, переводя дыхание.

Умеет же он незаметно подкрадываться!

— Выбросов было два, — серьезно проговорил тигр, обращаясь почему-то только ко мне. — Первый был создан самим ритуалом, и он исказил лишь магический фон. Источник, на котором стоит этот храм, чрезвычайно сильный. Поэтому изменения некритичные. Над вторым выбросом мы гадали долго, пока не столкнулись на следующий день с похожей ситуацией в городе.

— Вы думаете, что те, кто провел ритуал вызова, в столице? Не глупо ли это — соваться туда, где больше всего охраны? — поинтересовалась я, немного недоумевая над поступком преступников. — И кого они призвали?

— Не думаю, что они желали оказаться именно в столице, — недовольно сморщил нос тигр, а затем посмотрел на меня так, что я невольно вжала голову в плечи. — Насчет того, кого они призвали, нам тоже неизвестно. Но стараемся отследить их по выбросам в городе. Дориан дал хороших ребят. Они быстро отследят необходимую ауру.

— А вы уверены, что выброс спровоцировали те, кто призывал, а не тот кого призывали, кем бы он ни был? Если так, то откуда Лавру и Рикки знать, кого искать? Вдруг это совсем другая аура, которую невозможно прочесть?

— Так это наоборот упрощает поиски, — фыркнув, произнесла Тома, до этого молча стоявшая в сторонке.

Тойгер глянул на нее лишь мимолетно, вновь переведя взгляд на меня. Девушка недовольно поджала губы на такое равнодушие, а постояв еще немного, вовсе ушла к тем самым парням, которые должны будут отследить преступников. Меня это удивило. Почему тигр так холоден с кошкой?

Кинула на нее оценивающий взгляд и с завистью мысленно вздохнула. В форме службы безопасности, которая сидела на ней идеально, она выглядела обворожительно. А какой хвост! Будь я на месте господина Тойгера, точно бы не спускала с нее глаз.

— Гм, — сглотнула под пристальным взглядом тигра, смутившись. О чем я только думаю? — То есть получается, что найти преступников не составит труда? Но зачем тогда я?

— Вы правильно подметили, госпожа Белова, что нам неизвестно, чья аура оставила след. Нам нужны любые зацепки, чтобы определить других.

Сказав все это, Тойгер развернулся и пошел обратно к Октавиану, который окликнул его.

— А почему вы их так усердно ищите? — поторопилась спросить, прежде, чем он отошел достаточно далеко.

— Два одинаковых случая — это не случайность, Белова, — услышала я серьезный ответ, который недавно говорила сама себе.

«Два ритуала?» — пронесся вопрос в голове, и я покосилась на пентаграмму.

Вокруг ходили другие служащие, каждый занимаясь своим делом. Тома продолжала изучать стены, пол, каждый раз хмурясь все больше. Видимо, до нее дошло, что все сущности исчезли, и теперь недоумевала, почему это произошло. Лавр и Рикки стояли возле выхода и уже заканчивали с расчетами. Вот парень с золотыми перьями вместо волос подходит к Октавиану и сообщает о том, что они готовы отправляться в город. Змей кивает, и два фолайя покидают храм. Другие же сослуживцы продолжают свою работу — кто-то делает снимки места преступления, кто-то изучает руны. Даже некромант тут был и просто стоял в сторонке, поглядывая на всех, как и я. Его поведение не могло не радовать. Раз скучает, значит никого здесь не убили.

Вновь подошла к вычерченной на полу звезде и присела на корточки. Чаши продолжали излучать тепло. Что я знаю о ритуалах? Только то, что они запрещены. А почему? Обычно запрещают то, что принесло большую потерю. Неужели когда-то давно все-таки что-то произошло?

Рядом присел парень с инвентарём для улик, и я попросила перчатки. Когда их надела, аккуратно взяла одну из чаш и поднесла ближе к лицу. После одного неудачного случая я поклялась никогда больше так не делать, но этот ритуал показался мне чем-то важным не только для безопасности государства, но и для меня отдельно. Все, что здесь произошло, уже имело место быть. Господин Тойгер бы просто так этого не сказал. Два случая, причем одинаковых — это действительно не случайность.

У меня перехватило дыхание, стоило подумать о себе. Я знаю, что это мне не родной мир. Память все еще помнит совсем другой мир, где магия лишь сказка, и нет других людей, которые бы отличались внешностью так кардинально. Так как я здесь оказалась?

Когда я проснулась, мне лишь сказали, что меня перенесли сюда неведомые силы. На другие же вопросы отказывались отвечать и вовсе. Однако после стольких лет учебы и изучения этого мира, я знаю, почему так поступили.

Ритуалы запрещены.

И запрещено все, что с ними связано.

Значит, меня должны были…

Медленно подняла голову и тут же поймала золотисто-желтый взгляд господина Тойгера.

Он был тем, кто вывел меня за руку из службы безопасности. Он тот, кто привел меня в школу магов и тот, кто тайно, но был со мной до моего совершеннолетия. Неужели он тот, кто сохранил мне жизнь?

Нет. Он не в силах пойти против закона. Тогда кто?

Зажмурившись, мотнула головой, выкидывая из нее образ сойя со змеиной головой, и вновь посмотрела на чашу, игнорируя обеспокоенный взгляд тигра.

Какая разница кто, главное, что мне позволили жить в этом мире. Я стала исключением, и это приятно знать.

Однако тяжело осознать, что тебя призвали в этот мир как какого-то демона. Для чего и кто это сделал? Теперь даже мне интересно увидеть тех, кто лишил меня дома.

Отодвинув все чувства в сторону, сосредоточилась на чаше, которая продолжала излучать тепло. Да, я поклялась сама себе больше не делать так, но это единственный выход понять, что здесь произошло.

Кровь. Наверное, она навсегда останется для меня загадкой. У нее много сущностей — от питательной до защитной, и я уверена, что это еще не все. Не многим артефакторам удалось увидеть весь коктейль, и не всем удалось понять, что сущность жизни этого вещества действительно живая.

Да, нити сущностей шевелятся и переплетаются, но это обуславливается обычным движением магического фона или если артефакт стал лудом, когда нить сущности жизни крови имеет разум. Звучит невероятно, и я тоже так думала, пока при одном опыте не столкнулась с этим лично.

Тогда я задействовала свой резерв слишком сильно, пытаясь рассмотреть как можно больше сущностей крови, и совсем не ожидала почувствовать оклик самой тусклой нити. Она мысленно поведала мне о своем хозяине и о том, как он погиб. Это было сродни разговору с покойником, как это делают некроманты, но я видела все собственными глазами, и даже то, что было потом, заканчивая видением, как я провожу опыт. Эта сущность способна сохранять память и передавать ее, однако для этого нужно много магических сил.

Я потеряла сознание прямо за рабочим столом и еще долго пополняла свой резерв после этого опыта. Я почти выгорела, и поэтому пообещала себе больше не обращаться к сущности крови, дабы не повторить почти полное выгорание магического резерва.

Однако осознав, что меня призвали из другого мира через ритуал, захотелось лично увидеть тех людей, которые не только лишили меня дома, родных и близких мне людей, но и изменили мою внешность.

И вот сейчас, смотря на чашу, в которой были разводы крови, я решила нарушить обещание.

Вокруг все продолжали заниматься своими делами, обходя меня вокруг. Я ощущала на себе лишь взгляды двух начальников, но никто из них не спешил прервать меня. Промелькнула мысль, что я таким образом нарушаю приказ Тойгера, но все же не отступила от своей затеи. Мне необходимо узнать, кто они…

Мне не составило труда выкинуть все лишнее из головы и задействовать свой резерв на всю мощь. Зрение тотчас перестроилось на магическое, и я увидела на стенках чаши тонкие нити сущностей крови. Отыскать нужную нить оказалось куда сложнее, чем я себе представляла. По виску от напряжения скатилась капелька пота, когда мне все же удалось увидеть ее и магией позвать к себе. Тонкая, почти невидимая даже при магическом зрении, она еле мигала красным цветом, норовя вот-вот исчезнуть. Мало, крови было очень мало. Также прошло много времени, и был риск вообще потерять ее. Но вот она вытянулась ко мне змейкой, и в тот же миг палец обожгло болью. Сжав челюсти, постаралась на лице удержать маску спокойствия. Если сейчас меня отвлекут, то все пойдет коту под хвост, и тогда мне не узнать, кто они!

Тем временем нить сущности жизни вытягивала из меня магию, как это обычно делает луд, только в этой ситуации я понимала, что без подпитки эта сущность не сможет воспроизвести в моей голове кадры из прошлого, и поэтому терпела, в надежде, что моего резерва хватит.

Перед глазами все стало расплываться. В первые секунды я не могла понять, это из-за истощения или уже действует магия, как вдруг я очутилась в незнакомой мне квартире.

Стоя посередине темной гостиной, окна которой были зашторены плотными гардинами, пыталась понять, что происходит, как вдруг сквозь меня на пол глухо повалился тот самый сой, из-за которого нам пришлось посетить кладбище.

Его глаза были наполнены ужасом, а рот раскрыт в беззвучном крике.

«Парализован», — мелькнула мысль, и тут же через меня прошел еще один тип, полностью скрытый под черным балахоном.

Я затаила дыхание, когда в тусклом свете магических светильников мелькнул нож, и убийца перерезал вены на запястьях несчастного мужчины. Я узнала в этом холодном оружии артефакт. Именно его нити сущности закрепились на ранах сойя, и которые перестали существовать, как только мы с Бони попали в аварию. Если бы не тот участок дороги, то уже давно бы нашли убийцу, а так приходится тратить свои силы и смотреть, как на моих глазах медленно умирает мужчина.

Все это время убийца наполнял кровью стеклянные сосуды, не пролив ни капли мимо. Жуткое зрелище. Уже поэтому стоит поймать этого убийцу и посадить за решетку. Слишком легко он разменивается чужими жизнями ради ритуала.

Не спуская с него глаз, я продолжала наблюдать за его деянием, не в силах пошевельнуться. Нить сущности, что мне это показывала, была слишком слаба, поэтому мне оставалась только смотреть.

Когда последняя капля крови покинула уже мертвого мужчину, убийца вскинул голову и посмотрел прямо на меня. Конечно, видеть он меня не мог — его привлек звук, доносящийся из коридора этажа, однако в этот момент я перепугалась, увидев желтое свечение глаз из-под глубокого капюшона.

Бруйт! Только у них настолько выражен эффект ночного видения, и это была хоть какая-то, но зацепка!

Дальше, увы, когда убийца спрятал стеклянные сосуды в рюкзак, перед глазами все померкло. Какое-то время я будто пребывала во сне без сновидений. Время текло неимоверно медленно, а сил становилось все меньше и меньше. Мне уже действительно хотелось спать, чувствуя, как силы покидают меня.

Но вот картинка вновь появилась.

На этот раз я стояла уже в храме — на одном из ровных углов пятиконечной звезды. Я была той самой чашей с кровью, которая предназначалась для ритуала. Помимо меня, во внешнем кругу пентаграммы стояли толстые свечи с живыми огоньками на фитилях. Только они давали свет и отпугивали темноту.

Было жутко до дрожи, а когда прямо из темноты к ритуальном кругу вышли двое в черных балахонах до самого каменного пола, как у монахов, я позабыла о страхе и со всем вниманием следила за каждым их действием.

Они смахивали на сектантов, и я ждала еще людей в таких же балахонов, но, встав друг напротив друга, они начали ритуал вдвоем. Вначале я удивилась их наивности. Ритуал — не из простых занятий, и оно вытягивает очень много сил. Нужно быть как минимум архимагами, чтобы исполнить все как надо, или нужен хотя бы источник. И в этот момент в моей голове всплыли слова господина Тойгера.

Храм — это большой источник! Эти двое выбрали правильное место. Однако при следующей мысли скрипнула зубами от злости.

Где они проводили ритуал, вызывая меня?! Это по их вине я сейчас так выгляжу и имею дополнительную пару глаз, без которых не работают основные. Так почему они сразу не провели ритуал в нужном храме?

Картинка начала смазываться, и я быстро заставила себя успокоиться. Любые сильные эмоции оборвут связь с сущностью крови, поэтому, глубоко вдохнув и медленно выдохнув, решила обо всем спросить у тигра. Кто-то задолжал мне объяснения, и пока все не расскажет, не отстану!

Покамест я приводила свой эмоциональный фон в порядок, двое мужчин (сделала вывод по телосложению) вознесли руки к потолку и начали тихо шептать странные слова, до сего момента мной неслыханные. Даже попроси — не повторю. В этом мире тоже несколько языков, но ни к одному из них эти слова нельзя отнести.

Я продолжала стоять, не в силах пошевелиться. С каждым их словом что-то происходило внутри пентаграммы. Сами таинственные мужчины, лица которых мне было не видно из-за капюшонов, не переходили черту круга, а стояли рядом, почти касались носками сапог, торчащими из-под балахонов, белой полосы.

В какой-то момент я почувствовало, что вокруг будто воздух заискрился. При каждом новом слове маленьких искорок становилось все больше, и они устремлялись в середину звезды, собираясь в один большой искрящийся шар. Приглядевшись, поняла, что этих светлячков рождал сам храм. Было красиво наблюдать за из синхронным танцем, и чем больше усиливался голос мужчин, тем больше их становилось.

Вскоре весь зал храма сверкал и трещал. Я вжимала голову в плечи, стараясь хоть как-то отстраниться и не стоять на их пути, но понимала, что бесполезно. Меня просто-напросто тут нет, однако все выглядело так натурально, будто сама участвовала в этом ритуале.

Светлячки продолжали проходить через меня, устремляясь к центру пентаграммы, пока сгусток не набрал определенный размер и не стал формироваться в человека.

Именно в этот момент мужчины перестали петь, и храм озарила яркая вспышка.

Все стихло.

Наверно, если бы я действительно присутствовала, мой пораженный вдох был бы первым, что нарушило бы тишину.

В центе зала стояла обнаженная девушка, вот только сотворена она была из света. Приятное белое сияние не раздражало глаз, и в нем можно было рассмотреть все, от тоненьких стройных ножек до милого личика с маленьким аккуратным носиком. Волосы ее были подобны золотому водопаду из густых вьющихся волос до поясницы. Она была словно куклой, вот только почему светилась?

Следующие манипуляции мужчин исправили это.

Один из них прошептал заклинание левитации, и кровь из чаш потянулись змейками вверх, собираясь теперь в красный шар над головой девушки. Как только все чаши опустели, кровь хлынула прямо на создание из света, вмиг погружая все в темноту.

— Свет, — послышался хриплый мужской голос, и зал осветила маленькая сфера голубого света.

Я вздрогнула, увидев мужчин возле невысокой девушки, испачканной полностью в крови. Было удивительно то, что пол остался полностью чистым.

— У нас получилось? — произнес другой мужчина и окутал бедное создание в какую-ту тряпку.

— Она жива, а это самое главное. Отправляемся к Дори, она приведет ее в порядок.

Его партнер по ритуалу кивнул, и оба достали артефакты перемещения. У меня все внутри сжалось от понимания, что они сейчас уйдут с той, что была мне близка по несчастью. Хотелось остановить их и защитить бедную девушку, но я продолжала стоять на месте, прикованная к оставшейся сущности крови.

Один из мужчин привлек к себе дрожащую девушку, и их окутало уже привычное сияние портала, однако что-то тут пошло не так: храм озарила не белая вспышка, а ярко-алая.

В последний момент я увидела, как силуэт девушки отлетел от мужского, и они оба пропали.

Остались только я и второй тип в балахоне.

— Бездна! — выругался он и исчез в сиянии портала.

На этот раз в белом.

Я осталась совсем одна в полной темноте.

Ног и рук я уже не чувствовала из-за долгого контакта с сущностью. Она-та без зазрения совести вытягивала все это время из меня магическую силу и продолжала мной питаться и дальше, не выпуская из своей памяти.

В груди стучало сердце, набатом звуча у меня в ушах. В легких не хватало воздуха, и я начала задыхаться. Именно невозможность вдохнуть подсказала мне, что пора как-то выбираться отсюда. Осталось только понять как, да еще при таких обстоятельствах, когда сильные эмоции уже не помогают?

В прошлый раз как-то само все вернулось, и я очутилась у целителя. Сейчас же я понимала, что отпускать меня никто не хочет. Все-таки нельзя предусмотреть все.

Свалившись на пол без сил, я почувствовала, как в груди начало жечь, а голова была готова вот-вот лопнуть. Не знаю, что в этот момент мной двигало, но я вспомнила, как Октавиан в кабинете помог мне, наполнив мой магический резерв необходимой энергией.

Захотелось вновь испытать ту легкость, и я из последних сил мысленно позвала змея.

Глава 11

Проснуться и увидеть первым делом золотую бородку Октавиана я мечтала меньше всего, но чуть погодя, вспомнив, что со мной произошло, была ей рада как никогда прежде. Как бы сильно я ненавидела змея, ощущать его рядом оказалось очень даже приятно.

— Проснулась, Мышка, — неожиданно прозвучал голос господина Тойгера со стороны водительского места.

На этот раз тигр воспользовался автопилотом и сейчас сидел, полуобернувшись к нам.

После его слов Октавиан резко опустил голову, и я пораженно отметила в его змеиных глазах облегчение и радость. Вот только длилось это не дольше секунды, так как в следующий миг невиданные ранее мной чувства в его глазах сменились на привычные гнев и ярость. Тут же захотелось провалиться сквозь землю, особенно когда наконец-то сообразила, что моя голова удобно располагалась на его коленях.

Попыталась подняться, но «подушка» решила, что я еще недостаточно належалась и придержала за плечи.

— Поговорим? — вкрадчиво предложил мой начальник, все еще прожигая меня злым взглядом.

— Прямо так? — сипло поинтересовалась и скосила глаза на тигра.

Тот старался делать вид, что тоже зол на мой поступок, но во взгляде читалось веселье с тем же облегчением, что и пару минут назад у змея.

— Не имею возражений, — нарочито спокойно ответил он, а затем как рявкнул, отчего я тут же собралась встать по стойке смирно, но сильная рука вновь удержала меня в лежачем положении: — У вас вообще голова на плечах есть, Белова?! На кой бес вам понадобилось выжигать себя?!

Испуганно похлопала глазами и перевела взгляд на тигра, подсознательно ожидая от него помощи, а лучше спасения.

Тойгер лишь пожал плечами, разведя руки в стороны, молча говоря, что не имеет права перечить начальнику. У-у-у, предатель! Мог бы и поубавить пыл змея.

— Все во благо жизни и мира на земле, — ответила, блуждая взглядом по крыше кипа и разглядывая в окне проносившиеся мимо здания и яркие вывески магазинов, лишь бы не смотреть на Октавиана.

Оказывается, мы уже давно в городе и сейчас куда-то летели. Надеюсь в штаб, а не заказывать мне гроб.

— Прошу не паясничать, Белова, — недовольно произнес Октавиан, а затем глубоко вдохнул и медленно выдохнул, подняв лицо к потолку.

Моему взору опять предстала его бородка. Золотые и твердые на вид волоски покрывали только его подбородок. Именно поэтому я всегда называла ее козлиной. И пускть она шла ему, но, как по мне, так лучше бы все мужчины брились. Так их приятнее целовать.

— И не думала, — поспешила заверить его и произнесла на одном дыхании: — Один из преступников — бруйт.

Змей хмыкнул.

— И как вы это поняли? Нашли на полу шерсть или кровь? Мы весь храм облазали, Белова, но смогли лишь отметить в магическом фоне отголоски одной ауры, и она вовсе не бруйта!

— А кого? — вмиг оживилась я и попыталась принять вертикальное положение.

— Вы не ответили на мой вопрос, — строго произнес змей, положив ладонь мне на лоб, тем самым удерживая мою голову у себя на коленях.

Да чтоб его!

— Я обратилась к сущности крови, что осталась в чаше, и именно она поведала мне о ритуале. Преступников двое, и одни из них — бруйт!

Ненависть к этому мужчине вновь вылезла наружу, и все это я сказала на повышенных тонах.

Мужчины молча переглянулись.

— Что значит «обратились к сущности»? — вкрадчиво поинтересовался Тойгер, чуть подавшись в нашу с Октавианом сторону.

Я раздраженно вздохнула из-за руки змея у себя на лбу.

— А то и значит, — как можно спокойнее ответила тигру. — Вам же известно, что я — адам, господин Тойгер. И поэтому как артефактор способна на многое.

— Совершенно верно, — согласился он. — Однако вы ни разу не обмолвились о такой способности.

— Если бы сказала, то вы не дали бы мне этого сделать, — пробубнила, отвернувшись от него.

— И это тоже верно, — все-таки услышал он. — И очень неприятно, когда нарушают обещания, госпожа Белова. Если бы не господин Лаус, мы бы с вами сейчас не разговаривали.

— Вы услышали мой зов? — удивленно спросила у змея.

— Услышал? — переспросил он, а затем фыркнул. — Почувствовал, Белова. Читать чужие мысли я не умею. И могли бы сказать спасибо.

Сморщив нос, нехотя произнесла:

— Спасибо.

— И чтобы больше никаких экспериментов! — потребовал Тойгер, и я смиренно вздохнула, а змей хмыкнул, молча говоря, что обещания несопоставимы с моим рвением помочь миру.

Так или иначе, я поступлю по-своему.

— Говорите, что еще узнали, — строго произнес Октавиан, продолжая удерживать мою голову.

Это ужасно раздражало, но вступать с ним в драку на глазах господина Тойгера не рискнула. Несмотря на то, что руки ужасно чесались.

— Преступников двое, — повторила свои слова, прикрыв глаза, чтобы не видеть внимательных глаз Октавиана. — Они использовали храм Жизни как источник. Им бы просто не хватило своих собственных сил на призыв, а поскольку в стенах храма были сущности камней, способные накапливать энергию, они воспользовались этим местом. Храму очень много лет, и уже давно никто не молился и не забирал энергию. Эти ребята — хорошие артефакторы, — со вздохом призналась я, хотя и презирала этих недоучек за провал в призыве с моим участием. — И совсем немного владеют магией слова. Они активировали сущности и перенаправили энергию, чтобы проломить саму грань миров. Этой бы энергии хватило обеспечить всю страну необходимой магией. Было умно использовать заброшенный храм.

— Но энергии сущностей недостаточно, чтобы перенести в наш мир живое существо, — озадаченно произнес змей, нахмурив брови. — Она способна лишь перенести духовную часть.

Я скривила губы в ухмылке.

— Тот, кто придумал эти ритуалы, был очень умным и сильным артефактором. Он знал особенности крови, а ее сущности способны на многое. Даже создать тело, подобно ауре.

— Как такое возможно? — изумился Тойгер. — Это же означает, что в своем мире при ритуале это существо умирает… — проговорил он и осекся, увидев мою грустную улыбку.

— И рождается в новом мире, со своими прежними привычками и умом, — закончила я, вздохнув.

Мужчины вновь переглянулись.

— Как давно вы знаете? — тихо поинтересовался Октавиан.

— Наверное, как только увидела пентаграмму. Было в ней что-то знакомое, — ответила ему, вспоминая первые чувства, что я испытала в храме. — Затем слова господина Тойгера заставили меня окунуться в прошлое и сопоставить факты.

В салоне кипа повисло молчание. Наверное, так даже лучше, чем выслушивать оправдания. Да, прошло много времени, и все бы могло сложиться иначе, если бы я сразу знала, что меня перенесли не высшие силы для спасения мира, а двое мужчин, при этом убив кого-то. Любому ритуалу нужна кровь, жертва…и ради чего? Ради чего погиб кто-то, чтобы здесь оказалась я? Явно, не для спасения мира. Может, я должна была и вовсе стать злодейкой? После этого хочется узнать еще больше, для чего тем мужчинам нужны эти ритуалы, а вернее те, кого они призывают. Сколько уже таких как мы? Времени-то много прошло…

— Очень тяжело принять правду, — сипло проговорила из-за вдруг пересохшего горла. — Но быть злодейкой меня не прельщает.

— Что вы этим хотите сказать, госпожа Белова? — оживился после моих слов тигр.

— А то, господин Тойгер, что я благодарна службе безопасности за то, что она не только сохранила мне жизнь и позволила познать этот мир, но и уберегла от участи злодея.

— Интересные у вас рассуждения, Белова, — с мягкой улыбкой на губах проговорил змей, отчего я даже засмотрелась.

Эту улыбку он всегда применял, когда был с друзьями. Искренняя и очаровательная, она заставляла всех девушек мечтательно вздыхать. Да что уж там, уверена, что и сейчас любая не устоит и улыбнется в ответ. И он всегда улыбался им, но не мне. Сейчас же она принадлежала только мне одной.

В груди что-то кольнуло, и я схватилась за нее, сжав челюсть из-за боли.

— Белова? — обеспокоенно спросил Октавиан, убирая свою руку с моего лба. — Что случилось? Где болит?

Боль отступила резко, как только чувство нежности к начальнику забылась в другом чувстве — удивлении.

— Что? — спросил он, ожидая моих слов.

А я просто лежала у него на коленях и удивленно смотрела на него снизу вверх. В какой-то момент мои губы против воли растянулись в луковой улыбке, и он все понял. Резко сменил маску на лице, и теперь вместо переживания я видела в его глазах только расчетливость и суровость.

— Все хорошо. Нерв, наверное, защемило, — с иронией ответила ему.

Перестать улыбаться я так и не смогла. Губы подрагивали и уже хотелось засмеяться в голос, вспоминая с каким беспокойством он спрашивал, все ли со мной в порядке. Да чтобы змей такое спросил у меня! Ха, ха и еще раз ха!

— Наверное, — сухо повторил он за мной и отвернулся к окну.

В этот момент я обратила внимание на господина Тойгера, и увидев, с каким интересом он за нами наблюдает, закусила губу.

Одно дело общаться с Октавианом на равных в его кабинете, а другое дело — при посторонних. И пусть тигр мне много раз уже помог, было не по себе, что он стал свидетелем нашего перехода на «ты».

— Прилетели, — отчего-то раздраженно произнес Октавиан и кивнул господину Тойгеру.

Я озадаченно посмотрела сначала на змея, а потом на тигра, который развернулся к рулю и перешел на ручное управление. Куда прилетели-то?

Захотела в который раз сесть, но и эта попытка увенчалась неудачей. Вновь сильная рука удержала меня, при этом чуть не задушив, когда кип резко остановился.

— Я жить хочу, — буркнула, уже наплевав на то, что рядом главный следователь.

— В храме мне так не показалось, — тоже особо не беспокоясь насчет речи, язвительно ответил мой худший кошмар со змеиными глазами.

Стрельнула в него злым взглядом, но заставила себя успокоиться. Он же спас меня, а значит, можно потерпеть. Я только одного не пойму — почему мне нельзя сесть?

Пока я над этим размышляла, господин Тойгер покинул салон, обошел кип и открыл дверцу со стороны, где сидел Октавиан, удерживая мою голову у себя на коленях. Я даже понять ничего не успела, как змей подхватил меня на руки и прямо так вылез наружу.

— Что происходит?! — воскликнула, с испугом посматривая вниз через его плечо.

Все-таки Октавиан высокого роста, и мне как-то дурно стало, видя как далеко до земли.

— Не ори мне на ухо! — рявкнул он поморщившись и пошел к дому.

— А зачем мы здесь? — даже и не подумала успокаиваться, тем более увидела, что мы прилетели к дому, где я снимаю комнату.

Если госпожа Таус дома, то мне потом в жизни не утолить ее интерес о моем появлении на руках Октавиана.

— И опусти меня уже! — прошипела не хуже змеи.

— Нельзя, — только и ответил он, а затем нажал на звонок.

Как и ожидаемо, дверь открыла хозяйка дома, уже отработав необходимые полдня няней. Ее глаза расширились в тот же миг, и это неудивительно. Я бы тоже пораженно замерла, увидев на пороге начальника службы безопасности в строгом сером костюме со мной на руках. Мало того, за нами еще стоял главный следователь и озорно улыбался.

— Здравствуйте, госпожа Таус, — вежливо поздоровался Октавиан.

Я дернулась, но добилась лишь того, что руки змея еще сильнее прижали меня к нему.

— Д-добрый день, — потрясенно ответила моя бедная хозяйка, недоуменно взирая на нас.

— Позволите зайти и отнести госпожу Белову в ее комнату? — продолжая вежливо говорить, спросил он.

Женщина с головой павлина кивнула и отступила в сторону. Прежде, чем змей зашел в дом, я слабо улыбнулась ей, пока еще сама не понимая, что происходит. Однако на этом мой позор не закончился — из кухни показались две рыжие головы.

— Мышка?! — пораженно воскликнул Лой и выскочил из прохода, преградив змею путь, который двигался в сторону лестницы.

— Что здесь происходит? — сурово спросил Ас, встав возле брата и скрестив руки на груди. Его лисий хвост метался из стороны в сторону. — Почему Диана у вас на руках?

Октавиан замер, но меня так и не отпустил. Я же удивленно смотрела на них, поражаясь их смелости. У них магии кот наплакал, так они все равно встали на пути сильного мага, не страшась его ауры.

При этой мысли пораженно замерла. Только сейчас я заметила, что мой резерв пуст, и не просто пуст — а абсолютно пуст! Почему же я до сих пор жива? Без магии маг погибает!

— Господин Тойгер, — властно произнес змей, и в тот же миг моих соседей-лисят подхватили за подмышки и уволокли в кухню.

Так, у кого-то явно заканчивается терпение.

Взглянув на Октавиана, гулко сглотнула, увидев его крепко сжатые губы. В полном молчании мы поднялись на второй этаж, и он с легкостью открыл дверь моим же ключом. Ладно, это-то я стерпела, а вот когда он преспокойно прошел к кровати, нарушая все правила приличия, и опустил меня на нее, я не выдержала.

— Да что же произошло?! — раздраженно воскликнула и попыталась сесть.

Размечталась! Змей и в этот раз зарубил на корню все мои попытки, спеленав покрывалом.

— Будешь в следующий раз думать головой, — зло проговорил он. — Только чудом ты осталась жива!

Я перестала дергаться в душном коконе одеяла.

— И это странно… — сипло произнесла и испуганно взглянула в его карие глаза с вертикальными зрачками. — Почему я не чувствую влияние твоей ауры?

Он с минуту смотрел на меня не мигая, а затем устало произнес:

— Ты выгорела.

Мое сердце пропустило удар.

— К-как выгорела? — хрипло спросила. — А почему я до сих пор жива?

— Я не знаю, — нехотя признался он, отвернувшись. — Но магии в тебе я больше не чувствую.

— Этого не может быть, — тихо сказала, и для уверенности попыталась перейти на магическое зрение, но добилась только сильной боли в висках.

Простонав, сжала руками голову. Змей в тот же миг оказался рядом, опустившись на край кровати.

— Не стоит, — мягко произнес он, отстраняя мои руки, чтобы самому прикоснуться к моей голове и убрать боль. — Дам тебе совет: не старайся колдовать и забудь об артефактах. Нужно время, чтобы разобраться, что с тобой произошло.

— А как же расследование? — выдохнула, ощущая, как боль сходит на нет.

— Это теперь только наша проблема. Ты постаралась на славу. Благодаря тебе мы знаем, кого искать.

— Но я еще не все рассказала, — тихо проговорила, смотря ему прямо в глаза.

Боль давно уже ушла, а Октавиан продолжал мягко поглаживать мои виски. Его лицо было близко, так близко, что я могла рассмотреть каждую чешуйку на его скулах.

Змей вдруг улыбнулся и провел тыльной стороной ладони по моей щеке.

— Ты не изменяешь своим принципам. Даже когда ты потеряла способность к магии, тебя больше всего волнует какое-то расследование.

— Ты не понимаешь, — схватила его руку, убирая со своего лица. — Это не просто какое-то расследование. Оно напрямую связано со мной. Те двое лишили меня дома и родных. Я хочу лично найти их и посадить за решетку!

— Так это уже месть, Белова, — укоризненно произнес он, покачав головой. — Нельзя объединять работу и личное. Это непрофессионально.

Зарычав, я отпихнула его.

— Это не только меня касается. Они призвали еще одну девушку, Октавиан! — зло проговорила на одном дыхание.

Услышав свое имя, змей дернулся, но не отстранился, как бы сильно я не упиралась ему в грудь.

— Девушку? — нахмурившись, переспросил он.

— Да, и именно сейчас она где-то в городе. Я не знаю, что точно там произошло, но портал одного из преступников не сработал, и их перебросило в разные места.

— Но почему ты считаешь, что именно она в городе?

— После того, как они исчезли, все сущности в храме сгорели под мощной вспышкой портала. Тоже самое происходит в городе. Это ее магия!

Змей нахмурился еще больше, обдумывая мои слова.

— Пожалуйста, позволь и дальше быть с вами, — тихо попросила, вцепившись в лацканы его пиджака.

— Тебе нужен отдых…

— Пожалуйста, — перебила его и захлопала глазами, делая вид, что вот-вот расплачусь.

Не прокатило.

— Тебе. Нужен. Отдых, — отчеканил он каждое слово и снял с меня очки.

— Что ты делаешь? — удивленно спросила, пронаблюдав, как он положил их на тумбочку. Туда, куда я обычно кладу их перед сном. — Ты же не собираешься…

Но договорить я не успела. Прикоснувшись к моему лбу, Октавиан тихо произнес одно лишь слово, которое заставило меня замолчать.

— Спи.

В тот же миг мои глаза сами собой закрылись, отрезая меня от реальности. Интересно, он со всеми девушками так поступает, не желая слушать их плач?

Тем не менее, заклинание сработало, подарив мне сон без сновидений. Как бы сильно я не дулась на Октавиана, он был как всегда прав — отдых был мне необходим. Боюсь, сама бы я после произошедшего в храме не уснула, однако и его чары не бесконечны, и пали с моих глаз в полночь.

В этот момент мне стало ужасно жарко в душном коконе покрывала, и я выбралась из него, откинув к стенке. Тело плохо подчинялось, но меня никто не удерживал, поэтому с облегчением вздохнула и перевернулась на бок, чтобы продолжить то, что велел мне начальник — спать.

На дворе была ночь, поэтому куда-то бежать и выяснять отношения со змеем сейчас я не видела смысла. Начальству тоже нужен отдых, да и чувствовала я себя выжатым лимоном, а в таком состоянии не то что мир спасать, даже встать невозможно. Если только на пол упасть, свалившись с кровати бренным телом.

И вот, проваливаясь в мир Морфея, обратила внимание на тихий шепот и стук по стеклу, будто помешивали ложкой чай. Странно, вроде в доме госпожи Таус не наблюдалось мышей, тем более разговаривающих и попивающих на ночь глядя чай. Без очков разглядеть причину звуков не было возможности. Да и темнота слепила, а тусклый свет ночного фонаря из окна только лишь очерчивал темные силуэты, в которых угадывалась мебель.

Но тут я прислушалась, задержав дыхание, и удивленно замерла, как только распознала голоса. Было желание прогнать ночных визитеров, но быстро подавила его, решив и дальше претворяться спящей, чтобы узнать, что они задумали. Было нагло с их стороны пробраться ко мне в комнату, в то время, когда я была под заклинанием сна. Но с другой стороны, за ними не было такого греха, значит, должна была быть веская причина.

— Ты уверен, что у нас получится? — обеспокоенно спросил, как я поняла, Ас. — Она же прибьет нас за это!

— Другого варианта я не вижу, — спокойно ответил ему Лой, которого я считала самым адекватным из них.

— Я не уверен, брат.

Лой ему ничего не ответил, вместо этого послышалось очередное помешивание, а затем аккуратные тихие шаги в мою сторону. И вот какой черт дернул меня за ногу, я не знаю, но, ощутив их близкое присутствие, хрюкнула, давясь смехом.

— Она не спит! — с ужасом воскликнул Ас прямо над моей головой и отшатнулся, отчего я хрюкнула еще раз.

— Переходим к плану «Б»! — прорычал Лой.

Дальше мне было уже не до смеха. Эти двое одновременно накинулись на меня, и если Ас придавил мне ноги и руки к кровати, то Лой одной рукой схватил за лицо и сунул мне в рот стеклянную колбу с какой-то дрянью.

На вкус она оказалась ужасно горькой, и я с силой сжала челюсти, не желая глотать ее. Жижа, встретившись с преградой в виде зубов, мерзко поползла по подбородку, стекая вниз.

Лой выругался, а затем нарочито ласково спросил:

— Не хочешь по-хорошему, Диана?

Я мотнула головой, вернее дернула в сторону, поскольку лис все еще удерживал мое лицо.

— Сама так решила, — страшным голосом произнес он и зажал мне нос.

Я только промычать успела, как тут же, из-за нехватки воздуха, пришлось сделать глоток скверного на вкус зелья. И давиться им мне пришлось до последней капли, дергаясь в стальном захвате Аса, а как только мной был сделан последний глоток, братья синхронно ковырнулись на пол и отползли на добрых три метра, будто я собираюсь взорваться.

Что ж, истина в этом была, поскольку внутри меня закипала злость и действительно была вероятность взорваться, выплескивая гневную тираду наружу.

Медленно, в силу своих возможностей, села и зло вытерла подбородок рукавом блузки. Спасибо Октавиану, что благоразумно не стал меня раздевать, а то сейчас было бы стыдно вдвойне.

— Вам жить надоело?! — прорычала, разглядывая два темных силуэта.

— Ты нам еще спасибо скажешь, — нисколечко не испугавшись, ответил Лой.

Он наклонил голову набок, и я готова поклясться, что его губы изогнулись в ехидной улыбке. У-у-у, рыжая наглая морда!

— Вам? За это?! — пораженно произнесла и резко подскочила на ноги, чтобы поколотить этого нахала, как вдруг перед глазами все поплыло, тело охватил жар, и я, покачнувшись, упала обратно на кровать.

— Что за?!.

— Действует! — восторженно воскликнул Ас, перебивая меня, и буквально подлетел к кровати, подхватывая мою руку. — Пульс участился!

Я вяло отмахнулась от него, а в следующую секунду мои ноги закинули на кровать, любезно укладывая меня в нее обратно.

— Если я умру, то буду всю жизнь преследовать вас в образе призрака! — пригрозила им, еле ворочая языком.

— Как скажешь, — усмехнулся Лой, сложив мне руки на животе. Как покойнику, ей-богу! — Спи, — ласково пожелал он, на что я красноречиво послала его как можно дальше.

— Утром поговорим! — раздраженно процедила я сквозь зубы напоследок, а перед полным погружением в беспамятство все же умудрилась дать подзатыльник Асу, когда он потянулся за одеялом, чтобы укрыть меня. Болезненное «ой» было лучше всякой колыбельной. Уснула я с довольной улыбкой.

Глава 12

Проснулась я задолго до будильника. Привычно потянулась за очками, а когда они оказались на носу, удивленно замерла, разглядывая пушистый рыжий хвост у себя на животе. Его хозяин мирно спал, отвернувшись зубами к стенке, и сладко посапывал. Внутри меня стало нарастать возмущение, оттого, что теперь придется кровать чистить от шерсти, но, наткнувшись взглядом на пустую колбу в его руках, резко позабыла обо всем и отрывисто выдохнула.

События вчерашнего дня и ночи вереницей промчались в голове, вызывая бурю эмоций.

У меня больше нет магии!

Страх и отчаяние волной нахлынули на меня, сжимая горло.

Что же теперь делать и как дальше жить? Все, что я умею, связано с магией! Как же было глупо с моей стороны полезть к неизвестной сущности, понадеявшись на свои силы. Еще в первый раз было понятно, что моего резерва просто недостаточно, чтобы удержать в руках волю и контроль. Так чем же я думала, когда обратилась к сущности крови? Точно не головой. И теперь пожинаю плоды своей же глупости.

Без магии мне больше нечего делать в службе безопасности. Работу я точно потеряла, а вместе с ней и комнату в этом доме, поскольку в моем распоряжении больше не будет столько средств, чтобы позволить себе здесь жить. Но хуже всего то, что Буся будет для меня недосягаемой. А без меня она пропадет, ведь благодаря мне, ее еще не уничтожили, как запрещенный артефакт.

Нет! Свою подругу я уж точно не брошу! Я ее создатель, а значит, отвечаю за ее жизнь. И так уж получилось, что без нее этот мир не будет той сказкой, в которой хочется жить.

Мысли о подруге помогли успокоиться и посмотреть на все с другой стороны. Я осталась жива, что очень странно. И даже Октавиан не знает, почему так произошло. Если ты родился магом, ты приобретаешь магический резерв, который играет большую роль не только в способности колдовать, но и отвечает за саму жизнь. Он словно второе сердце и тесно связан со всеми органами, поддерживая их. Поэтому маги долго живут и поэтому дорожат своим резервом. И лишь одна я его ни во что не ставила.

Он всегда казался мне просто новой особенностью, но никак не источником жизни. Даже когда я смогла почувствовать его, научившись на уроках по медитации заглядывать в свой внутренний мир, восприняла как нечто странное, но дружелюбное. Благодаря ему моя аура сверкала ярко, показывая его мощь, однако этой мощи оказалось недостаточно, чтобы сохранить немного магии и не выгореть при контакте с коварной сущностью крови. Плата за правду оказалось слишком большой, и сейчас я себя чувствовала обанкротившимся миллионером. Только утром была богата, как днем уже осталась ни с чем. Но все-таки я жива и не стоит опускать руки.

Страх и отчаяние уступили место решимости и стойкости духа. Несомненно, мне все еще было страшно, но пока не стоит впадать в депрессию, не узнав все подробности. Необходимо встретиться с Октавианом и как следует расспросить его обо всем случившемся.

Скинув хвост наглого соседа со своего живота, решительно села, опуская ноги на пол, вот только пришлось их в ту же секунду поднять обратно, услышав стон.

— Вот же! — прорычала, посмотрев вниз.

На маленьком синем коврике, свернувшись калачиком, лежал Ас, потирая бок на который я успела встать. Ну, это уже слишком!

— Живо убрал хвост с ковра! — воскликнула и наступила на него еще раз, уже осознанно.

— И это благодарность? — обиженно простонал он, выгибаясь, чтобы не быть растоптанным, что маловероятно с моим-то весом.

— Пнуть бы вас под зад, вместо благодарности! — гневно произнесла и повернулась к Лою.

— А ну пшел вон! — ударила кулаком его по спине.

Тот все еще претворялся спящим, но подергивающиеся при звуке моего голоса уши выдали его с потрохами. Ударила еще раз.

— Успокойся, женщина! — хрипло ото сна произнес он и одним резким движением уселся на краю кровати. Лис с зевком потер глаза и, прогнувшись в спине с хрустом, поднялся на ноги. — Ты действительно должна быть благодарна нам, — с укором произнес он.

— За то, что чуть не отравили? — съязвила, скривив губы в ухмылке.

— За то, что сможешь видеть магические потоки, — флегматично ответил он, пожав плечами. — Не сразу, конечно, но сможешь.

— Точно-точно! — вклинился в разговор Ас, уже оседлав стул спинкой вперед. — Уважаемый главный следователь поведал нам вчера, какая трагедия с тобой произошла, и вот, мы решили помочь тебе. Конечно, зелье еще ни на ком не было испробовано, так что мы сильно рисковали.

Я возмущенно запыхтела, и Лой поднял руку, привлекая к себе внимание.

— Диана, не руби нам головы сгоряча. Даже если бы зелье не сработало, ничего бы страшного с тобой не произошло.

— Ладно, — выдохнула, прикоснувшись к вискам, — я закрою глаза на ваш ночной визит и то, что спали в моей комнате, нарушив банальные правила приличия. Но можно же было как-то иначе мне его преподнести?! Утром, например?

— Увы, чем дольше бы мы ждали, тем меньше бы оставался шанс, что твоя аура не прекратит сиять. Да, резерва для магии у тебя больше нет, но аура до сих пор пытается ухватиться за магический фон. Зелье что-то вроде катализатора, и поможет ей. Ты сможешь переходить на магическое зрение.

С сомнением взглянула на него. Я плохо разбираюсь в зельях, но чтобы оно помогало ауре — впервые слышу.

— И у нас несомненно получилось! — вдруг весело произнес Ас, покачиваясь на двух ножках стула.

Зло глянула на него, молча предупреждая, что если ножки стула сломаются, я также сломаю ему ноги. Лис все понял и прекратил дурачиться.

— Вот когда получится перейти на магическое зрение, тогда и поблагодарю вас, — смирившись, ответила им. — А теперь вон из моей комнаты! После вас еще шерсть выметать придется. Благо блох не имеете.

— А вот это обидно, — надул губы Лой и неожиданно почесал макушку. — Нет у нас блох! — оправдываясь, воскликнул он, поняв, что сейчас сделал.

— Э-м, — неловко протянул Ас, бочком идя к двери. — Пойдем, брат. Нам еще необходимо убрать в комнате последствия после варки зелья.

Во мне вновь начало возрастать возмущение, поняв, что блохи-то как раз таки у них имеются. Резко вскочив, на краю сознания отмечая, что тело отлично меня слушается, встала в боевую стойку, готовясь их побить.

Избиение прервал звонкий звук будильника.

Покосившись на него, не успела глазом моргнуть, как эти два рыжих недоразумения мигом скрылись за дверью. Через несколько секунд хлопнула дверь их комнаты.

Я вздохнула и выпрямилась, а затем неосознанно почесала голову.

— Блин блинский! — буркнула, отдергивая руку. — Больше никаких бруйтов в моей кровати! После них вечно будешь ходить, покусанная блохами. Брр…чур меня!

Передернув плечами, начала стаскивать с себя испорченную блузку. Ей теперь после ночной атаки только одна дорога — в мусорное ведро.

То, что Лой и Ас были учеными в сфере зелий, я узнала не так давно. Получилось это совсем случайно — попробовала как-то раз из кружки Аса странный чай, так покрылась полностью белой чешуей, неплохо так напоминая своего начальника. Ора тогда, а вернее шипения, было много. Да так красноречиво я шипела, что эти двое быстро изготовили противоядие, вернув мне прежний облик. Кто ж знал, что чай тот был эликсиром повышения генов расы. Предназначался он исключительно для бруйтов, поэтому у меня был такой странный побочный эффект, и с тех самых пор я больше ничего не принимала у них из рук. Быть может, именно поэтому они решили накормить меня зельем насильно, привыкнув к моим отказам.

Вспомнив этот инцидент, решила не искушать судьбу и подошла к зеркалу.

— Уф, — с облегчением выдохнула, увидев в отражении обычную, но немного помятую себя.

Никаких изменений не было, не считая отсутствия магии.

— Блин! — выругалась, почувствовав вновь подступающую панику. — Не думай об этом, Диана. Все у тебя будет хорошо! — сказала своему отражению, прикоснувшись к гладкой поверхности зеркала и уверенно начала собираться на работу.

Вопросы требовали ответов, а получить их можно от Октавиана, по крайней мере, я на это надеялась.

Когда сборы были закончены, вышла в коридор и закрыла дверь на ключ. В этот момент вспомнился вчерашний эпизод, там, где я на руках у змея, и он открывает дверь этим же ключом. Закусив губу, качнула головой и пошла вниз.

Не первый раз я уже была на руках Октавиана. В академии он частенько закидывал меня к себе на плечо, чтобы потом скинуть в местный фонтан. Понимаю, что это не идет в сравнении со вчерашним днем, но не мое поведение я сейчас рассматривала, а его. Я все также чувствовала к нему только ненависть и тягу сделать какую-нибудь гадость, чтобы он в ответ разозлился и отчитал меня. Со стороны это звучит странно, но есть в этом своя прелесть. Так он хотя бы выделяет меня из кучи одинаковых девушек.

И вот теперь я в недоумении. Вчера мной был совершен самый большой «косяк», а Октавиан только несколько раз повысил голос. Мало того, его взгляд выражал столько новых эмоций по отношению ко мне, что наводит на странные мысли.

— А, Дианочка! — ласковый голос госпожи Таус застал меня врасплох, и я вздрогнула на пороге кухни. — Ты почему встала? Твой начальник сказал, что ты проспишь около двух дней и пожелал, чтобы я за тобой приглядывала все это время.

— Все хорошо, — подарила ей свою самую милую улыбку и прошла к плите, где закипал чайник.

— Точно? Щеки у тебя красные. Неужто температура?

Качнула головой, поворачиваясь к ней спиной.

— Просто жарко. Ночь была душной, да и сейчас чувствуется жара. Лето выдалось на славу, — быстро ответила ей и уселась за стол с кружкой чая.

— А чай-то горячий, — усмехнулась хозяйка уютного дома и подмигнув мне, вышла из кухни. — Раз все хорошо, я пошла на работу!

Через несколько минут хлопнула входная дверь.

Даже не знаю, радоваться мне или нет, что она ничего не спросила об Октавиане, но свои выводы госпожа Таус сделала однозначно. И ведь они совершенно неправильные!

«А почему ты так считаешь?» — вдруг ехидно спросил внутренний голос, заставляя меня поперхнуться чаем.

— А потому! — зло произнесла вслух и встала из-за стола, намереваясь отправиться на работу прямо сейчас.

Чай оказался действительно горячим, поэтому пылающий огонь внутри себя списала именно на него. Не любовь же это, право слово?

Бред.

Стоя в общественном кипе, нервно рассмеялась, вновь подумав о чувствах змея. Народ с подозрением покосился в мою сторону. Пришлось быстро брать себя в руки, а то подумают, что едут с неуравновешенной особой. Вон уже как косятся. Однако успокоиться мне удалось только по прибытию к зданию службы безопасности. Наверное, у меня действительно нервы сдали от произошедшего со мной несчастья, вот и кажется, что Октавиан стал ко мне испытывать другие чувства помимо ненависти.

Я скорее умру, чем в это поверю!

Заходить в здание почему-то было страшно. Начальство, что змеиное, что тигриное, не обмолвилось о том, следует ли мне приходить на работу после случившегося, или нет. Чует моя пятая точка, что никто из них меня не ожидает увидеть здесь, да и как назло вспомнились слова госпожи Таус, что ей было велено за мной приглядывать. И почему я не подумала об этом дома?

«Твои мысли были заняты более приятными вещами», — продолжал издеваться надо мной мой внутренний голос.

Скрипнув зубами, затолкала страх поглубже в себя и уверенно зашла внутрь здания. Правильным решением было бы связаться с секретарем начальника и спросить у нее обо всем, но вспомнив, что мой артефакт связи больше не жилец, посчитала свой поступок оправданным. Мне нужны ответы, и я не готова ждать так долго!

Лифт приехал быстро и абсолютно пустым. Хоть в чем-то повезло. Пока он мягко поднимался наверх, прокручивала в голове вопросы, которые необходимо задать змею. Их было множество, но стоило дверям лифта распахнуться на нужном этаже, они все разбежались, оставив после себя гул ветра.

— Белова? — изумленно спросил Октавиан и, моргнув, схватил меня за руку и выдернул из железной коробки. — Почему вы здесь?! Вам было велено лежать дома! — прорычал он, прижав меня к стене.

— Я… — выдохнула, оторопев от его напора.

— Вы, — строго произнес он, смотря мне прямо в глаза.

Невольно повела плечами под его взглядом. Сегодня он был слишком тяжелым…уставшим?

— С вами все в порядке? — проигнорировав его вопрос, робко произнесла свой.

Я знала, что Октавиан будет злиться, но не настолько, чтобы вдавливать меня в стену и требовать немедленного ответа.

С минуту он внимательно смотрел на меня не мигая. Стоял змей близко, поэтому мне было отлично видны синяки под его глазами. Неужели опять работал всю ночь?

— Господин Лаус? — тихо спросила, так и не дождавшись ответа, но вот он прикрыл глаза, тяжело вздохнул и неожиданно положил голову мне на плечо, уткнувшись в него лбом.

Золотые волосы, несобранные в этот раз в хвост, шелковым водопадом закрыли его лицо, рассыпавшись у меня на груди. Я еще больше оторопела от такого, не зная, как быть и что делать.

Дверцы лифта открылись, выпуская работников службы. Все они занимали не самые последние посты, поэтому неловко улыбнулась, когда они с вытянутыми от удивления лицами застыли на пороге, так и не ступив в коридор.

Октавиан не шевелился, и мне пришлось совсем обнаглеть и махнуть зевакам, чтобы они поспешили и не мешали начальнику переводить дух после тяжелой ночи. На удивление, они меня послушались и поспешно исчезли в своих кабинетах. Я же не знала, что делать дальше.

Было желание погладить его по голове, тем самым пожалеть или успокоить, но странное чувство брезгливости требовало ничего не предпринимать. Как-нибудь сам отлепится от меня.

— Кхе, — кашлянула в кулак, когда прошло не меньше пяти минут.

Плечо уже ныло, а змей так и не отстранился, спокойно, мерно дыша, будто уснул.

Ноль внимания.

— Кхе-кхе, — повторила уже настойчиво, однако и это не помогло. Вот точно уснул! — Лаус?

Я прикоснулась к его плечу, намереваясь потрясти, но в этот момент на всем этаже замигал свет, а стены заходили ходуном.

Октавиан в тот же миг выпрямился, окинул действительно сонным взглядом коридор, лампы и закончил на мне.

— Это не я.

— Знаю, — вдруг резко произнес он и втолкнул меня в лифт, который заклинило, и он то открывал дверцы, а то рваными движениями закрывал их обратно.

— Он сломался, — пискнула, чувствуя, как трясется пол под ногами. — Он не поедет! Лучше лестница.

Собралась уже выскочить, как путь преградила рука Октавиана. Сглотнув, посмотрела на него.

— Поедет, — уверенно заявил он и магией заставил лифт заработать.

Дверцы наконец-то плавно закрылись, и мы начали спускаться, игнорируя сигналы с других этажей.

— Что происходит? — спросила, все еще ощущая дрожь.

Здание было одним большим организмом, состоявшим из артефактов. Все они были качественными и надежными. Требовалось много сил для их деактивизации, поэтому мне было не по себе от происходящего. Даже если кто-то захочет переместиться сюда порталом — пострадают соседние здания, но не это. Так почему же все артефакты будто сошли с ума?!

— Мы ее нашли, — не сказал, а выдохнул Октавиан, продолжая магией направлять лифт вниз.

— Ее?… — недоуменно переспросила, не понимая пока ничего.

— Ту девушку, которую перенесли в наш мир ритуалом, — взглянув на меня, ответил змей. — Вы были правы, Белова. И именно ее сейчас допрашивают.

— Ее допрашивают? — как попугай повторяла за ним. — Но зачем? Вряд ли она что-то помнит.

— Любая информация сейчас важна. Мы должны понять, почему проводятся ритуалы, а самое главное — для чего?

Лифт плавно остановился, любезно распахнув перед нами дверцы. Октавиан молча вышел, не обращая внимания на суетившийся в вестибюле персонал, и спокойно прошел к другому лифту. Я следовала за ним хвостиком, но все же с интересом и страхом смотрела, как вежливо просят всех посетителей покинуть здание. Оно, к слову, все еще дрожало, да так, что с высокого потолка сыпалась побелка.

— Я только одного не пойму, — тихо произнесла, когда дверцы лифта отрезали нас от эвакуации. Было не по себе от того, что мы не следовали за всеми, а наоборот, спускались вниз.

Октавиан наклонил в мою сторону голову, молча сообщая, что внимательно меня слушает.

— При чем тут допрос и то, что происходит в здании?

— Есть общеизвестный факт, что чем чище кровь, тем больше способности в магии, — произнес он, и совсем не то, что я хотела услышать.

— Совершенно верно, — рассеянно кивнула на его слова.

— А почему? — неожиданно спросил змей.

Я пожала плечами, поскольку на этот вопрос существует множество гипотез. И все они, по сути, имели место быть.

— Кровь помогает магическому резерву вырабатывать магию, и чем она чище, тем легче магу колдовать.

— То есть, его магия сильнее, — подытожил Октавиан, и я кивнула еще раз. — Меня всегда поражали твои способности, Белова, — продолжал удивлять меня змей. Я даже невольно вздрогнула, когда он перешел на «ты». Или это лифт остановился?

— И чем же? — с интересом поинтересовалась, выходя в коридор в серых тонах. Свет здесь мигал куда сильнее, норовя совсем отключиться.

— Ты поистине сильный артефактор, — уверенно произнес он.

— Была, — невесело поправила его, на что он покачал головой и продолжил:

— Каждое твое творение уникально, но имеет опасные качества. Я с интересом наблюдал за твоими экспериментами и порой мне было тяжело подписывать бумаги на их уничтожение, не дав им себя проявить.

— И это говорит начальник службы безопасности? — усмехнулась, идя рядом с ним. — Однако я все еще не понимаю, что тебя так интересовало в них?

— Может во мне живет темный властелин, который восхищается опасными артефактами? — пафосно произнес он, и я прыснула от смеха.

— О да, из тебя вышел бы замечательный темный властелин, — произнесла, хихикая.

— Ты так считаешь? — лукаво улыбнулся он и неожиданно подмигнул мне, отчего я сбилась с шагу и чуть не потеряла очки.

— Да, — уже сухо ответила, отвернувшись от него.

И чего это он?

— Пришли, — послышалось не менее сухое, и мы остановились напротив железной двери с маленьким стеклянным окошком.

Мысленно перевела дух. Мне одновременно и нравился такой Октавиан, и нет. Любой бы девушке понравилось такое внимание, вот только что-то продолжало меня грызть изнутри и требовать сойти с тропы очарования со стороны змея каждый раз, как он начинает себя странно вести. Не могла я смотреть на него иначе. Почему? Самой бы знать…

Октавиан взглянул в окошко и нахмурился. Рассмотреть, что там, я не могла в силу своего роста.

— В разговор не встревай, а просто наблюдай, — обратился он ко мне, продолжая смотреть в окошко.

— Слушаюсь и повинуюсь, — буркнула и удосужилась сурового змеиного взгляда. — Хорошо, — уже нормально ответила ему.

Змей кивнул, и мы все-таки зашли в комнату, где обычно допрашивают преступников. В таком небольшом помещении я была впервые, поскольку к расследованиям меня никогда не допускали. Только протоколы некромантов хоть как-то, но связывали меня с моей мечтой.

Переступив порог, с интересом окинула комнату все в тех же серых тонах, что и коридор, и только потом обратила внимание на присутствующих здесь людей.

Господина Тойгера я узнала сразу. Он тихо стоял в сторонке, подперев одну из серых стен, и спокойно смотрел и слушал занимательный разговор младшего следователя с миловидной девушкой, что сидела на стуле за железным столом. Ее руки были в наручниках, которые крепились к столу небольшой цепью. Они были антимагическими и блокировали любую магию. Так почему здание до сих пор трясется?

Подойдя к тигру и встав, как и он, возле стенки, с интересом стала разглядывать девушку. Она чем-то походила на ту, что я видела в храме после ритуала, вот только была чистой и одетой в спортивный костюм, в котором обычно тренируются наши девушки в службе безопасности, чтобы поддерживать форму. Долго думать не пришлось, почему она в нем. Видимо, ее нашли в той тряпке и измазанную в крови, и посчитали сначала отмыть и переодеть, прежде чем допрашивать.

Невольно улыбнулась. Все же у нас работают не изверги, а приличные люди.

— Повторяю еще раз, с какой целью вы прибыли в наш мир? — почти что рыча, спросил младший следовать, сжимая и разжимая кулаки на столе.

Недоуменно посмотрела на него, а затем на нее. Чем она его так разозлила-то?

Девушка тяжело вздохнула и опустила голову на сцепленные наручниками руки. Пышные каштановые волосы волнами рассыпались по ее плечам и столу. Стало почему-то жалко ее. Посмотрела на Тойгера, но он не подавал признаков жалости, сурово поглядывая на нее. А мне, помнится, улыбался.

Хотела спросить, по какой причине все такие хмурые, как вдруг услышала нечто невероятное:

— Я вас не понимаю… — чуть ли не плача, простонала она по-русски.

От знакомых звуков родного языка у меня зашевелились волосы на макушке.

Как же давно я его не слышала…

Глава 13

Я настоящим образом забыла как дышать. Стояла и во все глаза смотрела на нее, желая услышать что-нибудь ещё.

— Да она издевается над нами! — грубо воскликнул младший следователь и раздраженно запустил пятерню в волосы пепельного цвета. Его волчьи уши прижались к макушке.

— Господин Тойгер, — вдруг подал голос Октавиан, обращаясь к тигру.

— Я лучше здесь постою, — усмехнувшись, ответил главный следователь. — Моя персона ее только пугает.

— А вы пробовали?

— Верещала на всю допросную. Только недавно успокоилась.

— Ясно, — кивнул змей в знак понимания и сам сел на стул, прогнав младшего следователя.

С минуту он разглядывал ее макушку, поскольку она так и не подняла голову. Умаялась, бедняжка. Мне опять стало ужасно жалко её и захотелось увести эту хрупкую девушку подальше от этих злых дяденек, которые, когда им надо, считают, что мужчины и женщины равны.

Чувство жалости заполнило меня до краев, когда она в очередной раз тяжело вздохнула. Сейчас я видела в ее лице маленького котенка, которому требовалась материнская забота.

Сделала шаг вперед, но господин Тойгер схватил меня за локоть и вернул обратно. Посмотрела сначала на его руку, которой он продолжал удерживать меня, а потом подняла на него хмурый взгляд и заглянула в золотисто-желтые глаза. Тигр молча покачал головой. Я насупилась, но перечить начальству не стала.

— Здравствуйте, — неожиданно произнес Октавиан, отчего я вздрогнула, а захват на локте усилился.

И вот вроде обычное приветствие, которым пользуются абсолютно все, но удивило меня не оно, а то, как именно его произнес змей. Сколько уже с ним общаюсь, но такого бархатистого и ласкового голоса в его исполнении ни разу не слышала.

Я удивленно посмотрела на прямую спину змея, и было такое ощущение, что вижу его впервые.

Девушка тоже не удержалась и вскинула голову. В ее глазах читалось не меньшее удивление, чем в моих. Приоткрыв немного рот, она стала внимательно разглядывать Октавиана, и чем больше она смотрела, тем больше мне не нравился растущий интерес в ее глазах к начальнику службы безопасности.

Что в нем такого, отчего она так на него смотрит? Младший следователь и то симпатичнее, чем Октавиан со своими жуткими змеиными глазами. Но тем не менее, девушка продолжала смотреть на змея прямо, не отрывая взгляд. Мне бы ее силу воли!

— Здравствуйте, — сипло ответила она, как-то угадав, что сказал Октавиан. Говорила она по-прежнему по-русски.

На этот раз вздрогнул змей, однако сделал он это почти незаметно. Наверное, только я и тигр увидели это, поскольку хорошо знали Октавиана.

Тем временем здание перестало трястись как осиновый лист, отчего наступила приятная тишина. Лишь светильники все еще мигали, но делали это плавно, гаснув не до конца.

— Интересно, — изрек начальник службы безопасности, откидываясь на спинку стула. Он хотел повернуть голову в нашу с тигром сторону, но в последний момент передумал и выпрямился обратно. — Она чистокровный адам…

— Да что вы все заладили! — неожиданно зло перебила она его, стукнув кулаками по столу, и в тот же миг я почувствовала дрожь в полу. — Адам, Адам…Да какой я вам Адам?! У меня грудь! — Выпрямила она спину, и футболка красиво очертила ее грудь. По выпирающим соскам было вино, что девушка без бюстгальтера, и все присутствующие мужчины синхронно втянули воздух через нос. Даже я завистливо вздохнула, поскольку грудь у нее действительно была красивой. — Скорее Ева! — возмущенно произнесла она, как и змей, откинувшись на спинку стула.

Цепь шумно прокатилась по стулу вслед за ней, будто подтверждая ее возмущение.

Наступила тишина, где все мужчины с вытянутыми лицами смотрели на нее.

— Так ваше имя Е…Ева? — спросил Октавиан с запинкой на предполагаемом имени, и я не выдержала — тихо захихикала, уткнувшись носом в предплечье господина Тойгера.

— Да-да, женщина я, а не Адам! — важно кивнула девушка, еще больше заставляя меня хихикать.

— Белова, с вами все в порядке? — тихо спросил Тойгер, отпустив мой локоть.

Я кивнула, но так и не смогла успокоиться, продолжая тихо смеяться. Просто мне вспомнилось, как и мне было странно слышать от других про Адама, совсем не понимая, почему они считают меня мужчиной, пока не разобралась, что в их понимании это означает человеческую расу. Но самое смешное то, что и наш Адам, и их адам звучат абсолютно одинаково. Поэтому девушка, как и я когда-то, сейчас возмущается, слыша это слово в свой адрес.

Видя, что успокаиваться я не собираюсь, Тойгер завел меня за свою спину, да еще хвостом приобнял за бедра! Это отрезвило, и я тотчас взяла себя в руки, однако выпускать меня не спешили, немного придавив к стене.

Да это уже хамство!

— Господин Тойгер! — тихо прорычала, упершись руками в его стальную спину. — Требую свободу попугаям!

— Птиц тут не наблюдаю, — флегматично ответил он, а затем усмехнулся и лукаво добавил: — А вот непослушные мышки имеются. Вы же не хотите, чтобы на вас обратили внимание, госпожа Белова?

— Не горю желанием, — пыхтя от старания его отодвинуть, ответила ему. — Но и раздавленной не желаю быть!

— Так я даже не старался, — пожал плечами тигр, но все же отпустил меня.

Облегченно выдохнула, когда встала обратно на свое место. Господин Тойгер не устает меня удивлять своим поведением, но не скрою — его методы зачастую помогают. Сейчас мой эмоциональный фон желает лучшего, и если бы не тигр, то нарвалась бы на очередные неприятности. Тут, между прочим, допрос ведут, а я нашла время для смеха. Непрофессионально, как бы сказал Октавиан. Но ничего с собой поделать не могу. Нужно время, чтобы прийти в норму.

Пока мысли о моей бесполезности как мага не завели меня не в ту степь, дала себе мысленную оплеуху и сосредоточилась на змее, который за все то время, что я воевала с главным следователем, не проронил ни слова, а просто поглядывал на светильник.

Артефакт света продолжал мигать. Эти артефакты всегда были чувствительны к любым магическим волнам, поэтому нет ничего удивительного, когда видишь, как мигает свет. Вот только магический фон посылает импульсы не так часто, как сейчас мигает светильник. Его, однозначно, тревожит совсем другой источник.

Грустно вздохнула и завистливо посмотрела на змея. Сейчас бы даже душу продала, лишь бы посмотреть на артефакт магическим зрением! Но чего не имею — того не имею.

— Она артефактор, — задумчиво изрек Октавиан. — И очень сильный артефактор. Сама того не ведая, девушка выбрасывает магию, сжигая сущности артефактов. Не каждый способен вырабатывать столько магии, и при этом выглядеть здоровым.

Я невольно фыркнула на его слова и тут же получила толчок в бок со стороны тигра. Да помню, помню — не привлекаем внимание. Вот только слышалась некая угроза в словах змея. Его можно понять, ведь безопасность города — это его самая большая обязанность, а тут появляется девушка, которая уже натворила немало бед, чуть не убила меня и Бони. Она опасна, и это понятно всем присутствующим в этой комнате, но они рассматривают ее так, как будто она знает об этом мире все, в том числе и о магии. Да мне потребовалось много времени, чтобы научиться видеть магический фон, и это при том, что меня сразу отвели в то место, где этому обучают! А с этой девушкой все иначе, и поэтому мне не понравились слова Октавиана.

— Когда она увидела господина Тойгера, чуть все артефакты здания службы безопасности не деактивировала! Вы можете себе это представить! — запричитал младший следователь. — Не считая дворца, это одно из самых защищенных от таких случаев зданий в городе. Как она смогла повлиять на все артефакты одновременно? Ее следует посадить в камеру для особых опасных! Да еще в антимагическую пленку завернуть!

Ничего себе заявление!

— У нее действительно сильный и опасный дар, — согласился с ним змей, отчего мое сердце пропустило удар. — И нельзя забывать, что ее призвали ритуалом.

Да как они не понимают, что она в этом не виновата! И из-за этого в карцер?!

— Но вряд ли и это удержит ее магию. Мало того, сделаем только хуже, поскольку напугаем еще больше. Необходимо вывезти ее из города и поселить в антимагической зоне, пока не поймем, для чего ее призвали.

«И коротать ей все это время в одиночестве, чтобы совсем сойти с ума?» — не согласился с ним мой внутренний голос.

А что я могу сделать? Как ее оставить в городе, чтобы все показать и объяснить, чтобы она не чувствовала себя изгоем? Как только она сюда попала, она всего лишилась. Ее нельзя оставлять одну…

— А что с ее резервом? — спросил господин Тойгер, и я заметила, как дернулась девушка при звуке его голоса.

Могу себе только представить, что она испытывает при виде его.

— Артефакт определения резерва просто-напросто сгорел, — произнес другой мужчина, который работал в том же отделе, что и я. — Полагаю, он у нее больше, чем вместе взятые резервы у всех нас, господа.

— А такое возможно? — удивленно поинтересовался младший следователь, навострив волчьи уши.

— У Великого артефактора был безграничный резерв, — тихо поведал Октавиан, барабаня пальцами по столу, раздумывая.

Девушка сидела тихо, каким-то чудом чувствуя, что речь идет о ней. Недавнее возмущение пропало без следа, и теперь в ее глазах читался только страх, особенно когда она смотрела на тигра.

У меня же предел удивления достиг точки максимум. Если она такая же, как и Великий артефактор, то любые антимагические артефакты, которые блокируют магию, бесполезны. Выход действительно только один — место, где вообще нет магии, и если ее не увезти из города, в любой момент может произойти настолько сильный магический выброс, что город останется без артефактов. А не будет их — начнется паника.

— Вы думаете, она такая?

— Нельзя этого исключать, — ответил змей и взглянул в такие же карие глаза девушки, как и у него. — И это еще больше говорит о том, что ее необходимо изолировать.

Двое охранников, которые стояли возле двери, тут же подошли к девушке с обеих сторон. Не успела я моргнуть, как Октавиан дал указание увезти ее из города, подписав протокол, который все это время лежал на столе. В глазах девушки отразилась паника вперемешку со страхом, когда один из бруйтов отцепил цепь от стола и потянул ее на себя, чтобы пленница, а именно ею девушка сейчас и являлась, последовала на выход вслед за стражей.

— К-куда вы меня ведете?… — прохрипела она, вцепившись руками в стол и смотря на Октавиана. — Я…я ничего не понимаю…

Здание вновь задрожало, посыпая нас сверху штукатуркой. Не удержавшись, я громко чихнула, отчего девушка вздрогнула и по стене поползла трещина.

— Ой, — тихо произнесла, поправляя очки.

— Увести! — одновременно со мной произнес Октавиан, и второй бруйт отцепил руки девушки от стола и заставил ее подняться.

Это он зря.

Один за другим начали разлетаться с хлопком светильники, и все присутствующие прикрыли головы руками от летящих осколков стекла. С каждой секундой в допросной становилось все меньше и меньше света. И как только последний артефакт света последовал примеру своих близнецов, над моей головой зажглась, разгоняя темноту, голубоватая сфера.

Я посмотрела на тигра и заметила, как его губы беззвучно шевелились, читая заклинание. Спустя несколько секунд в комнате уже было около десятка таких сфер, хорошо освещавшись каждый угол.

— Да кто вы такие?! — осипшим голосом спросила девушка, с ужасом смотря на парящие сферы. — Так не бывает! — воскликнула она, и трещина в стене стала шире, расходясь маленькими кривыми линиями в разные стороны.

Никто ей не ответил. Да и что они могли ей сказать, ведь они не понимали, что она говорит. И когда бруйт потянул ее к выходу, девушка впервые посмотрела на меня. Меня будто током прошибло от взгляда, полного страха. И пускай ее ведут вовсе не на казнь, а просто хотят увезти подальше от города, она этого не знала и считала, что все совсем наоборот.

— Стойте! — все же решилась я, чувствуя, как в груди колотится сердце, готовое вот-вот выпрыгнуть наружу. Пускай я поступаю против указаний начальника не встревать в разговор, но и они неправильно поступают по отношению к девушке. — Не надо ее никуда увозить, — уже тихо произнесла, чувствуя на себе взгляды всех присутствующих.

— А ты видишь другой выход, как сохранить город в том виде, в каком его привыкли видеть жители? — язвительно спросил младший следователь. — Она уничтожит все артефакты!

— Нужно подумать, — ответила ему, нахмурившись.

Октавиан тяжело вздохнул и поднялся на ноги, чтобы подойти ко мне.

— Белова, нам сейчас некогда слушать ваши варианты. Первым делом эту девушку стоит увезти из города, а уже потом разбираться во всем остальном. Мы не можем рисковать, а если пострадает дворец, тогда всем придется несладко.

— Но меня же вы оставили! — упрямо напомнила ему, смотря в змеиные глаза.

— Вы, Белова, были ни на что не способны, когда проснулись, — сурово проговорил змей, сверля меня злым взглядом. Я гулко сглотнула. — Это только сейчас, когда вы окончили академию, мы натерпелись от вас. И то, только от ваших артефактов, а не от вас самой!

После слов змея в комнате повисла тишина. Я обвела взглядом каждого, надеясь увидеть хоть какую-нибудь поддержку, но все были согласны с начальником. На кого бы я ни посмотрела, все опускали глаза к полу.

— Вот как, — сухо произнесла и поджала губы.

— Кто-нибудь еще хочет что-нибудь сказать или спросить? — обратился ко всем Октавиан, продолжая смотреть только на меня. — Нет? Отлично. Увести девушку!

Все вновь зашевелились, в том числе и здание, которое замерло во время нашего разговора. Змей развернулся ко мне спиной и пошел вслед за стражей, попутно стараясь блокировать выбросы магии испуганной девушки.

— С вами все в порядке?

На мое плечо опустилась рука тигра, немного сжав его.

— Как можно так поступать с тем, кто совсем не знает этот мир?

— Это всего лишь меры предосторожности, госпожа Белова, — со вздохом ответил бруйт. — Вы сами видели, на что она способна. Сейчас потребуются хорошие заклинатели, чтобы вывезти ее из города, блокируя магию, которую она невольно выбрасывает.

— Может господин Лаус и прав, — тяжело вздохнула, смотря, как вышел младший следователь вслед за Октавианом. — Да вот только пока ее довезут, у нее может случиться сердечный приступ. Или сотворит что-нибудь страшное, и ее убьют на месте! Ей очень страшно.

— И нам тоже, — вдруг произнес тигр, отчего я вскинула голову и удивленно посмотрела на него. — Мы не знаем, для чего ее призвали. Однако та сила, которой она обладает, заставляет действовать осторожно, что не всегда в пользу носителя этой силы.

— Наверное, — согласилась с ним, понурив голову.

— Пойдемте, Белова. Я вас провожу до кабинета.

— А толку-то? Работать с артефактами я больше не могу. Я сюда ехала, чтобы поговорить с Лаусом о своей дальнейшей жизни.

— Не стоит торопить события, Мышка, — с улыбкой произнес тигр, подталкивая меня в сторону двери. В комнате мы остались совершенно одни. — Надо верить.

Я улыбнулась, услышав свое прозвище, сказанное так ласково.

— Вы думаете, есть надежда вернуть магию?

— Магия уже сама по себе чудо, а чудо дается тем, кто верит. Верьте, госпожа Белова, и магия обязательно вернется. Ваша аура сияет, значит не все потерянно. Да и вы остались живы после полного выгорания. Разве это не заставляет вас не опускать руки?

В голове тотчас промчались кадры ночи и утра с участием двух лисят. Наверное, только благодаря им моя аура не угасла совсем. Что ж, стоит им сказать спасибо.

— Вы совершенно правы, господин Тойгер, — улыбнулась ему, когда он услужливо пропустил меня первую в лифт.

— Вот и хорошо, — вздохнул он, и дверцы лифта сомкнулись.

Весь путь наверх мы промолчали. Мне все еще было не по себе от того, что произошло в допросной, поэтому совсем не запомнила, как мы перешли в другой лифт, а затем, как Тойгер довел меня до моего кабинета. Здание перестало дрожать и все выглядело как прежде, хотя судить не могу — магическое зрение мне теперь не под силу.

— Господин Тойгер, — обратилась к нему, прежде чем зайти в кабинет.

Я стояла к нему спиной, взявшись за круглую позолоченную ручку двери. Он не спешил уходить, чувствуя, что я еще не все спросила, и ожидал, когда соберусь с мыслями.

— Да? — услышала я за спиной.

— Там, в допросной, вы интересовались резервом девушки.

— Значит вы что-то, но все же запомнили, — с усмешкой произнес он, но я не обратила внимание на небольшую издевку в мой адрес и продолжила спрашивать:

— Прежде чем спросить, вы просканировали ее ауру, не так ли?

— Совершенно верно, — продолжал он говорить с улыбкой на губах.

— И что вы увидели? — тихо спросила и посмотрела на него через плечо.

Глаза тигра сверкнули золотом, а улыбка стала шире, показывая острые зубы.

— Думаю, вы и сами прекрасно знаете ответ, госпожа Белова, — многозначительно ответил он, склонив голову, а затем развернулся и пошел в сторону лифта, плавно повиливая полосатым хвостом.

— Знаю? — недоуменно спросила саму себя, повернувшись к кабинету. Посмотрела на свое искаженное отражение на поверхности ручки двери и все поняла. — Знаю, — с улыбкой ответила и открыла дверь.

В кабинет я не вошла, а влетела, быстро преодолев расстояние до шкафа. Буся от такой внезапности плюхнулась в воду, до этого восседая на ободке аквариума.

— Где же он?… — нервно спросила, шаря по полкам. — Был же тут.

— Он переселился на самый верх, — недовольно буркнула подруга, поняв, что я ищу. — Есть захотел, вот и полез к другим артефактам.

Посмотрев, куда указывает золотая рыбка, облегченно выдохнула, но затем сердито поджала губы. Луд смиренно лежал на самой верхней полке, прижавшись к моей любимой подзорной трубе. Вот гад! Позарился на самое дорогое!

— Ну ничего, сейчас мы тебя накормим на всю жизнь! — воинственно воскликнула, поправляя очки на переносице, и уверенно подтащила к себе кресло.

Камень-артефакт будто услышал меня и подполз к самому краю полки, чтобы мне было легче его достать. И как только он оказался в моей руке, я почувствовала слабость.

— Какой ненасытный. Но так даже лучше! — радостно произнесла, прихватив еще тоненькую цепочку.

— Эй, а объяснить ничего не хочешь?! — догнал меня вопрос Буси перед самой дверью. — Ты врываешься в кабинет после долгого отсутствия и ищешь испорченный артефакт. Странно все это. Мне нужны ответы, Белова! Где пропадала, почему меня кормят посторонние, и почему, чешуя тебе в прическу, именно сейчас тебе понадобился луд?! — под конец злой тирады Буся тяжело дышала, сверля меня злющим взглядом.

Эх, знала бы ты, подруга, что случилось…но у меня просто не было времени на объяснения!

— Буся, миленькая, я обязательно тебе все расскажу, но позже, — уже находясь в коридоре, ответила ей, и под злое рыбье сопение закрыла дверь.

Времени действительно не было. Раз здание перестало дрожать — девушку вывели на улицу, и может оказаться так, что я и вовсе опоздала и ее давно увезли. Однако чутье подсказывало, что не все еще потерянно и был шанс догнать их. Что там господин Тойгер сказал? Понадобятся хорошие заклинатели? Вот пока нужных магов вызовут — я успею перехватить их на стоянке.

Как только лифт остановился на первом этаже, не мешкая побежала к дверям, которые вели на задний двор. Именно там меня когда-то поджидал тигр, желая отвести на место преступления, и именно там я надеялась догнать конвой.

На бегу смастерила из лунного камня и цепочки подвеску, радуясь, что в камне уже была железная петелька. Только бы все получилось!

Эта идея пришла совершенно случайно, на основе фактов о Великом артефакторе и результатов опытов, которые мне довелось провести. Важную роль играла аура этой девушки. Если верить старым записям о человеке, который попал в этот мир и изменил его, то аура девушки всегда неизменна, благодаря бездонному магическому источнику. Как и у Великого артефактора когда-то… Боже, это невероятно, если окажется именно так! Ведь тогда луд ей будет совершенно неопасен, а даже наоборот — чрезвычайно необходим, чтобы он поглощал ту магию, которой у нее и так в избытке. Благодаря испорченному артефакту она перестанет спонтанно выбрасывать магию. Она сможет остаться в городе!

Навалившись на тяжелую стальную дверь и вывалившись на улицу под зной дневного солнца, прищурилась после темного помещения. Не сразу смогла открыть глаза, но как только привыкла — тут же наткнулась взглядом на девушку, окруженную пятью мужчинами возле большого кипа, готового уже отправиться в путь. На мгновение мне показалось, что соплеменницу оплетают нити магии, но видение быстро растворилось, стоило почувствовать боль в висках. Наверное, я неосознанно перешла на магическое зрение, когда зажмурилась. И вот интересно, привиделось мне это или нет?

Попытавшись вновь посмотреть на магию, охнула и чуть не споткнулась на ровном месте от сильной боли в висках. В этот момент меня кто-то придержал за локоть и не отпускал, пока я окончательно не пришла в себя.

— Вам стоило остаться дома, Белова, — сурово произнес Октавиан, возвышаясь надо мной неприступной горой. Весь путь собой преградил!

Эх, все же показалось…

— Со мной все хорошо. Просто по привычке пыталась посмотреть на все магическим зрением. Чувствую себя слепым котенком! — ответила ему с тяжелым вздохом.

— Не стоит напрягать организм, — уже мягче проговорил начальник и подтолкнул обратно к зданию. — Идите в свой кабинет, или езжайте домой. Поговорим с вами позже.

— Нет! — твердо произнесла и с вызовов заглянула ему в глаза. — Или вы меня выслушаете, или я не ручаюсь за себя!

Брови Октавиана поползли вверх от моей реплики, но быстро вернулись обратно.

— И что вы сделаете? — спросил он, и уголки его губ дернулись в намерении растянуться в улыбке.

Я поджала губы, продолжая сверлить его недовольным взглядом. Что же он такой упрямый?! Или есть на то другие причины? Например, не подпускать меня к опасному человеку, кода я сама абсолютно беспомощна.

«Опять ты, Дианочка, думаешь не о том!» — пожурила саму себя, и просто обогнула вредного змея, оставив его без ответа. И пока он не опомнился — побежала в сторону девушки.

Раз не хотят слушать, сделаем все без лишних слов!

Подбежав к заклинателям в форме службы безопасности, которые стояли по кругу и удерживали выбросы магии пришедшей из другого мира, заметила в их глазах беспокойство. Я лишь мило им улыбнулась и вступила в невидимый круг, нарушая, наверное, все правила безопасности. Отвлекаться им было нельзя, поэтому меня никто не остановил, когда я подошла почти вплотную к девушке. Лишь только злой окрик Октавиана заставил меня дернуться, но не отступить! Уже слишком поздно.

— Что это? — заинтересованно спросила соплеменница, увидев в моих руках подвеску. Ее глаза были на мокром месте, но стоило мне подойти, как в них появилась маленькая надежда.

Я же нахмурилась, ощутив неприятное давление, исходящее от нее. Краем глаза заметила, как все мужчины напряглись, удерживая очередной выброс. Любая ее эмоция сейчас опасна. В этом Октавиан оказался прав. Он хорошо сдерживал выбросы магии в стенах здания, и именно поэтому я их не почувствовала и думала, что все можно решить мирным путем. Однако, не все так радужно, как кажется на самом деле.

Вздохнув, борясь с желанием заговорить с ней прямо сейчас, медленно подняла подвеску. Девушка удивленно посмотрела на нее, отчего последовало новое давление, и я неосознанно передернула плечами.

— Ты хочешь, чтобы я ее надела? — хрипло, после тяжелых дня и ночи спросила она, не заметив моего состояния.

Я никак не показала, что понимаю ее. Если она это поймет — придет конец всем артефактам вокруг, как бы не всего города, ведь можно только представить, какие она испытает чувства, узнав правду. Боюсь, за это меня могут даже казнить…

Но удача мне улыбнулась. Близкая по несчастью душа дрожащими руками собрала волосы и подняла их вверх, открывая шею.

Все же девушки падки на украшения, а этот лунный камень необычного цвета на серебряной цепочке смотрелся очаровательно. Может поэтому она согласилась, или почувствовала, что он ей необходим…

Дрожа, как и она, всем телом, я поднялась на носочки, поскольку девушка была выше меня, и аккуратно надела ей украшение, сделанное буквально за несколько минут. Что за этим последует — не знала, поэтому с замиранием сердца отошла назад, посмотрела на заклинателей, обернулась на Октавиана, оценив его суровый вид, и решилась на отчаянный шаг.

Тихо, неуверенно произнесла на русском, смотря на девушку:

— Здравствуй.

Глава 14

Всего на долю секунды мне показалось, что луд благополучно справился и угроза миновала нас всех. Все без исключения взирали на меня удивленно. Конечно, разговаривать на русском я перестала еще в первый год своего пребывания в новом мире, поэтому никто никогда и не знал, что я владею им. Наверное, только к господину Тойгеру это не относится, ведь он тот, кого я первым увидела и с кем заговорила. Но нет ничего удивительного в том, что он не воспользовался этим. Прошло много времени, и тигр просто забыл те немногочисленные фразы, которыми я пыталась объяснить ему, кто я.

Да, прошло много времени. Я никогда не использовала русские слова. Для этого мира русский язык звучит очень странно и грубо, когда на эйделийнском будто поешь. Я посчитала, что мой родной язык был мне уже ни к чему, и отдалась новому, чтобы быстрее влиться в этот удивительный мир. Но скрывать не буду — я испытала невероятное наслаждение, произнеся всего лишь одно слово.

Как жаль, что это чувство длилось меньше секунды…

Не успела я вдохнуть, чтобы продолжить, как меня снесло невидимой, но сильной энергетической волной. Врезавшись спиной во что-то твердое, с ужасом пронаблюдала, как все, что стояло от девушки в радиусе десяти метров, разлетелось в разные стороны. Слава все богам, мужчины были сильными магами и смогли за себя постоять, что не скажешь обо мне.

— Вы опасны для всего мира, Белова, — прозвучало сдавленное над головой, и только тогда я поняла, что лежу на Октавиане, а нас укрывает его магический щит. — Даже без магии вы способны все разрушить!

— Тем не менее, все живы, — тяжело дыша ответила ему, отцепляя его руки от своей талии.

Не обращая внимания на кряхтение начальника от моих попыток слезть с него, отметила тот факт, что пострадали от магического выброса всего лишь несколько кипов, которые стояли ближе всего к девушке. Остальные были целыми, не считая их потревоженного «сна». На всей огромной стоянке стоял неразборчивый гул сигнализаций.

Вот так поздоровалось!

— Вы знаете ее язык? — встав на ноги и отряхнувшись, спросил Октавиан. Неужели у него проснулось любопытство?

— Эээ…мы из одного мира, — ответила, нервно поправив очки на носу.

Из здания уже выбежали служащие, и окружили нас со всех сторон, недоуменно смотря на бардак, который мы (ладно, я) учудили.

— Что же вы молчали?!

— Не смела перечить начальнику, — флегматично пожала плечами, не обращая внимания на его злой взгляд. — Вы мне слова не давали вставить и просто отправили домой. Но, — подняла указательный палец, видя, что он собирается со мной поспорить, — вы были правы, господин Лаус, что девушка опасна и ей не место в городе. Если бы я начала с ней разговаривать в здании, нас бы сейчас вытаскивали из-под обломков.

— Рад слышать, что вы думаете на несколько шагов вперед, — еле сдерживая злость, произнес он и дал указания своим подчиненным, которые пришли к нам на помощь, разогнать зевак.

Хотела уже пойти к девушке, но не успела сделать и шагу, как в мой локоть вцепились стальной хваткой.

— Что вы ей надели на шею? — спросил змей, немного остыв. Я бросила быстрый взгляд на замученную попаданку, которую вновь взяли в круг заклинатели, и после тяжелого вздох рассказала свой план.

Октавиан слушал внимательно, хмурясь с каждым словом все больше и больше.

— Так это тот самый луд? — начал он опять заводиться.

— Он самый, — уже порядком устав, ответила ему. — Но как видите, он сработал! Выброс хоть и был сильным, но все артефакты сохранили свои сущности, даже не потревожив их активное состояние. Для города она больше не опасна! Луд не только «питается» ею, но и блокирует выбросы. Еще в первый день, когда он попал мне в руки, я обратила внимание на необычные сущности этого камня. Это идеальный артефакт для нее.

— Однако если бы не я, вы бы украсили тротуар своими мозгами, Белова!

Захотелось показать ему язык, но разумно сдержалась и склонила голову.

— Спасибо, — тихо произнесла и услышала усталый вздох. — Ей просто нужно все рассказать, и тогда она научится сдерживать магию. Луд поглощает излишек, и дело остается за малым.

Змей смотрел на меня в упор, но сейчас меня не пугал его взгляд, поскольку я очень сильно хотела помочь этой девушке. Сделать все, чтобы она почувствовала себя в безопасности. Можно найти ей учителя и тогда она, как и я, сможет найти в этом городе свое призвание. Главное, чтобы ей дали свободу.

— Подумайте сами, — решила зайти с другого конца, видя, что Октавиан поступит все равно по своему. Безопасность города для него превыше всего. — Я могу с ней разговаривать. Все ей объясню и возможно удастся что-то узнать о тех мужчинах, что провели ритуал.

С минуту он смотрел на меня, хмурясь. Я не уступала и выдержала его взгляд, и тогда он посмотрел на девушку и все же сдался, проведя ладонью по лицу.

— Хорошо, — выдохнул он, и я внутренне возликовала. — Оформите ей документы и возьмете под свою опеку.

— Но… — растерянно протянула, не совсем понимая о чем он. Какая еще опека?!

— Считайте, что это ваша новая работа, — впервые улыбнулся он за время нашего разговора и развернулся, чтобы лично проводить «заключенную» обратно в здание, пока мне не выдадут все документы. — Магии у вас нет, значит побудете переводчиком. Зарплата остается прежней, поэтому рассчитывайте правильно свой бюджет. Девушка уже взрослая. Мы не можем ее отдать в школу. Только в академию, но вы, Белова, понимаете, что без знания языка она не научится магии, — бросил он через плечо, и оставил меня одну со своими мыслями.

Я так и осталась стоять с открытым ртом, удивленно смотря ему вслед.

О-опека?! А как же хоть какая-нибудь охрана или деньги на дополнительные расходы на случай разгрома дома или квартала? Мне самой за все платить что ли?! Кто знает, как девушка поведет себя в той или иной ситуации…

«Так, Ди, ты со всем справишься! Оденем, обуем и языку обучим!» — мысленно заверила себя и, натянув вежливую улыбку, побежала догонять скрывшуюся группу заклинателей, среди которых был начальник с моей будущей головной болью.

Протиснуться в здание через хлынувший на улицу поток служащих, оказалось трудно. Было опасение вообще быть раздавленной, поскольку люди не соображали и напролом лезли наружу, чтобы удостовериться в целостности своего транспорта после магического выброса.

Проем, казавший всегда большим, сейчас не мог похвастаться своими большими размерами, и пришлось с боем пробивать себе путь. Усердно работая локтями, мне все же удалось попасть внутрь, но свою цель я уже упустила.

Не обращая внимания на коллег, решила воспользоваться лестницей. Лифт благополучно оккупировали — только время потеряю, ожидая его освобождения.

Было решено сначала отправиться в лабораторию. Несмотря на то, что луд справился, девушка оказалась магически одаренной настолько, что я быстро перейду из средних слоев общества в нищие, если не предприму соответствующие меры. Любая эмоция грозила магическим выбросом, а оплачивать ремонт всех пострадавших артефактов я не в состоянии. Пусть зарплату мне сохранили, я не собираюсь тратить ее на других. Поэтому необходимо посетить лабораторию.

Спустившись на два этажа вниз, почти бегом преодолела коридор до нужной двери. Ох, как же давно я здесь не была! И пусть прошла всего-то неделя, мне показалось, что целая вечность.

Стоило только зайти в темное помещение и закрыть за собой стальную дверь, меня укутала приятная тишина. С облегчением сделала глубокий вдох и медленный выдох, затем хлопнула в ладоши, зажигая светильники, использовав при этом камень-накопитель. Своей магии теперь нет, и приходится использовать чужую, заточенную в артефакт. Ужасно хотелось отдохнуть. Попить чаю, поболтать с Бусей и сходить в гости к Бони, но навалившиеся дела требовали срочного выполнения. Да я и сама виновата в их появлении, поэтому некому поябедничать, что свалили такую ношу на мои хрупкие плечи.

Мягкий белый свет плавно освободил из плена темноты мебель и каждый прибор для работы с артефактами. С любовью и грустью обвела небольшое помещение в серо-белых тонах и прошла к столу, на котором валялись мелкие запчасти различных механизмов, кусочки металлов и камней, минералов, а также колбы и железные миски. Бони всегда жаловался, что у меня не лаборатория, а минералогический музей. Что ж, в чем-то он прав. Тяга к минералам у меня была еще в моем мире. Здесь же эта тяга переросла во что-то большее и поэтому, куда ни глянь, везде можно наткнуться на камень или минерал, но не их красота теперь меня манит, а их необычные сущности с их невероятными возможностями. Минералы я выращиваю сама. Может это и долго, но куда приятнее знать, что артефакт сделан полностью твоими руками.

Вот и сейчас я искала парные браслеты, которые сделала сама лично. Они — хорошие артефакты блокировки магического дара, и в несколько раз сильнее тех, что были на девушке. Конечно, если бы не луд, то и они бы не помогли, ну а так есть большой шанс избежать ненужных выбросов.

Законченные артефакты я всегда кладу на полки под специальные антимагические стеклянные купола, чтобы они случайно не пересеклись магическими полями друг с другом. Уследить за всеми сущностями трудно, и порой тот или иной артефакт может стать лудом, если была неправильно активирована и закреплена сущность. Если же это случилось, приходится уничтожать, проливая слезы, ведь магии и сил на их создание уходит много, а уничтожая их, будто уничтожаешь часть себя. Поэтому я слежу за порядком, вот только браслетов среди законченных артефактов я не увидела.

Пришлось копаться в ящиках, тратя драгоценное время. Мне все время казалось, что Октавиан может в любой момент передумать, и пока я здесь рыщу в поисках необходимых артефактов, он увезет девушку, и я не узнаю ничего о ней и не помогу прижиться в новом мире.

Перевернув очередной ящик с рабочими материалом, с облегчением увидела тоненькие ободки из железа и золота, к которым были прикреплены маленькие горошинки ангелита, заключенных под тонкий слой серебра. Ободки были изящными и смотрелись как украшения. Не знаю, что меня потянуло их создать (быть может просто настроение, или жажда побыть слабой магичкой), но сейчас они оказались как нельзя кстати.

Перепрыгивая через учиненный бардак, погасила свет и бегом вылетела в коридор. Пока искала, в здание стали возвращаться успокоившиеся работники службы безопасности, и опять пришлось воспользоваться лестницей.

Перепрыгивая через ступеньки, спешила в кабинет начальника, надеясь, что он именно туда отвел нашу пленницу. Однако на последнем этаже я сдулась и в приемную ввалилась, тяжело дыша. Только выпив стакан воды, добродушно налитый секретаршей господина Лауса, смогла перевести дыхание и постучать в дверь начальника службы безопасности.

— Входите, — послышалось с той стороны, и я тут же шагнула в просторный кабинет с массивным столом на фоне огромных окон в пол.

Солнце светило ярко, но благодаря стеклу-артефакту оно не ослепляло, а приятно и естественно освещало кабинет теплыми лучами. В отличие от моего кабинета, здесь висел артефакт охлаждения, поэтому было приятно ощутить прохладу после тяжелого забега.

Как можно спокойнее подошла к столу, за которым сидел Октавиан, чуть повернувшись в сторону черного кожаного гиганта-дивана, на котором сидела девушка. Возле нее стоял столик со стеклянной столешницей. Я не могла не отметить, что Октавиан распорядился принести ей чай со сладостями, но угощения так и остались нетронутыми, а чай давно уже остыл.

Боится…

— Уже оформила документы? — поинтересовался змей, перейдя сразу на ты.

Девушка нас не понимала, поэтому не было смысла любезничать.

— Как я их оформлю без нее? Да и имени ее не знаю, — съязвила и покосилась на девушку. Та со страхом смотрела в нашу сторону, но увидев меня, перестала дрожать.

Меня удивляло то, что лишний раз она не заговаривала, а просто сидела, пока ее саму не спросят. Любая другая голосила бы так, что даже не зная языка, поняли бы.

— И ты собираешься ее забрать? — нервно спросил он, сведя золотые брови к переносице. — Она только успокоилась и перестала чутко реагировать. Твои вопросы приведут к новым выбросам.

— Рано или поздно все равно пришлось бы ее спрашивать, — со вздохом ответила и показала браслеты. — Эта блокирующие браслеты. Они выглядят как украшения и не напугают ее.

— В чем подвох? — сразу решил уточнить Октавиан, почувствовав неладное.

— Артефакты не зарегистрированы, — криво улыбнулась на его подозрительный прищур змеиных глаз. — Но могу поклясться, что не принесут никому вреда. Тебе стоит лишь поставить оттиск.

— Ты понимаешь, что это против правил?

— Еще как, — хмыкнула, представив себе, сколько ненужной волокиты с бумагами я избегу. — Тем не менее, они сейчас нужны, и других таких нет. Сущности блокировок трудно найти и активировать. Ангелит хорошо успокаивает. Ее магический фон будет стабилен.

Со вздохом Октавиан протянул руку, и я, сдерживая радостный возглас, вложила в его раскрытую ладонь два тоненьких браслета. Под моим горящем взглядом, змей произнес всего лишь одно заклинание и на внутренней стороне каждого артефакта появился мой личный номер артефактора. Такое дано не каждому магу — дарить артефакту право на эксплуатацию. Только имея определенную лицензию, маг может поставить оттиск, но для этого артефакту стоит пройти кучу проверок.

Их я пыталась пройти уже много раз, но не было ни одного случая, когда артефакт доходил до последнего этапа. Наверное поэтому я сейчас радовалась, как маленькая девочка долгожданной кукле. Это мой первый артефакт, который получил билет в свет. И пускай у него нет официального документа, главное — магический оттиск, который невозможно подделать!

— Да! — воскликнула, все же не удержавшись, и крутнулась на месте.

— Не поспешил ли я, — тихо произнес змей, смотря на меня с подозрением.

— Ты еще спасибо скажешь! Не могут же все мои артефакты сулить только разрушения?

— Пока что только такие и были, — хмыкнул он и махнул в сторону притихшей, будто даже не дышавшей, девушке. — Действуй. Я, если что, прикрою.

Это обнадеживало, поэтому смело подошла к хоть и уставшей, но очень милой девушке, и присела рядом на диван.

— Ты же меня понимаешь? — робко спросила она, почему-то косясь в сторону Октавиана. — Пожалуйста, ответь. Я безумно устала и совсем ничего не понимаю.

Помня о том, что произошло на стоянке, очень медленно протянула к ней руку с браслетами. На удивление, она молча взяла их и, будто прочитав мои мысли, надела тоненькие обручи на руки, применив сноровку и гибкость пальцев, поскольку застежек они не имели и были меньше ширины ладони. Зато не соскочат.

Как только позолоченные браслеты оказались на положенным им местам, я улыбнулась, любуясь своей работай. Осталось только проверить.

— Тебе не стоит беспокоиться, — стараясь как можно больше вложить в свои слова уверенности, произнесла я, когда она сложила руки на коленях и посмотрела на меня. — Все самое страшное позади, ты в безопасности.

Девушка глубоко вдохнула, услышав такие необходимые ей слова, а я же с большим удовольствием отметила тот факт, что магических выбросов больше нет. Ну, я так по крайней мере думаю.

Вопросительно посмотрела на Октавиана. Он кивнул, молча сообщая, что беда нас миновала, и здесь моя взяла. Мне дали добро!

— Что со мной произошло? И почему люди так странно выглядят? — стала она закидывать меня вопросами. — Неужели это…

— Другой мир, — мягко перебила ее. — И не самый ужасный.

— У меня сложилось другое мнение, — устало произнесла она и немного расслабилась. Это меня порадовало. Значит, в какой-то степени она доверяет мне.

— Не суди строго, — радушно улыбнулась ей и повернулась к начальнику, — будь добр, попроси свою милую секретаршу принести нам свежий чай. Желательно зеленый, — попросила его на эйделийнском.

Он закатил глаза на мое самоуправство, но просьбу все же исполнил. И уже через несколько минут нам в кабинет принесли горячий, успокаивающий отвар на подносе.

Видя, что моя собеседница косится на него с подозрением, взяла свою чашку и аккуратно отпила, а затем закинула в рот вкусную конфету.

— Не стесняйся, налетай, — подмигнула ей, на что она сначала посмотрела на змея и только потом взяла чашку, обхватив ее руками.

Пила она тоже аккуратно, но глотки делала гораздо чаще, нежели я. Чай был горячим, поэтому я нахмурилась и поправила очки на переносице, видя как она, немного подрагивая при прикосновении чашки к губам, жадно пьет. А ведь она, наверное, ужасно голодна, но все это время терпела…

— Мы уходим, — решительно произнесла на эйделийнском и встала. — Документы оформлю завтра, но девушку заберу сейчас.

— Без документов я не позволю разгуливать по городу, — покачав головой, сурово ответил Октавиан, все это время молча за нами наблюдая, сидя за рабочем столом. — Сегодня вы уж не успеете их получить, поэтому она останется здесь.

— Девушка устала! — в сердцах воскликнула я, злясь на него. Где же его аристократические манеры?! — Мы поедем сразу ко мне. Там она спокойно отдохнет и поест домашней еды. Ты сам видел, магия больше не лезет из нее, потому не вижу смысла держать ее тут.

— Отвечаешь свое головой? — вдруг спросил он, ставя меня в тупик своим вопросов.

— А…

— Мне самому не хочется с ней возиться, — честно признался он, откидываясь на спинку кресла. — Однако у нее необычная внешность. Страшно мне отпускать ее с тобой. Особенно, когда ты сама осталась без магии.

— Это у нее-то необычная внешность? — изумилась я и окинула девушку оценивающим взглядом.

После пристального осмотра, нехотя, злясь на судьбу, согласилась с ним. Если с моим попаданством все пошло не так уже с первых минут пребывания в этом мире, то она шла по правильному пути. Напротив первого стереотипа о попаданстве уже стояла жирная галка — девушка была красивой, милой и, даже имея уставший вид, приковывала к себе взгляд.

Мысленно отвесила себе подзатыльник. В очередной раз не о том думаю. Тут девушке помощь нужна, а я, как всегда, думаю о несправедливости.

— Возможно, — выдавила из себя прикрыв глаза. — Но ты же начальник самой службы безопасности. Приставь кого-нибудь к нам, и дело с концом. Пускай докладывают тебе о каждом нашем шаге. Я не против.

— Прям о каждом? — усмехнулся он, на что я показала ему кулак. — Ладно, так и сделаю. По крайней мере, ты помогла службе, поэтому уступлю тебе.

— Больно добр ты сегодня, — ехидно подметила, а услышав усталый вздох, уняла свой пыл. — Спасибо, — тихо поблагодарила его. Все-таки, он несколько ночей не спал, и лишние перепалки ему сейчас ни к чему.

— Держи и ступайте, — протянул он мне конверт, а как только он оказался у меня в руках, уткнулся в документы.

Без слов поманила девушку рукой и указала на дверь. Та будто не поверила своим глазам и не мешкая последовала за мной, продолжая при этом молчать. Ничего, вот выйдем, тогда и поговорим. А спросить у меня было что. Вопросы созрели уже очень давно, и не только о работе, но и о доме…

— Диана, — протянула ей руку, как только мы оказались на этаже, идя в мой кабинет.

— Елена, — улыбнулась она в ответ, отчего у нее на щечках появились милые ямочки, и пожала руку.

«Так, Дианочка, не завидуем, а сочувствуем», — укоризненно пронеслось в голове, после чего пришлось отвернуться, чтобы не заметили мой завистливый взгляд.

— Мне необходимо сделать одно дело, а потом мы с тобой пойдем отдыхать, — поведала ей наш план действий и открыла дверь.

На первый взгляд кабинет выглядел самым обычным. Шкаф-стенка, небольшой рабочий стол, заваленный бумагами, журналами и мелкими безделушками, в которых угадывались артефакты; одно окно с простенькими шторками, диван для отдыха со столиком и еще пара мелочей для удобств.

Елена прошла к столу, села на стул для посетителей и с любопытством посмотрела на раскрытый журнал об озерной жизни.

— Увлекаешься ихтиологией? — заинтересованно спросила она, проведя пальчиками по глянцевой обложке еще одного журнала. На этот раз о морской жизни.

Хмыкнув, обогнула стол и выдвинула ящик.

— Не я, — загадочно ответила, и на ее шокированных глазах сунула в плавник усевшей на край аквариума рыбе кубик засохших прессованных червей. — Знакомься, Елена, моя подруга Буся! — А затем уже на эйделийнском: — Это та, из-за которой я убежала, оставив тебя без ответов. Она из того же мира, что и я, Бусь. Попаданка номер два, — с малой толикой грусти закончила и плюхнулась в кресло.

Золотая рыбка, жуя, внимательно посмотрела на гостью.

— Интересный экземпляр, — голосом знатока произнесла Буся, проглотив последний кусочек. — Есть повод тебе остаться с носом, — подвела она итог, зная обо мне все.

Елена дернулась при немного невнятном голосе рыбы и изумленно выдала:

— Я думала, что увидев людей со звериными головами и хвостами, меня больше ничего не удивит, но оказывается, это не так. Как она это делает? — с интересом спросила везучая попаданка, как мне показалось больше риторически, поскольку сама же и ответила на вопрос: — У нее необычная диадема. Полагаю, это какой-то артефакт.

Не ожидая от нее таких знаний, поперхнулась воздухом и еще долго кашляла, пытаясь выровнять дыхание.

— Откуда? — хрипло проговорила, вытирая слезы.

— Откуда знаю, что это артефакт? — переспросила она, и я кивнула, все еще немного покашливая. — Не трудно догадаться, — задумчиво произнесла Лена, покручивая браслет на левом запястье. — Меня буквально из квартиры перенесло в непонятное место со странными личностями, а затем в странный город. Я девушка двадцать первого века и много слышала о магии, артефактах и других вещах, которые бывают только в книжках. — Она замолчала, что-то обдумывая, а затем продолжила, взглянув мне прямо в глаза: — Я старалась вести себя как можно спокойнее. Как только меня нашли, хоть я и не пряталась, а наоборот искала помощи, не сопротивляясь, пошла с людьми в строгих костюмах. Я догадывалась, куда я попала, ведь все вокруг кричало о том, что это совсем не Земля. Но, тем не менее, надеялась на обратное. А потом непонятное заключение, наручники и противный мужик со звериными ушами, как у волка, который кричал и чуть ли не ядом плевался, что-то от меня требуя. Мне всегда казалось, что попаданство сопровождается автоматическим изучением языка, а тут вышел облом…

Я хмыкнула. Помню, тоже так думала.

— А потом пришел мужчина с тигриной головой! — продолжала она, передернув плечами. — Никогда не забуду эту встречу.

— Ты вроде кричала? — спросила ее, с интересом слушая рассказ. То, что она стала делиться со мной о прожитых днях, было очень даже хорошо. Каждая деталь сейчас важна. И если на то пошло — для ее эмоционального фона только на руку, если она выговориться. Слишком яркие эмоции лучше озвучить, чтобы легче стало на душе.

— Не то, чтобы кричала, — отвела она глаза в сторону, немного покраснев щеками. — Просто было неожиданно такое увидеть.

— О, меня большие кошки тоже пугают, что верещать охота, — неожиданно произнесла Буся, болтая хвостом в воде.

Мы с Еленой одновременно повернули голову в сторону аквариума, пораженно замерев.

— Ты меня понимаешь?

— Ты говоришь по-русски?! — одновременно с ней спросили мы и переглянулись.

— Я все-таки умная рыба, — важно ответила подруга, подняв плавник. — Твоего монолога мне хватило, чтобы понять звучание слов и что они означают.

— Умная рыба? — недоуменно переспросила попаданка номер два, еще раз внимательно осмотрев ее диадему. — Интересная вещица. И много таких?

— Я единственная! — вздернула подбородок Буся и совсем спустилась в воду, поскольку ее чешуйки начали тускнеть.

— Не обращай на нее внимания, — махнула я на аквариум. — Мой дипломный проект уже давно перерос в диссертацию. Хоть сейчас иди и сдавай, — посмеялась я над ситуацией, но увидев недоумение на лице Елены, просто махнула еще раз. — Что было дальше?

— Дальше пришли вы, — продолжала она, иногда посматривая на Бусю. — Как я поняла для того, чтобы успокоить меня. Почему-то, когда я нервничаю, все вокруг начинает рушиться или просто тухнуть, если это свет. Там, на улицах, где я шла, именно так все и происходило. Наверное, поэтому люди меня боялись и не хотели разговаривать…или тому была причина, как я выглядела?

— Скорее первое, — сказала я, поправив очки. — Жители города не бездушны и помогли бы девушке, попавшей в беду. Тут дело в твоей ауре.

— А что с ней не так? — нахмурилась она и осмотрела себя. — Вы разве видите ее?

Невольно поджала губы на последнем вопросе. Сейчас мне действительно ее не видно, и каждый раз, стоит только об этом подумать, хочется выть от безысходности, что у меня больше нет магии.

— Она слишком сильно давит на окружающих, — немного сухо ответила я. — Ты очень сильный маг, Елена. А если точнее — артефактор, по силе равный Великому артефактору.

— Звучит многообещающе, — после недолгого молчания произнесла она воодушевленно. — После такого даже факт незнания языка кажется не такой уж и проблемой.

Впервые на ее лице засияла улыбка, а затем громко и протяжно заурчал ее живот. После тяжелого дня и всех пережитых трудных моментов мы не сдержались обе — рассмеялись, отпуская напряжение окончательно.

— Давай отложим разговор на потом. Обещаю все рассказать и показать. Я, как бы точно выразиться, теперь за тебя отвечаю. А значит, не только покажу город, но и обучу местному языку и другим вещам. А сейчас пойдем, покажу, где ты будешь жить какое-то время, и накормлю самой вкусной едой госпожи Таус. Ты только не пугайся ее вида, — предупредила ее, встав из-за стола.

— А есть повод? — насторожилась Лена, следуя моему примеру — встала на ноги и помахала Бусе, чтобы та высунулась из аквариума. — До свидания, о самая умная рыба, — усмехнулась девушка, но ее слова прозвучали по-доброму, поэтому Буся лишь закатила глаза и тоже махнула на прощание.

Однако мне она успела показать кулачок, свернув плавничок.

Да помню, что нужно все рассказать. Но как-нибудь в другой раз.

— Она, как бы помягче сказать, имеет голову птицы, — как можно деликатнее ответила Елене, надеясь на спокойную реакцию.

Девушка удивленно приподняла брови, но быстро вернула их на место и на мои слова лишь пожала плечами. Вот это я понимаю — выдержка. Однако что взять с молодежи, которая выросла на фильмах с крутыми спецэффектами и большой фантазией? Я тоже в какой-то степени быстро ко всему привыкла и приняла все как должное.

В результате мы спокойно спустились в вестибюль, и там встретили господина Тойгера. Прежде чем подойти к нему, покосилась на Лену, но та реагировала на все уже вяло. То ли сильно устала, то ли действительно привыкла ко всему необычному вокруг себя.

По этой причине не стала игнорировать внимание главного следователя и на его вопрос о «пленнице» как можно более кратко рассказала о девушке, попавшей в ту же ситуацию, что и я когда-то. Было стыдно, что девушку так и не удалось до сих пор покормить, поэтому старалась больше ни на что не отвлекаться и оказаться уже поскорее дома. Вот только господин Тойгер был бы не господином Тойгером, если бы он просто так нас отпустил. Ссылаясь на то, что этой информации мало, он предложил подвести нас до дома. Переведя все на русский для Елены, она, в радость мне, согласилась, поэтому мы уже втроем вышли на стоянку, где мне удалось обуздать сильную магию попаданки, и уселись в синий кип.

Всю дорогу Лена с интересом смотрела в окно и легко отвечала на мои вопросы, которые мне задавал тигр. Так я узнала, что ей двадцать пять лет, она сирота, живет в съемной квартире и работает оценщиком недвижимости в столице, в моей любимой Москве. Вот тут я, вздохнув, тихо произнесла — «жила» и «работала», и только потом продолжала переводить главному следователю следующие ответы.

Ей еще только предстоит узнать, что в своем мире она умерла. В это трудно поверить, ведь ты живой, просто в другом мире, но правда есть правда. И это известие может ее сломать, если не быть к нему подготовленной. И я сделаю все, чтобы она это услышала, будучи во всеоружии.

И пусть Елена та, которой я хотела стать, и немного ей завидую, но свою соплеменницу в беде не брошу!

Глава 15

Когда кип остановился напротив двухэтажного дома из красно-оранжевого кирпича с подвесными вазами на каждом окне первого этажа, в которых цвела голубая лобелия, вопросы господина Тойгера затронули личную жизнь Лены. Я даже не поняла, как это произошло, просто переводя вопросы с одного языка на другой, но в результате тигру стало известно о девушке все. И мне, как переводчику, тоже.

— Удачного отдыха, — улыбался этот котяра, смотря на растерянных нас из окна кипа, опустив стекло вниз. — Не забудьте оформить документы, госпожа Белова.

Я кивнула, стоя на тротуаре перед домом. Рядом стояла Елена, переминаясь с ноги на ногу, и смотрела куда угодно, только не на тигра.

— До встречи, — махнул он рукой и полетел по своим следовательским делам.

Только когда синий транспорт скрылся за поворотом, отмерла и полезла в сумку за ключами.

— Хозяйки скорее всего еще нет, поэтому расслабься и чувствуй себя как дома.

Девушка издала нервный смешок, посмотрела по сторонам, то ли запоминая улицу, то ли чего-то опасаясь, и зашла в дом. Я тоже оглянулась, но лишь потому что мне показалось, будто за нами кто-то следит.

— Дом, милый дом, — вдохнула полной грудью запах дома, от которого каждая клеточка тела расслаблялась после тяжелого рабочего дня.

Лена аккуратно сняла мягкие ботиночки, поставила их на полку к другой обуви и робко прошла до середины коридора, где располагались проходы в другие комнаты — кухню и гостиную.

— Чего бы тебе хотелось в первую очередь? — поинтересовалась у нее, поставив свою обувь на полку не так аккуратно, как это сделала она.

Ответ не потребовался. Ее живот вновь протяжно заурчал, прося еды.

— Давай начнем с него, — усмехнулась я и подтолкнула ее в сторону кухни.

Вымыв с ней руки, усадила ее за стол, будто маленького ребенка. Она внимательно следила за каждым моим действием, во всем угадывая артефакты. Я улыбалась, объясняя, как все работает, пользуясь накопителем.

— А разве ты не маг? — немного удивилась она, когда я задействовала накопитель для активации кухонной плиты, чтобы поставить чайник и подогреть то, что осталось от вчерашнего ужина. — Из разговора я поняла, что ты тоже с Земли, и тоже маг.

— Была, — как можно ровнее произнесла, пряча глаза.

Заглянув в морозильную камеру, недовольно скривилась, увидев неощипанного туви, свесившего голову с полки. Опять Лой постарался. Оглянулась на Елену и незаметно вытащила труп голубя. Не задумываясь о негодовании лиса, что его добычу вновь выбросили, подцепила пальчиками замороженную птицу и кинула в мусорный бак, активировав его, чтобы он сразу же очистился.

Мерзость.

Передернула плечами и опять вымыла руки.

Со стороны девушки не последовало новых вопросов. Оно и к лучшему. Мне еще перед Бусей отчитываться, и нет никакого желания повторять одно и то же.

Ели молча, с большим аппетитом, а как только тарелки опустели и были вымыты, показала дом зевающей попаданке. Ванных комнат в доме было две, но одна из них полностью принадлежала хозяйке, а вот на втором этаже была общая для остальных жильцов.

Лена с большим удовольствием отправилась мыться. Снабдить ее принадлежностями для ванны не составило труда, а вот одежды ее размера у меня не было. Пришлось взять черный халат Ронка, понадеявшись на то, что мне за это не влетит. Бело-рыжие халаты братьев-лисят не стала трогать. Уж больно они сильно линяют летом, и после этого опять придется мыться. Да еще о блохах не стоит забывать…

До вечера моя новая соседка спала крепким сном на мягкой кровати, пока я сидела за рабочим столом и составляла план действий. В первую очередь необходимо было прикупить одежды. Придется потратить на это весь вечер, но зато завтра на регистрацию сможем сходить вместе. Лена посмотрит город, а мне будет не так скучно. Попутно куплю себе новый артефакт связи, а то есть опасения, что Буся превратится в хищную рыбу и съест меня за то, что совсем бросила ее одну.

Итог вышел такой, что мне придется изрядно потратиться. Ну ничего. На благие дела ничего не жалко, даже собственной магии…

Вечер первым делом оповестил себя хлопнувшей на первом этаже дверью и веселым смехом рыжих братьев. Все, наслаждение тишиной откладывается до завтра.

Госпожа Таус же пришла с работы уже давно. Как раз, когда Лена крепко уснула. Прокравшись на цыпочках до двери, спустилась вниз и обсудила с хозяйкой нового жильца. Добрая женщина пошла мне навстречу и согласилась принять в дом бедную девушку, несмотря на опасный дар. Конечно, пришлось еще денег на продукты выдать, но без этого уж никуда. В доме появился лишний рот и его необходимо чем-то кормить.

Девушка заворочалась на кровати от громкого смеха с первого этажа и уже через минуту села, потирая глаза. Черный халат почти сполз с ее хрупких плечиков, оголяя их. Я на секунду зависла, рассматривая ее, все еще укутанную сонными чарами. Нехотя они распутывались, выпуская милое создание с пышными локонами каштановых волос. И это после душа! Да если я лягу с мокрой головой, я ни за что потом не приглажу свои колючки. А она выглядит так, что хоть сейчас отправляйся на бал, только платье надень. Ей даже косметику не нужно наносить. Большие карие глаза, обрамленные густыми черными ресницами, и так смотрелись выразительно, а красиво очерченные губы нежно-розового цвета приковывали взгляд.

Октавиан был прав, говоря ее о внешности. И пусть он не сказал прямо, что девушка красива, нам следует быть аккуратными, когда будем гулять по городу. Лишнее внимание нам ни к чему.

— Привет, — сипло, но в тоже время как-то чарующе произнесла она, завидев меня, сидящую на стуле. — А кто так шумит?

— Соседи, — хмыкнула, услышав очередной хохот. — Скоро их увидишь.

Я встала и прошла к шкафу, где висел ее спортивный костюм, щедро выданный службой безопасности. Пока девушка спала, я его постирала и высушила. В халате из дома лучше не выходить, во избежание неприятностей, поэтому придется ей походить в нем, пока не купим нормальную одежду.

Вниз мы спускались, ощущая разные эмоции. По лицу Лены было видно, что ей жутко интересно увидеть своих будущих соседей и хозяйку дома. Отдохнув, она больше не выглядела замученной и перестала от всего трястись. Теперь ей было любопытно узнать о новом мире, наполненном магией.

Мне же было страшно. Совсем немного, но страшно из-за незнания, как пройдет это знакомство. Вдруг она испугается, увидев госпожу Таус? Или ее напугают Лой и Ас? Как ее магия отреагирует на все это, и справятся ли луд и браслеты?

Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, я первая вошла на кухню, где Лой жаловался на судьбу, которая никак не уследит за его добычей в виде голубя; Ас сидел на стуле, читая газету, а госпожа Таус мерно помешивала что-то в кастрюле, смеясь над Лоем.

На мое появление отреагировала только хозяйка, улыбнувшись в птичьей манере. Она одобрительно качнула головой, и после этого я позвала Лену.

— Позвольте представить вам мою соседку — Елена, — проговорила на одном дыхании.

После этого последовало сразу несколько событий. Во-первых, Лой и Ас застыли, во все глаза смотря на новенькую. Во-вторых, в кухне замигал свет, а из кастрюли стал вылезать соус, бурля и шипя при попадании на плиту. Госпоже Таус пришлось быстро снимать его с огня, дабы не дать артефакту тепла спалить ужин.

Я же на секунду зажмурилась, ожидая как минимум взрыва, но кроме распространенного по всей кухни запаха гари больше ничего не произошло.

— Здравствуйте, — услышала я голос Лены и открыла глаза.

Все смотрели исключительно на нее. Лой так еще и рот открыл.

— Она с вами поздоровалась, — быстро произнесла я и незаметно для всех выдохнула, расслабляясь.

Слава богу, пронесло.

— Она приехала из-за границы? — первым отмер Ас, отложив газету в сторону. — Я не узнаю этот язык. Тизильский?

— Погодь, — перебил его брат и плавными шагами подошел к Лене. Та испуганно моргнула, но не отступила, лишь мимолетно взглянув на меня. — Эта девушка странно выглядит, — задумчиво изрек он, внимательно ее разглядывая.

— Точно! — возбужденно воскликнул Ас и тоже буквально подлетел к девушке, копируя своего брата.

Теперь она была окружена, отчего свет замигал особенно интенсивно, а еще несколько секунд спустя братья отшатнулись от нее, хватаясь за головы.

— Доигрались? — усмехнулась госпожа Таус и ударила деревянной ложкой каждого по рыжей макушке. — Испугали бедную девушку. Налетели как коршуны, да простят меня собратья. Дали ей хотя бы привыкнуть к вам, а только потом уделять столько внимания. Сами виноваты, попав под воздействие ее ауры.

— Так она маг?

— Чистокровный адам?! — в один голос воскликнули братья, перестав держаться за головы.

— И то, и другое верно, — со вздохом сказала я, подтаскивая Лену к столу. — Она из другого мира и так получилось, что из того же, откуда я.

— Вы совсем не похожи, — констатировал самый умный из братьев, садясь напротив нас.

Ас сел рядом с братом и кивнул, соглашаясь с ним.

— Так и в этом мире все разные, — буркнула я и приняла из рук хозяйки тарелку со спагетти сначала для Лены, а потом для себя. — Я, между прочим, выглядела в своем мире немного иначе.

— Да знаем мы твою историю, — иронично протянул Ас, за что получил еще раз ложкой по голове. — Ой.

— Не смей обижать нашу Дианочку, — недовольно произнесла хозяйка, ставя перед ним тарелку.

— Слушаюсь и повинуюсь, — сразу ответил он, с блеском в глазах смотря на спагетти, щедро политые томатным соусом с мясом.

— О чем вы говорите? — шепотом спросила Лена, нагнувшись ко мне.

— Сообщила им, что ты из другого мира, — также шепотом ответила ей.

Девушка кивнула и под тремя любопытными взорами накрутила макароны на вилку и отправила их в рот.

Я закатила глаза от этого цирка, вздохнула и принялась за свой ужин. Скучать нам точно не придется.

Вот так, успевая жевать перед переводом вопросов, Лена и познакомилась с соседями и хозяйкой дома. Честно, я ожидала от братьев более бурную деятельность, ведь перед ними удивительный образец чистой крови. Но обошлось только вопросами, а затем они просто подолгу ее рассматривали и вели себя сдержанно. Никогда не виде их такими серьезными.

Под конец ужина пришел еще один житель уютного дома госпожи Таус, зайдя в кухню чернея ночи. Переставший мигать до этого артефакт света, засиял так, что в какой-то момент не выдержал и с хлопком лопнул, посыпая нас сверху мелкими осколками стекла. Еле успели прикрыться. Из-за заходящего солнца, которое заглядывало в небольшое окно кухни, ничего не поменялось, но эффект получился знатный.

Ронк застыл еще на пороге, увидев Елену. Вечно во всем черном, с непроницаемым лицом, он на секунду сбился с шагу и потерял всю невозмутимость, удивленно смотря на девушку.

Я, не буду скрывать, начала забавляться происходящим вокруг попаданки. Со мной такого не было, но хотя бы увижу собственными глазами то, как девушка из другого мира покоряет всех с первого взгляда.

Наконец Ронк отмер, развернулся и ушел наверх. Даже не поздоровался, сухарь! Однако он быстро возвратился и молча сел за стол, положив на него сцепленные руки.

Он молчал, и все молчали.

Этот мужчина — птица высокого полета, сразу видит все подозрительное, ведь он работает во дворце, охраняя самого принца на всех совещаниях и других мероприятиях. Поэтому мы все молчали, ожидая его слов.

— Добрый вечер, — все же произнес он и со спокойным лицом начал есть свой ужин, который ему аккуратно поставила госпожа Таус.

Все синхронно выдохнули, даже Лена.

— Ну, мы пойдем, — произнесла я, нарушая вновь возникшее за столом молчание. — У нас еще много дел.

Лена недоуменно посмотрела на меня, когда я подхватила ее под локоть и потянула в сторону выхода из кухни.

— Пошли, — сказала по-русски, дернув ее еще раз. — Нам необходимо пройтись.

После этих слов тянуть мне больше никого не пришлось. Лена охотно поднялась и последовала за мной к двери. Не знаю, что случилось с Ронком, но обычно от него не исходит такая аура, что хочется убежать подальше. Лена это тоже почувствовала…

Перед самым нашим уходом нас перехватил Ас с желанием сопровождать весь вечер. Вот же лис! А глаза-то какие хитрые! Но я все-таки не стала сама решать и объяснила соседке предложение одного из рыжих братьев. К моему счастью, она отказалась, мило улыбнувшись Асу. Ничего против него я не имею, но мне надоело постоянно переводить и повторять дважды. Не мое это — быть переводчиком.

Но все обошлось, и, как я и хотела, мы с Леной пошли к платным кипам вдвоем. Общественным транспортом решила пока не пользоваться, не только ради безопасности местных жителей, но и ради удобства.

— Удивительно! — восхищенно воскликнула Лена, разглядывая город через окно. Мы как раз подъезжали к центру, и дома поднимались все выше и выше. Солнце почти село, и вывески магазинов все больше привлекали своими красочными огнями. — Я будто и не покидала свой мир. Не считая странной техники и людей, тут все похоже на наш мир, Диана.

— Наверное, так даже лучше, — вздохнув, ответила ей. — Будет легче прижиться.

— Я все же надеюсь вернуться обратно, — предсказуемо произнесла она, взглянув куда-то вверх, когда мы проезжали под высоким мостом.

Я промолчала, смотря в окно со своей стороны.

Кип плавно летел над дорогой в потоке себе подобных. Шума активированных артефактов почти не было слышно. Приятная музыка звучала в салоне серого цвета, совсем не напрягая, как это бывало в такси нашего с Леной мира.

Сейчас еще было не время сообщать ей о невозможности вернуться домой. Слишком мало она повидала. Этот мир не хуже нашего. В нем даже больше плюсов. Однако сердцу не прикажешь. Оно все равно будет стремиться домой, если, конечно, не появится тяжелый якорь, держащий ее здесь. Например, любимый…

Из допроса господина Тойгера мне известно, что Лена не была влюблена и не имела серьезных отношений. Идеальная попаданка. По сути, ее ничего не держит на Земле, и есть хороший шанс, что она воспримет новость хотя бы равнодушно, но рисковать прямо сейчас не хочется. Очередной магический выброс поставит крест на моей карьере и свободе Лены.

Поняв, что Земля — это больная для меня тема, девушка закидала другими вопросами, прося рассказать хоть немного о том, что она видела за окном.

— Дворец? — в который раз удивилась она, услышав о главной достопримечательности столицы. — Настоящий дворец?!

Музыка из артефакта звука зашумела помехами, и я поспешила ее успокоить, а то второй аварии я точно не переживу, лишившись магии, которая усиливала мою выносливость.

— Московский кремль тоже можно обозвать неким дворцом, хоть и крепость, — пожала плечами, не видя ничего особенного в огромном белокаменном строении. — Президент — король…все то же самое, только названия разные.

— Не скажи, — не согласилась она со мной, — Президента выбирают, а королем нужно родиться. Президент — обычный человек, которого выбрали…а король…только одно это слово заставляет бояться. Ты обязан ему подчиняться… разве это не страшно? Поэтому и дворец понимается совсем по-другому. Ты там бывала?

— Была как-то раз на экскурсии, — ответила, немного пораженная ее мышлением.

— А короля видела?

— Вживую? Нет, — я качнула головой. — Только на экране. Бывают парады, но в такие дни лучше сидеть дома. Затопчут и не заметят, а ты потом соскребай себя с асфальта, не дождавшись помощи.

Лена хмыкнула, улыбнувшись краешками губ. Она поняла, что я имела в виду не только то, что на парадах много людей, но и то, что в силу своего маленького роста мне только спины разглядывать, а не короля на парадном кипе.

Наш же транспорт плавно затормозил на остановке напротив большого центра, где можно было приобрести абсолютно все. Работал он допоздна, поэтому мой выбор остановился на нем.

— Невероятно, — изумленно произнесла Лена, задрав голову вверх и рассматривая огромного иллюзионного орла, сидящего на самом верху центра. Очередная реклама какого-то шампуня для фолайев. — Тут нет электричества, но есть такие…такие спецэффекты! — подобрала она слово, не зная, как обозвать иллюзию.

— Ты главное поменьше удивляйся, — аккуратно попросила ее, видя, как над нами замигал фонарь. — Было бы хорошо тебя оставить дома, но чем быстрее ты привыкнешь ко всему, тем проще будет научить тебя сдерживать магию.

— Прости, — тихо сказала она, тяжело вздохнув. — Рядом с тобой я могу быть собой, и настолько чувствую себя в безопасности, что забываю твои слова об осторожности. Я чувствую этот артефакт. — Она нежно прикоснулась к лунному камню, что висел на цепочке у нее на груди. — И он меня освобождает от какого-то внутреннего груза, без которого мне становится легко.

— Он просто питается твоим резервом, — поправив очки, усмехнулась над ее любовью к луду. Знала бы она, сколько жизней забрали вот такие артефакты. — Чем больше резерв, тем тяжелее удержать магию. Он против воли усиливает заклинания, поэтому необходимо научиться себя контролировать. Тебе это еще предстоит сделать, ну а сейчас пойдем, купим тебе одежку.

Она вздохнула, осмотрев себя, и радостно кивнула на мое предложение. Уже стоя напротив одного из магазинов, девушка неловко поинтересовалась, сколько все это стоит, смотря на непонятные ей закорючки, которыми являлись здешние цифры.

— Нам хватит, — уверила ее и потянула внутрь, чтобы наконец избавиться от спортивного костюма.

Из Лены вышла типичная попаданка. Ей было неловко, что я трачу на нее деньги и постоянно отказывалась от той или иной вещи. Пришлось сказать, что мне выделили на нее деньги. Понимаю, врать не хорошо, но на десятой кофточке мне уже надоело ее уговаривать.

Дальше дело пошло легче. Нам удалось для нее подобрать все необходимое, постоянно заставляя продавщиц завидно вздыхать. А повздыхать там было над чем — фигура у нее была идеальной! Лена выбирала исключительно платья, когда я больше любила брюки и блузки. Конечно, и у меня есть платья, но в лабораториях легче работать в закрытой одежде, чтобы обезопасить себя от неожиданных ожогов и царапин.

Но соседка категорически выбирала только платья. Что ж, мне было все равно, даже практичнее, ведь брюки и кофты вышли бы дороже, чем одно платье. До зимы еще есть время, а лето выдалось отличным, так что я не против оплатить ей только эти вещи.

Затем мы навестили обувной и набрали еще кучу коробок. Пришлось оплачивать доставку, и я с грустью посмотрела на баланс своего магического счета. Это хорошо, что комнату в доме госпожи Таус я всегда оплачиваю на месяц вперед. А то бы сейчас ночевали на улице, но зато одетые.

Однозначно необходимо выпросить премию у Октавиана!

Когда с покупками было покончено, а Лена стояла рядом со мной на площади напротив цента в зеленом клетчатом платье, радостно улыбаясь, облегченно выдохнула.

Из-за покупок девушка забыла о страхе, и нам удалось благополучно пройти этот квест без потерь. На улице уже стемнело и нас освещали фонари и яркие вывески огромного центра.

— Пойдем, перекусим чего-нибудь, — предложила ей, потирая поясницу. Давно я так не ходила по магазинам.

Еду решила взять навынос, и повела немного уставшую соседку в место, откуда виден весь город. О нем я узнала случайно, вызванная туда по работе. Один из артефактов связи стал мешать другим, посылая искаженную информацию. Артефактор, вызванный по лицензии, не понимал в чем причина, поэтому пришлось мне влезть в артефакт и разбираться с переплетениями и активными сущностями, поскольку любой мог прослушать чужой разговор. Это, наверное, был единственный момент, когда я выбралась из кабинета. И как оказалось — не зря.

Как только мы поднялись на прямую крышу дома, стоящего в самой высокой точке города, я вздохнула полной грудью, раскинув руки в стороны. Ветер здесь был сильным, но я часто тут бывала и уже привыкла, и даже радовалась этой стихии после душных помещений центра.

— А нам тут можно находиться? — поинтересовалась Лена, боязливо поглядывая вниз, но затем выпрямилась и с восторгом обвела взглядом необычной красоты панораму ночного города.

— Можно, — махнула я рукой на все запреты. — Никто нам ничего не скажет.

— Хорошо, — все еще не веря мне, кивнула она и присела на бортик парапета. — Красиво. Магия все-таки невероятная вещь. Столько красочных и необычных огней.

— Полностью согласна. — Мне впервые было хорошо. Рядом человек, который меня поймет с полуслова, и оттого было невероятно легко дышать. — Но куда красивее смотреть на город магическим зрением.

— А это как? — спросила она с набитым ртом, жуя местный гамбургер.

— Этому не так легко научиться, — хмыкнула, вытаскивая из своего гамбургера помидор. Неожиданно он выскользнул из пальцев и полетел вниз. Надеюсь, он никому на голову не приземлится. Людей на улице было мало, но закон подлости никто не отменял. — Мне потребовался год, чтобы научиться чувствовать свой резерв, а там и видеть магическим зрением.

— Год это много, — грустно вздохнула она. — Но в общих чертах?

— Это непередаваемое чувство. Ты будто переносишься в другой мир, видя его четко и ясно. Здесь все наполнено магией и она живая, постоянно просит тебя с ней поиграть.

— И вы с ней играете? — не унималась Лена, забыв про гамбургер.

Я рассмеялась.

— Это образно, — веселясь, ответила ей. — Хотя заклинатели могут себе это позволить.

— Заклинатели? — недоуменно переспросила она.

— Маги, способные управлять словом.

Видя, что до нее так и не дошел смысл сказанного, вздохнула и решила начать с самого начала:

— Когда-то это был совсем другой мир. Помнишь господина Тойгера — человека с тигриной головой? — спросила у нее, а дождавшись кивка, продолжила: — Так вот, он относится к коренным жителям Эйделии. Они все такие — имеют головы разных животных. Да, это удивительно, — сразу ответила ей, видя, что она сильно удивлена. — У них головы наших земных зверей, когда их звери выглядят немного иначе. Я тоже была когда-то так удивлена, как и ты сейчас. Но больше всего меня удивила их магия. Способность словами сделать все что угодно! В академии я много раз наблюдала, как они это делают, но никак не могла повторить за ними. Напитать слово магией намного сложнее, чем перейти на магическое зрение.

— Это, наверное, потому что ты из другого мира, — предположила она, внимательно меня слушая.

— И да, и нет, — улыбнулась ей. — Видишь ли, магия делится на два вида: магия слова и магия предмета. В детстве у тебя просыпается дар — аура начинает питаться от магического фона, наполняя твой резерв. С этого момента ты начинаешь медленно стареть и хорошеешь буквально на глазах. Магия питает нас жизненными силами. Однако кровь решает, какой у тебя будет дар, разнося магию по всем клеткам твоего организма.

— Вот тут я запуталась, — честно призналась Лена, качнув головой. Ветер подхватил ее локоны, убирая с лица, будто они мешали ему ее разглядывать.

— Кровь, гены…там все сложно. Об этом ты узнаешь в академии, — зашла я немного дальше, но по блеску в глазах поняла, что она не против учебы в академии. — Раньше были только эйделийцы. Все они были заклинателями. Но однажды в этот мир попал обычный человек.

— Как мы?

— Нас призвали, — иронично произнесла, обрывая ее фантазию. — Это совсем другое.

— И как он это сделал? — прищурила она глаза.

— Никто не знает. Да и сам он, как мне известно по книгам, не понял, как это произошло. Но суть в другом! С его приходом появилась магия предмета. Он видел сущности предметов и мог ими управлять!

— А сущности — это что, напомни…

— Хм, — я задумала, как бы ей донести суть, и ткнула пальцев в ее кулон. — Вот, например, лунный камень. Он обладает сущностями: любви, здоровья, творчества и еще много других, которые можно воплотить в прямом смысле слова. Иногда к артефактам привязывают магию слова, и тогда это получаются артефакты высшего звена. К ним относятся местный транспорт, телефоны, телевидение… Тут нет электричества, но есть свет. Стекло имеет сущность защиты. Его выдувают нужной формы и помещают туда сферу света, созданную магией слова. Конечно, магия слова не вечна, поэтому приходится менять аналог лампочки.

— И совсем нет технологии?!

— Конечно есть, — с улыбкой ответила ей. — Но немного другая. Не все обладают даром, поэтому есть те, кто изобретает вещи для обычных людей.

— Интересно, — задумчиво протянула она, переваривая мои слова. — Магия слова и магия предметов. А есть те, кто обладает и тем, и тем даром?

— Если гены человека и эйделийца равны, — кивнула на ее вопрос. — Ты даже видела одного такого, — ехидно улыбнулась, поправляя очки.

— Кто-то из твоих соседей?

— Мой начальник. Тот белобрысый змей.

При его упоминании губы Елены тронула легкая улыбка.

— Он очень вежливый молодой человек.

— Кому как, — буркнула и быстро перевела тему: — Вот мы с тобой имеем чистую человеческую кровь, поэтому нам подвластна предметная магия. Ты артефактор, Елена. И очень сильный артефактор. Ты способна рассмотреть любую сущность в предмете и использовать ее. Так мог только Великий артефактор, тот мужчина, который не только принес новую магию, но и разбавил кровь местных жителей.

— Погодь, — остановила она меня, подняв руку, — он переспал с женщиной, у которой была звериная голова?!

Я молча пожала плечами. А что тут такого? Сердцу не прикажешь. Тело-то у нее человеческое.

— Шок — это по-нашему! — изумленно произнесла она. — Человек изменил целый мир!

— В точку, — подмигнула ей. — И плоды его труда ходят по улицам. Настоящих эйделийцев осталось не так много. Кровь сильно смешалась.

— А он еще жив?

— Кто? — не поняла я ее.

— Великий артефактор!

— Так это было больше тысячи лет назад, — махнула рукой, разочаровывая ее. — Давно уже умер.

— А как он научился колдовать, не зная об основах новой магии? Быть может, это было легко для него, а значит, будет легко для меня!

Я не успела рта открыть, как соседка спрыгнула с бортика парапета и прошла на середину крыши. Соединив ладони вместе, прикрыла глаза и глубоко вдохнула. Не сдержавшись, я рассмеялась над ее попытками увидеть магию. Как это было в манере попаданок — захотел, и все случилось.

Но смех мой был не долгим.

Елена распахнула глаза, и я чуть не свалилась с крыши, вовремя схватившись за край парапета.

Ее глаза светились, переливаясь всеми цветами радуги. Никогда такого не видела, поэтому испугалась не на шутку. Подбежала и встряхнула за плечи, пытаясь достучаться до нее, поскольку лицо ее застыло в одной эмоции — шока.

— Я их вижу, — хрипло выдала она мне, когда я очередной раз потрясла ее за плечи.

— Кого? — отчего-то тоже тихо спросила, заглядывая в ее изумленные глаза. В них будто цветное расплавленное железо плавало.

— Не «кого», а «что», — перевела она на меня взгляд, и я отшатнулась. Страшно же ведь! — Весь город оплетают цветные нити! И они светятся! — на эмоциях воскликнула она и быстрым шагом пошла к самому краю.

От греха подальше, вцепилась в ее юбку, удерживая.

— Как это возможно? Город будто в паутине.

Тольку минуту спустя до меня дошли ее слова. Неужели она перешла на магическое зрение?

— Ч-что это, — придя немного в себя, поинтересовалась попаданка номер два.

Мне же потребовалось еще немного времени, чтобы осознать произошедшее. Да разве такое бывает?! Я целый год потратила, чтобы этому научиться, а у нее…

— Это нити сущностей, — хрипло ответила, смотря на город обычным, но грустным взглядом. — Город наполнен артефактами, и они как целая система, которая делает жизнь жителей комфортной и безопасной.

Лена, услышав в моем голосе грусть, обняла за плечи и прижала к себе.

— Спасибо тебе, Диана. Если бы не ты, я бы не увидела эту красоту. Пожалуй, я соглашусь, что в этом мире стоит задержаться. И хотелось бы узнать побольше о Великом артефакторе, чтобы знать, куда меня может привести такая сила.

— Не волнуйся, в академии ты о нем много узнаешь, — махнула рукой, вспоминая свое обучение. Преподаватель по истории нам всю голову забил своим кумиром. — Имя Валерий Артяев ты еще не один раз услышишь.

— Как ты сказала? — тут же переспросила она, прижав к себе сильнее.

— Что еще не один раз…

— Нет-нет, не это. Как зовут артефактора?

— Валерий Артяев.

— Артяев… — задумчиво повторила она и также задумчиво произнесла: — Один из мужчин, что меня призвали, коряво произнес это имя. Коряво, но воодушевленно, смотря на меня.

— И?

— А потом меня выкинуло на улице ночного города. Может они из какой-то секты? — вдруг спросила она, а я поняла, что этим недоучкам понадобился сильный артефактор. И не просто сильный, а равный Великому артефактору!

Вопрос — для чего?

— Пойдем домой, — вместо ответа, предложила ей, блуждая в своих мыслях. — Завтра предстоит трудный день.

Лена кивнула и послушно пошла в сторону лифта, но неожиданно обмякла, и я только чудом успела ее придержать и опустить бессознательное тело на кровельное покрытие крыши.

— Эй? — легонько похлопала ее по щекам, и к моему счастью соседка быстро пришла в себя. Еще немного, и я бы начала паниковать. — Ну и напугала ты меня.

Она удивленно похлопала глазами и села, приложив ладонь ко лбу.

— Что произошло?

— Ты упала в обморок. Наверное, не стоило столько ходить по магазинам, — предположила самое очевидное.

— Я ни разу не падала в обморок, — нахмурила она, и я вместе с ней. — Странное ощущение.

— Давай хотя бы дойдем до кипа, а то вдруг еще раз вздумаешь. У меня нет желания нести тебя.

Спорить она не стала, и мы быстро, но аккуратно спустились вниз. Уже в кипе Лена поведала, что не помнит тот момент, как дошла до того места, где упала. Будто кусок памяти вырезали. И вот это действительно странно, и знакомо, но от усталости голова уже совсем не соображала. За эти дни столько всего случилось и навалилось на мои хрупкие плечи, что можно уже самой в обморок падать.

И быть может стоило подумать над этим чуть больше, и мы бы избежали нежеланной встречи. Но все самые умные мысли приходят только в конце.

Глава 16

Стрелка настенных круглых часов медленно, отрывистыми движениями отсчитывала секунды. И вроде бы ее бег и был равномерным, но мне казалось, что с каждой секундой она норовила вот-вот остановиться.

Мы с Леной сидели в душной приемной уже два часа, ожидая своей очереди. И это с учетом того, что мы пришли утром! Кабинетов, в которых принимали посетителей, было много, но еще больше было самих посетителей, поэтому я уже вся извелась, наблюдая, как стрелка часов издевательски дергается на одном месте.

На каждого давалось по двадцать минут, и это время ползло медленнее черепахи.

— Убей меня, — тихо простонала, когда до зубного скрежета надоело пялиться на часы. — Ожидание хуже смерти!

— Давно не посещала такие места? — посмеивалась надо мной Лена, рассматривая все вокруг магическим зрением. Нашла себе забаву!

Люди со страхом в глазах поглядывали на нее, но место в очереди и не думали уступать, стоя до победного.

— Надеюсь, это мой последний визит!

Мужчина пожилого возраста, сидящий справа от меня, хмыкнул на мои слова, и я поджала губы. Конечно, это не последний мой визит в этот «Ад». Здесь люди проходят все стадии регистрации: рождение, брак, смерть. Я прошла только первую, и то, это прошло как-то мимо меня. Удостоверение личности мне прислал господин Тойгер, спустя несколько недель обучения в школе.

Наконец из кабинета вышла женщина, и я буквально соскочила со стула, больше не в силах на нем усидеть. Лена зашла в кабинет следом за мной, хихикая.

— Цель визита? — спросила у нас девушка с жидкими светлыми волосами и голубыми чешуйками на скулах, как только мы сели напротив нее.

— Зарегистрировать вот эту девушку, — указала я на Лену, что сидела рядом, выпрямив спину.

Мою соседку внимательно осмотрели. Я понимала, что нам просто так не дадут никакие документы, поэтому достала письмо из службы безопасности, лично написанное Октавианом, и с каменным лицом передала девушке. С минуту она изучала его, а затем молча стала набирать какой-то текст, усердно нажимая на дисплей магического планшета. Никаких вопросов не последовало, отчего мысленно выдохнула. За два часа я так и не придумала, как буду объяснять этой девушке откуда Елена, и поэтому испытала облегчение, увидев, что этого письма оказалось достаточно.

— Прошу расписаться здесь, госпожа Котова, — наконец оторвалась от планшета девушка, подав распечатанные документы Елене.

Соседка дернулась, услышав свою фамилию, и поспешно везде расписалась, как только я ей перевела слова регистраторши. Интересно, как Октавиан узнал ее имя и фамилию?

— Документы будут готовы через неделю, — проинформировала она нас, забирая листы. — Вот временные.

Лена робко взяла протянутую пластину с ее данными и благодарно улыбнулась. Дело сделано! Осталось только выучить язык и обязанности няньки с меня будет сняты.

Попрощавшись с регистраторшей, мы вышли из кабинета и с улыбкой покинули здание. Теперь следовало идти на работу.

— Ты расскажешь о догадке в расследовании своему начальнику? — спросила Лена, когда мы подходили к остановке.

— Я думаю, он и так уже догадался, ведь ты не первая призванная. — Мы вновь сели в платный кип и плавно тронулись с места. — И его зовут Октавиан, — почему-то сказала ей, больше не в силах слышать «начальник».

Лена пару раз произнесла для нее непривычное имя, пока я не кивнула, услышав четкое и ясное. Она уже знала несколько слов на эйделийнском, и я была приятно удивлена, когда она с легкостью и осмысленно повторяла их без запинки.

— У меня с детства память хорошая, — объяснила она мне вчера перед сном, когда запомнила не менее пятнадцати слов.

— Можно вопрос?

Я перевела на нее взгляд, до этого разглядывая город за окном. Кип летел достаточно быстро, и скоро мы будем уже на месте.

— Конечно, — улыбнулась ей, — всегда готова тебе все объяснить.

Лена на секунду замялась, о чем-то раздумывая. Взглянула в окно и наконец озвучила вопрос:

— Почему ты в очках? — а увидев, как мои брови поползли вверх, быстро начала говорить, между слов извиняясь: — Извини за такое любопытство, Диана, просто я больше ни у кого не увидела очков, кроме солнцезащитных. Здесь, как я поняла, медицина тоже магическая. Так почему ты не исправишь зрение? Наверное, неудобно с ними ходить… — тихо закончила она говорить.

Упомянутый предмет съехал по моему носу вниз, и соседка тут же расплылась у меня перед глазами. Нервно вернула их на место.

— Если не хочешь, не отвечай, — подняла она руки вверх, не дождавшись тут же ответа.

— Если честно, то я сама только недавно в этом разобралась, — сипло начала я, отвернувшись к окну. — Своего перемещения в этот мир я не помню. Проснулась уже в кабинете службы безопасности, а оттуда меня сразу отправили в магическую школу. На тот момент у меня еще не было сильного дара. Так, задатки, а уже потом, когда я привыкла — все и началось. Нет, у меня ничего не взрывалось, как у тебя, — усмехнулась, вспомнив, как налетела на змея при магическом выбросе. — У меня нет такой силы. Может я и чистокровный человек, однако что-то мешало мне себя реализовать полностью. Так и с моей внешностью. Ты не поверишь, но раньше у меня были русые волосы и зеленые глаза. И зрение было у меня стопроцентное. Но здесь я проснулась именно такой. Конечно, целители пытались помочь, но так и не смогли вернуть мне зрение. Никто не знает, почему так.

— Но ты сказала, что разобралась? — аккуратно спросила Лена, будто боясь меня чем-то обидеть.

Я хищно улыбнулась.

— Я была другой до перемещения. Это ритуал меня сделал такой, и как только ты станешь способна сама постоять за себя, я обязательно узнаю, что это был за ритуал. Может не все потеряно, и я верну себе прежнюю внешность.

Во взгляде Лены мелькнуло удивление.

— Меня тоже перенесло сюда ритуалом, так почему я не изменилась?

— Наверное ритуалы разные, — пожала плечами и открыла дверь.

Кип остановился на остановке напротив здания службы безопасности. Людей на площади было как всегда много, поэтому взяла Лену за руку и повела вперед. Меня радовало, что девушка быстро всему учится. За то недолгое время, что она со мной провела, научилась держать магию под контролем. Порой я просто недоумевала, как ей так быстро и легко все удается. Что-то мне подсказывало, что если бы я не освободила ее из лап службы безопасности, она и так со всем справилась бы. Без меня. Даже не зная языка…

Оказавшись в вестибюле здания службы безопасности, по привычке побежала к лифту, видя, как его дверцы уже закрываются. Возле него было много людей, поэтому не успела втащить за собой Лену, расцепив руки в последний момент.

— Блин! — выругалась и ударила кулаком по стальной дверце.

— И вам доброго утра, госпожа Белова, — прозвучало у меня над ухом, отчего вздрогнула и развернулась, тотчас уткнувшись носом в уже знакомый пиджак формы службы безопасности.

— Господин Тойгер, — выдохнула, не поднимая головы. Лучше буду смотреть на пуговицу, чем в его глаза. — Везет же нам с вами на эти лифты.

— Что есть, то есть, — усмехнулся тигр, продолжая так же стоять, а когда лифт остановился — подался чуть вперед и придавил меня к дверце, которая тут же отворилась, и ему пришлось придержать меня за талию, чтобы я не упала. — Ваш этаж, госпожа Белова, — лукаво произнес он и разомкнул объятия.

— С-спасибо, — смущенно ответила ему, поправив очки.

Он подмигнул, и дверцы скрыли и его, и всех свидетелей нашей утренней встречи в лифте. Несколько секунд стояла и просто смотрела на лифт, пока сбоку не открылась дверь, впуская сурового Октавиана. Это помогло отвлечься.

— Белова, почему ваша подопечная одна? — с порога заявил он и пропустил Елену, шедшую за ним. Видимо, она встретила его в вестибюле, а так как лифт был под завязку, змей решил воспользоваться лестницей.

— Потеряла, — съязвила, рассматривая его. Сегодня на нем была форма службы безопасности, что меня сильно удивило, ведь он чаще предпочитал просто костюмы, а форму только для дальней поездки. Даже засмотрелась, не в силах отвести взгляд.

— Наверное, было ошибкой доверить вам девушку.

— Это еще почему? — не сразу поняла, растерянно моргнув.

— Вы-то и о себе позаботиться не можете, — нахмурив брови, ответил он тихо, а затем уже громко: — Но так как у меня нет времени с вами возиться, то сидите на работе и никуда не выходите, а вечером сразу домой. Завтра жду у себя.

Знал бы он, что мы увидимся гораздо раньше…

— Есть сэр! — отчеканила, расправив плечи.

Змеиные глаза сузились, смотря на меня с подозрением. Мне не привыкать, поэтому с легкостью выдержала его взгляд, ни разу не моргнув.

Октавиан молча развернулся обратно к лестнице, взглянул на Лену и оставил нас в коридоре, полном любопытных посетителей и сотрудников.

— Белова как всегда, — весело произнесла Лиз, подперев плечом стенку возле своего кабинета. — Разозлит начальника, а нам потом прячься под рабочими столами от его гнева.

— Что-то вы не особо прячетесь, — ответила я с ухмылкой на губах и потащила Лену в кабинет, подальше от этих любителей посплетничать.

— Наконец-то! — это первое, что мы услышали, когда дверь захлопнулась за нашими спинами. Буся радостно вынырнула из воды и указала на журнал. — Я уже с ума схожу от скуки. Будьте добры, двенадцатая страница.

— А где «здравствуйте», или «как я рада вас видеть»? — пожурила ее, кидая сумку на диван.

— Все равно убежите, а так хотя бы журнальчик почитаю.

Соседка прошла к столу и молча открыла журнал на нужной странице.

— Вот, Белова, учись у приличных девушек, — подняла Буся плавник, указав на Лену.

— Всенепременно, — съязвила, упав в кресло. — Вот только побуду еще немного собой.

— Не ссорьтесь, девочки, — подала голос Лена, наблюдая за нами, усевшись на стул для посетителей.

В этот момент в дверь постучали, и следом зашел мужчина-бруйт, неся небольшую коробку в руках.

— Извините, но я пока не принимаю посетителей, — сообщила я, видя, как он замер на пороге, пытаясь смотреть на меня, но его глаза то и дело, что косился в сторону Лены.

— А кто тогда…

— Пятый кабинет, — перебила его, а как только дверь закрылась, поспешила ее запереть. — Так, у нас важное совещание, — важно произнесла, возвращаясь обратно на свое место.

— Это я люблю, — Буся с предвкушением потерла плавники. Я хмыкнула на ее желание обсудить запретное.

— Это по поводу Великого артефактора?

— Да, — ответила я Лене, тяжело положив на стол старый, толстый фолиант, заранее отодвинув все документы в сторону. У меня была своя маленькая библиотека, и книги, в основном, содержали в себе информацию об артефактах. — Не знаю как вы, но мне жуть как хочется узнать о том, зачем тем мужчинам понадобились попаданки. Раз начальство нам ничего не хочет говорить, постараемся все сами разузнать. Сидеть сложа руки не собираюсь, особенно, если это расследование касается и моего прошлого. А возможно и будущего.

— Опять мир собралась спасать? — усмехнулась Буся, зная меня как облупленную.

— Что значит — спасать мир? — не поняла Лена, смотря на то, как я быстро листаю пожелтевшие листья книги. — Все настолько серьезно?

— Пока еще не знаю, — скривилась от своей беспомощности. — Но два одинаковых случая с ритуалами не может быть совпадением.

— А тебя не смущает, что времени между этими ритуалами прошло очень много? — стала размышлять Буся. — Девять лет — это большой срок. Может все-таки совпадение?

— Сколько?! — удивилась моя соседка, уставившись на меня. — Ты тут уже почти десять лет?!

— Им зачем-то нужен сильный артефактор, — ответила я рыбе, а посмотрев исподлобья на Лену, просто кивнула.

— И не пыталась вернуться домой? — не унималась попаданка.

— Мне и тут хорошо, — отмахнулась, не желая развивать эту тему. — Мы сейчас не об этом.

— Хорошо, — поджала она недовольно губы, — но ты обязательно мне об этом расскажешь!

Тяжело вздохнув, кивнула и внимательно всмотрелась в текст книги.

— В академии нам много рассказывали о Великом артефакторе. Он был поистине сильным магом. Неужели тем двоим нужна такая сила? Для чего?

Больше не сказав ни слова, я углубилась в книгу, ища ответ там. Перелистывала страницу за страницей, где описывались все изобретения Великого артефактора, но глаз так ни за что и не зацепился. Все артефакты были известными, и многие использовались и по сей день. Таким я даже минуту не уделяла, а вот запрещенные были мне интересны. Почти все они имели сущности высшего порядка — тонкие нити, которые невозможно заставить хоть как-то влиять на окружающий мир. А вот этот человек смог. Смог их не только увидеть среди других сущностей, но и воспользоваться ими. Невероятно. Это слишком большая сила. И поэтому в каждом тексте, прямо в конце, значилось, что все запрещенные артефакты были уничтожены службой безопасности.

Тяжело вздохнув, я откинулась на спинку кресла. Лена ходила вдоль шкафа, рассматривая артефакты и приборы для опытов, а Буся читала журнал. Девочки решили меня не трогать, оставив с этим разбираться самой, ведь спасать мир стремлюсь только я.

— Как успехи? — услышав мой вздох, поинтересовалась соседка, обернувшись в мою сторону.

— Пусто, — произнесла, в очередной раз вздохнув. — Но я уверена, что все дело в артефакте. Вот только, что это за предмет и где его искать? Ритуалы запрещены законом, и ради обычных безделушек мужчины бы не пошли против правил. В мире куча запрещенных артефактов, которые не уничтожены, и которые способны разгромить целые города. И если бы им было это интересно, то им незачем было бы проводить ритуал по вызову человека, у которого сила Великого артефактора.

— Но зачем им нужна была ты, а теперь и я?

— Действительно, — подключилась Буся, тоже раздумывая. — Может им интересно просто проводить ритуалы?

Иронично посмотрела на рыбку. Уж от нее таких слов не ожидала. Тоже мне, умная рыба.

— Запрещенные артефакты не просто так называют запрещенными, — стала им пояснять. — Помимо того, что они могут неправильно сработать, так еще могут убить носителя. Сильному артефактору не составит труда увидеть самую дальнюю сущность и воспользоваться ею. А для слабых эта сущность подобна змее. Может с легкостью оказаться ядовитой, если не хватит сил.

— Я не совсем поняла, — перебила меня Лена, массируя виски, — то есть, есть такие артефакты, которые может взять в руки только сильный маг?

— Конкретный артефактор, — исправила ее. — Отсюда вывод, что есть такой артефакт, которым может воспользоваться только Великий артефактор.

— Допустим это так, — стала рассуждать и Буся. — Для чего им такой артефакт?

— Власть, деньги, — пожала я плечами. — Кто этих злодеев поймет. Куда важнее успеть помешать им. Мне даже страшно представить, что это за артефакт и на что он способен.

— И ты хочешь им помешать? — удивленно спросила соседка. — У тебя же даже магии нет.

Я нахмурилась, решив промолчать.

— Желание спасти мир гораздо сильнее, — посмеиваясь, ответила за меня Буся. — Но Лена права, Ди. Пусть мечта остается мечтой. Тебе не станет хуже, если она так и останется неисполненной, а вот жизнь одна.

— Да, Диана, давай прислушаемся к словам Октавиана и будем сидеть тихо и никуда не полезем.

— Что это ты решила слушаться змея? — с подозрением посмотрела на нее, на что она невинно пожала плечами. — Я все понимаю, — уже со вздохом ответила ей. — Но…

— Но поступишь по-своему, — с улыбкой сказала Буся. — Напиши хотя бы завещание. А то если ты падешь смертью храбрых, боюсь последую за тобой, как запрещенный артефакт.

— Вы это серьезно?! — недоуменно спросила Лена, пораженно смотря то на меня, то на Бусю. — Нельзя же взять и вмешаться в серьезное расследование!

— Странно, — задумчиво протянула я, поглаживая подбородок. — Ты вроде попаданка, а не стремишься спасти мир.

— Ты с ума сошла, — покрутила она пальцем возле виска и скрестила руки на груди. — Никуда не пойду и точка!

— А идти-то и некуда, — развела руки в сторону, — что это за артефакт и где он находится нам неизвестно.

В кабинете воцарилось молчание, разбавленное злым сопением со стороны попаданки номер два. В отличие от нее, я желала исполнить призвание попавшей в другой мир, поэтому бессильно кусала губу, размышляя, как же узнать об артефакте.

— А что если спросить у самого Великого артефактора? — предложила Буся, рассматривая свой плавник.

— Гениально, Ватсон! — съязвила, нервно рассмеявшись. — Я не некромант, чтобы с умершими разговаривать.

Лена испуганно икнула, выпрямившись на стуле.

— А такое вообще возможно?

— Возможно, — кивнула ей золотая рыбка, никак не отреагировав на мое возмущение. — Необязательно самому быть некромантом. Можно об этом и попросить. Например, у Бони.

— Так ритуалы запрещены!

— Если его провести в этом здании, то никто и не заподозрит. Мало ли, чем некромант занимается в своей лаборатории. Он дал клятву, что его магия не навредит никому, а это будет совсем маленький ритуал. Вызовите духа, поговорите с ним и отправите его обратно.

Я на секунду задумалась. В чем-то Буся права. Это бы избавило нас от ненужных поисков среди опасных артефактов. Сам создатель может нам об этом рассказать!

— Твоя взяла, — согласилась с ней, решительно поднявшись с кресла.

— К-куда ты? — спросила Лена, продолжая сидеть на стуле.

— Давно не видела любимого кошака, — ответила ей, рассматривая себя в зеркале, которое висело возле вешалки. Белые колючки как всегда торчали в разные стороны, что бы я с ними не делала. — А ты почему сидишь? — посмотрела на нее через плечо. — Мне было велено тебя больше не терять, так что вперед и с песней!

— Тебе было велено не высовываться, — пробубнила она, но все же пошла за мной.

Что-то мне подсказывало, что ее любопытство было сильнее разума. И это меня радовало, ведь так и поступают попаданцы. Не все еще потерянно!

— Ди! — возглас Буси настиг меня до того, как я закрыла дверь. — Пообещай вернуться!

— Обещаю, — ответила ей с заминкой и закрыла дверь.

Правильно ли я поступила, что пообещала ей? Не знаю. Мне неизвестно, что нас ждет, но хочется верить, что у этой истории хороший конец, а иначе гореть мне в аду за нарушенное обещание.

По причине большого наплыва посетителей, мы с Еленой решили воспользоваться лестницей, и то, на первом этаже до лифта, идущего вниз, пришлось пробираться вдоль стеночки.

— А этот Бони, он кто?

— Бруйт, — пояснила ей, смотря на цифру, указывающий этаж. Раздался колокольчик, и лифт плавно остановился.

— Инородные части тела? — продолжала она уточнять, чтобы сразу не испугаться.

— Для кого как, — рассмеялась я над ее серьезным лицом и ступила на тонкую ковровую дорожку безлюдного коридора. — Для него они обычные в порядке вещей.

— Но все же? — решила она докопаться до истины, поеживаясь от серых тонов стен.

— Уши и хвост, — ответила первое, что всплыло в памяти. — Кот, он и в Африке кот.

— Только он не ходит на двух ногах и не умет разговаривать по-человечески, — тихо прокомментировала Лена, останавливаясь вслед за мной возле стальной широкой двери.

— Это морг, — просто произнесла, так сказать, на всякий случай, и открыла дверь, сразу заходя внутрь. — Бони, давно не виделись, мой любимый кот! — с порога прокричала, заставляя согнувшегося над трупом бруйта вздрогнуть, но все же плавно распрямиться.

— Мышка, — расплылся он в широкой приветливой улыбке, поблескивая изумрудными кошачьими глазами. — Действительно, давно не заходила. Слышал, тебе аварии было мало, так ты еще перегорела ради внимания начальника и главного следователя?

Скрипнув зубами, одарила его недобрым взглядом. Да сдались мне эти начальники!

— Не то ты слушаешь, Бони, — погрозила ему кулаком.

— Тогда сама приходи и рассказывай, — осклабившись в ответ, проговорил он и вдруг наклонился в сторону, заглядывая мне за спину. — Мою обитель решил посетить ангел? Кто ты, о милое создание? — и с глупой улыбкой облокотился на стол возле ног трупа.

Я обернулась и посмотрела на Лену, которая внимательно разглядывала местное убранство, стараясь избегать самого хозяина морга. На вопросе бруйта она встретилась с ним взглядом и тотчас покосилась на меня.

— Это милое создание не ответит на твои вопросы, поскольку не знает великого эйделийнского языка, — вместо соседки ответила я ему, поправив очки. — Она из того же мира что и я!

Бони еще какие-то время глупо улыбался, но улыбка будто застыла на его губах, когда брови медленно начали подниматься от удивления.

— Кстати. — Я решила идти до конца. — Мы пришли к тебе за помощью. — Дождавшись, пока он переведет взгляд на меня, серьезно произнесла: — Необходимо вызвать духа Великого артефактора!

Труп на столе что-то пробурчал и затих. Я продолжала смотреть на Бони, ожидая его реакции. Да, просьба не лезет ни в какие рамки нашей дружбы, но внутри меня теплилась надежда, что он не откажет.

— Кхм, — Бони поджал губы и выпрямился. — Всегда знал, что этот день настанет, но не ожидал, что так скоро. — Я вопросительно изогнула бровь, на что друг добавил: — Речь идет о вызове духа. Рано или поздно, но ты бы захотела с ним поговорить, несмотря на твою нелюбовь к мертвым.

— Так ты согласен? — уточнила, чисто для уверенности.

— Свечи и мел уже давно ждут своего часа, — усмехнулся любитель всего мертвого и страшного.

— Я тебе говорила, что обожаю тебя? — широко улыбнулась и быстро перевела для Лены все, о чем мы говорили с Бони. Та с опаской посмотрела в сторону стола, на котором лежал труп, прикрытый полоской ткани в стратегическом месте.

— Да, но делай это почаще, и тогда я буду полностью к твоим услугам, — двусмысленно ответил друг и, уклонившись от моего коронного тычка локтем в бок, отодвинул стол на колесиках в сторону, расчищая место для ритуала.

Все время, пока шла подготовка, он то и дело что-то спрашивал о Лене. Из-за аварии Бони многое пропустил, поэтому я все честно рассказала, почти ничего не утаивая. Болтать бруйт любил только со мной и трупами, и я не видела смысла не рассказывать ему о луде или браслетах. Все сказанное в этом зале — останется в этом зале.

По ходу рассказа Бони начертил мелом идеальный круг на каменном полу, рассыпал чей-то прах по краям белой линии и там же расставил толстые, но низкие восковые свечи. К слову, были они черными.

— Дверь закрыть и никому не открывать, даже если будут требовать. — Уже перед самым началом ритуала Бони давал указания. — У вас будет всего десять мину, поэтому спрашивайте и говорите по существу. За меня не беспокойтесь, — произнес он последнее и зашел в круг.

— Э-э-э, Бони? — начала я уже бояться, стоя почти в темноте. Свечи рассеивали тьму только внизу, образуя небольшой круг света. — А ты разве не будешь стоять рядом?

— Духу нужен проводник в мир живых, — сказал он так, будто говорил о погоде. — Повторяю, у вас будет всего десять минут.

Похлопав глазами, все же кивнула. Я сама его попросила об этом, а он, как любитель экстрима, сразу же согласился. Ему было все равно, что ритуалы запрещены, и что за это могут даже казнить. Либо он сумасшедший, либо знает, что все пройдет как по маслу. Может и не стоит так бояться?

Бруйт сел в позу лотоса прямо на холодный пол в центе круга. Перед тем как зайти в него, он надел откуда-то взявшийся балахон серого цвета. Спрятав голову с кошачьими ушами под капюшон, Бони сложил ладони вместе, как будто собрался молиться. Его лица больше не было видно под капюшоном. Вообще в небольшом зале стало подозрительно тихо. До этого спокойно горящие свечи начали потрескивать на фитилях, то усиливая пламя, а то чуть ли не гаснув совсем. Когда они резко потухли одновременно и также внезапно зажглись заново, но уже зеленым огнем, я обнаружила, что почти сижу на плечах у Лены. Совсем не помню, как это произошло. Вроде стояла рядом, а тут уже трясусь от страха на спине соседки. В отличие от меня, она не боялась, а с любопытством следила за происходящим. А еще идти не хотела!

Смутившись, сползла с нее и встала обратно на свое место, неловко переступая с пятки на пятку. Я просто боюсь неожиданностей, вот и все.

Тем временем в зале ощутимо похолодало, а зеленый огонь на фитилях затанцевал в одном слаженном танце. Жуткое зрелище. Жуткое, но завораживающее. Бони ничего не говорил, не пел и даже не шевелился. Просто неподвижно сидел на полу в сером балахоне, не подавая никаких признаков жизни. Если бы я не знала, что это мой друг, ни за что бы не догадалась.

Еще несколько минут спустя от каждого огонька потянулся дымок, поднимаясь вверх под странным углом — прямо над головой Бони. Там он начал клубиться словно живой, образуя безобразную фигуру. У нее не было ног, и голова была лысой, с темными провалами вместо глаз. Руки так и остались обрывками старой ткани, развеваясь от несуществующего ветра. Лишь что-то отдаленное напоминало в этом полупрозрачном силуэте человека.

— Нет мне покоя даже после смерти, — неожиданно прозвучал по всему залу замогильный голос. Я еле заставила себя стоять на месте, чтобы вновь не забраться на Лену. — Так еще и призвали в этот мир.

Не сразу, но я сообразила, что говорит сам дух, да еще по-русски! Фигура так и продолжала парить над головой Бони, не шевеля тонкими черными губами.

— Я его понимаю, — шепнула на ухо Елена, наклонившись ко мне. Дух заметил этот жест и дернулся в нашу сторону, но близко подлететь не смог из-за магического круга.

— Вы знаете русский язык? — бесцветным голосом спросил он, однако что-то мне подсказывало, что дух удивлен. — Кто вы?

— Мы земляне, — аккуратно ответила я, поправив очки.

Дух как-то странно задрожал, и только по голосу, сказанным следом, мы поняли, что он так смеется.

— Меня призвали земляне в другом мире! — Дух отлетел обратно, продолжая дрожать. — Удивительно и нелепо. И как же вы попали сюда?

— Нас призвали ритуалами! — ровно и громко произнесла Лена, сделав шаг вперед. — И теперь пытаемся разобраться для чего.

— О-у, — протянул Валерий и на какое-то время затих, отвернувшись. Мы уже подумали что все — время кончилось, но нам вновь уделили внимание: — Так мои ритуалы все же работают? Потрясающе, — очень тихо прошелестел голос по всему залу, забираясь холодом прямо под кожу. — Кому же это удалось? — Черные провалы заглядывали прямо в душу.

— Местным, — ответила на этот раз я, поведя плечами. — Им зачем-то понадобился сильный артефактор, вот и призвали сначала меня, а затем ее, — кивнула на Елену. — Мы предполагаем, что это ради запрещенного артефакта. И он обладает такой силой, что им может пользоваться только очень сильный маг, такой, что обладает вашей силой.

— Умная девочка, — неожиданно улыбнулся дух, — и почему же вы сейчас здесь, а не с ними?

— Не понравились, — хмыкнула, невесело улыбнувшись в ответ. — Так что это за артефакт? И где он спрятан? Я же правильно понимаю, что он все же существует?

— Существует, — кивнул он и пролетел вдоль круга. — Раз вы такие, каким был я, вы меня должны понять и не винить за это, — начал он, делая паузы между слов, раздумывая. Если так и дальше пойдет, то времени нам точно не хватит.

— А поточнее? — спросила Лена, тоже боясь не успеть получить нужную информацию.

— Чем больше сила, тем больше возможностей! Мне были скучны обычные сущности предметов. Они словно преданные псы сами тянулись ко мне, желая стать артефактами. Но все они мне были неинтересны. Я вдоль и поперек изучил сущность крови. Получил невероятные возможности, но и с ней мне надоело играть. А потом я стал замечать в людях ее — саму сущность живого существа!

— Что это значит? — почти одновременно произнесли мы с Леной.

— Я стал видеть души! — пояснил он все тем же бесцветным голосом. — Мне с каждым днем хотелось изучить ее. Понять, что она собой представляет. И однажды мне была дана возможность.

— Вы кого-то убили? — ахнула соседка, делая обратно шаг назад.

— Нет-нет, — поспешил заверить ее дух, подлетая ближе. — Он сам умер. От старости. Вот только душа ускользнула очень быстро, так и не позволив себя изучить.

У меня дернулся глаз. В голове не укладывалась, как можно об этом вот так спокойно говорить.

— Тогда я создал артефакт, способный удерживать души.

— И что вы узнали, ну…какое значение несет душа? — в отличие от меня, Елена заинтересовалась этим странным и жутким опытом.

— Души дают жизнь, — как самое очевидное, произнес дух. — Любой, обладая артефактом с сущностью души — может прожить дольше. Я лично в этом убедился.

— Но все же умерли, — с толикой облегчения, проговорила я. Оказывается, Великий артефактор был жутким человеком. Можно сказать — сумасшедшим. Ну какой разумный человек станет пленить души ради вечной жизни?

С опаской покосилась на Елену…

— Я истончил сущность души только раз, — оправдался он, поняв, к чему я клоню. — Я понял, что я сотворил, но как любой артефактор, любящий свое творение, не смог его уничтожить. Поэтому спрятал в надежном месте.

— А как же служба безопасности? — удивилась я. Они всегда следят за любым артефактом. — Разве они не потребовали его уничтожить?

— Девочка, я был другом самого короля. Да и на тот момент еще не было такой организации. Я действовал свободно.

— И теперь в опасности другое поколение, — сделала вывод соседка, в задумчивости потирая подбородок. — Где этот артефакт? — с вызовом посмотрела она на него снизу вверх.

— Там, где на меня может взглянуть любой, — будто издалека прозвучал голос и дух растворился, оставив после себя только воспоминания.

Пламя свечей плавно сменило цвет на обычный, возвращая тепло в зал. Бони впервые за это время пошевелился, а вернее просто упал на спину, раскинув руки в стороны, чудом не задев свечи.

— Как ты, друг? — подошла к нему, желая узнать его самочувствие после тяжелого ритуала.

— Все-таки я был прав, — хрипло ответил Бони совсем не то, что хотела услышать я. — Мне удалось его призвать, Мышка. — Кривая улыбка растянулась на бледных губах.

Я облегченно выдохнула. Живой.

— Ты это о чем? — спросила, протягивая руку, чтобы помочь ему подняться.

Бруйт ухватился за нее и с кряхтением встал на ноги, покачиваясь на месте.

— Жизнь после смерти есть! Вы же видели духа? — на секунду усомнился он в своем успехе, но дождавшись моего кивка, улыбнулся еще шире. А я вдруг поняла одну вещь.

— Так ты был не уверен в ритуале?!

— Это древние ритуалы, — пожал он плечами, тяжело опустившись на стул, до которого я довела его. Лена встала рядом, но ничего не понимала, что мы говорим, а потому просто смотрела на бруйта. — Соответственно, все точности уже забыты. Я действовал на чистой интуиции.

— Да ты совсем с ума сошел! — возмутилась я не на шутку. — Кто же с этим экспериментирует?!

— Ты так серьезно об этом просила, что я не смог отказать, — продолжал улыбаться кот, наслаждаясь моей растерянностью и злостью. — Да и мне самому было интересно узнать, смогу ли я перейти грань и отыскать хоть что-то или кого-то. Это просто были невероятные ощущения! Но… — неожиданно замолчал он.

— Но? — тихо спросила я.

— Но больше не проси меня это делать, — выдохнул он, откинувшись на спинку стула. — Резерв почти пуст. Пожалуй, на сегодня хватит работы. Никто не рвался сюда?

— Нет, — нервно усмехнулась и я, радуясь удаче.

— Хорошо, — серьезно произнес Бони, потерев виски. — Значит стены работают как надо! И все благодаря кому? — лукаво улыбнулся он мне и подмигнул. — Эх, хорошим ты была артефактором, Мышка!

— Ага, — произнесла, тяжело вздохнув.

— Ну так все узнали? — быстро сменил он тему, не желая меня обидеть.

— Да, и у меня есть последняя просьба к тебе, — виновато улыбнулась, глядя на его бледное лицо. Бони хмыкнул и махнул рукой, разрешая его домучить. — Нам нужны артефакты переноса. У тебя же найдется парочка, доставшихся после трупов?

— Ох, во что ты меня впутываешь? — наигранно посокрушался он и указал на дверь в свой кабинет. — Найдешь в тумбочке. Сам я тебе их дать не в состоянии.

— Ты прелесть! — обрадованно хлопнула в ладоши и бегом направилась к кабинету.

— И даже не поцелуешь? — крикнули мне вслед. — Хотя бы по-дружески.

— Ты мне еще за аварию должен, — ответила, уже взявшись за дверную ручку. — И за скелета!

Бони примирительно поднял руки вверх. Обожаю этого кота! И пусть иногда он меня раздражает, без него мое пребывание в этом мире не было бы таким веселым!

Камни переноса нашлись быстро. Дело осталось за малым: нанять кип до портальной площади и уничтожить артефакт, дабы спасти мир и выполнить свое предназначение. Кажется легко, но еще неизвестно, что нас будет ждать в секретном месте Великого артефактора. Дух этого мужчины показался мне странным, так не ждет ли нас нечто особенное и возможно опасное для жизни?

Боже, пусть так все и будет! А иначе не исполнить мне роль попаданки.

Всю дорогу до площади мы с Леной решали и спорили. Она боялась идти в это место, не зная, что нас ждет. В отличие от меня, она не старалась спасти мир, толком не пожив в нем. Но без нее мне не справиться. Я больше не артефактор. Да что уж там, я вообще не вижу проявлений магии, поэтому без нее я не справлюсь. Да и ее способность по уничтожению артефактов будет нам очень полезна. Главное, все правильно рассчитать.

Глава 17

С горем пополам, мы появились недалеко от города Норвий, прямо возле леса, и до небольшой круглой площади, в центре которой на пьедестале стоял памятник самому Валерию Артяеву, добирались пешком. По пути нам мало кто встречался. Город был маленьким, возведенным на крохотном магическом источнике, поэтому жителей тут насчитывалось от силы пару сотен. И в таком месте мало кому придёт в голову гулять ночью. Даже непонятно, почему именно тут жил Великий артефактор?

Дойдя до цели, мы с Еленой остановились в паре шагов от памятника. Статуя была сделана во весь рост, и мужчина, облаченный в длинный плащ, возвышался над нами, гордо расправив плечи и уверенно смотря вдаль. Как и сказал дух, тут на него может взглянуть каждый.

Я с большим интересом смотрела на простого, но великого человека, который изменил этот мир. Выдающийся артефактор с самым сильным даром, таким, что даже способен был видеть души людей. Он мог с легкостью управлять этим миром, но вместо этого просто помогал его жителям и делал все, чтобы жизнь приносила радость. Неудивительно, что после этого ему чуть ли не поклоняются.

Легкая, немного изогнутая в бок улыбка на тонких губах придавала лицу мужчине мальчишеский вид. Короткие бронзовые кудри были зачесаны назад, открывая широкий лоб и красивый, ровный разлет бровей. Прямой нос и высокие скулы на овальном лице привлекали к себе внимание. Красивый мужчина. Высокий, стройный — он был идеальным попаданцем. Таким, что любой бы с радостью читал о его приключениях и больших победах. Умный, сильный маг. Изменил целый мир! Он сделал все, что необходимо было сделать попаданцу.

— Очень харизматичный мужчина, — проговорила Лена, так же как и я, с интересом рассматривая статую. — Скульптору удалось передать это качество.

Ее слова помогли мне выйти из оцепенения и наконец заняться делом. Было желание еще вот так постоять в лунном свете и посмотреть на мужчину, но время поджимало. Что-то внутри не давало мне покоя. Какое-то странное предчувствие беды.

— Давай искать вход, — предложила я, подходя к основанию памятника, на котором был выгравирован небольшой текст о Великом артефакторе.

— А он точно здесь?

— Дух сказал, что здесь. Наверное, ему виднее, где он спрятал артефакт, — усмехнувшись, ответила ей.

— Не глупо ли это — делать секретное место под памятником? Любой догадается, — ощупывая вместе со мной пьедестал, недоумевала соседка. Она до сих пор мелко подрагивала после перемещения.

— Не в этом мире, — сказала и пустилась в объяснения: — В городах и даже в малых деревнях трудно спрятать подобные места. Любой заклинатель почувствует.

— А здесь не почувствовали, — пробубнила она. — Где эти заклинатели, когда так нужны? Может сообщим Октавиану, что нашли потайное место с опасным артефактом?

— И как мы объясним ему это? — качнула головой, не соглашаясь с ней. — Мы подставим Бони. Да и себя тоже.

— Тем не менее, я бы лучше посмотрела на злодеев из-за спины Октавиана, чем самой лезть на рожон.

— Тебе-то бояться с твоим даром! — махнула я на нее, фыркнув. — Может там и нет никого. Быстро деактивируем артефакт и все — мир спасен, а мы с тобой исполним свои обязанности попаданцев.

— И сдались тебе эти обязанности? Я просто жить хочу и не рвусь спасать мир! Так что иди ты!.. — возмущенно говорила Лена с другой стороны основания памятника и неожиданно замолчала, не договорив, куда мне, собственно, следовало отправиться.

— Лена? — растерянно позвала ее, а не дождавшись отклика, поспешила узнать, что стало причиной ее молчания.

Каково же было мое удивление, когда я не обнаружила ее с другой стороны памятника. Обойдя по кругу, совсем растерялась. Лены нигде не было!

— Это уже не смешно.

Я нервно потерла ладони и еще раз зашла за спину бронзового мужчины, пытаясь понять, что произошло и где моя соседка. Она точно стояла тут и проклинала мое стремление спасти мир. Так что же произошло?

Крутанулась на месте, но кроме меня и статуи на круглой площади из мощеного грубого камня никого больше не было. Не могла же она, право слово, исчезнуть?!

Прохладный ветер, напитавшийся запахом леса, забрался под тонкую блузку, заставляя меня поежиться. Только сейчас обратила внимание, что на площади очень тихо, а оттого страшно.

С опаской глянула на прямоугольный пьедестал. Если с той стороны, где осматривала я, были слова, то здесь он был абсолютно гладким. Просто серый камень. И в который раз тяжело вздохнула, не имея возможности посмотреть на него магическим зрением. Вдруг этот камень что-то скрывает?

— Ты неудачница, Ди, — невесело сделала вывод и просто стала ощупывать камень.

На Земле бы это выглядело логично. Если есть секретное место, то должен быть тайный вход, который открывается при помощи нажатия на какой-нибудь предмет. Но это магический мир. И вход только избранным — обладающим определенным даром, поэтому через десять минут поисков я поняла, что я не тот человек. Сдвинуть так ничего и не удалось.

— Ррр! — от бессилия стукнула ногой пьедестал, и в это же время рядом со мной открылся люк прямо в брусчатке.

— Эй, там есть кто наверху? — послышалось где-то внизу, где стояла кромешная тьма.

— Лена? — неуверенно произнесла, опустившись на колени.

— Ди! Я здесь! — послышалось тотчас, и я с облегчением выдохнула.

— Слава богу, — нервно рассмеялась, разглядев ступеньки. — Как ты там оказалась? С тобой все в порядке?!

— Сама не знаю, как так получилось. Просто начала падать вниз, но все хорошо, не считая ободранных рук и коленей. Спускайся! Тебе стоит это увидеть…

Последние слова Лены было слышно уже плохо, будто она куда-то ушла.

Не мешкая, поднялась на ноги и со словами «Наконец-то моя мечта осуществляется», начала спускаться вниз. В полной темноте это было делать очень трудно, поэтому ползла как черепаха, пытаясь держаться за шершавую стену.

— Что так долго? — услышала рядом, когда последняя ступенька стала очень широкой. Только спустя несколько секунд поняла, что это пол, и неуверенно сделала еще шаг.

— Так темно же, — просипела ей в ответ, шаря руками вокруг себя. С большим трудом удалось отыскать ее, и я тут же вцепилась в руку соседки мертвой хваткой.

— Темно? — недоуменно спросила она. — Я все замечательно вижу.

— Так магическим зрением можно даже в темноте видеть, — обиженно пробурчала, придерживая очки. Не хотелось бы оступиться и потерять их. — Как ты открыла люк?

— Просто почувствовала вход, как ты и говорила. И он совсем не связан со статуей. Однако не ожидала, что он прямо подо мной. Уже потом разобралась, как он работает. Оказывается, весь верх опутан все теми же нитями, что и город, но они какие-то странные. Тусклые, и искрятся белыми искрами.

— Это высший уровень, — успокоила ее. — Ты же равна по силе с Великим артефактором и можешь все то же, что и он. Поэтому тебе открылся вход в святую святых. Осталось понять, что это за место, — произнесла, закрывая и открывая глаза и не видя разницы.

— Это какой-то коридор, — пояснила мне Лена, продолжая стоять на месте. — Дальше виден арочный проход.

— Пойдем туда, — уверенно заявила, но побоялась сделать шаг первой.

— Ты в этом уверена?

— Чем быстрее закончим, тем быстрее окажемся дома, — ответила я, и ей пришлось вести меня вперед, поскольку отступать я была не намерена.

Не спорю, было страшно и хотелось повернуть назад. Пускай с этим разбираются взрослые дяденьки, но как быть с мечтой? Разве не так, не думая о последствиях, попаданки стремятся спасти мир? И пусть у них все это происходит совершенно случайно и им благоволит удача, они выполняли свой долг. И чем мы с Еленой хуже? Быть может и нам повезет…

Из-за меня шли медленно. По словам Лены, арочный проход был в нескольких шагах, но мои ноги просто отказывались подниматься от твердой опоры и шагать в неизвестность, несмотря на проводника.

— Что это? — тихо спросила, в какой-то момент увидев белый свет. А потом еще и еще.

— Не знаю, — честно ответила Лена, остановившись. — Будто вспышки фотоаппаратов.

Я согласно кивнула, придерживая очки. Это действительно выглядело так, будто впереди проходила фотосессия, причем в ней участвовало очень много фотографов. Благодаря частым вспышкам я увидела большой проход с витиеватой аркой, а там, чуть дальше, происходило что-то непонятное. Слышался треск и неразборчивый гул.

— Может повернем обратно? — с надеждой спросила Лена, дернувшись назад.

— Нам необходимо узнать, что там происходит, — качнула головой, отказываясь отступать, когда уже половина пути была пройдена. — Мы только посмотрим и уйдем, — предложила ей новый план.

Вспышки не прекращались, поэтому дальше я пошла самостоятельно.

— Ты слышишь? — буквально в ухо спросила она, заставляя меня вскрикнуть. — Прости.

— Тебя я и так замечательно слышу, — недовольно проворчала, переводя дух.

— Нет, я о другом, — и она указала вперед.

Прислушавшись, я действительно услышала между треском и гулом мужской голос, отчего на секунду пораженно замерла. Кто тут может находиться? Как я поняла, сюда может попасть только очень сильный артефактор. Именно так — ОЧЕНЬ сильный. В других случаях, тайный вход не откроется.

— Пора валить! — струсила Лена, уже развернувшись обратно. Только в последний момент успела схватить ее за руку.

— Нет! Еще рано. Нам нужно больше информации!

— Да ты сдурела?! Вдруг там те маньяки, которые убили невинных аборигенов ради ритуала!

— Так мы из-за них сюда и пришли! — прорычала, напоминая ей наш план. — Ты согласилась мне помочь, а без тебя мне точно не справиться.

— Ты сумасшедшая, — изрекла она очевидное, устав со мной спорить, и прижалась к противоположной стене узкого коридора. — Пошли.

Благодарно ей улыбнулась, и мы одновременно пошли к проходу, где все чаще вспыхивал белый свет.

Со вспышками фотоаппаратов мы не угадали. Застыв по обе стороны прохода, мы выглянули из-за углов, боясь сразу зайти в огромную пещеру. Прямо в воздухе появлялись белые трещины, но молниеносно исчезали, напоследок ослепляя вспышкой. Меня очень сильно удивило то, что коридор и арка были сделаны аккуратно, умело, а вот пещера была самой обычной, с неровными стенами и большими сталактитами наверху и частично поломанными сталагмитами внизу. Здесь пахло сыростью, и при вспышках было видно, как с самых толстых сталактитов капает вода. На миг эта пещера мне показалась пастью монстра с острыми зубами, но стоило вновь услышать голоса, как все отодвинулось на второй план.

— Не твои знакомые? — решила немного пошутить, но Лена не оценила, испуганно покачав головой. — Вроде этот мужской голос я уже где-то слышала, — уже задумчиво закончила и проскользнула внутрь, подбегая и прячась за сталагмитом.

— К-куда?! — послышалось сдавленное сзади.

— Т-с-с, всех преступников распугаешь.

Лена быстро оказалась напротив меня, спрятавшись за другим каменным наростом. С удивлением окинула ее взглядом, отмечая ободранные коленки и руки. Вот чем вышло ей платье! Выглядела она потрепанной.

— Не смотри на меня так, — попросила ее, чувствуя на себе убийственный взгляд.

— Это ты меня втянула в это! А ведь хотела все рассказать Октавиану, — прошипела Лена, но вопреки желанию повернуть обратно, поползла к следующему сталагмиту.

Удивленно проводила ее взглядом, а хмыкнув, последовала за ней.

— Разве тебя не распирает удивительное чувство приключения и скорой победы? Ты только попробуй, — я забавно причмокнула и медленно сглотнула. — Адреналин удивительно сладок!

— Меня, слава богу, ничего не распирает. Вот только инстинкт самосохранения вопит на оба уха, — продолжала ворчать она, но неожиданно усмехнулась. — Есть шанс оглохнуть.

Не удержавшись, рассмеялась. Все же Лена не лишена чувства юмора. Несмотря на опасность, она шутит, что для меня очень важно. Это еще один плюс к ее попаданству.

— Что ты видишь? — наконец успокоившись, спросила у нее.

Соседка заняла более удобное положение, и с ее стороны уже было видно, что творится впереди.

— Трудно сказать, — серьезно произнесла она, выглядывая из-за камня. — Но в одном ты оказалась права — мы знаем этих мужчин.

— Мужчин? — переспросила для уверенности.

— Да, — кивнула она, — те самые, которые призвали нас с тобой в этот мир. Мы достаточно узнали? — с надеждой спросила она, все еще желая вернуться.

Сурово глянула на нее, сузив глаза, и указала ползти дальше. Вот еще, раз подвернулась такая удача — спасти мир — следует довести дело до конца. Попаданки мы или кто?

Со вздохом мученика, Лена, в силу своих возможностей, двинулась дальше. Я следовала за ней, перебегая от одного сталагмита к другому. С каждым шагом голоса становились четче, и я уже сама убедилась, что это именно те мужчины. Вот только что-то тут было не так.

— Стой, — остановила соседку, когда в свете вспышек стали отчетливо видны нарушители.

На пяточке свободного места возвышался только один сталагмит, в который был вставлен странный предмет, напоминающий жезл с огромным синим камнем. В пяти шагах от него стояли наши знакомые, бурно обсуждая, как его вытащить. Никто из мужчин не решался к нему прикоснуться.

— Они говорят по-русски? — тоже заметила Лена, не веря своим ушам.

— Ш-ш-ш, — прижала палец к губам, напоминая ей, что мы как бы прячемся, и наше обнаружение нежелательно. — Почему бы и нет? — пожала плечами на ее слова. — Они знали, кого вызывали, значит и язык понимают. Лучше посмотри, что это за постамент?

— Этот сталагмит непростой, — тихо проговорила Лена, присаживаясь рядом со мной. — Его оплетают оранжевые нити.

— О-о-о, — понимающе протянула, смотря на «выросший» камень. — Сталагмиты в частности состоят из известняка, а сущность этого минерала очень трудно заставить перейти в активное состояние.

— И что это за сущность?

— Притяжения, — усмехнулась, наблюдая за мужчинами. — Великий артефактор смог это сделать, и если ты притронешься к камню — не сможешь больше ни о чем думать, кроме камня. Жестоко, не находишь?

— Ну и шутки у Великого артефактора, — поморщилась Лена.

Тем временем в поле зрения появился еще один персонаж — блондинка с невероятно зелеными глазами. Она открыто и как-то зловеще улыбалась, смотря на мужчин.

— А это кто?! — одновременно произнесли мы с Леной и тут же скрылись за камнем, поскольку один из мужчин обернулся.

Удача пока была на нашей стороне, и нас не заметили.

— Мы только время теряем! — пропела девушка приятным голосом, заставляя наших знакомых замолчать. — Объясните, как убрать эту нить, и все.

Мы с соседкой переглянулись. Ни мне, ни ей эта нимфа не была знакома, однако и она говорила на нашем родном языке. Неужели еще одна попаданка?!

— Мы не знаем, как деактивировать сущности высшего уровня, — ответил один из мужчин, указав на сталагмит. — Возможно, тебе следует просто к ней прикоснуться. Но что за этим последует, мы не знаем.

— Не попробуем, не узнаем, — внимательно слушая, кивнула девушка и под изумленные взгляды не только мужчин, но и наши с Леной, просто содрала нить с камня и выкинула в сторону. Та тотчас с хлопком погасла. — Дольше спорили, — усмехнулась она, отряхивая руки. — Что дальше? Вы говорили, что артефакт даст мне небывалую силу.

— Нам, — поправил ее мужчина. — Он дарует нам власть. Все будут преклоняться перед нами.

— Замечательно, — с предвкушением произнесла девушка и потянула руки к жезлу.

В этот момент моя рука соскользнула с влажной поверхности сталагмита, на которую упиралась, и я шумно плюхнулась на каменный пол, охнув из-за потери очков. Все перед глазами расплылось, поэтому нервно начала шарить руками по камню в поиске важной для меня вещи. В данный момент меня ничего не интересовало, поэтому, когда все же отыскала очки и надела их на нос, растерянно замерла под изумленными взглядами присутствующих.

— Здрасти, — нарушила я молчание, потупив глаза. — А мы тут совершенно случайно. Вы продолжайте-продолжайте, — замахала я руками, видя, как девушка отошла от артефакта и поравнялась с мужчинами. — Мы уже уходим.

— Мы? — переспросил мужчина с черными волосами и повернул голову в сторону, где пряталась Лена.

Соседка выпрямилась, поняв, что наши шпионские игры закончились, и помахала рукой мужчине.

— Это… — не поверил своим глазам второй, сделав шаг к Лене. — Фот, эта она!

— Вижу! — раздраженно прорычал его друг, смотря зло на мою соседку. — Смогла убежать и от службы безопасности, или ты с ними заодно?!

— Не имею понятия, о чем вы, — смогла ровно ответить ему Лена, косясь в мою сторону.

Названный Фот взметнул руку, и Лена в тот же миг отлетела в сторону, с силой влетев в один из сталагмитов. Она захрипела, хватаясь за горло.

— Врешь!

— Елена! — одновременно с Фотом закричала я и собралась уже к ней, как внезапно меня тоже отбросило в сторону, но на моем пути преград не оказалось, и я просто свалилась на пол, вновь теряя очки.

— Так-так-так, — иронично протянул надо мной мужчина и схватил за шкирку, поднимая. — Посмотри, какая забавная, — меня потрясли, как нашкодившего котенка.

— Адам? — Тоже заинтересовался Фот.

— Похоже на то, — задумчиво произнес его друг, рассматривая меня. — Кого-то она мне напоминает. А ну говори, кто такая?!

Что-то сказать ему у меня бы не вышло. Ворот блузки неприятно врезался в горло, и я схватилась за руку мужчины, пытаясь ослабить захват. Он тотчас зашипел и отбросил, как ядовитую змею.

— Она одна из них! — воскликнул мужик, вытирая руку о балахон. — У нее знак службы безопасности.

— Да прикончи ее и все! — не стал разбираться Фот, подходя к Лене. — Все-таки ты примкнула к ним, раз привела эту крысу, — продолжил рычать он и призвал магией слова огонь.

Елена брыкалась в неведомых путах, а при виде огня схватилась за артефакт перемещения в надежде уйти порталом. Но все, что у нее получилось — это создать белую вспышку.

— Не старайся, — хищно улыбнулся Фот. — Отсюда можно выйти только одним путем. Раз ты тут, то объяснять не нужно, каким именно. А вот ваши бравые защитники до сих пор пытаются сломать защиту попытками переместиться сюда порталами. — Он обвел рукой пещеру, рассматривая белые вспышки. Так вот, что это такое! — Они вычислили нас, найдя убежище. Наши помощники уже давно сидят в карцерах, а вот нас поймать не успели.

— И ваш черед придет, — прохрипела Лена, отбросив камень перемещения.

— Это мы еще посмотрим, — осклабился он и кинул в нее огненный шар.

В это же время второй мужчина связал меня магией, достал кинжал и сделал ко мне шаг, чтобы исполнить приказ товарища. Наверное, в этот момент для нас с Леной все бы и закончилось, если бы не внезапная сильная вспышка, которая явила злого, как тысяча голодных волков, Октавиана. Он одной магической волной снес Фота с огненным шаром и освободил мою соседку, подхватив ее обессиленное тело на руки.

Меня же никто не спешил спасать, поэтому магу-злодею все-таки удалось меня ранить, но из-за магического выброса промахнулся и вонзил кинжал не в сердце, а в плечо.

Дикая боль пронзила всю руку, и пещеру огласил мой крик, рождая еще одну сильную вспышку, после которой мужчину отбросило в сторону до сталагмита. Врезавшись в него грудью, он сполз на пол, держась за рукоятку кинжала, на который сам же и напоролся. Еще секунда, и жизнь покинула мага.

— Диана! — неожиданно услышала я обеспокоенный голос господина Тойгера, и было удивительно, что он назвал меня по имению. Наверное, я брежу. — Вы живы?

Теплая рука приподняла мне голову, а вторая услужливо надела очки на нос, у которых левая линза оказалась с трещиной. Это действительно был тигр, отчего невольно улыбнулась своему спасителю.

— Жива, — прохрипела в ответ и поморщилась от боли в плече. Тигр, осмотрев рану, быстро стянул ее с помощью магии. — Как вы пробили защиту? — спросила, стараясь не смотреть в сторону мертвого мужчины, когда садилась. На миг испытала сожаление, что не смогу расспросить его о ритуале, которым призвали меня. А ведь они так и не узнали, что я их первая попытка!

— Это все же наш мир, Белова, — тепло улыбнулся он мне. — Магия заклинателей тоже способна на многое. Особенно, если ее призывает чистокровный бруйт.

Он озорно подмигнул и поднялся на ноги, до этого сидя передо мной на корточках. Я же вспомнила о Елене, но, как оказалось, зря волновалась. С ней был Октавиан, и он до сих пор держал ее на руках, ведя какой-то диалог со все еще живым Фотом.

— Сидите и не высовывайтесь, — приказал мне Тойгер, а сам пошел к начальнику, бесшумно подкрадываясь к преступнику со спины.

После ранения у меня в голове стоял неприятный гул, а еще из-за этих вспышек уже рябило в глазах, поэтому не сразу вспомнила об еще одном персонаже, который записался в злодеи. Тут же нашла взглядом девушку и успела лишь крикнуть «Берегись!», как всех нас раскидало в разные стороны из-за сильного магического потока, посланный от девушки, взявшей в руки жезл.

В который раз врезавшись в твердый камень, я успела-таки прикрыть голову и не потеряла очки. Не обращая внимания на боль в руках и пояснице, вскочила на ноги и побежала к тому, кто оказался ближе всего. Им оказался господин Тойгер, лежавший на влажном полу пещеры без сознания. Опустившись на колени, проверила пульс и облегченно выдохнула, убедившись в его наличии.

— Елена! — я встала и крикнула что было сил, озираясь по сторонам в поиске соседки.

— Я здесь! — послышался ответ почти на другой стороне пещеры. Как раз там, где зародилась магическая волна. — Октавиан без сознания.

— Я сейчас, — заверила ее, и уже сделала шаг, как остановилась и посмотрела на Тойгера.

Что делать с тигром, я не знала. Бросать не хотелось, но и к Елене стоило поспешить и узнать, что случилось. Обзору мешали сталагмиты, частично порушенные волной, но этого было недостаточно, чтобы рассмотреть всю пещеру.

— Эй, вы! — от голоса, наполненный превосходством, вздрогнула и повернула голову в его сторону.

На круглом огромном камне стояла блондинка и победно улыбалась, крутя в руке жезл. В кожаном черном костюме, который состоял из облегающих штанов и короткой курточки поверх черной водолазки, она смотрелась эффектно. Золотые волосы, собранные в высокий хвост, водопадом спускались до самой поясницы, блестя от множества вспышек. Она была красива и ничем не уступала Елене. Еще одна идеальная попаданка, только выбравшая другой путь. И он был неправильным. Не так должна себя вести та, что попала в другой мир.

— Вы думаете, что я вам позволю отобрать у меня то, что принесет мне славу? — Обращалась она видимо к Елене, поскольку стояла ко мне спиной.

— С чего ты решила, что нам нужен этот жезл? — достаточно ровно спросила соседка, появившись в поле моего зрения. Несмотря на порванное платье, ссадины на лице, руках и ногах — она действительно оставалась не только красивой, так еще и храброй.

— Зачем-то же вы сюда пришли, — хмыкнула девушка, рассматривая артефакт в своей руке. — Мне рассказали о тебе и о них, — она кивнула на Октавиана, — и что вас следует уничтожить в первую очередь, дабы избежать поражения.

— И тебе не жалко убивать людей? — удивилась Лена и посмотрела в сторону, где лежал змей.

— Это другой мир, и я буду поступать так, как захочу! А хочу я власти. Чтобы все приходили ко мне на поклон!

После ее слов, я провела ладонью по лицу, мысленно смеясь над ее желанием. Что те мужчины с ней сделали?

Не успела об этом подумать, как рядом с ней оказался Фот, уже что-то нашептывая на ухо. Вот же живчик!

Девушка кивнула и хищно улыбнулась, направив жезл прямо на Лену. У меня сердце в пятки ушло от страха, что сейчас на одну попаданку станет меньше. Больше прелюдий не было — злодеи решили действовать, прекратив посвящая нас в свои планы.

Мой крик и электрический треск из жезла слились воедино. Удар был стремительным, таким, что у меня не было даже малюсенького шанса помочь соседке. «Растущие» рядом сталагмиты разлетелись на мелкие камешки. И если даже артефакт не сработал, выжить после такого количества осколков просто невозможно.

— Что за?… — выругалась блондинка, как только осела пыль.

Я бы тоже не отказалась от подобных слов, но вместо этого просто пораженно уставилась на прозрачный бледно-голубой щит, окутавший целую и невредимую Елену, и вздрогнула, когда из-за камня вышел потрепанный, но живой Октавиан.

— Немедленно опустите артефакт! — строго, как это умеет только змей, произнес он, удерживая вокруг Лены щит.

— Что он сказал? — тут же спросила блондинка у Фота, и тот ей перевел, смотря на Октавиана с ненавистью. — Вот еще, — фыркнула она и приказала своему переводчику: — Сделай все, чтобы он не смог защищаться.

Мужчина на секунду оторопел от ее приказного голоса, но в итоге все же слез с камня и вскинул руки для призыва магии. Вот только противника себе он выбрал не по силе. Октавиан с легкостью отправил его в долгий полет, в конце приложив об стенку пещеры. Фот съехал на пол и застыл.

От этой картины меня замутило, и я с трудом сглотнула подступивший к горлу ком. А Октавиан, оказывается, жуткий тип.

— Повторяю, опустите артефакт, — на этот раз зло проговорил он, смотря своими змеиными глазами на девушку.

Та на мгновение изменилась в лице, показывая страх, но затем тоже разозлилась и просто активировала артефакт, посылая в сторону начальника и соседки молнию за молнией.

Она кричала, а иногда безумно смеялась, видя, как щит Октавиана не справляется и прогибается под ударами молний. Если они пробьют его, то артефакт пленит их души. Надо что-то делать! Эту ненормальную необходимо остановить!

Мне вправду хотелось им помочь, но ноги будто приросли к полу. Да и что я могу сделать без магии? Пора признаться самой себе — мне не спасти ни их, ни мир. Уже с первой секунды, как оказалась в этом мире, мне была уготована жизнь обычного человека. Нет во мне той большой силы, которой обладают пападанцы.

Я ошибка, ляп в этой истории…

Правда обрушилась на меня слишком сильно, так, что ноги подкосились, и я рухнула на пол рядом с все еще находящимся без сознания тигром. Октавиан продолжал удерживать щит, с каждой секундой склоняясь все ниже к полу. В тот момент, когда ему пришлось опуститься на колени, он взглянул на сидящую рядом Елену. Во взгляде змея была решимость. Решимость сделать все, чтобы эта девушка выжила. Однако все пошло не так, как он задумал. Его опередили всего на какую-ту секунду.

Неожиданно Лена подалась вперед и оставила на его губах легкий поцелуй, словно и вовсе не целовала, а затем, вопреки здравому смыслу, ринулась к блондинке, только чудом избегая молний. Чем она думала, даже не представляю, но удивленно моргнула, когда жезл был выбит из руки сумасшедшей, а сама она ударилась головой об камень и затихла.

— Да! — я победно воскликнула, поднимая кулак вверх, но тут же опустила его обратно. Надо мной пронеслась молния, наэлектризовав волосы. И так вечно торчащие белые иголки встали дыбом еще больше. Но странное чувство внутри, будто из меня вытягивают что-то очень важное, испугало куда больше, чем наэлектризованные волосы. — И-и-и! — провизжала, падая полностью на пол.

Мало было выбить жезл из рук блондинки. Он продолжал выпускать молнии и после этого, упав на пол. Но если раньше он бил в одно место, то теперь вся пещера искрилась не хуже, чем электричество в поврежденной трансформаторной будке.

Сталагмиты и сталактиты взрывались со всех сторон, норовя завалить камнями. Мое лицо уже было давно в царапинах, когда заметила Елену, ползущую к артефакту.

— Не смей! — постаралась докричаться до нее, но шум в пещере заглушал меня. — Нет, Елена, не трогай!

Замахала руками, в желании привлечь ее, но удалось обратить на себя внимание только Октавиана. Тогда я ему жестами постаралась объяснить ситуацию. Если она притронется к неконтролируемому артефакту с лудом на шее, то конец всему. И ей, и нам. Слишком большая энергия за раз — произойдет взрыв!

Змей понял меня сразу и кинулся в ее сторону, прикрываясь щитом. У меня же в этот момент возникла другая проблема, не менее важная, чем гибель от взрыва.

Сверху откололся огромный сталактит и падал прямиком на нас с господином Тойгером. У меня был шанс откатиться. Правда. И это желание было большим, но взглянув на Елену, которая уже схватила жезл, опередив и в этот раз Октавиана, я наоборот подползла к тигру и провела ладонью по шелковому меху на щеке.

Пусть мы сейчас умрем, но я не оставлю того, кто заботился обо мне. Мой тигр, мой Рэн. Он был первым, кого я увидела, и он будет последним, с кем проведу оставшиеся секунды жизни.

Глава 18

Пещера содрогнулась, заставляя меня зажмуриться, спрятав лицо на груди Тойгера. Прежде чем нас накрыла обжигающая волна магического выброса, я почувствовала руки на своей талии, прижавшие меня к мужчине, что пришел в сознание в такой ужасный момент. Если бы не это все, я бы с удовольствием попытала свою удачу за право быть рядом с этим бруйтом. Сейчас, когда жизнь висит на волоске и скоро превратится в прах, я поняла, что только в его глазах я была собой и не думала о своей внешности. Только с ним я чувствовала себя в безопасности.

Нас смело, как и все вокруг, погребая под камнями сломанных «зубов» пещеры. Я так сильно желала, чтобы мы остались в живых, что не сразу поняла, что до сих пор чувствую теплые руки на своей пояснице.

Шум и давление утихли также резко, как и начались. Только изредка слышалось шуршание, но было оно словно приглушенное. Сделав глубокий вдох, решила открыть глаза и увидеть рай или ад, в зависимости от того, что я заслужила.

— Вы меня не перестаете удивлять, госпожа Белова, — услышала я над головой сдавленное, но веселое. — Сильный артефактор, потерявший всю магию, становится заклинателем. Не поделитесь секретом, как вам это удается — вечно меня удивлять?

Распахнув глаза после смешка тигра, вскинула голову и тут же наткнулась на довольный прищур золотисто-желтых глаз.

Мы все-таки выжили, но были завалены камнями. Лишь благодаря щиту тигра мы не превратились в размазанное пятно.

— Я не совсем поняла вас, — сипло произнесла, постаравшись сползти с мужчины, но этот хитрый кот извернулся, и я оказалась придавлена к полу сильным телом. Мелкие камешки неприятно врезались в спину, однако через несколько секунд почувствовала, как пол подо мной нагрелся. Руки и ноги быстро начали отогреваться.

— Вы меня видите? — отчего-то проникновенно спросил он, все еще держа меня одной рукой за талию, а другую подложил мне под голову ладонью вниз, нагревая пол.

— Д-да.

— А вас не смущает, что здесь абсолютно темно? — усмехнулся он.

Я недоуменно уставилась на него, и действительно не понимала, в чем дело. Или это так на меня подействовал взрыв, что туго соображала, или я не могла трезво думать, когда он был так близко. Почему-то стало очень жарко, то ли из-за магии, то ли из-за…

— Ну же, — прошептал он мне на ушко и неожиданно лизнул в щеку. — Дам подсказку — щит поставил не я.

Оторопев от его поступка, резко выдохнула и посмотрела на голубоватое свечение на камнях.

— Я вижу, — наконец-то дошло до меня. Рэн усмехнулся. — Я вижу магию! И…и…она моя?

— Совершенно верно, — ответил он, довольно наблюдая за эмоциями на моем лице. — Ты заклинатель, — перешел он на «ты», — и резерв у тебя как у чистокровного сойя.

— Но почему? — продолжала я удивляться, рассматривая его ауру. Сейчас в ней преобладал бирюзовый цвет, что меня смутило еще больше, но в то же время сильно обрадовало. Похоже, у меня все-таки есть шанс…

— Возможно все дело в ритуале, которым тебя призвали, — на минуту задумавшись, ответил Рэн. — Как ты знаешь, использовалась кровь сойя, и это, наверное, сыграло роль. У тебя было два резерва, но второй спал, пока ты не лишилась основного. Самое странное, что раньше я его не видел.

Пока Рэн говорил, в моей памяти проносились воспоминания, где я использовала магию слова. Она и раньше была мне подвластна, только очень слабо.

— Но одного выгорания было мало. Что-то другое помогло резерву питаться от магического фона, — закончил он размышлять вслух.

Я закусила губу, привлекая к ней внимание золотисто-желтых глаз.

— Все дело в страхе, — сказала полуправду, умолчав о зелье, которое дали мне братья-лисята. Это же надо, оно сработало в такой-то момент!

Тигр прищурил глаза. Ох, не верит он мне… На то и главный следователь — отлично чувствует ложь.

— Так боялись за меня, что открыли в себе новые способности? — лукаво спросил он и убрал руку с моей талии, проведя ею вдоль бедра. У меня аж дыхание перехватило от такого легкого поглаживания. Не ударился ли господин Тойгер головой, что так себя странно ведет? — Я ведь все равно узнаю правду, Мышка, — бархатистым голосом промурлыкал он мне на ухо, и я задрожала в его объятиях.

Что же он творит?

— Господин Тойгер… — промямлила и уперлась руками ему в грудь, стараясь его отстранить от себя.

Ладонями ощутила напрягшие мышцы, отчего вообще растерялась, почувствовав вдруг дикое желание провести ими по всему торсу.

— М?

— А что вы делаете? — знаю, глупый вопрос, но из головы все вылетело.

— Переосмысливаю свое отношение к вам, госпожа Белова, — усмехнулся он мне в шею и сделал глубокий вдох. — Как все-таки забавно складывается судьба, — произнес он загадочно на выдохе и заглянул в мои глаза. — Порой не замечаешь то, что давно ищешь, а оно оказывается, что вот — совсем рядом.

Недоуменно похлопала глазами, и собралась спросить, о чем он вообще, как вдруг камни зашевелились, впуская свет в чуть ли не нашу могилу.

— Есть кто живой? — послышался незнакомый голос и еще один камень перестал давить на щит.

В небольшом проеме показалась голова мужчины. Он внимательно рассмотрел нас и крикнул кому-то, что мы живы и целы, а вот здоровы ли, сомневалась даже я. Тигр странно себя вел.

Все время, пока спасатели разгребали завал, прочищая нам путь, Рэн держал меня в своих объятиях, согревая. Было очень уютно находиться в его руках, поэтому грустно вздохнула, когда он передал меня в руки спасателя, поднимая вверх.

Оказавшись на свободе, зажмурилась от яркого солнца. Это меня сильно удивило, ведь в пещере не было ни одного просвета. Когда глаза привыкли, чуть не села прямо на камни, увидев что стало с тайным подземным карманом Великого артефактора. Потолка больше не было! Остались только стены и пара сталагмитов, уцелевших каким-то чудом. Тут я встрепенулась, вспомнив причину обвала.

— Елена… — хрипло произнесла, озираясь по сторонам.

— Не беспокойся, — рядом встал тигр, потрепав меня по волосам, за что пихнула локтем его в бок. После близкого, почти что часового контакта, все рамки начальник-подчиненный показались мне смешными. Да и он первый начал, отчего внутри разливалось тепло. Если он не играет в кошки-мышки, то я не упущу свой шанс. — Вон они, — указал он вперед, прерывая мои мысли.

Присмотревшись, не сразу заметила среди снующих работников службы безопасности и целителей-спасателей две фигуры, стоявшие непозволительно близко друг к другу. Высокий мужчина с растрепанными золотыми волосами обнимал изящную брюнетку, которая смущенно ковыряла у него пуговицу на пиджаке черной формы с эмблемой службы безопасности. Они не говорили, а просто стояли, обнявшись в лучах восходящего солнца.

— Да как так-то! — в сердцах воскликнула, привлекая внимание рядом стоящих мужчин и женщин. — Они знакомы-то от силы пару дней!

— Завидуешь? — веселился тигр, рассматривая вместе со мной парочку.

— Просто обидно, — пробубнила, резко скрестив руки на груди, и поежилась от боли во всем теле.

— Пойдем, невезучая попаданка. — Уже смеясь в голос, Рэн обнял меня за плечи и повел в сторону лестницы, сооруженной заклинателями службы безопасности.

— Откуда вы знаете о…

— О таком значении, как «попаданка»? — перебил он меня и озорно подмигнул. — Есть у меня одна знакомая говорящая золотая рыбка, которая очень любит поболтать, когда ее хозяйка попадает в неприятности, а потом пропускает работу, — лукаво проговорил он, прижимая к себе сильнее. А я и не против. — Однако, вы зря унываете, госпожа Белова. Хоть вы и не спасли мир, вы спасли меня, при этом поменяв направление магии. Вы отличились, разве это не один из стереотипов о девушках, пришедших из другого мира?

Я задумалась. А ведь действительно, что-то в этом было.

«А по окончании еще и мужчину заполучила», — ехидно пропел внутренний голос, и я покосилась на тигра.

Конец все же получился таким, каким и должен быть. Мир спасен! И пусть не мной, но и я обрела любовь. По крайней мере, я на это надеюсь.

Но одно мне до сих пор непонятно…

— Что мне теперь делать?

— В плане? — поинтересовался Рэн, попутно отдавая приказы своим ребятам. Он так и не оставил меня одну, находясь все время рядом. Так еще и хвостом лодыжку оплел, для уверенности, что не убегу совершать новые подвиги.

— Враг повержен, мир спасен, но что мне теперь делать с новой магией? Полноценно ей пользоваться я не умею!

— Никогда не поздно учиться, — со строгим лицом преподавателя изрек он, расправив плечи. — С работы уволить тебя не можем, так что перейдешь в мой отдел. Будешь работать по выходным.

— А в будни? — спросила, но уже знала, что он ответит, и приготовилась к самому худшему. Конечно, мне очень приятно узнать, что буду работать там, где и хотела, но…

— Поступишь в академию магии!

Застонав, спрятала лицо в ладонях.

Прощай беззаботные рабочие дни! Да здравствуют вечные лекции и ночи без сна!

Рэн усмехнулся и присел рядом на скамейку кипа белого цвета. Целитель настоял на том, чтобы и он прошел осмотр на повреждения, несмотря на то, что Тойгер и сам неплохо залечивает раны. В этом я уже убедилась.

Вот так, сидя в кипе и ожидая окончания осмотра, а затем небольшого опроса по поводу произошедшего, и закончилась история с артефактом Великого артефактора и мужчинами, желающих обладать этой вещью.

Им пришлось провести ради этого целых три ритуала. Первый перенес меня, но из-за ошибки в ритуале, как мне объяснил тигр, я лишилась не только прежней внешности, но и способности Великого артефактора. Фот и его друг действовали наугад и поэтому чуть не убили меня.

А девять лет спустя, все правильно рассчитав и проверив, в этот мир пришла Елена. Ритуал оказался удачным, но мужчины совершенно не были готовы к силе, которой обладала призванная. Они ее просто потеряли при переходе порталом, а когда нашли, было уже поздно — служба безопасности оказалась быстрее.

Третий же ритуал для меня был загадкой. И только сейчас я поняла, что обморок Елены был связан с приходом блондинки в этот мир. Да-да, мы все оказались как-то связаны. Теперь я знаю, почему не помню ночь, проведенную с бруйтом. Именно тогда маги перенесли Елену. Вот только силы у нас разные и поэтому каждый по-своему пережил приход соплеменницы. И если бы я поняла это раньше, то не сидели бы мы сейчас с Рэном рядом. Все бы сложилось иначе.

Тем не менее, третья девушка оказалась такой, какую и желали видеть маги. Вот только не следовало им забывать о своих «ошибках», ибо эти «ошибки» могут преследовать вас и помешать планам.

Что в результате мы с Леной и сделала.

Смотря на то, как работники службы безопасности осматривают бывшую пещеру, грузят сгоревшие трупы, чувствовала, как меня с каждой секундой отпускает напряжение. Все наконец-то закончилось.

Спустя какое-то время Рэн присоединился к процессу сбора улик и доказательств, а его место рядом со мной заняла Елена. Октавиан, как начальник, руководил всей операцией.

— Жива? — спросила у нее, но смотрела на суматоху, происходящую внизу.

Жители города окружили огромный кратер, образовавшийся на площади после обвала. Дальше желтой ленты, которой огородили место преступления служители правопорядка, они не заходили, но с любопытством смотрели на происходящее.

— Жива, — выдохнула соседка, принимая помощь целителя.

— Как вы выжили? — задала мучавшийся меня вопрос. — Я собственными глазами видела, как ты схватила жезл.

— Октавиан в последний момент сдернул с меня кулон, — пояснила Лена. — Он взорвался в метре от нас, но мы успели спрятаться за щитом.

— А с жезлом что?

— Увы, он стал обычной палкой с камнем, — виновато улыбнулась она. — Без кулона артефактам опасно находиться в моих руках. Но, благодаря твоим советам и оставшимся браслетам, я контролирую свою магию. Не так хорошо, как с лудом, но артефакты больше не взрываются.

— Оно и к лучшему, — нервно рассмеялась я и посмотрела на синее небо без единого облачка. Солнце только-только вылезло из-за горизонта и не успело еще прогнать ночную синеву.

— Я обязательно научусь, — неожиданно произнесла Лена, улыбнувшись. — Поступлю в академию магии и стану хорошим магом.

— А как же вернуться домой? — аккуратно поинтересовалась, покосившись в ее сторону.

— Не хочу, — ответила она и взглядом отыскала Октавиана. Я тоже посмотрела на него, испытав привычную ненависть. Но мне больше не хотелось его внимания, даже с этим чувством.

— Из-за него?

Соседка закусила губу. Ее глаза блестели, говоря за нее.

— Мне нужно срочно выучить язык, — сказала она совсем другое. — Раз Буся выучила наш с тобой язык быстро, значит, мне нужен такой же артефакт, как у нее.

— Это плохая идея, — с сомнением ответила ей. В первые жизни мне не захотелось идти против правил. Хотелось спокойствия. Наверное, дело в том, что я исполнила свою мечту, и нужен отдых перед новой.

— А иначе я упущу его!

Хмыкнув, я поправила вечно сползающие очки и проговорила:

— По закону жанра, он уже никуда от тебя не денется.

— Уверена? — продолжала она сомневаться, но увидев мою лукавую улыбку, удовлетворенно кивнула, улыбнувшись в ответ. — И жили они долго и счастливо?

— Совершенно верно! — рассмеялась вместе с ней, отпуская окончательно напряжение.

Целители покосились в нашу сторону и незаметно от нас проверили наш эмоциональный фон, считая, что это начало истерики. А мы просто были счастливы. Счастливы от того, что все закончилось и впереди нас ждет любовь. Ведь именно к этому мы и шли.

* * *

Я ходила взад-вперед по коридору, иногда бросая нетерпеливый взгляд на дверь, из которой вот-вот должна была выйти подруга. Мы готовились к этому дню почти год! Обклеили весь дом маленькими бумажками со словами, чтобы ей было легче запомнить, и каждый день учили правила. Она никогда не жаловалась, что трудно и тяжело. Выдержала все мои извращенные методы по изучению эйделийнского, оставив попытку создать артефакт как у Буси. И вот теперь она сдавала экзамен у самого ректора академии, чтобы получить право здесь учиться. Конечно, это не единственный экзамен. Ей предстоят еще другие предметы, но зная местный язык, будет куда легче изучить их.

Дверь отворилась, выпуская красивую брюнетку в легком летнем платье цвета индиго. Я тут же подскочила к ней и схватила за руку, желая узнать результат.

— У нас с тобой два месяца, чтобы подготовиться к экзаменам, — серьезно произнесла она, закрыв за собой дверь. — Успеем?

Вместо ответа широко улыбнулась.

— Есть! — воскликнула, крепко ее обнимая. — Мы это сделали!

— Главный бой еще не окончен, — хихикая, проговорила Лена, отстраняя меня от себя. — Но эта маленькая победа означает, что я могу переехать к Октавиану! Он и так хотел меня раньше забрать, но с тобой мне легче учить язык, поэтому настояла на своем. Но теперь же…

— И как ты его терпишь, — скривилась от ее слов о змее.

— Я люблю его, и этим все сказано, — посмеялась она надо мной и, подхватив под руку, повела по коридору. Академия магии была подобно дворцу — огромная, и состояла из множества коридоров, кабинетов и больших залов. Елена с интересом все рассматривала и улыбалась всем встречным преподавателям. Если у студентов каникулы, то у них даже летом работы хватает с лихвой. — Кстати, сам король пригласил нас на ужин!

Я нисколечко не удивилась. Если так посмотреть, то их пригласили уже очень давно, почти на следующий день после уничтожения опасного артефакта. А как иначе? Героев необходимо наградить! Король как узнал правду, так сразу пригласил их к себе. Но Елена не знала языка, поэтому встречу отложили.

— Мои поздравления, — порадовалась я за нее, но подруга вдруг тяжело вздохнула. — Что на этот раз не так-то?

— С нами будет его дед, ну, ты помнишь того сойя со змеиной головой? Он был раньше начальником службы безопасности.

Я кивнула и тут же поправила съехавшие по носу очки.

— Такого не забудешь, — повела плечами, вспомнив голову старшего Лауса.

— Вот, — она опять вздохнула. — Меня в дрожь бросает, когда он рядом. Я понимаю, что он мой будущий родственник, но он так страшно порой шипит!

— Вам с ним не жить, так что потерпишь, — похлопала ее по плечу, поддерживая.

Мы подошли к главным воротам академии и направились в сторону парковки, где нас должен был встретить Октавиан. Стоило только увидеть его золотую шевелюру, скривилась во второй раз. Даже поменяв отдел в службе безопасности, я не избавилась от частых встреч со змеем. Все же он начальник, и он часто отчитывает меня за тот или иной промах в следовательском деле. Рэн вечно меня прикрывает, списывая все на мою неопытность, но все равно я то и дело, что выслушиваю, какая я криворукая — то что-нибудь уроню, то что-нибудь сломаю. Увы, магией я пока боюсь пользоваться, а ручной труд — это не мое.

— Поздравляю, дорогая! — заключил он в свои объятия подлетевшую радостную Елену.

«О, какой красивый кип стоит рядом с кипом начальника», — с интересом стала рассматривать летательный аппарат, когда они начали целоваться.

— Ты так был уверен, что я сдам? — спросила Лена, принимая алые розы от Октавиана, как только «приветствие» было закончено. Именно так он нас и встретил — в серебряном костюме и с розами в руках. Даже бородку с усами сбрил, отчего змеиные глаза теперь еще больше привлекали к себе внимание.

— По-другому и быть не могло, — ответила я вместо него, усаживаясь на заднее сидение кипа. — Полетели уже, а то есть хочется!

Змей прожег меня злым взглядом, что испортила ему такой романтический момент. В ответ только хмыкнула, усаживаясь поудобнее.

— И вправду, я бы целого слона съела! — поспешила Лена разрядить накалившуюся между мной и змеем обстановку.

Октавиан вздохнул, согласно кивнул и подвел ее к кипу. Внутри меня зашевелился червячок зависти. Да, я завидую их отношениям. Змей сильно изменился. Он больше не ходит хмурым и никогда больше не кричит на меня. Отчитывает — да, но делает это с максимально каменным лицом. Лишь только в такие моменты, когда я влезаю между ним и его милой, он не сдерживает эмоции. Это стало моим хобби, но все ради небольшого внимания с его стороны. И даже не столь его положительные эмоции мне нравятся, как видеть, что он на меня зол.

Правильно Буся говорит — я энергетический вампир, питающийся злобой, а Октавиан — мой любимый донор. И почему так?

— Приехали, — ворвался в мои мысли голос Лены, и я выглянула в окно. Мы остановились возле кафе с самой вкусной выпечкой, которую я когда-либо пробовала.

— Хороший выбор, — широко улыбнулась Октавиану, смотрящему на меня через зеркало заднего вида.

Выскочив из кипа, с удовольствием потянулась, разминая спину. Было приятно ощущать легкость во всем теле от выполненного дела. Я окончательно освободилась от должности няньки и переводчика! За такое даже не грех выпить.

— Чего сидим, кого ждем? — спросила, глянув на них через плечо. Они до сих пор сидели в кипе.

— У нас столик заказан в ресторане, так что…удачного дня, — невинно улыбнувшись, ответила подруга, опустив стекло, и кип резко стартовал с места, оставляя меня одну на тротуаре возле кафе.

Я растерянно смотрела вслед улетающему серебристому кипу, не найдя слов, как обозвать эту ситуацию. Мимо проходили люди, занятые своими делами, а до меня еще долго доходил смысл слов, сказанные подругой. Меня деликатно кинули. Высадили, а сами поехали в ресторан. Но чтобы не совсем обидно было — сделали это возле моего любимого кафе. Вот тебе и спасибо за все, Дианочка!

Недовольно поджала губы, а затем усмехнулась. Не на что тут обижаться. Я и так почти год не давала видеться змею с Леной, желая поскорей обучить ее языку. Их встречи мешали учебе, поэтому сводила до минимума пребывание Октавиана в доме госпожи Таус. Теперь же они отомстили мне, и остается пожелать им отличного дня, да и вообще — счастливую совместную жизнь. С подругой мы теперь будем видеться только в академии, а там как сложится судьба. Кто знает, может еще понадобится спасти мир?

С этими мыслями развернулась, чтобы зайти в кафе и позавтракать, но неожиданно врезалась в девушку, чудом успев ее придержать, чтобы она не упала.

— Простите, — быстро извинилась, убирая руки с ее талии. Девушка оказалась высокой, и удивительно, что чуть не упала она, а не я.

— Белова, ты ли это?! — прозвучало где-то над головой, и я глянула вверх, скользя взглядом по тонкой талии, высокой пышной груди, лебединой шее со светло-зелеными чешуйками и заканчивая путь на овальном лице с огромными карими глазами. — И точно ты. Все такая же мелкая и белая?

— Раванда, — приветливо ей улыбнулась, поправляя очки. — А я смотрю, ты все так же не избавилась от кудряшек?

Шатенка в белом платье на высоченном каблуке оказалась моей бывшей одногруппницей из академии магии. На мои слова она нервно дернула головой, заставляя множество длинных кудряшек пружинисто качнуться в такт.

— Как видишь, — немного резко ответила она и кивнула в сторону, куда улетел кип. — Это был Октавиан? Неужели вы до сих пор общаетесь, несмотря на действие зелья?

— К-какое зелье? — оторопела я от ее слов. — В смысле?

— О-у, — невинно протянула знакомая и бочком стала меня обходить. — Мне пора, было приятно с тобой увидеться.

— Подожди! — я схватила ее за руку, останавливая, и упрямо повторила: — Какое зелье?

Взгляд Раванды заметался по сторонам. Прохожие продолжали идти по своим делам, не обращая на нас никакого внимания, поэтому она обреченно выдохнула, не найдя пути к отступлению, и призналась:

— Помнишь на первом курсе Октавиан помог тебе — придержал дверь библиотеки, видя, как ты с кучей книг на руках пытаешься ее открыть?

Я кивнула, внимательно ее слушая. В тот день я впервые встретила змея.

— Так вот то внимание, которое тебе уделил Октавиан, не понравилось его поклонницам. Честно, я не хотела в этом участвовать, — скривившись, произнесла Раванда. — На тот момент я только вступила в их клуб, но ты перешла им дорогу.

— Да я даже ничего не сделала! — прорычала, все больше закипая от осознания, почему я все время ненавидела змея. Это были ненастоящие чувства!

— Им было важно, чтобы Октавиан никому не достался. Это была их цель, передаваемая из поколения в поколение клуба. Видя, как он на тебя смотрит, следит за каждым твоим движением, они решили на корню отрезать его зарождавшиеся чувства к тебе.

— Так он мной заинтересовался? — удивилась так, что даже отпустила руку Раванды. К счастью, она не убежала сразу, а решила рассказать все.

— Больше, — она виновато улыбнулась, — шли слухи, что он влюбился в тебя с первого взгляда.

Я чуть не села там, где стояла. Октавиан был в меня влюблен?!

— Не может быть… — отстраненно произнесла, вспоминая все, что было в академии. — Он меня ненавидел! Да что уж там, до сих пор мы с ним не можем нормально разговаривать!

— Да, так и должно быть после зелья, — согласно кивнула Раванда. — Ты его приняла, не зная об этом, и уже при первой встречи с идолом девушек всей академии ты испытывала только ненависть, а он ловил неосознанно твои эмоции и повторял их. Лишь только забывшись, оно переставало действовать. Тогда-то и просыпались ваши истинные чувства.

С силой зажмурившись, досчитала до пяти. Уму непостижимо то, что произошло в академии.

— Помню, мы все наблюдал результат своих рук, — тихо проговорила Раванда, смотря на дорогу, где со скоростью проносились кипы. — Ты с Октавианом тогда столкнулась в столовой и обронила его поднос, заодно испачкав ему пиджак. Все в столовой ожидали твоего извинения, но вместо этого, ты обозвала его индюком. Ох, как все были удивлены, а наш клуб ликовал, но больше всех поразила ответная реакция Октавиана — он вылил тебе на голову компот, который успел схватить, не дав и ему последовать примеру еды на подносе. Тут уже все были в недоумении, ведь многие знали, что ты ему нравишься.

Пока бывшая одногруппница говорила, я будто перенеслась в тот день, испытывая все заново. Именно тогда я впервые увидела ту презрительную ухмылку на его губах, которая злит меня до сих пор.

— …вот я и удивлена, увидев, как ты вылезла из его кипа, — закончила свой рассказ Раванда, прерывая и мои мысли.

— У него есть девушка, и она моя подруга, — почему-то оправдалась я.

— Теперь понятно, — протянула знакомая и махнула рукой, без слов оставляя меня одну.

Держать ее больше не было смысла. Теперь я знаю, почему себя так веду со змеем, и почему меня всегда тянет сказать ему, как я его ненавижу. Зелье. Во всем виновато зелье. И уже ничего нельзя исправить. Если когда-то он и любил меня, то теперь он до конца жизни будет меня ненавидеть, неосознанно принимая мою ненависть. Действие зелья нельзя отменить… даже если его заменить другим.

Не желая больше стоять на улице, зашла в кафе и уселась на высокий стул возле барной стойки. Бармен тут же, увидев мой отстраненный взгляд, предложил что покрепче. У них имелся совсем маленький арсенал выпивки для особых гостей, однако напиваться я не собиралась. Сейчас утро, да и не такая уж это и проблема.

Как бы моя жизнь сложилась, если бы не было этого зелья? Несомненно, я бы влюбилась в Октавиана, и тогда бы мое попаданство приняло совсем другое направление развития. Академия плюс любовь адапта, а там, быть может, и декан какой-нибудь затесался. Да, наверное так оно бы и было. Теперь же об этом говорить нет смысла. Я героиня другого романа. И пусть всего лишь второго плана, но все же учувствовала в спасении чужого мира!

Сделав глоток ароматного какао с плавающими маленькими зефирками на поверхности, улыбнулась. Все сложилось просто отлично. Не было бы Елены, то я бы так и дальше разрывалась между желанием убить и обнять змея. Сейчас же я его просто ненавижу и люблю злить, без дикого желания обратить на себя внимание. Теперь им владеет только одна девушка. А мне…а мне тоже достался очень даже неплохой экземпляр мужчины. Осталось только сообщить ему, что я свободна от обязательств, и теперь буду все внимание уделять ему.

— Спасибо, — сказала бармену, поднося карту к прибору списания средств с магического счета, и уже собралась спрыгнуть со стула, как рядом с моей рукой на барную стойку опустилась ладонь. Секунда, и она поднялась, оставляя на отполированной столешнице маленькую сережку-гвоздик.

Пораженно замерла, узнав свой артефакт, а затем медленно подняла голову и встретилась с насмешливым взглядом серо-голубых глаз.

— Ты? — всерьез удивилась, узнав в мужчине того бруйта, с которым провела ночь после выставки артефакторов.

— Я, — довольно произнес он и неожиданно подошел вплотную и обвил мою талию длинным кошачьим хвостом. — Пожалуй, я был не прав, говоря тебе, что мы больше не встретимся. Этот артефакт все время заставлял меня думать о тебе. Ты хороший артефактор. Создать такой сильный артефакт может не каждый. Я поражен и восхищаюсь тобой.

— А-м… — недоуменно протянула, упершись руками ему в грудь.

— Не нужно слов, — серьезно проговорил он и внезапно впился в мои губы страстным поцелуем. Двумя словами — Санта-Барбара отдыхает! Я даже сообразить ничего не успела, как его язык начал хозяйничать у меня во рту.

— Кхе-кхе, — послышалось со стороны, и бруйта, который нарушил мое личное пространство, отлепили от меня за шкирку. — А вы собственно кто?

Мужчина с тигриной головой иронично смотрел в лицо подвешенного парня, держа его с легкостью одной рукой. Я же продолжала сидеть, недоуменно хлопая глазами. Нет, я конечно была зла за его выходку и боялась реакции Рэна, странно оказавшегося в этом кафе утром. Но в голове был сумбур из мыслей о Елене, Октавиане, так теперь еще и о исчезнувшем артефакте соблазнения. Так вот куда он исчез! Переплетясь с сущностью крови, сущность соблазнения считала мои воспоминания о проведенной ночи и решила вернуть того, кто доставил мне удовольствие. Вот так артефакт! А не луд ли он случайно?

Грустно вздохнула, посмотрев на него магическим зрением. Артефакты для меня теперь просто магические предметы.

— Отпусти его, Рэн, — придя в себя, попросила тигра. Он перевел на меня вопросительный взгляд, молча спрашивая, почему он должен отпускать преступника. Не знаю, что сейчас испытывал парень под взглядом тигра, я же вдруг поняла, что безумно хочу его. Меня же впервые ревнуют! И это оказалось приятно. — Он не причем, — неожиданно произнесла хриплым голосом, смотря в золотисто-желтые глаза. — Все дело в этом артефакте.

Не говоря ни слова, Рэн вскинул руку, и артефакт сгорел, оставив после себя кучку пепла. Бармен недовольно смахнул ее тряпкой в руку и отошел в сторону.

— Что происходит? — произнес парень, дергаясь в руке тигра. Уф, артефакт перестал на него влиять. — Немедленно отпустите!

Рэн поставил его на пол и подтолкнул в сторону выхода из кафе, все это время смотря исключительно на меня потемневшими глазами. И вот как понять, от чего они потемнели: от моего голоса или от того, что я вновь воспользовалась запрещенным артефактом? Так это было в прошлом. Мне теперь не подвластна предметная магия! Но все же жаль, что Рэн его сжег. Протокол я так и не сдала господину Авлу…

— Так и будешь молчать? — робко спросила, сжимая сумочку на коленях. На мне сегодня впервые в жизни было платье небесно-голубого цвета с юбкой-солнцем и белым пояском на талии. Оно было без рукавов и держалось на тоненьких бретельках, открывая мои белоснежные плечи и шею.

— Как прошел экзамен? — как-то странно спросил он, не меняясь в лице.

— Сдан.

— Вот как, — отстраненно произнес он и вдруг, совсем неожиданно широко и хищно улыбнулся.

Миг, и я уже у него на руках, от испуга вскрикнув, еле успев придержать на носу сползающие квадратные очки.

— Что ты делаешь? — спросила, пряча пылающее лицо от смущения у него на груди. Люди с любопытством в глазах провожали нас взглядами, пока Рэн не погрузил несопротивляющуюся меня в свой синий кип.

— То, что так давно ждал и желал, — садясь за руль и отключая автопилот, ответил он. — Ох, зря ты надела платье, — прорычал он и резко тронулся с места, лихо вклиниваясь в поток кипов со стоянки возле кафе. Я судорожно вцепилась в ремни безопасности, и, заметив это, Рэн сбавил скорость. — А может и не зря, — вдруг произнес он с каким-то нездоровым предвкушением.

Я покосилась на него со своего пассажирского места и почувствовала волну жара по всему телу, зарожденную внизу живота. Без сомнений я знаю, о чем речь, и эта мысль будоражила, заставляя дыхание сбиться и проклинать бесконечный поток кипов, мешающий нам поскорее доехать до его квартиры.

После спасения мира, я все-таки взялась за идею соблазнить тигра. Как я это буду делать, даже не представляла. Просто сильно желала, поскольку поняла, что он тот, с кем я хочу быть. Но все оказалось куда легче. Господин Тойгер и сам решил связать со мной свою судьбу, и как-то так вышло, что мы стали встречаться, но дальше прикасаний не зашло. На работе было не положено по уставу, а внерабочее время я уделяла Елене, желая избавиться от обязанности переводчика. Поэтому сейчас все внутри дрожало от мысли, что настал момент икс. После такого большого срока я готова даже в кипе на него наброситься.

Рэн будто почувствовал мое желание, сжав руль с такой силой, что костяшки пальцев побелели. На дороге образовалась пробка. Солнце, как положено ему летом в этом мире, нещадно полило, чуть ли не плавя дорогу и транспорт. Все расплывалось от зноя, но в кипе тигра было прохладно благодаря артефакту охлаждения, однако внутри я плавилась, смотря на Рэна. Я понимала, что необходимо еще немного потерпеть и получу желаемое, но…

Чтобы не сорваться — отвернулась в другую сторону.

— Это невыносимо, — тихо, с нотками нетерпения, прозвучал спустя какое-то время голос тигра, а вслед за ним сигнал активации автопилота.

Не успела я голову повернуть обратно и узнать в чем дело, как меня аккуратно швырнули на заднее, уже разложенное, сидение. Еще короткий миг и надо мной навис хищник. Именно хищник, внимательно следящий и запоминающий все эмоции на моем лице.

— Попалась, мышка, — усмехнулся он, и я резко выдохнула, почувствовав, как его ладонь плавно, нежно движется по моему бедру, приподнимая платье.

— Нас же увидят, — сипло произнесла, не в силах оторвать взгляд от золотисто-желтых глаз. А, в принципе, какая разница?

— Я затемнил окна, — прошептали мне на ушко и лизнули в щеку. — Прости, что не в кровати, но твое платье…м-м-м, ты специально надела его сегодня, чтобы свести меня с ума?

— С вами никакой интриги, господин главный следователь, — усмехнулась я, погрозив пальчиком, а затем зарылась уже полностью рукой в шелковый мех, держа путь к пушистому уху. Пусть поцелуев у нас нет, зато получаю невероятное наслаждение от возможности зарыться пальцами в мех на его щеках.

Рэн провел шершавым, влажным языком от впадинки на груди до шеи, когда платье было отброшено, заставляя меня всю покрыться мурашками. Наверное, я какая-то неправильная, но его ласки сводили меня с ума. Нежные поглаживания, горячий золотой взгляд и тихие, ласковые слова восхищения, от которых я сгорала и заново возрождалась, чтобы вновь все испытать. Только лишь последнюю просьбу — наконец освободить меня от жара внизу живота — он не хотел так быстро исполнять и сам наслаждался моими касаниями, мурча как кот от ласки. Но все же сдался, когда я потянула его за уши. С рычанием он подался резко вперед, заполняя меня собой, с жадностью наблюдая за тем, как я закрываю глаза и закусываю губу от удовольствия. После этого уже никто из нас не стал сдерживаться. Движения стали резче, ощущения ярче, и мне уже было все равно — слышны ли мои стоны, качается ли кип от нашей борьбы как можно ближе быть друг к другу. Я была счастлива в объятиях тигра, радуясь такому исходу. Пускай главные герои достаются главным героиням, а нам и на втором плане хорошо.

В последний раз подавшись вперед, Рэн освободил меня от оков нестерпимого желания. По телу прошлась уже расслабляющая волна, принося удивительное чувство счастья, после которой хотелось то ли плакать, то ли смеяться. Тигр уткнулся носом в мое плечо и так замер, сбивчиво дыша. Через минуту он перевернулся на бок и обнял, прижимая к все еще вздымающейся груди. Его сердце сильно колотилось, как и мое, и на секунду даже показалось, что они стучат в одном ритме. Глупая мысль, но из-за нее на моих губах появилась счастливая улыбка.

Вот так, получив желаемое и глупо улыбаясь друг другу, мы еще долго лежали. Очки были где-то потеряны в салоне, души пели и радовались такому исходу, а кип уже давно стоял возле дома…

Эпилог

— Еще чуть-чуть и-и-и…все! — тяжело выдохнула, преодолевая последнюю ступеньку. Было желание распластаться прямо тут, на смотровой площадке, но назойливая подруга подгоняла, желая получить и свой кусочек счастья. — Сейчас, сейчас, — прохрипела, стараясь выровнять дыхание.

— Мышонок, не забудь мне напомнить, чтобы я занялся дома твоей физической подготовкой, — прозвучало сбоку, и я исподлобья посмотрела на тигра.

В отличие от меня, он нисколечко не запыхался, преодолевая высокую, крутую лестницу.

— Я в отличной форме, — дрожа коленками, выпрямилась, но затем опять согнулась, тяжело дыша. — Это единичный случай, — оправдалась и еще какое-то время глубоко дышала, восстанавливая силы.

— Всего-то девятьсот ступенек, — ехидно произнесла Буся, выглядывая из аквариума.

— Всего-то… — зло пробубнила, передразнивая ее. — Тебя Рэн несет, а я сама иду!

— Увы, ходить не научена, — невинно пожала она плавниками и указала вперед. — Отдохнула и хватит! Меня принц ждет не дождется!

На ее слова только закатила глаза. Увидев это, Рэн рассмеялся и приобнял за талию, помогая идти дальше.

Услышав от него в один прекрасный день, что нам положен отпуск, я тут же предложила отправиться в Павиллу, чтобы не только посмотреть на другую страну, но и исполнить желание подруги. Именно там водились золотые рыбки. Дикие и необузданные, как и хотела Буся. То, что Рэн сможет организовать эту поездку, я не сомневалась. В отличие от меня, у него были и средства и необходимые документы, чтобы Бусю выпустили на свободу.

Павилла — горная местность и имеет субтропический климат. Когда мы переместились в город Лау, то сразу попали под сплошной ливень. Пришлось переждать в кафе на площади порталов, а уже потом отправились в гостиницу. Я на все смотрела, широко распахнув глаза, удивляясь совсем другой жизни, нежели той, к которой я уже привыкла в этом мире. А вот Рэн был словно Буся в своей стихии. Оказывается, что его родина как раз Павилла, только южнее. Он хорошо знал язык и спокойно себя чувствовал среди бруйтов, фолайев и сойев павиллской внешности. В них я часто угадывала земных зверей, но только тогда, когда передо мной оказывался чистокровный представитель своей расы. В итоге, все расходы, общение с местными жителями легли на плечи моего жениха. Да-да, Рэн Тойгер сделал мне предложение перед отъездом, и я, конечно же, согласилась. Октавиан и Елена поженились спустя месяц после поступления подруги в академии, а вот мы не спешили и решили сначала просто пожить вместе. И вот, год спустя, это время пришло.

— Ты же умная рыба, вот и придумала бы способ не только плавать, но и ходить, — уже спокойно сказала ей, нежась в объятиях тигра.

— Много думать вредно, — важно изрекла говорящая рыба, разглядывая место, где ей и предстояло выбрать себе суженого.

Его мы выбирали уже втроем, ища информацию в журналах и книгах о природе. Бусе хотелось особенного самца, вот и пришлось остановиться на древнем храме с якобы священным прудом. Находился он на самой высокой точке Лау — горе Игавик, что означает «вечность». Даже трудно предположить, когда этот огромный храм с кругообразной крышей и витиеватыми арками и столбами был построен. Говорят, в нем обитают духи и охраняют это место, однако никто не видел и не слышал их.

Быть может это враки, но у меня есть подозрения, что не все ложь…

— И как мы это сделаем? — тихо спросила у Рэна, уже подходя к небольшому пруду прямо за храмом. Вода в нем была настолько кристально чистой, что видны были все маленькие камешки на дне. — Оно же священное, и вон те страшные мужики его охраняют, — указала я на двух бруйтов в странных одеяниях, то ли форма, то ли доспехи.

— Все очень просто, — также тихо и хитро улыбаясь, ответил он.

Мы спокойно прошли до мостика с красными перилами и просто встали, рассматривая, как плавают золотые рыбки. Увидев их, Буся начала от нетерпения метаться в переносном аквариуме, выплескивая воду через край. Мне были непонятны ее метания. По сравнению с ними, Буся была маленькой и с красивым хвостом. Эти же «дикари» больше походили на обычных карасей ярко-оранжевого цвета. Они плавали кругами, иногда кусая проплывающего рядом сородича, или спускались на дно, чтобы взять маленький камень и тут же его выплюнуть. Странные они какие-то.

— Вот это я понимаю, — восторженно произнесла Буся, вынырнув. — Настоящие мужчины! А вон тот — особенно, — указала она в центр пруда, где плавал самый большой карась с белыми чешуйками по бокам.

— Ты уверена? — с сомнением спросила у нее, мысленно прикидывая, как мы его засунем в ее маленький аквариум.

— Его хочу! Это любовь с первого взгляда!

Мы с Рэном переглянулись и улыбнулись друг другу. С любовью с первого взгляда не поспоришь, поэтому пришлось брать этого карася.

Пока Рэн вытягивал магией сопротивляющуюся рыбу из пруда, я все время озиралась, боясь быть пойманной за такую халатность к достопримечательности, особенно когда она священная.

— Все, — наконец-то произнес мой тигр и показал мне аквариум уже с двумя рыбами. Буся оказалась в кольце карася, и хоть места теперь у нее совсем не осталась, она была безумно счастлива, поглаживая могучее тело теперь уже своего самца, который глупо открывал и закрывал рот, дергая хвостом.

Ну, от глупости мы избавимся. Лена обещала создать артефакт ума для принца ее подруги. И пусть он запрещенный, главное, Буся не будет одинокой.

— Так его же видно! — испуганно прошептала, то и дело косясь на стражу.

— Его видишь только ты, я и Буся. Для остальных там только она одна, — пояснил Рэн, продолжая клыкасто улыбаться. Вот же хитрый тигр. Ну ничего, вот окончу академию и тоже смогу делать такие фокусы! А пока что, ставить щит у меня получается лучше всего.

Успокоившись, я наконец-то смогла насладиться экскурсией. Мы прогулялись по красивому парку, где стояли статуи здешних обитателей: звери, птицы и рыбы. Последним оказался карась. Он был немного изогнут телом, и смотрел выпученными глазами на прохожих. Мне показалось, что он смотрит прямо в душу, выискивая все совершенные тобой грехи. Ужас!

Перед уходом нам повезло посетить сам храм. Я особо уже ничего не рассматривала, а просто ходила за Рэном и желала присесть и вытянуть ножки. Лестница вытянула много сил.

— Возьми, детка, ракушку. Узнай, что тебя ждет впереди, — неожиданно прозвучало буквально над ухом и тотчас мне в руку сунули маленькую перловицу. Кто это сделал, я не успела рассмотреть. Подняв голову, никого возле себя не увидела.

— Р-рэн?… — испуганно прохрипела, озираясь по сторонам. Вокруг были туристы, но среди них не было моего жениха.

— Что случалось, Мышонок? — теплая рука обвила мою талию и прижала к твердой груди. Я облегченно выдохнула, ощутив знакомый запах парфюма. — Извини, отвлекся всего на минуту, а тебя уже рядом не оказалось.

— Вот, — не став его ругать, просто показала ему закрытую ракушку желто-зеленого цвета с черными полосками. — Кто-то мне ее дал.

— Кто-то? — переспросил Рэн, посмотрев на нее магическим зрением. — Странно, это обычная ракушка с предсказанием.

— Возможно, я просто устала и не заметила того, кто мне ее дал. Был только тихий женский голос и вот, — со вздохом пояснила.

— Может это призрак? — усмехнулся тигр, за что получил тычок в бок. Будет знать, как пугать меня!

— Не смешно, — буркнула и тут же посмотрела по сторонам, нет ли среди живых призрака. — Может пойдем уже в гостиницу? Хватит с меня на сегодня китайских храмов.

Рэн усмехнулся над тем, как я назвала храм, и подтолкнул в сторону выхода, и уже в кипе, взятом на прокат, поинтересовался о ракушке.

— Открыть? — недоуменно переспросила его и вытащила из кармана бриджей таинственную ракушку.

— А ты не хочешь узнать предсказание?

— Мне спасения мира хватило, — нервно рассмеялась, с небольшим испугом смотря на перловицу.

— Трусишка, — ласково обозвал он меня, видя кип самостоятельно, к чему я уже давно привыкла.

— Я-то? — наигранно удивилась и при нем вскрыла непонятно откуда взявшуюся ракушку.

Внутри она оказалось совершенно сухой. Никакого слизняка с жемчужиной не было. Вместо этого на одной из переливающейся половинки лежала свернутая в трубочку записка с красной ниточкой. Смотря на нее, мне почему-то вспомнилась сущность крови. Такая же тонкая красная нить…

— Ну и? — поторопил меня тигр.

Я кашлянула в кулак, прочищая горло, и озвучила содержание записки, как ни странно, на эйделийнском:

— Один тигр хорошо, а два — лучше.

В салоне повисло молчание. Я покрутила записку, но больше так ничего и не увидела.

— И что это значит? — взглянула на задумчивого Рэна.

С минуту он молчал, но затем резко повернул руль и припарковал кип возле какого-то магазинчика с сувенирами. У меня от этого пируэта чуть сердце не остановилось. Все же авария оставила свой след.

— Что случилось?! — встревоженно воскликнула, не в силах отцепить руки от кресла.

Рэн нежно помог с этой проблемой и, смотря мне в глаза, лизнул сначала одну тыльную стороны ладони, а затем вторую. Я смотрела на него растерянно, не понимая, почему он себя так ведет.

— Рэн?… — обеспокоенно протянула, дергая руки, но он держал крепко и продолжал их лизать.

— Да беременна ты! — прозвучал голос Буси, до этого не проронившей ни слова, поглаживая своего карася. — И будет у вас маленький тигр, — рассмеялась рыба, смотря на мое вытянувшее лицо.

— Один тигр хорошо, а два — лучше… — тихо повторила я и с улыбкой уткнулась носом в меховую макушку продолжавшего «целовать» мои руки тигра.

Пожалуй, теперь квест попаданки я выполнила на отлично!