Рина Ских

Куратор для одаренных. Любовь не предлагать!

ГЛАВА 1

Меня так и подмывало махнуть на все рукой и хотя бы до конца этой пары почувствовать себя свободной, блуждая по пустым коридорам академии… Но совесть не позволила даже забежать в столовую, чтобы урвать булочку, пока к стойке раздачи не повалили студенты.

Укус, разместившийся чуть ниже локтя, здорово болел, что не прибавляло хорошего настроения, но, по крайней мере, уже почти не кровоточил. Руку неприятно пощипывало и дергало, заставляя мысленно склонять во всех позах несчастного тролля. Понимаю, что животинка действовала так больше от стресса, но мне-то от этого не легче! Шрама быть не должно, все же прокусил не до кости, но заживать будет долго, да и синяк вокруг ранки наливался уже ничего такой.

Возвращаться в аудиторию не очень хотелось. Притихшая было злость на детей, устроивших себе такое развлечение, вновь вяло ворочалась в груди. Смешно им, видите ли! Слышала, что дети бывают жестокими, но это все же перебор. А возвращаться все равно надо. Хотя бы для того, чтобы освободить Саймона от их общества… Некстати вспомнилось, как некогда он же меня и запер с ними. Хм…

Жаль, что эта мысль возникла, когда я уже пришла к нужной аудитории, из-за которой даже не доносился привычный шум. А, то есть Саймона вы слушаетесь без проблем, да? Только со мной раз на раз не приходится. Ясно-понятно. Может, другие преподаватели правы, и дети в самом деле воспринимают меня исключительно как старшую подружку? С которой можно, конечно, посидеть на паре, даже узнать что-то полезное от нее, над которой пошутить не зазорно, но об уважении, которое обычно испытывают к преподавателям, здесь не может быть и речи.

Поморщившись в такт своим мыслям, раздраженно мотнула головой, откидывая волосы за спину, и решительно вошла в аудиторию.

Дети обнаружились в одном конце помещения, столпившиеся вокруг задних парт, что-то там решая вполголоса, а грустный и малость обескураженный Саймон сидел за учительским столом, с кем-то переписываясь по артефакту связи. Обе стороны абсолютно не обращали друг на друга никакого внимания.

С негромким хлопком закрыла за собой дверь, привлекая к себе внимание. Уже думала, вернулись к тому, с чего начинали, но дети, повернув головы на шум, тут же зашебуршали и как мышки расползлись по своим местам. Что-то новенькое, однако.

Нет, у меня они тоже по аудитории давно уже не бродят, отучила, но чтоб прям вот сразу такая реакция на мое появление… На всякий случай, осмотрела потолок на предмет того, не летает ли там еще кто.

Саймон, отвлекшись от очередного пиликнувшего сообщения, спохватился и тоже вскочил со своего места, искренне обрадовавшись.

— Вы уже проверили домашнее задание? — справедливо усомнилась, все же не так и долго я отсутствовала.

Саймон, чуть виновато улыбнувшись, приблизился ко мне вплотную и, аккуратно взяв под локоток, отвел к двери, где тихо заговорил.

— Эм… Слушай, у нас не заладилось с самого начала. Они хмурые какие-то, недовольные. Я даже пошутить пытался, дабы разрядить атмосферу, а они смотрят как на дебила. Взял тетрадь у одной мелкой, а там целительство у них. Оно у меня всегда хромало. Думаю, ладно, что там, с малолетками не разберусь, что ли? Что они там могут изучать, самые азы… Ага, хренушки! Не помню я толком эти потоки, а там неразбериха полная и почерк корявый. Ну вроде как правильно… Смотрю вторую тетрадь, а там такое же, но отличается. И тоже, вроде, правильно… Тут еще и пацан с задней парты вопрос задает по домашке. Или не домашке… Как я проверять должен, по-твоему? У нас эта тема была на первом курсе, и то зачет, даже не экзамен. И смотрят как на врага. Поэтому мы договорились, что пока тебя нет, мы занимаемся каждый своими делами и не шумим, — сознался Саймон. — Прости, но учитель из меня для малявок никакущий, только хуже сделаю.

Я даже не стала спорить, едва заметно поморщившись. В конце концов, я и не питала особых надежд. Не научил их ничему убойному, не подрались — и на том спасибо.

— Да ладно, не страшно, сейчас сама разберусь, что у них там уже сделано. Вы вообще ничего не делали, просто молча сидели? — уточнила, взъерошив волосы и покосившись на удивительно притихших детей. Неужели все же сумела достучаться по результатам истории с троллем?

— Спрашивали о твоих заявлениях об уходе…

— И ты им ответил?

Эта его фраза заставила напрячься и бросить еще один тревожный взгляд на учеников. Нет, понятно, если буду в самом деле уходить — они все равно об этом узнают, но вот так, сильно заранее…

— Ну да. Ты же не скрываешь этого? Имею в виду, все знают, по-моему, что ты долбаешь декана, чтобы отказаться от них, когда совсем доводят. Или не надо было говорить?

— Да нет, без разницы, в общем.

В самом деле, чего это я вдруг? Ну узнают они сейчас, так что? Я спокойнее буду, в конце концов. Как тогда, когда была уверена, что всего лишь на замене у них.

— Спасибо, в любом случае…

— И не принимай все близко к сердцу, никаких нервов не хватит. Увидимся, — подмигнул Саймон и покинул аудиторию.

Угу, легко ему говорить. Вот только не могу я не относиться серьезно. Во-первых, это все же дети. Во-вторых, одно дело, когда меня по обоюдному согласию освободят от должности куратора, и другое — когда конкретно я что-то напортачу, что занесется в мое личное дело и повлияет на дальнейшее нахождение в аспирантуре.

Так, сколько там времени осталось до конца пары? Угу, не так уж и много, половина занятия благополучно утекла.

— Домашнее задание проверить уже не успеем, в следующий раз разберем. Сегодня у нас по плану повтор векторов, а конкретнее, распределение силы. Как вы знаете, для каких-то заклинаний работает принцип «чем больше, тем лучше», но и по воздействию они как лупить кувалдой по мухе. На крайний случай, сойдет и так, но в наше время полно заклинаний, воздействие которых более филигранно. Вот тут в ход и идут векторы, при помощи которых идет точное распределение энергии, необходимой для того или иного результата… — завела я уверенным тоном, присев за учительский стол.

Злость уже окончательно утихла, но вот какая-то глупая иррациональная обида, густо замешанная на разочаровании, не давала расслабиться. Но чем дольше я говорила, сосредоточившись на теме занятия, тем спокойнее становилась, переключившись на другое. Права была моя мама, когда говорила, что учительство у нас в крови.

По-хорошему, не мешало бы для примера начертить на доске плетения нескольких заклинаний, о которых я говорила, дабы показать, где и как вводятся те самые векторы, но рука все еще болела. Хряпнули-то меня как раз за правую, рабочую!

Положив ее на стол и стараясь лишний раз не беспокоить, удовлетворенно отметила, что так болезненные ощущения гораздо меньше. Вот и хорошо, после пары на кафедру целителей забегу, не нравится мне эта рана. Небольшая, но больно же! Насколько знаю, тролли не ядовитые, но мало ли чего он там жрал и какие микробы на зубах хранил. А мелким кишкомотам пока и теории хватит…

— Лерри Сандра, у вас кровь, — робко вклинилась Надин, когда я сделала паузу в своей лекции, мысленно формулируя определение, которое стоило бы записать.

— Спасибо, Надин. Я видела. И чувствовала, — ответила сдержанно, невольно бросив взгляд на руку.

Чуть припухла, но выглядела не так уж и страшно. На удивление, болело больше как неслабый такой ушиб.

— А вы к целителям не ходили? — подал голос Марсель, вытянув шею, чтобы получше рассмотреть мою руку.

— Не ходила. После декана сразу к вам.

У меня в голове эта фраза звучала ехидно, но на практике получилось, скорее, грустно. То ли разочарование оказалось сильнее, то ли устала просто уже от всего этого.

— А давайте проверим наше домашнее сейчас? У нас там по целительству как раз… У меня точно без ошибок, я поняла тему! Царапины, порезы, синяки — все это умеем без проблем, и мое внутреннее чутье не сбоит. А Надин и вовсе на следующую тему перескочила, быстро все делает, лерри Грымза не нарадуется! — воскликнула еще одна целительница, Магдален. — То есть, лерри Диана.

Я невольно прыснула. Да уж, лерри Грымза ей больше подходит. Вздохнув, еще раз окинула внимательным взглядом своих учеников, что хоть и делали вид, что все в порядке, но явно чувствовали себя не в своей тарелке, глядя на меня с надеждой. То и дело виновато опускали глазки. Ну хоть совесть имеется, пусть и одна на всех, уже хорошо…

— Ну покажите, чему научились. Кто рискнет первый? Давай, Магдален, раз уж первая об этом заговорила. Обеззараживающий поток добавить не забудь. И попутно рассказывай, что и как делаешь, чтобы твои товарищи, кто не разобрался в теме, тоже поняли. Кто хочет — подойдите ближе. Считайте, что это у вас первое практическое занятие на живом материале, а не на манекене или иллюзии. Первое же? — тяжело вздохнув, отодвинулась немного от учительского стола, чтобы этим гаврикам было удобнее наблюдать за работой одногруппницы.

Профильные предметы по-прежнему читались для всех детей, но уже было видно, что у некоторых наклонности к двум-трем специализациям, в то время как другие они воспринимают больше на уровне теории. Например, Магдален удивительным образом сочетала в себе способности к боевой магии и целительству, а вот зелье могла сварить исключительно по подробным инструкциям из учебника, в отличие от того же Марселя, который даже не смотрел толком в учебник, действуя по наитию, чувствуя, что, где и сколько нужно добавить, щедро приправляя своей магией.

А есть те, у кого в самом деле одна специализация, зато развита настолько, что можно соперничать едва ли не с выпускниками. Яркий тому пример — Надин, истинная целительница, которая во многом руководствуется интуицией, проворачивая то, на что у других уходит немало времени на расчеты и точечное распределение потоков…

Да, что скрывать, все детки тут уникумы, одна я на их фоне выделяюсь, как горилла-переросток на собрании профессоров. Хорошо еще, что как маг-теоретик в азах натаскана по каждому из предметов и, даже не используя какие-то заклинания, могу указать, где в плетении ошибка и как следует перенаправить поток энергии, просто полистав чей-либо конспект, дабы освежить знания.

Магдален, тем временем, плетение за плетением накладывала заклинания диагностики, затем очистки, после обеззараживания, остановила кровь.

— А можно я попробую? Вот тут вот ранка чуть глубже, может остаться шрамик, а мы еще не учили, как их сводить. Я сразу залечу так, чтобы не было его, — вступилась Надин, внимательно наблюдая за работой подруги, что сосредоточенно щедро вкладывала свою целительскую магию. Девчушка возмущенно вскинулась, но, тяжело вздохнув, с неохотой признала, что у Надин в самом деле получается лучше.

Я, как и остальные ученики, внимательно следила за каждым плетением, справедливо опасаясь, что в расчетах орчанки может быть ошибка. Но, к счастью, обошлось. А когда Надин приступила, и вовсе расслабилась под потоками ее магии, что дарили ощущение легкости и свежести во всем теле. Даже, кажется, прибавилось энергии. Своей, что ли, поделилась?

— Так, достаточно. Рука не болит, ранки нет, синяка тоже. Спасибо, — прервала, вымученно улыбнувшись, и добавила строго. — Энергию свою вливать стоит лишь в том случае, когда без этого никак не обойтись и существует риск для жизни. Очень легко не рассчитать и отдать больше, чем ваш собственный организм перенесет без потерь.

— А это не я, — нахмурилась юная целительница.

Я недоуменно вскинулась и внимательнее оглядела столпившихся вокруг стола детей. Под моим пристальным взглядом вскоре сдался Тайрин.

— Вы выглядели такой уставшей. А передаче энергии нас обучали на прошлой неделе на боевой магии… — проворчал он, избегая смотреть мне в глаза.

И с чего вдруг такая стеснительность? Впрочем, чего я спрашиваю. Так понимаю, вот и выяснили, кто притащил тролля, хряпнувшего меня. Интересно, лер Родерган уже вернул его в родные места обитания?

— Лерри Куколка, мы не хотели, чтобы он вас укусил… — пискнул кто-то тихо из-за спин учеников, что стояли прямо передо мной.

Правда, все тут же, словно только и ждали сигнала, хором загалдели в том же духе, уверяя, что если бы знали, что меня укусят, в жизни бы не притащили ничего такого… на мою пару. Мда. А к той же лерри Грымзе… тьфу… а, впрочем, ей это имя больше идет. Главное, при личной встрече ее так не назвать. Так вот ей как раз вполне притащили бы тролля, еще и натравили бы его на нее…

— А где теперь тролль? Что с ним будет? — все же уточнил обычно тихий оборотень-артефактор Сальвадор. Остальные, как по команде, замолчали, с нетерпением ожидая моего ответа. Так все же еще не все потеряно, и судьба пострадавшего по их вине создания их беспокоит? Мои слова не пропали впустую? Хорошо, если так.

— Декану отнесла… Никто не хочет сделать чистосердечное признание и сообщить, откуда его вообще притащили? — все же спросила, особо не надеясь на результат. И тишина была мне ответом… Ну кто бы сомневался.

— Вы хоть понимаете, что он мог покусать кого-то из вас? Ударить своей дубиной? Да хоть в глаз ткнуть? Что вообще за дурацкая идея тащить дикого зв… ммм… дикое существо в Академию? — вздохнула устало, укоризненно глядя на них.

Все тридцать учеников синхронно опустили головы ниже. Ну, я и не ожидала, что кто-то сейчас покается. К тому же, как раз прозвенел звонок, знаменующий конец пары.

— Пообещайте хотя бы больше не хватать никаких диких созданий, хорошо? И тем более не обижать их.

Вот на это все снова откликнулись практически радостно. Ну хоть что-то.

— Вы простите, что обстреляли вас снежками… Просто вы были идеальной целью в своем ярко-красном пальто! Но Винсент сделал снег нехолодным! — воскликнул кто-то из ребят. Ого, надо же! Я после ситуации с троллем и вовсе забыла уже об этом инциденте.

— Угу, да я уж поняла, что кредо у меня по жизни такое — идеальная цель. Для шуток Вселенной в первую очередь, — проворчала себе под нос, но, отметив любопытные взгляды, махнула рукой. — Урок окончен, идите уже…

Уф… Боги, дайте мне сил выдержать с ними этот год.

После урока я с чистой совестью отправилась на кафедру, надеясь, что там уже никого из преподавателей нет. По договоренности с деканом я имела право уходить домой сразу после того, как проведу занятие с детьми, но сегодня мне нужно было проверить домашние задания моих учеников, оставивших мне тетради, раз уж не успели разобраться с этим на паре.

Давно уже канули в Лету времена, когда я могла посидеть спокойно в тишине на кафедре и хоть что-то сделать по артефакторскому проекту в свободное от обязанностей секретаря время. Лер Натиандриэль, узнав о моем новом назначении, заверил, что не торопит, когда смогу, тогда и смогу. В случае чего, мы наверстаем упущенное… Но проблема в том, что с первого дня моего кураторства я никогда не могу! Либо занимаюсь составлением учебного плана, разработкой лекции или проверкой заданий, либо прихожу в себя после очередной выходки моих подопечных!

Досадливо поморщившись, кивнула подзадержавшимся в коридоре детям, которые, судя по обрывкам разговора, договаривались встретиться сегодня в городе, чтобы погулять, если родители разрешат. Временами они в самом деле вели себя как самые обычные школьники из моего мира… Если представить, что тем вручили бочку напалма и спички. Хотя конкретно сейчас это уже не вызывало того ужаса, что в первые дни. Возможно, тому виной постоянное напряжение и дикая усталость, что не покидали меня уже два месяца.

Махнув им на прощание, заперла аудиторию и, подновив заклинание левитации на стопке тетрадей малолетних кишкомотов, не захотев захламлять свой межпространственный карман, поспешила на кафедру.

— … и сейчас тоже не уходи, Тайрин предлагает забросать снежками тех дылд-природников со второго курса… — услышала я тихое напутствие рыжего Дэниела, подбивающего Марселя на преступление.

Мне как куратору полагалось сейчас же подойти к ним, вмешаться, запретить… Но ведь могла же я не услышать, а? Детей в здравом уме никто не тронет, а если и вывозюкают их в сугробе, не сдержавшись — так карма штука такая, никогда не знаешь, когда прилетит ответочка. Самим природникам, чем-то успевшим насолить моим снайперам, я тем более не сочувствовала, пусть сами разбираются уже. Поэтому лишь ускорила шаг, даже не оборачиваясь. Но далеко уйти не успела.

— Сандра! Сандра, стойте! — услышала я ненавистный голос преподавателя по артефакторике, а конкретнее, той самой неприятной пожилой женщины, которая в мой первый день на их кафедре заявила, что никогда бы не взяла меня себе в аспиранты.

Надо ж было случиться так, что именно она у детей ведет профильные занятия! Иногда мне казалось, что у нее смысл жизни прикопаться к кому-либо. И своей «любимой женой» избрала меня. Вот и сейчас догнала меня, выскочив из бокового коридора, и остановилась, разглядывая с нарочито брезгливой гримаской, поджав губы.

— Вы что-то хотели, лерри Агнес? — поторопила ее спустя пару минут затянувшегося молчания.

Кто бы только знал, как мне сейчас хотелось засесть где-нибудь во дворе в засаде и обстрелять эту ханжу снежками… И даже снег теплым делать не стала бы. Хм… Может, напроситься к Тайрину и Дэниелу в пару? Где природники, там и лерри Клизма… тьфу! Нарвусь же когда-то, повторив прилипчивую кличку! Но, в любом случае, идея плохая — мое ярко-красное пальто в самом деле выделялось. Ни среди сугробов затеряться, ни потом отвертеться, что это была не я — очень уж приметные вещички носила Сандра. Да и, чего скрывать, многое в ее гардеробе и мне даже нравилось, просто не для постоянной носки…

— Почему вы не носите преподавательскую мантию нашей Академии?!

О, отмерла. Я рассчитывала на что-то новенькое, а тут все то же самое. Этот вопрос лерри Агнес задавала мне с завидной регулярностью со дня моего официального назначения куратором.

— Иногда ношу. Просто она в стирке после прохождения одной из тем по зельеварению. У Закена взорвалась его смесь, получившаяся такого, знаете ли, специфического светло-коричневого цвета с зеленоватыми проблесками… — выдала с честным видом.

Вспомнила, как зачем-то притащила эту линялую тряпку, которая еще и в три раза больше по размеру, на одно из занятий, вдохновившись очередным спичем от артефакторки. Но в тот день у Закена в самом деле что-то взорвалось, благо, хоть мальчик успел остудить жидкость до того, как она выплеснулась на него. Вот мантией и оттирала его, шепнув заклинание стандартного мыльного раствора, которому научил Андреас. Больше форменная тряпка ни на что не годилась.

Нет, на самом деле, под каждого студента и преподавателя шилась униформа заранее. В каждую ниточку вшивалась уйма защитных заклинаний на все случаи жизни. Все же Академия, может произойти что угодно. И, как водится, на меня не рассчитывали. Мантии по размеру не было. Что откопали на складе, то и выдали.

Можно было, конечно, пошить на заказ… Но уже за собственные средства, выбрав и фасон, и ткань, все по фигуре. Только и стоила эта прелесть заоблачно! Ну и, положа руку на сердце, на кой черт мне выбрасывать столько денег на ветер, если уже меньше чем через год я прекращу преподавательскую деятельность? Останется лишь начитка лекций студентам, но там уже можно не бояться подцепить шальной пульсар.

В любом случае, я особо не парилась: лер Родерган не настаивал на моем обязательном ношении этого линялого ужаса с торчащими во все стороны нитками, да и каждый день исправно навешивал на меня кучу заклинаний по первой же просьбе. Какие-то я даже не снимала лишний раз, заразившись паранойей от друзей-боевиков. Так что мне прекрасно жилось и без преподавательской мантии… Но были люди, которых это натуральным образом выводило из себя.

— В прошлый раз вы отговаривались тем, что прожгли рукав!

— Было дело.

— У мантии, обвешанной всевозможными защитными заклинаниями?! — её аж трясло от злости. Я на всякий случай даже сделала шаг назад, чтобы не забрызгало слюнями.

— А вы, я вижу, с детьми еще не успели толком раззнакомиться, да? — я же, на контрасте, была удивительно спокойной. Впрочем, не в первый раз сталкиваемся. Потому продолжила ласковым тоном. — Загляните как-нибудь к нам после пары по боевой магии, где мы разбираем, что у кого не получилось. Уверена, ученики искренне обрадуются новой мишени… От вас только и требуется, что стоять неподвижно, закутавшись в свою преподавательскую мантию…

Но, видимо, у меня был очень уж мечтательный вид, а может, в глазах зажглись кровожадные огоньки напополам с надеждой. В любом случае, на провокацию лерри Агнес не повелась.

— В правилах Академии указано, что все преподаватели обязаны носить мантии, так же, как и студенты!

— Увы, но я аспирант.

— Вы куратор!

— Что не мешает мне при этом быть аспирантом. Вот как аспирант я ее и не ношу, — мило улыбнулась, внутренне кипя от злости. Да что ж пристала-то ко мне?

— Вы такая же, как они, потому и не можете справиться с ними! Из-за вас они такие неуправляемые! — прошипела она, так понимаю, пытаясь меня оскорбить. Но мне в данный момент было как-то похрен. Ага, нарочно прихожу каждое утро пораньше и науськиваю детей на других преподавателей, чем мне еще заниматься, в самом деле?

— Бывают в жизни огорчения, — пожала плечами и, не собираясь больше слушать этот бред, отвернулась и пошла дальше по коридору под нарочито громкие стенания о том, что некоторым понятия дисциплины и преподавательской этики вообще неведомы.

Словно встречи с Клизмой было мало для полного счастья, на кафедре меня также поджидал сюрприз. Нет, чисто теоретически, можно было догадаться, что так просто распрощаться с троллем мне вряд ли суждено. Но все же теплилась во мне надежда…

— Сандра, вы сейчас заняты? — первым делом осведомился декан, как только я появилась на пороге.

Невольно перевела взгляд на стопку тетрадей, что левитировала рядом. Ну, как бы, очевидно, что не хобби у меня такое, таскать за собой домашку учеников, разве нет? Видимо, нет.

— Надо проверить домашние задания, на паре не успели, — уточнила под испытующим взглядом декана.

— Но там же немного… Да и необязательно заниматься ими вне урока. Со следующего месяца профильные предметы будут проводиться только для тех, у кого соответствующие способности. Для той же Надин занятия по артефакторике и боевой магии бесполезны, сами понимаете. Впрочем, как и все другое, за исключением целительства. Так что у каждого ученика будет свое расписание…

— И составлять это расписание снова мне?!

Я с ужасом представила, как придется для каждого расписывать предметы по дням, у кого-то будут совпадать, у кого-то возникнут накладки, а еще надо будет договариваться с преподавателями, чтобы в одно время можно было провести в разных аудиториях артефакторику, целительство и стихийную магию, к примеру… А что делать тем детям, кому нужно посещать и целительство, и артефакторику? И как ни распихнешь, все равно будут те, кому надо и туда, и туда! А если взять всего два предмета — артефакторику и стихийную, к примеру — останется пара человек, которым эти предметы не подходят в связи с отсутствием соответствующих способностей!

Мной начала овладевать полнейшая безысходность. Да что ж за мир-то такой, где все через одно место, да еще и через мое?! Прям будто не покидала свой…

— Нет, этим уже как раз мне заниматься, не волнуйтесь, — усмехнулся декан, а в его глазах отразилась тоска… Не, я, конечно, сочувствую, все дела, но слава всему святому, честно!

— Аа… Тогда не уловила связь с собой, — нахмурилась, подозревая подвох. И не зря.

— У кого-то из детей могут быть «окна», во время которых вы и будете разбирать с ними, что у кого не получается и в чем проблема. Вам так даже удобнее, не со всей группой за раз заниматься.

— Я правильно понимаю, несмотря на это, общеобразовательные занятия, где разбираются азы магии и стандартные плетения, при должной сноровке доступные всем, все равно на мне? То есть, по факту, у меня будет не одна пара с детьми в день, а две?

— Иногда три, но да, суть вы уловили.

— И все проблемы, что могут возникнуть с моими учениками, по-прежнему урегулировать мне? — процедила, прикидывая, не шарахнуть ли декана конспектами, типа «случайно»… Так, Сандра, соберись, похоже, дети на тебя дурно влияют… А должно быть наоборот! В смысле, ты должна влиять на них… И хорошо влиять!

— Кстати, хорошо, что вы напомнили! Вчера двое ваших в столовой спровоцировали конфликт, в результате чего пострадала стойка с пирожками и гордость лерри Стеллы, не успевшей вовремя остановить творившееся безобразие.

— Что конкретно они там натворили? — простонала, проходя мимо декана и сгружая наконец-то тетради на стол.

Подобное «Сандра, ваши что-то учудили» происходило с завидной регулярностью. В особо серьезных делах вступал декан и уже сам разбирался с вопросом. Самое обидное, что ученики при нем сидели ангелами. Тихонечко, тут же отвечая на любые вопросы с виноватым выражением на моськах. Сколь бы серьезным происшествие ни было, декан относительно быстро разруливал его — в самом деле чувствовалось, что совсем недавно работал в военной академии, небось, все по струнке ходили. Немудрено, что лер Родерган скептически относится к моим жалобам и жалобам других преподавателей на детей.

Ну так и мои быстро смекнули, что к чему, и либо проворачивали все так, чтобы не попадаться, либо обходились мелкими каверзами. Ответственность за которые полным грузом ложилась на мои плечи.

— Вот вам и предстоит это выяснить! — обрадовал меня декан.

Я с тоской покосилась на стопку тетрадей.

— Прямо сейчас?

— Можно попозже.

— И на том спасибо. Просто вы с таким видом и напором спросили, не занята ли я, что уж подумала, что нужно срочно схватываться и бежать куда-то, — с улыбкой покачала головой и осеклась, заметив на лице мужчины чуть сочувственное выражение. — Или это совсем не связано с детьми, а вы лишь вспомнили к случаю?

— Не совсем. Косвенно, как раз с детьми и связано. Я насчет тролля, — вздохнул он и, приглашающе махнув мне рукой, направился в свой кабинет.

Мне идти следом? Не хочу! Еще ни один разговор, что произошел в тех стенах, не закончился для меня хорошо! Фикус, успевший за последние два месяца заплести всю стену у диванов и частично перебраться на потолок, зашелестел листьями в такт моим мыслям.

— Да, понимаю, происшествие серьезное, такое допускать нельзя. Но я уже поговорила с детьми, объяснила все, кажется, они поняли и даже раскаялись, — поспешила заверить его, надеясь решить все здесь и сейчас.

— Да? Ну и хорошо. Осталось решить вопрос с троллем.

— А вы его разве не отправили в родные места обитания?

Я аж выпучила глаза от удивления и невольно украдкой окинула взглядом приемную, дабы убедиться, что этот шрек-недоросток нигде не притаился со своей дубиной наперевес. За что удостоилась укоризненного взгляда декана.

— Ну какие родные места обитания? Они живут в горах или лесах, на зиму забиваются в какие-то свои норы или глубокие подземные пещеры. Такие низкие температуры губительны для них. Ехать с ним в лес и искать подходящую нору никто точно не будет, да и незачем. А выпустить его на улицу — слишком жестоко. Несчастное создание погибнет в мучениях от холода.

Проговорив это, лер Родерган все же вошел в свой кабинет, но лишь для того, чтобы вынести оттуда… спящего троллика. Вот так, пока оно не трепыхалось, не крушило все вокруг и не кусалось, выглядело даже ничего так. Такой себе гибрид Добби и Шрека…

— И что же с ним тогда делать? Может, к природникам отнести на кафедру? — предположила растерянно, рассматривая пострадавшую от моих засранцев похрапывавшую животинку в дурацком костюме феечки. Кстати, а его можно называть животным? Вроде как неразумный, но гуманоидной формы, прямоходящий, опять же…

— И зачем он им? К редким видам фауны не относится, в лесу полно таких особей. Отнесите его на кафедру боевиков, там придумают, куда его пристроить. Не волнуйтесь, он под сонным заклинанием, — с этими словами довольно-таки упитанное тельце ткнули мне.

Удерживать его заклинанием левитации я не рискнула, попросту подхватив уже привычным способом подмышки.

— А, хорошо… А зачем он боевикам? — пробормотала растерянно, чуть поморщившись от веса моей ноши.

— Как учебное пособие вполне подойдет. Отработка усыпляющих заклинаний, парализующих, прочих относительно безобидных. Надо же студентам тренироваться и на живых объектах…

— Вы с ума сошли?! — вскричала, не дав ему договорить, пораженная жестокостью. — То есть, вы так просто способны приговорить несчастное создание, да? Да вы, небось, и котят на досуге топите?!

— Сандра… — попытался прервать поток возмущений мужчина, но меня уже понесло. Потрясая троллем, я даже шагнула ближе к декану, пылая праведным негодованием и глядя ему прямо в глаза.

— Что «Сандра»?! Я только что пол урока объясняла детям, что нельзя издеваться над животными, и ради чего? Чтобы декан-живодер прикончил зверушку, отдав студентам-недоучкам на потеху, тем же детям, по сути, только уже санкционировано?! И кто вы после этого?

— Ваш декан и научный руководитель, — с полнейшим спокойствием, почти равнодушием.

— Я боевикам его не понесу! — уперлась, готовая отстаивать троллика до конца. Тем неожиданнее был ответ.

— Да ради всего святого, несите кому хотите. Можете попробовать пристроить на иные кафедры. В конце концов, когда вы ломились в аспирантуру после отказа на кафедре артефакторики, нашли же вариант. Так что дерзайте, судьба тролля в ваших руках, — хмыкнул лер Родерган. И хоть он оставался привычно спокойным, в его голосе мне почудилась ехидная нотка.

— А почему в моих? Почему я вообще должна заниматься троллем? — я даже несколько растерялась, только сейчас зацепившись за эту простую, казалось бы, мысль.

— Потому что вы куратор экспериментальной группы и несете ответственность за все, что они натворят… Тем более, во время вашей пары. И да, как разберетесь с троллем, загляните в столовую к лерри Стелле, выясните, что еще натворили ваши подопечные, — напомнил он, на что я отреагировала обреченным стоном, заставившим декана несколько смягчиться. — Возникнут дополнительные вопросы или непредвиденные проблемы, вызовите меня. Пока же пользуйтесь случаем, после такой замечательной практики вам уже ничто не будет страшно — сможете разрулить любую ситуацию. В жизни это весьма полезное умение.

— А можно, вы меня просто уволите прямо сейчас за то, что не справилась? И на этом покончим…

— Я в вас верю, Сандра, — и мне искренне улыбнулись, перед тем как скрыться в кабинете.

Зараза! Нет, я таки сменю свое приметное пальто на нечто камуфляжное и засяду в засаде рядом с моими снайперами в сугробе. Кроме лерри Клизмы, у меня появилась еще одна цель…

* * * * *

— И топай, Сандра, куда хочешь, ага… — констатировала я, покидая кафедру зельеваров, куда заглянула уже от безысходности, скорее.

Нет, тут у меня даже согласны были взять тролля. В некоторых декоктах использовался пот этих созданий, а в каких-то кровь и желчь. Вот услышав о последнем, я перехватила Доббишрека поудобнее, высказала этим извергам все, что думаю о них, послушала, в свою очередь, что они думают о наивных идиотках, таскающихся с дикими животными подмышками, и вышла за дверь.

— И куда нам теперь идти? Тебе хорошо, дрыхнешь себе, катаешься на мне… Гадство, что ж ты такой тяжелый, а? Я уж молчу о том, что попахивает от тебя отнюдь не ромашками, — вздохнула тяжело, прикидывая, где бы еще могли заинтересоваться совсем не редким представителем своего вида.

Несмотря на слова декана, все же надеялась, что на кафедре, где прежде всего ценят всевозможную флору и фауну, мне обрадуются. Угу, то не толпа природников побежала за мной, слезно упрашивая оставить тролля им? Я уж и к отдельным личностям пыталась подкатить с заманчивым предложением. Но тщетно.

Нет, совсем безрезультатным мой поход не назовешь, вон, преподаватель по бестиарологии даже нехотя согласен был взять… На два-три занятия, а затем либо вернуть тролля мне, либо отдать боевикам, а то бедолагам вечно не хватает объектов для тренировок. Несчастным приходится отрабатывать навыки на иллюзиях или зомбяках! Прям едва не всплакнула от жалости к ним!

— И где только тебя откопали?.. Ты явно не голодал. И что вообще забыл так далеко от леса? — рассуждала я, прикидывая, не пройтись ли мне по кафедрам, на которые меньше всего подумаешь, что нуждаются в таком обитателе. К менталистам, например, или прорицателям… Может, к артефакторам? Вручить его лерри Клизме. На крайняк, леру Натиандриэлю… Угу, и отправят они его в ближайший сугроб. Хотя, может, как раз у эльфа взыграет любовь к природе. Рискнуть или нет?

Раздумывая над этим, все же свернула в сторону кафедры артефакторов. По крайней мере, может, хотя бы посоветует, что делать. Учитывая, что мой домик находился практически напротив его, с эльфом сталкивалась довольно часто, и даже однажды пили кофе вместе, споря насчет целесообразности использования сигнального плетения в моем проекте. Так что наши отношения «прилипчивый аспирант и его возможный будущий научный руководитель» были даже с уклоном в добрососедские. Ладно, чего уж там скрывать: среди всех моих знакомых преподавателей, включая декана, именно лер Натиандриэль верил в меня и мои силы, отнесшись с первого дня нормально, по-человечески, несмотря на то, что он вечно юный эльф, которому, может быть, уже лет триста, а то и пятьсот.

Но мои надежды растаяли, толком не родившись: его на кафедре не было. Зато были лерри Лаура, уткнувшаяся в свою неизменную тетрадь, и лерри Клизма… то бишь, лерри Агнес. Ну кто бы сомневался!

Увидев меня с моей ношей, она удивленно округлила глаза, на ее лице отразились праведное негодование и брезгливость. Да поняла я, что не помогут мне тут, поняла. Но прежде чем она успела открыть рот, собираясь сказать что-то весьма колкое, гномка, не отвлеклась от своих записей, произнесла меланхолично:

— Натана сегодня уже не будет.

— О, спасибо. Жаль, — сокрушенно вздохнула я под тихое рычание лерри Агнес.

Не желая вступать с ней в очередную полемику, быстро покинула кафедру, но рычание не стихло, даже усилилось… Гребанный иммунитет троллей к магии!

— Ну и чего рычишь? Это мне впору рычать. Выспался, на руках таскают… Знаешь, сколько я уже не высыпалась? А на руках меня последний раз таскали… — хотела было сказать, что в детстве, но некстати вспомнилось, как Андреас приводил меня в чувство после истерики. — Давно, в общем. Короче, не рычи, давай лучше думать, что с тобой делать. А ты совсем неразумный, да? Дубинка твоя, кстати, где? Декан отобрал? Он такой, только и делает, что что-то отбирает. У меня, например, отобрал спокойный сон и надежду на то, что этот дурдом когда-то закончится…

От обилия вопросов, а также моего спокойного монолога, во время которого я жаловалась на декана, тролль озадаченно притих. Вряд ли хоть что-то понял, но рычание стихло, сменившись громким сопением. Еще и в руках завозился, пытаясь выскользнуть. Не ограничившись этим, попытался снова укусить, но я была готова к подобному раскладу заранее и успела создать нечто типа очень плотной заслонки-заплатки на своих руках, по которой зубы зверя лишь чиркнули, вызвав его возмущенный уже рев.

— Фу! Я же тебя не кусаю — вот и тебе нечего… — отреагировала без особого удивления, мимоходом щелкнув легонько по носу, отчего тот обиженно заткнулся. — Или ты голодный? Я тоже, кстати. Но нам все равно в столовую надо, пока пара идет, там должно быть пусто как раз.

Так, рассуждая больше сама с собой, пришла к столовой. Тролль, еще на подходе учуяв вкусные запахи, завозился активнее. Впрочем, не пытаясь вырваться, больше выказывая нетерпение и желание оказаться поскорее рядом с источником соблазнительных ароматов. Но у меня и у самой в животе уже урчало, с момента завтрака как-то прошло слишком много времени. А когда бедная животинка ела — и вовсе сложно сказать. Сомневаюсь, что дети его покормили или декан.

Как и думала, в столовой почти никого не было. Лишь пара шапочно знакомых аспирантов с других кафедр. Лерри Стелла, завидев меня, тут же бросила свои дела и, пылая праведным негодованием, бросилась к нам, вынудив обреченно застонать. Точно, я ж затем сюда и шла — мои обормоты что-то натворили…

— Лерри Сандра, я все понимаю, с детьми сложно, но вы как их куратор должны… — начала она на высоких нотах и осеклась, только почти добежав, заметив моего нового подопечного.

— А они что-то совсем страшное сотворили, да? Нам так кушать хочется… — протянула я жалобно, на всякий случай подняв троллика повыше, надеясь, что его вид разжалобит строгую гномку.

Пару минут женщина молчала, удивленно рассматривая тролля, после чего перевела на меня полный осуждения взгляд.

— Вот от вас я не ожидала. Притащить в мою столовую учебное пособие, не навешав на него никаких дополнительных защитных заклинаний! Вы не могли его оставить на кафедре? И зачем нацепили на несчастное создание эту розовую тряпку?

— Он не учебное пособие! — начала возмущенно и остановилась, подбирая слова, как бы поточнее объяснить, что бедолага является жертвой обстоятельств. В довершение ко всему, у меня в животе снова заурчало, отчего тролль завозился в моих руках совсем уж беспокойно. Перепугался, сердешный, что сожру?

— Питомец? В мое время молодые симпатичные девушки, вроде тебя, предпочитали заводить кошечек либо собачек… — проворчала лерри Стелла уже не так сердито, перейдя на «ты», продолжая рассматривать тролля. — Хотя я сама держала мантикору… Ладно, проходи, покормлю, потом поговорим уже о твоих бесстыдниках. Давай-давай, сама принесу даже. Что я, не помню, что ты с завтрака тут не появлялась? Да и там поклевала что-то на ходу и убежала. Бледная какая, того гляди упадешь. Совсем заездили, да?

Продолжая ворчать, но уже как-то тепло, по-домашнему, что ли, гномка махнула мне рукой в сторону ближайшего столика.

— Спасибо… — я совсем растерялась, не ожидая от всегда предельно строгой лерри Стеллы подобного изменения в отношении к кому-либо из студентов или аспирантов.

— Угу, «спасибо»… «Пожалуйста» я при встрече с Оливером сама ему скажу, — уже с угрожающими нотками, обещавшими моему декану немало «приятных» минут, зайдя за стойку и деловито нагружая еду на подлетевший к ней поднос. — Зверюга твоя что жрет?

— Эм… Рыбу, кажется… И мясо тоже, сырое, если есть. Яйца, вроде бы, — я честно пыталась вспомнить, чем питаются тролли в дикой природе, пока он пытался вырваться из моих рук и подбежать к стойке под урчание уже его живота. На ум упорно приходили всевозможные личинки и гусеницы, а также кора деревья. Но это, насколько помню, если другой еды нет.

— Может, мне еще и меню для него составить? — возмутилась гномка, возвращаясь к своей привычной манере общения. — Ты сама-то своего питомца чем кормишь?

— Да что сама ем, то и ему даю, — выпалила на автомате, пытаясь совладать со вновь начавшим рычать троллем, которого я удерживала уже лишь каким-то чудом, внутренне радуясь, что он хоть без дубины. — Я сама возьму, не переживайте…

— Сиди уж. Со зверюгой на руках много ты возьмешь, ага. А его самого оставлять даже не вздумай, ишь, нервный какой! Держи, — на столик, возле которого я стояла, приземлился поднос, уставленный несколькими тарелками с едой. — Принесу я ему яйца, ладно уж. Да и кость говяжья с остатками мяса на ней была, после обеда осталась…

Оголодавший тролль, извернувшись, цапнул с моей тарелки с овощным рагу крупный кусок вареной морковки и быстро запихал себе в рот, громко чавкая. Второй лапой потянулся за огурчиком, вскоре захрустев уже им.

— Гляди-ка! И вправду, ест то же, что и ты… Ну ладно, разберетесь тогда. И не вздумай уйти, пока не поговорим о твоих оболтусах, — мне строго погрозили пальцем, прежде чем поспешить к аспирантам, сидевшим в дальнем углу столовой, у которых что-то там полыхнуло. — Это что вы здесь удумали в моей столовой, а?!

А я все же решилась поставить тролля на стул, благоразумно пододвинув к нему весь поднос с едой, позволяя выбрать, что по вкусу. Тот тут же радостно зачавкал, жадно зачерпывая лапами уже густой крем-суп, пачкая и себя, и стол, и пол вокруг.

— Приятного аппетита, — пробормотала, с тяжелым вздохом присаживаясь рядом с ним.

Как там у Экзюпери, «мы ответственны за тех, кого приручили»? Никого я не приручала… Только вот, подозреваю, никого это не волнует. И, издав еще один душераздирающий вздох, потянула к себе тарелку жаркого, пока мой новоприобретенный питомец не успел добраться до него.

Лерри Стелла успела разобраться с аспирантами, нарушившими покой ее вотчины, и вернулась уже за стойку. Оттуда периодически бросала на нас подозрительные взгляды, достававшиеся больше троллю. Но тот, дорвавшись до еды, вел себя на удивление смирно, хоть и свинячил знатно.

— Я все уберу, — пообещала в ответ на очередной красноречивый взгляд, направленный на ляпнувшуюся на пол половинку котлеты. Доббишрек оказался на удивление всеядным. Притом, утолив первый голод, он деловито изучал содержимое других тарелок, залезая в них лапами и пробуя на вкус то одно, то другое.

— Ну хоть проблем с твоей кормежкой особых не будет. Суть я уловила: всего и побольше… Интересно, все тролли такие неряхи, или это исключительно твоя фишка? — пробормотала тоскливо, понимая, что все уже — никуда от ответственности за него не деться. Возмущение и злость, что переполняли меня еще с утреннего обстрела снежками, окончательно сошли на нет, сменившись едва ли не апатией.

Тролль оставил мою реплику без ответа, увлеченно выуживая из остатков рагу очередной кусочек морковки. Ну да, ну да, помню, эти создания неразумны, несмотря на гуманоидную внешность, глупо ожидать вообще какой-то реакции на мои слова. Такая себе лысая страшная зеленая обезьянка. С другой стороны, может, хотя бы удастся научить его пользоваться вилкой и ложкой? Дубину свою ж он держал вполне уверенно.

Дверь столовой отворилась, впуская еще нескольких аспирантов, судя по тому, что до конца пары было еще далеко. Я бы не обратила внимания на них, если бы один из них сам не окликнул меня.

— Санни, привет! — махнул мне рукой Андреас, подойдя к стойке раздачи.

Называть меня «Саня», как я ему предложила после одной из наших прогулок, он не стал, но я уже привыкла отзываться и на Сандру, и на Санни, окончательно прижившись в этом мире. С легкой руки Риэль меня так называли и остальные члены нашей компании. Кроме, разве что, Адрелии. Но она просто не обращалась ко мне напрямую. Не метала кинжалы — и на том спасибо. Хотя ее задумчивый взгляд, временами останавливавшийся на весело щебечущей Риэль, изредка присоединявшейся к нам в таверне, говорил о многом.

Быстро набрав еды на поднос, Андреас поспешил ко мне и только тогда заметил тролля.

— Это кто у тебя?

От удивления он едва не сел мимо стула, уставившись на моего подопечного.

— Доббишрек, — отозвалась меланхолично, подперев подбородок рукой и не сводя взгляда с тролля.

— Кто? Это же тролль? — нэко недоуменно нахмурился, покосившись на проигнорировавшего его тролля, только что обретшего имя.

— Угу. По совместительству мой питомец.

— О как. Неожиданно. Девочка? А крылышки зачем?

Андреас выглядел вполне умиротворенно, я бы даже сказала жизнерадостно, как всегда открыто улыбаясь, отчего на душе становилось немного теплее. Мне бы его оптимизм…

— Вообще думала, что пацан. Но, может, и девочка. А как проверить? — от неожиданного вопроса даже растерялась.

— А когда ты одевала своего нового питомца, не рассмотрела?

— Слушай, ты в самом деле решил, что я вдруг ни с того ни с сего решила завести эту страшную образину, еще и переодела в розовые тряпки? — возмутилась довольно громко, наконец выныривая из апатичного состояния.

— Кхркахшш! — вдруг закашлялся-зашипел троллик, среагировав на мое резкое проявление эмоций, и зарычал, зажав в кулаке сосиску.

Видимо, вообразил, что это отличная замена дубине. Но от чересчур сильного сжатия она лишь выскользнула из его кулака и весело заскакала по идеально начищенному каменному полу столовой, оставляя блестящий жирный след. Хвала всему святому, что лерри Стелла как раз отвлеклась на ребят, что вошли вместе с нэко, и не заметила сего вандализма.

Андреас среагировал моментально, всего несколькими пассами убрав и сосиску, и жирное пятно, и всю прочую еду, уроненную троллем ранее. Я же подобралась, готовясь ловить улепетывающего тролля-разрушителя, слишком свежи были воспоминания о том, что он успел натворить за считанные минуты в кабинете декана. Даже начала поспешно выплетать магическую заслонку вокруг стула моей головной боли, прикидывая, что на пару минут она его уж точно задержит, а может, и дольше — кто знает, как именно срабатывает в подобных случаях противомагический иммунитет. Но зеленокожий чудик так же быстро успокоился и, негромко покряхтывая-похрюкивая, потянул к себе салфетку. Ничего себе! Таки умеет вытираться, что ли?..

— Фу! Это нельзя есть! — в последний момент успела среагировать, выхватывая из пасти салфетку. В ответ послышалось низкое рычание. Но я быстро пресекла его, поставив перед троллем яблоко, честно свистнутое с подноса Андреаса. — Вот, грызи. Полезно.

От удивления Доббишрек прекратил рычать и, заинтересованно принюхавшись, подкатил к себе яблоко. Довольно зафыркал, когда оно докатилось до него и остановилось, и вновь пихнул уже от себя, увлеченно наблюдая за траекторией его движения. Чем бы он еще игрался…

— Эм… Санни, а он вообще ручной?

— Хороший вопрос…

И, кстати, в самом деле хороший, учитывая, что наевшийся тролль все равно не бушевал, а спокойно сидел, играясь яблоком. Нет, завтра определенно прижму своих мелких засранцев и разберусь, откуда они его вытащили.

— Где ты его взяла? Кто его хозяин? У него вообще есть хозяин? — тут же посыпались вопросы от Андреаса.

Но мне нечего скрывать, да и выговориться хотелось как никогда. О моих сложных отношениях с детьми среди моих друзей не знал только ленивый, то есть, только Бьянка. Впрочем, она и в категорию моих друзей толком не входила. Так что жаловаться на обстрел снежками и очередной отказ декана дать ход моему заявлению об увольнении я не стала, сразу перейдя к главному.

— И что будешь сейчас с ним делать?

— А у меня есть выбор? Заберу к себе в домик. Ну что ты так на меня смотришь? На кафедры его не отдам, у детей еще выясню, где его нашли. Но что-то мне подсказывает, что это дохлый номер… Кстати, ты бы не мог его почистить, отмыть хоть немного?

Пожав плечами, Андреас шепнул заклинание, но тролль мало того, что не стал чище, за исключением розового платьица, в очередной раз напоминая о своей сопротивляемости магии, так еще и пронзительно заверещал, одновременно с этим кинув в парня яблоком.

— Ауч! Моим же яблоком! — возмутился нэко, которому прицельно попали в плечо.

— Кфшхсссс… — оскалился Доббишрэк в ответ, показывая внушительные резцы.

— Угу, таки купать по старинке. Я поняла… Да не шипи ты, все любят милых и ласковых зверушек, — вздохнула, катнув по столу еще одно яблоко. И да, этот ход сработал. Вновь закрякав-захрюкав, троллик поймал его, настороженно покосившись в сторону Андреаса.

— Санни, это очень плохая идея — тащить его к себе домой. Он же совсем дикий.

— Угу… — я даже не стала спорить, вместо этого вспомнив о другом, не менее важном деле. — Кстати о «совсем диких». Посиди с ним пару минут, а я пойду узнаю у лерри Стеллы, что мои засранцы уже успели сегодня тут натворить.

— Санни!

— Я быстро. И вообще, он почти смирный. Может, и вправду ручной, — парировала.

— Ты когда-нибудь слышала об одомашненных троллях? Я — нет!

— Но это еще не доказывает, что такого не может быть, — подмигнула я, поднявшись со своего места.

— Яблок захвати, похоже, они ему нравятся, — вздохнул Андреас, катнув в сторону Доббишрека еще одно яблоко со своего подноса.

Разговор с лерри Стеллой на удивление много времени не занял. Я уж было приготовилась выслушивать уйму упреков, после чего долго и нудно оправдываться. Но то ли это в принципе не в духе гномки, у которой мои обалдуи еще не косячили, то ли уже перегорела, то ли мне сделали скидку ввиду наличия тролля и общего потрепанного вида. Как бы там ни было, меня огорошили кратким пересказом событий, полюбовались на выражение полного охреневания на моем лице, стребовали обещание не допускать такого в дальнейшем и, вручив несколько яблок, отправили обратно к Андреасу и троллю.

Когда я к ним подошла, повторно испытала состояние, близкое к шоку: нэко и мой подопечный сидели довольно мирно и спокойненько… играли. Андреас выколдовывал иллюзорных гусениц прямо на столе перед мордой Доббишрека, а тот, увлеченно похрюкивая, от души хлопал по ним пятерней, отчего те рассыпались разноцветными искорками. Причем оба искренне наслаждались игрой.

— Я яблок принесла, — пробормотала, привлекая к себе внимание.

И даже поставила одно из них возле моей «зеленой обезьянки», чуть катнув в его сторону. Но в данный момент у него была игрушка поинтереснее, чем всего лишь яблоко, которое и катается не так уж сильно. Купить ему, что ли, мячик?

Присев за стол, сама на несколько секунд подзависла, наблюдая за откровенно веселящимся троллем. Интересно, до какой степени они неразумны? Имею в виду, собаки, там, кошки, вороны, обезьяны, в конце концов, тоже неразумны, но среди них немало умных представителей. Кажется, их интеллект сравнивают с интеллектом трехлетнего ребенка.

— Слушай, а ведь ты права — он относительно ручной. Ну или, по крайней мере, сам по себе спокойный, — откликнулся Андреас, обернувшись ко мне и на время перестав выдавать иллюзии.

Тролль обиженно то ли хрюкнул, то ли крякнул, хлопнув ладонью по столу, намекая на продолжение игры. Парень, хмыкнув, создал сразу несколько жучков-червячков. На что Доббишрек радостно взревел (ну, я так думаю, что радостно) и, поднявшись на своем стуле на ноги, хлопнул уже двумя руками по иллюзиям, едва не завалившись всем телом на стол. Я с сомнением на него покосилась.

— Ты просто не видел, что он творил в кабинете декана. Но, в общем-то, его можно понять. Я бы тоже с удовольствием там все разнесла… Слушай, а что это за иллюзии у тебя? Какие переменные вводил? Реакция на прикосновение или таймер? — заинтересовалась, наблюдая за тем, как очередная гусеничка рассыпается на безвредную блестящую пыльцу от очередного прикосновения тролля.

— Не-а, стандартные, самые примитивные. Они и так недолговечные, но учитывай его иммунитет к магии.

— Угу… А мои кишкомоты умудрились какое-то время левитировать его под потолком. Тролля с зашкаливающим иммунитетом к магии, — констатировала со вздохом и бессильно положила голову на стол, уткнувшись в прохладную гладкую поверхность лбом. Чтобы тут же чертыхнуться и вернуться в исходное положение после очередного оглушительного хлопка тролля, ловящего «гусениц».

— А ты уверена, что они левитировали именно его? Я к тому, что розовое платьице и крылышки могут быть не только шутки ради. Очистительная магия на ткань подействовала же, — предположил Андреас. А я едва сдержалась, чтобы не хлопнуть себя по лбу.

— А значит, наложить заклинание левитации на одежду тоже вполне можно. Отсюда и крылышки — так понимаю, основная доля магии пришлась как раз на них. Умные засранцы… Они, кстати, меня сегодня снегом обстреляли, предварительно сделав его нетающим и нехолодным, — признала, поморщившись. На фоне ситуации с троллем это было и вовсе сущей мелочью.

— Ты в порядке? Леру Родергану сообщила об этом? Снежком можно довольно сильно ушибить, а если бы попали в лицо? Сандра, у тебя же есть контакты родителей? Свяжись с ними, расскажи… — тут же забеспокоился Андреас.

— Не хочу быть ябедой. Сами разберемся, — мотнула головой, вновь скривившись. — А если ввяжу родителей, то все, потом только так все и будет решаться, и чем я тогда лучше предыдущих кураторов?

— Ты и так хочешь от них отказаться…

— Вот именно. Давай не усугублять. Пока все равно нет никого на замену, — пробормотала неуверенно.

— Если бы ты категорично настояла на своем, тебе бы подписали заявление — других кураторов же ничего не остановило.

— Ну, значит, настроена не категорично… Слушай, не знаю я. Утром злилась кошмарно, после того, как увидела Доббишрека — и вовсе на грани срыва была, а потом как-то… — я замялась, подбирая слова, но, сдавшись, просто махнула рукой, остановив свой взгляд на вновь притихшем тролле, который как раз зевнул во всю пасть, сонно заморгав. — Ты уже освободился на сегодня? Нам бы как-то отнести тролля в мой домик, пока пара не закончилась и сюда не набежала толпа голодных студентов… Ты же поможешь?

— Да, разумеется. Надо же убедиться, что он у тебя там ничего не начнет крушить. Где планируешь держать его, кстати? Можно заказать клетку по магпочте…

— Полагаешь, троллей держат в клетках? Я думала, в вольерах, — протянула растерянно, наблюдая, как Доббишрек, еще раз зевнув, положил голову на стол, ковыряя заскорузлым пальцем какую-то выщерблину на краю.

— А у тебя есть вольер или место для него? — резонно заметил Андреас.

— Нет, но можно в гостиной диван пододвинуть спинкой к углу, отсекая часть комнаты, и столик еще поставить набок, таким образом, будет импровизированный вольер. Подушек ему туда накидать, игрушек, коробку какую-то с песком… — воодушевилась я, мысленно уже нарисовав картинку будущего жилища для троллика.

— Коробку с песком?

— Ну-у… Ему же надо куда-то… После того, как покушает…

Под внимательным взглядом Андреаса я окончательно смутилась.

— Так понимаю, в детстве ты много мечтала о собаке, — резюмировал он.

— Нет, о большом котике, типа рыси, — призналась охотно. — Но в моих мечтах она спала бы со мной на кровати и везде ходила бы со мной.

— Ну, считай, что «большой котик» в моем лице и так ходит везде с тобой, — усмехнулся парень.

— Еще скажи, что планируешь спать на моей кровати, — подхватила я, но, наткнувшись на чересчур задумчивый взгляд нэко, поспешила сменить тему. — Ну так что, пойдем?

— А тебе перед уходом разве не нужно зайти к декану? Что, кстати, натворили твои подопечные, что пришлось разбираться?

— Оживили жареную рыбу и тушеные в сметанном соусе куриные окорочка, — выдохнула, передернувшись, как только представила это.

От неожиданности мой друг закашлялся, но быстро справился с удивлением.

— Не знал, что в твоей группе есть некроманты. Очень уж редкая специализация.

— Представь себе, я тоже. Похоже, у одного из «неопределившихся»… Или у кого угодно из них вторая или третья специализация.

— А разве у них есть профильные занятия по некромантии?

— Суть проблемы ты уловил… О, смотри, Доббишрек уснул! Давай осторожненько его и перенесем. Заслонку только от шума вокруг него нужно выстроить. И от холода тоже.

— Ага… Послушай, так выходит, декан еще не в курсе? И пока неизвестно, кто конкретно из детей? Наверное же, надо как можно скорее заняться этим вопросом, определить кто, уведомить родителей, провести тесты — насколько сильно развит дар — внести изменения в расписание, добавив еще предмет… А может, и другие, учитывая, что при таком раскладе у детей могут быть и прочие нераскрытые пока специализации… — тут же зачастил Андреас, практически пересказывая все то, что пронеслось у меня в голове, как только узнала от лерри Стеллы о происшествии.

— Наверное, надо. Но некромантом он или она стал не сегодня явно, так что денек ситуация потерпит. А завтра пусть уж голова у декана болит, аккурат с утра ему и сообщу, — и, поймав удивленный взгляд Андреаса, подмигнула ему. — Вот такой вот я безответственный куратор. Возможно, это подтолкнет руководство как можно скорее найти хотя бы кого-то на смену.

Доббишрек проснулся, когда мы уже подходили к моему домику. Сонно проморгавшись, он увидел вокруг сугробы и затрепыхался у нас в руках, шарахнув кулаками по стенкам обогревающего его шумоизолирующего купола. От неожиданности мы едва не уронили зеленого засранца. Вернее, Андреас, который и нес это чучело. Оставшаяся пара метров была преисполнена шипения, рычания и запредельного визга тролля, явно не уважавшего зиму. Зато преодолели их почти бегом, пока на шум не посбегались и студенты, и преподаватели, и сторож-демон. Что-то сомневаюсь я, что в правилах проживания на территории академии прописано разрешение на содержание дикой живности.

«Дикая живность», в свою очередь, попав в дом, все же немного притихла, успев то ли охрипнуть, то ли замерзнуть… То ли набирала силы для следующего этапа концерта.

— А у меня замечательная идея! — выпалила я, поспешно избавившись от пальто и перехватив тролля, чтобы Андреас тоже снял верхнюю одежду. — Я сейчас сооружу ему убежище, а ты искупаешь его.

И не забыть умильно похлопать глазками. Уголки губ нэко дернулись, он на миг остановился, но принялся снимать пальто медленнее, чем до этого.

— И с какой же стороны это замечательная идея? — все же спросил он заинтересованно.

— С моей. У меня и так сегодня день тяжелый… И вообще, ты же бытовой маг, можешь помочь в купании заклинаниями. А я представляю, каким должен быть «вольер» для троллика. Грамотное распределение труда! — и победно выставила указательный палец вверх.

Парень проследил за моим перстом, но лишь хмыкнул на это, аккуратно повесив пальто и скинув мокрые от снега ботинки.

— Коробку с самоочищающимся песком ты ему тоже соорудишь?

— А такие есть? Я бы прикупила, — тут же заинтересовалась.

— Найди просто коробку и песок — сделаю, знаю одно подходящее заклинание, — усмехнулся Андреас.

— Моя ты зая! — умиленно протянула я, от переизбытка чувств прижав к себе тролля чуть сильнее, отчего он возмущенно крякнул и попытался укусить за руку. К счастью, там еще была защитная заслонка, наложенная раньше. В нее я щедро вложила магии, так что иммунитет тролля ее не разрушил, хоть и потрепал. На один-два укуса еще должно было хватить.

— Вроде ж сошлись на том, что я большой кот, который ходит рядом с тобой.

Андреас, забирая из моих рук Доббишрека, искренне улыбнулся своей солнечной улыбкой, из-за чего мое сердце на какой-то миг забилось быстрее. Ну что поделать, кошатница я, кошатница! И, не удержавшись, провела ладонью по волосам Андреаса, мимоходом чуть почесав за ушком, вызвав его негромкое уютное мурлыканье.

— Не тролль — и на том спасибо, — подмигнула ему и указала на ванную. — Удачи вам там.

Покачав головой, нэко наколдовал иллюзорных бабочек перед носом начавшего было возмущаться тролля и, перехватив его поудобнее, двинулся в указанном направлении. Вскоре оттуда донесся шум воды, визги и шипение тролля, местами переходившее в рычание, и тихие чертыхания Андреаса. Нет, определенно, распределение труда прошло удачно.

В несколько пассов подтащила диван так, как и планировала, туда же столик, огородив хороший такой кусок комнаты. Из спальни притащила несколько подушек. Подумав, туда же кинула еще мягкий плед. Из кухни принесла несколько яблок. Осталось решить вопрос с коробкой и песком. Может, мерзлой земли накопать? Нет, в самом деле, где я сейчас возьму песок? Знакомых строителей у меня нет, тут, в общем-то, и коробка под вопросом, которой тоже нет…

— Ай! Да не кусайся ты, а если я укушу? — донеслось из ванной вперемешку с шипением, урчанием и плеском воды.

— Анд, не кусай троллика, ему сегодня и так досталось… Кстати, ты рассмотрел, какого он пола? — отозвалась я, подойдя к самой двери, но не рискуя зайти внутрь. Судя по звукам, там и без меня сейчас весело.

— Да тут сложно не рассмотреть, на самом деле. У нас мальчик. Конкретный такой пацан, — проворчал нэко сквозь пыхтение.

— «У нас»? Это намек, что ты будешь приходить его купать постоянно? — осведомилась лукаво, желая больше поддразнить. Но за дверью озадаченно притихли, даже тролль замолчал, было слышно лишь капанье воды. Угу, ну, будем считать, что это знак согласия. По крайней мере, я бы не отказалась.

Тихо пиликнул мой артефакт связи, доставив сообщение. Потянувшись к нему, совсем не удивилась посланию от любимой маман, которую лично я больше воспринимала как заботливую тетушку, но со своими загонами. Вернее, с одним конкретным.

«Не планируешь еще возвращаться? Помолвку лучше заключать официально, организовав приём…», — прочитала я после обычной череды вопросов в стиле «что я ела, сколько спала и как гуляла».

Улыбнувшись, принялась быстро набирать ответ. По-своему мать Сандры любила свою дочь и желала ей добра, так что глупо было злиться на нее, ссориться, что-то доказывать. Да и я как-то уже привыкла к подобным сообщениям. Ну бредит она тем, чтобы Сандра, вернее, я в ее лице, побыстрее сдружилась с каким-то женихом, что поделать. У каждого свои недостатки.

«А ты не планируешь мне сообщить имя жениха? Кто он, откуда, знает ли вообще о моем существовании?..» — быстро настрочила, особо ни на что не рассчитывая.

«Не говори ерунды, разумеется, он тебя прекрасно знает, потому сразу же и откликнулся на наше предложение».

Очередное послание заставило исчезнуть улыбку с моего лица. Все это время я больше воспринимала жениха как нечто эфемерное, едва ли не из разряда детских пугалок, мол, не будешь слушаться, и за тобой придет большой и страшный жених. И новая информация, что кто-то в самом деле знал Сандру и хотел на ней жениться…

«А я почему его не знаю?! Или знаю?»

«Солнышко, ну ты же всегда витала в облаках, дальше своего носика и не видела, преподавателей своих, и тех не всех запоминала»

«Так это преподаватель? Или студент? Ты можешь хотя бы это сказать?»

«А что? Есть кто-то на примете, кто нравится? У вас это серьезно? Знаешь, если вдруг что, помолвку можете заключить в академии, а прием устроим позже, мы с папой не против»

«А если это не одобренный вами «хороший мальчик», не ваш жених?»

«Ну, значит, тебе понравился другой. Против воли тебя никто ни за кого не выдаст… И да, мы были неправы, когда воспротивились тогда. Но ты была чересчур влюбленная, да еще и безответно, а имя возлюбленного не называла. Так что, у тебя там появился мальчик?»

От переизбытка эмоций хотелось зашвырнуть артефакт подальше. А еще лучше в стену, чтобы просто разлетелся вдребезги! Да у Сандры вся семейка друг друга стоит. А если возлюбленный Сандры и есть этот жених?! То есть, Саймон… Да ну на хрен!

Дверь ванной открылась, выпуская измученного, абсолютно мокрого Андреаса с укутанным в полотенце уже снова смирным троллем.

— С коробкой пока можно не торопиться — во время купания проблема на время решилась сама собой, — пробормотал нэко, едва заметно скривившись.

— Спасибо! Я тебе безумно благодарна! Хочешь, сделаю кофе с молоком, как ты любишь? — тут же подхватилась я, сочувственно улыбнувшись. Андреас только устало кивнул, покосившись на самодельный вольер.

Артефакт связи пиликнул, поймав послание от маман. А потом еще раз. И еще. Досадливо поморщившись, подхватила его и, активировав режим магскана, запечатлела изображение троллика, сидевшего на руках Андреаса. И тут же отправила матери с припиской: «Вот мой мальчик, так что пока не до вашего жениха точно».

Пока Андреас устраивал вымытого хмурого тролля в его новом месте обитания, задабривая иллюзиями бабочек и жуков, я готовила на кухоньке обещанный кофе. Попутно прихватила артефакт связи, где мигало очередное неотвеченное сообщение. И едва не опрокинула на себя кофейник, прочитав его.

«Милая, ты как-то коряво запечатлела его, лица не видно. А чуть повыше можешь? И что за чудище у него в руках? Скажи ему, пусть не приносит ничего подобного на встречи с тобой, дикие животные могут быть опасны»

Мда, мамуля в своем репертуаре. Я даже не стала отвечать ей. В конце концов, она мне не говорит всего, вот и мне нечего. Некоторое время назад даже пыталась у отца выспросить, но тот, вдохновившись тем, что я аспирантка, еще и куратор, и вовсе закрыл тему. Сказал лишь, чтобы особо не забивала себе голову любовными бреднями… Но если вдруг что — примет любой мой выбор. И ни слова о женихе! Сандра, небось, была бы счастлива до ужаса…

Эх, Сандра… В последнее время все чаще возвращаюсь мыслями к ней. Нет, желания поменяться телами обратно абсолютно не было — я полностью приняла свою новую жизнь, надеюсь, она тоже. Но иногда до боли хотелось узнать, как она устроилась, чем живет, какие интересы, друзья, какие отношения с моими родными.

Надо бы заняться этим вопросом: не могу поверить, что в мире магии нет способа связаться со своим двойником из другого мира… Ладно, признаю, даже в мире магии это звучит не очень, но, тем не менее, не означает, что не предусмотрено никакого ритуала на этот счет. Уверена, все возможно, было бы желание!

Выставив на поднос чашки с кофе и вазочку с ореховым печеньем, подхватила его и вернулась в гостиную. В дверях замерла, невольно улыбнувшись открывшейся картине. Котик забрался на диван, став на него коленями, и, свесившись над спинкой, заглядывал к Доббишреку в его «вольер», видимо, наколдовывая новых гусеничек и бабочек. Оттуда доносилось негромкое беззлобное ворчание, и периодически звучали гулкие шлепки, когда мой питомец ловил очередную иллюзию. Сам Андреас явно наслаждался этой игрой, о чем свидетельствовали и ушки, ставшие торчком, и чуть подрагивавший кончик хвоста.

— Ну как он там? Нормально все? — уточнила, подойдя ближе, и сама заглянула к троллю.

Приподняла бровь, отметив, что подушки свалены уже в другом углу, похоже, обитатель решил, что им там не место. Но сейчас мое внимание привлекло нечто другое, заставившее даже смутиться. Да уж, без платьица точно было видно, что перед нами таки пацан. Интересно, а для троллей не предусмотрены какие-то трусы, там, не знаю? А лучше сразу памперсы.

— Ага, освоился, похоже. О, спасибо, — Андреас заинтересованно подался вперед, принюхиваясь к ароматному кофе с молоком.

— Да вот поставить теперь негде, — я озадаченно огляделась, осознав, что мой столик стал теперь частью вольера. Ставить поднос было некуда.

— Воздушная подушка?

— Можно. Подержи, пожалуйста.

И, ткнув другу в руки поднос, принялась выплетать довольно сложное плетение для удобной и устойчивой воздушной подушки длительного действия, чтобы при этом еще и не жрала прорву магии. Когда заканчивала уже последний вензелек плетения, почувствовала, как нечто коснулось меня на ментальном уровне. Нечто теплое, уютное, заставившее почему-то вспомнить о какао с зефирками, а еще ощущение теплого пушистого пледа на плечах и мягкой шкуры подо мной, в мех которой так удобно зарываться пальцами, а рядом уютно потрескивавший поленьями очаг… Это была настолько яркая ассоциация, что я почти наяву почувствовала и легкий запах дыма, и жар, исходящий от него, и даже вкус подтаявших в горячем напитке зефирок. Сглотнув, отпустила завершенное заклинание, обернувшись к нэко.

— Я чуть подправил, затянул третью секцию посильнее и в четвертую влил немного больше силы, оттянув откат на себя, — обезоруживающе улыбнулся парень.

Я же лишь заторможенно кивнула, поставив наконец-то поднос на созданную нами воздушную подушку. Это я чувствовала только что прикосновение его магии? Ничего себе. Обычно чужеродная магия воспринимается как легкий холодок, в редких случаях, среди друзей, она вместе с тем несет какие-то едва уловимые образы или запахи, или же, если речь о врагах, неприятные ассоциации. Тут же едва сдержалась, чтобы не попросить Андреаса кастануть еще какое-то заклинание вместе со мной… И ведь когда-то уже колдовали вместе, на заре нашего знакомства, когда мою дверь заклинило, тогда ничего подобного, кажется не было…

— Санни, смотри, он снова уснул, — позвал Андреас тихо, вновь заглянув к троллю.

— Не знаешь, в спячку они, случайно, не впадают? — поинтересовалась, выбрасывая дурацкие мысли из головы, а то так неизвестно до чего можно дойти в своих выводах.

Тем не менее, невольно задумалась, а с Риэль у них магия тоже настолько совместима? Если они с детства знакомы, да и помолвлены, чего уж там, то наверняка тоже должно быть нечто подобное… Вернее, сильнее, разумеется, намного сильнее!

— Если честно, я мало о них знаю. В наших краях они не водятся, так, слышал какие-то общие сведения. Завтра поищу книги о них, принесу тебе. Так что с песком? Вместо коробки еще можно что-то придумать, а вот тут без вариантов как-то…

— Да, точно. Сейчас.

И, взяв артефакт связи, принялась быстро набирать сообщение. Вскоре пиликнул ответ, заставивший меня улыбнуться. Покосившись на сладко посапывающего в своем вольере тролля, черкнула еще одно послание, соглашаясь на предложенные условия, и отложила артефакт.

— Песок нам добудут, — озвучила, беря в руки мою чашку и делая большой глоток обжигающей ароматной жидкости.

— Это радует. Откуда?

— Я знаю только одно место в академии, где есть песок и которое окружено противопогодным куполом круглогодично, — пожала плечами, хитро улыбнувшись.

От неожиданности нэко, сообразивший, что я имею в виду, поперхнулся кофе. Откашлявшись, покачал головой.

— Смело, однако. Кстати, я завтра занят почти до самого вечера, но потом вполне могу прийти искупать Доббишрека снова, — заявил Андреас, отчего уже я едва не вылила на себя кофе.

— Да я, как бы, пошутила… — пробормотала растерянно, вновь испытав то чувство защищенности и уюта, как когда наша магия соприкоснулась.

— Да ладно, мне не сложно. К тому же, еще не хватало, чтобы он тебя хряпнул, — фыркнул друг, кивнув на отчетливый след зубов на своей руке, благо, хоть не до крови. — Повезло еще, что щит выставил перед этим. Прокусить — не прокусил, но сдавил ощутимо. Я где-то после ужина заскочу, не волнуйся.

— Спасибо… Отказываться не буду, так и знай! — тут же выпалила и, поддавшись порыву, чувствуя себя виноватой, что его укусили, потянулась к парню и почти привычным жестом почесала за кошачьим ушком. Раздавшееся громкое мурлыканье отозвалось мурашками на моей коже и каким-то сладким щекочущим ощущением в районе живота.

Андреас с блаженной улыбкой чуть наклонил голову, чтобы мне было удобнее тянуться к нему. Да уж, всегда мечтала о большой кисе, но кто бы мог подумать, что реальность переплюнет все фантазии? Правда, киса совсем не моя…

— Риэль же не будет против, что ты вечер проведешь, помогая мне? — уточнила зачем-то, борясь с желанием сесть еще ближе к парню и обнять его, прижаться ухом к груди, слушая, как там где-то внутри зарождается мурлыканье, ощущая едва уловимую характерную вибрацию.

— Нет, с чего ей быть против? Она тебя любит. Думаю, еще и сама увяжется следом. Лишь бы потом не решила завести и себе такого необычного питомца, — фыркнул Андреас, сбивая меня с мысли.

— А, ну да… Пусть приходит, — натянуто улыбнулась я и, скрывая вдруг обуявшую меня неловкость, порывисто поднялась. — Я вспомнила, у меня же еще были эти… как их… тоже к кофе. Сейчас принесу.

И, не оглядываясь, поспешно выскочила из комнаты на кухню, так и не придумав сходу, что у меня могло быть из сладостей. Там остановилась у стены, прижавшись к ней спиной, и приложила прохладные ладони к горящим щекам. Что я вообще творю?

Андреас — друг. Милый, надежный, интересный, с этой его солнечной улыбкой, няшными ушками и крышесносным мурлыканьем… помолвленный друг! Как бы там моя магия на него вдруг ни откликнулась. Да и вообще, мало ли какие ассоциации! Я устала, а ко всем своим друзьям в принципе испытываю симпатию, это нормально, а тут еще и благодарна, да плюс день тяжелый…

И, между прочим, его невеста — моя подруга. С которой тоже довольно часто видимся в одной компании, даже научилась умиляться ее шебутной непосредственности. Черт, лучше бы невестой Андреаса была Адрелия — одного взгляда поверх кинжала, порхающего в ее ловких пальцах, наверняка было бы достаточно, чтобы я не тянула свои лапки к ушам нэко.

Самое дурацкое, что я все это понимала. Да и, положа руку на сердце, не могла сказать, что испытывала в самом деле какие-то романтичные чувства к нему. Была бы в моем родном мире, сказала бы, что у нас крепкая френдзона, где даже не друзья уже, а братаны друг другу. И все же… Да какого хрена мне так неловко-то?

— Санни, тебе помочь? Что ты тут ищешь?

В дверях кухни показался нэко, заставив меня нервно вздрогнуть, лихорадочно подыскивая достаточно вескую причину, почему я вдруг ни с того ни с сего сбежала.

— Да вспомнила, что у меня еще были булочки… Но ошиблась, закончились, — выдавила, в конце концов.

К счастью, прежде чем Андреас спросил что-то еще, в дверь позвонили. Облегченно выдохнув, я поспешила открыть.

И замерла, увидев на пороге радостного Саймона с мешочком песка в одной руке и присыпанным снегом букетиком цветов в другой.

— Привет еще раз. Конечно, обычно на свидание идут с цветами и конфетами, но раз уж моя дама сердца предпочла конфетам песок с боевого полигона — кто я такой, чтобы спорить? — выдал этот придурок и вошел в дом.

— А, ты его попросила… Привет, Саймон, — отозвался Андреас довольно кисло.

Пусть мы и часто собирались одной большой компанией, нэко относился к своему соседу довольно предвзято. Не знаю, тому виной слишком большая разница в характерах и векторах магии или же какие-то свои соседские терки, но эти двое не упускали возможности поддеть друг друга.

— Так вот для кого Сандра просила лоток с песком! А я-то думал… Слушай, Андреас, ну в твоем возрасте можно было бы научиться уже пользоваться уборной… — протянул Саймон насмешливо.

Низкий рокочущий звук, похожий на рычание, заставил меня вздрогнуть. Как-то привыкла больше к мурлыканью. Да и сам Андреас как-то неуловимо преобразился, движения приобрели хищную грацию. Зрачки вытянулись, став полностью вертикальными, верхняя губа чуть приподнялась, обнажая клыки, да и на пальцах сверкнули когти… Ого, а как он их раньше прятал? Хищный котик, однако.

— Но-но, кошак, успокойся, шутка юмора у меня такая, ты же знаешь. Друзья моей девушки — мои друзья тоже, лишь бы обои не драли… — фыркнул Саймон, миролюбиво подняв руки с букетом и песком.

— Саймон, прекрати! — нахмурилась я. Вот только стычек в моем доме не хватало.

Проворчав себе под нос что-то явно нелицеприятное, нэко выдохнул, успокаиваясь. И направил луч магии на мешочек с песком, шепнув какое-то заклинание.

— Самоочищающийся теперь, завтра еще подправлю векторы. Ладно, не буду вам мешать, а мне уже пора, — сказал он, явно раздосадованный перепалкой с Саймоном. Быстро обувшись, потянулся за своим пальто.

— Может, задержишься? Я еще кофе сделаю…

Андреас мягко улыбнулся, вновь став милым домашним котиком, которого я знала.

— Мне и вправду уже пора бежать, перед завтрашним днем надо подготовить кое-какие макеты по проекту… Но если вдруг понадобится какая помощь — сразу пиши, — подмигнул он и, начисто проигнорировав Саймона, выскользнул за дверь.

— Ну и какого хрена ты устроил? — вздохнула я, обернувшись к Саймону.

Тот обезоруживающе улыбнулся и пожал плечами, скидывая ботинки с налипшими на них комьями грязноватого снега. Я лишь поморщилась, когда комок грязи ляпнулся на ковер. Тем не менее, в первый свой визит, на мое новоселье здесь, он и вовсе попытался ворваться обутым, невзирая на ливший на улице дождь. Зато в полной мере осознал, что разозленная магичка-теоретик в некоторых случаях может быть опасной и для боевика.

Вот и сейчас, проследив за моим взглядом, тяжело вздохнул и, поставив мешочек с песком у стенки, изобразил умиленную улыбку и ткнул мне в руки букет.

— Не работает, — отозвалась хмуро.

Но цветы все же взяла, без особого интереса повертев в руках. Надо бы их куда-то деть побыстрее, пока снег на них не растаял и не оставил мне тут мокрые следы.

— А что я такого сказал? Чаю не предложишь замерзшему путнику? Успел продрогнуть, пока дошел… — поинтересовался Саймон как ни в чем не бывало и, не дожидаясь моего ответа, прошествовал в кухню. — Нет? Ну ладно, я парень негордый, сам могу сделать.

— Какая я тебе девушка, Саймон? Совсем сбрендил? — не выдержала я и поспешила за ним, прихватив букет.

В кухне же едва сдержалась, чтобы не съездить цветами по одной наглой роже, что чувствовала себя на моей территории как у себя дома.

И сколько раз уже говорила, что терпеть не могу, когда кто-то хозяйничает на моей кухне, все без толку! Внушений, даже сдобренных дружескими тумаками, хватало аккурат до следующего раза.

— А почему нет? Лайла с головой упорхнула в отношения, следовательно, мое сердце свободно и ждет лишь тебя… Где у тебя чай хранится? — осведомился он, тем временем, бесцеремонно открыв дверцу ближайшего шкафчика, и ойкнул, когда я его шлепнула по руке. — Ай! Чего злая такая?

— Это мое пожизненное состояние. Радуйся, что не припечатала пульсаром пониже спины. Брысь! Воду поставь лучше, — фыркнула, оттеснив его бедром и ткнув в руки чайник. — И с каких это пор ты мне таскаешь цветы?

— С тех пор, как нашел букетик, выброшенный кем-то в сугроб. Ну жалко, чего пропадать, все равно к тебе шел. Не нравится — тоже выбрось, — отмахнулся парень, набирая в чайник воду и ставя его на магическую плиту.

— Ну конечно! Лучше бы ты его Лайле подарил… Или Адрелии. Кстати, у нее ведь нет парня?

Выбрасывать цветы я все же не стала. Не знаю, как они называются, но мне понравились их широкие мясистые голубоватые лепестки с фиолетовыми прожилками. Вкупе с покрывавшей их изморозью выглядело завораживающе необычно.

— У Адрелии есть ее Малышка!

— И что? Разве это повод отказываться от мысли поухаживать за такой интересной девушкой? — подначила, доставая чай и еще две чашки. Я и не сомневалась, что те, из которых мы с Андреасом пили кофе, нэко перед уходом успел очистить бытовой магией. Но возвращаться за ними в гостиную, оставляя Саймона тут хозяйничать, не очень-то хотелось.

— Ты вообще видела ее Малышку?! По сравнению с ней, Адрелия со своими кинжалами безобидная милаха, а еще я подозреваю, что эта тварь у нее ярая мужененавистница! — выпалил Саймон, отбирая у меня чашки и засыпая туда чай.

— Или Саймононенавистница? Дрейка и Джоша она не трогает, насколько слышала.

— Ой, ну тебя! Лучше цветы в вазу поставь, если передумала выбрасывать.

Вазы у меня не было, впрочем, ей и взяться неоткуда. Зато была обычная стеклянная трехлитровая банка, которую я и определила под пристанище букета.

— Серьезно? Сандра, запомни, у каждой уважающей себя девушки просто обязано быть несколько ваз под цветы от поклонников, — завел друг менторским тоном.

— Как тебя Лайла вообще терпела? Это ж с ума сойти…

— Это намек, что ты от меня без ума? Вот и я говорю: мы с тобой просто созданы друг для друга!

Я лишь закатила глаза в ответ на это заявление. Саймон в своем репертуаре. С тех пор, как Лайла и Дрейк, неожиданно для всех, начали встречаться, боевик переключился на меня. Поначалу я думала, что он хочет досадить Лайле, сидевшей теперь в обнимку с орком, в отместку выбрав своей целью ее подругу, то бишь меня. Подспудно ожидала, что атмосфера в компании станет довольно напряженной, невзирая на то, что в нее как-то органично так влились Андреас с Риэль.

Но, на удивление, Саймон в самом деле был рад за друзей, так же тепло общаясь и с Дрейком, и с Лайлой, без капли ревности или обиды. Похоже, и в самом деле в их отношениях преобладала дружба, а страсть и/или любовь остались далеко в прошлом.

На данный момент в нашей компании было три, скажем так, действующих пары: Лайла с Дрейком, Ричи с Бьянкой и Андреас с Риэль. Хотя последние больше напоминали рассудительного старшего брата с его легкомысленной сестрой, зато они единственные были помолвлены.

И сейчас мне казалось, что Саймоном вдруг завладела мысль создать в нашем тесном коллективчике четвертую пару. Но поскольку к Адрелии предпочитает лишний раз не соваться, а кроме меня остается лишь Джош — выбор очевиден.

— Слушай, ну найди уже девушку, а? И тебе хорошо, и мне спокойнее… Кстати, если уж на то пошло, я не люблю срезанные цветы, — добавила, расправив стебельки так, чтобы банка не перевернулась, а все цветки доставали до воды. — Красиво, но недолговечно.

— Так я и нашел. Это ты. Рада? Для тебя — любой каприз, моя дорогая!

— Посуду помоешь? — тут же быстро ввинтила я.

— Я о цветах, — ни капли не смутился парень, даже не глянув в сторону раковины, где, между прочим, стоял лишь стакан с одинокой ложкой в нем. — В следующий раз на свидание принесу цветы с корнями.

— Какое свидание? Совсем кукуха поехала? Я о помощи попросила как друга!

— Набрать песка на боевом полигоне? Между прочим, я знатно рисковал. Но, с другой стороны, есть в этом своя романтика… — завел он ту же песню, все больше вживаясь в роль моего гипотетического парня. Даже чайник не выдержал, закипев, кажется, раньше времени, пронзительно засвистев при этом.

— Мне песок нужен для дела!

— И какого же? Засыпать в цветочный горшок, что у тебя стоит на крыльце, и высадить в него долговечные цветы? Ну так сказала бы, в самом деле купил бы нечто с корнями…

— В песке, между прочим, цветы не растут… Горшок! Это же даже лучше коробки! — воскликнула я, как только до меня в полной мере дошел смысл сказанного.

Как-то уж успела даже забыть, что в самом деле стояло у меня нечто широкое и глиняное с небольшим бортиком, доставшееся в наследство вместе с домиком. В нем даже остатки земли были, что наводило на мысль, что когда-то в нем выращивали то ли лекарственные травы, то ли просто петрушку какую. И сейчас он просто идеально подойдет на роль… кхм… на роль горшка и подойдет, только для тролля.

— Эм… Ну, возможно… — отозвался Саймон неуверенно, но я уже просто нетерпеливо махнула рукой.

— Неси чай в гостиную, там печеньки уже стоят на подносе на воздушной подушке, я сейчас! — крикнула ему и помчалась в сторону входной двери.

— А что со столиком случилось? — донеслось мне в спину, но я уже выскочила на крыльцо.

Босиком. В снег. Молодец я, однако! Но горшок-лоток обнаружила сразу. Постучав им о порог крыльца, зябко переступая с ноги на ногу и выдыхая облачка пара, вытряхнула и снег, и землю, после чего поспешила вернуться в дом с моей добычей.

— Сандра, золотце… А ты в курсе, что у тебя завелся тролль за диваном? — услышала я несколько напряженный голос Саймона.

— Ага, для него и нужны горшок и песок… — пропыхтела я, развязывая принесенный другом мешочек, подготавливая лоток.

— Угу. Значит, пульсар убираю, я понял…

— Что? Ты чего там с Доббишреком делаешь, изверг?! — воскликнула, бросив свое занятие и ворвавшись в гостиную.

Но, на первый взгляд, все было мирно. Тролль продолжал спокойно спать в своём вольере, Саймон тоже выглядел достаточно мирно, рассматривая его с задумчивым видом.

— Вот ты мне скажи. Почему если девушка красивая, умная и интересная, она обязательно заведет себе какую-то зубастую хрень? Или тебя просто Адрелия покусала? Кстати, есть смысл попытаться уговорить тебя избавиться от него? — пробормотал он тоскливо.

— Нет. Отныне Доббишрек мой питомец, — отозвалась категорично, скрестив руки на груди.

— Угу. Я почему-то так и подумал… И песок был для него?

— Ага.

— Шикарно! Я едва ли не с риском для жизни собирал песок на боевом полигоне, чтобы какому-то троллю было куда ср… — начал Саймон, но, покосившись на меня, оборвал себя на полуслове и лишь тяжело вздохнул. — Ладно, пока оно дрыхнет, давай хотя бы научу, как ставить защиту от укусов вот таких вот зубастиков, имеющих иммунитет.

— О, спаси-ибо! — обрадовалась я и, подскочив к парню, даже чмокнула его в щеку.

— Хм… Ну ладно, посчитаю за аванс. Смотри и запоминай. Для начала…

Ночью я проснулась от страшного грохота и хрипа. Подорвавшись на месте, несколько секунд не могла понять, что произошло и где я нахожусь. Но в соседней комнате продолжало раздаваться какое-то шипение, фырчание, хрипение, отчего я практически ощущала, как медленно седеют мои волосы, которые от такого пробуждения давно уже стояли дыбом. И снова какой-то стук, скрип, будто кто-то двигает мебель…

— Не думай о зеленой обезьяне… — простонала я.

Думай — не думай, а она все равно есть. И конкретно сейчас, судя по звукам, занимается какими-то непотребствами, круша мою гостиную.

Наколдовав магический огонек, позевывая, прошлепала в соседнюю комнату и сочно выругалась. На ходу включив свет, бросилась к троллю, которого привалило столиком. Освободив несчастное рычащее испуганное создание, подняла его на вытянутых руках на уровне своего лица.

— И вот какого тебе не спится, кошмарное создание? — спросила уныло, с трудом сдерживая зевок.

— Аргххх… — то ли зевнул в ответ, то ли злобно профырчал тролль.

— Угу. Я так и поняла. Может, ты пить хочешь? Сейчас принесу воды, — вздохнула, поставив его на пол. Чтобы ему было не так скучно ожидать, уже проверенным методом наколдовала несколько иллюзий бабочек и жуков, которыми он тут же заинтересовался, принявшись ловить их.

Подумав, обновила защитное заклинание, которому вечером научил Саймон. А то если меня сейчас тролль хряпанет за ногу, я тут же потащу его к декану! Ладно, кому я вру, никуда его не потащу. Где живет декан — не знаю, а кого-то другого награждать этим вредителем — совестно.

Невольно заглянула в разрушенный «вольер», оценив разбросанные снова подушки и немного раскопанный песок в горшке. Частично даже просыпан на пол, будто кто-то использовал его по назначению, а после попытался закопать следы преступления. На всякий случай, не веря, что в самом деле это делаю, принюхалась даже. Но нет, ничем не попахивало. Ну и слава всему святому.

Оглядев еще раз разбросанные подушки и одеялко, пришла к выводу, что в них, скорее, пытались закопаться. В доме у меня относительно тепло, но я и сама бы не рискнула тут расхаживать голышом.

— Мерзнешь, наверное? Вот и спал бы, укутавшись в одеяло, тепло было бы… Интересно, а троллям предусмотрена одежка? — пробормотала, понимая, что тролль в самом деле уже жил в доме.

Стоит хотя бы оценить, как комфортно он сейчас чувствовал себя в замкнутом пространстве дома, да и при купании, хоть и хряпанул Андреаса и вербально тоже выражал свое возмущение, все же вел себя не хуже, чем кот моей мамы, Мустанг, в аналогичной ситуации. О том, что явно же уже использовал самоочищающийся песок по назначению, и вовсе молчу.

— Как же ты попал в руки к детям? Может, кто-то из них твой хозяин? Хотя нет, тогда бы тебя точно не отдали незнакомой тётьке, то есть, мне. Да и говорили о тебе как о диком животном, уж прости… Тогда где же нашли?

— Уффхс! — просопел-просипел тролль, накрыв обеими ладонями бабочку, которая с готовностью лопнула.

— Вот и поговорили… Ладно, я тебе попить обещала.

Подтянув пижамные штаны, что так и норовили сползти, почесала бедро и пошлепала на кухню. Пошарив на полке с посудой, достала неглубокую мисочку, прислушиваясь к шебуршанию из гостиной. Кажется, снова услышала какой-то то ли стук, то ли звон, но следом вновь донесся хлопок тролльей лапки и его довольное фырканье. Да уж, скучно мне жилось, видимо.

Покачав головой, налила в мисочку воды. Интересно, кстати, как тролли пьют? Как собаки, лакая языком, или как коровы, всасывая воду? Или как люди? Хотя, ладно, это вряд ли. А как обезьяны пьют? Хм… Мда, о чем бы я еще думала в…

Мой взгляд скользнул на кухонную стену, где висели часы. В два часа ночи!

— Блин, Доббишрек, чего тебе не спалось до утра, а? Тебе хорошо, дрыхни хоть весь день, а мне с утра на кафедру идти, декана радовать, что один из детей некромант… — ворчала я себе под нос, возвращаясь с водой.

— Хрум… умпф… чавк… — донеслось мне в ответ, как только вошла в гостиную.

Пара иллюзорных жучков и бабочка еще ползали по гостиной, но тролля в данный момент волновали меньше всего. Зато мне стало понятно, что за подозрительный стук-звон я слышала. Видимо, когда тролль ловил очередную букашку, он лбом врезался в воздушную подушку, созданную вчера мной и Андреасом. После чаепития с Саймоном я чувствовала себя такой усталой, что малодушно решила оставить уборку на утро. Ну вот тролль разрушил заклинание и стащил тарелку с печеньками на пол. И сейчас сидел и запихивал их лапой сразу по нескольку штук в пасть, закатывая глаза от удовольствия.

— Ты еще и сладкоежка? Есть на ночь, между прочим, вредно… — вздохнула я, но отбирать не стала. Вернувшись в кухню, взяла там остатки печенья и на всякий случай прихватила открытый пакетик с сухофруктами.

Высыпала все на широкое блюдо и отнесла его троллю, приканчивавшему уже найденные остатки. Сдвинув подушки и одеяла в один угол, по центру поставила печеньки, рядом мисочку с водой.

— Давай, топай. Хомячь, запивай водой и спи. Всухомятку не жри, еще подавишься, — проворчала, сцеживая зевок в кулак.

Не став дожидаться, пока Доббишрек все доест, взяла его на руки под визг и рычание и поставила уже за диван в выделенный закуток. Тролль, увидев приготовленное ему угощение, тут же притих и, как только его отпустила, довольно крякнув, пошел точить дальше. Я же задвинула столик обратно, закрывая вход в «вольер».

— Все, спи. До утра меня не кантовать!

И, снова подтянув резинку розовых пижамных штанов, пошлепала обратно в спальню, на ходу просчитывая, сколько часов мне осталось спать. Но то ли я с математикой не дружна, то ли организм отказывался принимать суровую реальность, но каждый раз при подсчете у меня получалось другое число. Так что, махнув рукой, завалилась на кровать и, с головой накрывшись одеялом, провалилась в мир сновидений.

Хотелось бы сказать, что спокойно и мирно проспала до самого утра, но нет. Только мне что-то начало сниться, как из гостиной вновь раздался грохот и обиженный панический рев. Чертыхнувшись, скатилась с кровати и бросилась в гостиную. Первое, что увидела — вновь отодвинутый столик. Причем, в этот раз я даже не проснулась! Тролль же обнаружился в коридоре у входной двери, где зацепил вешалку, отчего она завалилась, а на него свалились мое пальто, осенняя курточка и теплая шаль. Настенные часы, тем временем, показывали четыре утра.

Ругаясь сквозь зубы и обещая бывшему хозяину тролля всевозможные кары и проклятья за то, что не уследил за своим питомцем, вследствие чего тот переселился ко мне, освободила тролля и вернула обратно в «вольер». В этот раз он даже не возмущался, громко сопя в ответ на мои возмущенные причитания и просто вися тряпочкой в моих руках. Весьма упитанной такой тряпочкой. Задвинув стол обратно, притащила из кухни табуретку и приставила к столику, чтобы вновь не завалил все.

Самого тролля поставила на подушки и сверху даже накрыла одеялом, оценив, что он едва заметно дрожит.

— Одеяло теплое. Вот не будешь вылезать — не будешь мерзнуть. А теперь спи, — приказала ему и вернулась к себе…

Кажется, уже перед самым рассветом я вновь услышала грохот. Оторвав голову от подушки, несколько секунд вслушивалась в тишину дома. Но больше никаких звуков. Посчитав, что мне это уже приснилось, да и вообще, нервы ни к черту, с чистой совестью уснула… Как показала практика — зря.

ГЛАВА 2

Спалось мне хорошо, но мало. А вот пробуждение подкачало, хоть и сопровождалось всеми возможными спецэффектами. Первым проснулось мое обоняние. Да и как ему не проснуться, если рядом что-то ужасно воняло? Следующим отреагировал слух — на какое-то странное покрякивание-посвистывание. Смутные ассоциации только начали просыпаться в мозгу, вторгаясь в утренний сон, когда я машинально попыталась отпихнуть от себя источник запаха, что-то сонно промычав, и моя рука уткнулась в нечто резиновое, бугристое и теплое. При таких сигналах от моих органов чувств лежать с закрытыми глазами и дальше уже было практически невозможно. И первое, что увидела — жуткую оскаленную пасть прямо у моего лица.

Издав вопль, полный ужаса, от которого, кажется, даже стекла задребезжали, шарахнулась в сторону и на инстинктах выпустила боевой пульсар. Но дернулась чересчур сильно, отчего шлепнулась с кровати на пол, а пульсар с оглушительным грохотом, заставившим задребезжать стекла уже сильнее, врезался в потолок, оставив там некрасивый подкопченный след. Мне же на голову посыпалась штукатурка, заставившая уже расчихаться и выдать несколько совсем даже нецензурных словечек.

— Раггграаааа! — донеслось не менее испуганно из постели, и послышался глухой стук с обиженным вяком по ту сторону кровати, знаменующий падение тельца поменьше. Сомнений, кто спонсор моего незабываемого пробуждения, больше не оставалось.

— Хрень зеленая, мать твою так! Какого ежика лысого ты забыл в моей комнате?! — возопила я следом, смаргивая невольно проступившие слезы от пережитого ужаса. — Ладно в комнате, на кой черт в постель ко мне полез?

А какая еще реакция у меня должна была быть, если, проснувшись, я увидела на моей же подушке сладко дрыхнущую троллью морду?! С открытой пастью, демонстрирующей все клыки, и зловонным дыханием. Фу! Зубы чистить надо!

— Фхшссс… угрррр… — донеслось сердитое шипение, переходившее в утробное рычание.

— Да ты там вообще охренел?! Вот я к тебе под одеяло лезла?! — заорала, выплескивая все негодование, пока даже не пытаясь встать с пола. — Еще и рычишь там на меня!

Подозреваю, меня все равно ноги держать еще не будут. Вон, и руки мелко дрожат…

— Ргшссс… у-у-у… — завыл мой питомец обиженно и, судя по шебуршанию, полез под кровать.

— Да это мне впору выть! — возмутилась, бросив взгляд на часы. — Без десяти шесть, ты издеваешься? Выползай давай.

Но тролль и вовсе притих, вновь завозившись под кроватью с громким сопением. Вот за что это мне, Вселенная? Ну хватит уже, найди себе другую «любимую жену».

За окном непроглядная темнота, небо только начинало сереть. Еще с часик точно можно было спать. Но не судьба, я поняла. Ну хотя бы минуток двадцать подремать еще, прежде чем разбираться с троллем и оценивать нанесенный моей гостиной ущерб — сомневаюсь, что он сразу же побрел в мою комнату, хоть я и оставила дверь открытой. Наверняка же сначала бродил по гостиной, может, кухне… И это я еще пока отгоняла мысли о проблемах кафедры. В частности, о завёдшемся у нас внезапно некроманте.

— Ну серьезно, выползай. Холодно там, сквозняки над полом бродят. Давай, я тебе печенюшек дам… О, и у меня пара яблок в холодильном шкафу лежали, хочешь? — позевывая, принялась уговаривать Доббишрека покинуть его убежище. Даже наколдовала несколько иллюзий букашек, которые так его вчера веселили.

Но в этот раз они не вызвали никакой реакции. Он что-то там себе тоскливо ворчал, а вылезать не торопился. Сидеть на полу все же холодно, и это я в теплой пижаме с нарисованными пегасами. А тролль голый…

Развить мысль не успела, так как в мою дверь громко забарабанили. Это еще кто? Кому не спится в шесть утра?! Еще и дубина Доббишрека осталась у декана в кабинете, так бы я ею сейчас с удовольствием вооружилась, проверяя, кто там ломится к честным аспиранткам ни свет ни заря. Наколдовав пульсар, осторожно выскользнула из спальни и крадучись направилась ко входной двери.

— Сандра! Вы в порядке? Сандра, откройте! — услышала смутно знакомый встревоженный голос. Плюнув на осторожность, все же открыла дверь, впуская в дом холодный ветер, с готовностью сыпнувший целую горсть снега мне в лицо.

— Лер Натиандиэль? — выдавила, удивленно уставившись на стоявшего на моем крыльце эльфа в плаще с высоким воротником, из-за которого виднелись покрасневшие кончики ушей. — А вы чего тут? Проходите…

Особого желания принимать гостей именно сейчас у меня не было, но стоять на пороге под пронизывающим зимним ветром, еще и босыми ногами на обледенелом пороге — удовольствие ниже среднего, там и заболеть недолго. Эльф, видимо, оценив мой общий помятый вид, растрепанные волосы с запутавшейся в них штукатуркой и мятую пижаму, на несколько мгновений растерялся, но тут же посерьезнел.

— У вас все в порядке? Я слышал ваш крик и взрыв, будто от использованного заклинания.

— Аж у вас в доме было слышно?! — поразилась, мысленно проклиная плохую звукоизоляцию… Да это насколько ж она плохая, что эльф услышал аж из своего дома? Пусть и мой сосед…

— Нет, я как раз вышел из дома, хотел пройтись перед занятиями по рынку, по артефакторским рядам, услышал ваш крик, да и в окне полыхнуло, следом звук взрыва, — перечислил мужчина серьезным тоном. Угу, эльфы — это не только ценный мех, но и уши… То бишь, слух у эльфов хороший.

— А-э-э… Да это недоразумение, случайно получилось, — промямлила я растерянно, с трудом сдерживая смачный зевок.

— Точно? Вы кричали. И этот пульсар… Может, вам все же нужна помощь? — спросил он строгим голосом, заставив меня невольно смутиться еще больше. Признаться, что я испугалась мирно дрыхнущего в моей постели тролля? Ну такое…

Эльф же сделал какие-то свои выводы и добавил гораздо мягче:

— Да ладно вам, Сандра, я сам не так давно окончил аспирантуру. Если вы нарушаете какие-то правила, уж точно никому не скажу, сам еще слишком хорошо помню, как это все бывает. Но если вам все же нужна помощь…

Я пораженно уставилась на него. Нет, догадывалась, что он весьма молод, но у эльфов это понятие весьма растяжимое. Они молоды и в двадцать лет, и в двести. А тут аспирантуру недавно окончил. Да и раз уже пришел, стоит в своем теплом пальто в моем коридоре и потом обливается, чего отказываться?

— А знаете, нужна! — решилась я. — Вы бы не могли достать тролля из-под моей кровати?

И не забыть умильно похлопать глазками, любуясь выражением полного охреневания, появившимся на лице артефактора…

Если бы мне кто сказал, что однажды в шесть утра мне придется в пижаме стоять на коленях на полу у кровати, а рядом в той же позе будет находиться мой возможный будущий научный руководитель, только одетый с иголочки, я бы ответила, что столько не выпью. А если бы ко всему еще добавили, что в таких интересных позах мы с целью выманить тролля из-под моей кровати — посоветовала бы и собеседнику завязать с горячительными напитками. Но факт оставался фактом…

— Поймал! — воскликнул лер Натиандриэль, вдруг молниеносным движением запустив руку под кровать. Оттуда тут же донеслось шипение, сразу перетекшее в визг.

— Осторожнее, он кусается… — попробовала предостеречь преподавателя, но тот уже держал на руках верещавшего Доббишрека, а на его руке красовался свеженький кровящий укус.

— Я заметил. Сам виноват, понадеялся на реакцию, не озаботившись банальным защитным заклинанием… Надо же, и вправду тролль… — протянул эльф, удивленно рассматривая Доббишрека, усиленно брыкавшегося.

— А кто еще, по-вашему? Сказала ж сразу… Дайте его мне, пожалуйста, он замерз и испугался вас, — попросила, достав из шкафа свою теплую кофту. — Спасибо, что достали. Я бы еще долго его оттуда выманивала.

— Если честно, я думал, вы что-то не поделили со своим парнем, вот и… — начал лер Натиандриэль смущенно, но, наткнувшись на мой осуждающий взгляд, замолчал и даже слегка покраснел.

Угу. А если бы мне еще кто сказал, что я буду того самого эльфа вгонять в краску в шесть утра, и отнюдь не своей пижамой… Ладно, так можно продолжать до бесконечности.

— И вы решили, что я так назвала своего незадачливого ухажера? Можете не отвечать. Иди ко мне, ма-аленький, хоро-ошенький, замерз, да? — просюсюкала я ласковым тоном, шагнув к эльфу с троллем, перехватив кофту поудобнее. Ругаться на зверя уже не было сил, как и стенать о своей усталости. А так, может, на ласку поддастся и без вопросов отправится дальше спать, а я… А мне пора уже собираться потихоньку в академию.

От неожиданности и Доббишрек заткнулся, и лер Натиандриэль едва не уронил его, благо, я вовремя подхватила упитанное холодное тельце и быстро укутала в кофту.

— Ммм… А как он попал к вам? На дикого не похож. Ручной? — уточнил артефактор, глядя на нас с троллем квадратными глазами.

— С чего взяли, что ручной? — удивленно уставилась на него, прижав к себе тихо засопевшего засранца. Это где ж это его «домашность» проявилась? Не тогда ли, когда рычал из-под кровати или тяпнул артефактора за руку?

— Тролли обычно не селятся близ городов, так что сам не попал бы в центр столицы. Да и посмотрите, какой он упитанный. Обычно они на зиму становятся совсем тощие. С осени закапываются глубоко в норы, где хранятся их запасы, и там живут, пока не потеплеет, — охотно поделился новыми сведениями мужчина. Надо же, как много он, оказывается, знает о троллях.

— А этот, может, откопался, предварительно пожрав все свои запасы, приготовленные до весны, потому и толстый такой, — возразила из вредности, переступив босыми ногами, чувствуя, как неприятно тянет откуда-то холодом. Покосилась на тролля, с любопытством выглядывающего из моей кофты, будто так и надо. Ууу, зараза зеленая…

— Да знаю, что в городе не живут. Нам в школе рассказывали: обитают где-то в горах или лесах… — признала, пройдя со своим питомцем на руках мимо артефактора в гостиную.

— Это не те тролли. У них цвет шкуры темно-зеленый, под цвет листвы. А у этого больше оливковый, видите? На сухой траве, выгоревшей на солнце, проще спрятаться. Или даже закопаться в какую-то нору. Да и зубы его видели? Острые, но клыки слабо развиты, больше рассчитаны не чтобы рвать мясо, а чтобы жевать растительную пищу, — тут же возразил лер Натиандриэль, будто больше поговорить не о чем. Я остановилась у дивана и удивленно взглянула сначала на мужчину, потом с большим сомнением на тролля, тоже с интересом слушавшего пояснения эльфа.

— Травоядный, что ли? А чего ж кусает всех без разбору? И где тогда эти живут?

— Скорее, всеядный. А кусает в качестве самозащиты. Они часто живут близ деревень, воруют цыплят и куриные яйца, также пробираются на огороды и тащат овощи. Чаще всего морковку или свеклу. Забавный факт, кстати. Нередко раскладывают ту же морковку на солнце и едят ее потом подвяленной, — хмыкнул он.

Тут же вспомнилось, с каким аппетитом Доббишрек вчера наворачивал овощное рагу. Правда, котлеты трескал с не меньшим аппетитом. А следом меня настигло понимание еще одной истины: мне следует оставить тролля в, как показала практика, очень ненадежном загончике, пойти в столовую ему за жратвой, вернуться, вернуть обратно в загончик, накормить, пойти в академию, после чего вернуться и обнаружить разгромленный троллем дом. От представленной картинки стало не по себе, и я поспешила высадить тролля в пока еще не заваленный снова загончик, ногой задвинув стол.

— Может, ему морковку тогда сварить? У меня есть, — пробормотала вслух больше для себя.

— Думаю, ему понравится, — улыбнулся эльф. — Так откуда он у вас? Слышал, что некоторые уникумы держат троллей у себя в качестве питомцев, но не думал, что вы относитесь к любителям эксклюзивной живности.

— Ага, я тоже не думала, — поморщилась я, но все же объяснила. — Дети подбросили… Еще раз спасибо за помощь. Я для него вот небольшой загончик сделала, но он отсюда все время выбирается.

— И поэтому вы в него пульсаром бросили? — поинтересовался он спокойно, но в его голосе промелькнуло нечто такое, отчего, уверена, бывалые браконьеры мигом возжелали бы записаться в Гринпис. Правда, я на этот взгляд лишь зевнула: слишком уж переживательным выдались и вчерашний день, и сегодняшняя ночь.

— Нет. Испугалась я, когда проснулась и… Неважно, в общем, — отмахнулась, не желая пересказывать все свои злоключения с притихшим троллем.

Мимоходом заглянула за диван, оценив скрученное одеяло, в которое, видимо, тролль пытался закопаться, но не преуспел. Тут же поправила его как надо и усадила туда тролля, сверху накрыв своей кофтой, раз уж она ему так понравилась. Отодвинула дальше воду, чтобы не разлил. Отметила, что печеньки даже не все съел, сухофрукты, видимо, больше пришлись по вкусу.

— Помочь с «загончиком»? Чтобы он не выбирался? — предложил вдруг лер Натиандриэль.

— А вы можете? Конечно! — выдохнула, не веря в свое счастье.

Чуть улыбнувшись, мужчина зашептал какое-то заклинание, направив действие магии почему-то на деревянную стену моего дома. А спустя несколько секунд оттуда вылезли несколько весьма толстых лиан, протянулись к другой стене, сплетаясь в живой плотный заборчик, после чего застыли.

— Готово!

— Спа-асибо, — я от удивления даже чуть заикаться начала. — А вы разве природник? Артефактор же…

Тролль, шарахнувшись подальше от шевелящегося заборчика, запутался в кофте и брякнулся на пол, что-то недовольно ворча. Но быстро выпутался и подошел ближе к лианам, касаться не рискнул. Вместо этого подхватил печеньку, лежавшую на полу, тщательно ее обнюхал и… вернулся к моей кофте, пытаясь заползти под нее.

Хмыкнув, артефактор перегнулся через живую изгородь, подхватил зашипевшего тролля и снова посадил на одеяло, сверху укрыв моей кофтой. Доббишрек тут же высунул голову из-под нее, сердито посопев, но выползать снова не стал. Глядя на нас, зачавкал там печенюхой, обильно осыпая себя и спальное место крошками.

— Недаром большинство эльфов именно природники, как и дриады. Это у нас в крови, кое-какие заклинания известны, благодаря своим способностям с рождения — могу их использовать, — продолжил он прерванный разговор, когда я уже решила, что ответа не дождусь, а как культурненько выпроводить эльфа за дверь — еще не придумала. — Думаете теперь, как меня угораздило стать артефактором? Сами знаете, для некоторых специализаций особый талант не нужен. Мне всегда нравилась артефакторика… Да что там говорить, вы вот тоже маг-теоретик, а хотели к артефакторам, тем не менее, сейчас прикреплены к кафедре лера Родергана. Знаете, я вами временами искренне восхищаюсь! И безумно жалею, что не познакомился раньше…

От последней фразы я вылупилась на него совсем офонаревшим взглядом. Чего-чего?! Сон как рукой сняло.

— …и взял еще одного аспиранта. Так бы вы давно уже были прикреплены к нашей кафедре. Какой бы мы проект вместе создали, эх! Ваша тема — это нечто. А методы решения — вот просто восхищаюсь, иначе и не скажешь! Но да ладно, у нас еще все впереди. Вы большая молодец. И даже хорошо, что сейчас работаете в совсем другой сфере, набираетесь опыта, пробуете себя в чем-то другом. С вашим умом и неординарным мышлением глупо зацикливаться на чем-то одном… — продолжил он, даже не заметив моей реакции на его слова.

Я же снова смутилась от такого потока дифирамбов, направленных в мою сторону. Да не такая уж я и умная, просто скомпоновала свои знания и знания Сандры, вот и…

— Ага… — протянула глубокомысленно, улучив момент, когда эльф замолчал, чтобы набрать воздуха, и тут же спохватилась, вспомнив об укусе. — Вас же тролль укусил? Давайте, я вам ранку обработаю. Вы простите, туплю немного с утра пораньше — не выспалась просто, Доббишрек всю ночь покоя не давал.

— Нет нужды, уже все зажило, — он покрутил рукой, демонстрируя лишь подсохшие следы крови на абсолютно целой коже. — Эльфийская регенерация.

— Удобно…

— Не спорю. Что будете делать с троллем? Кто его хозяин? — спросил, между тем, лер Натиандриэль, вновь заглянув к троллю, пригревшемуся и сонному, но пока еще не спящему.

— Думаете, он у него есть? Дети просто притащили в класс откуда-то. Может, жил у кого-то, но его выбросили, сообразив, что с диким зверем не так просто. Тварей хватает, — поморщилась, вспоминая нередкие подобные случаи в моем родном мире. Магия — не магия, фэнтези — не фэнтези, а мрази есть что тут, что там.

— Вероятнее всего… Но вы все же поспрашивайте у детей, вполне возможно, что кто-то из них принес своего питомца в академию, а признаться побоялся.

— Не думаю, — медленно покачала головой, вспоминая первое удивление детей, когда им сообщила, что над троллем издеваться нельзя.

Они даже не думали, что несчастному зверьку может быть страшно и неприятно. Если животное живет в твоем доме, рано или поздно ты невольно привязываешься к нему, какой бы скотиной оно ни было. Мне вот, например, спать не давал, а туда же — пойду сейчас варить ему морковку… Правда, это правило работает лишь в случае, если ты сам не скотина.

— Сандра, извините, но мне уже пора уходить. Хотел пораньше посетить артефакторские ряды, — произнес лер Натиандриэль извиняющимся тоном, бросив взгляд на окно, через которое уже вовсю пробивались первые рассветные лучи.

— Ой, точно. Спасибо еще раз, давайте вас провожу, — спохватилась я. И пока артефактор надевал обратно свое пальто и обувался, тоже всунула ноги в сапоги, чтобы не стоять снова на ледяном полу.

Открыв дверь, выпустила мужчину и сонно прищурилась. Глаза тут же заслезились от вида искрящегося на солнце снега, мешая рассмотреть что-либо за порогом. Да и сам эльф для меня теперь был просто темным пятном.

— Где мой дом — знаете. Если возникнут какие-то вопросы, проблемы… Ну или просто захочется поболтать — заходите по-соседски, — произнес он на прощание, едва не вогнав своими словами в ступор.

— Эээ… Спасибо, лер Натиандриэль… Вы… м-м-м… Ну тоже, если вдруг что… — промямлила, не совсем понимая, что еще можно сказать на это.

— Да ладно, Сандра, после сегодняшнего можете обращаться ко мне просто Натан, — добавил он мягко.

— Эээ… Хорошо, лер Натан, — жалко пискнула я, с каждой минутой охреневая все больше. — Всего доброго.

И, уже закрывая за эльфом дверь, услышала его жизнерадостное:

— Доброе утро, Агнес! Тоже решила прогуляться с утра пораньше?

Я же едва удержалась, чтобы не застонать и не стукнуться затылком о дверь, представив, что лерри Клизма могла подумать, увидев меня в пижаме и выходившего из моего дома рано утром преподавателя. Но долго предаваться прокрастинации не могла — на повестке дня была варка морковки для не совсем зеленой «обезьяны»…

Толку с того, что я поднялась так рано, было мало. Вернее, почти не было совсем, учитывая потраченное время на выуживание тролля из-под кровати и разговор с эльфом.

Найдя в холодильном шкафу штук пять морковок, одну быстро почистила и ткнула троллю, тут же радостно захрустевшему ею. Сама же поплелась варить остальные. Судя по всему, в столовую я уже не успевала. Так что сейчас хоть морковью покормлю Доббишрека, затем на кафедру, радовать декана новостью о некроманте в наших рядах. Потом уже отпрошусь у него на полчасика, побегу в столовую, схвачу чего-то для троллика, отнесу ему, колдану побольше иллюзий бабочек. И пулей обратно, на пару к моим одаренным вредителям. Увы, вариант, что при этом я в какой-то момент покормлю и себя — не рассматривался.

Раздавшийся стук в дверь заставил меня выругаться. Прикрутив кипящую воду, пошла открывать, уже не задумываясь, что по-прежнему рассекаю в своей розовой пижаме. Ну а что мне уже терять? Эльфу в таком виде открыла спросонья, вроде инфаркт не хватанул. Лерри Клизма наверняка тоже успела оценить мой видок — желчью не захлебнулась. Конечно, наслушаюсь еще немало, но больше радовало, что заодно и леру Натиандриэлю достанется — на одной же кафедре работают. А если кто еще пожаловал… Надо приходить по приглашению!

И с такими мыслями и воинственным видом я решительно открыла входную дверь. Чтобы увидеть мигом смутившегося Андреаса. Он уставился на мои растрепанные волосы, затем на пижаму, после опустил голову…

— Привет, — помахала ему ложкой, зажатой в руке.

— Ты почему босая? Заболеешь же… — ответил он вместо приветствия немного растерянно, шепнув заклинание. Мои ступни тут же окутало блаженным теплом. Я и сама так могу, но как-то не задумалась об этом, да и чего скрывать, приятно, когда кто-то другой заботится о тебе.

— Спасибо. Мы договаривались о встрече? Или я что-то обещала? Прости, все в голове перемешалось уже. Проходи, — кивнула ему, пытаясь вспомнить своим полусонным мозгом, должен был Андреас прийти или нет. Следующую фразу я уже крикнула на ходу, отправившись в кухню. — Только я тороплюсь, утро дурацкое.

Успела как раз вовремя, кастрюлька угрожающе тарахтела крышкой, выпуская клубы пара, приятно пахнущего вареной морковью. Выключив магическую конфорку, аккуратно вилкой подцепила чуть разварившиеся овощи и выложила их на тарелку остывать.

— Ты просто не пришла на завтрак, вот и подумал, что либо проспала, либо слишком занята. Вот, собрал тебе перекус и твоему питомцу, чтобы ему было нескучно дожидаться твоего возвращения, — сообщил Андреас, появившись в кухне.

— Что бы я без тебя делала? Спасибо, — тут же расплылась в умиленной улыбке и повисла на шее у друга, звонко чмокнув его в щеку.

— Слушай, можешь тогда Доббишреку отнести его еду? Я пока сбегаю оденусь, все утро гоняю тут в пижаме, соседей пугаю, — пробормотала скороговоркой, выбегая из кухни, но тут же мысленно одернула себя и заглянула к несколько опешившему от моего напора Андреасу. За столько времени мог бы уже и привыкнуть к моим манерам.

— И буду вдвойне благодарна, если троллю бабочек каких-то или жучков наколдуешь побольше. Я тогда и перекусить успею. И потом вместе пойдем в академию… — улыбнулась радостно и в следующий миг вновь дала себе мысленную затрещину, напоминая, что никто не обязан что-то делать по первому же моему зову, у людей свои дела бывают, Сашка! — Или ты уже убегаешь?

— Нет, подожду тебя, — открыто улыбнулся Андреас. — Беги, собирайся. Тролль в своем «вольере»? Как песок, кстати, воспользовался? Нашла коробку?

— Ага. Мне тут немного усовершенствовали для него загон, а то он всю ночь выбирался, а утром так вообще… Брр! Аж вспомнить страшно, — крикнула я уже из своей спальни, копаясь в шкафу, намереваясь найти какие-то штаны.

Как назло, под руку лезли либо тонкие шифоновые блузки, что сейчас уж точно не по погоде, либо бальные платья Сандры. Наконец-то я выцепила один из своих любимых приталенных брючных костюмов насыщенного фиолетового цвета с золотистой окантовкой на пояске и рукавах. Сдув лезущую в лицо непослушную прядь, принялась спешно облачаться в него.

— Это Саймон вчера сделал загончик? Не знал, что у него есть способности к природной магии… — услышала я удивленный голос Андреаса под вполне себе довольное фырканье Доббишрека, наверное, получившего уже свою морковку, а может, и прочие вкусняшки от моего друга.

— Нет, лер Натиандриэль сегодня утром, — улыбнулась, выглянув из комнаты, успев уже одеться, и добавила поспешно, прежде чем снова скрыться, — все в порядке? Тролль ест, не психует? Отлично. Сейчас, я уже почти готова, расчешусь только.

— Ага… А что профессор делал у тебя утром дома?

— Долгая история. По пути в академию расскажу, — выдохнула, вновь вернувшись в гостиную. Времени заплетать волосы в какую-то прическу особо не было, так что ограничилась лишь тем, что очистила их простеньким косметическим заклинанием от осыпавшейся штукатурки с потолка и расчесала. — А чем ты меня кормить будешь? Это ж не совсем нагло?

— Совсем нет. Держи, — улыбнулся нэко, протягивая мне бумажный пакет, откуда одуряюще пахло свежими пирожками. Мне казалось, что таки нагло, но отказать не смогла. Совесть что-то вяло попискивала, когда я уже надкусывала первый пирожок со смородиновым джемом, а на подкорке билось: узнать хоть через ту же Риэль, есть ли что-то, что Андреасу нравится или хочется, в чем я могу помочь.

Наскоро перекусив, не забывая благодарить парня с набитым ртом, еще раз проверила, чтобы у тролля все было, и наколдовала побольше иллюзий жучков и бабочек, в некоторых из них зациклив плетение так, чтобы они исчезали за мгновение до того, как тролль их коснется, а через пару минут возрождались вновь. На пять-шесть таких появлений их должно было хватить.

По пути в академию я в самом деле успела рассказать Андреасу о своих ночных и утренних злоключениях, рассчитывая, что он посмеется вместе со мной. Переживать это все было не очень весело, а вот пересказывать, хихикая на особо эпичных моментах — вполне себе так. Но нэко как-то очень уж серьезно воспринял мой рассказ. Ну и ладно. На выходных все равно всей компанией соберемся в таверне, уверена, там мой рассказ все оценят по достоинству.

Тепло распрощавшись с Андреасом, поспешила на кафедру. На повестке дня все еще была немедленная необходимость сообщить декану о некроманте. Но пришлось повременить с планами: успела дойти до преподавательской как раз в тот момент, как в кабинет декана входил какой-то седовласый важный старикан в расшитой золотыми нитями мантии.

— Привет, ты сегодня позже обычного, — помахала мне рукой лерри Рарракша, учитель по стихийной магии. Хотя от здоровенной орчанки я больше ожидала боевых искусств.

— Непредвиденные обстоятельства, здравствуйте, — вымученно улыбнулась я, снимая пальто. С ней у нас были вполне нейтральные отношения, в отличие от той же Клизмы или Грымзы.

— Знаю я, какие там обстоятельства! Тоже мне… Как тебя к детям вообще допускают? — проскрипела лерри Клизма из-за шкафа с журналами, где я ее сразу даже не заметила.

— Хотите на мое место? Ну так чего же вы — попроситесь у декана, у нас как раз должность второго куратора простаивает, — мило улыбнулась ей, ни капли не смутившись.

Вот только не хватало еще оправдываться перед ней и объяснять, что преподаватель артефакторики в шесть утра просто доставал тролля из-под моей кровати… Мда, звучит еще хуже, чем все то, что она могла обо мне подумать.

— Думаешь, самая умная тут? Хвостом крутишь направо и налево, и все сойдет с рук? Потому и ученики твои такие безбашенные и неуправляемые! — продолжила шипеть она, со злостью захлопнув дверцу шкафа, откуда доставала какой-то журнал.

— Ага, да-да, все оттуда и идет, вы правы как никогда, — покивала я с глубокомысленным видом. — Дверь декана вот там, все претензии к нему. Как раз успеваете перед парой. Если не ошибаюсь, у вас как раз артефакторика должна быть сейчас у моих?

— У Оливера сейчас лер Сильверий, из Министерства Образования! Он наверняка не знает, как обстоят дела с вашим кураторством. Поиграли, смущая юные умы, и… — завелась эта курица, направив на меня палец с длинным, чуть загнутым ногтем. Могла бы и на маникюр сходить. Или нынче преподавателям, имеющим профессорскую степень, мало платят?

— Да? Ну так я вас очень прошу — сообщите ему об этом как можно скорее! Шутка ли — спит по ночам спокойно и не знает ничего! — перебила ее, мило улыбнувшись, отчего лерри Рарракша насмешливо прыснула, одобрительно показав мне большой палец.

Лерри Клизма многих уже успела достать и, наверное, не меньше меня хотела, чтобы лер Родерган все же достал откуда-то еще одного куратора. Чем черт не шутит, может, если эта мымра накапает человеку из министерства, нужного кандидата найдут быстрее?

— Сандра, ты куда? Я хотела с тобой поговорить по поводу домашнего задания по стихийной магии. Почти никто не справился, а нам по программе нужно идти дальше. Пока у них артефакторика, давай расскажу тебе, что они должны знать и как это задание выполняется, на вашей паре объяснишь им, проконтролируешь? — позвала меня стихийница, заметив, что я вновь направилась к выходу из кафедры.

— Да-да, я на пару минут буквально. Пока лерри Агнес дожидается лера Сильверия с целью наябедничать на меня как можно скорее, забегу к детям, хочу задать им пару вопросов, — кивнула на бегу и, не слушая сердитое шипение Клизмы, покинула кафедру.

Хотелось бы сразу сейчас выяснить, еще до пар, кто конкретно из малявок некромант, а потом уже решать, что делать с деканом. Можно, конечно, заняться этим вопросом на моей паре, но сначала у них артефакторика будет, потом стихийная магия и только потом я. Лучше уж сразу со всем разобраться и на моем занятии перейти к конкретным действиям.

С этой мыслью я дернула дверь в аудиторию, за которой стояла подозрительная тишина, и… И зря я это сделала. Очень даже зря…

Когда у меня над головой что-то с негромким хлопком треснуло, я еще успела молниеносно выпустить заклинание универсального антимагического щита и даже вдогонку выпустила щит против вредоносных веществ. Но меня это не спасло, и все равно окатило водой. Вернее, не водой, а чем-то более густым, по консистенции больше похожим на шампунь или жидкое мыло.

Я даже сказать ничего не успела, лишь судорожно вздохнула и закашлялась, когда непонятное горькое нечто попало в рот.

— Куколка… не Клизма… Придурки-и… — пронеслось растерянным шепотом быстрой волной по рядам.

Утерев кое-как с лица эту жидкость, бросила слегка ошалевший взгляд на детей, затравленными кроликами смотревших на меня. И только после этого перевела взгляд на свою руку с какими-то разноцветными потеками, что, смешиваясь, превращались в грязно-бурое нечто. Эта же жижа покрывала мой брючный костюм и стекала с волос.

В аудитории царила полнейшая полуобреченная тишина, когда я выплетала пассы очищающего заклинания, пытаясь не сбиться, в то время как мной понемногу овладевала паника. И с каждым несработавшим пассом она лишь укреплялась, а взгляд затуманивался из-за невольно проступивших слез.

— Это что? — все же нашла в себе силы спросить звенящим от готовых вот-вот пролиться слез голосом, указав чуть дрожащим испачканным пальцем на свои волосы.

И тишина была мне ответом.

— Как это убрать? — чувствуя, что уже на пределе.

Тишина стала просто звенящей, сами же дети все как один поопускали виноватые взгляды. Меня уже конкретно трясло, когда я создавала магическое зеркало. Почему-то никак не удавалась последняя петелька заклинания. Сказывалась бессонная ночь, нервы по поводу тролля, просто всеобщий стресс…

В мареве передо мной отразилось нечто жуткое. Волосы мокрыми змеями облепили щеки, плечи, с них стекали какие-то разноцветные бурые сопли с вкраплением желтого, зеленого, малинового…

Это стало последней каплей. Рывком развеяв заклинание, неожиданно громко всхлипнула. Горячие слезы потекли по щекам, наверняка размазывая мешанину красок, которые почему-то не взяло ни заклинание, ни остановил щит. Не выдержав, просто выбежала из аудитории, хотя вслед раздалось несколько нестройных выкриков, полных сожаления. Только мне от этого было совсем не легче.

В коридоре столкнулась с лерри Клизмой, опешившей в первый миг от моего вида. А в следующий момент на ее губах расползлась донельзя ехидная ухмылка.

— О, вижу, Сандрочка, ваши подопечные отплатили вам тем же, чем отплачивают всем, кто имеет с ними дело? — завела она елейным голоском. — Черной неблагодарностью… Вернее, в вашем случае, болотно-зеленой…

— А не пойти ли вам далеко и надолго?! — выпалила я, перебив ее неуместные комментарии.

— Что, простите?.. — она аж икнула от удивления. Но мне сейчас было уж точно не до псевдовежливых уколов исподтишка.

— Вам не давало покоя, что я занимаю место куратора? Ну так чего же вы! У вас появилась замечательная возможность самой занять это место, вас же так любят дети! Уверена, занимаясь со всей группой ежедневно, вы мигом обретете у них любовь и уважение, с вашим-то опытом! — распалялась я, с криком выплескивая всю обиду и злость, что душили меня.

— Я не потерплю, чтобы со мной говорили в таком тоне!.. — попыталась она прервать меня, как-то очень уж испуганно оглядываясь по сторонам, будто надеясь, что кто-то сейчас подойдет и спасет ее от такой неадекватной меня.

Только занятия уже начались, и студенты успели разбежаться по своим аудиториям. Впрочем, и я не собиралась торчать в коридоре долго. Шагнув к ней, слегка маньячно улыбаясь, подхватила ее под локоток и потащила на буксире в сторону нашей кафедры.

— Ну так отлично же! — перебила ее. — Вот сейчас как раз самое время пойти к декану, пока у него там сидит представитель Министерства, и рассказать, что я совсем не справляюсь со своими обязанностями, нужен человек с опытом! Пойдем-пойдем…

— Да отпустите же меня! Смотрите, что вы наделали! Испачкали мне мантию какой-то дрянью! — вскрикнула лерри Агнес, все же вырвавшись из моей хватки.

— А что такое? Ваша хваленая мантия не справляется с экспериментальным составом, изобретенным детьми? — нарочито участливым тоном припомнила ее же слова, сказанные мне пару недель назад относительно моей мантии со склада. — Ну разве ж можно экономить на своей безопасности? А если они в следующий раз обольют вас кислотой?

— П-почему меня?

— Ну так меня же уволят после вашей жалобы в Министерство. А вы прекрасная кандидатура…

— Мне некогда! И вообще, у меня сейчас пара по артефакторике, я и так опоздала уже! Имейте смелость нести ответственность, раз уж согласились на кураторство! — воскликнула она полуистерично и отскочила от меня на несколько шагов, чтобы уже с безопасного расстояния добавить. — И некогда леру Сильверию заниматься вашими глупостями. Отмойтесь и дальше разбирайтесь со своими малолетними бандитами!

Несколько секунд я смотрела вслед преподавательнице, с неожиданной для ее возраста скоростью в рекордные сроки пересекшей отрезок коридора и скрывшейся в аудитории детей. Невесело хмыкнув, покачала головой и поплелась дальше к декану.

Слезы высохли, в душе царила какая-то опустошенность. Выскочивший из бокового отрезка опаздывавший на занятие дриад-первокурсник невнятно выругался и оторопело замер, во все глаза уставившись на меня.

— Это где ж тебя так угораздило? — выдохнул он, гулко сглотнув. — Практика по зельеварению? А преподаватель не подстраховал?

— Я преподаватель.

— А-а-а…

В этом обреченном «а-а-а» так и слышалось сомнение, правильно ли он сделал, что решил учиться в этой академии. Я же не стала ничего объяснять и просто прошла мимо.

Толкнув дверь кафедры, под невнятный удивленный вскрик от лерри Рарракши решительно пересекла преподавательскую и, коротко постучав, ввалилась в кабинет декана. Отстраненно отметила, что лер Сильверий уже покинул его. Жаль. У меня как раз подходящее настроение, чтобы пообщаться с компетентными людьми на тему «Да найдете вы наконец куратора, черти б вас побрали, или нет?!»

— Сандра? Все хорошо? — растерянно переспросил лер Родерган.

— А вы как думаете? Вы обещали найти куратора. Нашли? — на удивление ровно спросила я, глядя мужчине прямо в глаза.

Но мой тон его не обманул. Скорее, даже обеспокоил.

— Так, успокойтесь, все будет хорошо. Сейчас я избавлю вас от этой смеси. Не жжет? Не щиплет? — тут же спохватился он, вскочив со своего места.

Я же уже просто безразлично пожала плечами и села в кресло для посетителей, не заботясь о том, что пачкаю его обивку.

Декан использовал несколько очищающих заклинаний, но, как и у меня, ничего не получилось… Ан нет, неправа. После третьего или четвертого заклинания пятна с моей одежды исчезли. Да и кожа на руках стала чистой. Тем не менее, лер Родерган продолжал шептать какие-то заклинания, вливая все больше магии.

Тяжело вздохнув, проверила свою догадку, поднеся прядь моих длинных распущенных волос к глазам. Ну, конечно. Все тот же дивный болотно-зеленый оттенок с бурыми вкраплениями. А вот еще одна прядка почему-то желтая, а кончик ярко-красный. Видимо, краска размешалась неравномерно.

— Кажется, я понял, что за состав они использовали. Это из косметической магии. Видимо, у кого-то из детей родители работают в одном из модных салонов города, они взяли краску за основу… — выдал лер Родерган в итоге сочувственным тоном. — Добавили своей магии, укрепив формулу, и разнообразили цветом.

— То есть, мне так и ходить с вот этим на голове?

— Я не владею косметической магией, простите. Обратитесь в хороший салон, уверен, там исправят проблему, вернут все как было. За счет академии. Сразу указывайте нашу кафедру, я разберусь с оплатой… — заверил он меня, неловко похлопав по плечу.

— Все настолько плохо? — скривилась, подняв на него измученный взгляд. Колдовать магическое зеркало после манипуляций декана, чтобы удостовериться наверняка, было страшно.

— М-м-м… Кому-то, возможно, такое нравится… — выкрутился он и добавил поспешно. — За свою пару не переживайте, я сам проведу ее!

Так понимаю, не то что плохо — а жуть как кошмарно! Судорожно перевела дыхание, призвав на помощь остатки самообладания.

— Вы в курсе, что один из детей некромант? — спросила вместо этого, чтобы как-то отвлечься.

— Что? Кто?

— Вот на паре и узнаете, раз уж берете на себя обязанности куратора. Я могу идти? — спросила тем же ровным тоном, граничащим с безразличием, и поднялась с места.

— Да, конечно… Сандра… — замялся он, потерев переносицу. — Вы замечательно справляетесь с ними. И я верю, что вам тяжело…

— Неубедительно. Найдите куратора, вы обещали, — не глядя на него.

— Сандра… Я поговорю с ними. Может, хотите выходной?

— Я хочу нормальную жизнь, — выдохнула едва слышно и покинула его кабинет.

Честно говоря, даже не запомнила, как взяла свое пальто, оделась, говорила ли что-то преподавателям, когда покинула кафедру, да и путь в холл первого этажа академии как-то совсем не отложился в памяти. В душе царила полная опустошенность, которую разбавляли лишь всполохи обиды. Ну вот почему все так? За что? Старалась же найти общий язык с ними, понять, научить чему-то, правда старалась! А тут от мелких пакостей-розыгрышей до тролля… Еще и сегодня… Судорожным движением с остервенением откинула грязно-лиловую прядь за спину, будто это могло избавить меня от проблемы. Но хотя бы не видела.

Взгляд вновь затуманился от слез, готовых вот-вот пролиться. Решительность и бесшабашность, помогавшие мне построить разговор с лерри Агнес и деканом, окончательно меня покинули.

— Сандра? Это ты? Ничего себе! Не думал, что так круто решишь сменить имидж. И когда только успела? Ночью, что ли, или рано утром? Ну ты даешь… Весьма неожиданное решение! — услышала голос Саймона откуда-то со стороны, но даже не обернулась к нему.

Хотелось как можно скорее выйти на улицу и… и… Я даже не знаю, где находятся адекватные салоны красоты, которые в состоянии это исправить! Вот куда мне идти?!

— Сандра, ты чего? — боевик догнал меня и тронул за рукав. — Я ж не хотел тебя обидеть. Если тебе такое нравится — то почему бы и нет… Оно ж смывается потом?

Я подняла на него взгляд и медленно покачала головой. А в следующий миг, неожиданно для себя, горько разрыдалась. Крепко зажмурившись, захлебываясь слезами и соплями. Достойное продолжение кошмарно начавшегося дня!

— Вот гадство… — пробормотал парень тихо и растерянно и неловко похлопал по плечу. — Э-э-э… Ты не это, не надо, слышишь? Все здорово, все просто отлично, а будет еще лучше! Ну неудачно покрасилась, с кем не бывает. Хочешь, накостыляю тому мастеру, что посоветовал тебе использовать этот цвет?

— Не ма-астер! Дети что-то экспериментальное вылили, оно не смывается! Не знаю я, что это и возможно ли его убрать с волос, — прорыдала, покачав головой, пытаясь как-то утереть слезы, но они все никак не останавливались.

— Значит, найдем того, кто знает. Пойдем-пойдем! — выдал Саймон неожиданно решительно.

И, приобняв меня за плечи, быстро повел куда-то из академии. Пронизывающий ветер тут же сыпнул в лицо горсть снежинок, мокрые щеки неприятно стянуло от холода. Несколько шагов я сделала по инерции, но, миновав большую часть площадки перед главным корпусом, обернулась к Саймону, собираясь сказать, что сама справлюсь. И только тут обратила внимание, что парень так и выскочил вместе со мной на улицу без верхней одежды!

Вряд ли его особо защищала от мороза тонкая белая рубашка и несколько пижонский черный жилет, расшитый золотыми нитями. Магическим зрением я видела ореол согревающего заклинания вокруг него, но на таком морозе, да при ветре, от него толку было мало. Заклинание больше рассчитано на относительно статичные условия и более комфортную погоду. Не для зимы точно. Тролля еще хватит обогреть и доставить домой, но и только. Что только подтверждал мелко дрожащий Саймон с красным носом и посиневшими губами.

— Ты с ума сошел?! Вернись сейчас же в академию! — воскликнула ошалело, мигом отвлекшись от упоительного занятия себяжалением.

— Д-доставлю т-тебя к-куда н-над-до и в-в-в… Д-давай быстрее, в-в общем! — простучал зубами он, действительно значительно ускорив шаг и таща меня практически на буксире.

Я уже и не думала сопротивляться, бодро прыгая вслед за дрожащим Саймоном по сугробам. Что не мешало мне так же бодро костерить его вполголоса на чем свет стоит, что поперся раздетым. Но своего он добился: от истерики не осталось и следа, да и о волосах я сейчас думала меньше всего.

К тому же, всего через пару минут мы уже ввалились в общежитие, благо, оно находилось совсем рядом с главным корпусом. Лерри Калахара проводила нас удивленным взглядом и лишь молча кивнула в ответ на мое вялое приветствие. Что ее поразило больше: наше внезапное появление, Саймон без верхней одежды или мои волосы — не берусь утверждать.

— Может, отпустишь уже мою руку? — робко напомнила о себе, пока Саймон не оторвал оную, целеустремленно продолжая тащить меня уже вверх по ступенькам.

На меня покосились, шмыгнув носом, но почему-то перехватили покрепче. Правда, под локоть, что было все же удобнее. Слышала, если перегреться на солнышке, разум может слегка помутиться. Интересно, от холода такое бывает?

— Ты совсем без тормозов? Чего на улицу поперся без пальто? — вздохнула устало, даже не пытаясь пока спрашивать, куда и с какой целью мы сейчас топаем.

— А ты себя вообще видела? — выпалил он возмущенно, остановившись на этаже аспирантов. Но тут же добавил поспешно, с нотками раскаяния, когда я гулко сглотнула, мигом вспомнив о причине своего раннего ухода с кафедры. — Ну, не в смысле волос. Тебе так даже идет! Потрясно выглядишь, правда! Подчеркивает цвет кожи…

— Такой же грязно-зеленый с желто-розовыми пятнами? — скривилась, часто заморгав, прогоняя непрошенные слезы.

— А-э… Ну не надо, а? — совсем растерянно пробормотал парень, отпустив на миг мою руку. — Ты даже такая все равно красивая.

Успокаивать плачущих девушек явно не его конек. По крайней мере, после его «даже такая» слезоразлив начался с удвоенной силой. Причем, подозреваю, сейчас, в первую очередь, сработала не моя обида на детей, устроивших такую подлянку, а «привет» из прошлого от настоящей Сандры, помешанной на своей внешности. Раньше я как-то успевала пресекать ее истерики, а тут все вместе наложилось, постоянный стресс, обида, недосып…

Саймон, чертыхнувшись, вновь неловко приобнял меня на несколько мгновений и потащил дальше по коридору в свою комнату. Ан нет. Остановился у двери Андреаса и заколотил что есть мочи, попутно пытаясь убедить меня, что вон то желто-коричневое пятно у правого уха делает меня загадочнее, а грязно-зеленая прядь с вкраплениями бурого оттеняет глаза…

— Да где ж этот кошак, когда так нужен… — пробормотал парень, уже практически в открытую паникуя.

— Нету Андреаса дома, у него сегодня много дел на кафедре, — выдавила я сквозь всхлипы.

— Вот гадство-то! Ничего! Это не страшно, сейчас что-то придумаем. Пойдем пока ко мне, давай-давай, сейчас со всем разберемся, уберем это все из твоих волос… Кстати, даже если нет — слышал, в некоторых странах модно, когда девушка бреется налысо, а у тебя красивая форма черепа, так что мы можем… — начал он преувеличенно бодро, толкая дверь своей комнаты.

Что мы можем — я уже не услышала, разрыдавшись еще сильнее. Вот просто по больному ж Сандре давит, ну серьезно! Уф, боги, если вы существуете, дайте мне сил пережить сегодняшний день. Просить об этом Вселенную я уже не рисковала.

— Так. Ты сиди вот тут… Или тут… Конфетку хочешь? — метался Саймон уже по своей комнате, выглядевшей как после торнадо.

Вся одежда разбросана, на столе соседствуют инфокристаллы и чертежи с чашкой с недопитым чаем, надгрызенной печенькой и… Это носок? Надеюсь, хоть чистый. О том, что творилось на столе и стульях, и вовсе говорить нечего.

Парень быстро расчистил мне место на кровати, попросту накинув на скомканное одеяло и простынь академическую мантию, и помог избавиться от пальто.

— Ну не надо плакать, ну чего ты? Ты же у нас такая… такая… Справишься, в общем! В смысле, мы поможем! Я вот уже набрал клич о помощи, скоро спасем тебя от нового образа, — уговаривал меня явно испугавшийся моей истерики боевик, потрусив артефактом связи. — А может, хочешь выпить? У меня тут бренди было. Сейчас найду…

Парень, озаренный новой идеей, бросился к своему столу и принялся лихорадочно искать что-то в ящиках, но я его прервала.

— Ничего я не хочу уже, понимаешь? Тем более пить! Я к ним со всей душой, стараюсь же, нападки Клизмы и Грымзы отбиваю, а они мне то тролля, то это… — прорыдала, плюхнувшись на край кровати. Истерика лишь набирала обороты.

Саймон глядел на меня квадратными глазами, пока я изливала ему душу, и, кажется, даже пару раз приложился ко все же найденной фляге. Припомнила и волосы, и тролля, и снежки, и мышь, и… Да все, что было за эти два месяца моего кураторства, и припомнила! Добралась уже до воспоминаний о дне, когда Саймон запер меня с детьми, разучившими боевое заклинание, как в дверь коротко постучали.

— Открыто! — как-то излишне радостно с надеждой выпалил боевик.

Дверь открылась, впуская взмыленного Андреаса в расстегнутом пальто. Отстраненно подумалось, что нэко хоть успел одеться, в отличие от некоторых.

— Сандра? Что случилось? — он на секунду замер, но в следующий миг бросился ко мне и присел рядом на корточки, пытаясь заглянуть в глаза.

Но я лишь закрыла лицо руками и помотала головой, пытаясь задавить вновь почему-то с удвоенной силой нахлынувшие рыдания. Не хотелось, чтобы Андреас видел меня такой, да еще с этим ужасом на голове…

— Не говори о ее волосах, скажи, что смотрится здорово, — суфлерским шепотом отозвался Саймон. — А еще лучше, исправь это.

— Я все слышу! — возмутилась, убрав ладони. — Не исправить это, сказала же, не смывается…

— И побыстрее, она немного нервная, — добавил боевик, на всякий случай отступив чуть дальше от меня.

Я хотела было еще что-то добавить в том же духе, но Андреас сам уже отмахнулся от Саймона, красноречиво закатившего глаза.

— Дети? — только и спросил участливо.

— Ну не Клизма же… — вздохнула, поморщившись, и тут же встрепенулась с надеждой. — Умоляю, скажи, что это все поправимо, и ты в состоянии снять бытовой магией?

— Да, вполне. Так что не расстраивайся, сейчас все исправлю, — заверил он со всей уверенностью. Я несмело улыбнулась, вытерев слезы тыльной стороной ладони.

— Нет, ну вы мне скажите, вот что он такого особенного сказал, чего не говорил я?! — вновь не сумел промолчать Саймон.

— Как минимум, не предлагал мне побриться налысо! — выдохнула, пока нэко скидывал свое пальто на… м-м-м… Наверное, под залежами этих вещей должен быть стул. Или тумбочка. Стопка книг?

— Я же просто предложил один из вариантов, а в остальном все точно то же самое!

— Это когда говорил, что грязно-зеленый точь-в-точь передает цвет моих глаз, особенно с этими вкраплениями красного, напоминающими мои лопнувшие капилляры?!

На это мое заявление даже Андреас посмотрел на него с укоризной.

— Ты же прожженный ловелас, и не сумел сделать комплимент расстроенной девушке?

— Я растерялся! Обычно девушки при мне не плачут. Ты не видел, как ее трясло там. Я вообще только о тебе и вспомнил в тот момент. Так что давай, оправдывай надежды, магичь там быстрее и возвращай нам добрую и милую Сандру, пока я сам не начал истерить, — проворчал парень.

Андреас пропустил мимо ушей фразу Саймона, бережно перебирая пряди моих волос. Понимаю, что просто оценивал степень прокраски и рассматривал магическим зрением структуру самой краски, но все равно по телу пробежали приятные мурашки. И лишь усилились, когда теплые волны его уютной магии ласково коснулись моих волос.

— У тебя же важный проект был сегодня… — с раскаянием вдруг вспомнила, что говорил парень вчера вечером.

Выходит, он получил сообщение от Саймона и, бросив все, сразу ломанулся ко мне? Не то чтобы это очень уж неожиданный поступок со стороны Андреаса, но внезапно проснувшаяся совесть буквально шандарахнула кувалдой по моему чувству вины и неловкости.

— Я переоценил его важность, — обронил он спокойно.

И вот понимай как хочешь… Поэтому пока просто притихла, чувствуя приятное покалывание почти родной уже магии. А вот совесть разбушевалась не на шутку. Кажется, я превращалась в Сандру, истерящую по поводу и без, еще и использующую окружающих. Или она не использовала? Она, может, и нет, а я вот и Саймона выдернула раздетого по холодине, и Андреас примчал, бросив свой проект… И не первый же раз создаю проблемы окружающим! К щекам прилила кровь от стыда, возникло острое желание спрятаться куда-либо или хотя бы по-страусиному сунуть голову под одеяло…

— Хвостатый, ты магичить, что ли, разучился? — выдернул из мрачных размышлений настороженный голос Саймона.

— Не лезь под руку, — огрызнулся непривычно хмурый Андреас. А у меня по спине пробежал холодок.

— Что-то не так? — слабо пискнула, скосив глаза на все ту же грязно-желтую прядь, даже и не думавшую возвращать свой естественный каштановый цвет.

— М-м-м… Ты только не волнуйся… — начал он вкрадчиво, с сочувственными нотками.

Меня вновь начало колотить с удвоенной силой от внезапной догадки. Да и какие еще могут быть варианты?

— Ты не можешь это снять?! Все. Саймон. Ты победил, брей налысо… — простонала, закрыв лицо ладонями.

— Не надо поспешных решений, я этого не говорил… Ну, не плачь, сейчас что-то придумаем, — зачастил нэко, взяв мои руки в свои, и тут же рыкнул в сторону: — Саймон, отойди, она пошутила!

— Ну, не дебил же! Понял, просто подошел, — вяло огрызнулся тот, а в следующий миг я почувствовала, как кровать прогнулась под его весом, когда он сел рядом. И только невольно всхлипнула, когда боевик внезапно безо всякого романтичного подтекста обнял меня, вжав в себя. — Ну, чего ты, в самом деле. Мы тебя и такую любим, орков предупредим, чтоб не косились, а кто будет ржать — Адрелия натравит свою Малышку. Ну, или шапочку поносишь… А малышню твою лично краской оболью, хочешь?

— Да, успокаивать ты мастер… — пробормотал Андреас. — Санни, не переживай, сейчас все будет. Посиди пока у Саймона тут, постарайся не прибить его до моего прихода, хорошо? Знаю, это будет сложно, учитывая его манеру утешать, но ты уж постарайся. А я скоро вернусь и мы все уладим, вот увидишь!

И прежде чем я что-то сказала, хотя бы что не реву я, просто смирилась с тем, что мне теперь несколько месяцев ходить либо с этим на голове, либо лысой, подхватил пальто и выбежал за дверь.

— Ты веришь в карму? — обронила задумчиво, лежа на спине на кровати Саймона и изучая потолок с висевшей кое-где паутиной.

Истерика все же утихла, да и боевик больше не пытался сделать мне сомнительный комплимент. Лишь периодически предлагал отхлебнуть из его фляги, в остальном же олицетворял собой философскую задумчивость. Меня же вдруг потянуло на пространственные размышления, и даже ручки на пузике сложила, как на приеме у психоаналитика. Или психотерапевта? Психиатра? Интересно, в чем разница?

— В кого? Это что-то из детских сказок? — нахмурился парень, встрепенувшись.

— Типа того, — не стала спорить, продолжая свою мысль. — Я вот верю… Знаешь, когда я была маленькой, особым послушанием не отличалась. Шкодила, там, по мелочам, с друзьями шалили тоже… Однажды перед занятием вместе с подругой даже натерла доску воском, чтобы на ней нельзя было писать.

— А где вы взяли магический воск? Или что это за воск, который не берет универсальное очищающее заклинание для доски?

— Магический, самый что ни на есть магический… Да так, валялся у подруги дома, не суть важно. А еще как-то подложили учительнице кнопки на стул, — вспомнила еще, устраиваясь поудобнее. И поморщилась, когда в лопатки уткнулось что-то твердое. Завозившись, вытянула из-под одеяла Саймона женский корсет с достаточно жесткими косточками. Несколько секунд в полном ступоре рассматривала означенную вещь.

— Дай сюда, — вздохнул Саймон, выхватывая его из моих рук, и, практически не глядя, закинул в шкаф. При этом даже ни капли не смутился.

— Твой? — уточнила на всякий случай с подозрением.

— Нет! — с бездной возмущения в голосе.

— И не мой. Вообще не люблю их, неудобные, заразы… И Лайла не любит, по той же причине… — протянула задумчиво, уже более тщательно осматривая бардак в комнате боевика.

Вон из шкафа стыдливо выглядывает явно женский лиловый чулок. При этом по цвету к корсету не подходит. Хм… У кого-то плохой вкус или этих «кого-то» просто несколько? А Саймон времени зря не теряет, однако. Конвейерный метод, что ли? Даже не дает бедняжкам одеться? Или это плата за ночь? Натурой, так сказать.

Представляю этот прейскурант: поцелуй в плечико — носовой платок, горячие объятья — пояс для чулок, совместная ночь — бюстгальтер, не спать до рассвета, задыхаясь от страсти — идет двойная оплата в виде корсета и чулок… А что? Чудесная идея для стартапа! Фантазия уже начала рисовать картины того, как Саймон потом барыжит этим женским бельем, собирает заказы на размер, расцветку, после чего подбирает себе девушек, а там и до открытия лавки нижнего белья недалеко… Но парень, даже не догадываясь, о чем я сейчас думаю, сбил меня с мысли.

— Мы с Лайлой и не встречаемся уже давненько, у нее Дрейк, если ты не забыла. Так что ты там говорила о «кнопках»? Ты о сигнальных артефактах? — поторопился он сменить тему, а точнее, вернуться к изначальной. Я лишь пожала плечами, вновь устраиваясь на кровати.

— Кнопки? А, нет. М-м-м… Мы так называли мелкие металлические… артефакты. А может, и как-то иначе, не помню толком. В общем, острые они, выглядят вот так, — выкрутилась, при помощи простенькой иллюзии даже показав, как выглядит эта канцелярская принадлежность, вспомнив, что в этом мире ничего подобного не видела.

— Внушительно. И на это кто-то садился? Зачем?

— Затем же, зачем и я ворвалась в аудиторию, не глядя по сторонам: из-за невнимательности. Но наш преподаватель, тетенька такая немаленькая, — я обрисовала в воздухе нечто шарообразное, пытаясь вспомнить масштабы Любови Васильевны. — Просидела на них весь урок спокойнехонько, да и пошла себе дальше по своим ведьминским делам. А мы потом весь перерыв собирали погнутые кнопки.

— Ну понятно, в такую мелочь много магии никак не вложить, банальный щит от физического воздействия выдержит. Закономерно, что она и не заметила ничего, — хмыкнул Саймон покровительственно.

— Ага… В любом случае, как бы там ни было, это оно — расплата за все мои грехи. В детстве мне все это казалось смешным. А сейчас смеются другие, — я, скривившись, подергала себя за испачканные пряди в качестве примера.

— Справедливости ради: кто же знал, что ты ворвешься в аудиторию как ураган?

— А разница? Можно подумать, если бы я спокойно вошла, то это на что-то повлияло бы. Тала-антливые детки у меня, — протянула издевательски, но под конец не сдержала тоскливый вздох. — Знаешь, обидно даже не из-за волос. Неожиданно, неприятно, но, по большему счету, хрен с ними. Пойду сейчас в магический салон, пусть что-то сделают или постригут покороче, если оно реально не смывается… Зря только Андреаса дернули, кстати. Просто как-то даже аж больно на душе, что ли, что я все равно пытаюсь как-то найти с ними общий язык, понять их. Казалось, что даже практически достучалась хотя бы вчера с троллем, а тут это…

— А у них разве первая пара с тобой должна была быть? Вроде же сначала профильные, не? — спросил внезапно парень, бросив на меня серьезный взгляд.

— Да, артефакторика… Да какая разница? Ты меня вообще слушаешь? Дай поныть, выговориться, в конце концов!

— Это ты себя не слышишь. У них должна была быть ар-те-фак-то-ри-ка! Которую, если мне не изменяет память, ведешь совсем не ты! Или ты им заранее сообщила, что зайдешь перед парой? — поинтересовался он с некой долей насмешки и сочувствия.

— Нет, но… Постой. Хочешь сказать, это все рассчитано было не на меня, а на Клизму?! — я аж задохнулась от догадки, дернув себя за изгвазданную жуткой краской прядь волос сильнее, чем собиралась. Скривившись, села, уставившись на парня во все глаза. — Запоздало вспомнила, что когда на меня это все вылилось, вроде как кто-то что-то сказал о Куколке и Клизме. Но я была в настолько шоковом состоянии, что как-то не до анализа случайно услышанных вырванных из контекста фраз.

— Ну наконец-то дошло! Нет, я их не оправдываю, какие-то они совсем уж обезбашенные у тебя. Просто хочу отметить, что конкретно против тебя они ничего не планировали. Просто вот так вот получилось уже. Кстати, им вводятся вообще какие-то санкции за их проделки? Я еще помню ту несчастную орущую женщину-желе…

— Да, если что-то сделали нарочно, декан договаривается об отработках без использования магии, а я как куратор веду с ними беседы, в чем они не правы и почему так делать нельзя было… — тяжело вздохнула, прикидывая, проведет ли сегодня эту беседу сам декан или же это висит снова на мне, просто отсрочено до завтра. И, неожиданно для себя, добавила. — Вообще они неплохие.

— Ну да, ну да… — хмыкнул Саймон скептически. — То-то о них вся академия наслышана.

— Нет, серьезно! У них зачастую случайно получается какая-то хрень. А так, чтоб прям специально, они редко… — завелась мигом. Почему-то стало неприятно от слов друга.

— Ты сама мне давеча рассказывала и про тролля, и про мышь, и про снежки…

— Ой, будто ты ребенком не был! — возмутилась я и осеклась, сообразив, что он просто повторяет мои слова, сказанные меньше часа назад.

Судя по насмешливой улыбке боевика, он тоже это отметил и собирался добавить что-то в том же духе. Но в дверь постучали, и, не дожидаясь ответа, ввалился радостный яркий вихрь, с порога выпаливший:

— Ой, как тут все интересно и стилистические небрежно расставлено! Анд, а ты говорил, здесь бардак жуткий, ступить негде. Вообще-то это называется «рабочая зона творца»!

— И тебе привет, Риэль, — хмыкнул «творец».

Следом за феечкой вошел Андреас. Тут же взглядом метнулся ко мне и, убедившись, что я в истерику впадать не спешу, уже более расслабленно улыбнулся.

— Вот, лучшее решение в данной ситуации, — кивнул он на свою невесту. — По крайней мере, я не знаю никого, кто знал бы о косметической магии больше нее. В частности того, что касается причесок.

— Вау, как неординарно! Какое смелое решение! Какое буйство красок! Какой эпатаж! — выдохнула фея, тем временем, сосредоточив свое внимание на мне. И добавила решительно, сверкая фанатичным огнем в глазах. — Готовься, Санни, сейчас я буду делать красоту!

И в этот момент мне почему-то как-то очень уж страшно стало. Я даже с надеждой взглянула на Саймона, собираясь малодушно переспросить, что он там говорил о форме моего черепа и бритье, но мне даже не дали шанса возразить…

— Ух, какая красота получается, м-м-м… Анд, как думаешь, может, и мне такое себе сделать? — вдохновенно вещала Риэль, выделывая какие-то пассы у меня над головой.

Я сидела смирно на табуреточке, которую Саймон все же откопал откуда-то из-под залежей своей одежды, и лишний раз глубоко вдохнуть боялась. Даже ручки на коленках сложила, терпеливо пережидая восторги феи, щедро вливавшей магию в мои волосы. Периодически она сбивалась на недовольство закрепителем, консистенцией краски, а также сочетанием использованных цветов, отчего мое сердце начинало испуганно биться быстрее. Но в целом девушка выглядела как человек, знающий свое дело и рассчитывающий на определенный результат, что внушало надежду. В конце концов, не может же быть хуже, чем сделали дети? Не может же?!

Правда, судя по притихшим парням, не отрывавшим ошалелых взглядов от нас, не факт, что у нас совпадало понятие красоты. Последней каплей стало, когда краем глаза заметила, что Саймон передал бледному Андреасу фляжку и тот машинально отхлебнул из нее.

Но только я собралась панически вскричать, что не надо мне ничего больше делать и вообще, спасибо, просто подскажите дорогу к ближайшему салону, как легкое покалывание от магических искорок прекратилось, и Риэль отступила на шаг.

— Ну, не прелесть ли? — умиленно захлопала она ресницами, глядя на меня едва ли не с благоговением, и обернулась за поддержкой. — Правда, парни?

Я также устремила на них взгляд, полный надежды. Но последняя поспешила умчаться в неведомые дали, как только я узрела выражение дикой смеси шока и безысходности на лицах Андреаса и Саймона.

— Ну, что скажете? — разрушила я напряженную тишину не менее напряженным голосом.

— М-м-м… ну-у… хм… — выдал Андреас с глубокомысленным видом и попытался улыбнуться. Нет, я всегда рада видеть его улыбку, но не тогда, когда в его глазах при этом плещется откровенная паника!

— Саймон? — сейчас я была готова услышать уже какой угодно сомнительный комплимент из уст боевика, лишь бы он дал мне хоть какое-то понимание происходящего.

— Риэль, а ты уверена, что правильно поняла задачу? — протянул он с сомнением, избегая смотреть на меня.

Боги, да что там может быть?! Зеленый ирокез? Дреды? Змеи вместо волос?!

Резко выдохнув, вскочила со своего места и принялась сплетать заклинание зеркала, больше всего боясь, что увиденное мне там понравится еще меньше, чем когда использовала аналогичное плетение в аудитории моей группы. Последний виток, влить силу и…

— Ну, как тебе? Правда, красоточка? — прощебетала Риэль, когда пауза стала неприлично затягиваться.

Я молчу. Шок потому что. Не дреды. Не змеи. Можно выдыхать… Но пока как-то не очень выдыхается. Это вот точно я? На пробу потянула за одну прядь, приблизив к глазам. Угу, и в заклинании ничего не напутала — картинка совпадала. Осталось проникнуться ею и утрясти в голове, что вот это я. Вернее, вот это все у меня.

— Ри, а ты точно уже закончила? Тебя там ничего не смущает, нет? — следующим не выдержал Андреас. И от того, что эта фраза была сказана сердитым шепотом, легче не стало. Не на такой результат я рассчитывала, если честно. Но, зная Риэль, я все же должна сейчас удивляться или нет?

— Надо было к Лайле все же идти. Или к Адрелии… О, к Мелинде можно! Она точно знает все эти навороченные салоны косметической магии. Сандра, не дрейфь, сейчас что-нибудь придумаем, — заверил меня Саймон преувеличенно жизнерадостным тоном.

— Да тихо вы! Санни? — позвала Риэль уже немного растерянно. — Тебе не нравится? По-моему, чудесно получилось, ярко так, необычно… Краску нельзя было убрать полностью, там закрепитель едва ли не вечный, я просто разделила ее на компоненты и затонировала, чтобы переход был… В салоне бы закрасили сверху другим цветом, и все, но пришлось бы потом приходить раз в месяц обновлять. Не знаю, что именно использовали твои юные гении, но оно пробьется через любое магическое окрашивание. Да и зачем пытаться перебить такие потрясающие краски, раз уж так хорошо впитались в структуру волос?..

Я наконец-то отмерла, отвлекшись от собственного отражения, откуда на меня пялилось разноцветное чудо, мечта радужного единорога. Фиолетовый, синий, зеленый, розовый, оранжевый, розовый… Все эти цвета как-то так вычурно переплетались, переходя из одного в другой, что нельзя было даже увидеть границу того или иного цвета. Я раньше в своем мире такое только на картинках видела, да и то, скорее, был фотошоп. На пробу всколыхнула волосы, которые феечка заботливо завила крупными локонами, словно желая удостовериться, что это в самом деле у меня на голове.

— А вам как? — уточнила, обернувшись к парням.

— А какой правильный ответ? — ляпнул Саймон настороженно, отчего я закатила глаза. М-да, чего от него еще ожидать?

— Мне нравится, но главное, чтобы тебе было комфортно, — ответил Андреас серьезным тоном. — Риэль опиралась на свой вкус, но я склонен с ней согласиться — этот закрепитель ядреный, никак не убрать. Не знаю, что именно там намутили твои подопечные, но цвет из волос не убрать, он полностью проник в структуру. Его либо забивать сверху другим постоянно, либо, как сделала Риэль, максимально разделить по цветовым компонентам.

— В каком смысле «не убрать»? Вообще, что ли? То есть, и отрастать будет так же? — насторожилась я.

— Ага… Можем обратиться на кафедру зельеварения, попросить подобрать подходящий тебе антидот… Может, кто-то даже захочет взять это за основу своей курсовой работы, — протянула Риэль неуверенно, глядя на меня огромными, чуть повлажневшими глазами. — Только не расстраивайся, обязательно что-нибудь придумаем.

— Обойдутся! — все же хмыкнула я, окончательно принимая решение. И, обернувшись к феечке, обняла ее и звонко чмокнула в щеку.

— Супер! Тебе определенно нужно будет как-нибудь открыть свой магический салон. Я в восторге! — выдохнула я, искренне улыбнувшись.

А в следующий миг сжалась от оглушительного счастливого вопля прямо мне на ухо.

— Я же говорила, что красоту ваять буду!

— Так и я говорю: сразу увидел, что шедевр! — тут же нагло заявил Саймон. — Это кошак тут к Риэль пристает, требует переделать. А я сразу был на твоей стороне.

— До или после предложения обрить Сандре волосы? — деловито поинтересовался нэко.

— Кстати, Санни, а ведь действительно, можно выбрить тебе висок и… — тут же подхватила новую идею фея.

— И меня и так все устраивает, — поспешила прервать ее, с опаской подметив вновь загоревшийся фанатичный блеск в ее глазах. — Правда, все отлично. Спасибо тебе. И вам, ребят. Простите, что тут сорвалась, заистерила…

— Да ладно тебе, по сравнению с тем, какие истерики ты закатывала во время учебы по поводу и без, сейчас ты просто образец стойкости. Любой бы психанул на твоем месте, — заверил меня Саймон. — А хвостатому только в радость показать тебе, какой он хороший. Риэль же попрактиковалась… Сандра, скажи им что-то, они как-то недобро на меня смотрят. И вообще, я безумно рад, что все уладили и ты довольна, но у меня еще дела на кафедре. Я так-то слинял оттуда, никому не сообщив.

— Ой, точно. Простите, — я виновато поморщилась. — Андреас, у тебя же важные дела сегодня на твоей кафедре? Тоже наверное надо бежать? Риэль… А ты откуда? У тебя разве не занятия?

Только сейчас сообразила, что если Саймон и Андреас в теории могли отпроситься у себя или даже уйти, но потом выкрутиться, оправдывая свой уход, то Риэль единственная студентка среди нас.

— Анд меня с пары выдернул. Да там все равно скукотища — история нашей империи. Вообще не понимаю, зачем она нам, — легкомысленно хмыкнула феечка. — Ну, да не думаю, что один пропуск на что-то влияет. К тому же, я сейчас вернусь. Идем?

— Ага, идем… Ребят, вы с нами? — кивнула, испытывая муки совести из-за прогула феи, а еще на границе сознания крутилась мысль, что я упустила нечто не то чтобы важное, но… Даже не знаю. Почему-то вдруг тренькнул тревожный звоночек в мозгу, среагировав на что-то, и умолк. Может, так впечатлилась тем, что мои волосы навечно остались разноцветными?

Хм… А ведь чем больше о них думаю, тем больше убеждаюсь, что в самом деле нравится такой поворот. В конце концов, помню еще, как выкрасила волосы в синий, предварительно осветлив их. Отвалила немало денег, а по итогу волосы стали напоминать старую паклю, а насыщенный синий смылся за пару помывок, оставив по себе желтые перепаленные пряди, еще и местами уходящие в зеленцу. Пожалуй, что ни делается, к лучшему. Интересно, как Клизма и Грымза отреагируют на мой новый образ? От одной только мысли об этом на душе стало гораздо теплее.

— Мне сначала нужно найти плащ какой-нибудь — на второй подвиг в виде прогулки в одной рубашке по морозу я не способен… Кошак, ты бы не хотел послужить на благо общества? Кажется, у меня второй плащ был с дырой от кинжала Адрелии, не мог бы ты помочь?

— Всегда мечтал… Ладно, давай свой плащ. Санни, я зайду вечером, как и обещал, — улыбнулся нэко. — Или лучше сейчас?

— Нет, вечером вполне подходит. Тогда мы с Риэль пошли. Спасибо еще раз. Вы самые крутые друзья, о которых только можно мечтать, — подмигнула им, прежде чем покинуть комнату. И еще даже успела услышать, как Саймон возмущенно спрашивает у Андреаса, чего это он там мне обещал уже вечером.

— Тебе правда нравится? Уф! А то я уж распереживалась. Ты всегда такая спокойная, рассудительная, а тут совсем зайка печальная… — щебетала Риэль по пути из общежития. — Саймон, конечно, скажет тоже — ты и вдруг часто истерила раньше. Ну, да что с него взять? Врет как дышит…

— Ага… Нет, тут, кстати, он прав. Я в самом деле была несколько пришибленной в этом плане, ты просто меня тогда не знала, — улыбнулась я и осеклась.

А Саймон откуда знает, какой я была? Ведь судя по его реакции при первой нашей встрече в общежитии и словам, он меня вообще не помнил. Ну так, шапочно знакомы, и только. И какой ему тогда резон врать и притворяться?

Сейчас как узнаю, что он и есть тот самый жених, просватанный мне мамой, ага! И это его хитроумный план, как втереться ко мне в доверие, раз уж избежала помолвки — познакомиться со мной как впервые, а потом постепенно подбивать клинья. Вот только почему-то от этой мысли уже не было так смешно, как в первый раз. А еще зрело четкое понимание, что если я узнаю, что загадочный жених в самом деле все это время был в моем окружении, не выдавая себя и притворяясь моим другом, простить его не смогу. Ни одни отношения, что дружеские, что романтические, не должны строиться на лжи…

Я планировала пройтись с Риэль к академии и дальше спокойно пойти к себе домой, раз уж до конца дня свободна, а меня ожидал мой внезапный питомец. Но как раз мысль о нем напомнила, что неплохо бы сразу взять еды для него из столовой. А конкретно, яблок и морковку, раз уж ему так по вкусу пришлось.

Да и фея особо не торопилась: до конца пары, которую она вынужденно пропустила из-за меня, оставалось минут десять, а там еще и перерыв перед следующей, чего уже бежать?

— Слушай, может, и перекусим заодно, пока не набежала толпа студентов? — предложила она, пока я набирала в выданный лерри Стеллой пакет из зачарованного пергамента вкусности для Доббишрека.

Гномка, увидев меня в новом образе, изумленно икнула, но задавать никаких вопросов не стала. Что не мешало ей смотреть на меня с бездной сочувствия. Да ладно, это вы меня с самого начала не видели… К тому же, пока мы сюда дошли, наткнулись на пару человек в коридорах. Один из них даже одобрительно показал большой палец вверх. Второй, правда, засмотревшись с выражением полного шока на лице, не вписался в поворот и весьма ощутимо приложился о стену. Но я решила приписать это также в копилку одобрительных реакций.

— Да можно, вполне… Надо было позвать Андреаса и Саймона с нами, — поморщилась я, поздно спохватившись.

Раз уж спасали меня, точнее, мою психику и волосы, все вместе, было бы логичным и пообедать вчетвером. Хотя они так резко сорвались из-за моей персоны, опять же, наверное чем быстрее вернутся на свои кафедры, тем лучше. Перерыв ведь в первую очередь для студентов… Перевела взгляд на феечку, набравшую на свой поднос целую гору сладких пироженок, обильно политых приторным кремом, от которого аж скулы сводило.

— У тебя неприятностей не будет из-за меня? Прогулы не поощряются, — осторожно уточнила, чувствуя, как муки совести с каждой минутой лишь усиливаются. Сейчас, когда я уже щеголяла исправленной подругой необычной прической, произошедший инцидент не казался таким уж кошмарным, а моя собственная реакция выглядела совсем уж неадекватной.

— Да не думаю, что преподаватель заметил мое отсутствие. И потом, я просто не могла отказать Анду. Он поймал меня у самой двери в аудиторию уже. Обрисовал проблему, ну я и поспешила сразу к тебе, — пожала Риэль плечами и легкомысленно улыбнулась, добавив на свой поднос еще и яблоко в карамели. — Переживает о тебе, волнуется…

— Не знаю, что бы я без вас делала. Да, хороший он у тебя, надежный, — не смогла не отметить, занимая ближайший столик у окна.

— Ага, он всегда такой был. И ответственный до ужаса. Ну, хорошего такого ужаса. То есть, в хорошем смысле. И заботливый, — подхватила феечка, цапнув первое пирожное, и отправила его в рот с выражением полнейшего блаженства.

Несмотря на то, что я сама не поклонник сладкого, слегка даже позавидовала быстрому метаболизму тонкокостной хрупкой девушки, употребляющей калории в немереном количестве. Впрочем, и Сандру пышкой не назвать даже при очень большом желании, тут тоже повезло с наследственностью.

— Да, таких заботливых, как Андреас — еще поискать. Всегда придет на помощь, — улыбнулась, пытаясь отогнать подальше это зудящее чувство легкой зависти к… ммм… ну пусть будет к тому же метаболизму. Не к чужому жениху же, право слово. Мне бы со своим разобраться, в конце концов.

Риэль же, не обращая внимания на мое немного меланхоличное настроение, продолжала петь дифирамбы своему жениху. Нуу… Я бы на ее месте наверное делала так же. Или нет? Берегла бы свое счастье, ведь, как говорится, оно любит тишину?

Тем не менее, раздражения не было. Так, легкая грусть, может, пробивалась откуда-то, но я и сама была готова подписаться под каждым словом. Понимала, что у каждого есть свои негативные стороны характера и недостатки в целом, но где они прятались в Андреасе — я понятия не имела. Вот у Саймона с этим делом намного проще. Куда ни ткни… мда… Вот как раз этого кобеля никуда тыкать и не хотелось. И я все еще безумно надеюсь, что ко мне и всяким там гипотетическим помолвкам с моим участием он не имеет никакого отношения.

— Как вы познакомились? — спросила я, когда поток комплиментов немного иссяк, а вместе с ними закончились и пироженки на подносе разрумянившейся довольной Риэль, не на шутку увлекшейся разговором.

— Наши родители дружат еще со студенчества. Так что, можно сказать, Андреаса я знала всегда.

— Здорово. Классно наверное дружить с самого детства, а потом однажды… — заметила я отстраненно, но договорить мне не дала пронзительная трель, знаменующая конец пары. Почему-то в столовой она звучала громче, чем в коридорах.

— Да, друг из него великолепный. А парень — еще лучше, — добавила феечка заговорщицки. Но вот это мне слушать уже не хотелось. Пожалуй, проживу и без подробностей.

— И это хорошо. Правда, рада за тебя. Ладно, пойдем, что ли? Тебе на пару, а мне к моему троллю, — прервала ее преувеличенно жизнерадостным тоном.

К тому же, в столовую уже начали просачиваться первые студенты. Пока они, правда, в основном создавали давку в дверях, замирая в ступоре при виде моей шевелюры. Но это первая реакция, дожидаться, пока будут тыкать пальцами и задавать сакраментальный вопрос «как же тебя угораздило?» — не хотелось.

— Угу, пошли. Кстати, как насчет прогулки с Андом? Давно говорю ему позвать тебя, но он все как-то не находит повода предложить… Он столько всяких красивых мест знает, куда только меня тут ни водил… — заметила Риэль, подхватывая поднос с грязными тарелками.

— Думаю, вполне можно собраться компанией. Почему бы и нет? И чего стесняется? — пожала плечами, огибая замершую и вытаращившуюся на меня студентку на пути из столовой.

Да и в коридоре старательно делала вид, что не замечаю, как за нами увязалась тройка первокурсниц, изменившая свой курс направления, как только меня увидели. И теперь суфлерским шепотом они бурно обсуждали мой имидж, не стесняясь махать в мою сторону рукой.

А впрочем, чего это я? Обернувшись к ним, с улыбкой помахала рукой в ответ. Отныне эпатаж — наше все. И даже подмигнула парню, выскочившему из бокового коридора и тут же выронившему стопку книг, что левитировали за ним.

— Да нет, не компанией. Зачем много народу? — нахмурилась Риэль, недовольно зыркнув в сторону последней жертвы моего стиля.

— Втроем?

— Да нет же! Ты и Анд, просто погулять вдвоем… Или он тебе все же совсем не нравится как парень? — выпалила феечка, и настала уже моя очередь замереть, пораженной услышанным, создавая пробку в коридоре.

— Твой жених? — переспросила я ошарашенно.

— Мой… кто? С чего ты взяла вообще, что Андреас мой жених? — на лице феи отразилось неподдельное изумление.

А я поняла, что, в общем-то, теперь вообще ни хрена не понимаю…

Все внутри буквально перевернулось от фразы подруги. Разве она не сказала, что Андреас ее… Нет, я сразу знала, до того, как начала с ней общаться. Кажется, Андреас что-то такое сказал, и вкупе с его поведением, отношением к Риэль… Черт, практически таким же, как и ко мне! Нет, что-то точно было в его словах о помолвке, ну не с потолка же я это взяла, в конце концов? Но только собралась переспросить, что фея имеет в виду, и разобраться во всем окончательно, как нас прервали.

— Студентка Риэль ар’Денте, потрудитесь объяснить, какова причина вашего возмутительного прогула моей лекции? — раздался недовольный ледяной голос откуда-то сбоку, от которого даже мне стало не по себе. Что уж говорить о феечке, у которой, кажется, даже крылышки поблекли, не говоря уж об общей бледности.

Гулко сглотнув, она обернулась и вымученно улыбнулась дрожащими губами возвышавшемуся над нами… нашему ректору. Он ведет у нее пару, которую она пропустила из-за меня?! Да чтоб меня Саймон побрил, какого хрена поддалась на уговоры Анда, когда лекция у Аристарха де Никлуона?

Мужчина же, недовольно помахивая хвостом, впился грозным взглядом в совсем растерявшуюся трясущуюся фею, ожидая ответа.

— П-понимаете, я п-просто… — жалобно проблеяла девушка, судорожно вздохнув.

— Добрый день. Извините, что не предупредили сразу — нам на нашей кафедре понадобилась срочная помощь. Форс-мажор возник, ну вы знаете, у нас случается! Вот я и поймала первую попавшуюся студентку в коридоре, — зачастила я, с ужасом понимая, что, во-первых, как дальше врать и оправдываться — понятия не имею, а во-вторых, судя по скептическому взгляду ректора-демона, мне не особо верят. Следовательно, я делаю только хуже, причем, уже не только Риэль, но и себе. Ууу, да лучше б меня в самом деле Саймон налысо побрил…

— И какая же помощь вам была нужна? Почему мне не сообщили? Какой уже форс-мажор произошел? Судя по тому, что конкретно вы успеваете посещать салоны косметической магии и кардинально менять имидж, дела на кафедре идут весьма и весьма неплохо. И почему лер Оливер со мной не связался? — поинтересовался ректор, скрестив руки на груди, заставив уже меня судорожно сглотнуть.

— Я должен был связаться?

Словно мне мало проблем, нелегкая принесла еще и моего декана! С трудом сдержав душераздирающий стон, так и рвавшийся из моей груди, только и смогла, что бросить на него печально-тоскливый взгляд.

— Сандра, вы еще не пошли в… Или это уже? — продолжил он, оглядев мои волосы, и даже одобрительно хмыкнул. — Весьма неплохо. Так что здесь произошло?

— Аспирантка Сандрина утверждает, что у вас на кафедре произошел некий «форс-мажор», вследствие которого ей пришлось взять в помощницы первокурсницу Риэль ар’Денте, из-за чего она вынуждена была пропустить мою лекцию, — охотно поделился демон, выжидающе уставившись на декана.

Внутри меня все заледенело. Лично мне особо нечего терять, но меньше всего хотелось подставлять Риэль, рискнувшую мне помочь. О ней и говорить нечего, вцепилась мне в руку и повисла в полуобморочном состоянии. И что декану не сиделось на кафедре? Так бы, может, удалось выкрутиться перед ректором, умело чередуя правду с предположениями и недоговорками. Вот сейчас он вывалит, что о Риэль вообще впервые слышит, и все.

— Да, все верно. Ее подопечные стали причиной некого неприятного инцидента. Мне даже пришлось самому провести с ними пару вместо куратора, пока Сандра и лерри устраняли последствия… — подтвердил мои слова лер Родерган невозмутимым тоном, будто это и так всем известно, а его заставляют повторять непреложную истину. И просто добил следующей фразой. — Кстати, что насчет еще одного куратора? Сами понимаете, при следующем форс-мажоре меня может не быть на месте, и не факт, что Сандре удастся наткнуться в коридоре именно на того студента, который сумеет ей помочь справиться.

Лер де Никлуон поморщился, но прежде чем ответить, бросил недовольный взгляд на нас с феей.

— Лерри ар’Денте, надеюсь, вы понимаете, что к следующему занятию у вас должна быть переписана лекция и выполнено домашнее задание? Чудно. Раз форс-мажор улажен — вас никто не задерживает, помнится, в расписании вашей группы еще одна пара.

Риэль, несколько раз быстро кивнув и пискнув что-то одобрительное, бросила на меня извиняющийся взгляд, после чего поспешила ретироваться. И я бы с радостью последовала ее примеру, но лер Родерган вдруг шагнул ко мне ближе, став почти вплотную, отчего я оказалась практически прижата к стене коридора, и перекрыв мне путь к отступлению. Ректор недовольно покосился на меня, явно рассчитывая, что я упетляю вслед за Риэль, но, звыняйте, я бы с радостью, только вот… Раздраженно дернув плечом, мужчина перевел взгляд на моего декана, предпочтя сделать вид, что никакую постороннюю аспирантку тут не распластали по стене, невольно ввязав в разговор высшего руководства.

— Оливер, мы с тобой это уже обсуждали. Я прекрасно понимаю, что аспирантка — не лучший вариант для курирования юных трудновоспитуемых одаренных магов. Как и то, что наша академия не лучший вариант обучения для них же. Всем только на пользу, если Министерство образования признает это и сподобится обустроить отдельное здание для них, возможно, даже с общежитием для иногородних… — выдал он, не скрывая своего недовольства ситуацией.

Я же пораженно застыла, меньше всего ожидая услышать подобное заявление. И лишь нервно икнула, когда следующая фраза прозвучала уже для меня.

— Сандра, вы прекрасно справляетесь со своей задачей, продолжайте в том же духе.

— То есть: молодец, Сандрочка, лажаешь ты на ура — продолжай показывать себя хреновым куратором, и будет тебе счастье, — перевела я едва слышно, когда ректор, сказав свое веское слово, покинул нас.

— Вы сами все слышали, — прокомментировал декан невозмутимо, наконец-то отступив от меня.

— То есть, меня осознанно назначили куратором, чтобы я раз за разом проваливалась?

— Ну, никто же не заставляет вас это делать. Все в ваших руках. И я вам уже говорил, без шуток и двойных смыслов, вы справляетесь намного лучше предыдущих кураторов. Дети вас любят, — добавил он.

— Угу, почти поверила, — тяжело вздохнула я и добавила, помедлив. — Спасибо, что поддержали. Я не врала. Риэль спасла мои волосы, превратив тот ужас в… в это.

И снова издала тяжелый вздох, бросив на мужчину взгляд исподлобья, отмечая краем глаза, как все, кто проходит мимо нас, на несколько секунд спотыкаются, узрев мою неземную красоту.

— Очень необычно и ярко. Впрочем, яркой девушке — яркий стиль, — выдал декан внезапно, заставив меня поперхнуться воздухом от неожиданности. — Я вам верю, потому и поддержал. Но в дальнейшем лучше все же связаться со мной заранее, я ведь мог пойти другим коридором.

— И что будет, если свяжусь? Прикроете меня? — хмыкнула недоверчиво.

— Разумеется. Я ваш декан и ваш научный руководитель. Отойдем на пару минут? Говорить в коридоре все же не очень удобно, — ответил он невозмутимо, кивнув на дверь ближайшей аудитории.

Пожав плечами, последовала за ним, раз уж ему так приспичило поболтать. На кафедру я бы сейчас точно отказалась идти, раз уж меня отпустили, а вот рядышком, да и на пару минут, как пообещал…

ГЛАВА 3

В аудитории было пусто. Впрочем, странно, наверное ожидать, что декан сцапал меня с целью поприсутствовать на чьей-то лекции. Кивнув мне на ближайшую парту, сам же и уселся за нее. Эм… Не поняла. Предполагается, что я буду сидеть рядом с ним, вдвоем? Да что вы, право, я смущаюсь.

И с независимым видом небрежным жестом взялась за спинку стула, стоявшего рядом с ним, и потянула к себе, намереваясь поставить его по другую сторону парты. Раздавшийся пронзительный скрежет от стула-предателя заставил меня быстро передумать. И я просто облокотилась на спинку, делая вид, что все так и задумано. Оценивающий взгляд декана, в котором заплескались смешинки, предпочла проигнорировать.

— Итак. Академии наш факультет не нужен, — констатировала я, первой начав разговор.

— Суть вы уловили. Мешать, разумеется, никто не будет. Но и если провалимся — никто не расстроится. Я отправил еще одну заявку в Министерство, сделав акцент на том, что куратора нет вообще. Пообещали кого-то прислать.

— О, — только и смогла выдавить я. — Чудесная новость… Вы за этим меня сюда позвали?

Честно говоря, до последнего не верилось, что это не шутка, особенно после отповеди ректора. А тут выясняется, что сменщик у меня все же будет? Какое счастье! Теперь, по крайней мере, я буду спокойна, что с ними занимается кто-то компетентный, а не я.

Дверь аудитории внезапно отворилась, и в нее ввалилось несколько студентов, тут же удивленно замерших у двери.

— Аэ… у нас тут пара сейчас… — промямлил тщедушный эльф, по воле случая оказавшийся впереди всех. Я обернулась к декану, собираясь предложить ему, в таком случае, прогуляться до кафедры и там уже поговорить, раз так приспичило, но он поступил иначе.

— Насколько знаю, конкретно сейчас у вас перерыв, вот когда начнется пара, тогда и придете, — отрезал он ледяным тоном.

Студенты, что-то невнятно пискнув, поспешили ретироваться. Я же слегка поморщилась.

— В бытности студенткой больше всего ненавидела такие моменты. Да и в школе тоже: «звонок для учителя», «вы что, звонка не слышите, сдаем уже контрольные», «вы должны приходить за пять минут до урока», «чего ломитесь, еще не урок»… — пробормотала себе под нос, особо ни к кому не обращаясь.

— Считаете, я поступил неправильно? — тут же отреагировал декан, откинувшись на своем стуле. Я хотела было отмахнуться, не развивая эту мысль, но на лице мужчины были написаны искреннее недоумение и легкая растерянность.

— Я считаю, что такой ответ несправедлив. В любом случае, можно было как-то ответить мягче или банально попросить подождать за дверью, пока идет важный разговор. Почему-то учителя всегда считают, что ученики значительно ниже их, и многие прям аж как-то упиваются этой дурацкой властью, а потом удивляются, почему их не любят, — вздохнула я, вспомнив почему-то свою школу.

Устав стоять, все же еще немного отодвинула стул и села на него. Теперь сидела хоть и не напротив декана, но и не совсем рядышком. Шелестящий пакет с вкусняшками для Доббишрека, который до этого держала в руках, аккуратно примостила на край стола, поправив торчавшую оттуда морковку совсем уж исполинских размеров. Такой и убить можно при желании. Но, думаю, троллика она порадует. Интересно, успел он там уже соскучиться по мне или еще нет? Или и вовсе забыл, что бегала тут какая-то ненормальная, на руках его таскала…

— Знаете, мне кажется, именно это ваше качество и делает вас идеальной кандидатурой на должность куратора. У вас есть не только желание научить детей чему-то, но и некий взгляд изнутри: не боитесь показаться странной или некомпетентной, в каких-то случаях глядя на ситуацию со стороны учащихся… — протянул он задумчиво, заставив меня удивленно икнуть. Но прежде чем я добавила что-то в духе того, что мне незачем казаться странной и некомпетентной — это уже часть моего амплуа — декан продолжил. — Я хотел перед вами еще раз извиниться за то, что произошло утром.

— Вы о краске? Да бросьте, не вы же поливали меня ею, — отмахнулась я, поморщившись. Ситуация в любом случае не из приятных, а ведь обсудить ее придется еще не раз… Но ведь необязательно это делать вот прямо сейчас? Или обязательно?

С тоской покосилась на покрытое изморозью окно. Сейчас бы идти по хрустящему снежку домой, вдыхая свежий морозный воздух и предвкушая горячий чаёк с печеньками, а не вот это вот все…

— Всю следующую неделю они после занятий будут всей компанией отчищать лаборатории зельеваров после практикумов и оказывать помощь в оранжерее, так что не волнуйтесь — их проступок не сойдет им с рук, — отчеканил, тем временем, лер Родерган стальным тоном. Даже я невольно поежилась. Теперь вот точно верю, что он в военной школе раньше работал. Тем удивительнее был переход к почти ласковому. — Я понимаю, насколько вам тяжело. Вряд ли вы когда-либо думали, что судьба вас заставит вести занятия у детей.

На этой фразе я едва сдержалась, чтобы наглым образом не заржать. Меня оправдывало лишь то, что смех при таком раскладе был бы больше истерическим. Не думала… Да мне едва не с детства вдалбливали: вот вырастешь, Шурочка, будешь учительницей, как бабушка или мама. И Шурочка смотрела на седую бабулю в сорок лет и маму, с восторгом рассказывающую, что еще сегодня учудили у нее дети на уроке, и понимала, что, во-первых, хрен вам, а не Шурочка — Сашка я и есть, а во-вторых, да за что ж вы так со мной? Не хочу я ходить в школу всю жизнь… Заодно перед глазами проплыли каскадом воспоминания о моем опыте репетиторства… Ага, ваще ни разу не думала, что буду работать с детьми, пока не попала в аспирантуру сюда.

— Вы со мной согласны? — закончил свою речь декан.

А? С чем? Что мне уже тут навешать успели? Еще одну экспериментальную группу? Две? Частные индивидуальные занятия с детьми других академий?!

— М-м-м… Сложно сказать… В чем-то я, может, и согласна, но вот так сразу определиться… — протянула я, искренне надеясь, что мне сейчас дадут подсказку, чего же от меня хотят.

— Да, действительно. Я не вправе требовать от вас невозможного. Ну что же. Я обзвоню сегодня родителей детей, завтра-послезавтра устроим собрание, где вы выскажетесь как пострадавшее лицо…

И что мне предлагали? Или ничего конкретного, просто рассуждения, что надо быть сильнее? Ну так не в первый раз, как бы… А вообще, вот речи он говорит правильные, я и сама уже думала не раз, что вызвать бы родителей в школу, то бишь, академию, и уж тогда посмотрим, кто кого… Но, черт возьми, нечестно ж это как-то! То есть, да, они накосячили серьезно, ну так они и отработают за свою провинность — оранжерея, там, лаборатории…

Ну и я все равно же с ними поговорю, не совсем же они отбитые, должны понимать, что творят… Правда, подобные разговоры уже велись. Может, это в самом деле уже необходимо. И вовсе я не ябедничаю, это нормальный педагогический процесс…

— Давайте обойдемся без собраний? — выпалила совсем не то, о чем думала. И, отметив удивленное выражение лица мужчины, поспешила добавить. — Вы же сказали, что куратора пришлют — вот он пусть и проводит собрание. Знакомится с родителями, все как полагается, чего их дергать каждый раз? И вообще, мы должны сами тут справляться с ними, а раз не справляемся — чья это проблема? Я понятно, какой из меня куратор, ну серьезно? Я бы, может, себя тоже не слушалась и косячила. А вот если уже при нормальном кураторе что-то будет — то тогда…

— Зря вы так о себе. Вам всего лишь не хватает опыта, да и то, с каждой неделей вы все увереннее… — протянул лер Родерган задумчиво.

— Ага, особенно сегодня я так уверенно рыдала над погубленными волосами — любо-дорого посмотреть! — фыркнула, но поймав мигом посерьезневший взгляд декана, отмахнулась. — Успокоилась уже, не смотрите так. Лучше расскажите, как у вас прошло занятие с ними? Разобрали тему? И что насчет некроманта?

Лер Родерган некоторое время молчал, задумчиво барабаня пальцами по парте, и не сводил с меня внимательного взгляда. Так и хотелось оглядеть себя — что там уже со мной не так? Ну, кроме волос.

— Первую половину урока мы занимались выяснением, кто виновен в случившемся. Признали вину все. Хотя при этом и пытались доказывать, что это сделал кто-то один, выгораживая одноклассников. Может, вам потом скажут больше. По поводу наказания тоже спорить никто не стал, что прямо удивительно. Помнится, прошлые разы, когда приходилось отвечать за свои шалости, было море возмущения… В остальном же все прошло спокойно, вопросов не возникло. По крайней мере, о теме занятия. Все порывались спросить, что с вами, где вы, вернетесь ли. Но я четко придерживаюсь правила: на занятии обсуждается лишь тема занятия и больше ничего. Так что после моих объяснений, как следует выполнять задание, все сидели тихо и строчили в своих тетрадях. До практики не дошли, — отчитался мужчина, наконец решив, что достаточно долго молчал. Или это он просто собирался с мыслями?

— А что насчет некроманта? Кто из них? — поспешила уточнить, решив обдумать слова декана попозже.

— Никто.

— Лерри Стелла ошиблась? Да ладно!

— Не ошиблась. У нас не некромант, у нас поразительно умный и изобретательный артефактор. Он изобрел артефакт, который позволяет аккумулировать энергию выпущенных заклинаний той или иной направленности, — хмыкнул лер Родерган, чуть улыбнувшись.

Я сама едва удержалась от восхищенного присвистывания. С одной стороны: ну засранец же! И косяк весьма серьезный. А с другой: ну гениально же! И хрен пойми — что теперь с этим делать: наказать и похвалить? А что за чем? Одновременно?

— А где он взял эту энергию некромантскую? — пробормотала, насторожившись. Фантазия тут же нарисовала картины того, как юный гений прокрался на боевой полигон выпускной группы некромантов, где его могли сожрать недоупокоенные зомбяки или порвать твари типа Малышки Адрелии!

— В компании своих друзей раздразнил первокурсников некромантов на перемене, забросав их снежками. Те отбивались чем могли, но из-за сильных эмоций не контролировали полностью свой дар, вот эманации и прорывались наружу, — вздохнул декан и тут же пожаловался. — Честно говоря, понятия не имею, что с ним делать. Сказал ему завтра зайти ко мне, тогда назначу наказание. Может, пусть отправляется чистить останки упокоенной нежити после практикумов некромантов…

— Ну, знаете ли, он еще ребенок! — возмутилась, представив, как светловолосый улыбчивый и такой тихий обычно мальчишка ковыряется в чьих-то протухших мозгах.

— Ну вот как куратор тогда и разберитесь, — тут же отреагировал он. Вот зараза! Подловил-таки! Не удивлюсь, если фраза об уборке останков и была сказана для того, чтобы спровоцировать меня. Раньше я все же избегала того, чтобы назначать кому-то из моих расшалившихся детей наказание, спихивая это на декана.

— Как скажете, лер Родерган, — процедила, скривившись. А так хорошо говорили же! Вот только злобным тираном-палачом я себя еще не чувствовала!

— Оливер.

— Что?

— Имя у меня такое. Оливер. Слышал, вы с лером Натиандриэлем перешли на сокращенную версию его имени, почему бы и меня не называть по имени, как другие мои аспиранты?

Я лишь пожала плечами на это. Мне как-то без разницы. Слышал он, как же! Значит, вовремя прийти на пару, поймав на себя цветную краску, Клизма не успела, а вот растрепать всем вокруг, что видела и слышала на пороге моего дома — так это пожалуйста!

— Это у вас что? Любите перекусить дома? — тем временем, декан указал на пакет с едой. И вот все ему интересно!

— Для моего нового питомца.

— Вы себе завели к… — начал он и поперхнулся на полуслове, уставившись на меня так, будто я тут у него на глазах только что жабу съела. Даже приподнялся, упершись костяшками кулаков в стол. Грозный какой! — Так, только не говорите, что вы сейчас о вчерашнем тролле?

— А о ком еще? Со вчерашнего дня мне больше никого подбросить не успели! Сами сказали, что он моя забота, — я спокойно выдержала его взгляд, скрестив руки на груди.

— Сандра, я думал, вы его сдали на кафедру боевиков и…

— И что? Пошла поминать невинно загубленную тролью душу?!

И все же спокойной я оставалась недолго, тоже встав со своего места. Больше всего сейчас хотелось схватить ту самую огромную морковку и треснуть ею кому-то по кумполу! Тоже мне, живодера тут нашли.

Кто знает, может, я так и сделала бы, но раздавшаяся оглушительная трель звонка заставила отвлечься. И почти сразу после нее в дверь робко поскреблись, а в приоткрытую щель заглянула все та же светловолосая ушастая голова.

— А уже время пары, вроде как…

— Преподаватель ваш пришел? Нет. Ждите, — тут же отреагировал декан.

— Мы уже заканчиваем. Минутку подождите, пожалуйста, уже уходим, — добавила я гораздо мягче и ободрительно подмигнула пареньку. Тот тут же заулыбался и, понятливо кивнув, исчез. Я же перевела укоризненный взгляд на декана. И, удивительное дело, он даже немного смутился.

— Я надеюсь, вы соблюдаете технику безопасности? — уточнил он уже спокойно.

— Спасибо, мне лер Натан все рассказал и помог, — выдала, упрямо стиснув губы.

— Ну раз лер Натан… — протянул он с едва заметной ехидцей. Или это я уже себя накручиваю. — Что ж, не буду вас задерживать. Я бы выдал вам еще выходной на завтра, но, к сожалению, на время занятия уже меня вызывают в Министерство. Как вариант, можно просто отменить пару, потом куда-то поставим ее дополнительной и…

— Да ладно уж, я в порядке. Проведу и разберусь со всем… А в Министерство зачем? Что-то случилось?

— Я разберусь, — усмехнулся он, не дав четкого ответа. Ну, и ладно, не очень-то и хотелось. И, подхватив пакет со жратвой для моего зеленого прожорливого питомца, покинула аудиторию.

Я только-только покинула двор академии, как услышала какие-то дикие вопли, визги и целую бурю возмущения, которые доносились со стороны преподавательского городка. Наверное, будет глупо надеяться, что это просто Клизма там разоряется, сцепившись с… ммм… да хоть бы с Натиандриэлем и сцепилась, в конце концов! Ну а чего она только на меня наезжает? Вот и стоят, небось, возле его дома, потому мне и кажется, что звук исходит аккурат от моего крайнего домика… Ладно, даже у меня в голове это звучало неубедительно.

Логика подсказывала, что нужно ускориться, как можно быстрее прибежать туда, разобраться в ситуации, спасти кого еще можно. Но чем ближе были ворота на закрытую для студентов территорию, тем короче становился мой шаг, тем больше хотелось полюбоваться заснеженными деревьями на аллее, тем медленнее я двигалась в принципе. Думать о том, что же стало причиной этой вакханалии, и вовсе желания не было никакого.

Но сколько ни тяни, если движешься по прямой траектории, рано или поздно ты дойдешь до цели. И вот уже мне слышен возмущенный крик… привратника? А он тут при чем?

Нет, хоть я и старалась не думать и не представлять, что там могло случиться, но моя фантазия все равно нарисовала картины того, как Доббишрек, аки Рембо, преодолевает препятствие в виде живой изгороди, выращенной эльфом, раскрашивает себе морду остатками морковки, выбивает моим сапогом окно, выпрыгивает в героическом кувырке — и айда крушить все дома на единственной улочке преподавательского городка. И как сюда вписывался привратник?

Или он пытался остановить его бесчинства? А может, мой троллик и вовсе решил сначала одолеть местную стражу и только потом творить свои темные дела?

Как бы там ни было, а под такие мысли я уже практически пришла. Судорожно вздохнув, осторожно заглянула в проем ворот и оторопело замерла, узрев представшую перед моими глазами картину.

На моем крыльце торчат мои замерзшие и нахохлившиеся дети в урезанном составе и держат оборону от привратника, отказываясь покидать место своего гнездования. Я успела заметить негласного лидера группы, боевика Тайрина, стихийника Винсента, целительниц Надин и Магдален и зельеваров Марселя и Дэниела. Мне аж страшно, что они в такой разномастной компании забыли. Причем вякают все одновременно, вычленить что-то одно невозможно, а от демона-привратника уже едва ли пар не идет от возмущения и попыток доказать, что нефиг тут всяким бродить по преподавательской территории.

— Лер Стэльнар, что здесь происходит? — поспешила вмешаться я, отметив, как у Винсента опасно заледенели глаза, а ветер немного усилился. Вот только нервничающего стихийника, не всегда контролирующего свой дар на эмоциях, нам и не хватало!

— Нарушители! — только и сумел зло рявкнуть демон, напомнив мне почему-то Филча из «Гарри Поттера». А с виду вполне адекватный мужчина был… Хотя история умалчивает, каким сам Филч был до того, как на свою беду решил веки-вечные работать в Хогвартсе.

— Простите, они пришли ко мне, — добавила быстро, пока демон не рявкнул что-то еще, а мои мысли не снесло совсем уж в другую степь.

— Правилами запрещено водить к себе группы студентов! — отбрил вредный привратник.

Правда, что ли? А как же ко мне приходят Саймон, Андреас и Лайла? А, они ж аспиранты. Наверное им можно. Риэль разок забегала, но ту, скорее, контрабандой, выходит, провели… Обдумывая это, я озадаченно поправила сбившуюся шапку, отчего она вероломно и вовсе упала в сугроб.

Дети, громко сопевшие и виновато захлюпавшие носами, когда я заговорила, пораженно ахнули, уставившись на меня. Лер Стэльнар и вовсе выругался, за что удостоился моего укоризненного взгляда. Ну не при малявках же! Ветер весело затрепал мои освободившиеся яркие пряди волос, мигом напомнив о причинах подобной реакции. И, тем не менее, это помогло мне принять решение.

— А это не группа студентов, и вообще, в свое свободное время я вправе водить к себе кого угодно, — парировала и, скупо улыбнувшись, подошла к ученикам, стыдливо опустившим взгляды. — Так что простите за беспокойство, но причин для скандалов здесь нет. Хорошего вам дня.

Так-то имела в виду, что это не вся группа, да и не студенты они, хоть уже и не школьники, но привратник понял по-своему.

— Ваши дети, что ли? — усомнился он, не скрывая ехидцы.

На что я лишь тяжело вздохнула, покосившись на нарушителей спокойствия.

— Мои, чьи ж еще… — пробормотала, еще раз кивнув леру Стэльнару, и ступила на свое крыльцо. Уже стоя на пороге, добавила, обращаясь к притихшей малышне, не решившейся ничего сказать, но захлюпавшей носами активнее. — И чего стоим, быстро в дом… Винсент, ни за что не поверю, что не мог вокруг той же Надин подогреть воздух — смотри, едва в сугроб не падает от холода уже. Давайте-давайте, быстро!

Дети, как мышата, мигом позаскакивали в теплое нутро моего дома, отчего в нем стало необычайно тесно. Вроде не так уж и много их, да и мелкие все, Тайрин, как самый старший, и тот на полголовы ниже меня, да и худощавые все, а все же семь человек есть семь человек.

— Снимайте верхнюю одежду, разувайтесь, сейчас чай сделаю, и будем тогда уж говорить и разбираться, за каким хр… м-м-м… зачем вы ко мне пожаловали, — скомандовала, быстро избавившись от своего пальто и обуви.

— Да мы только сказать хотели… — пробормотал Тайрин непривычно неуверенно. А вот Надин, волей случая оказавшаяся ко мне ближе всех, и вовсе внезапно вдруг разрыдалась и уткнулась в меня носом. То ли места было совсем мало, то ли это была попытка обнять. Но на всякий случай я как-то извернулась и осторожно похлопала её по плечу, перепуганно уставившись на остальных учеников. Как успокаивать детей — я не знала. Со времен Маши, вылезавшей во время урока в окно, у меня никто не рыдал. И то, тогда у меня было лишь одно желание: зарыдать с ней в унисон.

Но мой взгляд сработал как-то совсем не так, как надо. Следом раздались всхлипы от мелкого Марселя, их подхватила Магдален, у Винсента тоже как-то подозрительно заблестели и покраснели глаза… Да что происходит-то?! Невольно закралась мысль, полная возмущения: кто уже посмел тронуть моих учеников?! Покажите мне эту скотину! Да я ее сейчас сама, своими же руками…

— Не отказывайтесь от нас… — провыла Магдален, зарыдав в полный голос.

— Мы не хотели на вас это… — прогундосил Марсель.

А, вон оно что… Эм… Да я понятия не имею, как слезоразлив остановить и успокоить этих мелких вредителей! Я и со своими-то истериками справляюсь через раз. Еще и Тайрин решил добить.

— Это я виноват. Давайте переведусь в другую школу или на домашнее обучение, а вы останетесь с остальными, — заявил он решительно, а в глазах так и светится неуверенность, едва ли не отчаяние, густо перемешанные с виной.

— И среди домашних учителей и преподавателей школы, в которую ты пойдешь, вдруг резко возрастет количество седых и заикающихся, ага. Мечтаю просто… — пробормотала еле слышно, осторожно стащив с головы Надин смешную шапку с ярко-желтым помпоном и ласково погладив ее по светлым волосам. — Так, пока я никуда не делась, и вы, в общем-то, тоже, давайте как-то успокаивайтесь. Раздевайтесь, проходите в гостиную, там ванная рядом, умойтесь. Магдален, ты за старшую, проконтролируй. Тайрин, ты давай со мной, айда на кухню, чай готовить на всех.

Дети удивленно захлопали глазами, но спорить никто не стал. Тут же зашебуршали, раздеваясь и пихаясь локтями. Надин наконец-то отпустила меня и, громко шмыгнув носом, уставилась глазами, полными надежды.

— Да не деваюсь я никуда, будто у меня выбор есть, — призналась честно и, подмигнув малышке, ткнула ей в руки ее же шапку.

Выцепив взглядом уже успевшего раздеться Тайрина, махнула ему рукой, чтобы следовал за мной. И тут же вспомнила о еще одном своем подопечном, которому требуется не меньше внимания и воспитания. Так что прежде чем идти в кухню, с некоторой опаской заглянула в гостиную, опасаясь увидеть разгром. Но все было так же, как и до моего ухода. А тролль и вовсе мирно дрых, закопавшись в свои одеяла. Ага, вот и отлично.

Обернувшись, столкнулась взглядом с круглыми от изумления глазами Тайрина. Дэниел и Магдален тоже уже осторожно как раз прошли в комнату и замерли, увидев отгороженный уголок.

— Тролля не будить, не трогать, магией не пытаться воздействовать, но можно осторожно посмотреть, — сказала свое веское слово и все же увлекла главаря моей мелкой банды на кухню.

Набрать в чайник воды — дело двух минут, а вот с тем, чтобы найти семь чашек… Вернее, восемь — я ведь тоже буду с малышней чаевничать. У меня и в лучшие времена не было столько. Да и откуда бы, если я живу одна?

Ну, допустим, четыре чашки у меня были, пусть и разного размера и расцветки. Пятая — большая, пузатая, из которой удобно пить чай из мяты, грея ладошки о теплые глиняные бока, тоже нашлась довольно быстро. Еще три. Хм…

— Лерри Сандра, это в самом деле моя вина… — начал внезапно Тайрин, топтавшийся у двери, отчего я едва не выронила с трудом найденную пятую чашку.

— А остальные пришли ее засвидетельствовать? — хмыкнула насмешливо, стрельнув в его сторону взглядом.

И тут же с невнятным возгласом полезла в верхний шкаф, вспомнив, что там была еще одна чашка. Я ее уронила пару недель назад, отчего откололась ручка. Выбросить сразу было жалко. А потом пришел Андреас и прилепил все обратно, будто так и было. Я как-то поставила ее на верхнюю полку, да так и забыла. Так, еще две.

— Я им говорил, чтобы не шли, я сам скажу все, что нужно! — тут же завелся мальчик. Что не мешало ему с любопытством украдкой смотреть по сторонам.

— И что же нужно? — не удержалась, но, оценив совсем растерянный вид ученика, смягчилась. Вместо этого, как ни в чем не бывало, ткнула ему в руки мою добычу из столовой. — Разбери пока пакет. На морковку не покушайся, это для Доббишрека. Найди там сухофрукты и сушки — к чаю самое оно, вот в эту вазочку пересыпь, ага?

И, подмигнув ему, временно оставила поиск чашек на потом, достав уже из другого шкафчика пахучую смесь трав, которую обожала заваривать и пить вместо чая. А если еще добавить цедру апельсина, ммм…

Между тем, не забывала прислушиваться к шебуршанию в гостиной. Конечно, все до мельчайшего шороха не слышно, но доносившихся звуков хватило, чтобы примерно представить обстановку там. Часть детей топталась в ванной, а часть вполголоса переговаривалась в комнате. Меня немного напрягало осознание того, сколько мелких вредителей на моей практически родной уже жилплощади, но вряд ли они в самом деле умудрятся сейчас чего-то страшного натворить. Ничего не взрывалось, не визжало, не дрожало, тролль тоже не паниковал, продолжая спать — уже хорошо. А с остальным разберемся.

— Лерри Сандра, я все, — отозвался Тайрин спустя пару минут, отложив шелестящий пакет с остатками вкусняшек тролля. Если уж на то пошло, сухофрукты и сушки тоже предназначались ему, но харя треснет, и вообще, надо делиться.

— Умничка. Отнеси пока в гостиную. Чай сейчас уже будет готов, тоже прихвати кого-то в помощь, и помогите мне отнести все туда, ага? — улыбнулась ему по-доброму, в какой-то миг осознав, что в самом деле не то что зла не держу на этих кишкомотов, но и обиды как таковой уже нет. Так, легкое желание настучать некоторым из них по шапке, но, скорее, любя.

— Ага… Мы не хотели, чтобы задело именно вас, правда! — выпалил он снова, неожиданно громко, со свойственным детям отчаянным желанием донести, что говорит правду.

— Мы? Так все-таки не ты один? — не смогла не отметить. — Вся группа поучаствовала?

И тут же едва удержалась, чтобы не хлопнуть себя по лбу, вспомнив о еще двух неучтенных чашках, подаренных мне Риэль на новоселье. Они скорее декоративные, маленькие, усыпанные блестками, перышками, какими-то разноцветными камешками и разрисованными сердечками. Вот Надин с Марселем, как самые мелкие среди собравшихся, и будут пить чай из них.

— Нет, остальная группа совсем не виновата!

— А тут у меня, так понимаю, собрались те, кто «не совсем»? — подмигнула ему, улыбнувшись, и выключила засвистевший чайник.

— Нет, мы… В любом случае, это была моя идея, — пробормотал он совсем тихо, на грани слышимости.

Вздохнув, обернулась к нему, оставив на время в покое заварник, куда уже начала наливать кипяток. Покрасневший и какой-то даже осунувшийся эльфик всем своим видом выражал раскаяние. Кажется, в глазах храброго одиннадцатилетки, помимо решительности стоять на своем и признаться до конца, даже заметила блеснувшие слезы. Плюнув на все условности, подошла к нему и, на миг прижав его к себе, быстро чмокнула в белобрысую макушку.

— Я знаю, солнышко. Ты же предводитель банды, — произнесла то, что думала, и, не давая мальчишке опомниться, легонько щелкнула его ноготками по остроконечному уху, выглядывавшему из шевелюры, после чего добавила беззлобно. — Выкрасить бы тебя тоже в какой-то дикий цвет за такие идеи. Но шиш тебе, будете теперь мной такой разноцветной любоваться и завидовать.

— Вы не сердитесь? — переспросил он недоверчиво.

— Я? Да я в ярости. Вазочку взял? Чашку еще вот возьми, я все не унесу.

— Не похоже, что вы в ярости, — отозвались бесхитростно от двери.

— Надин! Брысь обратно, тебе что сказали?! — тут же сердито зашипел Тайрин на любопытную малявку, притаившуюся в коридоре и нагло подслушивающую.

— А я тоже хочу помочь! — завелась она пискляво, после чего бросила на меня осторожный взгляд и добавила, тоскливо вздохнув. — И извиниться…

— Зайки, а давайте, пока вы мне тут не устроили паломничество на кухню, мы отнесем чай в гостиную, сядем все вместе и спокойно поговорим, кто чего хотел, чего не хотел и какие надо сделать выводы по случившемуся. Ладушки? — прервала я малышку, у которой вновь увлажнились глаза. Так мы и до ночи ни с чем не разберемся.

Оказавшись в гостиной, я внезапно осознала, что проблема не только в чашках, но и в наличии посадочных мест. У меня имелся лишь небольшой диванчик и два кресла. Но пока я размышляла, дети сами прекрасно разобрались: восьмилетние Марсель с Надин, как самые мелкие, вдвоем прекрасно уместились в одном кресле. Еще четверо каким-то чудом втиснулись на диване, на котором обычно с трудом помещался кто-то из орков и Саймон. Впрочем, на одного Дрейка и приходится примерно два с половиной ученика. Винсент наколдовал себе довольно сносную воздушную подушку, в которую уселся с довольным видом, и мне осталось второе кресло. Хм. Неплохо.

— Итак, начнем с самого начала. О причине, побудившей вас прийти ко мне, предположим, я догадываюсь, — хмыкнула, красноречиво дернув себя за разноцветную прядь волос, вызвав слаженный горестный вздох детей и почему-то усилившийся храп тролля. Невольно бросила взгляд в сторону вольера, но мой новоприобретенный питомец лишь почавкал во сне и продолжил спокойно дрыхнуть, сладко вытянувшись под одеялом. Посему я продолжила. — Почему толпой-то? И почему не дождаться нашего следующего занятия? Завтра бы и поговорили…

— А вдруг вы бы не пришли больше?

— Сегодня же не было, мы ждали, хотели извиниться…

— Не отказывайтесь от нас!..

— Да, можете даже кричать, как другие, но все равно лучше вы, чем кто другой!..

— Мы не хотим другого куратора!

Завопили они наперебой, забыв о необходимости соблюдать тишину. Неудивительно, что тролль проснулся, хрюкнув спросонья, и завопил не менее громко. Ну хоть перебил этот галдеж.

— Ой, а чего это он? — пробормотал удивленно Марсель.

— Потому что ты орешь! И пихаешься, — сердитым шепотом тут же отреагировала Надин, воинственно ткнув его острым локотком под ребра, вынудив вскрикнуть.

— Так, не драться! Разбудили мне моего домочадца… — проворчала и уже привычным жестом наколдовала иллюзий бабочек. Заодно взяла горсть сухофруктов и положила тарелочку в «вольер». Доббишрек заинтересованно повертел головой, смешно хрюкнув, едва слышно заворчал в сторону детей, как по команде заглянувших за живую изгородь, и потянул к себе курагу. Надо бы его после ухода моих учеников нормально покормить, поговорить с ним, что ли, чтоб не скучал, может, еще какие развлечения для него придумать…

— А он совсем ваш теперь, да?

— Вообще, когда так сидит, то даже хорошенький такой, а что он кушает? — заинтересовалась Магдален, едва не полностью повиснув на живой изгороди.

— Видимо, совсем мой, кушает все, что даю… Кстати, никто не хочет покаяться, где его взяли?

Я особо не рассчитывала на ответ и тем больше была удивлена, получив его.

— Да в сугробе нашли, по пути на занятие, — бесхитростно выдал Дэниел. — Совсем окоченел, бедный. Винсент его отогрел. А откуда он там взялся — понятия не имеем.

— Да, мы его уже такого нашли, — вразнобой подтвердила остальная компашка.

— Вы все вместе были, что ли?

Как-то я упустила из виду, что, оказывается, зачинщики у меня конкретная семерка, а не вся группа… Хотя, стоп! Артефактор не из их банды, а проказничает не меньше. Да и вокруг него тоже, в основном, крутится гномочка Лесли, дриад Заррен и… Ладно, не о том думаю. Компашек у меня в группе хватает, ага.

— Меня не было и Марселя, — отозвалась Магдален. — Я опоздала немного, а Марселя мама в тот день отвела раньше, они куда-то ездили перед выходными.

— К бабушке в пригород, ага, — поддакнул мелкий эльфик, отхлебнув чай из своей гламурной яркой чашки, и с хрустом откусил сушку, просыпав крошки на колени.

— В одном районе просто живем, удобно ходить в академию вместе и обратно, не дожидаясь, пока заберут родители, — охотно пояснил Тайрин в ответ на мой недоуменный взгляд.

Заодно стало понятно, почему сейчас они спокойно торчат у меня, а не идут домой с родителями. Если, допустим, одиннадцатилетний Тайрин или двенадцатилетняя Магдален могли вполне спокойно сами ходить, то от восьмилеток и девятилеток такого ожидать не приходилось. Все же столица на то и столица, что опасностей вокруг хватает, народу на улицах немало, да и транспорт ходит исправно. Мало ли что с малявками может случиться по дороге домой, если идти в одиночку.

— Ладно… И где нашли? — живо заинтересовалась я. Чем больше сейчас узнавала о Доббишреке, тем больше странностей обнаруживалось. — И почему в костюме феечки? Это же мальчик…

— А, это мы его одели! — выдал Винсент. — Ему просто было холодно же, наверное. Вот и в академию притащили, некуда было девать.

— Мы и с ним ничего такого не хотели, играли так… — добавил Тайрин, чуть смутившись под моим осуждающим взглядом. Догадываюсь я, кто был инициатором этой «игры». Тоже мне, веселун нашелся…

— Угу. Что-то он не выглядел особо радостным от таких игр. Но да ладно, это мы уже со всеми вами обсуждали. Так почему костюм феечки?

— У Надин с собой был.

— Мама по ошибке пихнула мне в сумку костюм Саманты, у нее репетиция утренника должна была быть…

Я аж похолодела. То есть, те тряпки должны были быть на маленьком ребенке? Мне их еще отдавать придется и отчитываться, почему они были на тролле, ведь тролль, по сути, мой?!

— Я маме сказала, что обнаружила пакет в академии, но не поняла, что это — и выбросила. Саманте костюм все равно не нравился, она в нем хныкала, — добавила Надин бесхитростно.

С ума сойти с этими детками! Добавленное затем название улицы, где замерзал несчастный Доббишрек, мне тоже ни о чем не говорило. Ну да ладно, с детей по этому поводу я уже и так добыла все, что они знали.

— А теперь вернемся к сегодняшнему происшествию, — вздохнула я, убедившись, что все уже допили чай и вполне мирно щебечут, явно освоившись на месте, шустрые какие. Но после моих слов атмосфера в комнате значительно сгустилась. Мои ученики даже выпрямились на своих местах, глядя на меня будто приговоренные.

— То, что вы не хотели вылить краску на меня — это я уже поняла, — продолжила и, отметив, как после этих слов малышня согласно заугукала, чуть расслабившись, предупреждающе цыкнула. — Больше всего меня в этой ситуации волнует, что вы в принципе хотели ее вылить на кого-либо. Без разницы, на кого. Меня, другого преподавателя, декана, ректора, да хоть привратника! В цивилизованном обществе так не поступают. Вы учитесь сейчас в элитной академии и должны не только отвечать за свои поступки, но и думать, прежде чем что-то совершить. Честно, я не обижаюсь на вас, но сегодня вы меня в самом деле сильно разочаровали.

В ответ вновь донеслось шмыганье носов и горестные вздохи. Но в данном случае я отступать не собиралась. Тем более что явно видела: их расстроила моя реакция, но раскаяния в том, что хотели сделать подлянку Грымзе — ни на грош.

— Я не знаю, что у вас там произошло с лерри Агнес, в чем конфликт и насколько она, по вашему мнению, заслуживает такого. Но я — ваш куратор. Это не просто слова или непонятная должность, за которой ничего не стоит. Если у вас проблемы, неприятности, вас кто-то обидел или просто разошлись с кем-то во мнениях на территории академии — вы с этим идете ко мне. И тогда мы вместе решаем, как выйти из ситуации! Это понятно? — продолжила, чеканя каждое слово, поочередно посмотрев на каждого из сидевших у меня учеников.

— И вам прямо не все равно? — невольно вырвалось у Тайрина, недоверчиво сверкавшего своими изумрудными глазками. — Простите, то есть, я хотел сказать…

— Да, Тайрин. Мне абсолютно точно не плевать, как обстоят дела у моих учеников. Было бы все равно — я бы уже давно нашла способ спетлять от вас всех подальше, уж поверьте, — фыркнула насмешливо.

— И прям даже можно подойти и сказать, если кто-то назвал меня «недалеким выскочкой, поверившим, что гений, лишь по той причине, что природа по ошибке отсыпала чуть больше таланта в одной сфере»? — задумчиво добавил Дэниел, явно кого-то процитировав.

— Это какая скотина такое вякнула? — тут же насторожилась я.

— Да так… Это я просто, к слову пришлось, — смутился мальчик, покосившись на друзей, но все же нашел в себе силы улыбнуться и тихо добавил. — Но если вдруг услышу подобное снова — обещаю, прежде чем пользоваться моим «ошибочным» талантом в зельеварении, вначале поговорю с вами.

— Так понимаю, ты и создал эту краску? — вздохнула я, про себя отметив, что, похоже, Грымзе все это должно было достаться за дело. Ничего-ничего, на эту старую кошелку найду управу. Ладно меня, но моих детей задевать… В груди шевельнулась злость и желание накостылять жучке.

— Не совсем… — пробормотал, тем временем, Дэниел, чуть смутившись.

От остальных юных террористов донесся слаженный вздох раскаяния, и взгляды вновь сосредоточились на моей шевелюре. После чего в гостиной вновь повисла тишина, прерываемая чавканьем тролля и негромкими хлопками, с которыми лопались иллюзии бабочек. Покосившись в сторону загончика, обновила заклинание, наколдовав еще несколько — пусть развлекается.

— Итак. Идея принадлежала Тайрину, так понимаю, — решила проверить я свои дедуктивные методы.

Мальчик кивнул, поморщившись.

— Говорил же, что я виноват…

— Дэниел придумал, как воплотить это в реальность, и начал готовить зелье… — продолжила я уверенно и запнулась, остановившись взглядом на Марселе, с независимым видом изучавшем рисунки на чашке. Так, логично, что второй зельевар тоже замешан в этой компашке, но каким образом?

Надин, поймав мой взгляд, вновь ткнула несчастного мальчишку локтем под ребра. Тот возмущенно вскинулся, но, заметив, что я на него смотрю, несколько смутился и, быстро прожевал остатки сушки, находившейся у него во рту, уставился на меня невинными голубыми глазами.

— А чего Грымза такое Дэниелу говорит? И вообще, она сказала, что зельеварение бессмысленный предмет, вот косметоло-огия… А у меня мама тоже косметической магией занимается, у нее сеть магических салонов. И вот там без зельеварения вообще никуда, особенно в покраске волос или в кремах разных, — разоткровенничался эльфик. И еще несколько паззлов стали на свои места.

— Полностью с тобой согласна. Часто, кстати, мама хранит краски дома? — уточнила вкрадчиво.

— Да постоянно! Некоторые товары ей привозят к нам домой, а не в салон… Ой, — запнулся ушастик, мило покраснев. И лишь возмущенно слегка пихнул в бок мелкую целительницу, сидевшую вплотную с невинным видом, будто это не от нее прилетел очередной тычок локтем.

— Угу. Откуда взяли ингредиенты для вашего варева, можно не спрашивать, как и то, каким боком замешан Марсель, — хмыкнула я и перевела взгляд дальше. — Винсент… Нетрудно догадаться, кто поместил краску на воздушной подушке над дверью, а потом опустил вниз, минуя щиты, заранее расщепив молекулы и перемешав среди молекул воздуха, замаскировав под свойственные ему… В общем, принцип уловила. Молодец, хорошо схватываешь.

Даже скупо похвалила, сообразив, что паренек использовал именно те знания, что давала я еще на первых лекциях, когда объясняла принцип универсальной магии, позволяющей творить немыслимые вещи при помощи банальных комбинаций простейших заклинаний.

Остались две целительницы, неуютно завозившиеся под моим взглядом.

— Так понимаю, одна из вас позаботилась о том, чтобы краска буквально вживилась в структуру волоса, заменив его естественный цвет и делая невозможным задействовать магический растворитель краски, — протянула я. — А вторая? Помогала? Или есть еще какое-то свойство, которое я пока не успела распознать?

Несколько секунд стояла полная тишина. Которую разрушил горестный всхлип Надин. Та-ак. И какую же пакость могло придумать это белокурое чудо?

— Я подумала, что было бы забавно внедрить эту структуру не в сам волос, а в волосяную луковицу, — зажмурившись, выдала она.

— То есть, иными словами, отрастать у меня будет тот серо-буро-малиновый ужас?! — пораженная догадкой, я даже сорвалась на писк.

— Ну, не совсем, косметическая магия, которая сейчас у вас, изменила немного исходные параметры, разделив цвета на секции… Так что отрастать будет вот как сейчас, — заверила меня Магдален. Но мне как-то стало не намного легче.

— Всю жизнь?!

— Пока не закончится вложенная нами магия, — тихо пискнул Марсель, максимально вжавшись в спинку кресла.

— То есть, лет на пять-шесть… — я окинула эту братию оценивающим взглядом. — А точнее, десять-одиннадцать. Хм. Ладно, это еще куда ни шло. Обновленная версия смотрится прикольно, так что живите. Но если меня еще раз вызовут вдруг и скажут, что вы кому-то нарочно устроили какую-либо подлянку…

Начала я и запнулась, понимая, что угрожать, в общем-то, все же непедагогично. Да и страшилок особых в запасе у меня нет. Но и оставлять фразу без продолжения как-то глупо…

— Мы больше не будем! Честно-честно! А на вас что, тоже кричат? Обижает? Лер Родерган? — тут же спохватились дети, которым хватило и моей корявой угрозы. Причем последний вопрос прозвучал как-то очень уж подозрительно. Еще не хватало мне сейчас науськивать юных мстителей.

— Нет, кроме вас, меня никто не трогает. В общем, ребят, я очень надеюсь, что мы правильно друг друга поняли. По возможности донесите эту мысль до остальных. Если какие-то проблемы, кого-то обидели, недопоняли и прочее — в первую очередь топаете ко мне, и тогда уже разбираетесь, ага? Завтра уже на нашей паре вернемся к этому, когда вся группа будет в сборе, — резюмировала я.

И, посчитав на этом воспитательный момент законченным, все оставшееся время, что малышня сидела у меня, уделила рассказу о подвигах Доббишрека. Но на периферии не давала покоя мысль: а не много ли я на себя беру, учитывая, что не далее как несколько часов назад искренне радовалась обещанию декана все же позаботиться о появлении нового куратора? И от этого становилось как-то особенно неуютно…

— И снова остается открытым вопрос: что ты делал на улице? — задумчиво озвучила я, лежа на диване и наблюдая, как Доббишрек, сожрав принесенные ему из столовой котлеты, вновь пытается закопаться в свое одеяло.

Дети уже давно ушли, а в доме под вечер ощутимо похолодало. Мне-то нормально, а вот голый тролль страдал. Я в который раз обновила согревающее заклинание над его вольером. Ему бы одежку какую-то… Но не в костюм феечки же его обратно упаковывать? И потом, в туалет ему все равно как-то ходить надо.

— Нет, серьезно, мне нужно знать, жертва ты или обычный дурачок? — продолжила свою мысль, но тролль стоически проигнорировал ее, пытаясь умоститься под одеялом. Но что-то ему не нравилось, из-за чего он недовольно порыкивал и почему-то косился на меня. Что не мешало мне дальше рассуждать. — Если первый вариант, то, видимо, какие-то твари тебя попросту выбросили на улицу. Если же второй — ты, не отличаясь умом и сообразительностью, сам выбежал в открытую дверь дома, но, испугавшись оживленной улицы, ломанулся куда глаза глядят, не подумав вернуться домой, вследствие чего заблудился.

На мое последнее предположение тролль обиженно хрюкнул, и в мою сторону полетел недожеванный кусок котлеты. Ну просто блеск! Еще не хватало, чтобы мне тут едой свинячили. Я уж молчу о том, что котлета, по-видимому, пряталась и вовсе под одеялом, а значит, еще и его теперь перестирывать.

— Вот правильно делаешь, что хрюкаешь — поросенок из тебя тот еще, — проворчала я, принявшись убирать. Я далека от мысли, что он понимает речь, но вот различать интонации явно вполне способен.

Оценив, как он вновь начал дрожать, выбравшись из-под одеяла, покачала головой и пошла в свою спальню в надежде найти что-то, что могло послужить моему питомцу одеждой. Более-менее подходящим, на мой вкус, оказался теплый шарф. Но, если подумать, его вполне можно обмотать вокруг туловища тролля таким образом, чтобы получился едва ли не свитер-туника.

Правда, Доббишрек моего энтузиазма не оценил, истошно визжа, рыча, бешено вырываясь и пытаясь укусить меня. Но, издав победный вопль, я все же затянула последний узелок у него на поясе и отступила, довольная своей работой.

Тролль в переделанном из сиреневого теплого шарфа свитерке смотрелся вполне даже мило. И, уверена, ему было тепло и мягко. Только радовалась я недолго. Ровно до момента, как тролль, повозившись немного в бессильных попытках снять непрошенную одежку, вдруг брякнулся на пол на спину, прямо как стоял, и, глядя в потолок, тихонько горестно завыл.

— Ну что не так-то?! Передавила? Колется? — простонала я, бросившись к подопечному и ощупывая ткань на предмет того, что может быть не так.

Но шарф определенно ничего не передавливал, был мягким, и сам тролль больше не дрожал от холода. Что не мешало симулянту продолжать лежать с несчастным видом и на одной ноте тянуть противное «ы-ы-ы». И больше всего мне сейчас хотелось завыть с ним в унисон.

— Ну мерзнешь же, дурашка! — возмутилась я.

— Ы-ы-ы… — согласился тролль.

Зарычав не хуже него, принялась снимать с него шарф. Ыканье тут же прекратилось. А сам тролль с неожиданной для него прытью с положения лежа вдруг вскочил и метнулся к своему одеялу. Где, что-то возмущенно фырча, принялся снова закапываться, мелко дрожа от холода.

Поморщившись, пошла в кухню за морковкой для него. Сварить ее не успела, но, может, Доббишрек впечатлится ее размерами и захарчит сырой? Как-то налаживать с ним связи надо в любом случае.

Негромко пиликнул артефакт связи, поймав новое сообщение от мамули, которая так и не призналась, кто мой жених. Хотя, если совсем уж по-честному, в последнее время я уже даже почти не интересовалась этим фактом. Ну серьезно, какая уже разница? Замуж я не собираюсь в любом случае. А так, почти уверилась, что это Саймон, который делает вид, что меня не знает, как раз для того, чтобы уже я не лезла с матримониальными планами. Как вариант.

В этой теории, конечно, тоже было много несостыковок, но чего только в жизни не случается, особенно учитывая тот факт, что после встреч с Андреасом все чаще ловлю себя на мысли, что… И тут же едва не выронила артефакт, только сейчас вспомнив, что мне сообщила Риэль в столовой: Андреас не ее жених! И напрашивается закономерный вопрос: а чей?! И следом непрошенная мысль: а вдруг мой?

И тут уж не понять, чего в ней больше: надежды или возмущения? С одной стороны, стоило признать очевидное: Андреас мне нравился уже давно отнюдь не как друг. С другой же, если мой жених прекрасно осведомлен о личности своей невесты, то бишь, моей, с какого перепугу ему делать вид, что мы не знакомы? Или он не делал?

Вспомнила нашу первую встречу. Нет, тогда он точно не отрицал того факта, что знает меня давно. А почему тогда не сказал, что мы почти помолвлены? С другой стороны, я даже имя его не запомнила, вернее, Сандра, какие уж тут разговоры о помолвке? Да и логично, что каждый раз приходит мне на помощь…

Из этого следует, что можно не морочить себе голову и спокойно с ним общаться, даже теснее, чем раньше, раз уж абсолютно свободный парень, при том практически мой? Ага, и давать ему ложные надежды, что помолвка таки будет. Да ешки-матрешки, что ж так сложно-то?!

Поморщившись, все же открыла артефакт связи и с удивлением поняла, что сообщение вовсе не от мамы, как я думала, а как раз от Андреаса. Я аж нервно икнула. Слышала, что мысли материальны, но чтобы настолько… Но начав читать сообщение, расслабленно выдохнула. Ничего особенного нэко не написал, лишь извинился, что не сумеет прийти купать тролля, по причине того, что не успел сегодня немного со своим проектом. Но если вдруг надо, то потом доделает…

Меня тут же обдало жаром стыда. Несложно догадаться, по чьей вине он не успел, бросив все, дабы остановить истерику некой разноцветной фифы.

Посему поспешила заверить парня, что все в порядке, тролль чистенький, послушный, в случае чего, сама искупаю. А заодно, неожиданно для себя, предложила на днях встретиться в таверне… Черт! Сашка, ты когда-нибудь будешь последовательной? Сама же только что думала, что нельзя давать лишних надежд и вообще… И вообще мои пальцы, тем временем, дописывали следующее сообщение вдогонку: «давно мы не собирались всей нашей компанией». На что тут же получила положительный ответ.

— И на кой черт я это вообще написала? — спросила уже вслух сама у себя, чувствуя, как горят щеки. Что малолетка, честное слово! — Будто до этого мы ни разу не гуляли чисто вдвоем, когда я была уверена, что он жених Риэль…

— Ы-ы-ы, — донеслось требовательно-жалобное из гостиной.

Закатив глаза, подхватила обещанную морковку и вернулась обратно. Нарушитель спокойствия, умудрившись засунуть голову под одеяло, теперь мелко дрожал своим голым тылом.

— Знаешь, чем больше тебя узнаю, тем больше убеждаюсь в том, что ты вполне мог сам выбежать из дома и потеряться, — пробормотала, вытаскивая его из «гнезда» и устраивая уже нормально, укутывая с головой.

Но тролль недовольно завозился, так что пришлось чуть сдвинуть одеяло так, чтобы ему при этом было все видно из его убежища. Невольно хмыкнула, подумав, что Андреас бы оценил эту картину. Вчера смотрел на него спящего с явным умилением.

— Не будут тебя сегодня купать, можешь радоваться. Но ты не думай, что легко отделался. Это я сейчас немного протупила, назначив встречу компанией. А вообще, Андреас часто бывает у меня дома, так и знай, — заметила нравоучительно.

И тут же осеклась. То есть, меня реально вот вообще ни хрена не смущало, что чужой жених так просто часто бывает у меня дома? И согласен даже тролля купать… Так, срочно поговорить с Риэль! Или прямо в лоб спросить нэко: а не жених ли ты часом? При этом наставив на него эту морковку… Кстати о ней.

— Держи, погрызи морковку. Витамины не помешают.

С этими словами ткнула Доббишреку овощного исполина и едва не оглохла от последовавшего оглушительного писка обрадовавшегося тролля. Он тут же схватил морковку обеими лапами, но вместо того, чтобы хрустеть ею, вдруг начал носиться по загону, размахивая ею над головой и возбужденно похрюкивая.

— Это теперь твоя дубина? Оригинально. Ну, чем бы дитя ни тешилось… — пожала плечами и наколдовала ему побольше всяческих иллюзорных насекомых и радужных мыльных пузырей для разнообразия. Последние троллю тоже понравились. В большей степени тем, что лопались от прикосновения морковки, оставляя по себе приятный аромат шампуня.

Тролль, артефактор-некромант, покрашенные волосы, откровенный разговор с деканом, визит детей, теперь еще мысль, что Андреас может быть моим женихом! То есть, нет, не женихом. Я же не подписывала договор о помолвке… Не подписывала же?! Да нет, и мама ничего такого не говорила. Просто вариант такой был, вот и все.

Тяжело вздохнув, покачала головой. Нет уж, столько всего нового сходу для меня все же чересчур. Пожалуй, будем разбирать проблемы по мере их поступления. Вот первым ко мне как раз поступил тролль.

— Слушай, а если мы тебе хотя бы зад твой прикроем с пузом? — уточнила, беспокоясь, что вскоре он снова замерзнет.

Тролль ожидаемо промолчал, не отвлекаясь от новой игры. От размахивания «дубиной» и пузырьки разлетались, и иллюзии. А магические бабочки еще и опускались на его морковку, что приводило зеленомордого и вовсе в экстаз. Не дождавшись ответа, я понеслась обратно в спальню, прикидывая, что можно приспособить под юбку. Или, скорее, даже килт… Последняя мысль и помогла мне определиться. Помнится, был у меня шейный платок в крупную зеленую клетку из достаточно плотной мягусенькой ткани. Порывшись немного, даже нашла его.

Вернувшись к увлекшемуся Доббишреку, улучила момент, поймала его, схватив поперек туловища, и усадила на диван, где и принялась мастерить ему новую одежку. Он возмущенно что-то захрипел, но, на удивление, даже не попытался уже ни укусить, ни треснуть меня морковкой. И даже стоически переждал процесс укутывания в шейный платок, который я ему повязала как тогу…

— Красиво же! И тепло… — начала я преувеличенно радостно, поставив тролля на пол у дивана. Даже наколдовала несколько иллюзий, чтобы его гарантированно отвлечь.

— Ы-ы-ы… — затянул он, снова брякнувшись на пол.

— Зараза! Да снимаю я, снимаю, не вой… А если так? — и перевязала платок чуть ниже груди. Таким образом пузо и часть спины были прикрыты. Ну и задница заодно. Да и в туалет не будет мешать ходить.

Тролль озадаченно осмотрел себя, почесав грудь над платком. Удивленно хрюкнул, задев узелок, но совсем рядом с ним пролетела иллюзорная бабочка, и Доббишрек, мигом забыв о своей одежке, тут же бросился за ней, воинственно взревев.

— Вот и славно, — выдохнула я, вытирая вспотевший лоб.

Хотела было посадить тролля обратно в вольер, но, понаблюдав пару минут за тем, как он радостно носится по просторной гостиной, махнула на это рукой. Пусть уж развлекается, пока я тут. А у меня по плану первый этап решения этой моей проблемы…

ГЛАВА 4

На следующий день я вновь проснулась необычайно рано, но на этот раз даже не из-за Доббишрека. Он, вдоволь набегавшись за вечер по гостиной, размахивая морковкой, а затем хорошенько наевшись котлет и вареных овощей, как завалился спать, так мирно и продрых до утра. У меня же в планах было немало дел на сегодня. Попеременно зевая, покончила с утренними гигиеническими процедурами, оставила троллю побольше еды, чтобы днем не бежать к нему, сломя голову, и, подхватив плоды моей вчерашней работы, покинула дом.

Прогулка по морозному воздуху почти в тишине, не считая скрипа снега под ногами, помогла мне окончательно проснуться и даже зарядила небывалым энтузиазмом. Почему-то в груди вдруг поселилась уверенность, что вот начиная с сегодняшнего дня, у меня точно все пойдет в моей жизни как по маслу. И со всем, что свалилось на меня, разберусь в кратчайшие сроки, и добьюсь желаемого, и просто буду наслаждаться каждым днем!

Приветливо улыбнулась привратнику, выглянувшему из его домика на отшибе, и даже послала ему воздушный поцелуй.

— Прекрасное утро, не правда ли? — крикнула ему радостно, помахав тубусами, которые несла в руках.

Демон что-то проворчал себе под нос, явно не торопясь разделить со мной хорошее настроение, но, готова поклясться, его лицо все же просветлело и уже не было таким хмурым. Мне же и вовсе хотелось петь известную из далекого детства песенку.

Жаль, что тут ее не поймут, так как потеряется мелодичность из-за перевода. Или и вовсе прозвучит на моем родном языке… Наверное. Озадачившись данным фактом, на пробу завела едва слышно:

— От улы-ыбки станет всем светле-ей…

Ага, слова те же, звучат, вроде, так же, а на мелодию ни черта не ложатся и воспринимаются простым текстом невпопад. Ну и пусть. Что не мешает мне просто напевать саму мелодию.

Двор Академии был непривычно пустым, впрочем, оно и немудрено: солнце только-только показалось над горизонтом, стыдливо пуская первые лучи плясать по сугробам, отблескивая мириадами разноцветных искорок.

Легко взбежав по ступенькам в такой же пустынный холл, деловито осмотрелась, прикидывая, с чего бы начать, пока его не заполонили студенты…

— … начинается с улыбки-и… — мурлыкала я себе под нос, уже не заботясь о том, что кто-то услышит.

Да в том шуме и гаме, что творился сейчас, за несколько минут до начала первой пары, я могла и вовсе орать во всю глотку — никто бы не обратил внимания. Если кто и задерживался возле меня, то лишь с целью посмотреть, чего такое интересное я делаю. А в большинстве случаев и вовсе поглазеть на мои волосы, к расцветке которых я за сутки уже успела даже привыкнуть.

— Лерри Куколка! Смотрите, лерри Куколка! — различила я среди общего гула знакомые звонкие детские голоса.

Любовно разгладив последний лист и убедившись, что он хорошо держится, обернулась к своим кишкомотам.

— Доброе утро. А что вы делаете? А вы у нас сегодня будете? А магистр Родерган не будет же вместо вас? А я говорила, что вы нас не бросите, они не верят! Не бросите же? А я тоже такие волосы теперь хочу… — загалдела подбежавшая малышня вся разом, заставив шарахнуться в разные стороны прочих студентов, что по несчастливой случайности попались им на пути.

Надин, Ланка, Сирин… О, и Марселя едва не пропустила взглядом. В общем, самая мелочь вокруг меня собралась. Но чуть дальше отметила и некоторых ребят постарше, глядевших на меня одновременно и с надеждой, и с опаской. Ну понятно, одна банда до меня вчера добралась, а поделиться новостями либо не успела, либо за ночь снова себя накрутила, сомневаясь, как я с утра буду реагировать на них. Но я лишь улыбнулась им искренне и махнула рукой, чтобы подошли поближе.

— Ребятушки, кто что узнает о пропавшем тролле или его хозяевах — сообщите, пожалуйста, ага? Буду весьма признательна. И нет, я от вас не ухожу, так что встретимся на нашем занятии. А теперь бегите, не опаздывайте, — кивнула им, попытавшись в одной фразе выразить все, что их интересовало. Но это породило лишь новый шквал вопросов.

— А правда, что тролль у вас? А мы вот не хотели… И случайно вообще получилось… Вы не сердитесь? А плакаты зачем? Вы тролля себе оставите?..

— Сандра, что вы себе позволяете?! — голоса ребятишек вдруг перекрыл неприятный, визгливый, но, к сожалению, не менее знакомый голос Клизмы.

— И вам доброе утро. Как часто мы забываем о вежливости, ведомые низменными чувствами. А ведь именно мы, преподаватели, должны подавать пример… Но не всем суждено, верно? — ослепительно улыбнулась я своей коллеге, глядя прямо в ее пышущее злобой лицо.

Возможно, я не совсем права, что не постаралась сейчас сгладить конфликт. Но, честно? Задолбали уже. Как с детьми моими проводить нормальные занятия или занять пост куратора, так нафиг никому не сдалось. А как мне высказывать, какая я не такая, и вообще, тем более, при детях же — так они первые!

— Да как вы… да что вы… — она явно не ожидала получить отпор и сейчас лишь открывала и закрывала рот. Воспользовавшись паузой, я повернулась к своим ученикам.

— И что мы все еще здесь делаем? Две минуты до звонка. Давайте-давайте, у нас с вами еще целая пара будет, чтобы решить все вопросы, — подмигнула им, но неуклонно указала на выход из холла.

Повздыхав, малявки не стали спорить, как и подтянувшиеся к ним старшие товарищи, даже Тайрин, не торопившийся пока избавляться от шапки, хоть и был в помещении, согласно угукнул, неодобрительно покосившись на целительницу. Ну вот невзлюбила она меня, что поделать.

— Я буду настаивать на том, чтобы вашу кандидатуру сняли с этой должности как можно скорее, — прошипела преподаватель, наконец-то взяв себя в руки. Она сказала что-то еще, но прозвучавшая трель звонка заглушила ее последние слова. Впрочем, явно ничего хорошего я бы не услышала.

Серьезно? Нет, ну а ей я когда успела дорогу перейти? Ладно, лерри Агнес помнила меня со студенческих лет, когда я ходила к ее коллеге писать диплом. Да-да, я была не очень прилежна, каюсь. В предвзятости конкретно здесь ее не обвинить. Ну а целительнице я чем не пришлась по нраву? С первого же дня ядом брызжет!

— И займете должность вместо Сандры? Это несложно устроить.

Помощь пришла откуда не ждали: пока я размышляла, что бы такого ответить, чтобы и не послать прямым текстом, но и намекнуть, куда ей идти, к нам подошел лер Родерган. То есть, лер Оливер, обещала же по имени звать…

— Доброе утро. Оливер, ты только посмотри, что твоя аспирантка устроила! — склочная баба тут же уцепилась за возможность наябедничать на меня, картинным жестом указав на развешанные по всем стенам, особенно на стендах с информацией и расписанием, объявления о пропавшем тролле. Я даже как смогла попыталась нарисовать Доббишрека, чтобы ни у кого не возникло сомнений, о чем я говорю. С прозвеневшим звонком толпа схлынула, давая возможность беспрепятственно осмотреть все стены.

Плотно стиснув губы и чуть прищурившись, обернулась к декану, приподняв подбородок вверх. Мужчина задумчиво осмотрел висевшие то тут, то там достаточно большие плакаты, подошел к ближайшему, вчитываясь в текст, и чему-то хмыкнул. И что забавного он там сумел найти? Обычная информация с приметами тролля, описание места, где его нашли и при каких условиях, а также просьба сообщить на мой артефакт связи, если кто знает этого тролля или его хозяев. Вдруг зеленорылого засранца все же ищут?

— Я думал, вы решили окончательно оставить его себе, — заметил декан негромко.

— Если хозяева не найдутся — оставлю. Но считаю, что должна сделать все возможное, чтобы хотя бы попытаться найти его семью, — ответила я настороженно.

— Разумно. Остались еще плакаты? Я занесу на боевую кафедру, как раз туда иду… Диана, ты не возьмешь парочку на кафедру целительства? — уточнил он, но Клизма, возмущенно фыркнув, что-то проворчала на тему, что опаздывает и ей некогда, и, источая недовольство, покинула холл. На что декан лишь пожал плечами.

— Спасибо. Не ожидала, что прямо сразу броситесь меня защищать, — невольно призналась я, ожидая услышать в ответ нечто типа «Я же обещал». Но получила немного иное.

— А вас разве требовалось защищать? — удивленно приподняв бровь.

— Пожалуй, нет. И все равно, спасибо, — улыбнулась уже шире и протянула ему плакат. — Хороший сегодня день.

— Не спорю. И, думаю, для вас он сегодня станет еще лучше. Вчера вечером из Министерства дали ответ по вашему запросу: сегодня прибудет куратор, который заменит вас…

В первый миг я непонимающе нахмурилась, пытаясь осознать, чего от меня хочет декан. Раздавшийся характерный хруст сминающейся бумаги заставил меня встрепенуться. Опешив от неожиданного предложения, я машинально чуть скомкала оставшиеся плакаты. Поморщившись, поправила их и, быстро облизнув нижнюю губу, бросила растерянный взгляд на мужчину.

— То есть, будет второй куратор?

Странное чувство вдруг овладело мной. Так долго этого хотелось, предвкушала, как услышу заветные слова, но вместо радости сейчас в душе была какая-то напряженная пустота, что ли. Кто знает, каким будет этот второй куратор. Опытный, понятно, небось, найдет общий язык с детьми… Но в ответ на эти мысли всколыхнулась едва ли не ревность. И тут же беспокойство: а вдруг не сойдутся? И тогда в мою смену будут дружно жаловаться на него или нее? Или наоборот, ей на меня? Хм… Тоже вполне вероятно. И непонятно, от какой мысли мне неприятнее.

— Не совсем. Второго куратора на замену я не сумел выбить для нашей кафедры за все время ее существования, — усмехнулся лер Родерган с легким недовольством. — Вы закончили здесь расклеивать объявления о пропаже тролля? К сожалению, я имею не так уж много времени на праздные разговоры. Мне нужно еще взять некоторые документы из моего кабинета, после чего отправлюсь в Министерство, как и говорил вам вчера. Зато вернусь уже не один.

Я лишь пожала на это плечами. С поклейкой плакатов я в самом деле покончила и так или иначе планировала вернуться на кафедру, у меня там еще непроверенные тетради детей лежали, да и стоило посмотреть, какие темы они проходили вчера и сегодня, чтобы подготовиться к занятию. Но уточнение декана заставило меня насторожиться, и даже если бы собиралась и дальше торчать в холле, все равно бросилась бы за ним.

— Лер Родерган, простите, не поняла… — начала я, догнав его в коридоре.

— Оливер, — мягко поправил меня он, не сбавляя шага.

— А? — запнулась на полуслове, непонимающе моргнув, но тут же вспомнила его вчерашнюю просьбу. — Ну да, точно, лер Оливер…

Мужчина едва слышно досадливо цыкнул, дернув уголком губ, но прерывать меня не стал и все же чуть сбавил скорость, подстроившись под мой шаг.

— Что вы имеете в виду? Вы нашли куратора, но он не будет проводить занятия? Какой тогда от него прок? Или он возьмет на себя проверку домашних заданий и составление программы на следующий семестр? В принципе, тоже неплохо, но мне все равно придется во все это вникать и переделывать под себя. Может, мой сменщик согласится выходить хотя бы дважды в неделю, а я три? Ну или, ладно уж, день и методические работы на нем? Личные дела детей он видел? Впрочем, дела — это такое, я сама о каждом расскажу…

Лер Оливер молча слушал мои предположения все время, пока мы шли на свой этаж, и только у самой двери соизволил ответить, одним махом разрушая созданную мной иллюзию того, как я теперь буду работать в паре с другим куратором.

— Вы не поняли, Сандра. Я сумел добиться того, чтобы нам в Академию выслали еще одного куратора по экспериментальной программе, лишь за счет того, что сказал, что мы остались и вовсе без преподавателя на эту должность, — медленно проговорил он, глядя мне в глаза.

— Ну, формально, так и есть. Я же не преподаватель, а аспирант… — пробормотала я, но уже и сама поняла, к чему он ведет. Где-то глубоко внутри теплилась надежда, что я ошибаюсь, но…

— Вы же сами понимаете, насколько жалко это звучит? — с толикой сочувствия уточнил декан, толкнув дверь на кафедру. — И разве это не то, чего вы так долго хотели?

Я осталась стоять на пороге преподавательской, не в силах сразу подобрать нужные слова, а декан уже прошел через комнату, бегло поздоровавшись с лером Сантариусом, заполняющим журнал, и скрылся в своем кабинете. Я растерянно перевела взгляд на гнома, явно услышавшего последнюю фразу. Правда, выводы он сделал свои.

— Это ты что со своими волосами удумала? Между прочим, это Академия, а не притон, или куда ходят вот такие вот разноцветные, — забрюзжал он и тут же добавил вкрадчиво, просто лучась довольством. — Что, попросили тебя с должности куратора? Ну и правильно, нечего всяким вертихвосткам…

Но меня меньше всего волновало, что он там думает на мой счет. Встряхнувшись, бросила тубусы и плакаты, что так и держала в руках, на стол и поспешила вслед за деканом, пока он не ушел. Коротко постучав, тут же влетела в кабинет. Мужчина, перебиравший стопку каких-то документов, недоуменно приподнял бровь, давая мне возможность высказаться.

— Лер Родер… — начала я, но, наткнувшись на недовольный взгляд, исправилась. — Лер Оливер, то есть, меня убирают с должности? Я больше не буду куратором у моих детей?

И собиралась ведь просто спокойно все выяснить, разузнать подробности, да и спросить планировала, в первую очередь, о личности нового куратора, а вылезло вот это. Еще и голос предательски дрогнул на последних словах, явно удивив мужчину еще больше. Отложив документы в сторону, он окинул меня внимательным взглядом и рукой указал на кресло, предложив сесть. Но я отрицательно мотнула головой. Толку в расшаркиваниях? Вот сейчас все узнаю и пойду себе заниматься своими делами…

— Сандра, я не пойму, от меня вы чего хотите? Разве не вы обивали порог моего кабинета, раз за разом принося заявления об уходе? Считайте, что я одно из них удовлетворил, — пожал плечами он, но в его глазах мелькнула непонятная эмоция. Интерес, густо перемешанный с… Нет, не успела понять. Да и не до того сейчас, тут в своих бы чувствах разобраться.

— Мне тяжело одной с ними, я недостаточно компетентна, не хватает опыта… — принялась перечислять, собираясь с мыслями.

— Это все ваши убеждения, которые весьма легко опротестовать. Все упирается в один-единственный вопрос: хотите вы быть куратором или нет. Вы два месяца успешно доказывали, что нет. Воля ваша.

— Я просто просила о сменщике! Это должность для двоих преподавателей, а не одной аспирантки! — не выдержала я, сорвавшись на крик, стремительно шагнув к декану ближе. И тут же добавила значительно тише. — Может, вы поговорите с ним, и он согласится на смену, а?

— Или-или, Сандра. Я вам уже объяснил, под каким предлогом сумел выбить для нас куратора, — строгим тоном отрезал мужчина.

— Понимаю… Это разумно, — кивнула, уставившись в пол под ногами. Никогда раньше не замечала, насколько интересный узор тут на ковре, надо же…

— Сандра… — вздохнул декан. — Я уже говорил и не считаю зазорным повторить: вы — то, что нужно детям, они вас любят, вы их понимаете лучше других преподавателей. Но вас никто не в силах заставить оставаться на этой должности.

— И если я решу все же остаться?.. — тут же зацепилась за его слова.

— То это будет автоматически означать, что новый куратор в Академию не прибудет, — тем же серьезным тоном, но через паузу добавил ворчливо. — Тем более что лер Маралий усиленно сопротивлялся этому, наслышанный об успехах ваших подопечных в избавлении от прочих кураторов.

— Они не специально! — тут же возмутилась я, но, встретившись с насмешливым взглядом декана, тяжело вздохнула. — По крайней мере, не всегда.

— Ну да. Так что, мне тащить упирающегося лера Маралия сегодня, после моего визита в Министерство? — поторопил меня с ответом он. — Или вы все же признаете, что в самом деле желаете и дальше работать с этими детьми, которых вы уже давно зовете исключительно «моими»?

Я только набрала воздуха, чтобы достойно ответить, как осеклась, смерив его подозрительным взглядом. Как-то слишком гладко все выходило. Чересчур гладко.

— А лер Маралий вообще в курсе, что его кто-то ждет тут на должности куратора? — протянула, с каждой секундой все больше убеждаясь в своей правоте.

— Это что-то меняет? Или желаете проверить? — с безукоризненной вежливостью и легкой ехидцей в глазах.

— Можете не отвечать, и так все понятно, — проворчала, понимая, что, вероятнее всего, меня тут с утра пораньше решили взять на «слабо». И ведь едва не попалась! Или все же попалась? Мда, он прав, разве это что-то меняет?

— Вы сейчас поразительно похожи на своего отца, — заметил декан неожиданно с легкой усмешкой.

— А? Вы знакомы?

— Было дело. Боевикам вообще свойственно поддерживать связь друг с другом, — хмыкнул он и вновь принялся собирать документы со стола в одну стопку. — Я рад, что мы все выяснили, Сандра. И подмечу еще раз: вы всегда можете рассчитывать на меня. А сейчас, прошу простить меня, я тороплюсь.

Я чуть заторможено кивнула, мыслями переместившись с моего кураторства на, неожиданно, мою несостоявшуюся помолвку. Каковы шансы, что мои родители вдруг одобрили брак с каким-то хлюпиком-студентом, которого толком и не знают? А вот уважаемый боевик, с которым, к тому же, мой отец хорошо знаком, да еще и из моей академии…

В эту теорию тем более складно вписывается и причина, по которой меня взяли в аспирантки, и последующее назначение на должность куратора, и обещание поддержки. А что в первую встречу не узнал — ну так я влетела в него на всех парах… То есть, сначала не узнал, а потом узнал, взял в аспирантки. Ну и повторно не признал в другой одежде… Как бы, все равно многое складывалось. Хм.

— Лер Оливер, а вы холосты? — выдала я неожиданно для себя, прокручивая в голове мысли. Клянусь, никогда еще не видела таких идеально круглых глаз у людей, как у декана в тот момент!

— Я со студентками не завожу отношений, — ответил он, справившись с первым шоком.

Даже бумаги из рук не выпустил. Вздрогнул на миг, но после уже спокойно положил их в межпространственный карман, туда же добавил несколько инфокристаллов. А я почувствовала себя крайне глупо. Надо ж было такое ляпнуть! Может, у него вовсе жена и двое детей, а я тут…

— Да я не в том смысле, просто… — настала моя очередь смутиться и мысленно проклясть свое неумение держать язык за зубами. И на что рассчитывала, задавая такой дурацкий вопрос? Идиотка!

— Но совсем даже не прочь в свободное время выпить чашечку кофе с коллегой… — продолжил он, заставив меня нервно икнуть.

— А… Ага, я поняла… Вы там опаздывали, да? А я вот… м-м-м… тетради, там, проверить, еще тролля нарисовать… Пойду я, в общем… — промямлила я, чувствуя, как кровь прилила к щекам, и боком отступила к двери.

И уже взялась за дверную ручку, как меня догнал неожиданно мягкий голос декана:

— Да.

— Простите? — я невольно обернулась, удивленно нахмурившись, и повторно оторопела, увидев искреннюю улыбку на лице мужчины, мигом сбросившую ему лет десять, сделав почти моим ровесником.

— Ответ на ваш вопрос: да, я холост, — уже открыто улыбнулся он, даже в глазах отразились смешинки.

— Ну, ничего, бывает, — ляпнула я и все же выскочила за дверь, мысленно костеря себя на все лады. И, возможно, мне лишь показалось, но из кабинета донесся приятный приглушенный смех.

Учитывая крайне неловкую ситуацию, спровоцированную мною же, я искренне порадовалась, что декана зачем-то ожидают в Министерстве. Погруженная в свои мысли, даже не реагировала на ехидные подколки лера Сантариуса, решившего поупражняться в остроумии. Впрочем, гном, быстро сообразив, что я его вообще не слушаю, надулся и умолк, злобно попыхивая в мою сторону. А вскоре и вовсе утопал на пару, оставив меня на кафедре в одиночестве.

Зато я окончательно успокоилась, прокрутила еще раз в голове начало разговора и попытку декана взять меня на «слабо» и лишь убедилась, что тут он прав. Да и не только он. И Саймон, и Андреас, и даже Лайла с орками уже не единожды намекали или прямым текстом говорили, что я сама не хочу уходить от детей, и мне даже в некотором смысле нравится кураторство. Ну и чего я трепыхаюсь, отрицая очевидное, если сегодня при прямой возможности наконец-то избавиться от этой должности, сама же отказалась? Да уж, Сашка, и как тебя с такой логикой и противоречивостью мышления угораздило в педагогике оказаться?

До начала моей пары с детьми я уже полностью привела в порядок мысли и определила для себя, чего же мне хочется от моей жизни и какой отдачи ожидаю от моих учеников. Так что в аудиторию вошла с высоко поднятой головой и уверенной улыбкой на губах. Не сказать, что занятие прошло совсем легко в моральном плане, но, получив вчера с бандой мини-репетицию, так сказать, знала наверняка, что говорить и на какие точки давить, если хочу наладить с этой мелочью контакт. Легко и просто точно не будет, но когда я пасовала перед трудностями?

— И я вас очень прошу: не дразните и не провоцируйте Клизму лишний раз, ага? Вы отзанимались и ушли, а мне ее бубнение потом еще весь день на кафедре слушать… — выдала я под конец и только по донесшимся смешкам поняла, что повторила выданную ими кличку вслух вместо имени.

Ой, да и чего я должна испытывать неловкость или поправляться? Клизма она и есть! К тому же, до конца нашего занятия вплыли еще несколько подробностей ее пар. Да, сам материал она выдавала в полной степени, напрямую учеников также не оскорбляла. Но от ее уедливых замечаний на грани пострадало самолюбие не одного моего ребенка. И вот с этим уже стоило подумать, что делать. Ладно я, но моих детей трогать нельзя…

— Лерри Куколка, а у вас есть дети? — внезапно полюбопытствовала обычно молчаливая гномочка Юстари, вызвав мой надсадный кашель. На нее тут же зашикали несколько учеников, что не помешало им уставиться на меня любопытными глазенками, ожидая ответа.

— Ага, есть, — все же ответила и, насладившись пораженной тишиной и видом отвисших челюстей, смилостивилась и добавила: — Целых тридцать разномастных. Но статус матери-одиночки почему-то не дают.

— Это же не считается, мы о другом… — прогудели они.

— Ничего себе! Я с вами ежедневно трачу нервные клетки, а это даже не считается? Нетушки, — фыркнула насмешливо, и одновременно с этим прозвенел звонок. — Ладно, ребятушки, надеюсь, мы друг друга поняли. Со всеми проблемами идем ко мне, а там уже решаем, что будем делать. На этом наше занятие закончено, сейчас у вас по плану отработка в лабораториях, насколько помню… Эмиль, солнышко, задержись на пару минут.

Юный артефактор, настороженно покосившись на меня, тяжело вздохнул и без особых возражений подошел к моему столу, в то время как его товарищи, оживленно о чем-то переговариваясь, собирали свои вещи, то и дело бросая в нашу сторону любопытные взгляды.

— С лерри Стеллой что не поделил, что использовал свое изобретение в столовой? — задала вопрос в лоб, не желая ходить вокруг да около.

— Почему сразу «не поделил»? Нормальная она… — проворчал он, зыркнув на меня исподлобья. — Просто там удобно было проверить, получилось или нет… И разве Академия не рассчитана на то, чтобы здесь обучались чему-то, изобретали что-то?

Ага, лучшая защита — нападение. Вон как глазенки заблестели, и острый подбородок выпятил вперед. Хмыкнула, оценив выпад, краем глаза отметила, что хоть детишки и косились в нашу сторону, но потихоньку уже почти все покинули класс.

— Для этих целей есть специально оборудованные помещения. Лаборатории, аудитории с защитой, полигон, в конце концов. У одних только артефакторов три зала для испытаний имеются. Неужели так сложно попросить?

— У кого? У Клизмы? — хмыкнул мальчик. — Других артефакторов я не знаю.

— Во-первых, у меня. На самом деле, было бы желание, вот честно. Во-вторых, признай, что даже не подумал о последствиях, поставив на первое место собственное удобство, — проницательно прищурилась я.

Ученики уже успели покинуть аудиторию, пусть и несколько человек задержались в коридоре, что-то там обсуждая. Но в самом помещении мы сейчас находились только вдвоем. Эмиль возмущенно вскинулся в ответ на мое замечание, посопел для приличия несколько секунд, после чего опустил голову.

— Ну, даже если и так, я же изобрел новый артефакт! Рабочий! А меня только ругают, — пробормотал он едва слышно.

Я тихонько вздохнула и, плюнув на приличия, присела рядом с ним на корточки так, чтобы заглянуть ему в лицо.

— Эмиль, я не отрицаю, что это действительно потрясающее изобретение, раскрывающее уйму возможностей! Но к испытанию экспериментального образца следует подходить с должной степенью ответственности, придерживаясь техники безопасности, разве нет? В столовой находились твои друзья, студенты, лерри Стелла, в конце концов. А если бы что-то пошло не так? Пострадали бы другие. Не лучше ли сделать все сразу правильно в предназначенном для этого месте? — мягко укорила его.

— Я не хотел никому навредить! — выпалил он, шумно задышав, а на скулах проявились красные пятна, когда он добавил. — Просто не подумал.

— Вот и я о том же. И тебя никто не ругает, если уж на то пошло. За декана, конечно, говорить не буду, я при вашем разговоре не присутствовала, но сомневаюсь, что он прям таки тебе скандал устроил. Все мы совершаем ошибки, хорошо, если есть возможность их исправить и постараться не допускать впредь, — улыбнулась, ободряюще сжав его предплечье, и поднялась.

— А как? — заинтересовался мальчик, подавшись чуть вперед. — И декан не ругал, но сказал, что со мной будет разбираться позже…

Последнюю фразу он произнес деланно небрежно, но все же прозвучало с некоторой опаской. Я же мысленно выругалась. Понимаю, конечно, что тут у нас собрались далеко не ангелы, но запугивать-то зачем?

— Ну вот считай, что с моей помощью и разобрался. Что так смотришь? Отработка в лабораториях за вчерашнее на всех вас уже есть, и на тебе, в том числе. Пора разнообразить твой досуг, желательно с пользой для общества, — хмыкнула я. — Пойдем, сегодня в лабораториях будут без тебя.

— А как потом тогда?

— Отработаешь в другом месте. Страшно? — протянула провокационно, магией выключая светильники и приводя демонстрационную доску в порядок.

На что мальчик чуть улыбнулся и поспешил собирать вещи. Дождавшись, пока он все возьмет, махнула ему рукой, приглашая следовать за мной.

— И вы меня прям совсем ругать не будете? — не выдержал он спустя пару минут нашего продвижения по коридору.

— А нужно? — приподняла бровь. — Предпочитаю объяснить все словами, а не руганью. А если уж слова не помогут — так тем более, какой смысл поднимать бучу? Проку все равно не будет…

Эмиль задумчиво кивнул, не став спорить. Некоторое время он хмуро о чем-то размышлял, но когда мы прошли лестницу на первый этаж, встрепенулся, непонимающе уставившись на меня.

— А куда мы идем? Столовая в другом крыле.

— Ты голодный? — настала уже моя очередь хмуриться. Насколько знала, перед моей парой ученики обычно как раз успевали засесть в столовой и пообедать. Сегодня вдруг изменили своим привычкам?

— Нет, но разве моя отработка будет не там?

— Мне кажется, твоим способностям найдется более подходящее применение. Уже почти пришли, — усмехнулась, повернув в боковое ответвление коридора.

— Вы меня ведете к Клизме?! — практически вскричал Эмиль, сообразив, что тут уже начинается вотчина кафедры артефакторов. Несколько студентов, шедших нам навстречу, аж шарахнулись от неожиданности и уставились на меня квадратными глазами с явным осуждением.

— Лерри Агнес, иначе не видать тебе зачета, как своих ушей, — поправила его нравоучительно, но, оценив длину эльфийских ушек Эмиля, тут же грустно поникших после моих слов, все же смягчилась. — За живодерством замечена не была. Мы к артефакторам, но не к ней.

И толкнула дверь кафедры, коротко постучав, втащив вслед за собой за рукав совсем уж растерянного мальчишку.

— Лер Натан, уделите нам минутку? — ослепительно улыбнулась я, выцепив взглядом цель моего визита. — Не желаете ли послушать интересную теорию, подкрепленную практикой, как можно использовать магию не своей специализации при помощи весьма занятного артефакта?

В конце концов, это единственный артефактор среди моих знакомых, который обожает все необычное и экспериментальное. И, судя по загоревшимся интересом глазам, мы с Эмилем попали как раз по адресу.

Расчет оправдался. Артефактор, в первый момент опешив от вида моей прически, вцепился в мальчишку, даже толком не дослушав, что конкретно делает его артефакт. Назначив Эмиля в добровольные помощники эльфу ежедневно по часу-полтора после пар, я с чистой совестью оставила их. Тем более что заметила похожий азартный блеск в глазах ученика.

Остаток дня прошел без особых происшествий. Декан так и не вернулся, Клизма с Грымзой на огонек не забегали, прочие преподаватели жаловаться на моих учеников тоже не заходили. Лер Кларенс, проклятийник, составил мне ненадолго компанию, намечая план урока на ближайшие несколько занятий, но и он вскоре убежал. Так что я спокойно смогла закончить со своими срочными делами и в кои-то веки даже посидеть немного над проектом.

Хотя, если так подумать, а есть ли смысл? Может, пора бы озаботиться поиском темы по теме моей кафедры и, так понимаю, дальнейшей деятельности? Да уж, Сашка, ты, конечно, вообще молодец: так год аспирантуры пролетит, а ты все еще не определилась с темой. Красота!

Ближе к концу рабочего дня на кафедру неожиданно заглянул лер Натаниэль. На мой удивленный взгляд и уточнение, что декана нет на месте, он улыбнулся и вошел.

— Да, я знаю, Оливер говорил. Нет, я к тебе. Хотел поблагодарить за чудного мальчика, что ты приставила ко мне. О, он настоящий самородок! Давно не встречал настолько тонкого чутья в столь юной особе, — восхищенно протянул мужчина, мечтательно уставившись почему-то на фикус, увивший большую часть преподавательской.

Впрочем, в сторону эльфа не шевельнулся ни единый листик. Я даже невольно позавидовала: хорошо, когда такая крепкая нервная система, что никакие стрессы не колышут. Или у него и поводов для них нет? Тогда вдвойне завидно!

— И это ребенок. Час-полтора после пар он с вами, не больше, — напомнила я, уже не став уточнять, что это, как бы, отработка за его шалость.

— Ну да, конечно… Да, я забыл сделать комплимент вашей прическе. Весьма смело и неожиданно, но смотрится весьма веселенько, — бодро заметил эльф, отвлекшись наконец от нашего особенного цветка.

Хм… Ну, веселенько — это не «что за жуть у тебя на голове?», что уже радует. Ладно, будем считать за комплимент. Хотя от лера Натиандриэля услышать весьма неожиданно.

— Спасибо. Вы что-то хотели спросить, сказать? Я, кстати, почти разобрала схему, что мы с вами обсуждали на прошлой неделе, — спохватилась я, пододвигая к артефактору раскрытый инфоскан.

— На позапрошлой, если быть точнее… — пробормотал он, склонившись над столом. — Ага… Да-да, именно то, о чем я и говорил. Напитать энергией вот эти два узла, и можно строить уже второй слой. Набросаете черновой вариант — сразу приносите мне, будем думать, как к нему пристроить третий слой с его энергопотоками…

Не знаю, сколько бы мы сидели, обсуждая детали моей научной работы, если бы нас не потревожил еще один посетитель. Саймон, как всегда бесцеремонно влетевший на кафедру, по инерции затормозив лишь у стола.

— Сандра, чего на сообщения не отвечаешь? Твой кошак уже панику почти поднял, не обнаружив тебя дома. Благо, Лайла подсказала, что ты могла воспылать трудоголизмом и… — начал он говорить, по-моему, еще в коридоре, но осекся, заметив артефактора. Так что остаток фразы скомкал. — В общем, мы верно подумали, что ты еще на кафедре. А рабочий день, как бы, уже того… Добрый вечер, лер Натиандриэль!

— Вечер? Сандра, похоже, мы с вами снова засиделись, — спохватился эльф, растерянно заморгав длинными светлыми ресницами, и бросил взгляд на окно, за которым как-то так неожиданно стемнело и, похоже, уже давно. Я и сама как-то упустила этот момент, хотя и помнила, как усилила свет магических светильников, когда он показался мне слишком тусклым.

— Да-да, Сандра такая — с ней многим хочется засидеться допоздна, пусть и на кафедре, — выдал вдруг Саймон, заставив меня покраснеть от возмущения и желания придушить одного непомерно наглого боевика, а лер Натиандриэль закашлялся.

— Что ж, вижу, у вас планы на вечер, не буду задерживать… — протянул он, поднявшись со своего места. — А знаете, ваш парень прав.

— Я прав?

— Мой парень?

Сложно сказать, кто из нас с Саймоном был удивлен этим заявлением больше. Но прежде чем боевик самодовольно надулся от гордости, а я возразила или хотя бы съездила по шее этому засранцу, вечно ставящему меня в неловкое положение, артефактор продолжил.

— Учитывая, что мы соседи, нам не обязательно выкраивать время от рабочего дня и сидеть на кафедре. Будут какие-то сдвиги или вопросы — заходите ко мне домой в любое время. Приятного вечера, — мягко улыбнулся он и покинул кафедру, бегло кивнув Саймону.

— Хм… Никогда не мечтала о длинноухих детишках? — уточнил боевик задумчиво, пока я подбирала упавшую челюсть с пола.

— Чего?! Охренел? — мгновенно встряхнулась я и не отказала себе в удовольствии влепить парню смачный подзатыльник. Тот, явно на него и напрашиваясь, даже не попытался уклониться, лишь насмешливо фыркнул.

— Нервная какая, уж и пошутить нельзя… Все-все, без рукоприкладства! Да шучу я, шучу, — тут же пошел он на попятную, когда я уже сформировала на ладони рой магических искорок. Безобидных, в общем-то, даже не подожгут ничего, а при соприкосновении с кожей укол напоминает больше разряд легкого статического электричества, но если пустить все скопом, да в нужное место…

— Дурак ты, Саймон, — вздохнула я устало, деактивировав заклинание и принявшись собирать свои вещи. — И шутки у тебя дурацкие.

— За то любишь, ценишь и уважаешь, — заявил он самодовольно, тронув на столе один из моих инфосканов, который я тут же выхватила из его рук. Но парень уже переключил свое внимание на один из плакатов о найденном тролле. Махнув на это рукой, оставшиеся объявления аккуратно скрутила и поместила в тубус.

— Я бы не была так в этом уверена. Сейчас соберусь, в столовую зайдем, я для Доббишрека возьму еды, хорошо? Покормлю тролля, и можно тогда двигать в таверну. Или все уже там? — спохватилась, только сейчас посмотрев на время. Черт! Надо же было так засидеться! С другой стороны, значительно продвинулись по проекту…

— Зная тебя, ты и на обед не выходила. Да и на завтраке я тебя не видел в столовой, как еще на ногах держишься? — заметил Саймон невпопад. — Тощая какая… Нет, сейчас мы сразу идем в таверну, откармливать тебя. Куда только кошак твой смотрит…

— Да что ты пристал к Андреасу? — не выдержала я, бегло осмотрев кафедру на предмет того, не забыла ли чего.

— Вообще я пристаю к тебе, в первую очередь, — обиженно заметил боевик и предпринял попытку приобнять меня, но я ловко выкрутилась из кольца его рук и подхватила свое пальто.

— Но безрезультатно и без надежды на изменения в этом плане, ага. И пока я не покормлю Доббишрека…

— Да не голодная твоя образина. Адрелии стало интересно, как он выглядит, а Лайла с Андреасом уже подумали о том, что он голодный, наверное, так что накормили его там от пуза, не волнуйся, — хмыкнул Саймон.

— О как. Это хорошо… — оценила я, запирая кафедру, и тут же нахмурилась. — Постой, а как они в дом попали?

— Я же сказал: Адрелии стало интересно. А если ей интересно на что-то посмотреть — ни одна дверь не остановит.

Тут я не нашлась, что ответить, вспомнив, как некогда дроу спасла меня от бесславного прозябания в коридоре общежития, каким-то чудом отперев заклинившую дверь.

— Ну, ладно, тогда я готова, — улыбнулась я, окончательно расслабившись и предвкушая приятные посиделки с друзьями. А где-то в глубине души шевельнулся росток досады на то, что я спасовала и не назначила встречу только лишь с Андреасом…

Зря ожидала какой-то неловкости от общения с Андреасом. Конкретно для него ничего не произошло. Лишь уточнил с беспокойством, почему я так задержалась, и заверил, что с троллем все в порядке. В остальном же болтали обо всем и ни о чем, как обычно.

Хотя, если так подумать, а что для него могло произойти? То, что он ни с кем не помолвлен, в особенности с Риэль, он и так знал, а что я себе навоображала… Ну дурында, что поделать. О предполагаемом жениховстве пока думать и вовсе не хотелось. Так что я просто наслаждалась вечером, со смехом реагируя на дружеские подколки по поводу моего измененного имиджа, мягко подтрунивала в ответ над орками, подначивала Саймона, предлагая ему покрасить волосы в такой же цвет.

Жаль, Риэль с нами не пошла, усиленно готовясь к завтрашней контрольной по истории рас. Я бы больше обрадовалась, если бы Бьянка пропустила нашу встречу, но высокомерная эльфийка царицей восседала рядом с Ричи, недовольно косясь и на него в том числе, попутно выговаривая ему по любой мелочи.

— А ведь так можно и нарваться… — заметила Адрелия негромко, ни к кому толком не обращаясь.

Бьянка, возмущенно вскинувшись, на несколько секунд пристально всмотрелась в лицо ехидно ухмылявшейся Адрелии, как всегда крутившей в пальцах кинжал. И в следующий миг негромко вскрикнула и пошла красными пятнами.

— Да как ты смеешь?! — аж задохнулась она от возмущения, вскочив со своего места, едва не опрокинув стул.

— Какие-то проблемы? — заметила дроу невозмутимо, приподняв бровь.

— Ты… То, что ты думаешь…. Это мерзко! Да как ты вообще посмела?! — от переизбытка эмоций эльфийка даже не сразу сумела подобрать слова, в то время как Адрелия откровенно наслаждалась ее реакцией, едва ли не мурлыча от удовольствия. Да что там говорить, я сама притихла, с любопытством наблюдая, чем же закончится, как и все остальные за столиком. Как бы там ни было, теплых чувств к ней никто не испытывал. Кроме, разумеется, Ричи, с укоризной посмотревшего на дроу.

Бьянка не стала дожидаться, пока боевичка скажет что-то еще или, так понимаю, подумает в красках, и, что-то злобно прошипев себе под нос, выбежала из таверны.

— Адрелия… — Ричи нахмурился, осуждающе взглянув на девушку.

— Что? Сижу, никого не трогаю, даже кинжалом ни разу за вечер ни в кого не кинула. А что я там себя думаю, никого не должно касаться. Твоя Бьянка, помнится, обещала не пытаться читать мысли присутствующих здесь. Или, хочешь сказать, такому крутому менталисту, коим она себя мнит, отказала выдержка, и дар сработал прям-таки случайно? — заметила она резонно. Но Ричи лишь покачал головой и поспешил вслед за своей возлюбленной.

— Это было мощно, — подметил Джош пару минут спустя. — И прям разрывает от любопытства, что же ты такого там представила?

— Тоже считаешь, что я ее вынудила уйти? — приподняла она бровь, многозначительно ухмыльнувшись, отчего орк не рискнул повторить вопрос о мыслях боевой девушки.

— Скорее, умело поспособствовала этому. Или, скажешь, нет? — подхватил Андреас, чуть улыбнувшись. Адрелия хотела было что-то сказать на это язвительное, но лишь фыркнула, махнув рукой, и заказала у проходившей мимо подавальщицы еще сидра.

— Зачем ты ее дразнишь? — полюбопытствовала я через некоторое время.

Не то чтобы мне или кому-то из присутствующих здесь было тоскливо без Бьянки, но и не мешала толком. Если на нее не смотреть, то и вовсе вскоре забываешь, что она тут. Ну сидит, ну фырчит себе под нос, ну кривит губы почем зря да дергает Ричи, нам-то что? Сам парень расстроенным из-за такого обращения не выглядит, а нам и подавно дела до нее нет.

— Хочешь, тебя буду? — отозвалась Адрелия с небывалым энтузиазмом.

— Ну попробуй, — хмыкнула, отхлебнув из стакана.

Несколько секунд дроу испытующе всматривалась в мое лицо, что-то решая для себя, но по итогу хмыкнула, откинувшись на спинку диванчика.

— Увы, с твоими подопечными не мне тягаться… Но, признаться, эта прическа тебе действительно идет. Теперь сама подумываю парочку прядей выкрасить.

— Посоветовать моего мастера? — воодушевилась я, чуть прищурившись.

— Малявок одаренных? Вот уж нет, я лучше с родственниками Малышки проведу ночь в подземелье без единого кинжала под рукой.

И уже я передернулась, вспомнив, как выглядело ее паукообразное существо, обладающее еще и зачатками разума. Весьма кровожадного разума, надо сказать. Встречаться с сородичами этого, да еще и не привязанными магическими к боевому магу, бррр.

— Да ладно вам, Сандру они все равно по-своему любят. Шебутные, одаренные, но дети же, — вклинилась Лайла, с которой я часто делилась мыслями на этот счет, хоть больше и жаловалась все же.

— Предпочту поверить на слово и довольствоваться теорией без подтверждения на практике, — тут уже не смог промолчать Саймон.

Постепенно с темы Бьянки, моих волос и моих подопечных перескочили на темы наших проектов. У кого какая тема, на каком этапе, как сильно помогает научный руководитель, почему вообще взяли эту тему и как много ей получается уделять времени. Пусть из-за неожиданного назначения куратором в плане проекта я числилась в аутсайдерах, было вполне познавательно послушать других. А в какой-то момент я и вовсе сделала стойку.

— Постой, Лайла, что-что ты исследуешь? — переспросила я, не уверенная, что правильно поняла. К тому же, ее тема звучала вполне обычно «Альтернативные методы использования воздушной магии». Мало ли какие методы могут быть.

— Ритуалы. Да, конечно, многие из них запрещены, да и помимо магии в большинстве случаев необходимо особое зелье, при приготовлении которого вкладывается особая магия. А в некоторых случаях приготовление зелья и есть ритуал… Но самое интересное, что для многих ритуальных зелий нужна магия определенной направленности. Есть универсальные, а есть некромантские, боевые, огненные, воздушные… Целая уйма! Конечно, я исследую только воздушные, что и так понятно, исходя из моей темы, но, на самом деле, ты себе не представляешь, сколько всего можно сделать лишь при помощи них, без заклинаний. Забавно, что провести ритуал, изготовив зелье, может кто-то один, а использовать — совсем другой, — с упоением делилась подробностями Лайла, аж раскрасневшись от переизбытка эмоций.

— Как-то странно вообще. Не сами ритуалы, а что сварить зелье — это уже ритуал. Я к тому, что как-то притянуто за уши и непонятно, почему ты, находясь на кафедре стихийников, взяла себе чистую тему зельеваров, — вклинился Андреас.

— Не совсем. Говорю же, на магии все завязано, которая вливается на определенных этапах приготовления и должна принадлежать конкретной направленности. Есть свои нюансы… — поморщилась девушка, подбирая слова.

— Ну ладно, допустим, не суть важно. И какие же воздушные заклинания? Смерч? Воздушная волна? Призрачные крылья? — заинтересовалась уже Адрелия. А я пыталась понять, что именно меня зацепило в этих рассуждениях. Ну да, тема интересная, бесспорно, но у меня прямо екнуло внутри, когда Лайла упомянула один из этих ритуалов, а сердце застучало быстрее…

— Да, вполне можно, и сила их действия будет даже больше. Но мне больше интересны зелья переноса души, астральная проекция, — подтвердила Лайла, я же, в этот момент сделав глоток сидра, поперхнулась и закашлялась.

Андреас обеспокоенно обернулся ко мне, щелчком пальцев убрав пролившиеся капли со стола и моей блузки. Я в ответ, сморгнув невольно проступившие слезы и откашлявшись, заверила его, что все в порядке. Но в голове уже калейдоскопом замелькали воспоминания того, как Сандра достала откуда-то зелье в красивом хрустальном флаконе, как выпила его… как в странном небытие доказывала мне, что это был лишь перенос души на время.

— Разве они не запрещены? — тем временем, за столом продолжался разговор.

— Скажем так, их использование не поощряется, но и не возбраняется, — улыбнулась Лайла.

— А на какое расстояние распространяется действие этой проекции? Как далеко я могу попасть, выпив зелье? — не выдержала я, выпалив то, что вертелось в голове.

— М-м-м… А на какое нужно? Все можно рассчитать, да и главное при использовании не улететь подальше, а представить, куда ты хочешь. Четко это место, до мелочей, или человека. А что?

— Да так, ничего… — пробормотала я, лихорадочно высчитывая, что мне это дает. И все же не удержалась от следующего вопроса. — А возможно ли с его помощью попасть в иной мир?

— Хм… Интересный вопрос… — пробормотала Лайла, задумавшись, пока остальные недоуменно замолчали, бросив на меня несколько удивленные взгляды. Но прежде чем я успела пожалеть, что заговорила об этом, а заодно накрутить себя тем, что невольно выдала себя, разговор продолжился в том же духе.

— Нет, ну в самом деле, Сандра своим вопросом прямо в точку. Чисто теоретически, это ведь тоже путешествие, — подхватил Саймон.

— Ага, было бы интересно побывать в другом мире, но мне кажется, это больше из раздела сказок, — пожал плечами Андреас.

— И потом, в нашем мире столько потрясающих мест для путешествия, что особого смысла исследовать другие миры не вижу. Разве что помечтать, — фыркнул кто-то из орков, я не успела заметить, кто именно, незаметно выдыхая.

Нет, о каких-то гонениях, устраиваемых иномирянам, я не слышала с тех пор, как здесь, да и в памяти Сандры ничего такого не находила, но и проверять как-то не было желания. И потом, получается, я столько времени обманывала всех вокруг, притворяясь другим человеком… Вряд ли кто сможет простить. В особенности, друзья и родители Сандры.

— А я бы хотела посмотреть на мир, где живет мой двойник. Если верить теории Маргероша, у каждого из нас в каком-то из миров он есть. Может, в какой-то параллельной реальности я темная властелинша? — промурлыкала Адрелия, подмигнув, вызвав всеобщий смех за столом.

— Ты и тут практически темная властелинша. А вдруг в другом мире ты милая наивная стесняшка, обожающая котиков? — не удержался Саймон и в следующий миг уже поймал полетевший в него кинжал.

— Ну, чисто в теории, это все, конечно, возможно, но! Вы забыли о главном условии, — хмыкнула Лайла, отвлекшись от раздумий. — Чтобы отправить свою астральную проекцию в другой мир, нужно знать наверняка, куда, представить это место или человека, так что увы… Все это лишь домыслы.

Угу, или подгадать момент возвращения в свое тело так, чтобы в другом мире твой двойник тоже покинул на несколько мгновений свое и рвался обратно… Да только хрен же подгадаешь такую ситуацию нарочно, лишь я могла вляпаться так. Ну и Сандра, естественно. С другой стороны, конкретно я с нужным зельем все же могла бы наведаться в родной мир, навестить родителей, друзей, эту дурынду, убедиться, что с ними все в порядке…

Разговор за столиком уже давно свернул в другое русло, а я все размышляла, как бы попросить у Лайлы рецепт такого ритуального зелья. Хотя, учитывая воздушную магию, которой я не владею, тут все равно просить конкретно приготовить такое зелье для меня. И чем я аргументирую это мое странное желание? Или попросту списать на «блажь нашла»? Ладно, в любом случае, острой необходимости здесь и сейчас все выяснить и добыть зелье у меня нет.

— О чем задумалась? — тихий голос Андреаса заставил меня отвлечься и чуть смущенно улыбнуться ему, легкомысленно пожав плечами.

— Да так, ни о чем особенном… Разобрался, кстати, со своим проектом, успел? — поинтересовалась, перестав вертеть в руках стакан с сидром, на котором неосознанно ковыряла эмблему таверны, и сделала глоток. Приятное тепло тут же растеклось по телу, заставляя тяжелые мысли на время отступить.

— Да застопорился в одном месте, уже который день бьюсь, расчеты не сходятся почему-то. Сама схема верная, а вот что касается цифр… — поморщился он, взлохматив волосы всей пятерней, но, заметив мой обеспокоенный взгляд, тут же добавил. — Да ничего, разберусь, куда я денусь?

— Давай помогу? — выдохнула я почти одновременно с его последней фразой. А в груди быстро заколотилось сердце, будто давая понять: вот оно! Наконец-то мой шанс хоть в чем-то помочь Андреасу, выручавшему меня с первого дня. И прежде чем нэко начал возражать, положила поверх его руки ладонь для большей убедительности и затараторила. — И это не вопрос. Знаешь, как я классно разбираюсь в цифрах? Разумеется, знаешь, у нас же предметы с математическим уклоном общие были! Так что все, это не обсуждается. До завтра терпит? Я после пар с малышней еще с часик побуду на кафедре, заскочу к Доббишреку и могу сразу к тебе, ага?

— Сандра, я…

— Или нужно прямо сейчас? Тебе срочно? — нахмурилась, прикидывая, сколько у меня сил осталось. По всему выходило, что не очень много, учитывая напряженный день и ранний подъем, и все же, это мой Андреас, о чем речь? — В принципе, если обеспечишь меня кофе, можно и сейчас пойти…

— Вот, Саймон, учись у Андреаса: всего одна фраза, и девушка сама готова провести у него дома бессонную ночь. Тебе до его уровня расти и расти, — подколол парня Дрейк, за что тут же получил тычок под ребра от Лайлы. — Ай, да что я такого сказал?

Нэко же совершенно очаровательно смутился, отчего его ушки прижались к голове, а хвост, почти с самого начала вечера занявший место на моей талии, хоть и, кажется, без ведома хозяина, спрятался под столом.

— М-м-м… Нет, срочно не надо. Да и вообще, я сам справлюсь, правда, не хочу тебя напрягать… — замялся он.

— Значит, договорились, завтра около пяти я у тебя, — заявила категорично, вновь похлопав его по ладони. Парень, проследив за моим жестом взглядом, усмехнулся, на миг блеснув кончиками клыков в неясном свете таверны.

— У тебя наверняка свои планы… — предпринял он последнюю попытку.

— Ага! В моих планах четко значится, что завтра я помогаю тебе разбираться с расчетами, — кивнула, не скрывая уже довольной улыбки, и нэко окончательно сдался.

— Спасибо…

— Да не за что. Ты столько для меня сделал за все время, что мы дружим. Должна же я отплатить хоть чем-то, — пожала плечами я, на что Андреас неожиданно едва слышно хмыкнул.

— Ну да. На то и существуют друзья, ты права, — ответил он словно бы с каким-то намеком. Я же растерялась. Что-то ляпнула не то? Не тем тоном? Не в то время? Обидела? Черт, надо бы получше следить за своей речью…

— Ладно, ребятки, пойду я. Мне на завтра первой парой поставили практику у второкурсников по водной стихии, то еще испытание. Не мешало бы хорошенько выспаться, — сказала Лайла, поднявшись со своего места. Дрейк тут же встал вслед за ней, но она отрицательно мотнула головой. — Да ну, не надо провожать, посиди еще с ребятами, время детское совсем. До встречи, народ.

Я, отвлекшись от своих мыслей, кивнула ей вслед и тут же встрепенулась, осененная внезапной идеей.

— Лайла, постой-постой, я с тобой. Мне к троллю уже надо, загрустил, небось, бедный без меня… Всем пока! — выпалила я скороговоркой и, вскочив из-за стола, поспешила за подругой, надеясь, что своим скорым уходом не обидела Андреаса еще сильнее. Как-то само собой разумеющимся выходило, что после каждых посиделок именно он сам или с Риэль провожал меня домой. Но, в случае чего, извинюсь за все скопом завтра, если окажется, что в самом деле умудрилась как-то задеть его. Сейчас же мне выпала возможность поговорить с Лайлой без свидетелей и практически беспалевно по свежим следам.

— Слушай, я все думаю о тех зельях, что ты говорила. Об астральной проекции. Будешь смеяться, но я практически с детства мечтала о чем-то подобном: посетить те места, в которых уже была, но сейчас нет возможности побывать там вновь, — выдала я практически чистую правду, когда мы отошли уже на небольшое расстояние от таверны.

— Да, с этим зельем это вполне реально провернуть. Но на то она и проекция, что даже коснуться ничего не сможешь. Не проще ли попытаться все же отправиться в желанное место наяву? — пожала плечами девушка, ничуть не удивившись выбранной мной теме для разговора. Тем лучше.

— Там могут быть люди, с которыми мне не хотелось бы встречаться… — ответила уклончиво.

— А, вон оно что. Так понимаю, не хотелось бы, чтобы они с тобой встречались, а сама совсем даже не прочь их увидеть? — рассмеялась она, сделав свои выводы. И я не стала ее разубеждать, лишь чуть сконфуженно развела руками, ненароком задев ветку ближайшего дерева, отчего на нас щедро сыпануло снегом.

— Ай, Сандра, это твой аргумент, что ли? — вскрикнула подруга и снова рассмеялась. — Ладно, я поняла, к чему ты клонишь. Сделать тебе такое зелье?

— А ты можешь? — я аж споткнулась на месте. — Это было бы здорово… Какие ингредиенты нужны? Что от меня вообще надо? Я все куплю, достану…

— Да брось, не первый день же исследую все это, так что нужных компонентов у меня навалом. Ближайшие несколько дней мне не до того, если честно, но на выходных сделаю, раз уж тебя так увлекло, — подмигнула она. А в следующий миг я с восторженным визгом повисла у нее на шее, звонко чмокнув в щеку.

— Спасибо! Ты лучшая!

Правда, моя радость Лайле вышла боком. От неожиданности стихийница не удержала равновесие и, поскользнувшись на обледеневшей дорожке, упала. На меня же.

— А еще тяжелая… — придушенно пискнула я из-под нее.

— Мгновенная карма за несанкционированный снежный «душ», — фыркнула она, поднимаясь и помогая подняться мне. — Пойдем уж, а то такими темпами нескоро доберемся домой.

На следующий день в Академии, в холле у одного из моих рисунков-объявлений я увидела лера Натиандриэля, с интересом рассматривавшего мои художества. На миг даже испытала нечто сродни неловкости, пусть и старалась передать на бумаге мордень Доббишрека во всей красе, но с таким же успехом этот рисунок мог быть похожим на любого другого тролля. Зато привлекает внимание к написанной ниже информации.

— Да, знаю, не очень похож, но хотя бы понятно, что это именно тролль, а не собака, — прокомментировала я, подойдя ближе. Артефактор вздрогнул, явно не услышав в окружающем шуме, как я подошла, но в следующий момент приветливо улыбнулся мне.

— О, Сандра, доброе утро. Прекрасно выглядите, — выдал он дежурный комплимент. — Тролль уже не мешает спать, ведет себя смирно?

— Доброе. Да, вроде того. Но наверное будет лучше, если найдутся его хозяева. Из меня не лучшая хозяйка, я и дома-то бываю совсем вечером, ему наверняка грустно одному взаперти, — чуть поморщилась я.

Вчера вечером пришла, он встрепенулся, когда подошла к нему, но был каким-то вялым все же. Правда, оживился, когда выпустила из вольера и наколдовала побольше иллюзорных насекомых. И все же, не думаю, что мой распорядок дня в ближайшее время как-то изменится, а троллик, судя по всему, привык, что рядом с ним кто-то есть.

— Насколько знаю, вы и о своем кураторстве так говорили, и, тем не менее, что-то гложут меня смутные сомненья, не передумаете ли вы переводиться к нам на кафедру в следующем году, — усмехнулся он и, прежде чем я возразила, перевел тему. — А почему, кстати, решили расклеить объявления здесь? Думаете, кто-то из студентов хозяин тролля?

— Вот уж сомневаюсь. Да нет, просто подумала, что большинство студентов все же местные, живут не в общежитии, с кем-то общаются дома. Может, кто-то что-то слышал, — пожала плечами. — Я написала там внизу, где дети обнаружили его. Завтра тоже схожу туда, расклею объявления еще там, наверное.

— Если хотите, я могу сходить. У меня всего одна пара сегодня, я планировал сходить на рынок подержанных артефактов, присмотреть, может, детали какие для практического занятия у первокурсников, этот район как раз по пути, — предложил он неожиданно.

По всем законам жанра мне полагалось бы отказаться. И с тем же Андреасом я наверное так и поступила бы, да и леру Натиандриэлю хотела было сказать «нет», но эльф, восприняв мое пораженное молчание за согласие, уже принялся снимать плакат со стены.

— Я тогда прихвачу один из них. Если что узнаю — сразу же с вами свяжусь, — заверил он меня.

— Спасибо, но это как-то…

— Да бросьте вы! Из-за меня вы вчера допоздна сидели на кафедре. Да и считайте это благодарность за то, что познакомили меня с Эмилем: ну чудо, насколько мальчик талантлив!

— Постойте, так у него с вами сегодня снова отработка, — спохватилась я.

— Не беспокойтесь, до того времени я уже вернусь на кафедру. И не волнуйтесь так из-за тролля: если судьба, хозяева найдутся. А нет — может, именно вы его шанс на новую жизнь. Всем нам, порой, он нужен, — усмехнулся мужчина и, кивнув на прощание, покинул меня, зажав плакат с криво изображенным тролликом подмышкой.

Вздохнув, я тряхнула своими цветными волосами и, улыбнувшись в ответ на пронесшийся шепоток по рядам студентов, кого моя прическа все еще немало привлекала, также поспешила по своим делам. Как бы там ни было: что ни делается, то к лучшему.

В назначенное время, разобравшись со своими делами и даже успев перекусить в столовой и отнести еду троллю, я уже бежала по сугробам в общежитие, сражаясь с ветром, так и норовившим бросить пригоршню снега прямо в лицо. Кое-как отряхнувшись на пороге, приветливо кивнула лерри Калахаре, которая, видимо, собралась было начать возмущаться, что к ней ввалился снеговик в моей лице. Но, узнав меня, даже помогла отряхнуться немного. Правда, это был больше повод узнать, что за бубуйня приключилась с моими волосами. Выдав ей краткую версию истории и справившись о здоровье и делах самой коммендантши, мгновенно завоевав ее сердце, поспешила на аспирантский этаж. Но только остановилась у нужной двери и собралась постучать, как она сама отворилась, едва не треснув меня по носу.

— Ой!

— Оу, прости, я просто услышал твои шаги, вот и… — смутился Андреас, отчего его ушки очень мило опустились, а хвост обвил ноги.

— А откуда ты знал, что шаги мои? Не выходил же каждый раз, как кто-то проходил по коридору, — заинтересовалась, склонив голову набок.

Но Андреас лишь загадочно усмехнулся, оставив мой вопрос без ответа, и посторонился, давая пройти.

— Горячий шоколад с корицей и миндалем будешь? Уверен, такого ты нигде не пробовала, — предложил он вместо этого. Я же там на месте едва не растеклась сиропной лужицей обожания.

— Да-а-а… — только и смогла выдохнуть восхищенно.

Подмигнув мне, Андреас прошел вглубь комнаты, откуда доносились потрясающе вкусные ароматы. Я тут же разулась у двери и принялась стаскивать с себя мокрое от налипшего снега пальто.

— Я тут у тебя немного наследила. Ты сегодня не выходил, весь день с расчетами своими? На улице под вечер та еще метель поднялась, ветер задувает снег прямо за шиворот, а я еще и шапку умудрилась оставить на кафедре, но лень было возвращаться… — тараторила я, избавляясь от верхней одежды, и осеклась, когда меня окутало облако теплого воздуха, как от горячей деревенской печки, в которой уютно потрескивают сосновые дрова, источая едва уловимый запах хвои и смолы.

— У тебя волосы мокрые были, — прокомментировал парень, обернувшись ко мне, и недоуменно уставился на мои носки в веселенькую разноцветную полосочку, в тон волосам.

— Да можно было не разуваться…

— Ну, здрасьте! Предлагаешь топтаться тут у тебя грязными мокрыми ботинками? — фыркнула, кивнув в сторону моей… абсолютно чистой и сухой обуви. — И чего я не пошла на бытовика? Насколько бы моя жизнь стала проще… — пробормотала я. — Ладно, где твои расчеты? И шоколад.

Улыбнувшись, Андреас указал на стол, заваленный бумагами, где на самом краю стояли две пузатых голубовато-зеленых чашки, источавших тот самый запах блаженства. И все же я обратила внимание, что бумаг на столе слишком много, и лежат как попало, внахлест, а некоторые из них частично лежали уже скомканные и на полу, что не вязалось с обычно идеальным порядком у нэко. Парень, заметив мои округлившиеся от удивления глаза, чуть смутился, немного нервно дернув хвостом, и поспешил поднять их.

— Да что-то совсем не ладилось тут, — он несколько обескураженно взлохматил пятерней волосы.

Улыбнувшись ему, шагнула ближе и осторожно отобрала одну из бумажек. Разгладила, глядя, что же там такого. И повторно удивленно приподняла бровь. Почему-то была уверена, что у нэко идеальный каллиграфический почерк, но моему взгляду предстали косые строчки, исписанные острыми, чуть корявыми буквами, будто их и вовсе выцарапывали когтями, а не обычным пером.

— Да это черновик, я торопился, как попало записал, пока мысль не потерял, но по итогу все равно ничего не получилось. Шоколад?

Андреас, явно желая отвлечь меня, взял в руки одну из чашек и попытался вручить мне. Ну, весьма успешно попытался, я тут же сделала небольшой глоток и замычала от блаженства, наслаждаясь всеми гранями вкуса. Правда, от расчетов на добытом клочке бумаги это меня отвлечь не сумело.

— Просто божественно! Ты искушаешь, право слово… Так у тебя ошибка во втором ряду Майкберга. Да и кто тебя учил высчитывать матричные значения вот так? Это же не банальные столбики чисел, ну в самом деле, — я укоризненно взглянула на него поверх листка и, наткнувшись на его взгляд, полный восхищения, смешанного с каким-то едва ли не благоговением, подмигнула. — Не дрейфь, разберемся. Готов к труду и обороне? Скидывай стальные расчеты на пол.

Андреас в ответ на эту мою команду недоуменно вскинулся, явно усомнившись, правильно ли услышал. Но я уже, не расставаясь с чашкой, подхватила неровную стопку бумаг и первая уселась на мягкий ковер на полу, вытянув ноги и принявшись раскладывать вокруг листы.

— Авторитетно заявляю: на каллиграфию это особо не повлияет, судя по тому, что я увидела на твоем черновике. На меня можешь даже не рассчитывать в этом плане — я сама по идеальности почерка недалеко ушла, так что терять нам точно нечего. Зато на полу думается лучше. Ты мне веришь? — и озорно подмигнула ему.

— Более чем, — мурлыкнул Андреас неожиданно вкрадчивым бархатным тоном, блеснув азартом в глазах, и потянул бумаги со стола.

Я же украдкой перевела дыхание, вцепившись пальцами в чашку покрепче. От невинной фразы, сказанной таким тоном, неожиданно пробежали мурашки, а внутри поселилось предвкушение. Сдается мне, искушение одним лишь шоколадом сегодня для меня не ограничится…

Расчеты! Я здесь для расчетов! По крайней мере, в первую очередь. А там уже… Одно другому не мешает, разве нет?

— Да нет же! Это значение вообще не относится сюда, разве не видишь? Грубо говоря, ты пытаешься просуммировать энергию, которую тратишь на создание контура, и энергию, которая идет на откат, — возмутилась я, заглянув в записи Андреаса.

За окном уже давно стемнело, метель еще больше усилилась, судя по завываниям ветра и ледяной крупе, которую он щедро бросал в стекло. А я лежала на ковре на животе, беспечно болтая ногами, и пыталась на своем пергаменте вывести нужное значение, которое вероломно отказывалось находиться, заставляя меня пересчитывать раз за разом. Мои мысли, казалось, состояли уже из одних только чисел и математических символов.

Большую часть расчетов мы уже разобрали, часть безнадежно измяли, благо, это все черновик. На какой-то важный чертеж энергетических потоков, случайно попавший сюда же, я умудрилась ляпнуть смородиновым джемом из пирожка, подсунутого заботливым нэко. К счастью, заклинание, которое могло спасти его, тоже было известно бытовику. Вот надкушенной сдобой я сейчас и потрясала, заглянув в записи парня, усевшегося рядом по-турецки и писавшего едва ли не под мою диктовку. И кто придумал, что на полу писать неудобно? Бумага плотная, не рвется, чернила в зачарованных перьях тоже не заканчиваются и не проливаются. Удобно же!

— А что не так? Это же не сложить яблоки и скрепки, то энергия, и то… — возразил нэко, впрочем, не очень уверенно.

Память у Андреаса была феноменальной, он с легкостью запоминал все зубодробительные формулы и различные плетения, используемые в бытовой магии, и всегда знал, когда, что и с какими параметрами следует использовать в той или иной ситуации. А вот с проектом, в котором на определенном этапе требовалось вывести новые формулы, частично используя уже известные, а что-то додумывая уже на ходу, начались проблемы.

— Но, тем не менее, сливочное и подсолнечное масло ты не станешь хранить в одной банке и считать вместе вес, — отбрила, сразу подобрав простую и понятную парню аналогию, и с независимым видом откусила еще от пирожка. Интересно, откуда нэко берет их? В столовой ни разу не видела подобной выпечки. Узнать, что ли, что за домовой ему притаскивает их и откуда?

— О. Понял. Хм… — Андреас нахмурился, едва уловимым пассом заставляя последние строчки его записей исчезнуть.

Тут уже я невольно покосилась на свой огрызок пергамента, где щедро черкала ошибочные результаты, написанные уже мной же. Что можно аккуратно убрать неправильную формулу, я как-то даже и не подумала. Сев уже поудобнее, последовав примеру Андреаса, в два укуса доела пирожок и принялась дальше рассчитывать параметры, которые помогут другу собрать потом все воедино в нужной последовательности.

Справедливости ради, стоило отметить, что тема у него не из простых. Целый каскад заклинаний, где одно вытекает из другого и заменяет генеральную уборку дома. То есть, используешь одно заклинание, пусть магии требуется не так уж и мало, и в течение пяти-десяти минут твой дом сияет чистотой. Посуда моется, белье стирается, плита драится, полы намываются… Использовать для каждого случая отдельное заклинание, вбивая нужные параметры и тратя магию — намного дольше и энергозатратнее. Если у Андреаса все получится, мне кажется, это и вовсе станет прорывом в сфере бытовой магии. Да что там, я уже готова кричать: возьмите мои деньги и научите этому заклинанию!

Самое сложное, как по мне, это скомбинировать нужные плетения, определить, какие заклинания не противоречат друг другу и совпадают по векторам, где можно наложить одно на другое… И нэко уже определил список идеально подходящих заклинаний. В теории все должно работать. А вот как раз на практике мы и долбались с расчетами. Радовало, что не все должен был делать Андреас. От него требовалось довести до определенного этапа и дальше уже думать с его научным руководителем.

— Тогда не получается. Не хватает энергии. По теореме Стайхера-Лебрина ее должно быть на входе столько же, сколько на выходе. Мы что-то теряем, — поморщился нэко, склонившись над длинным пергаментным свитком, белой лентой пересекавшим почти всю комнату, где Андреас по моей просьбе записал все используемые формулы и плетения. Туда же мы записывали найденные нами цифры, которые уже точно «рабочие».

Вздохнув, я тоже подвинулась и села ближе, намереваясь вновь пробежаться взглядом по ровным столбикам чисел. Но сосредоточившись на них, под ноги посмотреть не додумалась.

— Ай, Сандра, хвост! — воскликнул Андреас сдавленным голосом.

Ойкнув, тут же отодвинулась от пострадавшей конечности, на которую так неосторожно умудрилась наступить коленом.

— Прости-прости, я не хотела, — запричитала, тут же погладив пострадавший пушистый кончик. — Сильно больно?

Но парень от этого действия напрягся еще сильнее и осторожно забрал хвост, почему-то избегая смотреть на меня.

— Ничего… Все нормально, — ответил он, тяжело сглотнув. — Ммм… Знаешь, наверное, этого всего достаточно. Я завтра отнесу лерри Рамилии на кафедру. И так много сделали, спасибо тебе.

И хоть благодарность прозвучала вполне искренне, мне на какое-то мгновенье стало чуточку обидно, что меня вот так ненавязчиво выталкивают за дверь. Впрочем, после того, как я потопталась по хвосту…

— О… Да не за что, обращайся… — пробормотала, поднявшись с колен. Прилипший к руке обрывок бумаги, где я быстро записала промежуточные результаты расчетов, с тихим шелестом спланировал на пол. Парень, кивнув, подхватил его и принялся собирать разложенные вокруг такие же обрывки.

— Ага… Ты сильно торопишься? Не хочешь еще шоколада? — продолжил Андреас уже своим обычным тоном, будто ничего не случилось, когда я уже повернулась за своим пальто.

— С радостью! — тут же выдохнула с облегчением, чувствуя, как начавшая было скапливаться обида, густо замешанная на неуверенности и неловкости за пострадавший хвост, растворилась, будто ничего и не было.

— Отлично, я сейчас, — обрадовался парень, гибким слитным движением поднявшись и потянувшись, как большой кот. Кажется, на миг я услышала мурлыканье. Мне расценивать это как то, что хвост больше не болит? Ну и слава всему святому, просто камень с души!

— Я пока рассортирую бумаги на чистовики, черновики и на выброс, — предложила, с энтузиазмом бросившись помогать.

Андреас, поднявший было руку и явно намеревавшийся использовать какое-то заклинание, на секунду задумавшись, кивнул.

— Да, так будет лучше. Тогда точно ничего нужного не пропадет. Заклинание может некоторые исчерканные листки принять за мусор, — согласился он.

Я же промолчала, что, во-первых, ну не могу я не черкать, я и в своем реальном мире никогда не использовала белую замазку, чтобы убрать ошибку. Только много раз почеркать ручкой, размазывая чернила, только хардкор. А во-вторых, я бы не стала так уж доверять мне в плане того, что не потеряю и не выброшу случайно ничего нужного. Но тут уж сама вызвалась, буду тщательно все осматривать…

Когда последний листик занял свое место в стопке на краю стола, по комнате уже разнесся умопомрачительный запах шоколада. Я хотела было предложить Андреасу устроиться с чашками на все том же мягком ковре или куда-то переставить инфосканы и бумаги и как нормальные люди сесть за стол. Но, обернувшись, увидела, как нэко ставит чашки на широкий подоконник, к которому примыкала кровать.

— О, предлагаешь устроиться на кровати, используя подоконник вместо стола? Мне нравится эта идея! Можно сидеть на мягком, пить шоколад и смотреть в окно на двор Академии, — обрадовалась я.

— М-м-м… Вообще я чашки поставил тут, чтобы они немного остыли, а тем временем убрать бумаги со стола… Но мне нравится твоя идея, — улыбнулся Андреас и приглашающе махнул рукой.

На несколько мгновений я даже задумалась, стоит ли смущаться, что вынудила парня позвать меня к себе на кровать… Ой, да ладно, прям уж! К тому же, мягкая такая, просторная. Под смешливый фырк нэко даже чуть попрыгала, проверяя на упругость. Ну удобная же! У меня в русалочьей комнате была гораздо хуже.

Улыбнувшись, взяла в руки чашку и сделала первый глоток горячей, но не обжигающей вкуснятины. Закатив глаза, застонала от удовольствия.

— Ну до чего же вкусно! Знаешь, чем соблазнить девушку, — промычала, смакуя каждый глоточек, пока Андреас, кажется, даже забыв, что у него такая же чашка остывает на окне, с мечтательной улыбкой смотрел на меня.

— Хочешь, буду каждый день тебе делать? — произнес парень негромко, на что я аж рассмеялась от неожиданности.

— Ты мои мечты подсмотрел, что ли? — хихикнула, шутливо похлопав его ладонью по плечу. — Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Андреас, порывисто вздохнув, подался вперед, собираясь что-то сказать, даже приоткрыл рот, но в последний момент усмехнулся и, на миг закусив нижнюю губу, покачал головой, будто в ответ на какие-то свои мысли.

— Что? — удивленно приподняла бровь я.

— Ты испачкалась немного, — мягко ответил он, продолжая улыбаться, и, все же потянувшись ко мне, провел подушечкой большого пальца у правого уголка моих губ. Уже я порывисто вздохнула, немного нервно улыбнувшись, и невольно облизнула нижнюю губу. Внутри что-то всколыхнулось, как бывало в детстве, когда мама возвращалась с работы и с заговорщицким видом предлагала угадать, в какой руке у нее вкусняшка. Моя вкусняшка сейчас сидела прямо напротив меня и манила не меньше…

— О чем думаешь? — тихо спросил парень, не отводя от меня взгляда своих нереально зеленых глаз и не торопясь отодвигаться.

В голове у меня роились сотни мыслей. Но не уверена, какие из них можно было озвучивать, а какие стоило приберечь, спасая дружбу. Не хотелось упускать момент, который мог стать решающим для моего или даже нашего будущего. Но кто мог сказать наверняка, тот ли это момент, за который стоит бороться?

— А ты помолвлен с Риэль? — все же спросила о самом главном и замерла, на какой-то миг даже забыв дышать.

Андреас недоуменно моргнул и чуть нахмурился, явно не ожидая от меня такого вопроса.

— С Риэль? С чего ты взяла? — его удивление почти можно было пощупать. А мое волнение, крепко спавшее до этого, вдруг проснулось и накатило сразу махом, причудливо перемешавшись с облегчением. Все же феечка не соврала при последнем разговоре — похоже, они в самом деле не помолвлены. Интересно, как давно?

— М-м-м… — замялась, но, покачав головой, прищурилась, решив, что хватит уже недоговорок. Пусть сейчас покажусь совсем глупой, зато буду знать наверняка. — Ты вряд ли помнишь, но когда я впервые увидела Риэль… Я тогда еще у твоей комнаты стояла. Честно говоря, уж и не помню, зачем пришла.

— За своим платьем, — неожиданно серьезно кивнул Андреас, молниеносно сообразив, о каком дне я говорю. — Ты забыла его у меня накануне, я помню. И что Риэль? Она что-то сказала?

Немного стыдливо улыбнувшись, я пожала плечами, бросив взгляд на заснеженный двор академии, где в свете магических фонарей ветер подбрасывал мириады снежинок, заставляя танцевать их в вихре.

— Да не то, чтобы… В общем, она на тебе так висела, и… — запнулась я, а из груди вырвался короткий смешок, заставивший поморщиться. — Не знаю, глупо, наверное. Сейчас-то уже знаю, что она на всех так висит, а тогда это было так неожиданно, и еще говорила, что вы вместе собирались жить. Ну, а что мне еще думать?

Последняя фраза против воли прозвучала обвиняюще, когда я вскинула подбородок и уставилась прямо в глаза Андреасу.

— Что за шебутной Риэль стоит присматривать и совсем неплохо снимать квартиру на двоих, с двумя раздельными спальнями, на правах старшего брата, пусть и не кровного? — уточнил он весьма резонно, приподняв бровь. Звучало логично. Пусть в тот момент я еще не знала их так хорошо, как сейчас, но потом же почему не возникло мысли, что сама себя ввела в заблуждение? Так сильно хотелось быть обманутой, плюс действовала по принципу: все хорошие парни стопроцентно уже заняты?

— И о помолвке точно что-то было! Ну не могла же я на пустом месте это придумать? — мой голос уже прозвучал почти жалобно, но я с надеждой уставилась на парня, отчаянно страшась уже увидеть на его лице что-то, что… что… Черт, да сама не знаю, чего боялась! Но, несмотря на то, что сейчас заставляла себя ни о чем не думать, понимала, что вот оно: точка невозврата, после которой в нашей дружбе что-то изменится. И уже сама жалела о том, что не пила свой шоколад молча. Или что и вовсе не отказалась от него, сославшись на то, что сладкое поздно вечером пить и есть вредно…

И тут мысли вихрем прорвались сквозь тщательно выстроенный заслон: а вдруг я снова что-то не так понимаю, а Андреас все же помолвлен? Или и вовсе женат? Ага, и трое детей ждут его с академии… Но даже сарказм, направленный на саму себя, не помог мне полностью справиться с волнением. Да что ж ты молчишь уже целых три секунды?!

— Не могла, — медленно произнес он, а мое сердце будто ухнуло вниз, в голове зашумело. — Риэль тогда сказала, что перед помолвкой стоит успеть нагуляться. Мы в тот день обсуждали ее помолвку, она все переживала, что аж до конца первого семестра не увидится со своим женихом. Ну, я и успокоил ее, что это нормально — общаться, гулять с друзьями, к тому же, там все пока на словах, официального объявления еще не будет. Он улаживает свои дела на другом конце империи, но уже после весенних праздников вернется. Ну, и чтобы окончательно убедить ее, сказал, что я и сам бы до помолвки предпочел бы жить обычной жизнью, учиться, гулять с друзьями…

— То есть, ты не помолвлен? — быстро переспросила, выделив главное.

— Нет, не помолвлен. Это важно? — уточнил он вроде так же спокойно, но подрагивающий кончик хвоста выдавал его волнение.

И… Я вдруг испугалась, смутилась. Неопределенно пожав плечами, собираясь с мыслями, обхватила чашку покрепче и одним глотком допила ее содержимое, облизнув губы.

— Ты чуть испачкалась, — тихо подсказал Андреас, не сводя с меня внимательного взгляда.

— Где?

— Я уберу…

И с этими словами потянулся ко мне и осторожно коснулся своими губами моих, заставив вздрогнуть. А в следующий миг, уловив момент, когда парень хотел отстраниться, уже сама подалась вперед и ответила на поцелуй с привкусом шоколада…

ГЛАВА 5

Проснулась я внезапно, рывком, несмотря на то, что долго не могла уснуть, раз за разом снова переживая события вечера. За окном еще было темно, если прислушаться, можно было услышать слабое завывание ветра, но, судя по всему, метель давно улеглась.

Позевывая, закуталась в длинный махровый халат поверх моей пижамы и прошлепала на кухню, мельком заглянув в вольер сладко дрыхнущего Доббишрека.

Заваривая кофе и вдыхая аромат перемолотых зерен, невольно вспомнила вкус шоколада на губах, который теперь у меня стойко ассоциировался с едва уловимым, таким родным уже запахом Андреаса и его поцелуем. Тут же вновь накатили воспоминания, отозвавшиеся щекотными пузырьками радости где-то в районе солнечного сплетения. Невольно вздрогнула, выронив ложку, которой помешивала варящийся в турке кофе. Чертыхнувшись, полезла за ней под стол, а когда выпрямилась, выругалась уже громче, узрев перелившуюся через край кофейную пену, с шипением заливавшую магическую конфорку. Поспешно выключила, досадливо поморщившись, и устало присела за стол, подперев голову рукой. Покрутила в пальцах испачканную ложку и со вздохом бросила ее на чистую поверхность стола, не заботясь о появившихся пятнах. Все равно теперь все отмывать.

На смену радости пришла досада и даже какая-то горечь вместе с пониманием, что, кажется, я все испортила вчера. Воспоминания вновь калейдоскопом пронеслись в голове, показывая, что было после поцелуя.

Вскочив с кровати и, кажется, уронив чашку с последними каплями шоколада на пол, я шарахнулась от Андреаса. И, не давая ни ему что-то сказать, ни себе передумать, что-то ляпнула про тролля, оставшегося дома одного, в считанные секунды втиснулась в ботинки, подхватила пальто, даже не остановившись, чтобы его надеть, и выбежала за дверь.

Я, почему-то, совсем по-дурацки испугалась. Даже не того, что Андреас может быть моим женихом и связанных с этим возможных проблем, нет. Мне почему-то стало страшно, что все вокруг становится слишком реальным. То есть, с момента моего падения с моста прошло уже немало времени. Я свыклась с мыслью, что все, теперь это моя жизнь, с магией, артефактами, академией, детьми, даже троллем…

Но на подкорке это воспринималось как «вот сейчас поиграю еще немного, и домой». Да, безусловно, понимаю, что шансов вернуться нет. К тому же, вероятнее всего, и вовсе предпочла бы остаться здесь, будь у меня выбор. Но как раз проблема в том, что выбора не было!

И все равно ощущение, что в любой момент я вернусь в свой мир, не покидает. Я не попрощалась с ним, чтобы с чистой совестью выдохнуть и принять новую жизнь. Кураторство, проекты, посиделки в таверне — увлекательно, ответственно, важно, да. Но отбери это все сегодня, и через полгода при воспоминаниях лишь что-то слабо всколыхнется внутри, и только. Если вернусь домой, погрущу немного и успокоюсь.

Андреас же… Это чересчур реально для меня. Те чувства, что он вызывает во мне, те желания, что переполняют просто от его запаха, случайных прикосновений, такой родной уже солнечной улыбки, те мечты о возможном совместном будущем…

Я окончательно запуталась. Знаю, что глупо, знаю, что домой не вернуться, знаю, что совершаю ошибку, да, сотни раз да! Только не покидает навязчивая мысль, что если перешагну эту черту, открывшись этому миру окончательно, добровольно привязав себя к нему — предам все то, что когда-то было для меня безумно важным там, в прошлой жизни.

Пусть я и не думаю каждую секунду времени о родителях, друзьях, учениках, в конце концов, оставшихся дома, это не означает, что по вечерам не тоскую по ним, а по ночам не просыпаюсь иногда в слезах от удивительно реалистичных снов, где я бьюсь за стеклом в паре сантиметров от них, но меня никто не видит и даже не помнит, с легкостью заменив на другую меня.

Это чувство потихоньку испарялось, чем больше времени проходило, тоска затухала… Пока не услышала о зельях Лайлы. И вот тут меня просто накрыло. Я ведь даже не попыталась за все время, что здесь, отыскать хоть какую-то возможность если не вернуться или передать о себе весточку, то просто посмотреть, убедиться воочию, что там все в порядке, и наконец-то отпустить прошлую жизнь. И теперь тем более не имею права забить на все и с головой нырнуть в отношения. У меня есть обязательства. Пусть наложенные мной же, но нельзя о них забывать.

Из гостиной донесся звон миски и шебуршание песка, заставившие меня словно очнуться. Еще морковку сварить не мешало бы, да обычной еды оставить троллю…

Заботы о существе, которое зависело от меня, вернее отвлекли от невеселых размышлений. Именно бегать от Андреаса не входило в мои планы. Да вообще в мои планы ничего толком не входило, если уж на то пошло! Но я же не обязана принимать какое-то решение прямо сейчас? Просто немного времени, чтобы разобраться окончательно в себе и, может, получить зелье от Лайлы, использовать, и вот тогда…

Раздавшийся внезапный стук в дверь не дал додумать что «тогда». Бросив недоуменный взгляд на часы, показывавшие всего семь утра, настороженно подошла к двери. Я не ожидала увидеть за ней маньяка-жаворонка, но я в принципе никого не ждала так рано. Или это Андреас?

От этой мысли сердце забилось чаще. Нет, хватит страдать херней! Вчера и так очень глупо поступила, сбежав. В любой ситуации взрослые здравомыслящие люди разговаривают и объясняют мотивы своих поступков, а не сбегают, как четырнадцатилетние подростки после неловкого поцелуя в щеку. Решительно вздохнув и приняв окончательное решение все же постараться объяснить все, дернула входную дверь, как-то успев позабыть, что одета все в тот же халат.

На моем пороге стояли лер Натиандриэль и какой-то незнакомый мужчина. Первым порывом было захлопнуть дверь перед их носом, но что уж теперь. Эльф и пижаму мою видел так-то, да и не звала я никого. Выпрямившись, уставилась на них удивленно.

— Здравствуйте. Чем могу помочь? — уточнила осторожно.

— Вы нашли Мортимера? — с волнением выпалил незнакомец, прежде чем эльф успел открыть рот.

— Э-э-э…

— Тролль, Сандра. Я поспрашивал вчера на улице, указанной вами, и одна орчанка сообщила адрес своего знакомого, у которого пропал тролль. Вот и… — артефактор развел руками.

— И поэтому вы решили прийти в семь утра?

— Вообще-то мы еще вчера приходили, как только лер Натан сообщил, где сейчас Мортимер. Но вас не оказалось дома. Метель разыгралась не на шутку, я не стал ждать, решив наведаться к вам утром, поймав перед занятиями… Лер Натан любезно согласился составить мне компанию, чтобы подтвердить мою историю и не испугать вас, — извиняющееся улыбнулся мужчина.

— А откуда мне знать, что это именно ваш тролль? — проворчала хмуро, запахнув полы халата потуже, поежившись от зимнего холода, пробиравшего до самых костей. Настроение, и так не шибко веселое, почему-то окончательно сползло вниз. Логика явно не мой конек. Хотела же, чтобы хозяева поскорее нашлись, а сейчас что? Вздохнув, посторонилась. — Проходите, не стойте на пороге.

В доме, надо отдать должное, мужчины сразу разулись, чтобы не пачкать мои полы, и лишь после моего разрешающего жеста прошли в гостиную.

— Он любопытный у меня, маленький просто, еще и года нет. С рождения практически выхаживаю его. А тут сестра приезжала, зачем-то выскочила на порог, неплотно притворив дверь, он, видимо, и выбрался. Улица у нас шумная, где-то кто-то что-то крикнул или что-то зазвенело, может, лошадь понесла, он и испугался, ломанулся куда-то… — словоохотливо вещал мужчина, пока разувался и снимал пальто.

Я только собралась съязвить, как же это он выхаживал моего Доббишрека, если тот умудрился выйти в открытую дверь? Да и с какого вдруг перепугу ее не закрывать зимой? К тому же, от хорошей жизни не бегут…

Но тут тролль, активно чавкающий морковкой, поднял голову и увидел своего бывшего хозяина. Из пасти выпал кусочек недожеванного овоща.

— Мортимер, малыш, — позвал мужчина ласково.

И тролль тут же издал счастливый писк, оставив свое любимое лакомство в покое. Подбежал к живой изгороди, закрывавшей «вольер», и попытался вскарабкаться по ней, чтобы поскорее добраться до мужчины. Подчиняясь едва уловимому пассу лера Натиандриэля, ветки раздвинулись, и троллик подбежал прямиком к своему хозяину, что-то восторженно попискивая и выражая своей клыкастой зеленой мордой вселенское счастье. Мой гость, в свою очередь, просиял улыбкой и подхватил этого обормота на руки.

Все мое ехидство и подозрительные мысли завяли на корню. На мое появление Доббишрек особо не реагировал. Да и, если уж на то пошло, я хоть и жалела его, но мысли тут же хватать его на руки и тискать, едва не обцеловывая, ни разу не возникло.

— Спасибо вам огромное! Вы не представляете, что я испытал, когда понял, что он куда-то делся! Абсолютно не приспособленный к жизни вне дома, да еще и такой холод. Это же не кот или собака, у которых есть шанс, что кто-то их приютит… — не унимался мужчина, рассыпаясь в благодарностях. — Как я могу вам отплатить? Что угодно! Меня, кстати, зовут Лизарт Дэнтройс, простите, что не представился сразу. Я владелец артефакторской лавки, может, вам что приглянется? Заходите на досуге, не стесняйтесь.

На этих словах глаза лера Натиандриэля зажглись интересом, а сам преподаватель бросил в мою сторону едва ли не умоляющий взгляд. Вот уж кому это предложение пришлось по душе.

— Я его спасала не ради чего-то… Спасибо, мне ничего не нужно. Рада, что вы нашли друг друга… — покачала головой, натянуто улыбнувшись. То есть, разумеется, я была рада за них, но почему-то накатила тоска. Как-то успела привыкнуть уже к этой зеленой обезьяне.

— Если хотите, можете его проведывать. Думаю, он будет рад вас видеть, — предложил Лизарт тем временем. И я собралась было отказаться, но засмотрелась на вцепившегося в лацканы пиджака тролля, который, тем не менее, уже несколько раз обернулся на меня, что-то рыкая едва ли не с вопросительными нотками.

— А знаете, как-нибудь с радостью воспользуюсь вашим предложением. Мы с Доббишреком… то есть, Мортимером, замечательно провели время, — улыбнулась уже более искренно.

— Будем рады видеть вас, я оставлю свою визитку. А вы, лер Натиандриэль? Вы, кажется, упоминали, что преподаете артефакторику? Может, вам в моей лавке?.. — спохватился мужчина, переведя взгляд на эльфа, не вмешивавшегося в наш разговор и процесс воссоединения тролля с его хозяином.

— С удовольствием наведаюсь в вашу лавку! — тут же выпалил он, не дожидаясь продолжения фразы. — Можно прямо сейчас! Помогу вам доставить вашего питомца домой, а то по такому холоду в одиночку это будет трудно.

— Да у меня обогревающий артефакт работает, Мортимер не замерзнет, да и привычный гулять у меня на руках… Но буду рад, если составите компанию — люблю заводить новые знакомства среди артефакторов.

Выпроводив обоих мужчин за дверь, еще раз выслушав, какая я хорошая, и даже приобняв Доб… Мортимера на прощание, какое-то время стояла в коридоре, прислонившись спиной к стене. Меня раздирали противоречивые чувства, которые легко охарактеризовать одной фразой: сама не знаю, чего хочу. И это шатание бесило больше всего.

А еще невольно подумалось, что вот так вот только успела укрепиться в мысли, что в моей жизни появился зеленокожий прожорливый питомец, как он так же внезапно и исчез. И кто знает, что еще из нее исчезнет, пока я предаюсь бессмысленным рассуждениям и внутренним метаниям? Невесело хмыкнув в ответ на свои мысли, достала свой артефакт связи, собираясь написать сообщение с предложением позавтракать в столовой вместе.

Но, увидев, сколько времени, невнятно выругалась и бросилась в спальню поскорее одеваться. Как-то не учла, что большая часть моего времени оказалась потрачена на тролля и его хозяина, из-за чего я сейчас безнадежно опаздывала, а завтрак, похоже, отменялся…

Первая половина дня прошла в какой-то суматохе и хлопотах. Декан вернулся из Министерства с не очень приятной новостью об изменениях в учебных планах. Не сказать, что это особо сильно влияло на учебный процесс, но вот бумажной волокиты прибавилось, будь здоров. Зато официально утвердили уже, что я обязана вести две пары у детей. Одна — универсальная магия и, по совместительству, разбор полетов, в случае нужды, а вторая — все то же курирование выполнения домашнего задания и разбор непонятых тем.

Еще и, собираясь утром впопыхах, умудрилась забыть дома артефакт связи. Не то чтобы он мне прям так уж срочно нужен был, но я еще в своем мире привыкла, что телефон должен быть под рукой. К тому же, хотела связаться с Андреасом, может, хоть сообщение кинуть, что ничего такого вчера не имела в виду, просто так вот по-дурацки поступила… Ладно, не на другом конце света нахожусь, в конце концов, пара часов роли не играет.

Провозившись с бумажками и отчитав первую пару, я наконец-то вырвалась на обед в столовую, зная, что Андреас практически всегда там в одно и то же время. Но, прибыв туда, с некоторым разочарованием отметила, что, похоже, как раз тот редкий шанс, когда он на обед решил прийти позже. Или, может, раньше. В любом случае, положив себе на поднос немного картофельного пюре с мясной подливой и легкий овощной салат, заняла столик, где обычно сидела наша компания. Правда, сейчас никого из них не было. Только Ричи с Бьянкой выясняли отношения вполголоса, но за другим столиком. Я им издалека кивнула, но подходить не стала.

Несмотря на сумбурное начало дня и пропущенный завтрак, есть особо не хотелось. В голове вновь блуждали невеселые мысли, а чувство, что я вчера все бесповоротно запорола, с каждой минутой лишь усиливалось, не прибавляя хорошего настроения.

— Чего грустная такая? Привет, — знакомый жизнерадостный голос, раздавшийся практически над ухом, заставил меня вздрогнуть и едва не выронить вилку.

— Чтоб тебя, Саймон! Чего подкрадываешься? — поморщилась я, недовольно вскинув взгляд на лучившегося довольством боевика, заставшего меня врасплох.

Парень, ничуть не обидевшись на неласковый прием, с грохотом отодвинул соседний стул и кинул на стол свой поднос, заваленный едой едва ли не с горой.

Похоже, увлекшись своими уничижительными мыслями, в какой-то момент перестала обращать внимание на окружающих, вот и прозевала появление этого баламута. Тут же возникла мысль: а вдруг я и Андреаса так пропустила? Не успев ее додумать, быстро окинула взглядом столовую, где народу уже прибавилось, но моего нэко среди них не было. Что он зашел, увидел меня и решил отказаться от обеда, думать не хотелось.

— И ничего не подкрадываюсь. Сидишь тут будто живая иллюстрация к слову «уныние», ни на что не реагируешь. Что случилось, рассказывай? Расчеты кошака оказались слишком зубодробительными? Или ты наконец-то осознала, насколько он занудный, и до сих пор прийти в себя не можешь? — хмыкнул он насмешливо, одним махом откусывая сразу половину пирожка с капустой и пододвигая ближе тарелку с супом.

— И ничего не занудный, — тут же возмутилась я, обидевшись за нэко и сбрасывая с себя апатичное настроение. — И с чего ты взял, что мое настроение связано с Андреасом?

— Не с ним? Да просто предположил. Я обычно такой пришибленный как раз после математический расчетов, — фыркнул он невозмутимо, вылавливая из тарелки вкусно пахнущую тефтелю. — Так что случилось? Не ешь ничего. А утром на завтраке тебя, между прочим, тоже не было.

Невольно усмехнулась, подивившись такой наблюдательности обычно бесцеремонного боевика, и лишь пожала плечами. Глядя, с каким удовольствием друг уплетает обед, все же и сама зачерпнула нежное картофельное пюре, отправляя в рот.

— Да ничего особенного не случилось. Хозяин тролля нашелся. Вот, забрали с утра, — поделилась с ним, радуясь возможности увести разговор в сторону.

— Так тебя поздравить или посочувствовать? — заметил Саймон проницательно, даже прекратив ненадолго жевать.

— Еще сама не разобралась, если честно. Наверное, это к лучшему. Просто непривычно пока. А еще его зовут Мортимер, представляешь? — хмыкнула, покачав головой.

— Хозяина?

— Тролля.

— Дурацкое имя. Доббишрек лучше, — авторитетно заявил Саймон, на что я не смогла не улыбнуться. Вот точно так же считала. Понимаю, что потому парень и сказал так, но все равно как-то так приятно стало.

— Хочешь, весной подарю тебе другого какого-то тролля? Узнаю, где они водятся, и…

— Не надо! — выпалила я испуганно, представив, как боевик притащит мне нечто дикое и агрессивное. — И вообще, погрустили, и хватит.

— Вот это правильный настрой, мне нравится! Грустить можно с хвостатым, а со мной нужно веселиться и радоваться жизни. Кстати, что ты делаешь завтра вечером?

— А что? — тут же насторожилась я, уже понимая, к чему он клонит. И не ошиблась.

— О, значит, планов нет, иначе сказала бы сразу. Тогда я тебе скажу, что ты делаешь завтра. Итак, мы с тобой вдвоем… — начал он искушающим тоном, понизив немного голос.

— Ни на какое свидание не идем, — закончила я категорично. — Серьезно, тебе еще не надоело? И, между прочим, я знаю, что ты помолвлен.

— Как и ты. И что с того? — фыркнул он, ничуть не смутившись. Я даже на какое-то мгновение растерялась, уставившись на него с подозрением.

— Заранее искренне сочувствую твоей невесте. Кстати, ты хоть знаешь, кто она? — поинтересовалась я с нервным смешком, пытаясь скрыть смятение, охватившее меня. Мысль в голове еще толком не сформировалась, а на нее уже появилась ответная мысль-реакция. Нет, ну не-ет, ну правда, не смешно, ну нет же! Нет?

— Моя невеста очень хорошая девушка, талантливая, красивая, из приличной семьи, сейчас учится в аспирантуре… — протянул парень вкрадчиво. С каждым его словом у меня все больше холодело внутри. — Кстати, тоже не сказал бы, что прям хранит мне верность, днями просиживая у окна и ожидая, пока я утащу ее на свидание.

От его последней фразы меня и вовсе начало колотить. Не знаю, что отразилось на моем лице, но Саймон, вдоволь насладившись возникшей томительной паузой, уже продолжил обычным тоном, отхлебнув сок из стакана.

— Так что да, я — знаю, с кем помолвлен. В отличие от тебя.

— Лайла сказала? — пробормотала я слабым голосом, внутренне убеждая себя, что это ни черта не значит. Ну подумаешь, Саймон и есть тот самый жених. Пфф… Выходить за него замуж не собираюсь все равно. Так что…

— Что, гадаешь, не я ли твой жених? — хитро прищурился парень.

— Не ты? — невольно подалась вперед.

— А не скажу, пока не сходишь со мной на свидание, — выдал этот засранец.

— Ой, больно надо. И без этого знания проживу, — вспылила я и, подхватив свой поднос, вскочила с места, намереваясь пересесть за другой столик.

— Да не я, не я, постой. Пошутил я так по-дурацки, прости. Ну, дурак я, сама знаешь же. Не убегай, — тут же спохватился он, извинившись довольно искренне.

Я замерла, глядя на него сверху вниз и прикидывая, не треснуть ли с такого положения его подносом по кумполу. Но все же отказалась от этой идеи. Там и так пусто, судя по всему, еще последние извилины выбью, что делать буду? Вздохнув, села обратно, бросая на Саймона хмурые взгляды. И, тем не менее, зерно сомнения уже поселилось в моей душе…

— Да честно говорю, не твой я жених. Я помолвлен еще с детства, чтобы ты знала. Родители дружили, лелеяли мысль, что мы вырастем и поженимся. Ну, мы выросли, особого желания сковать себя узами брака, тем более друг с другом, так и не возникло. Родители не настаивают особо, но нас все устраивает. Меня — никто не лезет с матримониальными планами, а ей — это просто не мешает. Договорились, что если в какой-то момент что-то в личной жизни кого-то из нас изменится, помолвку разорвем. А там, кто знает, может, лет в тридцать-сорок вдруг и решим пожениться, если будем все еще холостыми, — поведал Саймон, на что я скептически прищурилась.

— Очень уж гладко все звучит. И слишком удобно для тебя, — усомнилась я, уже спокойно обедая под выдумки парня.

— Да какой мне резон врать? Ну хочешь, сама у нее спроси. Адрелия не любит обсуждать эту тему, но к тебе тепло относится, прибить не должна, — выпалил он неожиданный факт.

Мне же от столь неожиданных вестей пюрешка не в то горло попала, и я зашлась в надсадном кашле, глядя на парня едва ли не с ужасом. Тот тут же вскочил со своего места с намерением похлопать меня по спине, но я уже сама откашлялась, вовремя остановив его выставленной ладонью. Нет уж, не настолько ему доверяла, особенно сейчас. Такой скорее добьет.

— Твое дурацкое чувство юмора до добра тебя не доведет, — прохрипела я, пытаясь отдышаться.

— А вот тут я не шучу. Ты только представь, что Адрелия сделает с тем, кто использует ее имя в подобной шутке, — резонно заметил он, передернувшись.

— Хм… Ну да, тут ты прав. Реально, что ли, Адрелия твоя невеста? Ошизеть…

Зато в некоторой мере становилось понятно, как воинственная дроу с замашками социопата попала в дружную компанию к Саймону и остальным… Да уж, такую новость хрен переваришь!

— Слушай, ты извини, конечно, но тебя не смущает, что у вас срок жизни малость не совпадает?.. — выдала я абсолютную бестактность, видимо, заразившись от Саймона.

Но в самом деле, пусть маги в этом мире и живут порядка двухсот-трехсот лет, но те же дроу минимум отмотают веков пять, прежде чем начнут стариться.

— Ты всерьез думаешь, что Адрелию в принципе кто-то способен пережить? Меня смущает, что за неосторожно сказанное слово меня втихаря прирежут кинжалом еще на свадьбе, а в остальном — нет, все в порядке, — хмыкнул парень, ничуть не обидевшись. — Ты лучше расскажи, каким-таким образом не в курсе, кто твой жених?

— Да идиотская история, в общем-то. Узнав о помолвке, распсиховалась, не пожелала даже увидеться с этим парнем, заявила, что учиться в аспирантуру пойду. Родители ничего и не говорили. А уже тут узнала, что гипотетический жених здесь же, — вздохнула, чуть поморщившись, и как-то слово за слово поделилась с ним всеми сведениями, что сообщила мне мама.

— Ну вообще, это вполне мог быть твой кошак, — выдал парень, на что я тут же вскинулась. Вот почему именно с него начал, а? Едва заметно усмехнувшись, продолжил. — Твой декан тоже холост, так-то. Да и с отцом твоим мог быть знаком, если уж на то пошло… Лер Натиандриэль, кстати. То-то крутится так возле тебя. А вообще, любой аспирант или молодой препод достаточно аристократического происхождения может оказаться твоим женихом.

— Ну спасибо, помог так помог! — не удержалась я от саркастического замечания, грустно вздохнув.

— Да пожалуйста. Не пойму, чего ты вообще заморачиваешься? Особенно учитывая, что помолвка так и не произошла?

— Я не знаю, кто мой жених, но ему-то известно наверняка. И, выходит, это кто-то знакомый, кто общается со мной, может, каждый день, но притворяется… — начала я тоскливым тоном, но меня перебили.

— Кем? Не твоим женихом? Самой не смешно? Вообще-то нормальные девушки, когда родители сообщают им о возможной помолвке, в первую очередь узнают имя жениха. Если бы у меня сорвалась помолвка с тобой, я бы был уверен, что ты знаешь мое имя. А что не говоришь об этом — ну предпочла остаться друзьями или решила присмотреться вначале, сделать вид, что ничего не было. Чего тогда лезть с подобными разговорами? Ты же отказалась от помолвки. Захочешь — сама заговоришь, — пожал он плечами.

— Эм… А знаешь, это даже звучит разумно… — пробормотала, живо представив себя на месте этого гипотетического жениха.

— Бездна удивления в твоем голосе заставляет мою самооценку плавно опускаться вниз, — заметил боевик.

— Да нет, просто не ожидала настолько логичных выводов от тебя.

— Ауч. Самооценка коснулась пола, — прокомментировал парень, но по его виду совсем не сказать, что та самая самооценка хоть вздрогнула, продолжая дрейфовать где-то меж облаков. — Ладно, с женихом разобрались. А с кошаком у вас что вчера произошло?

Неожиданный вопрос застал меня врасплох.

— С чего ты взял? — ненатурально удивилась я.

— М-м-м… Например, с того, что он не выходил из своей комнаты со вчерашнего дня, — необычайно серьезно произнес парень, глядя мне в глаза.

— Откуда такая информация? — нахмурилась, запоздало вспомнив, что Саймон сосед Андреаса.

— На завтраке его не было. На обеде тоже.

— То, что его не было в столовой, когда сюда пришел ты, еще ничего не означает. Пришел раньше или позже, пока ты был на кафедре, — фыркнула, передернув плечами, но внутри тут же всколыхнулось волнение, которое лишь усилилось от следующей фразы Саймона.

— Я сегодня не ходил на кафедру, работаю над своим проектом дома. И проснулся довольно рано, если бы он выходил — услышал. Думал, на обед притопает, но мы с тобой уже сколько сидим, а он так и не появился… — поморщился он, кивнув в сторону двери, на которую за время разговора действительно нет-нет, но косился. — Да и вчера он выглядел неважно.

— Вчера? Когда? — переспросила поспешно, чувствуя, как бешено колотится сердце. И добавила неуверенно. — Я уходила, все нормально было…

— Ну, тебе виднее, что для него нормально. Я домой только вернулся, вспомнил, что у Ричи хотел взять конспект, вышел из комнаты и в коридоре столкнулся с Андреасом. Он был чем-то очень расстроен… и мокрый.

— Мокрый?

— Угу. В одной рубашке и штанах, без верхней одежды. Такое чувство, что выходил прогуляться по сугробам, освежиться…

— И тебя ничего не смутило?! Ты даже не спросил, что с ним? И сегодня даже не зашел к нему? Да что ты за друг такой?! — вскричала я и, наплевав на все, сорвалась с места и бросилась к выходу из столовой.

Глубоко в душе я понимала, что сейчас неправа, что наорала на Саймона, выплескивая на него охватившее меня беспокойство и злость на саму себя. Нетрудно догадаться, по чьей вине Андреас вчера поздно вечером выбежал на улицу в метель. Но извиниться перед боевиком, в случае чего, еще успею, а сейчас мне во что бы то ни стало нужно было увидеть Андреаса, убедиться, что он просто дальше корпит над расчетами, попросив домового Леоло доставить еду в комнату, как уже когда-то делал.

И я расскажу, как глупо всполошилась из-за неосторожной фразы Саймона, что примчала вот так внезапно посреди рабочего дня, мы вместе посмеемся, а потом наконец-то поговорим нормально обо всем и сразу, вместе разберемся… Лишь бы с ним все было в порядке, а я просто идиотка-паникерша.

— Да откуда мне знать, что с ним что-то не так? — воскликнул Саймон, догнав меня на выходе из столовой, и, несмотря на мой быстрый шаг, почти переходящий в бег, пристроился рядом. — Ну, может, провел тебя до порога, постояли там немного. Ну или просто мысли приводил в порядок после зубодробительных расчетов. А после обеда я и так собирался к нему заглянуть! Да стой, ненормальная, и ты на мороз в одном платье двинуть решила? Нам еще двор пересекать, забыла? Сначала на кафедры за верхней одеждой — и только потом пойдем проведывать хвостатого. Давай, встречаемся в холле через пять минут, не дури.

И, неожиданно, Саймону удалось достучаться до меня и заставить мыслить адекватно. Пора в самом деле заканчивать с импульсивными поступками. Как показывает практика — от этого все равно никому не легче…

На мой немного нервный стук в дверь никто не ответил, заставив паниковать уже всерьез. Испуганно обернувшись на Саймона, принялась колотить громче.

— Может, выбить дверь? — предложил он. — Но если хвостатого нет дома, он потом не оценит… Что так смотришь? Выбивать?

К счастью, прежде чем я определилась, взвесив все «за» и «против», за дверью раздался какой-то шум и приглушенный кашель. Меня тут же затопило облегчением — Андреас все же дома. Но следом пришла тревожная мысль: а чего это нэко раскашлялся?

Дверь открылась, представив нашим взглядам растрепанного раскрасневшегося Андреаса, кажется, во вчерашней измятой рубашке. Сонно поморгав мутными глазами, он, казалось, с трудом сфокусировал на мне взгляд.

— Сандра? — пробормотал он хрипло с некоторой растерянностью.

— О, так ты жив. Это хорошо, а то Сандра уже паниковать начала. Нормальные коты хотя бы пожрать выходят из дома. Ладно, раз ты в порядке, пошли мы. Рабочий день в самом разгаре, все дела, у Сандры еще малявки ее сегодня по плану. Выглядишь хреново, кстати… — как всегда бесцеремонно выдал Саймон.

Но я сейчас меньше всего обращала внимания на него, сосредоточенно рассматривая Адреаса и отмечая все несоответствия с его обычным видом. Стремительно шагнув к нему, не говоря ни слова, приложила ладонь ко лбу парня и едва не вскрикнула, до того он был горячим! Сам нэко же блаженно прикрыл глаза и сам прижал мою руку покрепче, явно наслаждаясь ее прохладой.

— Саймон, у него жар! — выдохнула я с нотками паники. И она лишь возросла, когда Андреас покачнулся.

— Меньше бегать по сугробам надо… Анд, вот честно, небось ни разу не получал от матери по шее, что на улицу без шапки вышел, — проворчал боевик.

Но, несмотря на кажущееся недовольство, тут же среагировал и, шагнув вперед, придержал нэко, не давая ему свалиться. Оглянувшись, подвел несопротивлявшегося парня к кровати. Но тот внезапно вяло попытался скинуть руку Саймона со своего плеча.

— Сандра… Надо догнать… сказать… — пробормотал он едва слышно, сверкая нездоровым румянцем.

— Так и думал, что ты не один решил устроить ночной забег по сугробам. Вот и брал бы с нее пример: оделся и вперед, — съехидничал боевик, бросив на меня укоризненный взгляд. Но я и так чувствовала себя отвратительно. Поспешила подойти к Андреасу, взяла его за жутко горячую руку.

— Я тут… Сейчас мы позовем целителей, и все будет хорошо. Полежи, а мы… — начала я дрогнувшим голосом.

Но, видимо, температура была слишком высокой, чтобы адекватно воспринимать действительность. Андреас все порывался вскочить и куда-то идти. Удивительно, что никуда не ушел до нашего прихода. Похоже, как раз мое появление и спровоцировало горячечный бред.

— Нет… Надо догнать… — бормотал он с полузакрытыми глазами и вновь зашелся в нехорошем сухом кашле.

— Не надо догонять, я тут. Вернулась. Давай ты поспишь? А я рядом посижу, — тут же исправилась и вновь приложила прохладную ладонь к его лбу. Андреас заторможенно перевел на меня взгляд, но, сфокусировавшись, расплылся в мечтательной улыбке и безропотно лег.

— Сандра…

— Ага, я… — и перевела беспомощный взгляд на Саймона.

— У-у-у… Как все запущено… Так, ты сиди тогда с болеющим, а я на кафедру целителей смотаюсь, — молниеносно понял он мое затруднение. — Кошак, не бузи.

И выскочил за дверь. Меня же совсем не устроило просто сидеть и ждать, пока Саймон добежит до Академии, найдет там кого-то, приведет обратно…

Насколько знала из воспоминаний Сандры, пусть тут и лечили магией и зельями, чтобы поставить на ноги, все равно несколько дней требовалось. По мановению волшебной палочки все внезапно не проходило. А значит, от моих методов хуже тоже не будет. Чтобы сбить температуру, нужно пропотеть — это я помнила еще с детства. Для этого нужно пить побольше горячей жидкости. Мед, лимон, малина, смородина — что-то такое подойдет вообще отлично, но это нужно искать. А парень горит здесь и сейчас, из-за меня! Вспомнила, что еще можно обтереть мокрой холодной тряпочкой, сбивая немного жар.

Поспешно сбросила свое пальто на какой-то стул и, воспользовавшись тем, что нэко притих, прикрыв глаза, поспешила в его ванную. Подхватив какое-то полотенце, намочила его и вернулась.

— Анд, солнышко, раздевайся, — попросила я, присев на край его кровати.

Но парень лишь что-то невнятно пробормотал, сонно заморгав лихорадочно горящими глазами.

Не став переспрашивать, лишь успокаивающе погладила его по щеке. Пока оставила полотенце у себя на коленях, не заботясь о том, что шерстяное платье тут же промокло, и принялась быстро расстегивать пуговицы его рубашки. Пальцы почему-то дрожали, затрудняя процесс раздевания.

— Сейчас собьем температуру, потом тебя полечат, потом ты поспишь… — бормотала я себе под нос, скорее для своего успокоения.

Андреас, пребывая в полубреду, периодически пытался что-то говорить, но я разобрала лишь свое имя. Но, по крайней мере, не мешал. Хотя пару раз и порывался помочь мне… Ну, я думаю, что пытался. Один раз перехватил мою руку и одарил поцелуем сухих горячих губ в запястье, отчего у меня вдруг даже перехватило дыхание.

Но только коснулась холодной мокрой тканью ключицы парня, он протестующе что-то замычал, дернувшись и попытавшись остановить, вяло отмахнулся и часто заморгал, глядя на меня обиженно.

— Зачем ты так? — с трудом разобрала я его шепот, отчего у меня ком встал в горле.

— Ну надо, зайка, знаю, что неприятно, зато будет не так жарко, — ласково убеждала его и легко подула на влажную кожу. — Я осторожно, хорошо? А потом чай вкусный горячий сделаю.

— Я шоколад приготовлю… — пробормотал он, наморщив лоб, и лишь вздрогнул, когда я снова коснулась полотенцем его шеи и провела вниз.

— Обязательно приготовишь, самый вкусный, какой только ты умеешь. Когда тебе станет легче. А знаешь, какой я потрясающий чай умею делать? Все те чаи, которые ты у меня раньше пил — и рядом не стояли! — вдохновенно вещала я какой-то бред, продолжая осторожно обтирать его полотенцем, прикидывая, как бы еще уговорить его снять штаны.

Андреас вздрагивал, морщился, но доверчиво внимал моим словам, больше не пытаясь что-то сказать. Не уверена, что он даже вникал в смысл сказанного мной, скорее, больше цепляясь за сами звуки голоса. Осторожно помогла ему окончательно избавиться от рубашки, решив пока штаны не трогать. Еще несколько раз намочив нагревшееся полотенце, повторила процедуру обтирания.

Не знаю, насколько удалось сбить температуру, но задышал он ровнее, хотя в дыхании и были слышны хрипы. Вот только воспаления легких не хватало, черт!

Улучив момент, все же отошла от него, запомнив с прошлых моих визитов, где у нэко хранится нагревательный артефакт, чашки и все для горячих напитков. С облегчением нашла и баночку меда, и смородиновое варенье, и какую-то смесь трав, пахнущую мятой. Для чая сойдет. Набрав воды в небольшой чайничек, поставила его нагреваться, сама же поспешила обратно к Андреасу. Который вновь принялся повторять мое имя и все порывался куда-то встать.

— Тихо-тихо, лежи-лежи, куда ты? — всполошилась я, приобняв его.

В дверь постучали, и, не дожидаясь нашей с Андреасом реакции, открыли. В комнату тут же ввалился Саймон, которому я сейчас обрадовалась, как родному. Особенно после того, как увидела за его плечом хмурого невысокого парня в целительской мантии.

— О, да вы времени зря не теряете, — выпалил боевик радостно, оценив Андреаса без рубашки, к которому я сейчас прижималась. Но не успела я вызвериться на него, как он затараторил. — Это Бэни! Аспирант целительской кафедры, свое дело знает. О нашем снежном марафонце я ему уже рассказал. Бэни, лечить хвостатого. На ярковолосую не смотри, к ней и так очередь.

В другой ситуации в боевика уже что-то полетело бы, но сейчас было не до того. К тому же, целитель, не обращая никакого внимания на этого балабола, прошел к Андреасу, на ходу потянувшись к нему диагностирующим заклинанием. Каким-то образом, почти ничего не делая, уложил Андреаса обратно. Из межпространственного кармана достал еще какой-то артефакт, слабо мигающий сиреневыми огоньками, и положил парню на грудь.

— Тебя там декан искал, — тихо шепнул мне Саймон, пока целитель проводил все необходимые манипуляции.

— Твою мать! У меня же пара с детьми, — ругнулась я, прикусив нижнюю губу.

— Угу. Через пятнадцать минут, — подтвердил боевик, пока я лихорадочно прикидывала, на кого ее можно перебросить. Ведь даже артефакт связи с собой не взяла сегодня, идиотка!

— Я сказал ему, что тебе сегодня нездоровится. Грустила по поводу тролля, с горя доела его печеньки, а они оказались несвежими, вот и… — продолжил он, как ни в чем не бывало.

— Ты дебил?! — вскричала я, на что Андреас тут же что-то забормотал с кровати, порываясь вскочить, а целитель шикнул на нас.

— Уж и пошутить нельзя… — выдала эта зараза и, на всякий случай, отодвинулась от меня немного. — Да не рычи ты. Просто сказал, что у тебя возникло чрезвычайное происшествие, пришлось срочно убежать. Сегодня уже не вернешься на кафедру. Потом свяжешься с ним и сама все объяснишь.

— Убить тебя мало… Но жалко, — констатировала я со вздохом. — Спасибо.

— Да не за что. Ну что там, Бэни? Имей в виду, мы уже привыкли к этой хвостатой зануде, он прекрасно разбавляет мою непревзойденную обаятельность, так что хотелось бы поскорее увидеть его здоровым, — окликнул Саймон целителя в свойственной ему манере.

Бэни, недовольно мотнув головой, шепнул какое-то заклинание, окутавшее нэко серебристой пыльцой, и только после этого вернулся к нам. Без особых эмоций отчитался, что Андреас действительно переохладился, начавшееся было воспаление он перехватил и убрал, а вот с прочими последствиями простуды справляться обычным безмагическим путем: обильное питье, несколько снадобий, которые он оставит, тепло, побольше спать. Даже бесцеремонно заглянул в кипевший чайничек, одобрив набор трав. На всякий случай, даже оставил свои контакты… Саймону, учитывая, что я по-прежнему без артефакта связи. Пообещал заглянуть завтра под конец рабочего дня, сообщил, что сейчас парень спит, и ушел.

Я же только сейчас перевела дыхание и осторожно присела на край кровати, всматриваясь в бледное лицо Андреаса. Осторожно убрала с его лица слипшуюся от пота челку. Поискала взглядом одеяло и благодарно кивнула Саймону, подавшему его. Аккуратно укрыла нэко, не сводя с него взгляда.

— М-да уж. Ничего, говоришь, вчера у вас не произошло? — хмыкнул боевик.

— А тебе не кажется, что это не твое дело? — тут же вскинулась я.

— Мелькнула такая мысль, — кивнул он невозмутимо, пройдясь по комнате Андреаса, мимоходом выключив наконец-то не пригодившийся чайничек. — Сонное заклинание действует часа полтора-два точно. Так что вполне можешь пока сходить и провести пару, ну или пойти домой… Ну и в принципе, я только на ужин планирую выйти, а так все время буду у себя, периодически буду заглядывать к кошаку. Если что — свяжусь с тобой.

— Нет, я останусь здесь. Это из-за меня он вчера…

— Да уже понятно, что не решил изобрести новый зимний вид спорта. У него и своя голова на плечах есть. Он мог одеться и потом к тебе прийти домой. Мог связаться через артефакт. Мог сегодня поговорить с тобой за завтраком… Ну ладно, за обедом, раз уж ты завтрак пропустила. Не думаю, что он вчера сделал что-то такое, что прям срочно понадобилось догонять тебя, извиняться… Или сделал? — глаза Саймона, осененного какой-то внезапной идеей, вдруг загорелись неистовым любопытством. — Ну, хвостатый, а с виду такой тихоня…

— Не было ничего! Я его обидела. Случайно… — выдавила я, терзаемая чувством вины, но тут же спохватилась. — Зачем я вообще тебе что-то рассказываю?

— Просто я удивительно харизматичная и располагающая к себе личность… Ай, чего дерешься сразу? У Адрелии научилась? Ладно, если серьезно, я правда присмотрю за ним, тебе не обязательно оставаться здесь.

— Спасибо, но тебе же проект делать. А декан все равно знает, что меня сегодня не будет… — начала я и тут же спохватилась, вспомнив об одном важном моменте. — Слушай, ты бы не мог сходить ко мне домой и принести мой артефакт связи? Я его в коридоре оставила на подоконнике. Слепок моей ауры приложи к двери и используй это заклинание.

И, перебросив Саймону шарик своей энергии, сообщила отпирающее заклинание.

— Ладно. Сейчас сбегаю. Не скучай тут со спящим красавцем… И не шали, пользуясь его беспомощностью. А то рубашку уже стащила… — протянул он провокационным тоном.

— Я его обтирала!

— Так это теперь называется, ага… Так, не дерись! Кто тебе артефакт твой принесет? Все, побежал, скоро буду.

Пока его не было, я просто сидела рядом с нэко и, пользуясь случаем, рассматривала каждую мельчайшую черточку его лица. Сон у парня был беспокойным, он то и дело пытался скинуть с себя одеяло, что-то бормотал, кривился. В такие моменты я начинала ему шептать что-то ласковое, убаюкивающее, отметив, что от моего голоса он успокаивается, и почесывать за ушком. А еще много думала. Перебирала в голове те мысли, что одолевали меня сегодня утром, примеряла их на свои ощущения… И запутывалась окончательно.

— Тук-тук, это я, с артефактом, — в комнату ворвался Саймон. — Ну что, спит еще? Ничего интересного тут не рассказывал? Помнится, я когда последний раз болел, все порывался идти объяснить червякам, что петух неправ. Понятия не имею, что это значит и что я вдруг увидел в бреду, но мне это казалось безумно важным. Потом, правда, если верить брату, я начал жаловаться, что моя невеста хочет меня убить. Но, думаю, врет…

— Спасибо. Дай мне сразу контакты Бэни, — попросила, проигнорировав болтовню боевика.

Тот в виде исключения понятливо замолчал и без лишних задержек перекинул требуемое. Еще раз уже серьезно сообщив, чтобы в случае нужды стучала к нему, покинул меня.

На моем артефакте было несколько сообщений от декана, лера Натиандриэля и даже одно от Грымзы. Заинтригованная, я его открыла и прочитала все, что она думает о вертихвостках, чьи обязанности вдруг внезапно перебрасывают на честных преподавателей по целительству. На несколько мгновений даже позлорадствовала. Думала, очень легко обучать сразу тридцать жутко одаренных непоседливых юных магов? Но тут же устыдилась своих мыслей и посочувствовала детям. Артефактор уточнял, все ли у меня в порядке, а также сообщил, что тролль в надежных руках и радуется возвращению домой. Ну, хоть у него все хорошо.

Сообщения от декана было страшно открывать. Даже мелькнула мысль малодушно воспользоваться подсказкой Саймона о Доббишреке и печеньках… Но я отмела эту идею. Вдохнув, открыла первое сообщение. Удивленно приподняла бровь. Просмотрела второе, третье… Хм. На меня даже не орут буквами и не грозят всеми карами. Просто спокойное уточнение, где я, нужна ли мне помощь, уведомление, что с детьми занимается сегодня Грымза, и вновь вопрос, может ли он чем помочь.

Не став врать, написала ему честно, что близкий друг сильно заболел, не могу его оставить, завтра меня тоже не будет, вероятнее всего. Ожидала, что после этого уж на меня выльется много всего… Но лер Оливер лишь пожелал скорейшего выздоровления другу и пообещал что-то придумать с заменой и на завтра. О, как…

Вскоре пришло время давать Андреасу первое снадобье, для чего пришлось его разбудить. Котик, кажется, даже не понял, что происходит, где он находится и кто с ним рядом, но безропотно выпил с моей помощью субстанцию с неприятным запахом. Скривился, едва не выплюнув, но я тут же ловко подсунула ему ложку смородинового варенья, заесть горечь. Горестно вздохнув, парень успокоился и вновь уснул.

До самого вечера он так надолго ни разу и не проснулся. Только когда я его будила для приема нового лекарства. Один раз даже сумела немного напоить его отваром трав с медом и смородиновым вареньем. Правда, выпил он всего треть чашки. Но как только за окном стемнело, у него вновь начала подниматься температура…

— Т-ш-ш, не скидывай одеяло, ну замерзнешь же… Давай лучше чаю еще выпьешь? Немножко, пару глоточков, а? — уговаривала я Андреаса, вновь начавшего бредить из-за высокой температуры.

Выходило, что вновь необходимо его обтирать влажным полотенцем. Снадобье, что целитель оставил на этот случай, уже дала, но что-то оно не торопилось действовать. Уже успела написать этому Бэни, но получила в ответ сухое «это нормально». И совет с теми же обтираниями. Вот какого хрена в магическом мире, где сломанная кость лечится за несколько минут, не придумали ничего для простуды?! Ну ладно, не простой простуды. И да, знаю я, что это особенность нэко, которых мало какая магия берет надолго, но все же!

— Как у вас тут дела? — в приоткрывшуюся дверь заглянул Саймон.

— Да хреново. Мне кажется, ему снова хуже, а твой Бэни… — тут же зачастила я, едва не плача.

— Но-но, Бэни хороший. Стал бы я тащить кого попало, — тут же нахмурился парень. — Ты ему писала?

— Да писала. Но видишь, температура снова…

— Это кошак, что ты хотела? Раз, и излечился? — проворчал Саймон, подойдя ближе к Андреасу. — Мда, хвостатый, угораздило ж тебя… А снадобье, там такое мерзкое, в коричневой бутылочке должно быть, уже давала? Сбить температуру должно…

— Дала минут десять назад. Но пока, кажется, никак…

— Да нет, это тебе кажется. Оно для всех рас подходит, просто кому-то быстрее помогает, кому-то медленнее. Не волнуйся ты так, все будет хорошо. Я чего зашел. Понятно, просто так пост не оставишь, но я посижу с Андреасом. Сходи, поужинай. Да и ему бы не мешало чего-то захватить. Бульон какой, что ли, — растерянно пробормотал он.

— Я… я не могу его оставить. Мне страшно, что вдруг выйду и…

— И ничего с ним не случится, ну серьезно, не он первый заболевает… Э-э, ты чего, плакать собралась? Не-не, я утешать плачущих не умею, не надо. Все будет хорошо, правда. Ну смотри, хуже ему точно не стало, кашля и вовсе нет. А что температура — это нормально после вмешательства целителя. Организм сам должен это все перебороть, иначе сидеть потом всю жизнь на целительской магии, по любому чиху только ею спасаться, не имея абсолютно никакого иммунитета. Так что давай, не печалься. Я схожу, принесу чего-нибудь и тебе перекусить, и ему. Только не плачь, ладно? — заговорил Саймон необычайно ласковым тоном и даже осторожно похлопал по плечу, не пытаясь, как обычно, приобнять, пользуясь случаем.

Шмыгнув носом, я несколько раз быстро кивнула. Сама не могла сказать, чего так всполошилась. Просто как-то привыкла, что Андреас всегда рядом, у него все в порядке, с ним не может ничего плохого случиться, а тут вдруг… И больше всего убивало, что виновата лишь я. К счастью, температура действительно начала спадать, лекарство помогло.

Саймон вернулся достаточно быстро, я даже не ожидала. Притащил еще горячий бульон для Андреаса и плов для меня.

— Ешь, пока горячее. Помочь покормить его? Разбудить его как-то, или что? — поинтересовался он участливо.

— Да надо бы, наверное. Сам он вряд ли сможет, даже не уверена, что он просыпается толком. Но силы все равно пополнить надо. Можешь его приподнять немного, я подушку ему под спину подложу?

С грехом пополам нам это удалось. И разбудили Андреаса. Даже какая-то осознанность проявилась в его взгляде.

— Сандра? Ты разве не ушла? Саймон? — пробормотал он едва слышно, сонно щурясь слезящимися глазами.

— Куда уж мы от тебя денемся, будем радовать своим обществом и дальше, — тут же ляпнул радостно Саймон. — А сейчас у тебя время кормежки!

— Брысь отсюда! — рыкнула на него, ткнув локтем под ребра, и тут же продолжила ласково для Андреаса. — Ты заболел, простудился сильно. Нужно поесть. То есть, попить. Вот бульон.

— Не хочу… — поморщился нэко, устало прикрыв глаза.

— Ну совсем немножечко, а? Пару глоточков? — начали мы уговаривать его наперебой с Саймоном. Но Андреас в самом деле сделал лишь пару глотков, вновь провалившись в беспамятство.

— И что теперь? А где живет Бэни? Он не из общежития? — уточнила с надеждой, закусив нижнюю губу. Но Саймон, выглядевший не менее озабоченным, покачал головой.

— Нет, местный. Сейчас напишу ему, спрошу, что делать, если кошак не жрет ни хрена… — пробормотал боевик, набирая сообщение.

К счастью, ответ пришел быстро.

— Пишет, что влил в него целительской энергии. Если не хочет есть — заставлять не нужно. От снадобий и как раз этой энергии нэко и гонит в сон. Пусть спит, восстанавливается, по возможности поить его отварами разными, — прочитал Саймон и улыбнулся. — Ну, звучит логично. Так что пусть Андреас спит, а ты поешь… И я пойду поем. Но если что — пиши, ага?

— Ага… Да, конечно, иди. Спасибо за помощь, — спохватившись, поблагодарила его.

— Да не за что, не чужие же. Я к вам загляну тогда еще попозже… Так понимаю, ты и ночуешь сегодня здесь? — уточнил Саймон даже без своих привычных подколок.

— Сам-то как думаешь? — хмыкнула я.

— М-да, и чего спрашиваю…

Когда боевик навестил нас в следующий раз, застал меня за изучением содержимого шкафа Андреаса. Опережая вопрос, так и читавшийся в его глазах, пояснила, чуть поморщившись.

— Искала чистое постельное белье. Надо бы перестелить, это уже влажное все от пота. Да и переодеть бы его не мешало… Хотя нет, мне, в случае чего, обтирать будет неудобно. Просто раздеть, — и уставилась на Саймона задумчиво.

— Страшная ты женщина. Так и норовишь найти парня в беспамятстве и раздеть его, еще и посторонних парней к этой цели привлекаешь… — пробормотал он, но, оценив мое выражение лица, тут же пошел на попятную. — Ну дурацкое у меня чувство юмора, дурацкое. Не привыкла еще, что ли? Нижнее белье хоть несчастному оставишь? И на том спасибо. Постельное-то нашла?

— Нашла, но Андреаса снова поднять нужно, чтобы перестелить… — протянула с сомнением, покусывая ноготь большого пальца и пытаясь решить эту дилемму. Или, может, пусть пока остается так? Да ну, болеть и так хреново, а еще на влажных, смятых, неприятно пахнущих простынях…

— А ты быстро их перестилаешь? Встать-то Андреасу все равно надо.

— Зачем?

— Пусть он выпил всего ничего, что снадобий, что бульона, что чая твоего, но пичкала ты его в течение дня с завидным упорством, — протянул он с намеком.

— О. Да, не подумала, — смутилась я. — А ты…

— А я побуду нянькой, ага, — вздохнул он. — Кошак. Коша-ак… Анд, просыпайся, дело к тебе есть… Давай-давай, открывай свои глазки, это я, твой лучший друг…

Едва слышно фыркнув на его попытки разбудить нэко, вытащила чистое постельное из шкафа. Тем временем, боевику все же удалось поднять сонного Андреаса и утащить в ванную. Когда они вернулись, я как раз успела все перестелить.

— Гадость жаропонижающую ему дай снова, наверное снова температура поднимается, кажется. Ну и на ночь в любом случае не мешало бы, — отметил Саймон, укладывая дрожащего Андреаса в кровать. — И одеяло поищи у него еще, его морозить начало.

Поспешно кивнув, указала парню на столик, где лежали снадобья, попросив его и дать лекарство Андреасу. Сама же принялась искать еще одно одеяло. С каждой минутой парня все сильнее колотил озноб. Саймон, отметив это, не стал дожидаться, пока я найду одеяло, и принес из своей комнаты запасное. И даже посидел рядом с парнем, пока я, решившись, быстренько приняла душ, натянув обратно платье на еще мокрое тело, не тратя лишнее время на вытирание полотенцем, чтобы побыстрее вернуться к Андреасу. Еще раз напомнив, чтобы, в случае чего, стучалась к нему в комнату, Саймон ушел.

Андреаса все так же морозило, несмотря на то, что я сверху него накинула еще обнаруженный в итоге плед, которым думала сама укрыться, осторожно примостившись на просторной кровати где-то с краешка.

Но, если уж на то пошло, сама я особыми заморочками в этом плане не страдала, а Сандры тут давно уже нет. Поэтому, скинув свое платье, скорее, чтобы не смущать самого Андреаса, если утром проснется раньше меня, надела одну из его рубашек и скользнула к нему под одеяло. Прижалась к дрожащему горячему телу, с легкой улыбкой ощутив, как его хвост тут же обвивается вокруг моей талии. А еще несколько минут спустя и сама дрожь уменьшилась, а дыхание парня выровнялось. Так, слушая его, я сама и уснула, несмотря на все тревоги и переживания сегодняшнего дня, чувствуя себя на удивление комфортно и умиротворенно…

ГЛАВА 6

Спалось мне на диво хорошо, спокойно, мягко, а еще почему-то в груди зрели щекотные пузырьки радостного предвкушения, пробивавшегося даже в сон. Проснувшись, некоторое время лежала, наслаждаясь утренней негой, вдыхая до безумия родной знакомый запах, навевавший воспоминания о доме, где меня по утрам мурлыканьем будил кот Картошка. Пристраивался рядом на подушке так, что его чистенькая шерстка щекотно лезла в нос, но пахло от него чем-то таким же сладко-домашним…

Мечтательно вздохнув, чуть сменила положение, желая досмотреть такие приятные сны, поглаживая ладонью приятную теплую поверхность под щекой, в которую хотелось выпускать коготки от удовольствия, как кошка. Что я и проделала подушечками пальцев, пребывая в полудреме. Но рядом неожиданно громко прозвучал чей-то изумленный вздох, перешедший в мурлыканье, которое, впрочем, быстро оборвалось, а в следующий момент рядом завозились. Ну как «чей-то»? Остатки сна тут же слетели с меня, стоило подумать об Андреасе, и я открыла глаза. Чтобы тут же увидеть ошалело-перепуганные изумрудные у самого своего лица.

— Привет, — выдохнула я, с радостью отмечая осознанный ясный взгляд на бледном лице. Тут же потянулась к нему и губами коснулась лба, проверяя температуру, отчего парень, кажется, и вовсе перестал дышать.

— Сандра? — словно сомневаясь, все же произнес он.

— Кто же еще? Уф, кажется, температуры нет! — выдохнула я с облегчением, выбираясь из-под одеяла, и чуть поежилась от легкой прохлады.

Признаться честно, глядя сейчас на торсик Андреаса в лучах утреннего солнца, пробивавшихся сквозь покрытое изморозью окно, покидать постель хотелось меньше всего. Тут же пришло чувство досады, что нэко проснулся раньше меня. Вчера было как-то не до осматриваний и ощупываний, а сегодня уже поздно. Но, в любом случае, Бэни вчера оставил четкие указания, какие лекарства Андреасу следует выпить утром, когда проснется. Так что я, вскочив с места, зябко поджимая пальцы ног, доскакала до стола и, цапнув там сиреневый флакончик, поспешила вернуться обратно.

— На тебе моя рубашка? — растерянно уточнил Андреас, глядя на меня со все тем же удивлением, хотя, казалось, дальше некуда.

Впрочем, я его понимаю. Проснулась-то я, лежа практически на нем, удобно умостив голову на груди, и даже ногу на него закинула для верности. Слюни не пускала, и на том спасибо. Кто хочешь смутился бы, а если еще учитывать наши ставшие очень непростыми отношения…

— Да, ты же не против? Не в платье же ложиться, — чуть смущенно пожала плечами, беглым взглядом проверив, что все пуговички застегнуты, да и сама рубашка мне была аж до коленей.

— А я голый? — продолжил допытываться парень уже едва ли не с паническими нотками.

— Ну, без штанов и рубашки. Ты совсем ничего не помнишь? — вздохнула сочувственно, забравшись обратно на кровать и запихнув успевшие озябнуть ноги под одеяло.

— Прости, я… — выдохнул он с непонятной смесью эмоций и замолчал, не в силах подобрать слова.

Но, оценив ставшее совсем уж потерянным выражение лица мигом побледневшего Андреаса, поспешила объяснить, пока он себе каких-то ужасов не придумал.

— Ты заболел сильно. Переохладился, когда вышел в снег на улицу, начался жар. Мы с Саймоном зашли тебя проведать, целителя потом вызвали… Кстати, тебе надо выпить вот это, — спохватилась и, быстренько накапав в ложечку требуемое количество микстуры, поднесла ее к губам окончательно дезориентированного нэко. Он безропотно выпил, пребывая уже практически в ступоре, и тут же скривился от горечи.

— Да, кажется, помню. Мне действительно было очень жарко, — он поморщился, вспоминая. — А ты?.. Как ты тут, откуда?..

— Бэни оставил лекарства, какие тебе давать. Саймону я не очень доверяю, ты бредил, к тому же, ну а я все равно свободна, домой торопиться не надо, почему бы и не посидеть, — почему-то начала едва ли не оправдываться я. — Ну и температуру тебе сбивала, для чего пришлось раздеть.

— Ты все время была со мной? — его глаза вновь стали как блюдца, и парень тут же чуть покраснел. — Аэ… ммм… И раздевала меня ты?

— Только рубашку. Штаны снимал Саймон, — тут же заверила его. — Кстати, надо ему написать, что ты чувствуешь себя лучше!

Но только я взяла со столика артефакт, вновь проскакав через половину комнаты, искренне скучая по носкам, как в дверь, которую я на ночь забыла запереть, быстро постучав, бесцеремонно ввалился боевик собственной персоной.

— Оу, я ничему не помешал? — тут же ухмыльнулась эта зараза, оценив мой внешний вид и уже сравнительно бодрого Андреаса.

— Не смотри на нее! — тут же возмутился нэко, порываясь вскочить с кровати. Но мы уже через это вчера проходили. Пусть температура спала, слабость никуда не делась. И от резкой попытки вскочить его тут же повело. Боевик мигом подскочил к нему, придержав за плечи и уложив обратно на кровать.

— Тихо-тихо, герой, ты, значит, с Сандрой и вовсе непонятно чем занимался всю ночь, а мне даже посмотреть нельзя? К тому же, все стратегически важные места все равно закрыты. Обидно, — хмыкнул Саймон. — Я, между прочим, вам завтрак принес. Бэни написал с утра, что если лезет — можешь что посущественнее перекусить, но, учитывая твою вчерашнюю голодовку, советовал бы все тот же бульон или еще чего жидкого горяченького. Утром бульон достать в столовой затруднительно, так что я притащил тебе манку на молоке. Сандра, у тебя сегодня в рационе оладьи. Взял с запасом, если станет жалко болеющего, поделишься. Все нормуль? Чудненько, тогда я убежал, а то лер Оливер меня прибьет, если сегодня не принесу свои наработки… Кстати, на кафедре сегодня будешь?

— М-м-м… Не знаю. Может быть, — даже я опешила от напора боевика, что уж говорить об Андреасе, не видевшем, как парень вчера тут носился, скрывая за дурацкими шуточками беспокойство, посему смотревшем на него как на нечто невероятное.

— Ну тогда, если что, я тебя и не видел. Пишите, если что. Бэни обещал заскочить во время обеденного перерыва, — махнул рукой Саймон и, оставив хрустящий оберточной бумагой и вкусно пахнущий довольно объемный пакет, убежал.

— Время завтрака? Я сейчас чай еще сделаю. Ты вчера его не очень оценил, но немного даже выпил, — предложила я, натянуто улыбнувшись, почему-то после ухода боевика начав испытывать смущение.

И из-за того, что нэко полуголый, и что я в его рубашке, и от того, как проснулись, и что Андреас заболел из-за меня, да и просто что я тогда сбежала… И, в первую очередь, потому что сейчас нэко смотрел на меня с немым обожанием и восхищением, в то время как у меня в голове вновь начали просыпаться все те мысли, что одолевали вчера утром, из-за которых я и вылетела стрелой из этой же комнаты после поцелуя…

Андреасу определенно сегодня было намного лучше. Он даже самостоятельно по стеночке дошел до ванной, пусть и поднявшись с моей помощью. Парень дико смущался своей слабости, да и в целом чувствовал себя неловко от осознания, что я с ним вчера весь день возилась, не говоря уж о совместной ночевке.

Но после того, как привел себя в порядок при помощи бытовой магии и даже самостоятельно оделся, а главное, после того, как и я посетила ванную, где переоделась в свое платье, и мы позавтракали, начал чувствовать себя значительно увереннее. Хоть из-за слабости ему и пришлось вернуться на кровать, но зато температура не поднималась.

Несколько раз порывался убедить меня, что уже все в порядке, нет нужды находиться рядом с ним и я могу идти по своим делам. Прекратил лишь после моего вкрадчивого уточнения, не означает ли это, что он меня прогоняет.

Заодно и я немного подуспокоилась, завязался наш обычный легкий разговор. Я рассказала о Доббишреке, оказавшемся Мортимером, выслушала искреннее сочувствие, но хотя бы мне не предлагали притащить тролля. Заодно поведала и об этом предложении Саймона, вынудив парня рассмеяться от представленной картины. Не удержавшись, поделилась информацией о невесте боевика, вдоволь насладившись реакцией Андреаса. И даже почти поверила, что можно продолжать общаться так, будто последних двух дней не было.

— Сандра… А почему ты осталась? Ну, вчера… — вдруг спросил нэко.

К тому времени он полусидел на кровати, опершись на подушки, я же, проигнорировав стул, но не рискнув моститься рядом с парнем, с удобством устроилась на его пушистом ковре, поставив локти на кровать.

— М-м-м? — я сдула непослушную фиолетовую прядь, что упорно лезла в глаза, прикидывая, не пора ли попросить Андреаса чего-то помагичить с моими волосами, закрутить их в простейшую прическу. — Ну, я же сказала, целитель оставил лекарства, и…

— И если бы никто не смог мне дать эти лекарства, дежурный целитель забрал бы меня в целительское крыло Академии, — закончил Андреас, глядя на меня проникновенно.

— Да, Бэни нам говорил, но мы с Саймоном подумали, что болеть и так хреново, а болеть под присмотром студентов, которые хоть и не навредят, но задолбают конкретно — жестоко вдвойне. Да и Саймон поручился, как твой сосед. Ему несложно заглядывать к тебе раз в какое-то время, — пожала плечами.

Ничего не имела против тактики академии вместо нормального медпункта устроить лазарет в целительском крыле, чтобы у студентов, пусть и под присмотром преподавателей, была практика, благодаря приболевшим сокурсникам, но сама бы попасть туда не хотела. И друзьям своим не желала. Тем более Андреасу.

— Но сидела со мной ты… И ночью оставаться необязательно ведь… — не унимался парень, непонимающе хмурясь.

— А вдруг бы тебе стало хуже? А так я рядом, сразу бы что-то сделала, куда-то побежала бы, вызвала кого-то…

— Обтерла влажным полотенцем, сбивая температуру… — кивнул нэко, продолжая смотреть на меня с непонятным выражением, отчего стало как-то неуютно.

— Какого ответа ты от меня ждешь? Ты мне небезразличен. Более чем. И, уверена, если бы я заболела, ты бы сделал все ровно то же самое, — хмыкнула я, попытавшись перевести в шутливую манеру разговора. Андреас, улыбнувшись, поддержал.

— Надевать твою блузку и лезть к тебе в кровать я бы не стал.

— Эй, осуждаешь, что ли?

— Тихо радуюсь, спасибо, — открыто улыбнулся он. — Проснуться и увидеть тебя рядом… М-м-м… Я не сразу даже понял, что это не продолжение сна.

— И часто я тебе снюсь? — не смогла не спросить, лукаво усмехнувшись, а сердце почему-то затрепетало быстрее в груди. Но Андреас лишь снова светло улыбнулся, оставив вопрос без ответа. Но в следующий миг на его лицо набежала тень, а в глазах отразилось будто бы даже опасение.

— Ты сказала, я бредил… А что я говорил? — спросил он вместо этого с едва заметным волнением.

— М-м-м… Да ничего особенного, — задумалась, честно вспоминая. — Все порывался куда-то идти… И мое имя несколько раз назвал. Остальное невнятно…

— А… А я не говорил, что… А, впрочем, неважно. Нет, и ладно, — сам себя оборвал на полуслове, вновь натянуто улыбнувшись, и тут же, без перехода. — Я тебя обидел? Поцелуй был лишним, поэтому ты сбежала?

— Я… — я беспомощно посмотрела на него, не зная, что сказать. На лице парня отражалось искреннее сожаление и беспокойство, отчего я чувствовала себя еще хуже. Досадливо поморщившись, все же попыталась сформулировать. — Я не хочу потерять нашу дружбу, понимаешь? Все как-то так сложно, мне надо сначала разобраться в том, чего именно я хочу, и… Не знаю, Анд. Я не хочу ранить тебя своими метаниями, дай мне просто немного времени, хорошо?

— Конечно, — натянуто улыбнулся нэко, а в комнате повисла гнетущая тишина. Сказать сейчас он мог что угодно, но это не отменяло тоски, мелькнувшей в его глазах.

И все же… На самом деле, будет гораздо хуже, если я сейчас ему что-то пообещаю, а сама так и буду терзаться, мучая и его, и себя.

К счастью, Андреас больше ни словом не дал понять, что что-то не так, постепенно натянутость в разговоре ушла, сменившись нашим обычным легким общением. Ближе к обеду я его оставила, вручив лекарства, которые стоит выпить немедленно, и отправилась в столовую за обедом для нас.

Там же встретила Саймона, Лайлу и орков. Адрелия почему-то отсутствовала, а жаль. Я бы не отказалась уточнить у нее, правда ли, что ее жених — Саймон. Впрочем, особых сомнений уже не было. Как и в том, что, вероятнее всего, мой жених — Андреас. Может, как раз и переживал, что что-то такое сказанул во время горячечного бреда… Да уже и неважно, на самом деле.

Ребята передали Андреасу пожелания выздоравливать, Лайла пообещала заскочить вечером, орки тоже сказали, что либо сегодня, либо завтра забегут. А вот Саймон вызвался сходить прямо сейчас и пообедать вместе со мной и нэко. Как он выразился: «А то соскучился уже, небось, два дня со мной не обедал, так и вовсе загрустит».

Особо загрустившим, как и обрадованным, Андреас не выглядел, когда я вернулась с Саймоном, и все же искренне поблагодарил его за помощь вчера, да и сегодня.

— Да ладно, чего уж там. Это ты поначалу был просто другом Сандры, которого она таскала с собой, сейчас ты уже часть нашей дружной компании, — подмигнул боевик, почему-то при этом приобняв меня за талию, устроившись рядом на мягком ковре.

Нэко неопределенно хмыкнул, но не стал комментировать это. Как и одергивать Саймона, преисполнившегося чувством собственной важности, пока рассказывал, как самоотверженно спасал вчера Андреаса. Его послушать, он и целителя отвоевал у дракона, а бульон выиграл минимум на рыцарском турнире. Андреас, немного поев, просто поудобнее устроился на подушках, сонно моргая и с улыбкой наблюдая за нами. Или за мной, судя по тому, что на Саймоне его взгляд почти не останавливался.

— Смотри, кошак спит, — выдал вдруг Саймон.

— Что? — в первый миг даже не поняла, но, оглянувшись на нэко, с удивлением отметила, что тот в самом деле уснул. Что, в общем-то, не так уж удивительно. Целитель предупреждал о сонливости, а Андреас с утра проснулся и, пусть и выглядел слабым и вялым, бодрствовал сколько.

Но на всякий случай склонилась над нэко, чтобы вновь померить ему температуру губами.

— Сандра, кхм… Может, я открою истину, но целуются не в то место обычно, — громким шепотом поведал Саймон.

— Я температуру меряю, придурок! — зашипела на него сердито.

— О как. А мне померяешь? А то тоже что-то чувствую себя не очень. Слабость, все дела… Мне лучше мерить в губы, если что, — тут же сориентировался он.

Когда я уже была готова придушить словоохотливого боевика, нас навестил Бэни, как и обещал. Провел диагностику спящему нэко и окончательно успокоил нас, сообщив, что пик болезни миновал. Снадобья еще следует принимать, нельзя переохлаждаться, все то же «побольше спать, побольше пить», но в целом его состоянием остался удовлетворен.

Саймон убежал вслед за целителем, вспомнив, что у него после обеда практика с первокурсниками на полигоне. Я же, хоть и могла бы уже пойти тоже на свою кафедру, вновь осталась. Пусть Андреас сегодня ничего больше не спрашивал и уж тем более не требовал, но мне хотелось ему объяснить, что дело не в нем, а… А вот хрен сформулируешь, чтобы не звучало избитой глупой отмазкой…

Тихо вздохнув, присела на край кровати и, грустно улыбнувшись, едва ощутимо погладила кончиками пальцев парня по щеке. А может, я просто любитель все поусложнять? Может, только и должна, что отпустить окончательно прошлое и перестать наконец-то думать? Я подхватила жизнь Сандры, изменяя ее под себя, так, может, правильно, что она делает то же самое с моей? Испортить окончательно не должна — ведь ей там жить, а как она посчитает «правильным» — уже ее дело. В конце концов, кажется, мы с ней не такие уж и разные. И если мне удалось по-своему полюбить ее родителей, то что мешает и ей сделать так же?

— Сандра? — сонно завозился Андреас, сладко зевнув. — Ты еще не ушла?

Я тепло улыбнулась, глядя на него, такого растрепанного, сонного, с отпечатавшимся следом от подушки на щеке и расставленными как у котенка ушками. Так и хотелось податься вперед и затискать, прижаться, вдыхая его запах, ощущая рельефность тела под тонкой рубашкой… Так, Сашка, успокойся!

— Угу. Бэни заходил, сказал, что ты идешь на поправку, но некоторая слабость и сонливость — это нормально. Так что спи побольше… Чаю хочешь? — предложила, вспомнив об еще одном наставлении целителя.

Но нэко покачал головой, не сводя с меня внимательного и чуточку грустного взгляда. Потянувшись, приподнялся на кровати, вновь опершись спиной на подушки. Тяжело вздохнул, словно намереваясь что-то сказать, но едва заметно поморщился, промолчав.

— Что? — несколько смутилась я и, не давая себе передумать, решилась все же еще раз попытаться объяснить причины, почему нам стоит подождать. — Послушай, то, что я сказала раньше, ну, про время и разобраться в себе… Это не просто глупая отмазка или…

— Я знаю, — внезапно прервал меня нэко и накрыл своей теплой ладонью мою. — Ты все еще любишь Саймона, как и раньше.

— Я… Что делаю? — переспросила, округлив глаза.

— Это нормально, я не осуждаю и не упрекаю, помню, как ты смотрела на него во время учебы, — чуть поморщился он. Я же просто застыла, слушая эти откровения. Невольно мелькнула мысль, что все же я была права — Саймон тот, в кого Сандра была влюблена.

— Может, когда-то так и было, но сейчас точно нет, ты ошибаешься, — все же попыталась прервать его. Но нэко явно решил в свою очередь высказать все, что накопилось уже у него внутри, и продолжил, будто не слыша, поглаживая большим пальцем тыльную сторону моей ладони.

— Чувства просто так, по заказу, не отключить, — грустно улыбнулся он со знанием дела. — Но… Саймон все же не лучшая пара для тебя. Ты… Ты невероятная, талантливая, яркая… Не только внешне, но и внутренне, но не обжигающая, а такая удивительно родная, с тобой хорошо и уютно просто быть рядом, даже помолчать. Всем хочется тепла, все тянутся к тебе, но Саймон… Я боюсь, что он обидит тебя, не оценит, вычерпав все тепло, не дав ничего взамен…

И он, не договорив, просто закусил нижнюю губу, едва заметно мотнув головой. Его взгляд при этом выражал гораздо больше, чем прозвучавшие слова. И все, что я сумела произнести в ответ немного хрипловатым от волнения голосом:

— А кто лучшая пара для меня?

— Глупости говорю? — чуть поморщился Андреас, досадливо прикрыв глаза, и добавил совсем тихо с легким налетом безнадеги. — Можем списать все на горячечный бред. Забудь, наверное. Ерунду несу…

Но я, уже не давая ни ему договорить фразу, ни себе передумать, потянулась к нему и накрыла его губы обжигающе ярким и вместе с тем удивительно нежным поцелуем, преисполненным внутреннего тепла, давая прочувствовать парню все, что чувствую к нему.

— Теперь снова сбежишь? — выдохнул он прямо мне в губы, каким-то образом умудрившись уже пересадить меня себе на колени и ласково наглаживать мою спину, отчего искорки удовольствия разбегались по всему телу и находили отклик в районе солнечного сплетения. Посему только и смогла прошептать за секунду до того, как вновь завладеть его губами.

— Нет, никуда от тебя уже не сбегу.

И все же несколько минут спустя Андреас сумел вставить еще растерянное:

— Ты же говорила, что хочешь разобраться в себе?

— Считай, что уже разобралась…

Не сказать, что что-то глобально изменилось с того дня. За окном так и гудел периодически ветер, сердито бросая горсти снега в стекло. Во дворе академии так и устраивались снежные баталии, и пару раз, наплевав на все, я даже участвовала в них, заняв устойчивую позицию за выстроенной снежной крепостью, которую укреплял Винсент и которая, подозреваю, и весной не растает. Грымза и Клизма по-прежнему искали малейший повод, чтобы придраться ко мне и наябедничать декану. Которому все так же было все равно. Проект потихоньку делался, учебный план выполнялся, экзамены, после которых должны были начаться каникулы, близились, вводя практически всех студентов в состояние нервной трясучки…

Изменилось лишь одно: я наконец-то стала частью этого мира. Или он стал частью меня, судя по тому обожанию, которое лилось на меня через глаза Андреаса, отзываясь щемящим чувством нежности. Даже Саймон, поначалу делавший вид, что его тошнит от переизбытка приторности в наших отношениях, нередко радостно улыбался, глядя на нас.

И пусть мне все так же временами было тяжело поверить, что у меня ушастый и хвостатый парень, ни разу не возникло чувство фальши или неправильности. Это была именно та реальность, которую я заслужила, и в которой я была счастлива. Лайла так и не принесла мне обещанное ритуальное зелье, но, честно говоря, я и не думала ей напоминать. Может, оно и к лучшему.

К тому же, близился Новый Год, после которого каникулы, которые я решила провести в Академии. Во-первых, потому что решила максимально добить проект по артефакторике, выйдя уже на финишную прямую, и передать его леру Натану, а во-вторых, потому что и Андреас не собирался уезжать куда-либо…

Забавно, кстати, что в этом мире Новый Год отмечали не в январе, а с первым днем весны, начиная отсчет со дня, когда все начинает просыпаться от зимней спячки. Соответственно, экзамены как раз и выпадали на февраль, как и часть каникул и последний бал зимы, устраиваемый Академией для всех учащихся.

— Я влюбился в тебя еще на первом курсе, кстати, — поделился Андреас задумчиво, наблюдая, как я ползаю между пергаментами с расчетами уже по моему проекту и у меня дома.

— М-м-м? — я подняла голову, не сразу уловив смысл его слов, и вынула изо рта карандаш, который машинально туда сунула, пока разглаживала ладонями большой ватман с изображенной схемой потоков. — Что?.. А, влюбился… Я уже смутно помню, что и как было, столько впечатлений разных, ну и…

Чуть смущенно пожала плечами, не вдаваясь в подробности. У Сандры и в самом деле было слишком много впечатлений, а еще, сейчас я уже могла выцепить эти воспоминания наверняка, она в самом деле еще в первую неделю пребывания в Академии увидела старшекурсника Саймона и втюрилась по уши. Но, во-первых, Андреасу это слушать будет неприятно, а во-вторых, меня больно кольнуло пониманием, что влюбился-то нэко как раз в Сандру, не в меня…

— Угу… Был готов на все, чтобы просто посмотрела в мою сторону, даже иногда думал о том, как бы все сложилось, если бы мы были помолвлены, представляешь? А полюбил, когда уже узнал ближе… А точнее, даже могу назвать момент: я только закончил распаковывать чемодан, перебравшись на аспирантский этаж, как раздался стук в дверь. Открываю, а там ты, — негромко рассмеялся он, вспоминая, будто рассказывал какую-то обыденную вещь, а не впервые произнес вслух слова не просто о влюбленности, а именно о любви.

— О… — только и смогла выдавить я, пытаясь спешно подобрать слова.

— Шоколад будешь? Я сейчас приготовлю, — солнечно улыбнулся парень, по-прежнему не придавая ранее сказанному, казалось, никакого значения.

— Д-да, буду, — кивнула несколько заторможенно. Но когда мой котик уже выходил из гостиной, спохватилась и, отбросив сейчас совсем уже неважные чертежи, не заботясь об их сохранности, поспешила за ним.

— Постой. Анд, то, что ты сказал… — начала я, нервно облизнув нижнюю губу.

Но нэко, подавшись ко мне, лишь запечатлел целомудренный поцелуй у меня на лбу, сбивая с мысли.

— Это просто факт. То, что уже есть и что не изменится. Я не жду, что ты мне скажешь нечто подобное в ответ, — пожал плечами он. — Тебе шоколад с корицей?

— Ага… Анд, я… — начала я, намереваясь все же сказать ему важные слова, но почему-то запнулась, замешкалась.

— Не надо. Просто потому, что сказал я — не надо. Пусть никогда их не услышу, но просто в ответ — не нужно, — тихо произнес он серьезным тоном. — Только если в самом деле будешь это чувствовать и будешь уверена, что это именно оно.

— А если бы мы были помолвлены? Тебя бы не волновало, что я так и не сказала этих слов? — внезапно спросила, вспомнив о едва не произошедшей помолвке с неизвестным женихом… Впрочем, почему неизвестным? Кто еще мог обратиться к моим родителям о помолвке, побоявшись сперва заговорить с самой потенциальной невестой? Но я и не сердилась даже за это.

— Я бы любил за двоих. Поверь, моей любви хватит… — все так же светло улыбаясь, словно снова сообщал какой-то непреложный факт.

Как то, что сегодня потеплело и снег потихоньку начал таять. Или что завтра Грымза вновь будет искать повод придраться ко мне, а Клизма начнет визгливо подвякивать, что это за куратор, который не гнушается посещать таверну. Или как то, что мои волосы так и остались разноцветными… Просто факт.

— Сандра? Я еще спросить хотел… — вдруг замялся Андреас чуть позже, когда я, все так же сбитая с толку, сидела на диване, бросая на него взгляды украдкой, и наслаждалась ароматным шоколадом из маленькой беленькой чашечки.

— Да? — немного растерянно подняла голову.

— В Академии через полторы недели будет бал… Ты будешь моей парой на балу?

На несколько мгновений я даже не поняла, о чем он. Ну, то есть, а какие могут быть варианты?

— А есть сомнения? — все же уточнила, глядя на него непонимающе.

— Отправившись на бал вместе, парой, мы всем автоматически заявим о серьезности наших отношений, — чуть смутившись, пояснил парень.

Фыркнув, отставила чашку в сторону и подошла к нэко. Провела ладонью по его волосам, мимоходом слегка почесав за ушком, и, наклонившись к нему, прежде чем поцеловать, прошептала:

— А ты сомневаешься в их серьезности?

— Это значит «да»? — тут же спросил он, как только я прервала поцелуй.

— Я же не на помолвку сейчас соглашаюсь? — шутливо щелкнула его по носу.

— А если бы на нее? — внезапно спросил он, выбив своим вопросом меня из колеи. Что-то у него сегодня что ни фраза, то все в цель.

— Давай я сначала закончу этот учебный год куратором, а там… Там будет видно, к чему мы идем, — подмигнула ему, сказав чистую правду. — Ну и если для тебя так уж важно иметь подтверждение наших отношений, хочешь, познакомлю тебя с родителями? Уверена, ты им понравишься…

К тому же, я им уже успела сообщить, что когда они приедут ко мне забрать на празднование Нового Года домой, мы поужинаем в ресторане вместе с моим несостоявшимся женихом, с которым коварная Вселенная все равно столкнула меня… И в этот раз я действительно была искренне благодарна ей.

Что меня больше всего приятно удивило в конце этого учебного полугодия, так то, что экзамены обошли меня стороной. По правилам академии, аспирантам первого года обучения требовалось лишь предоставлять научную работу в сроки, и мне, несмотря на заверения лера Оливера, что так нельзя, и вообще… как раз артефакторский проект и засчитали. Не знаю, каким макаром они это провернули, но и, если честно, не хотелось думать. По крайней мере, не сейчас. А глядя на носившихся по коридорам в панике студентов, спешно что-то зубрящих на ходу, и вовсе просто тихо радовалась.

Вот Адрелии, Саймону, оркам и Лайле сочувствовала и держала за них кулачки, чтобы они все сдали, доказав свою профпригодность. Ричи, окончательно рассорившийся с Бьянкой, и Андреас также всячески поддерживали ребят.

Мои малявки тоже вполне уверенно сдавали свои первые экзамены, доверчиво делясь со мной переживаниями. Я и сама хлебнула немало волнения, торча под аудиториями, где они сдавали, переживая за каждого ученика как за родного. Но вундеркинды на то и вундеркинды, что каждый из них дал повод гордиться собой в той или иной сфере.

Правда, от их радостного заявления, что они и на каникулах будут меня навещать, мне стало малость не по себе. Даже бойко соврала, что никак, все каникулы меня прям вообще-вообще не будет на территории Академии. И даже не знаю, где буду, так все еще неясно, кхм, так что бегите уже к своим, увидимся в следующем году, ПОСЛЕ каникул!

Андреас, разделивший все волнения вместе со мной, ожидая результатов моих подопечных, лишь посмеивался, с нежностью обнимая меня. За пределами его комнаты или моего дома мы не позволяли себе ничего, кроме объятий, которые, может, чуть более близкие, чем дружеские. Возможно, поэтому Андреас и переживал, что для меня это все несерьезно. Тем не менее, у тех же малявок глаза тут же зажглись интересом, а на мордашках прям написано, что мысленно нас обвенчали уже. Ну хоть вслух пока никто ничего не ляпнул. Впрочем, не все ли равно?

Для себя я решила уже все однозначно, просто он прав: это не должно звучать как ответ на что-то. Просто, чтобы не обидеть, оправдать ожидания. В конце концов, какая разница, когда это прозвучит, если все свободное время мы все равно проводили вдвоем? Да и не свободное тоже, занимаясь проектами, располагались либо у него, либо, чаще, у меня. И по моим внутренним ощущениям это было так чертовски правильно!

Раньше представить не могла, как два человека, большую часть жизни прожившие в совершенно разных условиях, вдруг в какой-то момент начинают жить вместе. Ну то есть, да, у них общие интересы, какие-то взгляды совпадают, но не все же. Да и что насчет личного пространства? Мне даже от общества друзей иногда утомительно, хочется день-два посидеть дома, никого не видеть… Кроме моего нэко.

Я не знаю, как охарактеризовать это чувство, не хотелось бы кидаться громкими заявлениями. Но одно могла сказать абсолютно точно: мне без него плохо и блекло. Возможно, это звучало эгоистично, но я не могла описать свои ощущения точнее. Да и разве это не оно, то самое? Когда существует потребность постоянно быть рядом, слышать его голос, вдыхать его запах, видеть его солнечную улыбку, чувствовать его осторожное прикосновение, будто до сих пор боится спугнуть? Когда хочется сделать что угодно, лишь бы он продолжал смотреть на тебя так, будто больше никого нет, и покусать всех, кто причастен к тени, набежавшей на его лицо? Когда понимаешь, что прожить без него вполне можно, но… слишком пусто?

И, несмотря на все это, на зимне-весенний бал я собиралась со всей тщательностью, будто впервые перебирая кипу платьев Сандры, не в силах выбрать единственное, то самое, в котором я буду для него самой-самой. И все это под легкий смех Андреаса, что я прекрасна абсолютно в любом клочке ткани, ведь это я…

И все же, была вне себя от счастья, когда в назначенное время мой котик (черт возьми, до чего же сладко произносить это даже мысленно!) зашел за мной и, увидев меня в платье, с прической, при марафете, просто натуральным образом застыл, уставившись с непередаваемым восхищением! Да! Оно того определенно стоило! И в тот момент я даже была благодарна маме Сандры, впихнувшей в ее чемодан столько разнообразных платьев.

Насыщенно розовое, почти переходящее в фиолетовый цвет, оно оставляло открытым плечи, часть спины, плотно сидевший лиф не открывал лишнего, но и не оставлял сомнений, что в декольте все в порядке. Туго затянутый пояс, в отличие от корсета, не давил, лишая доступа к воздуху, но подчеркивал талию. А пышные юбки из материала, похожего на фатин, превращали меня в настоящую куколку! У меня в детстве у Барби было похожее платье.

И сколько бы я ни фыркала, подбирая наряды для повседневной носки, каждый раз недовольно сдвигая это платье с мешавшими юбками подальше, сейчас я искренне наслаждалась им. К тому же, моя разноцветная шевелюра удивительно уместно сочеталась с ним, учитывая, что некоторые прядки были точь-в-точь такого же цвета.

Впрочем, я и сама там застыла, уставившись на парня в темно-синем смокинге с золотой окантовкой. Может, конечно, это и называлось иначе, камзолы, там, всяческие и прочее… Да похрен, на самом деле, главное, что моему котенку это шло до такой степени, что хотелось, забыв обо всем и забив на сам бал, повиснуть у него на шее и завопить: «К черту все! Хватай меня замуж, брачную ночь беру авансом!». И если бы Сандра не была девственницей, кто знает, кто знает…

Сам бал мне мало чем запомнился, на самом деле. Ну, то есть, я отметила платье Лайлы, оценив по достоинству, веселое облачко в виде Риэль прямо пришлось по душе — к ней приехал ее жених, такой же восторженный фей, как и она, и этой паре вообще ни до чего не было дела. От практически голой Адрелии, платье которой состояло, в основном, из цепочек и клочков черного меха, многие нервно кашляли, не только я пучила глаза. Правда, после в толпе увидела еще нескольких девушек-дроу, одетых не более скромно. Заодно отметила, что она даже милостиво позволила Саймону пригласить ее на танец. Правда, так и не поняла, кто из них вел. Тем не менее, боевик выглядел крайне довольным, как кот, дорвавшийся до сметаны.

Меня же интересовал большей степенью лишь мой котик, с которым мы кружились среди других пар, не сводя взглядов друг с друга, благо, Сандра умела танцевать все местные танцы, что передалось с памятью и мне, да и Андреас не уступал. И в какой-то момент, когда музыка очередной композиции смолкла, давая несколько секунд передышки, а наши губы вновь оказались очень близко друг от друга, я вдруг решилась сказать Андреасу то, что он, хоть и отрицал, все же ждал от меня…

— Сандра! Еле тебя нашел тут! А с новой прической и вовсе не узнал, несколько раз пришел мимо. Но мне нравится, привет, — вдруг кто-то заорал жизнерадостно у меня над ухом, разрушая очарование момента.

Едва заметно вздрогнув, обернулась на смутно знакомый голос. Удивленно приподняла бровь, узнав одногруппника Сандры, с которым она пусть и общалась довольно хорошо, пока они вместе учились, но после окончания Академии их пути разошлись. Насколько помнила, он уехал из столицы в другой город, где ему предложили сразу работу над какими-то исследованиями. Это в духе Райли, он с первого курса был увлечен наукой. Его ждали тут в аспирантуре с распростёртыми объятьями, но возможность напрямую работать бок о бок с великими магами-теоретиками все же дороже. Кажется, кто-то из прежних знакомых Сандры даже рассказывал мне о нем в первые дни и предлагал передать код его артефакта, но я отказалась. Общения с близкими друзьями девушки, в чьем теле я засела, все же пыталась избегать.

— Привет, — поздоровалась растерянно и недоуменно нахмурилась. — А что ты здесь делаешь?

— Тебя ищу. О, наша любимая песня. Парень, позволь, я украду на танец мою почти невесту, — весело подмигнул он Андреасу и подал мне руку…

— Твою кого?! — не сдержалась я, переводя растерянный взгляд с Райли на Андреаса и обратно. Гамма эмоций, отразившаяся на лице моего нэко, заставила мое сердце болезненно сжаться. Нет-нет-нет, да что за нахрен?!

— Ты ее жених? — почти спокойно уточнил Андреас, в то время как мне хотелось крикнуть, что нет, я определила ж уже, мой жених — это ты…

— Да там забавная ситуация вышла. Хотел Сандре сюрприз сделать, через ее родителей подошёл к вопросу о помолвке, а она психанула… Ну, думаю, ты уже успел узнать ее характер, — хохотнул Райли, в то время как у меня душа ушла в пятки. Похоже, парень не врал, судя по тому, что знала и я из воспоминаний Сандры.

— Ты его знаешь? — одновременно с ним уточнил Андреас настороженно.

И вот что мне сказать? Черт, Райли, как же ты невовремя!

— Да, это Райли, мой…

— Жених?

— Формально, наша помолвка не состоялась, но да, — вновь встрял Райли. Но Андреас смотрел лишь на меня, ожидая моего опровержения, но… Резко выдохнув, он на миг прикрыл глаза и сжал-разжал кулаки.

— Видимо, вам многое нужно обсудить, — обронил нэко, отступив от меня на шаг, проигнорировав вопрос моего… да какого черта! Не моего!

— Анд, подожди… — дернулась я за ним, но нэко лишь мотнул головой, грустно улыбнувшись.

— Не надо. Вам, уверен, есть что обсудить. Я буду вон у того фикуса, рядом со столиком с напитками, если ты все же захочешь потом поговорить, — произнес он тихо, кивнув в сторону какой-то буйноцветущей зелени и, больше не говоря ни слова, оставил меня рядом с Райли.

— Ну что, потанцуем? — предложил парень, как ни в чем не бывало, кажется, даже не поняв, свидетелем чему сейчас стал.

— Нет настроения. Давай в самом деле отойдем в сторонку и поговорим, — мотнула головой, пытаясь собрать разбежавшиеся мысли. Кивнула в сторону небольшого закутка с мягким диванчиком.

Кусочки паззла постепенно вставали на место. Сандру никогда бы не выдали замуж за незнакомца, за того, кого не знает ни она, ни ее родители. С Райли не сказать, что они были парой, но дружили, верно. Еще со школы. Пару раз он даже в шутку говорил, что им по окончании академии обязательно нужно пожениться. Или же не совсем в шутку… Ну то есть, Сандра ему немного симпатизировала, но как другу. Не раз он помогал ей в учебе, но общение присутствовало и помимо этого… Только все контакты прекратились после выпуска! Какого хрена?!

— Ты прости, что так по-дурацки через родителей помолвку устроить пытался, думал, ты оценишь, — обезоруживающе улыбнулся парень.

— Почему мои родители думают, что ты все это время был где-то рядом со мной в Академии? — в первую очередь спросила, глубоко дыша, пытаясь успокоиться.

— А… Да, мои тоже в этом уверены. Я не сказал, что не пошел в аспирантуру. Ну представь их реакцию: «Райли, это же твое будущее…», — похоже, передразнил он свою мать, чуть поморщившись. — Вот именно, мое. И я уже решил, где оно будет. Но переехать надо было еще с лета, потому пришлось покинуть город, так и не встретившись с тобой.

— И тебя не смущает, что все это время мы с тобой не общались?

— Думал, ты сердишься, потому и сменила код артефакта. Хотел у твоих родителей взять код нового, но твоя мама заявила, что лезть в отношения не собирается, чтобы мы разбирались сами на месте. Сама понимаешь, сообщать, что я-то как раз и не на месте, не стал… — хмыкнул Райли.

Я же едва сдержалась, чтобы не зарычать от злости, и на Сандру, что в порыве истерики разбила свой артефакт, и на ее родителей, что то вмешиваются, то не вмешиваются, запутывая всех еще больше, и на Райли, решившего устроить «сюрприз», и на себя, что бросила все на самотек и не докопалась-таки до истины.

— А что не так? Ты совсем не рада меня видеть? Да брось, Сандра, чего ты? Это же как раз то, что всех устраивает: ты занимаешься собой, я занимаюсь наукой. Для меня, конечно, неожиданность, что ты пошла в аспирантуру, но, может, так даже лучше. У нас как раз наметился прогресс в исследованиях, я не могу ни на что отвлекаться. А пока ты закончишь аспирантуру, у меня уже там будут конкретные результаты. Ты переедешь ко мне, мы поженимся… Или ты обиделась, что не приезжал раньше? Я просто не смог, ты не представляешь, какие результаты мы начали получать в последнее время… — его глаза тут же зажглись фанатичным огнем, когда он перескочил на тему своих исследований.

— Давай останемся друзьями, — перебила его простой избитой фразой, которая неожиданно легко сорвалась с языка.

— … и потом мы планируем… — вдохновенно вещал Райли, не сразу сориентировавшись. Но осекся и уставился на меня растерянным взглядом. — Что?

— Друзья. Мы с тобой всегда были только друзья, между нами ни капли романтичных чувств, — терпеливо разжевала, окончательно уложив свои мысли по местам, расставив недостающие кусочки паззлов из воспоминаний.

— Ну, правильно. Разве ты не слышала, что самые крепкие браки как раз тогда, когда супруги в первую очередь друзья? — нахмурился он.

— Верно. Я в это очень даже верю, — невольно усмехнулась, бросив взгляд в сторону фикуса, где за спинами танцующих пар меня ожидал мой самый лучший друг. — Но с тобой я хочу исключительно дружить. Не обижайся, хорошо?

Райли несколько секунд непонимающе смотрел на меня, будто ожидая, что я сейчас рассмеюсь и это все окажется дурацкой шуткой. Но, наконец-то смекнув, что к чему, тоже посмотрел в сторону скрытого за парами фикуса… Вернее, совсем даже не фикуса.

— Он?

— Угу.

— Так в этом уверена?

— Я уверена, что буду жалеть, если потеряю то, что сейчас между ним и мной, — призналась честно, чуть смущенно пожав плечами.

— Но если не выйдешь за него замуж до конца аспирантуры, ты же дашь мне знать? — уточнил Райли, подумав пару минут, вынудив меня рассмеяться.

— Обязательно. Но мой тебе совет: найди себе девушку и смотри на нее хотя бы с половиной того восторга, который у тебя вызывают твои исследования, — подмигнула ему, счастливо улыбаясь.

Теперь, когда все стало на свои места, я окончательно определилась, как мне стоит действовать дальше. Отныне ни капли сомнений!

Тепло попрощавшись с Райли, который, как оказалось, и вовсе тут проездом, заскочил буквально на часок, повидаться со мной, поспешила к Андреасу, продираясь сквозь танцующих студентов и аспирантов. На ходу кивнула выскочившей откуда-то сбоку Риэль, которая что-то протараторила о том, насколько она счастлива увидеться вновь со своим возлюбленным, и упорхнула куда-то дальше к нему.

И на фоне царящего всеобщего веселья Андреас, подпиравший стену, спрятав руки в карманах, и рассматривавший потолок, зачарованный под звездное небо, выглядел живым островком грусти. Тихо подойдя к нему, пристроилась рядом, точно также упершись спиной в стену и задрав голову наверх.

— Что показывают? — ляпнула первое, что пришло в голову.

Но Андреас, покосившись на меня, не отреагировал даже слабой улыбкой, едва заметно дернув плечом.

— Давай я облегчу тебе задачу, — обронил он отстраненно. — Ты, как и Риэль, ждала своего жениха, который обучается в другой Академии, так понимаю. Возможно, вы поссорились. Такое бывает. Но, тем не менее, из-за него ты не торопилась заводить отношения. Даже с тем же Саймоном, в которого была влюблена несколько курсов подряд и который не раз неоднозначно давал понять, что готов к отношениям с тобой. Именно поэтому ты сбежала от меня после первого поцелуя. Но, видимо, чувство вины за то, что я заболел, возложенное на тебя тобой же, оказалось слишком сильным, чтобы чуть подвинуть моральные принципы и принять мои ухаживания. Дав мне то, чего я всегда жаждал. Сейчас же, когда твой жених вернулся и, вероятнее всего, вы окончательно помирились, ты подошла сказать, что я замечательный друг, но предпочтешь, чтобы я им и оставался?

На несколько мгновений я даже опешила, выслушав эту тираду. Мне одновременно стало и грустно, и обидно, причем, обидно вдвойне: за Андреаса, у которого в голове такие мысли, и за себя, что за меня уже все решили. А еще, неожиданно, стало чуточку смешно. Правда, последнее, подозреваю, скорее нервное.

— Ты замечательный друг, — согласилась я со всей серьезностью, повторив его слова.

И, когда Андреас повернул ко мне голову, а в его глазах на миг отразилась боль, перемешанная с тоской, приподнялась на цыпочки и обвила его шею руками.

— А еще ты мой любимый парень, которого я очень сильно люблю, и это чувство со мной далеко не первый день, — прошептала я и нежно коснулась губами его губ, наметив нежный поцелуй. После чего продолжила, как ни в чем не бывало. — И завтра нас с тобой ожидает знакомство с моими родителями. Кстати, помимо того, что мы заявим о серьезности наших отношений, нам еще надо будет сообщить им, что Райли окончательно перешел из категории несостоявшегося жениха в категорию «и не быть ему им никогда». А сейчас пошли танцевать, мне нравится эта песня!

— Постой… Ты сейчас серьезно?

У моего котика глаза стали как блюдца, но в них тут же заплескалась безумная надежда, густо перемешанная с радостью и счастьем.

— Я же сказала: никуда уже от тебя не сбегу. Слушать надо было внимательнее, — поддразнила и, показав ему язык, увлекла за собой на танцпол, чувствуя, как его радость ответно оседает внутри меня щекотными пузырьками счастья. Сейчас я могла сказать наверняка: выход из френдзоны определенно существует! И я лично знакома с парнем, который смог…

ЭПИЛОГ

Сказать, что мои родители были удивлены, увидев вместо Райли Андреаса — не сказать ничего. На несколько побледневшем и обескураженном лице мамы так и читалось большими буквами: «ЭТО НЕ ОН!».

Папа владел собой получше, его глаза лишь чуть округлились при виде моего парня, но он справился с собой и первым сделал Андреасу шаг навстречу, закрепив приветствие крепким рукопожатием. А там уже и мама расслабилась.

За время разговора окончательно все перезнакомились, и, судя по вопросам от мамы в духе «а чем ты увлекаешься?» и от папы рассуждений вроде «надо бы летом тебе посетить наше загородное поместье, там целое крыло есть для твоих исследований, да и Сандра наша обожает лето проводить именно там» нэко пришелся им обоим по душе.

Заодно я сообщила, что планирую остаться на каникулы в Академии, пусть Новый Год и отпраздную с семьей… И совсем нежданчиком стало, когда Анд предложил встречать Новый Год с его семьей, живущей на другом конце нашей империи. Тут уже и у меня челюсть отвисла. Да так там и осталась, когда мои родители, переглянувшись, тут же неистово закивали, заверив, что если мы с Андреасом проведем все лето у них, то Новый Год я могу отмечать у него… Кажется, меня заочно уже и в невесты отдали, и женили. Но, если так подумать, особого возмущения по этому поводу я и не испытывала.

Да и, чего уж там, в самом деле было интересно познакомиться с родными моего котика. Если уж на то пошло, помимо Анда, я в Академии видела всего трех или четырех нэко. Эта малочисленная раса редко покидала свои края… Впрочем, как и феи, жившие с ними по соседству.

Поначалу переживала сильно, как они меня примут, как вообще относятся к человеческой расе, а в частности к разноцветноволосым девушкам? Меня бил настолько сильный мандраж, что Андреасу пришлось подключать тяжелую артиллерию в виде Риэль, которая планировала отмечать праздник со своим возлюбленным и его родными… Жившими там же, где и нэко.

Шебутной феечке каким-то чудом и удалось уболтать меня, что все пройдет хорошо, пока Андреас пытался выцарапать меня из шкафа, куда я забилась сначала под предлогом собрать вещи, а после просто отказалась его покидать. И она не обманула.

Родные Андреаса оказались такими же теплыми и родными, как и он. А уж когда увидела его мелких, мурчащих по поводу и без племянников, веселой игривой гурьбой накинувшихся сначала на него, а после на меня, точь-в-точь, как котята, я окончательно растаяла.

Но прежде чем возвращаться в академию, настояла на том, чтобы навестить уже мою семью. Ну, как настояла. В отличие от меня, Андреас сразу же согласился на это предложение, без лишних колебаний. И оно того стоило, когда увидела, как просияли лица родителей Сандры, когда они нас увидели на пороге своего дома. Пусть мы и пробыли всего полдня.

Невольно взгрустнулось по моим родителям, но, теперь уже была уверена наверняка, Сандра в моем мире с ними так же близка, как я с ее здесь. Имея одни и те же воспоминания, невозможно не испытывать никаких чувств к родным людям…

Зимне-весенние каникулы, захватившие несколько дней февраля и почти две недели марта, закончились неожиданно быстро. С одной стороны, я успела соскучиться по постоянному шуму и гаму в коридорах и по своим малявкам. А с другой, так хорошо было в тишине заниматься своим проектом, а в перерывах много гулять с моим котиком и по двору Академии, и по улицам пробуждавшегося после зимы города. Наслаждаться каждой минутой, проведенной с Андреасом, убеждаться, что это именно то, чего мне всегда хотелось, мой личный кусочек счастья…

Который, впрочем, никуда не делся, когда нас вновь захватили аспирантско-кураторские будни. Наши открытые отношения ни для кого из наших знакомых не стали откровением. Даже несколько учеников умудрились мне по секрету сказать, что давно знали, что это мой жених. Я уже не стала их разубеждать, что, во-первых, пока не жених, а во-вторых… Да-да, я тоже так думала!

Ожидала, что мне удастся удивить лера Оливера, когда пришла к нему и заявила, что намерена и дальше оставаться куратором детей и на следующий год, а также есть у меня кое-какие наработки по теме «Обучение магически одаренных детей нестандартными методами». Но увы, и тут пролет. Мне почти сразу же подсунули инфосканы с записью некоторых моих занятий, в частности, тем, где я заперла детей каждого на своем месте, объясняя принцип работы комбинирования простейших заклинаний.

— Именно с этого занятия я понял, что эта должность просто создана для вас. Оставалось лишь подождать немного, пока это поймете и вы, — только и сказал он, улыбнувшись.

— Тролля на вас нет… — проворчала я в ответ, но, несмотря на мой усиленно хмурый вид, все равно почему-то было приятно, что в меня верили еще тогда.

— А, кстати, где он?

— У своего хозяина. На прошлой неделе навещала его. Он меня даже узнал, — не удержавшись, похвасталась, вспомнив чуть потолстевшего после зимы Доббишрека-Мортимера, одетого все в ту же самодельную юбочку-килт. По словам его хозяина, он еще зимой жутко нервничал, когда его пытались раздеть, посему махнули рукой и оставили ему в напоминание о днях, проведенных у меня.

Декан лишь вежливо покивал на это, не высказывая особой заинтересованности. Ну и пусть. Главное, что я была окончательно успокоена, что мой троллик таки хорошо живет.

Моя же очередь удивляться настала буквально несколько дней спустя, когда мы в очередной раз собрались все в таверне, но Андреас чуть запаздывал, задержавшись на своей кафедре, и обещал прибежать позже. Орки тоже сегодня отсутствовали, тестируя свою разработку на полигоне, так что мы расположились за своим излюбленным столиком значительно поредевшей компанией.

Адрелия после зимне-весеннего бала, не скрываясь, сидела лишь рядом с Саймоном, впрочем, все так же задумчиво периодически поигрывая кинжалом. Правда, сам боевик и без этого даже не пытался больше ни на кого смотреть… Хоть на его дурацкое чувство юмора это никак и не повлияло. Но тут уж угрожай кинжалом — не угрожай, а Саймона не поменять.

А выбила меня из колеи, неожиданно, Лайла, умостившаяся рядом и с загадочным видом принявшаяся копошиться в своей сумочке.

— Прости, что так долго. У меня с моим проектом что-то все совсем застопорилось, да еще и экзамены, а потом у родни гостила долго, вернулась — снова всего навалилось как-то… — бормотала она, продолжая что-то искать, интригуя все больше.

И наконец-то с невнятным возгласом достала какой-то сиреневый флакончик. Я удивленно приподняла бровь, не понимая, что это и зачем это.

— Забыла, что ли? Сама же просила у меня. Ритуальное зелье астральной проекции. Или уже не нужно? — нахмурилась Лайла.

Но я, вспомнив, что к чему, прежде чем приняла уже какое-то решение, выхватила заветную бутылочку из рук стихийницы.

— Нужно! Спасибо! — выдохнула я, порывисто обняв ее.

— Да не за что. Используй аккуратно. Ну и чем дальше хочешь отправиться, тем больше зелья следует выпить. Но я на всякий случай сделала его концентрированностью посильнее. В идеале, трети флакона хватит, чтобы посетить самую дальнюю точку нашего мира. Действует около часа… — деловито принялась объяснять она, перечисляя все правила безопасности, которые стоило соблюдать, а также возможные побочные действия вроде легкой дезориентации в течение пяти минут после истечения срока действия зелья.

Я внимательно слушала, запоминая и отмечая, что в свое время умудрилась нарушить Сандра. В голове же набатом стучала одна мысль: это мой шанс увидеться с родными, убедиться, что Сандра не испортила мою… вернее, уже свою жизнь, окончательно успокоиться и, попрощавшись с прежней реальностью, вернуться в свою, новую.

Остаток вечера я просидела как на иголках, даже когда вернулся Андреас, отвечала на все вопросы невпопад. Мое солнышко даже заботливо поинтересовалось, все ли в порядке со мной, не заболела ли.

Врать что-либо не хотелось, а признаваться вдруг ни с того ни с сего, что той Сандры, в которую он когда-то влюбился и по которой сох не один год, уже давно тут нет, я все же не видела необходимости. Может, Андреас и поймет, но… От этой информации никому ни холодно ни жарко, она даже ни на что не влияет, учитывая, что полюбил нэко именно меня. Поэтому просто сослалась на необходимость подготовиться к предстоящему занятию с детьми и ушла пораньше.

В частности, это даже не было враньем: мне в самом деле не мешало бы подготовиться, но… Имея в руках флакончик с тем самым зельем, понятное дело, готовиться я как раз и не планировала.

Скрупулёзно выполнив все наставления Лайлы, несколько раз проверила все, чтобы если, не приведи святые силы, Сандра вдруг в этот же момент окажется без сознания или что-то типа того, мы вновь не поменялись телами. Лишь удостоверившись, что покинуть это тело мне не грозит, я, быстренько помолившись всем известным богам моего и этого мира, в несколько глотков опустошила всю бутылочку. Передозировки быть не должно, а мне нужна лишь одна, но меткая попытка. Путь мне предстоял уж точно не близкий.

В первые несколько секунд ничего не произошло, хоть я и лежала так, как сказала Лайла. Уже хотела вскочить, чтобы проверить, тот ли флакончик взяла, как в теле внезапно поселилась небывалая легкость, а я понеслась сквозь бескрайнюю пустоту, которую лишь местами расцвечивали звезды. И вдруг мой полет прекратился. Я оказалась в доме моих мамы и папы.

Все та же гостиная с персикового цвета обоями, разукрашенными странными серебристыми кляксами, которые мама постоянно грозилась содрать и переклеить на нормальные, но они уже лет десять не менялись. Все те же чуть расшатанные стулья с подранной котом Картошкой обивкой. Все те же знакомые родные запахи, от которых что-то аж екнуло в животе, отзываясь. Все те же мама с папой, у которых был их обычный вечер.

Стояла на расстоянии вытянутой руки от них, видела, как мама смешно морщит свой веснушчатый нос, складывая отбивные в пластмассовый лоточек, убирая в него остатки какого-то пиршества со стола. А папа стоит над тарелкой, торопливо дожевывает голубец, как всегда, когда мама начинает собирать со стола.

— Володь, ну в самом деле, будто я отбираю! Весь вечер сидели, ты был неголоден, а сейчас жор проснулся, — всплеснула руками мама, шутливо ругаясь на папу, как сотни раз до этого, на каждой нашей семейной встрече.

— Алин, ну вкусно же. Ты собирать начала, а оно мне так запахло вдруг. Да и я просто голубчик доесть на тарелке решил, и все… А отбивные ты ребятам все положила уже? — папа скорчил просительную рожицу, пытаясь разжалобить маму.

— Чтоб ты потом плакал, что для полного счастья тебе как раз одной отбивнушки и не хватило? Вот, отложила, — фыркнула она, кивнув на стоявшее за графином с компотом блюдо. — Сядь и поешь нормально, ну что ты, в самом деле?

— О-о, моя ты заюшка! Иногда сам себе завидую, как мне повезло с такой женой, — довольно крякнул папа, подмигнув смутившейся мамуле.

Я невольно рассмеялась, чувствуя, как по щекам потекли слезы. Я же просто проекция, они меня даже не видят, разве у меня могут быть слезы? Но это были, скорее, радостные слезы от того, что у моих родных явно все в порядке. Вон, праздновали что-то…

— Мам, да не нужно, ну чего ты. Что мы, отбивнушек с Ромчиком не пожарим? Не надо, — услышала я знакомый голос из кухни.

А в следующий момент на пороге появилась… я. То есть, понимаю, что Сандра. Но в обычной темно-синей футболке с принтом Железного Человека из комиксов и джинсах, да с волосами, небрежно стянутыми в конский хвост, она меньше всего напоминала ту избалованную аристократку, которая с возмущением рассказывала, как убого обставлена ванная парня, чей пес столкнул меня с моста.

— Вот только делать вам больше нечего! Да что я, не понимаю, что ли? Давай-давай, бери… Голубцов положить? — продолжила суетиться мама.

— Мам, ты как всегда… — прошептала я с улыбкой, наблюдая за ней.

А Сандра внезапно вздрогнула, недоуменно завертев головой.

— Что такое, Сашуль? — отреагировал папа, перестав жевать.

— А? Да ничего, просто показалось, — усмехнулась моя копия, немного нервным движением поправив челку правой рукой, на которой блеснуло… обручальное кольцо?!

— Ты когда это замуж успела выйти? — опешила я, не сумев промолчать, хоть и знала, что меня не слышат.

Но Сандра вновь вздрогнула, в ее глазах вдруг отразились недоверие и радость, да и губы так и норовили расползтись в улыбке.

— Я сейчас, — все же сообщила она родителям, выскользнув из комнаты.

Я, заинтригованная, пошла следом за ней в мою бывшую комнату. Где Сандра остановилась вдруг у трюмо, уставившись в свое отражение, упершись обеими руками в столешницу.

— Саш? Ты тут? Скажи что-нибудь? — позвала она неуверенно.

— Что-нибудь, — только и смогла ляпнуть от неожиданности.

— Я не ошиблась! Зелье астральной проекции? — обрадовалась Сандра, аж подпрыгнув на месте.

— Ага… У меня мало времени. Даже не думала, что ты сможешь меня слышать! Что ты, как ты? Где живешь? За кого вышла замуж? Диплом защитила? В аспирантуру пошла? Чем занимаешься? А ученики? А с мамой и папой хорошо все? А мои друзья? — тут же забросала ее вопросами, вне себя от волнения.

Счастливо рассмеявшись, Сандра покачала головой.

— Знала бы ты, насколько рада слышать твой голос! Да знаешь, кажется, именно в этом мире я стала по-настоящему счастливой. Хотя привыкнуть было очень тяжело… Диплом защитила, не волнуйся. Правда, на четверку. Но я честно пыталась. В аспирантуру зато прошла без проблем. Не думала, что мне понравится, но в самом деле интересно. Да и Рома поддерживал всячески… — затараторила она, все так же счастливо улыбаясь.

— Рома? Что за Рома? — нахмурилась я, спешно перебирая в памяти имена всех знакомых, но Ром среди них не было.

— Парень с собакой. Харона помнишь? — улыбнулась она.

— Да его хрен забудешь! Этот Рома? Который меня убил?!

— Ну, ты сама хороша, зачем по тому мосту полезла вообще?.. Ладно, это неважно на самом деле. Ты просто не представляешь, какой он хороший. Внимательный, заботливый, добрый, всегда рядом, а еще рядом с ним так тепло… — она мечтательно зажмурилась и добавила еще одну характеристику, припечатав. — И вообще, ты не представляешь, насколько умопомрачительно вкусный шоколад он готовит!

Я аж закашлялась от неожиданности. Да уж. Стоило Сандре попасть в другой мир, чтобы найти такого же Андреаса… Или же это провидение постаралось, и на самом деле эта версия Андреаса предназначалась мне? Хм…

— И ты прям сразу замуж за него вышла?

— Ну, не сразу, два месяца как женаты. Но да. Чего тянуть, если он тот самый?

— Может, ты и права…

— Учеников я распустила, извини. Все же занятие с детьми — это не мое. Да и времени нет совсем. А друзья после окончания обучения у меня другие. Я побоялась с твоими сходиться, так что тоже прости… Зато с родителями твоими видимся часто, они мне как родные… — она вновь искренне улыбнулась. — А мои? Как они? И как твоя жизнь? Как жених? Кто он, кстати? А то я как-то и не успела узнать…

Усмехнувшись, я поторопилась рассказать ей все о том, как сложилась теперь ее-моя жизнь, немало ее удивив.

— Кто бы только мог подумать… Ты же там счастлива? — спохватилась Сандра с некоторым беспокойством.

— Да, более чем. Говорю же, у меня тут свой «Рома». И, пожалуй, ты права. Чего тянуть? Как только придет время, тоже не мешкая скажу «да». Спасибо тебе за все. И даже за то злосчастное зелье астральной проекции, которое ты приняла неправильно. Будь счастлива. А я еще немного посмотрю на родителей, пока остались последние минутки, — сказала я ей напоследок и выскользнула за дверь, услышав вслед:

— И тебе спасибо. Обязательно буду. Как и ты.

Время, оставшееся после принятия зелья, я в самом деле провела в гостиной, наблюдая за такой уютной суетой родных мне людей, слушая их шутливые перепалки, впитывая эти воспоминания, стараясь отпечатать этот момент навсегда и прощаясь…

Очнувшись в своей кровати ставшего мне уже родным мира, я некоторое время просто лежала, счастливо улыбаясь и пялясь в потолок. Я это сделала. Удостоверилась, что там все хорошо, отпустила их и вернулась обратно. Туда, где отныне мой дом.

И… да, Вселенная, все же спасибо тебе за все, хоть иногда ты и бываешь той еще… м-м-м… ну, пусть будет «жучкой»!

К О Н Е Ц