ПРОЛОГ

Посвящается Илии Телес.

***

— Здесь есть кто-нибудь? Эй, ну хоть кто-нибудь?!

Я едва не сорвала голос. Раскатистое эхо пролетело по темному коридору, отразилось от сочащихся влагой стен и осело где-то вдалеке. Я подождала ответа, а затем упрямо продолжила путь.

Мрачный туннель казался нескончаемым. Его пол был залит водой, и я шлепала прямо по лужам. Холодно не было, только страшно. Я боялась обернуться. За мной по пятам следовала тьма. Густая и вязкая, она принимала облики чудовищ, которые, как я была уверена в детстве, жили под кроватью. Я будто лицом к лицу столкнулась со своими давними страхами.

Не самая приятная встреча. Я бы с удовольствием ее пропустила, как пропустила… Подождите, что я пропустила? Черт, не помню!

Внутри меня начала разрастаться уверенность, что я опаздываю. Меня ждут. Я ускорила шаг.

Своды туннеля задрожали.

— Стой! Слишком рано!

Я вздрогнула, огляделась, а затем подняла взгляд к потолку. Никого.

Это из серии «Большой брат следит за тобой»?

Кстати, а кто такой этот «брат»? Что-то знакомое, ответ так и вертится на языке, но сформулировать мысль никак не получается.

— Почему рано? — крикнула я. Все-таки хоть какой-то собеседник в этом царстве тьмы и страха. — Я тороплюсь! Нужно успеть…

Я осеклась. Понятия не имею, почему мне нужно торопиться.

— Нет! — отрезал безликий голос. Так сразу и не поймешь, мужчине или женщине он принадлежит. — Там подождут.

— Где «там»? — успела спросить я.

А затем меня будто придавило каменной глыбой. Я почувствовала свое тело вплоть до каждой косточки.

Испуганный крик сорвался с губ, и тут же заглох в порыве ударившего в лицо ветра. Меня швырнуло куда-то в сторону, но вместо того чтобы разбиться об стену, я прошла сквозь нее, как нож сквозь масло. А затем все оборвалось болью. Последнее, что я запомнила: звук глухого удара и чей-то смех, оставшийся далеко внизу.

ГЛАВА 1

На меня обрушились сначала звуки, а затем запахи. Где-то над головой щебетали птицы, а воздух пьянил ароматом свежей травы с легкой ноткой хвойного леса. Саднящими ладонями (кажется, испещренными мелкими царапинами) я осторожно ощупала пространство рядом с собой: пальцы зацепились за что-то гладкое и шелковистое, похожее на траву. Я распахнула глаза и тут же прикрыла их ладонью. В лицо било яркое полуденное солнце. Я действительно лежала на покрывале из молодой сочной травы. Беглый осмотр показал, что я жива и даже цела. Вот только одежда… Она была не моя! В моем демократичном гардеробе отродясь не водились атласные юбки.

Я застонала и с трудом приподнялась. В горле словно наждачкой провели, дико хотелось пить. Голова шумела, как будто с похмелья. Что же произошло? Как я здесь оказалась? И куда делся тот странный туннель? Нет, подождите… Туннель не мог быть реальностью. Наверное, он мне приснился. Ведь иначе…

Я обхватила голову руками и прижала к стучащим вискам дрожащие пальцы. Кожа мгновенно испачкалась в чем-то теплом и липком. Кровь… Я ранена?

— Леди Рейс, слава Богу, вы очнулись! Мне показалось, вы ненадолго прекратили дышать! Вы рассекли висок? Вам больно?

Так вот почему раскалывается голова. Что ж, хоть что-то прояснилось.

Вздрогнув, я подняла взгляд от изумрудной травы и обернулась. Позади меня обнаружилась девушка в бежевом платье. По сравнению с моим нарядом, сшитым явно из очень дорогой струящейся ткани, ее платье выглядело безыскусным.

Я механически сжала нежный атлас юбки. Перед глазами все плыло, страх и непонимание накатывали волнами.

— Где я? — как можно спокойнее спросила я.

Повезло, голос дрогнул лишь немного. Так, главное не нервничать. Всему есть логическое объяснение…

Я снова взглянула на девушку. На ее молодом миловидном лице было написано беспокойство. Большие встревоженные глаза смотрели на меня внимательно и серьезно. Тонкие пальцы теребили кончик длинной светлой косы, переброшенной через плечо.

Моя рука невольно дернулась вверх и запуталась в собственной густой гриве, рассыпавшейся по плечам. Я нервно выдохнула через ноздри. Еще один сюрприз. Я абсолютно точно уверена, что никогда не носила длинных волос. С каре мне жилось куда проще и удобнее.

Так, не паниковать, не паниковать, не па…

— Что случилось? — все-таки не выдержала я.

Вышло куда более драматично, чем в первый раз. Я досадливо поморщилась.

Девушка, чье имя вертелось у меня в голове, но никак не шло с языка, торопливо подошла и опустилась на колени рядом со мной.

— Леди Рейс, простите за плохие новости… Машина, в которой мы ехали к поместью лорда Таркера, разбилась. Водитель не справился с управлением: врезался в дерево, когда на дорогу выскочил не то олень, не то лось. Я не успела рассмотреть. — Девушка виновато опустила глаза и вдруг осуждающе добавила. — Всему виной машина! Не уверена, что ваш отец поступил мудро, приобретя ее в свой дом. Да и водитель… Конечно, он сказал, что у него есть опыт, но, признаться, я в этом сомневаюсь. Откуда ему взяться, если машины заполонили наши дороги не так давно?

— Не так давно? — медленно повторила я.

В душе росло чувство, будто я стала жертвой жестокого розыгрыша. Хотелось помахать рукой спрятавшимся в кустах операторам и сказать, что я их вижу.

Вот только лес выглядел слишком непроходимым и диким. С густых кустарников с шипами на сучьях изредка вспархивали мелкие птицы. Вряд ли бы они это делали, если бы кто-то скрывался в зеленой листве.

Я судорожно сглотнула. Память отказывалась возвращаться, все время подсовывая вместо себя картинку с туннелем. С языка вдруг сорвалось имя девушки:

— Джози, так где мы?

— Где-то на пути к поместью лорда Таркера,

Я снова потерла ноющие виски. Разбирая мешанину из картинок, образов и звуков, я пыталась вспомнить, кто я и что здесь делаю.

«Вы отлично подходите на роль гувернантки!»

Я нервно дернулась и пристально посмотрела на призадумавшуюся Джози. Ее губы не дрогнули. Голос, раздавшийся в моих ушах, явно принадлежал не ей.

— Прости, что ты сказала? — на всякий случай поинтересовалась я.

— Нам нужно добраться до поместья затемно, — повторила Джози. — Мы не можем заставить лорда Таркера ждать.

— Джози, — я постаралась произнести ее имя мягко, чтобы не зародить подозрений раньше времени. Пока она единственная, кто может ответить на все мои вопросы. — Я не понимаю, как оказалась здесь. Не помню, чтобы я…

Мой голос прервался на шепот, а затем и вовсе умолк.

Джози оторвалась от изучения дороги, пролегающей в десятке шагов от нас, и взглянула на меня с беспокойством. Ее рука осторожно коснулась моей макушки. Я зашипела от боли.

— У вас тут огромная шишка, — пробормотала Джози. — И на виске кровь… Вы сильно ударились.

— Наверное… — неуверенно согласилась я.

— Это пройдет! — с сочувствием заверила Джози. — Как только доберетесь до замка, обратитесь к доктору. Хотя…

— Что?

Сердце сжалось от дурного предчувствия.

— Неизвестно, как лорд Таркер отнесется к этому. Говорят, у него сложный характер. Вдруг он под предлогом травмы постарается отказаться от ваших услуг?

Судя по интонации Джози, последнее ни в коем случае не должно было произойти.

— Хорошо, — я постаралась навести порядок в мыслях. Получилось так себе, если честно. — Напомни мне, пожалуйста, кто такой лорд Таркер и что меня с ним связывает?

Джози посмотрела на меня, как на сумасшедшую.

— Ох, леди Рейс… — горячо прошептала она, а затем взяла себя в руки и заговорила увереннее. — Лорд Кеннет Таркер — один из самых влиятельных людей в нашей стране. Он правая рука короля и… — Джози понизила голос до свистящего шепота, — его внебрачный сын.

— О! — только и смогла ответить я, но этого хватило.

Джози закивала, будто поняла меня без слов и придвинулась поближе.

— Бастардов нигде не любят, — все также негромко согласилась она и поглядела по сторонам, будто опасалась, что нас подслушивают. — Но сейчас происхождение лорда Таркера всем лишь на руку. Если кто-то и сможет заключить мир с драконами, то только он — тот, в чьих жилах течет их кровь.

— Понятно, — протянула я, хотя мне по-прежнему ничего не было понятно. — Скажи, а зачем мы к нему ехали? — я помолчала, в голове вдруг всплыли обрывки каких-то кинематографичных сюжетов. — Боже, меня что, хотят выдать за него замуж?!

Откуда-то я точно знала, что девушек выдают замуж. Иногда без их согласия. Причем обязательно за каких-то влиятельных и крайне неприятных типов. Даже картина в голове появилась, где противный старикашка стоит у алтаря с молодой глубоко несчастной девушкой.

Джози негромко рассмеялась, прикрыв рот ладонью.

— Нет, леди Рейс. Как вы могли такое подумать? На сердце лорда Таркера претендовало множество красавиц, а сейчас и вовсе уже поздно.

Я не успела ничего уточнить. Джози продолжила:

— Его Величество Уильям попросил вас присмотреть за детьми лорда Таркера. Вы будете их гувернанткой до тех пор, пока драконы не подпишут с нами мирный договор. Ну теперь вы все вспомнили?

Я потрясенно воззрилась на нее.

Мирный договор, драконы, чужие дети… К такому жизнь меня точно не готовила!

— Что-то такое припоминаю, — зачем-то солгала я и втянула в себя воздух, надеясь, что кислород заставит мозг заработать, а память — вернуться.

Тщетно.

Ощущение было, будто я изрядно повеселилась ночью, а теперь расплачиваюсь за свое легкомысленное поведение. Я поднялась и сделала несколько неуверенных шагов. Ноги путались в непривычно длинном платье прямого кроя. Его белоснежный воротничок тесно облегал шею, будто хотел удушить. Плечи сковывал узкий нежно-голубой жакет с массивной золотой брошью на груди.

— Леди Рейс, ваша шляпка!

Я чисто механически поблагодарила Джози и приняла из ее рук поистрепавшуюся шляпку с вуалью. Одежда вызывала странные, почти неуловимые ассоциации: с черно-белым кино, дымом сигар, тонконогими худыми девушками, звуками джаза… Обрывки не то воспоминаний, не то просто знакомых образов рассыпались, когда мой взгляд наткнулся на разбитую машину.

Она была сверкающе-черной, как лакированные туфли, агрессивной и… устаревшей. Не помню, откуда я это знаю, но абсолютно уверена, что передо мной раритетная, редкая модель. Она выглядела слишком помпезно и театрально, будто иллюстрация к какой-нибудь постановке.

В глазах вдруг потемнело. В памяти ослепляющей вспышкой пронеслась сцена из, очевидно, недавнего прошлого: мокрая после дождя дорога, резкий удар, боль, темнота. В ушах застыл свист тормозов и звук бьющегося стекла. Воспоминание было настолько ярким, что меня передернуло. Я чувствовала, что оно принадлежит не мне, но при этом казалось, будто именно я пережила все это.

Господи, неужели так и сходят с ума? Или Джози права, и виноваты во всем шишка на голове и рассеченный висок?

— Машину повело вбок, и мы вылетели из приоткрытой дверцы, — по-своему истолковав мое молчание, пояснила Джози. — Вы как раз решили выбросить огрызок яблока и дернули за ручку.

— Вот как… — пробормотала я.

В памяти картинка дороги стала еще более отчетливой.

— Оно и к лучшему, — заметила Джози и философски добавила: — Водителю не повезло сильнее, чем нам.

Я впервые подумала о том, что мы были не одни. Конечно, ведь кто-то должен был быть за рулем! Странно, что не я… Почему-то я была уверена, что умею водить.

Я, действуя на инстинктах, бросилась к машине и заглянула в разбитое окно, в котором виднелся дорогой кожаный салон. На высоком руле покоилась темная курчавая голова мужчины. Он был без сознания.

— Ему нужна помощь! — крикнула я. — Давай откроем дверцу и вытащим его наружу!

«Звони в скорую!» — хотела добавить я, но не смогла. Губы будто стянуло. А затем мозг взорвался от воспоминаний — живых, красочных, причиняющих боль. Под таким мощным натиском ноги подкосились, и я рухнула на траву.

— Куда едем?

— В аэропорт.

— Ночной рейс? Сейчас быстро долетим, пробок нет.

— Не торопитесь. У меня есть время в запасе.

Я вспомнила, к чему привел этот диалог — к виду мокрого асфальта, оборвавшегося визгом тормозов.

— Мы не справимся, — в мои мысли ворвался голос Джози. — Да и стоит ли он ваших усилий?

Я потерянно на нее воззрилась, пытаясь собрать картину воедино. Ладно, похоже, я попала в аварию, так и не доехав до аэропорта. И что теперь? Я лежу в реанимации, а все происходящее со мной — невероятно увлекательный глюк, вызванный обезболивающим? Если так, дело плохо. Судя по степени достоверности глюка, мне вкололи ударную дозу наркоза: ну точно все косточки собирают заново.

Мужчина негромко застонал, и это прекратило мои метания. Ладно, пускай все это — фантазия и мое разыгравшееся воображение, но вот этот конкретный представить моих грез страдает очень даже натурально.

— Справимся, — упрямо буркнула я и осторожно протянула руку в разбитое окно машины.

Джози с неодобрением наблюдала за моими попытками открыть дверцу.

— Леди Рейс, мы не сможем оказать ему медицинскую помощь. — Она покачала головой. — Я, конечно, работала однажды сиделкой при пожилой леди, но это явно не тот опыт, который нам нужен.

— Вот как?

Кажется, на ближайшее время это станет моей самой любимой фразой.

Джози, видимо, приняла мой риторический вопрос за подколку и нахохлилась.

— Вы и вовсе отказались выучиться на сестру милосердия, — не без удовольствия напомнила она.

Я впервые заметила, что Джози тоже выглядит не лучшим образом: волосы растрепаны, на щеке ссадина, платье испачкано и порвано в нескольких местах. Что ж, нам всем досталось.

Ручка поддалась, и я, возликовав, распахнула дверцу. Взору предстал салон с высоким кожаным сидением. Я радостно нырнула внутрь, а Джози предпочла остаться в стороне.

Я ухватила водителя за пиджак и попробовала потянуть — бесполезно, слишком тяжело.

— Помоги мне! — потребовала я.

Джози со вдохом сделала шаг вперед, и в этот момент до меня донесся топот копыт. Я вынырнула из машины и настороженно покосилась на дорогу, выложенную камнем. Местами она поросла мхом. Видимо, дожди здесь не были редкостью.

— Помощь прибыла, леди Рейс. Надеюсь, что вы встретитесь с милордом не сразу! Вам бы для начала привести себя в порядок…

Я с удивлением воззрилась на Джози и хмыкнула: забавно, у нас на руках человек без сознания, а ее беспокоит только мой внешний вид. Волнуется, что милорд упадет в обморок при виде моего рассеченного виска? Впрочем, она не выглядит бессердечной, просто водитель для нее был будто бы… представителем другого, более низкого сословия.

Я покосилась на свою одежду, затем на пиджак водителя и мысленно поправила слово «сословие» на класс. По ощущениям, оно больше подходило эпохе, в которую я угодила.

Карета остановилась в нескольких шагах от нас. С облучка торопливо спустились двое мужчин. Один из них поклонился мне, второй сразу заглянул в машину.

— Леди Рейс?

— Да, — я ответила прежде, чем успела задуматься. Словно кто-то и правда назвал мое имя.

— Нас прислал лорд Таркер. Он приказал забрать вас и доставить в поместье.

Джози с удовлетворением кивнула.

— Мы только возьмем чемодан. Он…

— Водителю нужна помощь! — перебила я.

Тот, словно почувствовав, что речь идет о нем, глухо застонал.

— О нём позаботятся, не переживайте — заверили меня. — В замке есть доктор, он его осмотрит.

Двое мужчин осторожно вытащили водителя из машины. Он уже открыл глаза и щурился на яркий солнечный свет. У него оказалась разбита губа и наливался синевой синяк на скуле, но больше видимых повреждений я не заметила. Впрочем, я не врач. Он наверняка сильно ударился грудью о руль.

— Леди Рейс, — простонал водитель, — простите, на дорогу выскочил олень… Я просто… Я…

— Все в порядке, — пробормотала я. — Такое случается.

Водитель облизнул распухшие губы и поморщился. На его молодом лице промелькнуло отчаяние.

— Я только получил эту работу… Если вы…

— Леди Рейс непременно сообщит обо всем случившемся отцу, — холодно сказала Джози.

Чемодан, с которым ей любезно помог один из наших спасителей, вдруг распахнулся. На дорогу полетели нижние рубашки, какие-то панталоны, полупрозрачные чулки.

Джози покраснела, мужчины отвели взгляды, а я напротив уставилась во все глаза на предметы одежды.

Ладно, возможно, у меня просто слишком богатое воображение. Именно поэтому мои галлюцинации настолько… хм… живые.

— Простите, — я оторвалась от метаний Джози и обратилась к нашим спасителям. — Как вы узнали о случившемся?

Мужчины переглянулись и пожали плечами.

— Хозяин рассекал небо и увидел, что вы попали в неприятность. Он приказал помочь вам.

Рассекал небо? Это новомодный термин для обозначения занятий на параплане или… Ах да, по словам Джози, лорд Таркер — самый настоящий дракон с чешуей, хвостом и клыками. Надеюсь, он не высматривал молоденьких красивых девственниц, чтобы затем утащить их к себе в логово? В любой уважающей себя сказке дракон крал девиц, будто страдал последней стадией клептомании. Никогда не понимала, зачем он это делает.

Джози снова напомнила о себе.

— Леди Рейс, прошу вас, проходите в карету! Я уже собрала вещи.

Я рассеянно кивнула. Один из мужчин, так и не представившихся мне, открыл дверцу и помог подняться по откидной лестнице. Я вновь подумала, что для галлюцинации как-то слишком много деталей. Но ведь другого объяснения нет, верно? Разве что… На периферии сознания мелькнули кадры из фильмов, где люди попадали в параллельные миры. В горле пересохло, и я судорожно сглотнула.

Вслед за мной поднялась Джози. Чемоданы, судя по шуму, закинули на верх кареты и принялись привязывать веревками. Водителю помогли устроиться на облучке. Еще пару минут, и послышалось смачное «Но! Пошли!». Карета тронулась с места. Я отодвинула занавески и уставилась в окно. Ладно, мне нужно подумать…

Вот только Джози и тишина — понятия, похоже, несовместимые.

— У вас шишка на голове, — вспомнила Джози и тяжело вздохнула. — Нужно будет показать ее доктору. А пока давайте просто вытрем кровь с виска.

Я кивнула и позволила Джози осторожно промокнуть кожу надушенным носовым платком. Перед глазами снова замелькали картинки из недавнего прошлого. Салон автомобиля, в котором пахло дешевым цитрусовым коктейлем, негромкая музыка, синяя подсветка на магнитофоне, тени за окном. Последнее, что я помню, — как потянулась за телефоном, чтобы проверить время. Я успела лишь ухватиться за сумочку, но не открыть ее… А затем — мрачный бесконечный туннель и поиск выхода.

Я покосилась на Джози. Может, рассказать ей все? Конечно, она сочтет меня сумасшедшей, но… Если в этом мире есть драконы, наверное, должна быть и магия. А значит, к идее о путешествии между мирами здесь отнесутся более снисходительно, чем дома. Там бы меня точно упекли в сумасшедший дом, где самые добрые в мире врачи в белых халатах выбили бы из меня всю дурь.

Я еще немного поколебалась, но все-таки решилась. В конце концов, я всегда могу сказать, что пошутила или сослаться на шишку на голове.

— Джози, я хочу кое-о-чем с тобой поговорить, — начала я.

Девушка нахмурилась, подняла взгляд и выжидающе на меня посмотрела.

— Да, леди Рейс?

Я открыла рот, но не смогла выдавить ни слова. Язык будто прилип к нёбу и отказывался подчиняться. Губы тоже не слушались, их покалывало. Горло неожиданно сдавило, и я закашляла.

— Леди Рейс! — всполошилась Джози. — Все в порядке?

Я молча закивала, все еще не веря, что не могу озвучить свои сомнения. Что за проклятие?

— Что вы хотели сказать?

— Я…

Горло снова сдавило, в легких стало не хватать воздуха.

Я с ужасом уставилась на свои руки. Получается, если я попытаюсь сказать, что я не леди Рейс… ее тело убьет меня. Если это не ирония Судьбы, то точно ее злой сарказм!

— Я хотела сказать… — язык снова онемел, и я сдалась: — Как только доберемся до поместья, нужно будет приложить к шишке лед.

В этот раз губы легко послушались, а грудную клетку не сдавило в тисках. Что ж, намек я поняла. Вот только как мне из всего этого прикажете выкручиваться?!

Джози серьезно кивнула, а затем, видимо, посчитав тему исчерпанной, отодвинула шторку в сторону и выглянула в окно кареты.

— Конечно, леди Рейс, можете на меня рассчитывать. Я, как и всегда, не подведу вас.

Я впервые задалась вопросом, кем же является Джози. Горничной, компаньонкой? Наверное, второе все же ближе к истине. Погрузившись в нерадостные мысли, я не сразу услышала Джози.

— Мы подъезжаем, леди Рейс.

Я проследила за ее взглядом, и с губ сорвалось едва слышное «о!». Перед нами раскинулось роскошное двухэтажное поместье из светло-серого камня, местами увитое зеленым плющом. Архитектура напоминала классический английский стиль. Впрочем, меня нельзя было назвать экспертом в этом деле. Архитектура мало меня интересовала… до этого момента.

— Красиво, верно?

Я невольно согласилась с Джози. Округлые балконы, высокие окна, шпиль на одной из башен — все это не могло не впечатлять.

Мои мысли перескочили с местных красот на более прагматичные вещи. Хозяин этого поместья, лорд Таркер, — дракон. Что если попытаться рассказать правду ему? Вдруг с драконом (он же магическое существо, не так ли?) у меня все получится? Эта идея настолько захватила меня, что я не сразу вернулась к действительности.

Карета медленно остановилась. Я хотела было потянуться к ручке, но заметила, что Джози терпеливо ждет, и тоже застыла на месте.

Дверца распахнулась, и мне предупредительно помогли спуститься (длинное платье путалось в ногах).

— Леди Рейс, добро пожаловать. Ваши вещи будут доставлены в комнату, не беспокойтесь.

— Благодарю.

Джози не осталась без внимания.

— Ваша комната, мисс, тоже готова.

В карете царил полумрак, поэтому, оказавшись на улице, я ненадолго сощурилась, привыкая к яркому солнечному свету. В нос прокрался аромат цветов. Изнутри поместье напоминало зеленое царство: высокие деревья на подъездной аллее соседствовали с пышными клумбами, а вид сада вдали навевал несвойственное мне умиротворение. Забавно, ведь когда Джози только-только сказала о поместье, хозяином которого является дракон, я представила себе мрачный замок, окруженный рвом с водой. Что поделать, мое мышление всегда отличалось ассоциативностью

Тряхнув волосами, убранными под шляпку (спасибо Джози!), я натянула перчатки и направилась по вымощенной плиткой дорожке к парадным дверям. Там уже застыла мужская фигура. Следом за мной зашагали и остальные.

— Леди Рейс, добро пожаловать! Вы можете звать меня Барретом. Я уже много лет служу в этом доме дворецким. Позвольте выразить свое сожаление из-за случившегося инцидента с машиной. Как часто говорит лорд Таркер, наука — дело гиблое.

Я окинула высокого худого мужчину с гладко выбритыми до синевы щеками задумчивым взглядом. Занятно, значит, драконы не жалуют науку и технику? Что ж, учитывая, что за нами прислали карету, а не машину, этому не стоит удивляться.

— Прошу вас, леди Рейс и…

— Мисс Фэйт, — торопливо вставила Джози.

Нас проводили в просторную гостиную. Несколько невысоких диванчиков с мягкими подушками, ковер с цветочным рисунком, окно, выходящее в сад — все это заставило немного расслабиться. Я не без удивления отметила соседство камина с электрическими лампочками в абажуре.

— Когда я смогу встретиться с лордом Таркером?

Его имя слетело с уст просто и легко, будто я произносила его уже много раз. Забавно, неужели включилась память хозяйки этого тела?

— Леди Рейс, — громким шепотом, наполненным священным ужасом, позвала Джози. — Может быть, вам сначала стоит немного отдохнуть с дороги и… привести себя в порядок?

Я оглядела себя и мысленно поморщилась. Я совсем забыла, что и правда выгляжу не лучшим образом.

— Лорд Таркер, — невозмутимо ответил Баррет, — пожелал встретиться с леди Рейс сразу же, как только она прибудет в поместье. Если позволите, я вас к нему провожу.

Джози что-то недовольно буркнула себе под нос, но спорить не посмела.

— Мисс Фэйт, Томми покажет вам вашу комнату.

Перед нами, как черт из табакерки, возник десятилетний мальчишка. Кажется, все это время он подслушивал под дверью.

— Мисс? — почтительно позвал он.

Джози вздохнула и, бросив на меня последний неодобрительный взгляд, исчезла с мальчишкой в узком коридоре. Баррет же подвел меня к парадной лестнице, и мы принялись подниматься по высоким ступеням. Скользя рукой по балюстраде, я задумчиво рассматривала огромную люстру на потолке и украшенную портретами стену. Что-то вроде семейной галереи?

Мы миновали холл с высокими окнами и оказались перед дверьми из темного дерева.

— Лорд Таркер работает в кабинете. Я сейчас доложу ему о вас.

Дождавшись моего кивка, он на мгновение исчез за дверьми, а затем так же быстро вышел обратно.

— Он ждет вас, леди Рейс, — торжественно объявил Баррет.

Звук закрывшихся за спиной дверей показался слишком громким и трагичным. Я сглотнула и сделала несколько шагов по толстому ворсу ковра. Справа от меня высился камин с почти пустой каминной полкой. Слева — огромный книжный шкаф, плотно уставленный книгами в кожаном переплете. Передо мной за массивным письменным столом сидел мужчина и торопливо водил перьевой ручкой по бумаге. При виде меня он встал и чуть склонил голову.

— Леди Рейс, я рад, что вы все-таки добрались до моего дома. Присаживайтесь.

Голос у лорда Таркера оказался густой, тягучий и пробирающий до мурашек. Из окна за его спиной падал свет. Солнечные блики играли на мужском породистом лице, придавая его чертам хищности.

Я пересекла комнату и осторожно опустилась в кресло напротив стола. Лорд Таркер тоже сел и, скрестив руки на груди, принялся меня изучать. Сначала я смутилась, а затем смело встретила его взгляд. Высокий, статный, с короткой стрижкой, подчеркивающей его высокие скулы, Таркер определенно пользовался успехом у дам. Ему было немного за тридцать, сеточка тонких морщин уже разлетелась под глазами, но, пожалуй, это все, что выдавало его возраст. Темные, почти черные глаза смотрели пристально и цепко. Тонкие губы были слегка поджаты, словно Таркер совсем не рад был лицезреть меня в своем доме.

Что ж, я бы тоже хотела убраться отсюда.

— Мне жаль, что ваша поездка оказалась омрачена внезапной аварией.

Что-то в его интонации подсказывало, что ему вовсе не жаль. Напротив, если бы я не доехала, он был бы только рад.

Интересно, почему? Я ведь не могла успеть ему насолить? Вернее, не я, а леди Рейс. Собственно, об этом я и хотела поговорить.

Выдохнув, я ринулась в атаку. Возможно, если выпалю быстро, все получится.

— Благодарю, лорд Таркер. Я хотела вам признаться…

Слова застряли в глотке, и я закашляла. Грудь скрутило спазмом, и, задыхаясь, я откинулась на спинку кресла. Прежде чем рухнуть в темноту, я успела заметить полный тревоги и удивления взгляд вскочившего с места Таркера.

ГЛАВА 2

Дыхание перехватило, пульс зачастил, а потом словно замер, и возникло странное, пугающее ощущение, что тело мне не принадлежит. В какой-то момент меня пронзила мысль, что так, должно быть, и выглядит смерть. Испугаться по-настоящему я не успела: мимолетная темнота, паника и пустота исчезли, как ночной кошмар, разгоняемый утренним солнцем. Я распахнула глаза и с удивлением уставилась на уже знакомую дверь из темного дерева, ведущую в кабинет лорда Таркера. По спине побежали мурашки. Что произошло? Баррет ещё не вышел, чтобы пригласить меня? Нет, невозможно! Я точно помню, как переступила порог и оказалась представлена лорду Таркеру. Его тягучий гипнотизирующий голос до сих пор звучал в ушах.

Я оглянулась. Длинный коридор оставался пуст. Ладно, не могли ли же меня выставить за дверь, как нашкодившего котенка? Конечно, и слепой бы заметил, что Таркеру я не понравилась, но он не повел бы себя настолько грубо. Он же джентльмен! Наверное…

Так и не найдя логичного объяснения, я потянулась к дверной ручке. Она не поддавалась.

Что за черт! Если это шутка, то несмешная!

Взгляд скользнул вниз. Из щелки между дверью и полом било светло-сиреневое свечение. Я удивленно моргнула, а затем осторожно опустилась на корточки, чтобы рассмотреть его получше. Мне в нос ударил сноп искорок. Свечение вдруг приобрело форму, цветные пылинки в нем плотно прижались друг к другу и преобразились в... костлявый указательный палец.

Я потерла глаза. Ничего не изменилось.

Палец сделал характерное движение, будто манил за собой.

— Куда идти? — мрачно спросила я, окончательно смирившись с тем, что схожу с ума.

Теперь я совершенно точно знаю, что чувствовала Алиса в стране Чудес.

Палец замер, а затем рассыпался россыпью сиреневых бабочек. Те метнулись к моему лицу, недолго покрасовались, позволяя рассмотреть роскошные крылышки с золотистым рисунком, а затем устремились куда-то по коридору.

— Подождите! — попросила я, боясь отстать.

Стайка бабочек нетерпеливо перетекла с места на место, а затем застыла. Я слышала, как часто-часто порхают их крылья, и в этом звуке мне чудилось сдерживаемое недовольство. Я ускорила шаг.

Мы миновали коридор и парадную лестницу и все дальше углублялись в левое крыло поместья. Мне бы смотреть по сторонам и запоминать дорогу, но все внимание перетягивали на себя бабочки. С их крыльев на ковер опадала золотистая пыль, и я на полном серьезе подумала, что это своего рода пародия на след из крошек.

Стайка вдруг замерла возле одной из дверей, а затем нырнула мне под руку и… исчезла. Чувствуя себя героиней арт-хаусного фильма, наполненного сюрреализмом, я неуверенно толкнула ручку. К моему удивлению, дверь с легким скрипом распахнулась, обнажив темно-коричневый паркет с гуляющими по нему бликами света.

Я помялась на пороге, но все-таки шагнула в комнату. Дверь за моей спиной закрылась. Пахнуло уже не арт-хаусом, а самым настоящим ужастиком, где глупая блондинка зачем-то поперлась в подвал с монстрами.

Я сглотнула. Над головой вспыхнул свет, и вместе с темнотой пропали и глупые страхи. Я оказалась в центре огромного помещения, полностью заставленного книгами. Столько книг я не видела никогда в жизни! Повсюду, куда падал взгляд, стояли книжные стеллажи. Они уходили под самый потолок, окольцовывая комнату, как спящая змея. До многих из них можно было добраться только с помощью стремянки.

Облизнув пересохшие губы, я подошла к ближайшему стеллажу и провела подушечками пальцев по корешкам книг. Нос уловил едва слышный аромат книжной пыли и зачесался.

Негромкое покашливание заставило меня подскочить на месте от неожиданности и резко обернуться. Справа от меня, в углу, за массивным письменным столом из красного дерева сидела женщина. Корсет, пышные кринолиновые юбки и диадема в забранных волосах придавали ей поистине царственный вид. Но вещи лишь оттеняли ее природную красоту и грацию: благородные черты лица, уверенный, спокойный взгляд серых глаз и идеально прямая осанка широкими мазками завершали ее образ. Будь я рыцарем, преклонила бы колени. Вместо этого я сделала несколько шагов и с опаской приблизилась к незнакомке. Не укусит же она меня?

Словно подслушав мои мысли, пламя свечи, стоящей в бронзовом подсвечнике на столе, дернулось и зашипело. Это отрезвило.

— Простите, — неуверенно начала я. — Возможно, это покажется странным, но я… заблудилась.

Ложь, лишь слегка похожая на правду, но мне не пришло в голову ничего лучше.

Женщина сложила руки в замок (на тонких пальцах сверкнули перстни с драгоценными камнями) и опустила на них подбородок. Теперь, когда язычки свечи перестали трепетать, я рассмотрела ее лицо получше. Возле глаз и губ пролегли глубокие морщины, а в каштановых блестящих волосах была заметна седина. Несмотря на свой возраст, она сумела сохранить привлекательность, а, возможно, даже преумножить ее.

— Заплутать не страшно, — откликнулась она. Ее голос показался мне смутно знакомым. — Страшно не найти верной дороги, не так ли?

В словах чудилось второе дно, и я тряхнула головой. У меня сейчас нет времени на метафоры.

— Да, согласна, — торопливо ответила я и вернулась к интересующей меня теме. — Вы не знаете, где лорд Таркер? Я разговаривала с ними перед тем… попасть сюда.

Я запнулась. Боже, это все звучит дико даже для меня!

Ноздрей коснулся слабый аромат вербены, и неожиданно тревога улеглась. В голове роем жужжащих пчел зародились первые догадки.

— Это сон? — уверенно предположила я.

— Можно сказать и так, — не стала спорить женщина. — Ты напрасно боишься, дитя. С твоим разумом все в порядке.

Если собственные галлюцинации начинают тебя успокаивать, дело дрянь.

Я обессиленно рухнула на ближайший стул. Видимо, вид у меня был жалкий, потому что женщина подалась вперед и мягко заговорила:

— Ты сейчас находишься в кабинете лорда Таркера, вернее — твое новое тело. Сознание пребывает здесь, со мной…

— С вами? — переспросила я, а затем до меня дошло. — Подождите, что значит, «новое тело»?!

Все-таки сумасшедший дом. Черт, я так надеялась на реанимацию или путешествие в другой мир!

Женщина улыбнулась уголками губ.

— Ход твоих мыслей непредсказуем, но мне нравится, что ты не падаешь духом. Такую душу я и искала: смелую, чистую и… владеющую даром.

Нет, слишком много информации за один раз. Мозг катастрофически не успевал ее обрабатывать! Я сделала глубокий вдох, стараясь унять громко бьющееся сердце.

— Кто вы? Почему я оказалась здесь?

— Хороший вопрос, но время для него еще не пришло.

Я сначала растерялась, а затем разозлилась.

— Отлично, тогда у меня есть десяток других! Что происходит? И почему я не смогла никому сказать, что я вовсе не леди Рейс?

Я приоткрыла от удивления рот и замерла. Получилось! Я смогла признаться, смогла рассказать правду! Я взглянула на незнакомку уже с надеждой. Возможно, во всем происходящем все-таки есть логика?

— Логика есть, дитя. Она всегда есть, даже если мы ее не видим — спокойным голосом ответила моя собеседница. — Ты хочешь знать, как попала в мой мир? Все просто: сосуд оказался пустым, а Вселенная не терпит пустоты там, где нужен живой огонь.

— Живой огонь? — пробормотала я. — Снова метафора?

Женщина усмехнулась, но как-то по-доброму.

— А ты любишь конкретику, верно? Хорошо, скажу иначе. Ты заняла место чужой души, потому что ее путь внезапно оборвался. Внезапно, но весьма кстати.

В ее голосе не слышалось ни сочувствия, ни сожаления. Она, словно так часто сталкивалась со смертью, что перестала придавать ей значение. Или… Для нее смерть была не концом, а лишь началом.

— Я не хочу занимать чужое место, — хрипло сказала я. — Верните меня домой.

— Это невозможно. — Женщина царственно повела плечом, будто досадуя на мою глупость. — Ты пришла с определенной миссией и обязана ее выполнить.

Я сглотнула. В голове что-то щелкнуло. Все происходящее напоминало какой-то глупый фильм, сцену из книги. Такого не может быть. Не со мной уж точно!

— Послушайте, — Я встала, угрожающе нависнув над столом. — Я не собираюсь спасать мир. Я не герой. Верните меня обратно!

Я говорила медленно, надеясь, что каждое мое слово отпечатается в ее памяти, но в конце сорвалась на крик. Женщина поморщилась.

— Тебе не нужно спасать мир. Твоя задача в другом.

— И в чем же? — прошипела я, раздражаясь все сильнее.

— Вопросы, вопросы… Слишком много вопросов. На большую часть из них ты легко найдешь ответы и сама.

— Что вы…

Мне не дали договорить.

— Не перебивай! — впервые повысила голос она. Похоже, ее терпение подошло к концу. — У нас не так много времени. Совсем скоро ты очнешься, поэтому запомни: ты должна принять себя. Выброси из головы мысли о возвращении домой и перестань пытаться рассказать правду о себе в мире живых.

По коже пробежал холодок.

В мире живых? Ладно, подумаю об этом позже.

— Почему я не могу вернуться домой? — спросила я. Отчаяние нарастало, и я решила пойти на уловку. — После того, как выполню свою миссию, конечно.

— Это невозможно. Обмен душами происходит лишь однажды. Тебе следует смириться и принять свою судьбу.

Я скрипнула зубами. Как бы не так! Ладно, мне нужна информация. Как можно больше информации!

— Почему я не могу рассказать кому-то о том, что я не леди Рейс?

Женщина задумчиво провела пальцем, очерчивая ручку бронзового подсвечника.

— Это естественная защита мира: тот, кто совершил обмен, не может рассказать о нем… — Она вскинула на меня взгляд. Ее черты лица смягчились. — Мне жаль, но у тебя нет выхода. Тебе следует сосредоточиться на миссии и помочь лорду Таркеру.

Но настойчивости мне было не занимать.

— Так значит, вернуться не получится? — спросила я снова.

Магия! Если в этом мире есть магия, значит… Возможно все! Разве не об этом говорят все сказки?

Ни один мускул на её лице не дрогнул, но взгляд потяжелел. Из него мгновенно испарилась вся прежняя теплота.

— Даже не думай, — с угрозой проговорила она. Казалось, она прочла мои мысли. — Если ты нарушишь запрет и обратишься к темной магии, это разрушит…

Последние слова я не разобрала. Очертания женщины вдруг стали расплываться. Книжные стеллажи запрыгали перед глазами, сметенные ураганом, а меня затянуло в неожиданно возникшую черную воронку.

— Разрушит что-о-о? — прокричала я.

Но ответ так и не услышала.

ГЛАВА 3

Я открыла глаза. Нос все еще щекотал тонкий аромат вербены, а кончики пальцев подрагивали, будто я снова провела по корешку книги, обводя витиеватую вязь названия. Наверное, поэтому я не сразу сосредоточилась на словах молодого мужчины.

— У леди Рейс обычное переутомление. Меня немного волнует ссадина у виска, но в целом я не вижу проблем, требующих вмешательства. Шишка на голове небольшая и скоро сама рассосется. Я пропишу мазь, чтобы ускорить этот процесс.

Доктор был молод, но говорил уверенно. Над его тонкой верхней губой топорщились маленькие черные усики. Наверное, он надеялся, что они придадут ему деловитости, но на деле это выглядело лишь трогательно и немного забавно.

— Леди Рейс, вы очнулись? — Он искренне обрадовался. — Как вы себя чувствуете?

Я задумалась. Точнее всего мое состояние описывал бы ответ: «Как человек, по ошибке угодивший в сумасшедший дом», но едва ли такие слова будут здесь уместны.

— Благодарю, — прохрипела я и поморщилась. — Уже лучше. Просто закружилась голова.

Я попыталась встать с диванчика, на который меня, очевидно, перенесли. Доктор с готовностью подал мне руку и помог сесть.

— Вам нужно отдохнуть. Сразу же станет лучше, вот увидите.

— Спасибо, доктор Абрамс.

Такой тягучий голос невозможно спутать ни с каким другим.

Я выпрямилась и, сдув упавшие на лоб прядки, посмотрела на Таркера. Тот стоял у окна и изучал сад за стеклом. Казалось, его нисколько не волновал произошедший со мной инцидент.

Аромат вербены испарился. Я уже не была уверена, что ощущала именно его, а не что-то другое. Зато до меня донесся резковатый запас спиртовых настоек. Его перебивал нашатырь, лежащий на столе рядом с тремя непонятными пузырьками.

Доктор, словно подслушав мои мысли, кивнул и принялся собирать пузырьки в кожаный чемоданчик.

— Побольше гуляйте, леди Рейс, и поменьше нервничайте, — сказал доктор Абрамс.

Мысленно я усмехнулась. В сложившейся ситуации его слова можно было принять за насмешку.

— Спасибо, — вежливо ответила я и облизнула сухие губы. — Я постараюсь.

Доктор вышел за дверь. Я решительно взглянула на Таркера и вновь открыла рот. Бесполезно, ни звука. У меня снова не получило рассказать о том, что я чужая в этом мире.

В глазах защипало, впервые с момента появления здесь стало по-настоящему страшно. Я наконец-то поняла, что все происходящее реально.

— Обморок, леди Рейс? Вы действительно думаете, что это выход?

Я вздрогнула от сарказма, прозвучавшего в голосе Таркера, и невольно выпрямила спину, будто готовясь к нападению.

— Простите, что вы хотите этим сказать? — настороженно поинтересовалась я и поморщилась.

«Простите» вырвалось у меня на автомате, будто эта фраза осела в памяти леди Рейс на уровне рефлекса. Мне подобная чопорная вежливость была вовсе не свойственна.

Таркер все еще стоял ко мне спиной. Белоснежная рубашка облегала сильные плечи, жилетка обрисовала мощную широкую спину. Я невольно подумала, что не хотела бы столкнуться с Таркером поздно ночью в темном переулке.

— Не следует извиняться, — сухо ответил он.

О, значит, не одну меня раздражает эта светская вежливость!

Таркер отошел от окна. Не приближаясь ко мне, он опустился за письменный стол и принялся перебирать бумаги. Кажется, он что-то искал.

Его ладонь оттолкнула тонкий томик, и в памяти мгновенно возникла библиотека и стеллажи с книгами, уходящими под потолок. Женщина (нужно было спросить ее имя!) явно испугалась, когда поняла, что я настроена вернуться домой. Она говорила что-то о магии…

— Леди Рейс, мы оба не в восторге от вашего назначения.

— Д-да, наверное, — пробормотала я, думая совсем о другом.

Если в видении библиотека находилась недалека от кабинета Таркера, можно ли предположить…

— …но мы оба обязаны придерживаться правил.

Я с раздражением кивнула. Таркер сейчас только сбивал меня с мысли. А у меня появилось чувство, будто вот-вот я нащупаю что-то важное.

Женщина сказала, что леди Рейс мертва. Но говорила ли она что-то подобное обо мне? Вроде нет, значит…

— …поэтому давайте облегчим задачу и не будем доставлять друг другу хлопот.

Ух, какой настойчивый! Так вот, если предположить, что я, вернее мое тело, еще живо, то… чисто теоретически… Я могу вернуться, верно?

— Занимайтесь своим делом и не мешайте мне, — резко закончил Таркер.

Я непонимающе уставилась на него. О чем он вообще сейчас столько времени распинался? Черт, я все прослушала!

Пока я растерянно искала выход, в игру снова включилась память тела.

— Конечно, лорд Таркер, — учтиво отозвалась я. — Вы абсолютно правы.

За моими словами не стояло ничего — ни чувств, ни эмоций, ни смысла. Видимо, Таркер каким-то образом это считал, потому что окинул меня полным подозрения взглядом, а затем пожал плечами.

— Отправляйтесь к себе, леди Рейс. Вам нужно отдохнуть. Если продолжите себя неважно чувствовать, помните, что всегда можете вернуться домой, — в его голосе появились вкрадчивые нотки.

Почему он рьяно желал избавиться от меня? И о чем говорил все это время? Что-то о том, что нам нужно не мешать друг другу. Боже, да что вообще здесь происходит? Почему все говорят намеками?!

— Благодарю, — медленно ответила я. — Мне действительно нужно отдохнуть.

Я встала на ноги, коленки немного подрагивали. Во рту было сухо, и я снова облизнула губы. Голова шла кругом от всего происходящего, но я не была уверена, что виной тому стал обморок. Пожалуй, мне и правда лучше прилечь.

— Баррет покажет вам вашу комнату. Советую до ужина отдохнуть и привести себя в порядок. Вам предстоит знакомство с детьми.

Последние слова прозвучали как-то угрожающе, а хмурый взгляд Таркера и вовсе подтвердил, что я оказалась не в том месте и не в то время.

— Баррет ждёт вас за дверью, леди Рейс.

Более толстый намек было сложно придумать.

— Конечно. — Я торопливо дошла до порога и обернулась уже возле него. — Я признательна вам за радушный прием, лорд Таркер.

Его щека дернулась. Что ж, я тоже знакома с определением «сарказм». В эту игру можно играть и вдвоем.

Тело пронзила дрожь. Кажется, оно вовсе не одобряло моего поведения. Интересно, так и развивается шизофрения?

Я толкнула тяжелую дверь и вышла в коридор. Баррет тенью поджидал меня в двух шагах от кабинета. Я знала, что он ждет меня, но все равно вздрогнула. Неужели прежняя леди Рейс была пугливой особой? Или было в этом доме что-то, заставляющее ее нервничать?

В голове прошелестел уже знакомый женский голос.

«Тебе следует принять свою судьбу».

Ну уж нет!

— Как вы себя чувствуете, леди Рейс? — поинтересовался Баррет.

— Спасибо. Уже гораздо лучше, — ответила я и покосилась вглубь левого крыла.

Кажется, в видении именно туда меня увели сиреневые бабочки.

— Тогда я покажу, где находится ваша спальня. Нужно пройти в правое крыло. Вы будете жить рядом с детской.

Баррет жестом попросил следовать за ним. Я кивнула, а затем нова покосилась в ту сторону, где в моем видении была библиотека.

— Баррет, — окликнула я дворецкого.

— Да, леди Рейс? — Он остановился и взглянул на меня.

— Левое крыло... — неуверенно проговорила я. — Что там?

Я прикусила язык. Наверное, именно так и начинала каждая жена Синей бороды.

— Библиотека, леди Рейс. Лорду Таркеру удалось собрать поистине редкие экземпляры. Теперь библиотека — его гордость. Признаться, многие при знакомстве с его коллекцией выказывают восхищение и восторг.

Последние слова заставили меня вздрогнуть, но не от страха, а из-за азарта. В душе вспыхнула надежда. Возможно, в такой огромной библиотеке найдется что-то, способное мне помочь? Как сказала та женщина? «Темная магия».

Что ж, я готова на все, чтобы вернуться домой. Я не намерена здесь оставаться. Тоже мне, нашли избранную!

— Скажите, Баррет, я могу воспользоваться библиотекой?

— Если лорд Таркер разрешит, конечно. Пойдемте, леди Рейс, я покажу вам комнату.

Я немного приуныла. Это «если позволит» намекало, что все может быть не так просто, как мне бы хотелось. Баррет выжидающе взглянул на меня, и я поспешила за ним.

Мы миновали крыло и прошли мимо парадной лестницы.

— Здесь ваша спальня, — Баррет повернул ручку и открыл дверь. — Детская — напротив.

Горничная заправляла кровать, больше напоминающую ипподром. На ней спокойно поместилось бы человека четыре, а возможно, и все шесть.

— Поторопитесь с уборкой, леди неважно себя чувствует! — строго бросил Баррет. — Располагайтесь, леди Рейс. Хорошего отдыха, — чуть мягче добавил он уже в мою сторону.

— Спасибо, — ответила я.

Около шкафа уже стояли мои чемоданы... Нет... Не мои, чужие... И я даже не знала, что в них лежит. Оставалось надеяться, что ничего криминального.

Баррет закрыл дверь и ушёл, а мы с горничной остались наедине.

— Не желаете принять ванну с дороги, леди Рейс?

Ванна! Пожалуй, это было бы неплохо.

— Да, если вас не затруднит, — согласилась я.

Пока девушка суетилась, я бесцельно смотрела в стену и мучительно размышляла: прокрасться в библиотеку тайком или все-таки спросить разрешения? Что-то мне подсказывало, что именно библиотека может стать моим спасением!

Ванна пошла мне на пользу: она помогла прийти в себя и разложить по полочкам всю ту обрывочную информацию, что я успела собрать. Мысль, что я угодила в какой-то другой мир, уже не вызывала нервный смех, лишь преисполняла решимостью вернуться домой.

У меня непременно все получится!

Моя родная тетка частенько говорила, что умом меня Бог обделил, но упрямства отвесил за троих. Я всегда шла напролом, и меня нередко сравнивали с танком. Пусть так, но именно это качество и позволило мне без какой-либо помощи пробиться в жизни. Эта призрачная дама, пахнущая вербеной, зря со мной связалась! Понятия не имею, зачем я ей, но мое присутствие здесь только спутает ей карты. Уж я постараюсь, чтобы так оно и случилось.

Джози, ни на минуту не замолкая, помогла мне с выбором платья. Его приталенный фасон отличался простотой: длинная, немного расклешенная юбка, широкие рукава и высокий воротничок-стойка. К нему вел длинный ряд мелких изящных пуговиц, и эта деталь мне понравилась — одеваться можно было и самостоятельно. Никаких корсетов и кринолинов! Хоть в этом повезло.

Я взглянула на россыпь острых шпилек на туалетном столике и попросила Джози не сооружать мне на голове Пизанскую башню. Джози удивилась, пару раз переспросила, уверена ли я в своем решении, а затем, демонстративно вздохнув, принялась за работу.

Уже доплетая косу, она досадливо спросила:

— Леди Рейс, у вас что-нибудь болит?

— Нет, — не раздумывая, ответила я. — Почему ты так решила?

— Вы сутулитесь. Раньше я за вами такого не замечала.

Черт! Вот тебе и память тела!

— Немного ломит шею, — лихо солгала я. — Конечно, ты права: это не повод портить осанку.

Я расправила плечи и улыбнулась отражению Джози в зеркале. Та с пониманием кивнула, но ее взгляд странно блеснул. Она задумчиво склонила голову набок, заканчивая с прической.

— Все готово, леди Рейс, — довольно сказала она и чуть отступила. — Вы прекрасно выглядите.

Комплимент явно был дежурным, произнесенным по привычке. Я поднялась с мягкого пуфика и, положив ладони на туалетный столик, приблизила лицо к зеркалу. Пожалуй, Джози все-таки не покривила душой. Леди Рейс действительно прекрасно выглядела. Невысокую хрупкую фигуру выгодно подчеркивал простой фасон платья. Лицо, почти полностью лишенное косметики, притягивало взгляд: ореховые глаза в сочетании со светло-русыми волосами придавали облику какую-то трогательность, даже невинность. Какое обманчивое впечатление, учитывая мой характер!

— Джози, сколько мне лет? —деловито поинтересовалась я.

Она вздрогнула. Мой вопрос если не испугал ее, то заставил занервничать.

— Девятнадцать, леди Рейс, — пробормотала она. — Вы забыли?

— Просто вылетело из головы, — с напускным равнодушием отмахнулась я. — Знаешь, иногда такое бывает.

По лицу Джози было видно, что она сильно сомневается в этом, но возражений не последовало.

Я мысленно повторила свое новое (временное!) имя. Леди Рейс. Леди Эшли Рейс.

Щека раздраженно дернулась. Анна мне нравилось больше. Ничего, я верну себе и прежнюю жизнь, и имя.

Что ж… Пробил час примерять маски!

— Благодарю за помощь, — коротко сказала я и направилась к двери. Уже на пороге я обернулась. — Ты останешься здесь? Не пойдешь со мной на ужин?

Джози настороженно взглянула на меня и сплела ладони в замок. Я заметила, что ее пальцы подрагивают.

— Я ужинаю со слугами, леди Рейс. На кухне.

Я судорожно сглотнула. Такими темпами маски слетят, не успев укрыть лицо!

— Да, конечно, — протянула я. — Ты ужинаешь на кухне, а я…

— В столовой, вместе с семьей лорда Таркера, — подсказала Джози.

— Да, конечно, с лордом, его детьми и… женой? — полувопросительно уточнила я.

Ну почему мне в подарок к телу не достались воспоминания леди Рейс! Это было бы справедливо.

Джози поменялась в лице.

— Не думаю, что покойная леди Таркер сможет присоединиться к вам за столом.

Черт! Так быстро сесть в лужу…

— К вам все еще не вернулась память, леди Рейс?

Из голоса Джози ушла легкая присущая ему надменность, и на ее месте появилась растерянность.

— Нет-нет, все в порядке, — заверила я и тут же осеклась.

Если Джози сама догадается о подмене и спросит меня в лоб, смогу ли я рассказать правду? Интересный вопрос.

— Наверное, вы перенервничали после аварии… — неуверенно предположила Джози, явно желая найти объяснение моим странностям.

Я нашла в себе силы только на короткий кивок и сухое пожелание хорошего вечера. Джози с облегчением вернула мне любезность и принялась торопливо убирать с туалетного столика ненужные шпильки.

Я медленно спустилась по парадной лестнице и свернула в сторону столовой. Направление мне услужливо указала горничная, чистящая камин.

В столовую вели высокие резные двери из светлого дерева. Едва я приблизилась, слуга предупредительно распахнул их передо мной. Постаравшись незаметно вытереть вспотевшие ладони о юбку, я перешагнула порог. При виде просторной комнаты с огромным столом посередине смелости изрядно поубавилось. Я что, действительно должна сыграть роль леди?

Взгляд заметался по белоснежной скатерти с хрустальной вазой с цветами посередине. Блюд было много, а такого тонкого фарфора я, пожалуй, не видела никогда. Впрочем, мое внимание быстро перескочило с накрахмаленных салфеток на детские лица. За столом сидели мальчик и девочка, видимо, брат и сестра. На вид им было лет семь. Девочка явно пошла в мать: густые темно-каштановые волосы отливали медью, в светло-карих глазах вспыхивали насмешливые искорки. При виде меня кончик ее чуть вздернутого носа досадливо дернулся. Мне тут явно не рады. Эту же мысль транслировал и ее брат. Он сильно напоминал отца: те же темные волосы, почти черные глаза и решительный, упрямый подбородок. Его немного портила небольшая ямочка, доставшаяся, очевидно, от матери. Я посмотрела немного левее и увидела Таркера.

— Леди Рейс, — Он поднялся со стула. Его примеру последовал сын. Дочь осталась сидеть на месте, буравя меня хмурым взглядом. Ну точь-в-точь как у отца! — Хорошо, что вы к нам присоединились.

Судя по его вежливо-равнодушному тону, то же самое он бы сказал и противной жабе, вздумай дети притащить ее за стол. Ладно, придется привыкнуть к тому, что он считает меня обузой. Не думаю, что это окажется сложнее, чем смириться с существованием других миров.

Как только вернусь домой, пойду к психологу! Чувствую, помощь специалиста мне пригодится.

Я представила, как буду лежать на кушетке и, заливаясь истерическим смехом, рассказывать эту историю, но насладиться фантазией не получилось. Из мыслей меня снова вырвал холодный голос Таркера.

— Дети, леди Рейс ваша новая гувернантка. Попрошу вас оказывать ей уважение и…

Кто-то из слуг услужливо поднес мне фужер. Я взяла его и постаралась вникнуть в слова Таркера.

— … Она будет преподавать у вас этикет, музыку и рисование.

Я как раз сделала глоток вина и едва не выплюнула его на белоснежную скатерть. Представляю, как эффектно бы смотрелись на ней алые кляксы.

Музыка? Рисование? Этикет? Возможно, настоящая леди Рейс действительно обладала всеми этими познаниями, но меня выгнали из музыкальной школы после всего двух месяцев. Сказали, что впервые столкнулись с таким полным отсутствием слуха. С рисованием все было ненамного лучше. Правда, я весьма сносно могла изобразить смайлик…. А с этикетом и вовсе пролет. Мне бы кто его для начала объяснил!

Я безнадежно уставилась на пламя свечи в канделябре. Над головой покачивалась роскошная люстра. В рожках я разглядела лампочки, но сейчас они не горели. Это соседство электричества и свечей странным образом будоражило и успокаивало одновременно. Подозреваю, попади я в феодальный век, и паники бы у меня лишь прибавилось.

— С нетерпением ждем занятий! — выпалила девочка, привлекая мое внимание. Ее улыбка, посланная в мою сторону, заставила меня вздрогнуть. Так акула смотрит на мелкую глупую рыбешку перед тем, как сожрать ее.

Я выдавила из себя ответную улыбку. Ангелочек в нежно-розовом платье и ленточками в волосах угрожающе сжал вилку.

— Мы рады знакомству, леди Рейс, — заученно сказал ее брат, и я перевела взгляд на него.

Милое невинное личико не ввело меня в заблуждение. Если он чему-то и рад, так это новому способу развлечься.

А вот дудки!

— И я счастлива с вами встретиться, — солгала я. — Дорогие… эм…

— Томас и Хлоя, — пришел мне на помощь Таркер. — Простите, совсем забыл вам их представить.

Он выглядел задумчивым и мрачным, и я была готова поспорить, что в этот раз не я стала причиной его раздражения. Что ж, у каждого из нас свои проблемы…

Вспомнив об осанке, я резко расправила плечи и осторожно взялась за столовые приборы. На некоторое время воцарилась тишина, нарушаемая лишь негромким постукиванием вилок и ножей о фарфор. Мясо, которое подали на ужин, оказалось мягким и буквально таяло во рту. Вино приятно оттеняло его вкус.

Я вернула фужер на стол и замерла. Рядом с моей рукой попискивала невесть откуда взявшаяся… белая крыса.

Краем глаза я заметила, как довольно переглянулись дети и прикрыли рты ладонями, явно сдерживая смешки. Мое тело оцепенело от ужаса, но мозг продолжал хладнокровно анализировать ситуацию. Та часть, что все еще принадлежала леди Рейс, испугалась не на шутку: я буквально почувствовала, как с лица ушла вся краска, а сердце замерло. При этом я, настоящая я, не на шутку развеселилась. Значит, домашняя крыска за столом? Право слово, я разочарована. Чтобы напугать меня, нужно было приволочь хотя бы крокодила на тонкой декоративной цепочке. Одеревеневшее от ужаса тела явно так не считало. Разум, к моему облегчению, все-таки взял верх над чужими рефлексами, пусть на это и понадобилось несколько драгоценных секунд.

— Какое милое создание! — Я улыбнулась в сторону детей и указательным пальцем осторожно провела по белой шерстке.

Крыса фыркнула, а затем подставила голову. Не раздумывая, я почесала ей за ушком. Лица детей разочарованно вытянулись. В глазах промокнувшего салфеткой губы Таркера сверкнуло любопытство и почти тут же исчезло.

— Томас, убери Феликса, — строго сказал он. — Еще раз увижу его за столом и выпущу в поле.

Мальчик сорвался с места и торопливо забрал из моих рук крысу. Я задумчиво покосилась на невозмутимого Таркера. Он определенно любил детей, но, кажется, спуску им не давал.

— Не думайте, что я ничего не понял, — добавил Таркер и отбросил салфетку в сторону. — Леди Рейс все равно будет вашей гувернанткой. Советую, не доставлять ей хлопот.

О, да мы по одну сторону баррикад? Неожиданно!

— Мне пора возвращаться к работе, — сухо сказал Таркер. — А вы доедайте и в постель. Доброй ночи, леди Рейс.

— Но папа, — попыталась поспорить Хлоя, — ты же обещал провести вечер с нами!

— Почитать нам перед сном! — вставил Томас.

От отчаяния, которое стояло за этими простыми словами, даже мне стало неловко. Я предпочла уткнуться взглядом в тарелку и притвориться ветошью. Что, впрочем, не спасло меня от волны сочувствия: я знала, что испытывают дети, брошенные родителями.

Таркер ненадолго замялся, но его ответ прозвучал уверенно и бескомпромиссно.

— К сожалению, уже поздно. Меня ждут дела.

Еще раз сухо попрощавшись, он вышел из столовой.

Хлоя и Томас словно утратили интерес к ужину. Они механически жевали, и каждый думал о чем-то своем. Когда кто-то из слуг позвал их в постель, я выдохнула с облегчением: что делать со шкодящими детьми, я догадывалась, но вот как быть с тоскующими бесенятами, понятия не имела.

Я встала из-за стола последней и, не спеша, поднялась к себе. Ладно, мне не должно быть дела до чужих семейных проблем. К тому же, совсем скоро меня здесь не будет.

ГЛАВА 4

Я приоткрыла дверь и выглянула в коридор. В руках подрагивал канделябр с тонкой свечой. Ее тусклого света хватало только на то, чтобы выхватить из темноты какие-то отдельные предметы. Я прислушалась. Тихо. Неудивительно, одиннадцатый час. Все уже давно разошлись спать.

Пора.

Стараясь не шуметь, я направилась в левое крыло. Я уже решила, что, если столкнусь с кем-нибудь, скажу, что шла за стаканом воды на кухню и заблудилась. Надеюсь, никому не придет в голову заглянуть в мою комнату: на прикроватной тумбочке горничная любезно оставила не только стакан, но и графин, наполненный водой.

Я миновала кабинет Таркера и остановилась, вглядываясь в полутьму. В прошлый раз меня вели эфемерные бабочки, и вспомнить путь оказалось нелегко. Я потопталась на месте, а затем наугад выбрала нужную сторону. К счастью, интуиция не подвела. Некоторое время спустя я остановилась перед знакомыми дверьми и радостно потянулась к ручке.

В библиотеке горел приглушенный свет одинокой лампы в абажуре. Я напряглась и забегала взглядом из стороны в сторону, но, кажется, я была здесь одна. Не оборачиваясь, я слепо прикрыла дверь и, мягко ступая домашними тапочками по толстому ковру, направилась к письменному столу в углу. Он был точь-в-точь такой же, как и в видении. Именно за этим столом сидела та женщина, говорившая со мной загадками. Я трепетно провела ладонью по его столешнице и только потом по-настоящему взглянула на стеллажи с книгами. Их было не просто много, а невероятно много! На мгновение я растерялась. В видении библиотека тоже произвела на меня сильное впечатление, но в реальности она оказалась еще более огромной. Возможно, дело в том, что в видении я не воспринимала все происходящее всерьез, а здесь… Все было иначе.

Я, словно зачарованная, подошла к одной из полок и вытащила наугад книгу. Какой-то исторический трактат. Я отложила его в сторону и, ведомая интуицией, пошла дальше. Что-то направляло меня. Я не могла найти этому объяснение, но внутри разрасталось странное теплое чувство. Оно не обжигало, лишь согревало, заставляя кончики пальцев слегка подрагивать от волнения.

Я прошла один книжный ряд, свернула в другой и вынырнула в третьем. Рука сама потянулась к томику в кожаном тиснении, плотно стоящему рядом со своими собратьями на полке.

«Молот ведьм», — гласило название. Я судорожно сглотнула и пролистала несколько страниц. От картинок кровь стыла в жилах. К горлу подкатила тошнота.

— Не помню, чтобы я давал разрешение заходить в библиотеку.

Я подпрыгнула на месте и выронила канделябр.

Таркер одним неуловимым движением оказался рядом и успел поймать его у самого пола. Пламя свечи дернулось, но не потухло.

— Не помню, чтобы вы запрещали мне, — нашлась с ответом я и кивнула на канделябр. — Благодарю.

Таркер не стал возвращать мне свечу. Видимо, опасался повторения инцидента и последующего пожара. Его взгляд скользнул по книжному названию, слегка пляшущему в неровном свете.

— Любите пощекотать себе нервы перед сном?

Я торопливо захлопнула книгу.

— Если только иногда. Волнений мне и без того хватает.

Я вернула книгу на место и потуже запахнула халат на груди. Под ним у меня была лишь тонкая сорочка, правда, весьма плотная. В своем времени я даже приняла бы ее за летний сарафан.

— Представляю, — холодно согласился Таркер. — Вам пришлось отложить помолвку. Наверняка это событие выбило у вас почву из-под ног. Но вряд ли книги здесь помогут.

Он обвел многозначительным взглядом ближайшие стеллажи, но я сделала вид, что не заметила более чем прозрачного намека и не сделала ни шага в сторону выхода. Так, очень интересно. Леди Рейс отложила помолвку ради того, чтобы стать гувернанткой? Лорд Таркер, конечно, занимает высокое положение, но что-то тут не сходится…

Молчание затягивалось. Я выбросила из головы все мысли о чужом женихе (спрошу о нем у Джози, я все равно у нее на карандашике) и вернулась к насущной проблеме — пропуску в библиотеку, которую охранял один несговорчивый дракон.

— Мне кажется, — светским тоном начала я, — вы ошибаетесь. Чтение утешает и скрашивает даже самые грустные часы.

Я взглянула на Таркера из-под полуопущенных ресниц, проверяя, подействовали ли на него мои слова. Он усмехнулся, проигнорировав мою попытку сыграть трепетную лань.

— Вот как?

— Да, именно, — оживилась я, вдохновленная даже таким крошечным откликом. — Поэтому если бы вы оказали мне любезность…

— Нет.

—… я бы взяла парочку книг и почитала перед сном…

— Нет.

— … может быть, вы мне что-нибудь посоветуете? Я люблю романы с хорошей интригой и магической тайной.

Так себе пробный шар, но лучше, чем ничего.

Таркер явно собрался выдать очередное хлесткое «нет», но вдруг осекся. Неужели всерьез задумался? Если я под предлогом чтения глупых романов смогу наведываться в библиотеку…

— Не удивлен вашими предпочтениями. Вы истинная дочь своего отца.

— Он тоже любит читать о интригах? — искренне удивилась я.

— Скорее, плести их, — с ледяной улыбкой откликнулся Таркер.

Кажется, он был разочарован. Едва ли в его планы входило разжевывание шутки.

Ладно, пора идти ва-банк. Сделав вид, что меня зацепило его последнее высказывание, я мрачно ответила:

— Я понимаю, вы раздосадованы необходимостью пустить меня в свой дом, но, поверьте, я тоже не в восторге. Мы с вами стали заложниками ситуации, лорд Таркер. И в ваших силах сделать мое пребывание здесь сносным, а не отвратительным.

Я выпрямила спину и сжала подрагивающие пальцы в кулаки, встретившись взглядом с Таркером. Я блефовала, потому и боялась, но, кажется, мой страх приняли за едва сдерживаемый гнев.

— Забавно, — заметил вдруг Таркер и посмотрел куда-то в сторону.

— Простите?

Как только «простите» слетело с губ, я едва не прикусила язык. Как же раздражает это вечная привычка извиняться!

— При дворе о вас отзываются как о крайне несдержанной особе, склонной к истерикам. Но то, как вы себя сейчас ведете, делает вам честь. Конечно, если не считать того постановочного обморока в моем кабинете.

Я сделала глубокий вдох. Признаться, лицо возвышающегося надо мной Таркера вызывало желание его ударить. Такой холодной насмешки, пробирающей до мурашек, я еще не встречала.

— Не стоит слушать сплетни, — как можно равнодушнее ответила я. — Они легко вводят в заблуждение.

— Конечно, — легко согласился Таркер. — Если бы не наша короткая беседа в дворцовом парке, я бы тоже так считал.

Потребовалась пара мгновений, чтобы до меня дошло то, о чем он говорит. Я распахнула глаза. Значит, Таркер и леди Рейс уже были знакомы? Признаться, это все усложняло.

— Люди меняются, — уклончиво заметила я.

— Охотно верю, но не за месяц.

Мысли лихорадочно заметались. Думай, Анна, думай! Если я вызову у него подозрения, он может догадаться, что я выдаю себя за другого человека. Вдруг это как-то сыграет мне на руку?

С другой стороны, расклад, где меня просто выставляют из поместья, тоже вполне вероятен.

Я так и не успела принять какое-либо решение. Надо мной склонился Таркер. Меня окутал аромат его туалетной воды, а от его жесткого взгляда пробрала липкая дрожь.

— Не знаю, какую игру вы затеяли, леди Рейс, — с обманчивой мягкостью проговорил он, — но я настоятельно вам советую не ввязываться в нее. Выполните просьбу короля и перестаньте плести интриги. Тогда вы спокойно вернетесь домой, к отцу и жениху.

Его темно-карие, почти черные глаза смотрели пристально и неотрывно, словно заглядывали в самую душу. Хищное лицо заострилось. Тонкий нос вдруг стал напоминать ястребиный. Конечно, причиной тому были пляшущие отблески свечи, но мне стало не по себе.

— Вот как? — пробормотала я, понятия не имея, как реагировать на эти слова.

Пожалуй, нужно запомнить, что я выполняю здесь какое-то задание Его Величества. То есть не я, конечно, а леди Рейс!

— Да, — веско бросил Таркер и оперся ладонью о книжную полку, нависнув надо мной. В этом абсолютно точно не было сексуального подтекста. Во всяком случае не больше, чем в желание кота загнать в угол мышь. — И еще, раз уж у нас зашел об этом разговор… Не вздумайте применять магию против моих детей. Что бы вам не говорили на этот счет. Ослушаетесь, и…

Я бы не удивилась, скажи он «убью вас», но в последний момент Таркер опомнился.

— … заставлю вас пожалеть об этом поступке. Надеюсь, я выразился достаточно ясно?

— Более чем, — невозмутимо согласилась я. — А теперь, подскажите, где я могу найти книги о магии?

Таркер удивленно моргнул и с недоверием посмотрел сначала на меня, затем — на книжный стеллаж за моей спиной.

— Подозреваю, леди Рейс, что в королевской библиотеке. Моя же для вас закрыта.

— Но…

— Я делаю это не из эгоизма и желания насолить вам, а ради безопасности детей. В моей коллекции есть редкие, опасные экземпляры. Заклинания, подчерпнутые из них, могут заинтересовать Хлою или Томаса. Поверьте, их любопытство не приведет ни к чему хорошему.

— Я не стану показывать им книги или…

— Уже поздно, леди Рейс, — оборвал меня Таркер. — Спокойной ночи.

Я застыла, глотая ртом воздух. Мне до боли в костяшках хотелось возмутиться, но я сдержалась. Во многом потому что Таркер уже повернулся ко мне спиной, а ругаться с пустотой было не самой заманчивой идеей.

Я покинула библиотеку, кипя от злости. Нельзя сказать, чтобы вылазка оказалась совсем бесполезной (столько нового удалось узнать!), но я все равно была раздосадована. Ничего, я обязательно что-нибудь придумаю.

Почему-то моя уверенность в том, что дорога домой лежит через библиотеку лорда Таркера, лишь возросла.

***

Утро началось с завтрака в постель, который принесла горничная. Впрочем, насладиться тостами и кофе мне не позволили. Я только нацелилась серебряной ложечкой на джем в вазочке, как в комнату вошла Джози. Она окинула меня таким долгим взглядом из-под полуопущенных коротких ресниц, что мне стало не по себе. К неодобрению едва заметно примешивалось какое-то другое чувство... Опаска? Непонимание? Видимо, наш вчерашний разговор не забылся и посеял в ее душе зерно сомнений.

— Леди Рейс, — мягко проговорила Джози, — я помогу вам одеться. Дети уже ждут вас в классе.

Дети.

В классе.

Капелька тягучего джема рухнула на белоснежное постельное белье.

— Конечно, — пробормотала я, разом позабыв о завтраке. — Дети...

О чем я буду с ними разговаривать? Ах, ну да, об этикете, музыке и рисовании… Кто бы мне заложил знания об этих предметах!

— Какое платье вы предпочитаете надеть сегодня?

Я ответила что-то невнятное. Предстоящий урок занял все мои мысли. Я не имела опыта работы с детьми и не представляла, о чем можно разговаривать с этими маленькими бесенятами! Отпрыскам Таркера явно палец в рот не клади...

Конечно, у меня характер тоже не сахар, но вряд ли это поможет.

— Вы зря волнуетесь, леди Рейс. — Джози осторожно провела по моим распущенным волосам деревянной расческой. — Дети с нетерпением ждут встречи с вами.

Я хмыкнула. Представляю! Интересно, в этот раз они подготовились лучше, чем в прошлый? Белая крыса за столом явно была лишь первой ступенью на пути к моему выдворению из поместья.

А вот не дождетесь! Не раньше, чем я изучу местную библиотеку.

Немного утешало, что я утерла нос учительнице рисования. Та всегда с досадой уверяла, что я безнадежна. А теперь (только посмотрите!) я сама преподаю изобразительное искусство. Правда, детям дракона и против своей воли, но не будем акцентировать внимание на этих деталях.

— Я закончила, — проговорила Джози и буднично добавила. — Прекрасно выглядите, леди Рейс.

Наверное, обязательство делать комплименты прописано у нее в трудовом договоре.

— Благодарю, Джози, — отозвалась я.

Пару секунд поколебавшись, я все-таки поднялась с мягкого пуфика. Пора.

Медленно и торжественно, как на похоронах, я спустилась по лестнице и, сопровождаемая Барретом, направилась в комнату, выделенную для занятий. От натянутой искусственной улыбки сводило скулы. Подозреваю, что выглядело это немного пугающе, потому что Баррет вдруг замедлил шаг и тихо поинтересовался, как я себя чувствую.

— Отлично, просто отлично, — бодро солгала я и убрала улыбку с лица.

Он кивнул и толкнул двери из светлого резного дерева.

— Если что-то понадобится, позвоните в колокольчик. Шнурок у камина.

Что ж, буду знать, что сигнал SOS можно отправить, спрятавшись у камина.

— Благодарю, — сдержанно ответила я и переступила порог класса.

Комната оказалась просторной и светлой. Ее центр занял круглый стол, за которым уже расположились дети. У окна, прикрытого полупрозрачным тюлем и окаймленного тяжелым бархатом штор, скромно стояли три мольберта. У правой стены высился рояль. Кажется, именно рояль, а не пианино. Впрочем, я не могла сказать этого наверняка. Взгляд отчаянно метнулся к каминной полке с россыпью изящных безделушек и выцепил пушистую кисточку шнурка. Я тяжело вздохнула, расправила плечи и приблизилась к столу. Чуть подрагивающие ладони легли на округлую спинку деревянного стула. Дети смотрели на меня выжидающе. В их еще не лишенных пухлости личиках мне чудился вызов.

Каштановые волосы Хлои были убраны в две строгие косички. Шелковые ленточки на кончиках кос гармонировали с синим муслиновым платьем до колен. Под юбкой виделись белые плотные колготки и башмачки. Хлоя нетерпеливо дергала ногой под столом и при этом многообещающе улыбалась.

Так улыбается крокодил, которого пытаются покормить глупые туристы в зоопарке.

Томас смотрел хмуро, даже насуплено. Голубая рубашка, заправленная в черные брюки и прикрытая темной жилеткой, была подвернута в рукавах и обнажала испачканные в красках запястья и ладони. Рядом как раз валялась начатая палетка.

— Хлоя, Томас, доброе утро, — мягко поприветствовала я.

— Почему вы назвали сначала имя моей сестры и лишь затем мое? — удивился Томас. С его лица разом слетело пасмурное выражение. — Разве так можно?

Мысленно я выругалась. Как я буду преподавать этикет, если прокалываюсь на таких мелочах?

— Конечно же нет! — воскликнула я с радостью свадебного тамады, пристающего к гостям с новым тостом. — Я проверяла вас! К счастью, ваш предыдущий преподаватель сумел вложить вам в голову кое-какие знания.

— Мы знаем все, что должны знать наши ровесники, — гордо вскинула подбородок Хлоя. Казалось, ее оскорбила мысль, что они могут в чем-то уступать другим. — География, история, языки... Этому нас учит мистер Одли. А этикету, музыке и рисованию — мисс Стендал… до вчерашнего дня.

— Ее рассчитали перед вашим приездом, — продолжил Томас и сложил руки на груди. Взгляд у него сделался точь-в-точь как у отца — тяжелый и непримиримый.

— Она была хорошей гувернанткой, — бросила Хлоя и сверкнула светло-карими глазами.

Я поняла, что, окажись у них в руках револьвер, они бы уже спустили курок. Я не то чтобы им не нравилась, все было еще хуже: они считали, что я заняла чужое место.

Ладно, завоевать их доверие будет немного, совсем немного сложнее, чем я думала изначально. Я нервно сглотнула.

— Мне очень жаль, что так произошло, — пробормотала я. — Признаюсь, я не собиралась становиться вашей гувернанткой, но... обстоятельства сложились определенным образом...

Хлоя и Томас посмотрели на меня со скукой палачей, собирающихся привести приговор в исполнение и позволивших заключенному сказать пару слов перед казнью.

Я оборвала фразу, не закончив ее, и натянула на себя маску строгого преподавателя. Кажется, я скопировала выражение лица у своего учителя математики, а я ведь ненавидела его в школе! Ирония Судьбы, не иначе.

— Что ж, давайте начнем урок, — кашлянув, сказала я. — Сегодня я расскажу вам об изображении неодушевленных предметов. — Натюрморт... Он...

Я запнулась, понятия не имея, как продолжить. В памяти застыли гипсовые фрукты на деревянной парте — обрывки школьных воспоминаний.

— Леди Рейс? — позвал Томас.

И тут будто тумблер переключили. Слова полились легко, правда почти не оседая в голове. Видимо, сработала память тела.

— Долгое время натюрморт сохранял связь с религиозной картиной, обрамляя цветочными гирляндами фигуры Бога. В прежние времена он рассматривался как часть исторической композиции, но сейчас является самостоятельным жанром. Многие считают, что через него невозможно выразить глубокую мысль, но я придерживаюсь иного мнения...

Дети заскучали. Они сидели идеально прямо, но их веки явно потяжелели. Я прервала свой монолог и устало выдохнула. Пожалуй, хватит.

— Практика всегда интереснее теории. Давайте приступим?

— А что мы будем рисовать? — оживился Томас.

Я оглянулась. Взгляд остановился на корзине с фруктами.

— Яблоко, — решила я и попросила. — Подойдите к своим мольбертам.

Дети послушно выполнили мою просьбу и уверенно схватились за кисти.

Я водрузила яблоко на стопку книг и поставила в центр стола.

— Попробуйте передать глубину цвета, — вещала я, сама почти не понимая, о чем говорю.

На некоторое время повисла тишина, а затем Томас позвал меня.

— У меня не получается, — пожаловался он, и его сестрица фыркнула. Сама она о помощи просить явно не собиралась. — Вот здесь...

Я видела, что изображенный им предмет мало напоминал яблоко. Если только сильно кем-то пожеванное. Рука невольно потянулась к кисти. Я уже поднесла ее к мольберту, и тут включился запаниковавший мозг. Пальцы дрогнули, и из-под моей ладони вышла какая-то кривая линия.

Хлоя фыркнула уже громче. Я судорожно сжала кисть. Так, ладно, нужно собраться... Я смогу...

Мазок, еще мазок... Больше похоже на картину импрессионистов, чем на натюрморт.

— Леди Рейс, может быть, не стоит помогать моему брату? У него до вашего вмешательства получалось лучше.

Я грозно взглянула на Хлою, но испугать эту девчонку под силу разве что Церберу. Ну или ее отцу. Тот тоже умеет так зыркнуть, что сердце начинает шалить.

Я выдохнула через ноздри, а затем закрыла глаза и упрямо ухватилась за кисточку. Разум, погруженный в темноту, вдруг замолк, и рука провела несколько линий без каких-либо ощутимых усилий.

— Ого! — воскликнул Томас. — Вы рисуете с закрытыми глазами лучше, чем с открытыми!

Я посмотрела на мольберт. А Томас-то прав.

— Это особая техника, — лихо солгала я и не упустила возможность дать мысленный щелчок по носу Хлое. — Ей обучают лишь избранных.

Хлоя раздосадовано засопела. Ее пальцы смяли муслиновое платье, оставляя на нем пятна красок.

— А нас научите? — простодушно спросил Томас и осекся, взглянув на сестру.

— Возможно, — уклончиво ответила я. — Теперь...

Я не успела договорить. Двери бесцеремонно распахнулись, и порог переступил Таркер. Его темные коротко стриженные волосы немного топорщились на макушке, будто недавно он теребил их. Во всем остальном его внешний вид был безукоризнен: белоснежная рубашка, отглаженные брюки без единой складки, жилетка с выглядывающим носовым платком в кармашке и тонкий, едва уловимый аромат горьковатой туалетной воды.

Я невольно расправила прямую юбку. Зря это сделала: пальцы, испачканные в краске, оставили на ткани яркие следи. Томас посмотрел на меня с пониманием. Он и сам был весь в разноцветных пятнах, будто мутировавший далматинец.

— Папа! — обрадовалась Хлоя и с видимым усилием осталась на месте.

Кажется, она привязана к отцу сильнее, чем брат.

Таркер взглянул на часы на каминной полке.

— Прощу прощения, что прерываю урок, — коротко извинился он. — Дети, мне нужно с вами поговорить.

— Тогда я пойду, — сказала я, стараясь скрыть радость в голосе.

Меня будто бы отпустили с уроков пораньше!

Таркер вскинул руку и покачал головой.

— Нет, останьтесь, леди Рейс. Это и вас касается.

От нехорошего предчувствия ладони слегка увлажнились. Я сцепила пальцы в замочек и в волнении неприятно хрустнула суставами. Таркер поморщился.

Повисла короткая пауза. Мы, словно актеры, забывшие свои роли посреди спектакля, молча смотрели друг на друга. Я с запозданием поняла, что Таркер, похоже, искал нужные слова и, судя по всему, не находил.

— Папа... — вновь начала Хлоя.

Таркер сделал глубокий вдох. Его ноздри затрепетали, а щека странно дернулась.

— Томас, Хлоя... Я хочу представить вам свою невесту — леди Агнес Аттвуд.

ГЛАВА 5

Его слова поначалу не произвели эффекта разорвавшейся бомбы. Дети как стояли, застыв, словно оловянные солдатики, так и остались стоять на месте. Таркер сжал и разжал кулаки. Костяшки его пальцев побелели.

— Леди Агнес Аттвуд прибыла из столицы Драконьих Островов. Она надеется…

Томас отмер первым. Слава Богу, я уже начала переживать!

— Ты же обещал, что больше не женишься! — крикнул он. Его губы задрожали. — После смерти мамы…

Он замолчал, словно горло схватил спазм. Горе, исходившее от него, было таким ощутимым, что я, не раздумывая, положила ладонь ему на плечо и чуть сжала его. Томас не скинул мою руку. Возможно, просто не заметил ее.

— Это из-за договора, верно? — звенящим от напряжения и обиды голосом спросила Хлоя. — Ты должен жениться на драконице.

— Хлоя, я…

— И родить детей, — продолжила она, будто не слыша его. — Настоящих драконов, а не полукровок, как мы! — крикнула она и вдруг разрыдалась.

Таркер в два шага оказался рядом и протянул руку, чтобы прижать Хлою к себе, но та отскочила от него, как от скорпиона, и зарылась лицом в мою юбку.

Я слышала, что друзья быстро могут стать врагами, но не думала, что обратный путь так же короток.

Двери в комнату снова распахнулись.

— Лорд Таркер, простите, но полет был утомительным. Мне бы хотелось познакомиться с вашими детьми и прилечь отдохнуть.

Я во все глаза уставилась на незнакомку. Определение «красивая» слишком слабо отражало ее суть. Настолько прекрасных женщин мне встречать не приходилось. В ней все было идеально: от золотистых волос, густой волной обрамляющих покатые плечи, до сапфировых глаз, взирающих на нас из-под бархата черных ресниц укоризненно и немного капризно.

Изящное платье кораллового цвета подчеркивало точеную фигуру. Две нити крупного жемчуга спускались к весьма аппетитной груди, а узкая юбка соблазнительно обтягивала стройные ноги. Хм… Пожалуй, слишком смело для этого времени. Или это демонстрация продукта перед покупкой?

Я покосилась на Таркера. Тот смотрел на детей, а не на прелести своей невесты.

— Леди Агнес, подождите минутку, — сквозь зубы ответил он. — Хлоя, мне жаль, но…

Девочка подняла заплаканное лицо и гордо расправила плечи. Слезы она вытерла, не глядя, тыльной стороной ладони.

— Красивое платье, — невинно заметила она.

Агнес довольно улыбнулась и снисходительно кивнула.

— Благодарю, дитя.

Я фыркнула, потому что самой Агнес едва ли исполнилось больше девятнадцати. Отличная из нее получится мачеха… Во рту появился привкус горечи.

—Но коралловый цвет уже вышел из моды, — мстительно закончила Хлоя. — Сейчас его носят разве что горничные, получившие поношенные платья в подарок на Рождество.

Агнес замерла и быстро-быстро заморгала. Ее щеки вспыхнули ярко-алым румянцем. Изящная шея пошла пятнами.

— Хлоя! — одернул девочку Таркер и тут же понизил голос. Вот только слова вылетали у него хлестко, будто удары кнута. — Немедленно иди к себе и подумай над своим поведением. Не смей спускаться до ужина.

Хлоя молча вылетела из комнаты. Я проводила ее полным сочувствием взглядом и теснее прижала к себе Томаса, будто хотела передать ему частичку своей поддержки.

— Леди Аттвуд, — холодно проговорил Таркер и выпрямился. До этого он стоял на одном колене. Наверное, чтобы не возвышаться над Хлоей. — Позвольте вам представить моего сына Томаса и леди Эшли Рейс — его гувернантку.

— Очень приятно! — мелодично отозвалась леди Аттвуд. К ее лицу медленно возвращался нормальный цвет — Я вижу ты, Томас, настоящий джентльмен и…

Томас оторвался от меня и направился к леди Аттвуд. Та заулыбалась и протянула маленькую ладошку, затянутую в кожаную перчатку. Я не знаю, на что она рассчитывала: на объятие, рукопожатие или рыцарский поцелуй кончиков пальцев, но Томас прошел мимо нее, будто не замечая. Уже на пороге он буркнул «я буду с сестрой» и исчез за дверью.

Мы остались втроем: взрослые, понятия не имеющие, о чем им друг с другом разговаривать.

Ладно, возможно, нас, взрослых, было лишь двое. Агнес кашлянула, поправила упругие светлые локоны, завитые если не плойкой, то явно чем-то похожим, и обратилась ко мне.

— Леди Рейс, ваше имя мне знакомо. Скажите, вы принадлежите к тому самому роду Рейсов, что… — Она многозначительно замолкла, предоставив мне возможность продолжить.

Ее ротик чуть приоткрылся от любопытства и обнажил жемчужные ровные зубы — мечту любого стоматолога. Я невольно поморщилась. От идеальной внешности, оказывается, может и затошнить. Я так сильно задумалась об этом, что не сразу поняла: мое молчание выглядит неприлично долгим.

— Да, отец леди Рейс — граф Рейс, дипломатический советник Его Величества, — вмешался Таркер и молниеносно сменил тему: — Леди Аттвуд, думаю, вы и правда устали с дороги. Вашу комнату уже подготовили.

Я хмыкнула. Более прямолинейного намека сложно придумать, но Агнес, кажется, не обиделась.

— Это так любезно с вашей стороны, — отозвалась она, правда без особого энтузиазма. — Пожалуй, мне действительно стоит привести себя в порядок. Перелет занял несколько часов.

Перелет?

Я поморщилась. Ну конечно, она же драконица. Что там говорила Хлоя насчет мирного договора? Его скрепят браком?

Даже не знаю, кого в этой ситуации стоит пожалеть сильнее: Таркера или Агнес. Впрочем, самыми несчастными здесь окажутся дети. Вот об их чувствах точно никто не подумал…

Агнес добавила еще пару любезностей, которые я благополучно пропустила мимо ушей, и, покачивая бедрами, удалилась. Я проводила ее задумчивым взглядом, нервно покусывая изнутри щеку.

Таркер устало потер шею и отошел к окну. Опершись о стену ладонью, он застыл, всматриваясь в пейзаж за окном. Его спина была напряжена, будто на ней покоилась глыба камней. Я видела, как пульсирует венка на его ладони и у виска. Во всем его облике сквозило одиночество и затаенное раздражение.

— Простите, — я цокнула, когда это самое «простите» по привычке сорвалось с языка, — но я тоже вас оставлю. Мне нужно подготовиться к следующему занятию.

Я уже зашагала к порогу, когда меня окликнули. Я обернулась, не ожидая ничего хорошего. Впрочем, реальность удивила даже меня.

— Леди Рейс, давайте прогуляемся. Мне нужно с вами поговорить.

***

Мы чинно прогуливались по узкой, мощенной плиткой дорожке между высокими садовыми деревьями. Яркие полуденные лучи скользили расплавленным золотом в изумрудной, тщательно подстриженной траве. Аромат чайных роз (розарий остался позади) все еще щекотал ноздри.

— Позвольте вас поздравить, — начала я, не выдержав изматывающего молчания. — Вам очень повезло с невестой!

Я не собиралась язвить, но подколка сама собой слетела с языка. Неужели это месть за то, что он обидел детей? Впрочем, чисто технически с невестой Таркеру и правда повезло: найти вторую такую красавицу будет сложно.

Он раздраженно поморщился.

— Благодарю. Брак, как вы знаете, продиктован политическими причинами, поэтому выбора у меня не было. Наша с леди Аттвуд свадьба — всего лишь один из пунктов мирного соглашения.

Я сочувственно покосилась на него, сложившего руки за спиной, и решила сменить тему.

— Что вы хотели со мной обсудить?

Таркер свернул на дорожку, уводящую вглубь сада, и я последовала за ним. Его широкий шаг приходился на два моих, поэтому сама себе я напоминала торопящуюся за слоном моську. Не самая приятная ассоциация.

Я на ходу поправила белую шляпку, защищающую мое лицо от солнца.

— Теперь вы можете не волноваться из-за козней детей. Весь свой пыл они направят на леди Аттвуд, а о вас временно забудут.

Я задумчиво покосилась на мальчишку, собиравшего с земли упавшие яблоки. При виде нас он поспешно ретировался, хотя Таркер даже не взглянул в его сторону.

— Знаете, это, конечно, не мое дело, но вам не кажется, что детей стоило как-то подготовить к этой новости?

Щека Таркера дернулась, а сам он недобро усмехнулся.

— Леди Рейс, разве я говорил, что нуждаюсь в советах или критике?

Я пожала плечами. Пальцы легли на тонкую нитку жемчуга, спускающегося к груди поверх светлого платья прямого кроя. Короткий рукав и воздушный материал позволяли не задыхаться от жары. Впрочем, из-за гуляющего прохладного ветра я пожалела, что не захватила жакет.

— Это ни первое, и ни второе. Просто я беспокоюсь.

Мне не пришлось кривить душой. Переживания маленьких бесенят действительно горячо отозвались во мне. Не потому, что походили на какую-то мою личную травму. Нет, вовсе нет! Просто в их отчаянии мне чудилось что-то хорошо знакомое.

— Наши семейные дрязги вас не коснутся, — равнодушно бросил лорд Таркер и вдруг осекся. — Впрочем, я хотел поговорить о другом.

— Я вас внимательно слушаю.

Мы дошли до лавочки под сенью высокого дерева и медленно опустились на нее. Я сложила руки на коленях (просто не знала, куда их еще деть) и посмотрела на Таркера. Тот выглядел погруженным в свои думы. Я впервые отметила глубокие тени, залегшие под его глазами, и вспомнила слова за ужином. Неужели он и правда так много работает?

— Дети могут попытаться перетянуть вас на свою сторону в борьбе с леди Аттвуд. На всякий случай я прошу не поддаваться на их манипуляции.

Я хмыкнула.

— Могу заверить, что этого не произойдет. Что-то еще?

— Пожалуй. — Таркер откинулся на спинку лавочки и взглянул на меня в упор. — Я видел, как вы приобняли детей в классе. Вы им сочувствуете?

Его тонкие музыкальные пальцы с резко выступающими костяшками принялись постукивать по покатой спинке лавочки.

Я скользнула взглядом к его лицу с высокими скулами. Как сказала вчера Джози: «на его сердце претендовало множество красавиц»? Возможно, так оно и было. Таркер, несмотря на мрачную, гнетущую ауру, оставался довольно привлекательным мужчиной.

— Вас это удивляет? — поинтересовалась я, когда пауза затянулась.

— В свете нашего разговора месячной давности, — Таркер усмехнулся, но невесело, — более чем. Послушайте, если вы собираетесь втереться в доверие к моим детям, чтобы затем их использовать, забудьте об этом прямо сейчас.

Я вздрогнула, как от хлесткого удара. Тело отреагировала раньше разума, и я выпрямилась, холодно процедив сквозь стиснутые зубы:

— Ваше мнение обо мне, конечно, поражает, но, прошу вас, оставьте его при себе.

Лицо Таркера чуть смягчилось, уголки губ дрогнули в намеке на улыбку.

— Простите за грубость, леди Рейс, просто вы не похожи на человека, готового подружиться с детьми.

— Не судите и не судимы будете, — с милой улыбкой, напоминающей оскал, ответила я.

Руки чесались отвесить Таркеру пощечину, а лучше — подзатыльник, поэтому я предпочла потянуться к полевому цветку с нежно-розовыми лепестками.

Вместо цветка мне под руку попался мелкий острый камешек, и я торопливо отдернула руку.

— Библия мало помогает в жизни, — резко бросил Таркер, смотря вдаль. Там покачивались деревянные качели, свисающие с дерева. — Но я буду рад оказаться неправ на ваш счет.

— Раз уж разговор принял такой оборот, не хотите заключить сделку? — предложила я и поморщилась: на порезанном пальце выступила кровь.

— Сделку? — Таркер ненадолго обернулся в мою сторону. На его лбу пролегла складка. — Вы меня заинтриговали. Что же вы хотите предложить мне?

Последнее слово он выделил интонацией, и я хмыкнула. Постановка вопроса подразумевала, что козырей мне в этой партии не сдали.

Напрасно он так думает.

Таркер продолжал смотреть мимо меня, и я рефлекторно поднесла ранку ко рту и облизнула, пытаясь унять боль. Легче не стало, и тогда я тихонько подула на порез.

— Я помогу вам с детьми, сделаю все, чтобы они не устроили леди Аттвуд сладкую жизнь. Более того, я постараюсь примирить их с действительностью. Возможно, они все-таки примут ваш брак.

Рука Таркера, покоящаяся на лавочке, сжалась в кулак.

— Вы полагаете, что у вас получится?

Скептицизм, прозвучавший в его голосе, меня не оттолкнул. Лишь раззадорил.

— Давайте попробуем и узнаем. Что вы теряете?

Таркер усмехнулся и искоса на меня взглянул.

— Видел бы вас сейчас отец… Ему не приходило в голову, что его дочь умеет вести дела не хуже мужчины?

— Боюсь, этого я не узнаю. Не в ближайшее время, — я пожала плечами и нетерпеливо спросила: — Так как?

— А что вы хотите получить взамен?

Я плотоядно улыбнулась.

— Возможность выбирать книги из вашей библиотеки по своему вкусу.

Таркер вдруг тряхнул головой и подался вперед. Опершись ладонями на колени, он уставился в землю, будто боролся с дурнотой.

— Это несколько странно, — пробормотал он.

Я не ответила, потому что в этот момент подула на продолжающий ныть порез, и он прямо на моих глазах затянулся, исчезнув без следа. Я ошарашенно застыла, пытаясь понять, что произошло.

— Согласна, — протянула я, почти ничего не слыша.

Я потрясла рукой и поднесла ладонь к лицу. Может быть, это какой-то обман зрения? Или, возможно, не было никакого пореза? Но я точно помню боль и алую каплю на пальце!

В этот момент Таркер обернулся, и я застыла, забыв, как дышать. Хотелось вскочить и убежать, но изумление и страх оказались так сильны, что я не сдвинулась с места. Даже с лавочки не упала.

— Лорд Таркер, — полузадушено позвала я. Он вопросительно вскинул бровь. — Вы знаете, что у вас сейчас вертикальные зрачки?

Таркер непонимающе моргнул, а затем тряхнул головой. Его ноздри странно затрепетали, а спустя мгновение он чихнул снопом искр. Я взвизгнула совершенно неподобающим для леди образом и вскочила с места.

— Прекратите хулиганить! — возмутилась я, борясь с желанием спрятаться за ближайшим деревом. — Будьте добры, ведите диалог как мужчина, а не дракон!

Таркер снова чихнул, а затем прикрыл нос рукой. На его лице, частично спрятанном под ладонью, угадывалась растерянность. Я бы ему посочувствовала, но звериный зрачок придавал Таркеру чужеродный, пугающий вид.

— Прошу прощения, — пробормотал он и резко встал на ноги. — Вынужден вас покинуть.

Я проводила его удаляющуюся спину ошарашенным взглядом. Я сказала что-то не то? Или у Таркера есть привычка чихать огнем? Пожалуй, лучше его не доставать. Вдруг он разозлится на меня и полыхнет пламенем так, что от меня останутся разве что шляпка да сумочка.

Задумавшись о странном поведении Таркера, я не сразу вернулась к более важной проблеме. Воспоминание об исчезнувшем порезе вспыхнуло, когда я уже сделала шаг в сторону дорожки, намереваясь вернуться домой. Вздрогнув, я снова поднесла заживший палец к глазам, рассматривая, словно под микроскопом.

Что, черт возьми, здесь происходит?

***

Этот же вопрос не давал мне покоя, пока я мрачно возвращалась в поместье. При этом я думала не об огнеопасных чихах (в конце концов, то проблемы самого Таркера), а о порезе, исчезнувшем, стоило мне слегка подуть на него. Ведь мне же не могло померещиться, верно?

Проходя мимо розария, я свернула с извилистой мощеной дорожки. Куст белоснежных роз сразу привлек мое внимание, и, воровато оглянувшись, я осторожно потянулась к… нет, не к цветку, а к его шипам. Быстрый болезненный укол, и на саднящей подушечке пальца снова показалась тягучая алая капля. Чувствуя себя на редкость глупо, я осторожно подула на ранку.

Ничего.

Я во все глаза уставилась на целехонький порез. Ладно, возможно, я сделала что-то не так…

Невольно вспомнив о волке из сказки, я с такой силой дунула на палец, что капелька крови чуть дернулась, словно ведомый ветром парус, но… никуда не исчезла. Будь рядом лавочка, я бы потрясенно опустилась на нее, чтобы схватиться за голову, но лавочки поблизости не оказалось, и рефлексию пришлось отложить до лучших времен.

Кусая губу, я медленно вернулась на дорожку и направилась в поместье. В голове роем диких пчел жужжали различные предположения, одно глупее другого, пока среди этого гомона отчетливо не проступили слова Таркера: «Не вздумайте применять магию против моих детей».

С губ сорвался вздох облегчения. Что ж, это многое объясняет. Видимо, я, сама того не понимая, каким-то образом смогла использовать магию леди Рейс. Интересно, что за дар у нее был?

Меня невольно резануло это «был». Я чуть сбилась с шага. Перед глазами снова как наяву встал тот темный сырой туннель. Куда же он вел? Впрочем, неважно.

Я приблизилась к парадному входу и не спеша поднялась по невысоким ступеням из темно-серого камня, придерживаясь рукой за балюстраду. Уже в самом доме мне на пути попался Баррет, и я дружелюбно кивнула ему. Он ответил легким поклоном.

Миновав лестницу, я, колеблясь, ненадолго остановилась у порога детской. Я уже занесла руку, намереваясь постучаться, но затем отдернула сжатые пальцы. Пусть дети немного придут в себя и остынут. Если они переняли папину манеру плеваться огнем, сейчас к ним лучше не подходить. У меня еще будет время начать выполнять условия нашего с Таркером уговора.

Спальня встретила меня тишиной и легким шорохом раздуваемых штор — окно оказалось приоткрытым, и в комнате витал едва уловимый аромат цветущего сада. Я постояла у окна, наслаждаясь прекрасным видом небольшого фонтана, венчающего округлый пруд с кувшинками, а затем решительно распахнула шкаф.

Заняться мне пока нечем, так почему бы не понять, что из себя представляла леди Рейс? В шкафу меня ждало разочарование: ровный ряд платьев и аккуратные стопки с нижним бельем — ничего интересного. Я нашла взглядом чемоданы и торопливо сунула в них нос, но и тут было пусто. В буквальном смысле.

Захлопнув дверцы, я задумчиво осмотрела спальню, будто видела ее в первый раз. Высокая кровать с отдернутым пологом казалась огромной, и на ее фоне немного терялись остальные детали обстановки: мягкое кресло с обивкой в нежно-розовый цветочек и маленькой круглой подушечкой, белоснежный камин с черной каминной решеткой, небольшой туалетный столик с россыпью каких-то баночек на нем и чисто девичьим розовато-жемчужным пуфиком. Розового цвета в интерьере было много, но он почему-то не раздражал: слишком разные его оттенки смешались между собой, а вкрапление белого и вовсе придавало комнате воздушность и легкость.

Возле кровати стояла тумбочка. На потолке я рассмотрела люстру, в рожках которой стояли толстые свечи. Неужели электричество провели лишь в гостиной и столовой, не удостоив вниманием спальни?

Я подошла к туалетному столику с изящными ящиками и потянула один из них на себя. Внутри нашлась перьевая ручка, ворох бумаги и роскошная золотая шкатулка, украшенная крупными алыми камнями. Возможно, рубинами.

Рука потянулась к замочку, и я разочарованно вздохнула: на меня взглянуло обтянутое бархатом дно пустой шкатулки. Что ж, и здесь пролет.

Я уже хотела захлопнуть ящик, когда в голову пришла неожиданная идея. Взяв сразу всю кипу листов, я опустилась на пуфик и куснула кончик перьевой ручки. У меня не получается сказать правду вслух, но что если попробовать написать об этом? Вдруг на письма защитная магия мира не распространяется?

Вдохновленная, я замерла, обдумывая, как начать. На ум приходило только «Дорогой лорд Таркер, я вовсе не леди Рейс. Меня подставили!», и я с ухмылкой отогнала эту идею.

Пальцы легли на металлический наконечник ручки, я попыталась вывести первое слово. Тщетно. Пришлось снова открыть ящик, найти в нем чернильницу и, обмакнув острый кончик ручки, продолжить.

Высунув от усердия язык, я успела нацарапать только: «Лорд Таркер, должна вам признаться…», и пульс зачастил с такой силой, что в глазах запрыгали черные мушки. В носу защекотал уже знакомый аромат вербены. Пытаясь справиться с собственным непослушным телом, я обхватила рукой горло (воздуха катастрофически не хватало) и рухнула в темноту.

ГЛАВА 6

В лицо светило солнце. Его лучи согревали, но не опаляли, ласково скользя по коже. Вдалеке слышался щебет птиц. Он смешивался с мягким рокотом раскинувшейся где-то совсем рядом реки.

Я распахнула глаза и с непониманием уставилась на чистое голубое небо без единого облачка.

— Наверное, мне следует сказать, что рада тебя видеть, но это не совсем правда, а лгать я не могу.

Я резко приподнялась с влажной, покрытой росой травы, чтобы вновь увидеть женщину из своего видения. Этот внимательный, пробирающий до мурашек взгляд серых глаз я никогда не смогу забыть. Что-то он мне смутно напоминал… Или кого-то?

— Как я здесь оказалась?

Женщина абсолютно естественным и неимоверно изящным движением коснулась своей прически. Ее отдающие легкой сединой волосы были забраны наверх и украшены золотой заколкой в виде цветка.

— Ты снова пыталась рассказать о том, что пришла из другого мира, и упала в обморок. — Она неодобрительно покачала головой, в ушах сверкнули длинные тонкие серьги. — Это не доведет до добра, дитя. Однажды ты можешь не очнуться.

Это не прозвучало угрожающе, просто как констатация факта. Я вздрогнула. Смерть, когда о ней говорили так равнодушно, пугала особенно сильно.

— Не называйте меня дитем, — попросила я и встала на ноги. — Мне это не нравится.

Женщина усмехнулась и поправила ярко-синие пышные юбки. В лучах солнца шелк сверкнул сапфиром.

— Как же тебя называть?

— Анна, — твердо сказала я и сделала пару неуверенных шагов в ее сторону.

Женщина сидела на высоком, покрытом мхом камне. При моем приближении она не отодвинулась, лишь повыше подняла голову, чтобы видеть мое лицо.

— Это твое имя из прошлой жизни, — мягко заметила она. — Тебе придется привыкнуть к новому.

— А если я не хочу? — я упрямо вскинула подбородок.

Женщина посмотрела на бурную узкую речушку, мелькающую среди влажных камней и густой зелени в паре шагов от нас.

— Не всегда наши желания определяют нужный путь.

Я сжала челюсти. Отлично, на психотерапевтический сеанс с философским подтекстом я вовсе не настроена!

— Как к вам обращаться? — резко бросила я. — И кто вы? И, ради Бога, где мы?

— Как всегда много вопросов. — Она улыбнулась уголками губ. Слабый порыв ветра донес до меня уже набивший оскомину аромат вербены. — Мне нравится твой пытливый ум, но он направлен не в ту сторону.

— Вот как? — мрачно поинтересовалась я и скрестила руки на груди.

Интуиция не подвела, эта фраза и правда стала любимой!

Женщина, которую я решила звать Вербеной, вздохнула.

— Формально мы находимся на границе сознания, а если тебя интересует, где можно найти это место… — Она обвела рукой лес и шумящую между порогов реку. — Оно недалеко от поместья. Достаточно выйти на лестную тропу у трех дубов. В детстве я обожала здесь гулять.

Ее глаза влажно блеснули, а взгляд заскользил по кронам деревьев. Ко мне он вернулся не сразу.

Я немного выждала, а затем решила брать быка за рога. Второго шанса может не представиться.

— Послушайте, что если нам договориться? Я выполню ту миссию, которую вы на меня возлагаете, а вы — вернете меня домой.

В повисшей тишине отчетливо громко прозвучал крик какой-то птицы. Наверное, ее охватило то же отчаяние, что и меня.

Ладно, возвращаемся к плану Б: соглашаемся, киваем, но делаем все по-своему. В искусстве партизанской войны я была лучшей.

Вербена нахмурилась, и я мысленно осеклась. Надеюсь, она не заглядывает мне в голову?

— Раз вы хотите, чтобы я сыграла роль леди Рейс, вы обязаны ответить на мои вопросы.

— Не сыграть, мы не в театре, — укоризненно поправила Вербена. — Ты должна принять свое новое тело…

— Да-да, отмахнулась я, желая пропустить часть с нотациями. — Расскажите мне о даре леди Рейс! Она была магом?

Вербена неодобрительно взглянула на меня и сложила изящные ладони на колени. На безымянном пальце тонким ободком сияло кольцо.

— Магия — сложная материя, почти неподвластная людям. Женщины к ней более восприимчивы, но и им открыты не все двери.

— Что вы имеете в виду?

Брошь на груди Вербены чуть качнулась, привлекая мое внимание. Удивительно красивая брошь в виде свернувшейся ящерицы. Кажется, я видела ее и в прошлый раз.

— Естественной магией владеют лишь драконы и малая доля человеческих женщин. Последних называют ведьмами. Все остальные (и мужчины, и женщины) получают ее через темный жестокий ритуал. Это искусственное приобретение магии, на которое идут многие представители высшего сословия, чтобы не чувствовать свою ущербность перед драконами. Леди Рейс не стала исключением.

Я сглотнула. Темный жестокий ритуал? Надеюсь, речь идет не о жертвоприношениях?

Вербена чуть нахмурилась, ее тонкие губы сжались в одну линию, и по моей спине поползли мурашки. Что ж, пожалуй, лучше ничего не спрашивать. Не так уж интересно, честное слово.

— Значит, леди Рейс приобрела дар целительства? — уточнила я и пояснила: — Сегодня мне удалось залечить собственный порез.

— Через ритуал невозможно получить дар целительства. Леди Рейс, как и ее отцу, досталась стихия льда. Именно о ней чаще всего и просят те, кто вознамерился стать магом. Только лед и может защитить от драконьего огня.

Я непонимающе нахмурилась. Боже, сколько всего сразу! Ну почему бы не давать информацию дозированно? Риторический вопрос, знаю.

— Тогда как…

Вербена не позволила мне договорить. Видимо, ей наскучила моя неспособность сложить два и два.

— В тебе проснулся ведьмовская природа, твоя природа. — Она выделила два последних слова интонацией. — Если ты думаешь, что дар заключен в теле, то ошибаешься: он принадлежит душе. Я искала душу ведьмы и нашла ее.

Я едва не села на землю. Не знаю, как меня удержали ноги. Вот уж правда, все чудесатее и чудесатее!

— Наверное, вы что-то путаете, — упрямо проговорила я. — У меня никогда не было никаких… ведьмовских штучек. Я бы заметила!

Вербена улыбнулась той мудрой, понимающей улыбкой родителя, которая так бесит всех детей без исключения.

— В твоем мире нет магии. Твоя сущность просто спала, ожидая перерождения, и оно наступило немного раньше положенного срока.

Я распахнула рот да так и застыла. Просто молча и совершенно растерянно взирала на Вербену, не в силах выдавить из себя ни слова.

— Это странно, — просипела наконец я, невольно процитировав Таркера.

К моему удивлению, со мной согласились. Кажется, впервые с момента знакомства.

— Если только немного.

В густой зелени ветвей продолжали щебетать птицы. Рядом шумела река. Земля не разверзлась под ногами, и я, поколебавшись, сдалась.

— Ладно, что мне с этим делать? Зачем вам была нужна ведьма?

Где-то совсем рядом прогремел гром, и я вздрогнула. Вербена вскинула голову, всматриваясь в потемневшее небо.

— Кто-то пытается привести тебя в чувство, — сказала она. — Нам придется продолжить в следующий раз.

— Какой еще следующий раз? — возмутилась я. — Не собираюсь я больше в обмороки падать и задыхаться, чтобы встретиться с вами!

Последние слова заглушил налетевший ветер. Меня закрутило и бросило в чернеющую воронку смерча. В глаза и нос тут же забилась земля, смешанная с сором мелких листьев. Мгновение паники, и я снова провалилась в темноту.

***

Кто-то тормошил меня за плечо.

— Леди Рейс, вам плохо? Отзовитесь, прошу вас!

Я с трудом узнала голос Джози и с еще большим трудом разлепила веки.

— Все в порядке, — пробормотала я, поднимая тяжелую голову.

Джози с сомнением окинула меня долгим взглядом.

— Вы бледная, как полотно, и лоб в испарине. Вы снова упали в обморок?

— Нет-нет! — торопливо заверила я. — Просто уснула. День был сложным.

Мы одновременно взглянули на настенные часы. Их стрелки только-только подбирались к полудню.

— Понимаю, — протянула Джози, и ее интонация говорила ровно об обратном. — Что ж, если у вас появилось свободное время, может быть, обсудим ваш наряд к ужину?

— К ужину? — тупо переспросила я.

— Конечно! — Джози, кивая, подошла к шкафу. — Вы обязаны сегодня блистать! К нам пожаловала леди Аттвут. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы ее платье смотреть лучше вашего.

Голова после обморока была непривычно пустой, в горле словно наждачкой провели, поэтому я не сразу поняла, о чем речь. Лишь спустя пару мгновений до меня дошло, что аристократы переодеваются перед ужином, и смена наряда — едва ли не самое важное событие дня.

— Может быть, подойдет ваше любимое жемчужное платье? Или то, что выписали недавно, из Лархии? Винный оттенок снова в моде!

Джози зарылась в шкаф, чтобы вынырнуть из него с несколькими вешалками сразу. От блеска шелка и сияния атласа резало глаз.

— Я не помню, взяли ли мы из дома гарнитур с рубинами, — рассеянно пробормотала Джози, бережно раскладывая платья на кровати, — но можно обойтись жемчугом. Это так демократично!

Я равнодушно посмотрела на океан роскоши, струящийся по покрывалу в цветочек, и начала тактическое отступление к двери. Последнее, что мне хотелось обсуждать — цвет платья, которое надену к ужину. Право слово, на фоне моих проблем это выглядит как изощренная издевка.

Джози снова что-то забормотала, перекладывая платья с места на место, но я ее уже не слушала.

— Полностью доверяю твоему вкусу, — торопливо вставила я. — Прости, но я собиралась прогуляться.

Джози в изумлении вскинула голову, отрываясь от перебирания нитей жемчуга, вытащенного из шкатулки с туалетного столика.

— Но разве вы не хотите лично проследить за подготовкой? — с недоумением спросила она. — Мы должны обсудить еще прическу и…

— Ты справишься и без меня, — с улыбкой сказала и ухватилась за ручку двери, как за спасательный круг.

— Лели Рейс! — воскликнула Джози, и я замерла на пороге, будто застигнутая на месте преступления. — Вы забыли шляпку и перчатки! Разве можно выходить на улицу без них?

Пришлось обернуться и, поблагодарив, взять и первое, и второе. Нет, Джози точно скоро догадается: слишком много странностей в моем поведении. Вопрос лишь в том, как именно она их истолкует и к какому выводу придет?

Я действительно собиралась прогуляться, чтобы в одиночестве привести мысли в порядок, но, оказавшись в коридоре, споткнулась взглядом о закрытую дверь детской. Возможно, стоит начать выполнять требования нашего с Таркером уговора? Мне как никогда нужно попасть в библиотеку!

Я осторожно толкнула дверь детской. Комната оказалась просторнее моей и более светлой. Две узкие кровати стояли друг напротив друга, вдоль разных стен. Вместительный шкаф, небольшой книжный стеллаж и два кресла с кофейным столиком в углу — вся эта скромная обстановка оказалась изрядно припорошена игрушками. Я успела заметить мяч, кукол в кроватке и коляске, набор посуды и россыпь каких-то кубиков, прежде чем столкнулась взглядом с Хлоей. Та сидела в кресле, пододвинутом к окну, и хмуро читала книгу. На кровати, в обнимку с потрепанным плюшевым медведем, лежал Томас. При виде меня он насторожился и неохотно поднялся. Хлоя равнодушно перевернула страницу, сделав вид, что не заметила меня.

Пожалуй, душеспасительные беседы о том, как им повезло снова обзавестись «мамой», придется отложить до лучших времен. Сейчас меня за такое просто испепелят. В буквальном смысле. А ледяной магией, спасающей от гнева драконов, я не владею.

— Леди Рейс, папа отменил все уроки на сегодня, — сказал Томас. Его нос покраснел, а лицо будто немного опухло. Он плакал? — Так что мы с вами увидимся только завтра.

— Думаю, даже раньше, — я улыбнулась ему и жестом попросила сесть. Он плюхнулся на кровать. — За ужином.

— Мы не спустимся к ужину, — холодно вставила Хлоя и снова зашуршала страницей.

Или эта девчонка быстро читает, или просто демонстративно листает книгу, чтобы поставить меня на место.

Ох, Таркеру не понравится, что его отпрыски игнорируют ужин!

— Я слышала, сегодня подадут шоколадный пудинг, — радостно солгала я (все ради благого дела!) и опустилась рядом с Томасом на кровать. Тот быстро отодвинулся в сторону. — Разве вы не хотите его попробовать?

Грубая попытка, знаю. Но ничего лучше мне в голову не пришло.

Хлоя поморщилась и неохотно бросила:

— Нам все равно. Мы объявили голодовку.

Томас кивнул и прижал к груди медведя, словно баюкая его.

Я приуныла. Голодающие дети Таркера мало помогут в деле получения пропуска в библиотеку.

— Вы что-то хотели, леди Рейс? — так вежливо, что это звучало почти как оскорбление, спросила Хлоя.

Решение пришло моментально. Я задумчиво куснула губу. Рискованно, но другого выхода, кажется, нет. Как говорится, если не можешь остановить революцию, возглавь ее.

— Леди Аттвуд показалась мне отвратительной особой. Заметили, как она покосилась на мое платье?

Томас удивленно моргнул, а Хлоя впервые оторвалась от книги и бросила на меня взгляд исподлобья. Именно он и заставил меня выпалить:

— Я подумала… Не проучить ли нам ее?

***

Мы с леди Аттвуд столкнулись нос к носу у дверей столовой.

— Леди Рейс, рада вас видеть!

Ее взгляд прошелся по мне, как сканер. Уверена, она мысленно оценила и мое темно-синее шифоновое платье с заниженной талией, и его роскошную отделку стеклярусом, и легкую, наброшенную на плечи, накидку. Глаза леди Аттвуд на мгновение затуманились, будто она на ходу подсчитывала стоимость каждого аксессуара. Я усмехнулась и не отказала себе в удовольствии тоже мельком пройтись по «конкурентке». В отличие от меня, она выбрала приталенное платье с длинным разлетающимся шлейфом. Понятия не имею, как она в нем не путалась! Фасон платья показался мне нарочито сексуальным, и, если бы не нежно-голубой цвет шелка, смотрелся бы вульгарно. Это ощущение немного смягчали нити жемчуга и кружевные перчатки.

— Прекрасно выглядите, леди Аттвуд.

Словно дуэлянты, мы отступили назад, улыбнулись друг другу, сощурив глаза, а затем одновременно шагнули в столовую. Ровное сияние лампочек в хрустальной люстре после коридора, освещенного свечами, показалось мне непривычно ярким, и я ненадолго прикрыла глаза. А когда распахнула их, успела заметить сочувствующий взгляд лакея, стоявшего у стены. Парнишка изредка подносил к лицу ладонь, сложенную козырьком, словно такой свет его пугал.

Пожалуй, не все здесь привыкли к электричеству. Неудивительно, что в прошлый раз мы ужинали при свечах.

При нашем появлении лорд Таркер и Томас встали.

— Леди Аттвуд, леди Рейс, благодарю, что присоединились к нашей скромной компании.

— Я счастлива, что могу разделить с вами ужин, лорд Таркер, — пропела леди Аттвуд. Ее пухлые губы растянулись в такой широкой улыбке, что я была уверена: наутро у нее будут болеть скулы. — С вами и, конечно, с вашими отпрысками, — спохватившись, добавила она уже без прежнего пыла. — Ведь они скоро станут и моими детьми.

Щека Таркера дернулась. Видимо, он не был готов к такому резкому появлению «общих» детей.

Реакция остальных тоже оказалась эмоциональной. Лицо Томаса вытянулось, а Хлоя так сильно сжала вилку, что я бы не удивилась, если бы тщательно начищенное серебро погнулось в ее руках. Лакей оторвался от изучения стены напротив и покосился на леди Аттвуд с интересом. Баррет тоже отвлекся, а потому не одернул его.

Я кашлянула, привлекая внимание.

— Чудесный вечер, правда? — светски спросила я.

Таркер взглянул на меня, будто подозревая в издевке, но никак не прокомментировал мою фразу. Нам с леди Аттвуд помогли сесть. Ей досталось место рядом с Таркером, а мне — с Хлоей. Признаться, меня это устраивало.

— Вы все подготовили? — Хлоя едва шевелила губами, и ее шепот было сложно разобрать. — Я ничего не вижу.

— Все в порядке, не волнуйся, — схватившись за салфетку, так же тихо заверила я.

— Леди Аттвуд, вам показали поместье? — равнодушно спросил Таркер, приступая к жаркому.

Судя по его взгляду, жаркое интересовало его больше ответа будущей жены. Его заострившееся лицо не выражало напряжение, лишь отчуждение. Впрочем, леди Аттвуд этого не заметила или не пожелала замечать.

— О, конечно! — с ослепительной улыбкой ответила она. — Благодарю вас за заботу! Правда, я не успела осмотреть все достопримечательности. Возможно, завтра вы составите мне компанию в небольшой экскурсии по окрестностям?

Хлоя гневно засопела и совершенно недостойно ткнула под столом мою ногу. Я сделала круглые глаза и покачала головой: еще рано. Хлоя опустила мрачный взгляд в тарелку и промолчала. Схваченные лентами косички недовольно метнулись из стороны в сторону, когда она посмотрела сначала на отца, а затем на его невесту.

— Возможно, — скупо ответил Таркер.

Но даже такого легкого поощрения оказалось достаточно, чтобы леди Аттвуд снова улыбнулась, но уже не ему, а Хлое.

— Прекрасное платье, дорогая, — проговорила она. — У тебя замечательный вкус! Уверена, его оценят в пансионате для девочек.

Я едва не подавилась кусочком мяса, которое беззаботно отправила в рот секундой ранее. Хлоя побледнела и замерла, а Томас опрокинул фужер с водой. Лакей тут же бросился ему на помощь, чтобы устранить беспорядок на столе.

— Будь осторожнее, милый, — ласково сказала леди Аттвуд. — В школе для мальчиков не одобрят такого поведения.

Она продолжала улыбаться, обнажая ровные жемчужные зубы, но теперь это больше пугало, чем привлекало. Не слишком ли рано она решила сбросить маски? Я искоса взглянула на леди Аттвуд, невольно оценивая ее. Она не казалась глупой, а замечание о школе было именно таким. Почему она так спешит установить собственные правила, ведь с этим разумнее было бы подождать? Она будто…

Я не успела додумать эту мысль до конца.

— Мои дети учатся дома, — подчеркнуто холодно заметил Таркер. Его голос пробирал до мурашек, и даже мне (случайному свидетелю!) захотелось вжать голову в плечи и притвориться деталью интерьера. — Больше этот вопрос мы обсуждать не будем.

Леди Аттвуд растерянно заморгала. Уголки ее губ обиженно опустились.

— Но… милорд… Разве образование, которое дают закрытые школы, сравнится с домашним? Я и сама училась в пансионе благородных девиц, могу заверить…

Сейчас она походила на трепетную лань: грудь часто вздымалась, глаза смотрели бесхитростно и прямо, рассыпавшиеся по плечам упругие локоны чуть подскакивали, когда она вскидывала непонимающий взгляд… Вот только что-то мне подсказывает, что леди Аттвуд ведет свою игру и, судя по всему, довольно успешно. Интересно, в чем ее смысл?

— Тема закрыта, — с нажимом повторил Таркер, и было что-то в его голосе, заставившее всех послушно уткнуться в тарелки.

Ненадолго в столовой повисла пауза, нарушаемая лишь едва слышным крипом ножей и вилок о фарфор, а затем леди Аттвуд будто взяла себя в руки.

— Леди Рейс, вы ведь прибыли прямиком из столицы? Расскажите что-нибудь о последних новостях?

Я оторвалась от еды и потянулась к фужеру с вином, страдальчески вздохнув. Ну что за женщина? Еще немного, и я начну разделять мнение детей на ее счет.

— Признаться, я не знаю, что вам поведать, — с легкой улыбкой ответила я.

Причем, даже не солгала. Я и правда ничего не знала о столичной жизни местных аристократов!

На миловидное личико леди Аттвуд набежала тень разочарования.

— Я слышала, в столицу ненадолго привезли выставку картин Муцхи. Вы разве не успели посетить ее перед отъездом?

Я замешкалась с ответом. К счастью, меня спас Таркер.

— Леди Рейс не увлечена искусством, верно?

С моих губ сорвался вздох облегчения.

— Вы правы, лорд Таркер.

— Тогда чем же вы любите заниматься?

Большие круглые глаза леди Аттвуд смотрели на меня с легким недоумением. Кажется, мой ответ и правда озадачил ее.

Ладно, какое хобби могло быть у леди Рейс?

— Ничем особенным: совершать променад, читать…

— Читать? — Леди Аттвуд удивилась не на шутку. — Это так необычно для женщины!

Мы с Хлоей с пониманием переглянулись, и я не удержалась от сарказма, процитировав нашумевший фильм:

— Мои вкусы несколько специфичны.

— Какие же книги вы предпочитаете?

Я искоса посмотрела на Таркера, вежливо вскинувшего бровь, и уверенно бросила:

— Меня увлекает все, что связано с магией.

— Вот как? — в голосе леди Аттвуд невозможно было разобрать ни одобрения, ни недовольства. Сплошное любопытство.

— Леди Рейс не так давно прошла через ритуал принятия магии, — скучающе добавил Таркер. — Предполагаю, что ее интерес носит исключительно прикладной характер.

Леди Аттвуд испуганно дернулась. Ее руки на столе сжались в замок.

— Вы владеете ледяной магией?

Я посмотрела на нахмурившуюся Хлою и притихшего Томаса. Мне не оставалось ничего другого, как кивнуть.

— Какой необычный выбор гувернантки, — медленно протянула леди Аттвуд, а затем поспешно сменила тему. — Сегодня была прекрасная погода! Как думаете, она продержится еще пару дней?

Она обратила свой взор на Таркера, поэтому я промолчала. Я видела, как Хлоя продолжает буравить меня настороженным взглядом и невольно понадеялась, что наше хрупкое перемирие не будет разорвано прямо сейчас. Леди Аттвуд без остановки щебетала что-то о солнце и отсутствии ветра, и я решила: пора.

Дети предлагали намазать стул леди Аттвуд клеем, чтобы испортить ее наряд и поставить в неловкое положение, но я убедила их этого не делать. Все сразу поймут, кто виноват в случившемся, и моим воспитанникам точно влетит. Это не соответствовало моему плану. Раз уж жульничать, то так, чтобы не поймали.

Признаться, идея пришла мне в голову не сразу, и я до сих пор не была в ней уверена, но… другого варианта не было.

Я отложила вилку в сторону и спрятала руки на колени в надежде, что так мой маневр станет менее заметным. Таркер меланхолично жевал, леди Аттвуд что-то оживленно рассказывала, дети выжидающе смотрели на меня. Именно их молчаливые взгляды и подтолкнули меня. С громко стучащим сердцем я покосилась на ножку курицы, лежащую на тарелке леди Аттвуд, и постаралась сосредоточиться.

Вербена сказала, что во мне проснулась ведьмовская природа. Я запомнила ее слова и, прогуливаясь по саду после разговора с детьми, еще пару раз резала палец и залечивала его, проверяя свои способности. А затем меня осенило: если я могу воздействовать на живую материю, вдруг смогу и на мертвую? Я пыталась прокрасться на кухню, чтобы устроить небольшой эксперимент, но там вечно толпились слуги, и у меня не получилось ничего стащить. На мою просьбу принести вареное яйцо Джози с осуждением заметила, что ужин будет совсем скоро. Так что мне пришлось отложить эксперимент… до этой минуты.

Ладони чуть подрагивали. Я понимала, что не только иду на сговор с детьми, но и делаю кое-что для себя. Мне хотелось понять, чего стоит моя магия на самом деле.

На лбу выступила капелька пота и принялась медленно спускаться к виску. Я не стала смахивать ее. Вместо этого я уставилась на ножку курицы, будто на самую большую драгоценность мира, и медленно пошевелила пальцами. Ножка сдвинулась в тарелке, буквально на пару дюймов, но я заметила это. И не только я.

— Не пойму, где вы спрятали нитки, — прошептала Хлоя. — Я их совсем не вижу.

Я неопределенно пожала плечами. В мои планы не входило делиться с детьми новостью о своем даре, поэтому я просто сказала им, что проверну один фокус. Про нитки они додумали сами.

— Пьеса «Вечерние очерки» чудесна! Надеюсь, лорд Таркер, мы сможем посетить ее вместе. Я люблю театр и…

Леди Аттвуд сбилась и с изумлением покосилась в тарелку. Только что из-под ее вилки ускользнула ножка курицы.

— Театр прекрасен, — поддакнула я, стараясь не отводить взгляда от ножки. — Думаю, каждый найдет в нем что-то свое.

— Согласна, — растерянно проговорила леди Аттвуд и снова попыталась «поймать» ножку.

Тщетно. В этот раз та метнулась так споро, что леди Аттвуд с криком вскочила с места.

— Она живая!

Лорд Таркер оторвался от изучения сумерек за окном и неохотно повернулся в ее сторону.

— Что вы имеете в виду?

Леди Аттвуд обвиняюще ткнула в курицу зажатой в руке вилкой.

— Она… убегает от меня!

Лорд Таркер взглянул на невесту с подозрением, будто раздумывал, позвать врача сейчас или немного попозже. Нахмурившись, он вдруг тряхнул головой и… чихнул снопом искр, едва не спалив скатерть и изрядно поджарив блюдо с запеченной курицей.

Хлоя, до этого момента прячущая смешки в фужере с водой, испуганно подскочила на месте. Томас наоборот замер и, не мигая, уставился на головешки, оставшиеся от несчастной курицы. Леди Аттвуд взвизгнула:

— Лорд Таркер, держите свои эмоции под контролем! Вы можете вызвать пожар!

Слуги с изумленными лицами метнулись к столу, пытаясь спасти остатки скатерти и блюда.

— Прошу прощения, — пробормотал Таркер и приподнялся. Ножки стула заскрипели по паркету. — Я ненадолго потерял над собой контроль. Что вы говорили?

Он оперся ладонями о крышку стола, чуть наклонившись вперед, словно старался найти опору, и вскинул голову. Я судорожно сглотнула. Его зрачки снова стали вертикальными.

— Папа, тебе плохо? — тихо спросил Томас.

— Нельзя оборачиваться в столовой, — также негромко заметила Хлоя.

Веселье, еще мгновение назад написанное на их мордашках, исчезло, уступив место непониманию и тревоге. Шалость удалась, ничего не скажешь.

Я торопливо сложила руки на коленях, как примерная девочка. В столовой повисла звонкая тишина, но ненадолго.

— Какой ужасный ужин! — громко пожаловалась леди Аттвуд, тряхнув светлыми локонами. — Простите, но, кажется, перелет утомил меня сильнее, чем я думала. — Ее рука взметнулась, тонкие пальцы легли на висок. — У меня разболелась голова. Вынуждена вас покинуть.

Таркер кивнул. Он рассеянно наблюдал за тем, как леди Аттвуд двигалась к порогу. Его вопрос настиг ее уже тогда, когда лакей распахнул двери перед ее лицом.

— Что вы говорили насчет курицы? Я не уверен, что правильно вас понял.

Леди Аттвуд обернулась. Она выглядела сбитой с толку. На ее губах играла смущенная улыбка.

— Я… Наверное, мне показалось. Ведь курица не могла ожить, верно?

Ее пальцы, разглаживающие тонкую ткань юбки, чуть подрагивали. На щеках проступил румянец. Видимо, она успела взять себя в руки и теперь старалась выйти из неловкой ситуации с минимальными потерями.

Томас хрюкнул от смеха и схлопотал недовольный взгляд сестры. Да, так явно выдавать себя определенно не стоит.

Переглядывания детей не укрылись от Таркера. Он нахмурился, но голос его прозвучал ровно.

— Конечно, леди Аттвуд, такого не могло случиться, вы правы.

Та с облегчением кивнула и торопливо скрылась за порогом. Я проводила ее задумчивым взглядом. Почему-то мне показалось, что ее напугала вовсе не наша с детьми проделка, а вид чихающего снопом искр Таркера.

Он, к слову, выпрямился и нервным движением поправил серебряную запонку на манжете. Его зрачок снова принял обычную форму и больше не пугал.

— Дети, как закончите с ужином, зайдите ко мне в кабинет. Нам нужно поговорить. Леди Рейс, — он посмотрел на меня, и я с трудом выдавила вежливую улыбку, — вас это тоже касается.

«А вас, Штирлиц, я попрошу остаться».

Эх, а как все хорошо начиналось!

ГЛАВА 7

Звук наших с детьми шагов разлетался по пустому коридору гулким эхом. Баррет шел немного впереди и делал вид, что не слышит перешептываний за своей спиной.

— Мы не наследили, — деловито проговорила Хлоя.

— Но папа что-то заподозрил, — вставил Томас.

— Не пойман — не вор, — философски подвела итог я.

Хлоя с уважением на меня покосилась, и я прикусила язык. Пожалуй, гувернантка из меня вышла так себе. Вести неокрепшие души к свету и знаниям — явно не мое призвание.

— Мы можем сменить тему в случае, если разговор примет неприятный оборот, — торопливо предложила Хлоя, подходя к кабинету. — Спросим, что с ним случилось.

Я чуть замедлила шаг.

— А что это такое было за ужином?

Томас растерянно потер нос и чуть пожал плечами. Ответила мне, как обычно, Хлоя.

— Он потерял контроль над второй ипостасью. Видели, как испугалась леди Аттвуд? — в голосе девочки проскользнули злорадные нотки.

— Это действительно не к добру, — Томас покачал головой. — С таким не шутят.

— Тебя послушать, так ни с чем не шутят, — беззаботно отмахнулась Хлоя. — Зато леди Аттвуд может передумать. Брак с нестабильным драконом — штука опасная.

— А разве этот брак не обязательный пункт мирного соглашения? — вспомнила я.

Томас кивнул, а Хлоя предпочла промолчать и отвернуться. Видимо, политика политикой, но свои интересы она ставила выше высокоморальных ценностей. Впрочем, не могу осуждать ее за это. Я старше (и вроде как мудрее), но тоже не собиралась становиться пешкой в чужой игре и выполнять какую-то высокую миссию в ущерб своим планам.

— Прошу вас!

Баррет открыл двери кабинета и отступил. Я вошла внутрь, дети немного замешкались, но последовали моему примеру. Таркер, как и при нашей первой встрече, сидел за рабочим столом и изучал разложенные бумаги. При нашем появлении он поднялся и молча указал рукой на кресла и диванчик. Мы также молча в них опустились.

— Итак, — после паузы, во время которой у меня по спине пробежали мурашки, — что же случилось с курицей леди Аттвуд?

— Папочка, откуда мы можем знать? — невинно поинтересовалась Хлоя.

Я мысленно отметила, что она впервые называет Таркера «папочкой» и цокнула языком: переигрывает.

— Вот как? — Бровь Таркера чуть приподнялась. — Томас, ничего не хочешь мне рассказать?

Под цепким взглядом отца Томас побледнел и вжался в кресло. Таркер точно знал, какое звено в цепи наиболее уязвимо.

Хлоя занервничала.

— Наверное, леди Аттвуд показалось! — Она постаралась переключить внимание отца и тут же спросила: — Почему ты не сдержал дракона? Что-то случилось?

Вопрос если и застал Таркера врасплох, то он этого не показал. Лишь сцепил руки в замок и чуть пошевелил тонкими музыкальными пальцами.

— Хорошая попытка, Хлоя, — спокойно сказал он и подался вперед. — Послушайте, мне тоже не нравится то, что происходит, но нам придется с этим примирится. Другого выхода нет, ясно?

Хлоя упрямо поджала губы. Определенно, она так просто не сдастся. Признаться, мне нравился ее боевой дух, хотя я и понимала, что он может навлечь немало проблем на ее маленькую каштановую головку.

— Мы не имеем никакого отношения к инциденту за столом, — спокойно сказал Томас, и я удивленно покосилась в его сторону.

Мальчик больше не выглядел испуганным и бледным. Он смотрел прямо, не отводил глаз, и, кажется, был готов спорить с отцом. Интересно, что его решительность появилась в тот момент, когда сестре понадобилась поддержка. Пожалуй, это и правда идеальный тандем. Я им не нужна, они справятся и без меня.

Вот только они нужны мне. Без них я не получу пропуск в библиотеку.

— Хорошо, — негромко проговорил Таркер, — тогда отправляйтесь в постели. Завтрашний день будет насыщенным. Больше у вас не получится отлынивать от вашего обычного расписания. С утра вас ждет урок с леди Рейс.

Мы с детьми переглянулись. Те выдохнули с облегчением. Кажется, они ждали чего-то более существенного, чем этот короткий разговор.

— Спокойной ночи, папа.

— Доброй ночи, папа.

Они повернулись ко мне и, победно улыбнувшись, выпалили в унисон:

— Приятных снов, леди Рейс.

После чего, поцеловав отца, совершенно беззаботно выскочили из кабинета. Я не без зависти посмотрела им вслед. Что-то мне подсказывало, что я так легко не отделаюсь.

— Леди Рейс, — медленно протянул Таркер, и от завуалированной угрозы, прозвучавшей в хрипловатой интонации, мне сделалось не по себе. — Мне кажется, вы не совсем понимаете, в чем заключается роль гувернантки.

Лучшая защита — нападение. Я откинулась на спинку кресла и взглянула на Таркера с вызовом.

— Вы правы, я действительно плохо представляю, что входит в обязанность гувернантки, но зато я прекрасно выполняю условия нашей недавней сделки.

Таркер кашлянул, будто у него запершило в горле, и посмотрел на меня с интересом.

— Возможно, я ошибаюсь, — вкрадчиво начал он, — но разве сделка не подразумевала, что дети не станут докучать леди Аттвуд?

Я мысленно отметила, что он назвал ее по имени. Кажется, определение «моя невеста» просто не шли у него с языка.

— Вы ошибаетесь, — с удовольствием проговорила я, наблюдая за реакцией Таркера. — Я обещала примирить ваших детей с действительностью — с необходимостью этого брака. Как вы знаете, прежде чем смириться с чем-то, каждый из нас проходит семь стадий. Первые из них: гнев и отрицание. Именно эти чувства сейчас испытывают ваши дети. Поверьте, их лучше «прожить» под чьим-то чутким контролем, чем попросту подавить. Вот я и позволяю им это сделать… с наименьшим уроном для всех нас.

Таркер усмехнулся.

— У вас забавная логика, леди Рейс.

Я чуть склонила голову.

— Надеюсь, это был комплимент.

— Вам решать.

Уголки его губ чуть приподнялись, он рассматривал меня из-под полуопущенных ресниц. В его глазах помимо присущего им холода сверкнуло любопытство.

Этот взгляд сбил меня с мысли, и я облизнула губы. В воздухе повисло напряжение, имеющее мало отношения к тому, что обычно искрит между противниками. Скорее, это походило на терпеливое ожидание охотника, почуявшего добычу.

— Да, решать мне, — опомнившись, согласилась я. — Можете мне довериться, лорд Таркер. Ваши дети будут шалить, но я не позволю им выйти за определенные рамки.

— Идея с курицей принадлежит вам, верно?

Так, главное не сознаваться! Обойдемся намеками.

— Почему вы так думаете?

— Я знаю почерк своих детей. Они бы сошлись на клее на стуле или чем-то подобном.

Я усмехнулась. Таркер, оказывается, довольно проницателен.

— Вот как?

Он кивнул и щелкнул пальцами, словно подыскивал нужное слово.

— Здесь же чувствуется… размах и умение уходить от ответственности.

Я вежливо поинтересовалась:

— Надеюсь, это тоже можно считать комплиментом?

Таркер явно попытался скрыть улыбку.

— Послушать вас, так я мастер комплиментов.

Я хмыкнула, тоже стараясь сохранить серьезность.

— А по вашему мнению, я — исчадие ада. Тоже, знаете ли, не самое лестное определение.

Мы столкнулись взглядами, и я отчетливо услышала его голос.

«А она не так проста, как кажется».

Хуже всего, что в этот момент губы Таркера даже не дрогнули. Они остались плотно сомкнутыми, как и были мгновением ранее.

***

Я с тоской посмотрела в сторону полуприкрытого окна. Там, за стеклом, ярко светило солнце и негромко пели птицы. День выдался непривычно теплым, и уже с утра в классе было душновато, хотя я точно знала, что комнату перед нашим приходом тщательно проветривали.

— Как вы знаете, этикет — один из самых важных предметов, — без особого пыла начала я.

Память леди Рейс подсовывала нужные сведения медленно, будто делая одолжение. Но в этот раз мне хотя бы не пришлось зажмуриваться. Уже прогресс!

 В голове сами собой проступили строчки из учебника.

— Этикет — не просто свод правил, это руководство по выходу из двусмысленных ситуаций.

Дети, сидящие напротив меня за широким столом, слаженно кивнули. Их глаза не опускались ниже моего подбородка, и, судя по взгляду, они спали с открытыми глазами. Я тяжело вздохнула. Я все время возвращалась ко вчерашней сцене в кабинете, и это изрядно сбивало с мысли.

— Не следует стыдиться быть учтивым и стесняться потакать чужим вкусам — это гарантирует доброе к вам отношение, — на этой фразе я, будто читавшая текст по бумажке, споткнулась.

Я была абсолютна не согласна с такой трактовкой, но вряд ли мое мнение имело значение. В конце концов, детям жить в этом мире и играть по его правилам. Я же намерена вернуться домой, сбежав из этой эпохи с ее тесными, удушающими рамками.

— Отсутствие же подобных качеств порождает мстительность и недоброжелательность.

Теперь понятно, почему лорд Таркер был недоброжелательным во время нашей первой встречи. Я просто проявила неучтивость и не предугадала его желания: не сломала себе шею по дороге в поместье.

— Светский человек всегда с достоинством выйдет из любого сложного положения.

Мысли снова свернули к Таркеру. Неужели вчера вечером в кабинете я действительно уловила отголоски его размышлений? Признаться, мне хотелось в это верить. Иначе придется смириться с тем фактом, что я медленно схожу с ума — так себе перспектива, скажем честно.

— … незамужней девушке стоит быть особенно внимательной…

Голова Хлои качнулась вниз. Девочка резко выпрямила спину и распахнула сонные глаза. Все ясно, не мне одной до смерти скучно.

Мой взгляд снова метнулся к окну.

— Я предлагаю продолжить урок на улице. Сегодня слишком хорошая погода, чтобы сидеть в душном зале.

Мордашки детей озарило тщательно скрываемое ликование.

— Да, леди Рейс! — с готовностью выпалили они и вскочили со своих мест.

***

Сад встретил нас утренней тишиной, разбавленной щебетом птиц и шуршанием гравия под ногами. Мы свернули с дорожки, мощенной плиткой, на едва заметную тропинку, петляющую между яблонями. В их густой зелени со сверкающими в листве солнечными лучами проглядывали сочные ярко-красные плоды.

Чтобы как-то оправдать прогулку, а заодно выкинуть из головы инцидент с Таркером, я попыталась провести что-то вроде устного экзамена.

— Томас, представь, что тебя пригласил к себе в гости барон, — важно спросила я и поправила рукой, затянутой в перчатку, полы шляпки. — Что ты ему ответишь?

— Ничего, — равнодушно бросил он. — Барон попросту не посмеет пригласить меня, он стоит ниже и может только надеяться, что я сам решу нанести ему визит.

Я мысленно сверила его ответ с тем, что успела выхватить из памяти леди Рейс, и удовлетворенно кивнула.

— Неплохо. Хлоя, твоя очередь, — я сделала паузу, словно переворачивала страницу учебника. В принципе, примерно так оно и было в действительности. — Что ты предпримешь, если тебе приснится неприличный сон?

Меня сорвавшийся с языка вопрос поразил явно сильнее Хлои. Пока я, замерев, пыталась осмыслить его и в панике удостовериться, что ничего не перепутала, девочка ненадолго призадумалась и серьезно поинтересовалась:

— А я во сне обладаю невидимостью?

Я подзависла примерно на пару минут.

— Это имеет значение?

— Конечно, — Хлоя кивнула и склонилась, чтобы сорвать пробившийся в траве полевой цветок. — Если меня не видят, я смогу спокойно подсмотреть или подслушать что-то любопытное, а если нет, то придется извиниться и ретироваться.

— Хм… Вообще-то, правильный ответ — проснуться, — протянула я. — Но твоя версия мне тоже нравится.

Хлоя польщенно улыбнулась.

— Ладно, а теперь ты, Томас.

Я обернулась и с удивлением поняла, что мальчик исчез.

— Томас! Ты где?

— Я здесь!

Мой взгляд заметался по округе и выцепил Томаса, успевшего вскарабкаться на ближайшую яблоню. Пожалуй, я зря упустила его из виду. Проблем от него разве что немного меньше, чем от сестры!

— Какого… — Я вовремя поправилась и проглотила ругательство. — Ты там делаешь? Немедленно спускайся!

— Тут котенок. — Лицо Томаса мелькнуло между веток и снова исчезло. — Он плакал, я решил помочь!

— Альтруист, — закатила глаза Хлоя, и я мысленно с ней согласилась.

Мне пришлось уйти с дорожки и прошлепать прямо по траве к высокой раскидистой яблоне.

— Хорошо, ты можешь скинуть котенка. И спускайся сам!

— Но он же разобьется. — Томас с таким разочарованием посмотрел на меня, что я почувствовала себя новой версией Круэллы де Виль.

— Он приземлится на четыре лапы, дурень. — Хлоя тоже подошла к яблоне вплотную и запрокинула голову. — Кошки всегда так делают.

— А вдруг нет? — Я не видела лица Томаса, но, судя звукам, он гневно засопел.

Все время забываю, что у этого парнишки есть характер! Пусть поначалу и кажется иначе.

Я оглядела себя, а затем решительно скинула с плеч тонкую полупрозрачную накидку.

— Бросай котенка, я поймаю его. Хлоя помоги мне.

Девочка сразу поняла, о чем я ее прошу. Вместе мы растянули мою накидку на манер тента. Эх, если кот оставит затяжки на воздушной материи, Джози это явно не понравится.

В ветвях снова мелькнуло лицо Томаса, раздалось жалобное, истошное мяукание, а затем вниз полетел маленький пушистый комок. Он упал ровно в центр импровизированного спасательного круга и вцепился в него когтями так сильно, что я поняла: причитаний Джози из-за испорченной вещи не избежать.

— Красивый! — восхитилась Хлоя и прижала к себе найденыша.

Тот перестал орать. Видимо, понял, что убивать его не собираются, и, выгнувшись, замурлыкал.

Я подняла голову.

— Томас, слезай. С котенком все в порядке.

— Да, я сейчас. Только…

Договорить он не успел. Раздался хруст сломанной ветки, приглушенный детским испуганным криком и глухим звуком удара.

Желудок сжался от страха, когда я резко повернулась в сторону: на зеленой траве, раскинув руки, лежал Томас. Его лицо было белым от боли, а по щекам уже градом катились слезы.

— Больно-больно-больно! — горячо прошептал он и попытался двинуть рукой.

— Томас! — крикнула Хлоя и бросилась к нему.

— Стой, не трогай! — Я успела ухватить ее за платье и первой опустилась на колени возле мальчика. — Лучше позови кого-нибудь на помощь.

Хлоя кивнула, зажала ладонью рот и стремглав бросилась бежать. Мы остались с Томасом вдвоем.

Взгляд как сканер прошелся по его телу. Мои ноздри чуть дернулись, я слово принюхивалась. От моего внимания не укрылись ни короткие частые вдохи, ни болезненные стоны, ни застывшие в глазах слезы. От всего этого непривычно сжималось сердце, и, помимо сочувствия, я ощутила что-то еще… Я словно увидела боль, ее отпечаток в воздухе, а затем ее пульсирующий центр — точку в неестественно вывернутой руке.

— Это просто перелом, — пробормотала я и неосознанно дотронулась до макушки Томаса, стараясь успокоить прикосновением. — Ничего страшного.

Он всхлипнул.

— Очень больно…

Алая точка продолжала пульсировать, и я вдруг потянулась к ней. Я не понимала, что делала, меня что-то вело: интуиция, провидение — я не знала. Просто в голове на мгновение стало пусто-пусто, а потом появилось понимание, как себя вести.

Сначала немного подуть на сломанную кость, совсем чуть-чуть, а затем медленно провести по травмированному месту раскрытой ладонью, как утюгом, выглаживая всю боль. Томас на секунду дернулся, его лицо исказилось судорогой, а затем он расслабился.

Зато меня словно шибануло током. Я зашипела, оперлась второй ладонью о землю и, почувствовав облегчение, продолжила. В это мгновение мое зрение было затуманено, поэтому, когда жжение, введшее меня, угасло, я устало откинулась назад и с удивлением увидела, что рука Томаса больше не выглядит сломанной.

— Как вы это сделали? — тихо спросил он.

Я пожала плечами, но ответить не успела. За моей спиной раздался голос Таркера.

— Мне тоже очень интересно.

С упавшим сердцем я медленно обернулась. В двух шагах от меня высился Таркер, из-за него несмело выглядывала растерявшаяся Хлоя.

— Я все объясню, — неуверенно начала я, но Таркер поднял руку.

— Не здесь, — ровно сказал он, и в сочетании с угрожающе сверкнувшими черными глазами это прозвучало страшно. — Идите за мной.

Он уже зашагал в сторону дома, а затем резко обернулся.

— Томас, Хлоя, попрошу вас пока никому не рассказывать о случившемся.

Дети синхронно кивнули. Под их удивленными, сбитыми с толку взглядами я поднялась и последовала за Таркером с тем же пылом, с каким приговоренный к смерти идет на эшафот.

Мы миновали холл, лестницу и оказались у дверей кабинета, вид которых уже набил оскомину. И почему все важные разговоры ведутся именно в нем?

— Прошу вас, леди Рейс. — Таркер самолично открыл передо мной двери, но от его вежливости пахнуло холодом. — Присаживайтесь.

Таким тоном мне предлагал располагаться поудобнее директор школы, когда я в очередной вызывала его недовольство какой-нибудь проделкой. Я нервным движением заправила выбившуюся из прически прядку за ухо и осторожно опустилась в кресло.

Таркер прошел к окну и, сложив руки за спиной, замер. Он стоял ко мне вполоборота, поэтому я имела возможность пару мгновений полюбоваться его профилем.

— Значит, вы ведьма, леди Рейс.

От его интонации, вкрадчивой и между тем бескомпромиссной, мне захотелось спрятаться под стол и отвечать уже оттуда — на всякий случай.

— М-м-м… Здесь сложно сказать однозначно…

— Я видел, как вы работали. — Ладонь Таркера сжалась в кулак. — Вам нет смысла отпираться.

На моем лбу выступили капельки пота. Я почувствовала, как они соскользнули по вискам и сорвались на роскошный ковер с высоким ворсом. Интересно, здесь до сих пор сжигают ведьм на костре? Нужно было спросить об этом у Вербены!

Таркер так и не дождался ответа от меня и, похоже, решил пойти в наступление.

— Как вам такое могло прийти в голову?

— Томасу было больно, и я…

Таркер раздраженно отмахнулся.

— Я не об этом! Зачем вы прошли ритуал призыва магии, если обладаете ведьмовской силой? Вам известно, что это две взаимоисключающие вещи?! Вы хоть понимаете, какой опасности себя подвергаете? Или отец заставил вас пойти против вашей природы, ничего не объяснив?

Я хотела было радостно поведать, что по этому поводу можно не переживать: замораживать драконье пламя мне не по плечу, но вместо этого принялась задыхаться. Чертов мир с его защитой! Ну почему я не могу сказать хотя бы такую малость!

Таркер метнулся ко мне и отвел мои собственные ладони, которые уже вцепились в горло.

— Дышите глубже. После применения ведьмовской силы на вас может накатить слабость.

«Какой странный откат. Не видел такого прежде».

— Это не откат, — с трудом просипела я, не видя лица Таркера.

Его руки на моих плечах напряглись.

— Значит, мне не показалось, — пробормотал он. — Что ж, это все объясняет, но не упрощает.

Я обернулась и взглянула ему в лицо. От вида желваков, играющих у него на скулах, мне стало не по себе.

— Что вы имеете в виду? — настороженно спросила я.

Возможно, дело было в психосоматике, но мне и правда стало нехорошо. Меня будто окатили ледяной водой на морозе — спина покрылась мурашками, которые сменились липкой испариной, а изнутри принялась сотрясать дрожь.

Я обхватила себя руками, пытаясь согреться.

Таркер молча скинул с себя пиджак и набросил его на меня.

— Нет, это именно откат, — задумчиво заметил он и снова отошел к окну. Он недолго уставился в пол, словно что-то обдумывая. Даже заговорив, он так и не поднял глаз от узора на ковре. — У меня для вас две новости, леди Рейс: хорошая и плохая. С какой начать?

Я с трудом приоткрыла губы и выдохнула:

— С хорошей.

— Я все-таки разрешу вам воспользоваться своей библиотекой.

Я бы возликовала, но тон Таркера подразумевал, что не все так просто.

— В чем же заключается плохая новость?

«Еще не догадалась?»

Я вздрогнула. Никогда прежде я не слышала таких странных, предвкушающих ноток в его голосе.

Таркер невесело усмехнулся и поднял на меня взгляд. Я сглотнула. Его зрачок снова вытянулся и стал вертикальным.

— Дракон во мне реагирует на вашу магию, леди Рейс. Боюсь, это не к добру.

В моей голове жужжание роя ос пронеслись обрывки воспоминаний когда-то прочитанных книг.

— Я же не ваша истинная пара, надеюсь? — в ужасе спросила я.

Таркер удивленно моргнул.

— Истинная пара? Это что еще за ересь? — Он раздраженно мотнул головой. — Понятия не имею, что вы там себе надумали, поэтому скажу проще: ваша ведьмовская сила притягивает его.

Таркер коротко ударил себя сжатым кулаком по груди, обтянутой белой рубашкой.

Я с недоумением проследили за его жестом и опасливо переспросила, невольно перейдя на шепот:

— Кого «его»?

— Мою вторую ипостась — дракона. Я не уверен, но, кажется, он хочет стать вашим фамильяром.

«Ух, повеселимся, верно?»

Я пожалела, что не могу свалиться в целомудренный и спасительный обморок.

ГЛАВА 8

Мой взгляд метнулся к двери. Безумно захотелось тихонечко стечь с кресла, а затем, путаясь в юбке, быстро рвануть к порогу и исчезнуть в коридоре, но разум тактично подсказывал, что это не выход. Жаль.

— Хорошо. — Зубы клацнули: я никак не могла справиться с усиливающейся дрожью. — Объясните, будьте добры, что это значит и чем мне это грозит.

Таркер отошел к окну, вновь встав ко мне вполоборота. Его зрачки все еще не приняли нормальную форму и потому выражение его лица казалось не только отрешенным, но и пугающим. Он, прикрыв ненадолго глаза, втянул носом воздух, словно пытаясь обрести потерянное равновесие.

«Он просто не любит объяснять. Зануда».

Я судорожно сглотнула. Мне совершенно точно не почудились насмешливые, слегка игривые нотки в интонациях дракона. Кажется, альтер-эго Таркера отличается норовом и вовсе не похож на него самого. Пока я понятия не имела, что с этим делать.

— Как вы знаете, леди Рейс, драконы пришли в этот мир не так давно. Мы были вынуждены покинуть свою родину, где магический источник ослабел, и отправится на поиски нового дома.

Я задумчиво куснула губу. Значит, драконы умеют путешествовать между мирами? Интересно…

— Здесь, в Ривендейле, нас поначалу встретили как богов. В недрах земли таился огромный источник магии, но людям он был не нужен. Среди них лишь малая доля женщин владела магией — той самой, природной, способной на настоящие чудеса. Их называли ведьмами и сжигали на кострах.

Я сильнее закуталась в пиджак Таркера и спрятала нос в его лацканы. Воображение услужливо подкинуло картину пламени и корчащейся в нем женщины. Меня передернуло.

— Мы остановили этот ужас, — после паузы негромко продолжил Таркер. — Запретили охотиться на ведьм, но к тому времени их уже почти не осталось. Но те, кто выжил, стал искать защиты и помощи у драконов. — Он резко обернулся в мою сторону и без всякого перехода бросил: — Я понимаю, почему ваш отец заставил вас пройти ритуал и принять ледяную магию.

— Правда? — не без удивления откликнулась я.

Таркер серьезно кивнул и в этот момент напомнил мне Томаса.

— Он желал защитить вас, замаскировав вашу природу приобретенной магией. Конечно, в последние годы я ничего не слышал о сожжении ведьм, но недоверие к ним никуда не делось. Правда, драконы делают все, чтобы оно ушло… В мирном договоре, который мы так стремимся заключить с ними, есть пункт, обязующий окончательно прекратить гонения на ведьм и позволить им заниматься магией беспрепятственно.

Я куснула щеку изнутри и задала вопрос, который, судя по всему, он не ожидал услышать.

— Вы знаете, что постоянно сбиваетесь и причисляете себя то к драконам, то к людям?

Таркер вскинул голову, его плечи напряглись.

— Спасибо, что заметили, леди Рейс. В тактичности вам не откажешь.

Я слегка пожала плечами.

— Я подумала, вдруг вы этого не замечали, а в окружении не нашлось смельчака, готового раскрыть вам глаза. Мне кажется, вы должны быть в курсе.

Таркер усмехнулся.

— В очередной раз поражаюсь вашей логике. Она для меня абсолютно непредсказуема.

— Благодарю.

Таркер снова кивнул, а затем кривая улыбка исчезла с его лица, уступив место серьезности.

— Магия ведьмы и дракона не идентична, но имеет похожую структуру. Довольно скоро выяснилось, что некоторые из нас могут заключать странные союзы с ведьмами, становясь их фамильярами.

Я затаила дыхание, пытаясь не упустить ни единого его слова.

— Что означает это определение?

Таркер слегка помедлил, словно обдумывая свой ответ.

— Наиболее близкий мне вариант можно перевести как «друг по магии». Союз ведьмы и фамильяра действительно носит симбиотический характер: ведьма получает долголетие дракона, а он сам — возможность разжигать ее огнем свой собственный. По сути, это взаимовыгодный обмен магией.

— Так, хорошо, — осторожно проговорила я. — Звучит неплохо, но что если… я не хочу вступать ни в какой союз?

Таркер выдохнул через ноздри, обернулся и медленно подошел к столу. Его ладони легли на массивную крышку. Он немного подался вперед, и его лицо оказалось напротив моего. По спине побежали мурашки. В глазах с вертикальным зрачком плясало пламя.

— Я не могу вас заставить. Это дело абсолютно добровольное, но… Мой дракон выбрал вас, леди Рейс.

— И что с того? — Я упрямо вскинула подбородок. — Будете шантажировать меня и пугать, что иначе расскажете о моей магии всем вокруг?

Таркер удивленно моргнул. Кажется, такая идея не приходила ему в голову.

— Нет, леди Рейс, — он хмыкнул. — Я предложу вам сделку.

«Соглашайся, малышка. Ты не понимаешь, от чего отказываешься».

Я с подозрением покосилась на замолчавшего Таркера. Не слишком ли у него… расхлябанное альтер-эго?

Ответом мне стал глухой смешок и сноп искр, который вырвался у Таркера при новом чихе. Они сожгли разложенные на столе бумаги и черными кляксами упали на мою юбку. Я опасливо отодвинулась в сторону.

— Прощу прощения. — Таркер торопливо отвернулся. — Как видите, мне попросту небезопасно находится рядом с вами. А нам придется провести вместе порядком двух недель. В ваших интересах унять тревогу дракона и согласиться на этот союз.

— Вот как? — рассеянно спросила я, пытаясь ухватить исчезающую мысль за кончик хвоста.

Что-то свербело в голове. Какая-то несформировавшаяся идея…

— Распоряжение Его Величество нельзя нарушать, — пришел черед Таркера пожимать плечами. — Он выразился вполне четко. Едва ли ему понравится, если вы откажетесь от своей миссии, пусть даже по обоснованным причинам (которые, я уверен, вам не захочется озвучивать). Вы — один из самых сильных представителей ледяной стихии, поэтому выбор Его Величества пал именно на вас. К тому же, ваша семья пользуется лояльностью короны. Второго такого претендента будет сложно найти.

Я с неодобрением взглянула на невозмутимого Таркера и хмыкнула.

— А говорили, что не станете запугивать.

Он улыбнулся уголком губ.

— Я всего лишь обрисовал ваши перспективы, чтобы на их фоне мое предложение предстало в самом выгодном свете.

— Тогда я с нетерпением жду продолжения.

Таркер обошел стол и медленно опустился в кресло напротив меня. Его ладони легли на подлокотники и сжали их. Взгляд — хищный, оценивающий — не сходил с моего лица. Я вцепилась пальцами в пиджак Таркера, лежащий на моих плечах. В голове по-прежнему не давала покоя какая-то назойливая, неуловимая мысль.

— Вы напрасно послушали отца и согласились на ритуал. Столь разная по природе магия может просто убить вас. Чтобы поддерживать баланс, вам придется постоянно обращаться то к одной силе, то к другой, не позволяя чему-то одному взять вверх. И если с ледяной магией не возникнет проблем (вас к этому готовили), то, подозреваю, о ведьмовстве вы мало что знаете.

— Это правда, — после небольшой заминки призналась я.

— Мы с вами уже заключили одну сделку, но я предлагаю ее расширить. Я не только пущу вас в библиотеку, но и предоставлю нужные книги, а заодно — научу использовать свою магию. Как вам такой уговор?

— Взамен на то, что я соглашусь на этот союз? — медленно спросила я.

Таркер молча кивнул.

— Почему для вас это так важно?

Он мотнул головой.

— Это не имеет значения. Не для вас.

Так эффектно меня давно не ставили на место. Я едва подавила желание пройтись по лицу ладонью, чтобы стереть незримый плевок.

— Союз заключается раз и навсегда — это единственное, что вы должны четко понимать, леди Рейс. Расторгнуть такую связь нельзя.

«Ты и сама не захочешь», — вкрадчиво пообещал мне другой голос.

И тут я наконец поняла, что не давало мне покоя. От озарения, внезапно пронзившего меня, желудок сделал кульбит, а сердце громко забилось о самые ребра.

— Если я слышу мысли дракона, он тоже может слышать мои?

Таркера явно изумил мой вопрос. Он откинулся на спинку кресла и пару мгновений изучал меня, словно пытаясь понять, что стоит за моими словами.

— Не сразу, но да. Обычно это так и происходит.

Я не смогла сдержать ликующей улыбки. При виде нее брови Таркера удивленно взлетели.

— Отлично, — бодро сказала я. — Я принимаю ваше предложение, лорд Таркер.

«Ты не пожалеешь, девочка!»

Очень на это надеюсь. В конце концов, это мой шанс рассказать Таркеру правду о себе. Если дракон услышит мои мысли, я смогу избавиться от многих проблем.

***

Все еще раздумывая над нашим с Таркером разговором, я побрела к себе в комнату, намереваясь немного побыть в одиночестве, но моим надеждам на тихое времяпрепровождение было не суждено сбыться.

— Леди Рейс! — воскликнула Джози, стоило мне перешагнуть порог. — Хорошо, что вы смогли закончить занятие с детьми вовремя. Я боялась, что вы не успеете переодеться в дорогу!

Я поморщилась (у Джози была раздражающая привычка говорить на высоких тонах) и переспросила:

— В дорогу? Разве мы куда-то едем?

— Конечно. — Джози энергично закивала. — Вы должны связаться с отцом. Разве вы не помните?

— Смутно, — уклончиво ответила я и устало рухнула на кровать.

Джози с неодобрением посмотрела на то, как я раскинулась в виде морской звезды на покрывале в цветочек, но комментировать мое поведение не стала. И на том спасибо. Интересно, как много времени ей понадобится, чтобы все-таки догадаться: я вовсе не леди Рейс?

— Вы обещали отцу давать о себе знать. Сегодня как раз тот день, когда вы должны послать весточку, — терпеливо пояснила Джози.

— Так давай напишем ему письмо, — мрачно предложила я, мысленно уже начиная послание с обнадеживающего «Папочка, со мной все хорошо! Ну, как сказать, хорошо…» — Зачем куда-то ехать?

Во взгляде Джози снова промелькнуло подозрение. Она словно всерьез подумывала, не издеваюсь ли я над ней. Такими темпами с Джози я договорюсь быстрее, чем с драконом!

— Любую магическую почту можно перехватить, — понизив голос, проговорила она. Ее глаза забегали с моего лица на стену напротив. — Обычное же письмо будет идти слишком долго. Поэтому нам придется съездить в город и позвонить вашему отцу.

— Позвонить? — ошарашенно переспросила я. — А что, телефон уже изобрели?

Я отчетливо заметила, как Джози вздрогнула и отступила на шаг.

— Да, леди Рейс, — шепотом ответила она, — в прошлом году его установил почти весь высший свет. Ваша семья не стала исключением.

Я смутилась.

— Я просто не видела телефона у лорда Таркера и…

Мне не приходило в голову, как можно завершить эту фразу, но, к счастью, мне и не пришлось. Джози помогла мне, вовремя ввернув:

— Лорд Таркер с недоверием относится к технике. В его доме нет телефона, электричество проведено лишь частично, а вместо гаража для машины все еще стоят конюшни.

Я припомнила реакцию Джози на аварию.

— Мне казалось, ты тоже недолюбливаешь машины.

— Но не имею ничего против телефона, — с достоинством откликнулась Джози, чем вызвала мою улыбку. — Леди Рейс, я подготовила вам наряд. Если вы не против, конечно.

Она приоткрыла дверцы шкафа и продемонстрировала мне тщательно отутюженные прямую юбку, шелковую блузу с длинным рукавом и широкими плечами и кокетливый жаккардовый жакет.

Я тяжело вздохнула. Видимо, я никогда не привыкну к этим многочисленным переодеванием.

— Нет, не против. Наверное, мне нужно предупредить лорда Таркера об отлучке?

— Я уже сказала об этом Баррету. — Джози потянулась к шкатулке. Ее пальцы заскользили среди драгоценностей, а затем подцепили нитку с жемчугом. — Нет необходимости беспокоить милорда. Леди Рейс, позволите помочь вам одеться?

Взгляд Джози был более чем выразительным, поэтому мне пришлось подчиниться. Уже венчая получившийся образ небольшой шляпкой, я, спохватившись, поинтересовалась:

— Мы поедем в город на машине?

— Нет, ее пока не починили. Но нам любезно предоставили карету лорда Таркера: его невеста решила съездить за покупками, и ее желание удачно совпало с нашим.

Меня невольно передернуло. Признаться, мне не очень хотелось трястись в карете с леди Аттвуд, но, похоже, выбора все равно нет.

Натягивая кружевные тонкие перчатки, я медленно спустилась по парадной лестнице. Позади меня семенила Джози. В ее руках покачивался зонтик. Кажется, она говорила что-то о возможном дожде, я не расслышала.

У самой последней ступени меня встретил Баррет. За его спиной маячили дети.

— Леди Рейс, карета готова, — сдержанно сказал Баррет. — Леди Аттвуд вот-вот спустится. Где вы предпочтете подождать?

Хлоя выглянула из-за спины Баррета и состроила такую рожицу, что я не сразу ее поняла.

— В карете. А! Нет, Джози подождет меня в карете, а я пока… побуду здесь, — закончила я с вежливой улыбкой и выдохнула с облегчением: сориентировалась.

Баррет кивнул и ушел, Джози после небольшой заминки послушно направилась к карете, а я повернулась к детям.

— Что вы хотели? — с легким нетерпением спросила я.

Пиджак Томаса оттопырился, и я различила спрятанного внутри котенка: того самого, которого мы спасли.

— Поговорить, — деловито ответила Хлоя, ухватив меня за руку. — Идемте.

Я даже не успела запротестовать: меня быстро утянули в узкую, похожую на кладовку комнату под лестницей. Глаза не сразу привыкли к полумраку, поэтому я опасливо вцепилась в ручку двери. Где-то за стеной переговаривались слуги. Кажется, кладовка граничила с кухней.

— Мы с Томасом, — Хлоя, как обычно говорила за двоих, — благодарны вам за помощь.

В голосе девочки было столько торжественности, что мои щеки потеплели. Надеюсь, я не покраснела от смущения? Впрочем, в темноте все равно не видно.

— Не стоит, — я попыталась отмахнуться, но Хлоя перебила меня.

— Нет, — серьезно ответила она, — стоит. Мы обещаем вам, что сохраним вашу тайну.

— Какую тайну? — попыталась выкрутиться я.

Тщетно.

— Мы никому не скажем, что вы вылечили моего брата, — тихо сказала Хлоя и, понизив голос до едва слышного шепота, добавила: — и что вы… ведьма.

— Вы можете на нас положиться, — подтвердил Томас.

Раздавшееся следом мяуканье котенка стало завершающим аккордом этой сцены.

— Спасибо, — негромко ответила я. — Я… ценю это.

Дети синхронно кивнули, а затем Хлоя вытянула вперед руку, на ее ладонь легла ладонь Томаса, и они оба посмотрели на меня.

— Мы принимаем вас, леди Рейс, в наше братство, — важно сказала Хлоя.

В другой раз я бы рассмеялась, но в этот почему-то сглотнула ком в горле и медленно опустила свою ладонь поверх детских ладоней. Последней в эту композицию скрещенных рук легла лапа кота — Томас водрузил ее, несмотря на протесты несчастного животного.

— Он хочет есть, — шепотом заметила я. — Дай ему молока.

— Мы шли на кухню, когда встретили вас, — пояснил Томас. — А потом возьмем его к себе в комнату.

— Лучше бы спросить, конечно, у папы, — со вздохом проговорила Хлоя, — но… мы же можем сказать, что вы нам разрешили оставить кота?

Ее глаза сверкнули надеждой (я рассмотрела это даже в полутьме), и с моих губ сорвался усталый вздох. Эти дети нигде не пропадут. Не успели подружиться со мной, как уже извлекают из этого пользу.

— Ладно, но, если что, я притворяюсь дурочкой и буду упирать на то, что вы меня не так поняли.

Томас хихикнул, Хлоя с готовностью кивнула. Пожалуй, альянсы с ними заключать довольно приятно.

Я толкнула дверь и, несмотря на свои недавние слова, полные возмущения, вышла из кладовки с улыбкой.

***

Чтобы избавиться от назойливых попыток леди Аттвуд поддержать разговор, я притворилась дремлющей. Прислонившись лбом к стеклу кареты, я из-под полуприкрытых век наблюдала за зелеными пейзажем, подернутым серой дымкой (дождь начал накрапывать внезапно), и вполуха слушала, как Джози выкручивается вместо меня, отвечая на многочисленные вопросы невесты Таркера. Впрочем, кажется Джози нравился пустой обмен любезностями. Во всяком случае, ее лицо раскраснелось, и на нем застыло довольное выражение. Оно тут же исчезло, стоило леди Аттвуд обронить:

— Конечно, вы этого можете не знать. Обычно такими вещами интересуются люди… высшего сословия.

Джози любезно согласилась, но после этого замечания поджала губы и отвернулась к окну.

Город медленно проступил из тумана, когда я действительно едва не уснула. Огромные трубы вздымались ввысь и выдыхали черные клубы дыма. На узких улочках пытались разъехаться кареты и небольшое количество автомобилей. Всюду сновали дети с газетами, даже через стекло доносились крики местных зазывал, витрины лавочек, чуть подсвеченные изнутри, привлекали внимание, а разнообразие товара приятно удивляло.

— Надо же, и здесь уже появились магазины с готовыми платьями, — протянула леди Аттвуд. — Моя мама считает это безвкусием — носить одежду, сшитую по чужим меркам.

— Посмотрим, что она скажет лет через десять, — пробормотала я и отлипла от окна.

— Леди Рейс, вы проснулись! Вас не укачало?

— Если только немного.

Карета медленно остановилась как раз напротив одноэтажного здания с надписью «Почта».

Лакей помог спуститься по откидной лестнице и вежливо застыл, ожидая распоряжений.

— Пожалуй, вы пойдете со мной. — с уверенной улыбкой сказала леди Аттвуд. — Я собираюсь сделать несколько покупок, и мне не помешает помощь с пакетами. Леди Рейс, вы не против?

Я невольно отметила, что она проигнорировала мнение и Джози, и самого лакея, и в очередной раз напомнила себе: здесь так принято.

— Конечно. Вам услуги носильщика гораздо нужнее.

Леди Аттвуд не заметила иронии в моем голосе и, тепло пожелав мне хорошо провести время, удалилась в сторону магазинов и прогуливающихся по мощеной площади разодетых джентльменов и дам.

— Гуляет одна, без сопровождения. — Джози фыркнула. — И это леди!

Я посмотрела в спину леди Аттвуд, за которой по пятам следовал лакей. Кончик ее длинного зонтика торчал из-под локтя так воинственно, что, думаю, станет неплохим оберегом от всех, кто решит покуситься на ее честь.

— Возможно, у драконов действуют другие правила приличия.

— Едва ли.

Я задумчиво куснула губу. Тогда леди Аттвуд проявляет необоснованную смелость в поведении. К чему бы это?

— Леди Рейс, нам сюда.

Я отмахнулась от мельтешащих мыслей и поспешила за Джози. Ладно, у меня есть проблемы поважнее. Например, нужно решить, что именно сказать отцу леди Рейс. И зачем, ради Бога, из-за одного короткого разговора пришлось тащиться в город и разводить такую секретность на ровном месте?

Надеюсь, речь пойдет не о тайном (или не очень) задании короля, которое должна выполнить леди Рейс.

Лучше бы я молчала! Накаркала.

ГЛАВА 9

Я с недоумением воззрилась на небольшой, но, очевидно, тяжелый ящик с рычажком сбоку и увесистой металлической ручкой, от конца которой тянулся длинный, сворачивающийся кольцами провод. Память леди Рейс молчала, зато моя собственная откликнулась чередой картинок из старых фильмов. Что ж, странно было бы увидеть здесь сотовый телефон, верно?

Я осторожно подняла трубку и поднесла к уху. Тишина.

Просить о помощи было некого: Джози подпирала спиной дверь комнаты, куда меня любезно проводили (за отдельную, весьма ощутимую плату), стоило только мне сказать, что я хочу позвонить. Я прикрыла глаза, а затем, действуя по наитию, покрутила рычажок сбоку.

— Телефонная станция, что угодно?

Я выдохнула с облегчением.

— Соедините меня с графом Рейсом.

— Назовите его номер, пожалуйста.

Я в ужасе застыла, но губы сами собой произнесли комбинацию из трех цифр.

Раздался щелчок, а затем я почти сразу услышала смутно знакомый голос немолодого мужчины.

— Эшли, ты меня слышишь?

— Да, отец, — откликнулась я прежде, чем успела соотнести чужое имя со своим. — Тебя прекрасно слышно.

— Отлично, — ответил он, и воображение нарисовало мне крепкого жилистого мужчину с ярко выраженной благородной сединой в волосах. Впрочем, возможно, это было не воображение, а проснувшаяся память леди Рейс? — Надеюсь, ты убедилась, что одна?

В интонации прорезался металл. Граф явно привык отдавать распоряжения и, видимо, не делал особых отличий между слугами и членами семьи.

Я покосилась на массивную дверь, за которой осталась ждать меня Джози. Не думаю, что сквозь такое добротное дерево можно что-то расслышать, но на всякий случай понизила голос.

— Да, нас не могут подслушать.

— Хорошо, — в голосе графа промелькнуло одобрение, но такое неуловимое, что я даже не успела приободриться. — Все в порядке?

— Обо мне не стоит беспокоиться, — бодро начала я. — В доме лорда Таркера меня встретили приветливо.

— Эшли, — я легко представила, как граф на том конце провода поморщился, — я имел в виду, все идет по плану?

Я обреченно вздохнула. Так и знала, что заготовленная речь о моем здравии не пригодится!

— Можно сказать и так, — туманно ответила я, лихорадочно раздумывая, о чем идет речь.

Вряд ли подразумевается учебный план, который леди Рейс составила для детей Таркера.

— У тебя возникли какие-то трудности?

Я уловила легкое беспокойство, смешанное с напряжением, и поторопилась исправить ситуацию.

— Нет! Просто все несколько сложнее, чем я думала.

В трубку раздраженно выдохнули.

— Если ты снова сомневаешься… Вспомни о том, что я тебе говорил, и прояви послушание, свойственное всякой хорошей дочери.

Аминь! Именно так мне захотелось закончить его фразу, но вместо этого я хмыкнула, правда, отодвинув трубку ото рта.

— Я лучше ориентируюсь в ситуации, поэтому делай, что я говорю. Твоя миссия и так проста до безобразия. Не заставляй меня разочаровываться в тебе.

Ого! Какое откровенное манипулирование. Интересно, предыдущая хозяйка этого тела повелась бы на него?

Судя по задрожавшим рукам — еще как.

— Я постараюсь сделать все правильно, отец. — с жаром солгала я.

Последовала пауза, во время которой моя спина покрылась липким потом, а затем граф продолжил:

— Понимаю, библия учит совсем иному, а ты всегда была ярой прихожанкой. — Подозреваю, что мое лицо удивленно вытянулось, но рядом не было никого, чтобы заметить это. — Ты не хочешь причинять вред детям, но, Эшли, речь идет не о невинных созданиях, а об отпрысках дракона! На них не распространяются заветы христианства.

— Причинить вред детям? — медленно, механически повторила я.

— Естественно, — холодно сказал граф и с легким раздражением добавил: — Ведь именно за этим тебя отправили к лорду Таркеру. Ты должна спровоцировать его, а лучше всего это сделать, отняв магию, ее крохи, у его детей.

— Конечно. Ведь именно за этим меня отправили, — снова, как сомнамбула, откликнулась я.

Внутри все сжалось от страха и отвращения. Так вот в чем заключается моя хваленая миссия, на которую меня благословил сам король?!

— Эшли, мне не нравится твое настроение, — заметил граф. В его голосе проскользнули угрожающие нотки. — Я искренне надеюсь на твое благоразумие. Ты не можешь меня подвести.

Я сглотнула. Даже на расстоянии в отце Эшли чувствовалась сила, которая подавляла и ломала. Пожалуй, я бы не хотела встретиться с ним лицом к лицу.

— Конечно, — проговорила я. — Не сомневайтесь во мне.

Видимо, мой ответ его не убедил, потому что он сухо добавил:

— Если ты боишься за себя, то помни: ритуал дал тебе достаточно сил, чтобы противостоять лорду Таркеру, но даже если твоя магия окажется слаба… Иногда приходится идти на жертвы во имя благого дела.

По спине поползли мурашки. Ладонь, удерживающая трубку телефона, вспотела. Под жертвами не подразумевает ли благородный граф смерть собственной дочери?

 — Да, я понимаю, — уже более уверенно ответила я и, не удержавшись, иронично добавила: — Жертвенность всегда облагораживает, особенно женщину.

— Верно, — граф явно расслабился. Его голос звучал надменно, немного снисходительно. — Я рад, что ты все понимаешь верно. Я горжусь тобой, Эшли.

Последние слова были брошены так равнодушно, что я не сомневалась: за ними ничего не стоит. Это просто жалкая подачка изголодавшейся собаке, чтобы она перестала наконец лаять и замолкла.

— Спасибо, отец.

— Надеюсь, что дня через три я услышу приятные новости.

Коротко попрощавшись и так не справившись о моем здоровье, граф положил трубку. Оглушенная, я поступила также и рухнула на ближайший стул. Все это время я так нервничала, что провела весь разговор на ногах, прижавшись к краю стола бедром.

Голова раскалывалась от новой информации, поэтому я потерла ноющие виски. Ладно, если отбросить в сторону эмоции и все нецензурные слова, которые я готова выплюнуть в лицо графу, что мы имеем? Лорда Таркера хотят спровоцировать на что-то… Видимо, это как-то связано с мирным договором. Не зря же к нему сводятся все местные беседы! Выходит, кто-то не хочет, чтобы этот договор был подписан.

Интересно только, этот «кто-то» действует по указке короля или собственной инициативе? Если второе, есть надежда на благоприятный исход, но если первое… Пожалуй, мне лучше поскорее вернуться домой. Мне бы не хотелось стать свидетелем войны, тем более между драконами и людьми.

***

Из здания почты я вышла в глубокой задумчивости. Поездка в поместье лорда и вовсе прошла в меланхоличных размышлениях, от которых меня не смогла избавить даже беззаботная болтовня леди Аттвуд. Последняя не закрывала рта ни на минуту, и под конец нашего недолгого путешествия я всерьез рассматривала идею с кляпом. К счастью, карета остановилась вовремя, и я не успела додумать эту заманчивую мысль до конца. А то ведь уже начала комкать в руках батистовый платочек!

Мне учтиво помогли спуститься. Стоило ногам коснуться гравия, я окинула цепким взглядом подъездную аллею, медленно растворяющуюся в темной синеве сумерек, и, кивнув леди Аттвуд, направилась к дому.

Уже миновав лестницу, я решительно свернула в сторону кабинета Таркера. Кажется, я задолжала ему один очень интересный разговор.

— Леди Рейс, вы куда? — искренне удивилась Джози. — Вам следует поторопиться, чтобы переодеться к ужину! Его подадут с минуты на минуту.

Не слушая, я потянула за ручку двери и заглянула в кабинет. С губ сорвался вздох разочарования: пусто.

— Ладно, почему бы сначала не переодеться, — вынужденно согласилась я.

Джози метнулась к шкафу и вытащила заранее подготовленный наряд. Я с удивлением покосилась на темно-фиолетовое платье с заниженной талией и V-образным вырезом. Таким низким, что он был бы попросту неприличным, если бы кожу не прикрывал другой отрез ткани, схожего цвета, но из более тонкого нежного материала. К наряду прилагались длинные, по локоть, перчатки и нитка черного жемчуга.

— Не слишком ли роскошно? — усомнилась я.

Джози возмущенно фыркнула.

— Вы еще платье леди Аттвуд не видели! Горничная рассказала мне, что оно просто потрясает!

С моих губ сорвался тяжелый страдальческий вздох. Женское соперничество мне было совершенно не свойственно, но, похоже, тон игре задаю здесь не я.

Я спустилась в гостиную последней. Стоило мне перешагнуть порог, как леди Аттвуд радостно хлопнула в ладоши:

— Леди Рейс, как хорошо, что вы присоединились к нам! Я как раз рассказывала о том, как удачно прошла наша поездка.

В памяти тихим, почти змеиным шепотом пронеслись слова графа «иногда приходится идти на жертвы», и меня передернуло.

— Более чем удачно, — мрачно согласилась я и с трудом выдавила из себя улыбку.

Я взглянула на Таркера, устроившегося в кресле с высокой спинкой, и задумчиво куснула губу. Определенно, мне стоит поведать ему о беседе с отцом Эшли. Он должен знать, что вокруг его фигуры плетутся заговоры. Вот только… какова будет его реакция? И не пострадаю ли от такого приступа откровенности в первую очередь я? Правду все любят лишь на словах.

В гостиную зашел Баррет и, сложив руки за спиной, замер.

— Ужин подан, милорд.

— Благодарю, Баррет, — откликнулся Таркер. — Мы идем.

— Минуточку! — Леди Аттвуд встрепенулась. — Перед ужином я бы хотела кое-что сделать.

Таркер с легким, даже каким-то ленивым удивлением посмотрел на свою невесту. Видимо, его тоже утомило ее вечное щебетание, и он явно не ждал от нового поворота разговора чего-то увлекательного. А вот Хлоя и Томас переглянулись и в предвкушении подались вперед. Они любили сюрпризы.

Леди Аттвуд загадочно улыбнулась и встала, махнул рукой в перчатке лакею, стоящему у стены. Тот понятливо вышел за дверь и почти тут же вернулся с тремя небольшими коробками, лежащими на подносе.

— Сегодня, как вы знаете, я была в городе, и, гуляя по лавкам, не смогла удержаться и купила подарки вам, моей новой семье!

С пухлых губ леди Аттвуд не сходила лучезарная улыбка. С ее блеском не могло соперничать даже мерцание роскошного жемчужного платья, лиф которого был расшит пайетками. Длинные светлые волосы были подкручены и уложены мягкими волнами, рассыпавшимися по хрупким плечам. С неудовольствием я признала, что невеста Таркера в этом наряде напоминает сказочную фею. Нет, не тех умудренным опытом пожилых особ с волшебными палочками наперевес, а каких-нибудь лесных созданий, питающихся пыльцой и нектаром цветов.

— Подарки? — переспросил Томас.

Кончики его ушей покраснели, а одно из них — нетерпеливо дернулось. Я прикрыла рот ладонью, чтобы скрыть смешок. Выглядел мальчик невероятно забавно.

— Да, милый, — прощебетала леди Аттвуд, и я поморщилась, уловив в ее голосе тщательную скрываемую фальшь. — Итак, давай начнем именно с тебя!

— Леди Аттвуд, вам вовсе не стоило… — попытался было проявить вежливость Таркер, но его перебили.

— Что вы, конечно, стоило! — отмахнулась его невеста. Ее тонкая рука в перчатке подхватила одну из коробок с подноса и протянула ее Томасу. — Это тебе, дорогой.

Лицо Таркера выражало недоверие, но я чувствовала, что от него уже не веяло прежним скептицизмом. Правда, настороженность так никуда и не ушла.

Томас, безуспешно пытающийся скрыть возбуждение, ухватился за коробку и, секунду помедлив, отбросил крышку. Его радостная мордашка разочарованно вытянулась.

— Учебник латыни?

 — Он тебе пригодится в школе для мальчиков! — торжественно пояснила леди Аттвуд и, просияв, добавила: — Правда чудесно? Мы можем начать подготовку к занятиям здесь, дома, чтобы ты чувствовал себя уверенно на новом месте! Латынь — один из самых важных предметов в школе.

Томас помрачнел и, нахохлившись, промолчал. Его отец нахмурился, а леди Аттвуд уже вручала следующий подарок.

— Хлоя, а это тебе.

Девочка с опаской взглянула на красивую коробочку, перевязанную лентой, и неохотно потянула за бантик.

— Пяльцы для вышивания и набор ниток, — кисло проговорила, заглянув внутрь и не сделав даже попытки достать подарок.

Леди Аттвуд снова захлопала в ладоши, и я впервые обратила внимание, как нервно дергается на ее виске тонкая жилка.

— Мы сможем вышивать по вечерам! Заменим этим чтение. Только ты и я, ну разве не прекрасно?

Хлоя побледнела от подобных перспектив и отбросила от себя коробку, как змею.

— Да ни за что!

Таркер нахмурился и успокаивающе проговорил:

— Хлоя, тише. — Он повернулся в сторону своей невесты. — Леди Аттвуд, мы благодарны вам за знаки внимания, но…

Та сделала вид, что не заметила ни пренебрежительного жеста девочки, ни слов ее отца, и подхватила с подноса последний, самый маленький сверток. Ее торопливые действия в сочетании с улыбкой, временами походящей на маску, вызывали ассоциации с актером, вынужденным играть по сценарию, когда другие импровизируют. Я склонила голову набок, рассматривая леди Аттвуд более внимательно.

— Лорд Таркер, для вас я тоже подготовила небольшой сюрприз! — трепетно сказала она. — Надеюсь, вам понравится эта безделушка.

Таркер раздраженно оборвал сам себя и, вынужденный проявить вежливость, которую, очевидно, впитал с молоком матери, принял сверток из рук невесты. Его длинные пальцы легко сорвали обертку. В желтоватом свете люстры тускло блеснул фигурка из черного оникса.

— Я не могла пройти мимо, — с неестественным восторгом пояснила леди Аттвуд. — Он сразу напомнил мне вас!

Взгляды всех присутствующих медленно скрестились на фигурке толстого кота, развалившегося в самой ленивой позе, а затем переместились на Таркера, хмуро поджавшего губы.

— Благодарю, леди Аттвуд, — холодно промолвил он. — Мне еще не делали комплимента прекраснее.

Я невольно хрюкнула от смеха и поспешно прикрыла рот ладонью. Таркер, заметивший мой маневр, взглянул на меня с ледяным неодобрением.

— Мне кажется, кот не очень-то похож на папу…— простодушно протянул Томас.

Его голос тут же был заглушен словами вовремя сориентировавшегося Баррета.

— Ужин подан, милорд!

— Не будем заставлять слуг ждать, — откликнулся Таркер и сухо добавил: — Леди Аттвуд, я приятно поражен заботой, которую вы решили проявить о моей семье.

Я не спускала глаз с его невесты, поэтому заметила тот короткий, едва заметный миг, когда ее маска дала трещину. Всего лишь на пару мгновений на лице леди Аттвуд проступили удивление и досада, но тут же исчезли. Я хмыкнула. Пожалуй, тут не только я веду свою игру.

Я замешкалась у порога и, похоже, вовремя. Моего локтя легонько коснулась рука Таркера.

— После ужина зайдите ко мне в кабинет, — едва слышно сказал он. — Мне нужно с вами поговорить.

ГЛАВА 10

Кабинет встретил меня тишиной и слабым светом небольшого абажура на столе. Я бесшумно прошла по толстому ковру с высоким ворсом и опустилась в кресло. Сложив руки на коленях, я некоторое время просидела, как пай-девочка, уткнувшись в темноту за незашторенным окном, а затем с любопытством покосилась на стопку книг, неустойчивой башней венчающей угол стола.

Я опасливо обернулась на дверь. В конце концов, Таркер сам попросил подождать его. Едва ли он тем самым разрешил копаться в своих вещах, но… Эх, была не была!

Совесть попыталась что-то пропищать, а затем махнула рукой. Я вскочила с места и жадно потянулась к книгам. Зависнув над столом, я трепетно обвела пальцем незнакомую вязь названия. На долю секунды я занервничала, испугавшись, что умение читать не входило в базовую комплектацию этого тела, доставшегося мне случайно, но переживания оказались напрасны.

— История ведьмовства, — вслух прочла я.

Уже гораздо увереннее, с чувством собственной правоты я зашуршала страницами. Взгляд то и дело цеплялся за незнакомые термины, выведенные на латыни, и рисунки трав.

— Я почему-то был уверен, что могу не переживать за вас. Вы всегда найдете, чем скрасить свою скуку.

Я вздрогнула и резко обернулась. Таркер, прикрывающий дверь, усмехнулся и кивнул на книги.

— Кажется, вы не привыкли спрашивать разрешения.

Я пожала плечами, не думая откладывать книгу в сторону.

— Мне подумалось, что для меня. — Я демонстративно не отрывала взгляда от витиеватых строчек, делая вид, что погружена в чтение. — Или вы сами решили податься в ведьмы? Бьюсь об заклад, вас признают проф. непригодным.

Таркер хмыкнул.

— Мне неприятно произносить это вслух, но вы правы.

Я чуть приподняла бровь.

— Что ведьмовское сообщество вас не признает?

Таркер приблизился ко мне и, склонившись к столу, быстрым и уверенным движением сложил в стопку все разворошенные мною книги.

— Нет, что это, — его ладонь легла на верхний том в темно-коричневом кожаном переплете, — ваше. Временно, конечно.

— Конечно, — рассеянно согласилась я и потянулась к своему сокровищу.

Моя рука повисла в воздухе. Таркер ловко отодвинул книги в сторону.

— Сегодня полнолуние, — зачем-то вежливо сообщил он мне.

— Чудесная новость, — в том ему ответила я. — Вы именно это хотели обсудить?

Не знаю, как у Таркера, а в моей собственной голове мысли скакали, точно толпа испуганных зайцев. Я лихорадочно искала момент, чтобы заговорить о графе Рейсе, и не находила его.

— В каком-то смысле, да, — легко согласился Таркер, чем удивил меня. — Ваше слово ничего не значит, пока вы не пройдете ведьмовское крещение. Сегодняшняя ночь подходит как нельзя лучше. Или нам придется отложить это мероприятие на месяц, что нежелательно. Вы не сможете принять фамильяра, не вступив в полноценную силу.

Я потрясенно оглядела себя с головы до ног.

— Вы предлагаете отправиться… куда-то прямо сейчас? Может быть, мне стоит переодеться в более подходящую для путешествия одежду?

Таркер тоже окинул меня долгим оценивающим взглядом. Его глаза чуть сощурились.

— Боюсь вас оскорбить, леди Рейс, но одежда вам совершенно не понадобится.

Я распахнула рот, подумала и закрыла его. Выдавать скабрезность сейчас — значит подставиться. Вместо этого я подошла к окну и посмотрела на темный сад, купающийся в жемчужном свете полной луны.

— Ладно. И где состоится это крещение?

— Достаточно далеко отсюда. Но нам не придется добираться слишком долго.

— Вот как?

— Драконы быстро летают.

Догадка, обжегшая меня, заставила мрачно вскинуть голову.

— Судя по вашему замечанию, я проделаю этот путь на вашей спине?

Таркер оставался все таким же невозмутимым, но его скулы мазнул румянец.

— Имеете что-то против?

Я подумала, прикинула возможные язвительные варианты ответа и просто покачала головой.

— Отлично, тогда идемте. Книги заберете, когда вернемся.

«Утром деньги, вечером стулья», — вспомнилось мне. Я бережно провела ладонью по верхней книге. Почему-то расставаться с возможностью приобрести знания о своей природе отчаянно не хотелось. Что-то внутри буквально кричало о том, чтобы подхватить книги и утащить к себе в норку. Мне пришлось тряхнуть головой. Конечно, лишние знания не повредят, но вообще-то меня больше интересуют описание ритуала обмена душами. Сомневаюсь, что я найду что-то похожее в этой стопке.

— Леди Рейс?

Я обернулась.

— Да, простите. Задумалась.

— Понимаю.

Таркер распахнул дверь и выразительно мне кивнул, придерживая ручку. Я нахмурилась.

— А разве мы…

— Вы предлагаете обернуться в стенах поместья и вылететь из него, перебудив всех вокруг?

Воображение тут же нарисовало картинку, где Таркер в образе дракона нарезает круги вокруг башни, а я выглядываю в окошко и машу ему платочком, как какая-нибудь принцесса. На заднем фоне шумят перепуганные слуги и возмущается проснувшаяся леди Аттвуд. Я поморщилась.

— Полагаю, это не самая лучшая идея. Нам следует покинуть дом незамеченными.

Губы Таркера дрогнули в подобии улыбки.

— Впервые за долгое время я согласен с вами, леди Рейс.

Мы спустились по парадной лестнице, стараясь не шуметь, а затем проскользнули в коридор для слуг. Миновав кухню, мы вышли через черный ход. К счастью, на пути нам никто не попался. Признаться, я оказалась этим даже немного разочарована. Мне до смерти было любопытно, какое оправдание придумал Таркер для наших ночных прогулок.

Шуршание гравия вскоре сменилось непривычной тишиной: мы свернули к лесу. Вытоптанная тропа петляла, по обе стороны от нее темно-зеленым болотом простиралось поле. Беззвездное чернично-синее небо бархатным куполом раскинулось над нашими головами, и свет полной белой луны серебрил молодую сочную траву.

— А в чем заключается это самое крещение?

Я старалась не отставать от Таркера, что было нелегко: его шаг был почти вдвое длиннее моего.

— Вы принимаете свою суть. Не волнуйтесь, это просто ритуал.

Я хмыкнула. Сдается мне, с этой фразы начинается большая часть неприятностей в этом мире.

— А это больно?

Таркер обернулся через плечо. На его губах мелькнула усмешка.

— Нет, в отличие от магического ритуала, через который вам уже довелось пройти, это совершенно безопасно и не доставит никакого дискомфорта.

Мне хотелось выпалить: «К слову об этом. Мне вовсе не доступна ледяная магия», но язык привычно онемел, а перед глазами замелькали черные мошки. Проклятая защита мира! Ну кто ее придумал?

Таркер неправильно расценил мое молчание и сопутствующее ему гневное сопение.

— Мы уже почти пришли. Здесь есть отличная поляна, с которой я смогу беспрепятственно подняться в воздух.

Я задышала ртом, стараясь восстановить потерянное равновесие, и, как только ко мне вернулось зрение, решилась.

— Лорд Таркер, я тоже хотела с вами кое-о-чем поговорить.

Он заинтересованно обернулся.

— Что-то важное? Это может подождать?

Я сделала вид, что призадумалась, но потом честно ответила:

— Боюсь, что нет.

— Вам удалось меня заинтриговать.

Таркер действительно сбавил шаг. Узкая тропа не позволяла нам идти рядом, но он часто оборачивался, чтобы взглянуть на меня. Его плечи, стянутые пиджаком, напряглись, но, судя по выражению лица, он не ждал от меня никаких шокирующих новостей.

Зря! Я умею удивлять.

— Как вы знаете, я была приставлена к вашим детям в качестве гувернантки по приказу Его Величества.

Холодный свет луны скользнул по лицу Таркера, выбелив его и придав сходства с каким-то вырезанным из мрамора греческим красавцем-Богом.

— Да, я помню об этом. Вы проверяете, не страдаю ли я провалами памяти?

— Если кто ими и страдает, так это я.

— Простите?

Таркер все-таки остановился и сделал это так резко, что я, не успев сориентироваться, врезалась носом в его грудь и, охнув, отпрянула на шаг назад.

— Леди Рейс, с вами все в порядке?

— Пока да, — придушенно ответила я, потирая место ушиба. — Но не уверена, что будет также, когда я вам кое-в-чем сознаюсь.

Таркер чуть склонил голову набок и оперся на выставленную вперед ногу.

— Полагаю, вы достаточно подогрели интерес к своему признанию. Что вы хотите сказать?

Я набрала в грудь побольше воздуха, но из горла все равно вырвался едва слышный писк. Таркер непонимающе нахмурился. Мне пришлось откашляться и повторить уже громче.

— Отец приказал мне использовать ледяную магию против ваших детей.

В Таркере что-то неуловимо изменилось: высокие скулы стали еще острее, а прищуренные глаза потемнели.

— Вероятно, я неправильно вас понял… Что вам приказали сделать?

От его вкрадчивого тона, в котором без труда угадывалась ледяная угроза, у меня по спине поползли мурашки. Я попятилась и замахала руками, будто пытаясь остановить несущийся на всех парах поезд.

— Напоминаю, что ваши дети живы и здоровы! Я их и пальцем не тронула.

Казалось, Таркер остался стоять на месте, но стоило мне моргнуть, и он оказался совсем рядом. Под воротник платья холодной змеей заполз страх: я впервые по-настоящему испугалась в этом мире. Возможно, начать откровенничать все же было не самой лучшей идеей?

Носок туфельки зацепился за какой-то камень и, громко выругавшись, я приземлилась на пятую точку. Боль тут же отрезвила, вытеснив собой панику. Поджав губы, я сложила руки на груди и мрачно поинтересовалась у нависшего надо мной Таркера:

— Ну и что теперь? Сожрете или испепелите?

Он изумленно моргнул. Его зрачок вытянулся.

«Ну-с, что за шум, а драки нет? А, снова ведьмочка! И почему я не удивлен?»

Я с трудом удержалась от того, чтобы не показать язык невидимому дракону. Его беззаботность раздражала до зубовного скрежета.

— Почему вы сказали мне об этом только сейчас?

— Хороший вопрос, — похвалила я и призадумалась. — Если я отвечу, что вспомнила об этом буквально сегодня, вы сочтете меня странной?

Таркер замешкался с ответом, прожигая меня полным подозрений взглядом. Повисшую тишину ночи вдруг разрезал хрипловатый смех. Он исходил от моего молчавшего собеседника: дракон внутри него развеселился не на шутку.

«Так его, так, этого скучного сноба!»

Я растерянно почесала за ухом. С тем, что у Таркера раздвоение личности, я уже смирилась, а вот то, что его личности конфликтуют между собой, стало для меня открытием.

— Я ехала в ваш дом, чтобы исполнить миссию, возложенную на меня отцом, но… — язык стал неметь, и мне пришлось торопливо выплюнуть: — Авария все изменила.

— Авария? — зачем-то уточнил Таркер.

По его виду было совершенно непонятно, как он реагирует на мои слова. Я поморщилась. Выразиться яснее мне было боязно: только обморока не хватало в этой ситуации.

— Да, — я энергично кивнула. — Столкнувшись со смертью, я многое поняла. Можно сказать, стала другим человеком.

Легкие сдавило, и я опасливо напряглась, ожидая падения в темноту, но мне повезло: пронесло. Таркер тоже не торопился сжирать меня заживо или превращать в тлеющие угли. Правда, руки он мне тоже не подал. Мы так и застыли с ним в странной пантомиме: я на холодной земле с задранной до колен юбкой, и он — само воплощение невозмутимой Фемиды. Правда, подрагивающие сжимающиеся и разжимающиеся пальцы подсказывали, что ему не так-то легко держать себя в руках и погибель от драконьих клыков все еще вполне вероятна.

— Честно говоря, ваша логика, леди Рейс, и прежде поражала меня, но сейчас она и вовсе ставит в тупик. Почему бы просто не признаться, что вы прониклись к моим детям теплыми чувствами, а не ссылаться на потерю памяти?

— Вы задаете очень хорошие вопросы! — похвалила я и с надеждой воззрилась на него снизу вверх. — А сами как думаете?

Он чуть помедлил с ответом:

— Сдается мне, вы ведете свою, весьма опасную игру.

Я разочарованно цокнула языком.

— Тьфу на вас и ваше умение находить причинно-следственные связи, — мрачно сказала я и потребовала: — Помогите мне подняться, если не собираетесь убивать. А если собираетесь, то не тяните! Ночь коротка, вы не успеете спрятать труп.

И вновь тишину сотряс совершенно неприличный громкий гогот дракона.

«Я скорее откушу себе язык, чем позволю тебя обидеть! Ему придется сбегать домой за револьвером».

Мой взгляд, направленный на Таркера, потеплел. Пожалуй, мы бы могли найти общий язык с этим драконом. Правда, он все-таки нуждается в наморднике…

— Перестаньте на меня так смотреть, — сухо попросил Таркер и протянул мне руку. — Что ж, в одном вы правы: ночь коротка. — Он рывком поднял меня на ноги. — Идемте.

Я, разинув рот, наблюдала за тем, как он, отвернувшись, продолжил путь.

— А как насчет… поговорить? — все еще не теряя надежды навести его на нужную мысль, крикнула я. — Разве вас не напрягает странности в моем поведении?

— Безусловно, — коротко бросил он.

Мне оставалось только гневно засопеть и зашагать следом. Вот и выяснили отношения. До чего же скучные эти аристократы!

«Снова ничего», — раздосадовано вздохнул дракон, и я невольно ему посочувствовала.

Понятия не имею, что он имел в виду, но всей душой разделяю его негодование.

Мы прошли еще немного и оказались на просторной поляне, окаймленной шумящими на ветру кронами деревьев.

— Держитесь пока от меня на расстоянии, — коротко приказал Таркер и добавил: — Надеюсь, что увиденное не оскорбит вас в лучших чувствах.

В его голосе явно проскользнул сарказм, и я недоверчиво подняла голову: неужели маска невозмутимого лорда дала трещину?

Не споря, я отошла немного в сторону. В свете полной луны я отчетливо увидела, как Таркер повернулся ко мне спиной, а затем скинул с себя пиджак. Не удовлетворившись этим, он вскоре сбросил с себя и рубашку, оголив крепкие мышцы рук и спины, и потянулся к ремню на брюках.

— Не припомню, чтобы стриптиз входил в нашу экскурсионную программу, — буркнула я себе под нос, но отворачиваться не стала.

В конце концов, меня никто и не просил! Подозреваю, что моя реакция мало напомнила ту, что должна была продемонстрировать невинная леди, но я ею и не являлась.

Впрочем, полюбоваться на красивое обнаженное мужское тело мне все равно не дали. Короткая вспышка ослепила и заставила прикрыть глаза, а когда я их снова распахнула, я едва удержалась на ногах. Передо мной стоял огромный дракон! В лучах луны его чешуя ярко-красного цвета казалось темно-багровой, как запекшаяся кровь. Шипастая голова, венчающая мощную шею, смотрела прямо на меня, и в вертикальных зрачках я отчетливо различила легкую насмешку.

«Ну как, впечатлена?»

Словно красуясь, дракон переступил с ноги на ногу, а затем раскрыл кожистые крылья и поднял такой ветер, что я вскинула руку и прикрыла лицо он поднявшейся пыли. Заметив мой жест, дракон сложил крылья и выставил вперед грудную клетку. Чешуя, имевшая каплевидную форму, была здесь немного плотнее, чем на остальном теле.

«Что скажешь?»

Я, совладав с трясущимися коленями, нацепила на лицо самое уверенное выражение и, важно заложив руки за спину, обошла дракона.

— Ноги чуть коротковаты, а крылья чересчур широкие, — вынесла вердикт я. — Но в целом вполне ничего.

Когда вертикальные глаза вспыхнули огнем, а с красного носа сорвался сноп искр, испепеливших ближайший куст, я вспомнила, что шутить с драконами небезопасно, и застыла, торопливо шаря взглядом по поляне в поисках укрытия. Все тот же хриплый лающий смех остановил бег моих суматошных мыслей и заставил выпрямить спину.

«Тоже мне эксперт драконьей красоты! — фыркнул он. — Я, может быть, тоже хотел бы ведьму помясистее».

— Это в каких целях? — с подозрением поинтересовалась я, отдвигаясь. — В эстетических или гастрономических?

«Гадай теперь! — не без злорадства откликнулся дракон и опустил одно крыло на землю. — Забирайся, нам пора».

Подрагивающее крыло мало напоминало самолетный трап, но выбора все равно не было.

ГЛАВА 11

Лес подо мной стремительно удалялся, становясь все меньшее, пока вовсе не превратился в черную точку среди темного болота полей, прочерченных блестящим серебром рек. Дракон резко набрал высоту и принялся петлять среди облаков, беря то влево, то вправо. Создавалось впечатление, что он красуется передо мной или показывает все, что умеет. Его рванный полет больше всего напоминал поездку на американских горках, и сердце от этих скачков постоянно замирало, а уши закладывало. После очередного резкого поворота, когда мне чудом удалось удержаться на драконьем хребте, я пришла к выводу, что это все-таки мелочная месть за мой неудачный комплимент. Кто бы мог подумать, что огромная зверюга окажется такой ранимой!

— Ладно-ладно! — прокричала я, но ветер бросил мне в лицо мои же слова. — Я все поняла, заканчивай воспитательную лекцию!

Дракон хохотнул и как кошка дернул хвостом (его острый конец ударил по покрытому чешуей горячему боку, совсем рядом со мной), а затем пошел на снижение. Вернее сказать, он просто камнем рухнул вниз, сложив крылья, как пацифист руки при виде оружия. Я тут же прикрыла слезящиеся глаза и намертво вцепилась в шип на спине дракона, буквально кожей чувствуя всю мимолетность каждого мгновения этой жизни. Воображение не преминуло нарисовать картину расплющенной кроваво-красной лепешки — дракона, похоронившего меня вместе с собой. В голове, в лучших традициях жанра, уже стали проносится картины из детства, когда я не своим голосом заорала:

 — Ты что творишь, ящерица хвостатая?!

Дракон замедлился.

«Что, страшно?» — с насмешкой поинтересовался он.

— Нет, — заверила я. — Очень весело! И чем яснее я представляю картину собственных поминок, тем все веселее и веселее! Тебе с того света открытку прислать или во сне навестить?

Видимо, угроза возымела свое воздействие, потому что дракон заработал крыльями и выровнял полет. Совсем рядом раздался странный рокот, и подняв глаза я обомлела: перед нами высился водопад. В свете луны хрустальные брызги сверкали, как россыпь драгоценных камней, и я, не удержавшись, свесилась с драконьей спины и попыталась зачерпнуть ладонью из округлой чаши озера, куда срывался столб воды.

«Сверзишься», — беззлобно предупредили меня, но великодушно опустились еще ниже. Я успела заметить белые кувшинки, прячущиеся на краю озера, а затем вода пошла рябью от внезапно поднявшегося ветра — дракон усиленно заработал крыльями, легко поднимаясь вверх.

Я проводила и водопад, и кувшинки разочарованным взглядом. Мне как ребенку хотелось захватить с собой сувенир на память об этом красивом месте, но я понимала, как глупо это выглядит со стороны.

Дракон больше не куражился, и я начала получать удовольствие от полета. Подняв голову, я прикрыла глаза, растворяясь в обманчивой тишине ночи. Даже сквозь сомкнутые веки я чувствовала неяркое сияние луны, и это наполняло меня неведанным предвкушением. Кожа покрылась мурашками, а сами чувства обострились во много раз. Я особенно ярко ощутила волшебную красоту этого мига: ветер развевает волосы, лунный свет ласкает кожу, а дракон подо мной излучает тепло, согревая меня и даря ощущение единения с ним. Прямо перед нами раскинулись перистые облака, в которых изредка, будто актриса в закулисье, кокетливо скрывалась луна.

 — Свобода, — прошептала я и раскинула руки, словно птица.

В ответ я получила негромкое, похожее на кошачье мурчание. Губы дрогнули в улыбке. Пожалуй, дракон все больше напоминает мне кошку: большую, своевольную кошку. Разве что когти у него были поострее.

Мы почти миновали горный хребет и резко устремились вниз. Сощурившись, я рассмотрела округлую площадку среди отвесных скал. Драконьи когти вспороли каменистую землю: удар вышел ощутимым, и я едва кубарем скатилась вниз.

— Над посадкой придется еще поработать, — откашливаясь от земляной пыли, сказала я.

Дракон оскорбленно хмыкнул, но, к моему удивлению, спорить не стал. Он вскинул голову к небу, взглянув на луну, как на часы, и грозно повернулся ко мне. Я даже отпрянула, опасаясь, что он сейчас на меня наступит.

— Какой у нас план?

«Видишь озеро?»

В десятке шагов от меня, среди скал, действительно виднелась небольшая каменная чаша, выдолбленная водой за многие-многие сотни лет. В ней собиралась талая вода с ледников гор и били подземные ключи. В ночи озеро казалось черной, немного колеблющейся точкой.

— Да.

«Тогда раздевайся и вперед купаться».

У меня в буквальном смысле отвисла челюсть.

— Знаешь, что-то я не наблюдаю в себе порыва к нудизму. Может, в следующий раз? Состыкуем все с моим биоритмом и с нужной фазой Меркурия. А то, знаешь ли, у него сейчас ретроградные дни.

Дракон нахмурился. Один из шипов на лбу смешно съехал вниз, и я едва сумела спрятать улыбку.

«Не слышал о таких днях. Надеюсь, это не сильно опасно».

Я почти успела умилиться его заботе, как он деловито продолжил:

«Но окунуться все равно придется».

Я обернулась в сторону озера.

— Просто окунуться? В этом состоит ритуал?

«Да, так все и происходит во время ведьмовского крещения. Тебе нужно войти в воду обнаженной, оказаться в отражении луны и постараться призвать свою силу».

— Как призвать?

«Просто расслабься. Чутье подскажет».

Я тяжело вздохнула и потребовала:

— Отвернись!

«Да чего я там не видел?» — не очень естественно возмутился дракон.

— Либо ты извращенец, который подглядывает за самками другого вида, либо ты там ничего не видел, — отрезала я. — В обоих случаях сверкать голыми телесами перед зрителями я не намерена.

Дракон закатил глаза, фыркнул, но послушно повернулся ко мне хвостом, бухнув им о каменное основание ближайшей пещеры.

Я не смущалась дракона, но мне не хотелось, чтобы в памяти Таркера осели картинки с моей наготой.

— Лорд Таркер слышит нас, верно? — вдруг спросила я, чувствуя себя очень глупо.

Дракон сидел как человек, чуть ссутулившись и на задних лапах. Он кивнул, не оборачиваясь.

«Да, когда ты говоришь вслух. И он видит то же, что и я».

Я задумчиво склонила голову вбок, принимая это к сведению, и торопливо разделась, подрагивая на ночном ветру. Ночь выдалась теплой, но в горах было ощутимо холоднее, чем в окрестностях поместья. Осторожно ступая босыми ногами, я перешагнула через островок одежды и зашагала к озеру. В его подрагивающих водах мерцала лунная дорожка, уходящая к самому горизонту. Я сделала глубокий вдох, а затем решилась.

— Оу, как холодно!

«Считай, что закаляешься», — посоветовали мне с берега.

В этот раз даже не язвительно.

Глубина началась почти сразу, поэтому я спешно заработала руками и ногами, гребя в сторону танцующей в воде серебряной луны. Лишь оказавшись в ее центре, я остановилась и выдохнула с облегчением: от взятого темпа легкие горели огнем, зато тело перестало дрожать от холода. Я задрала голову, всматриваясь в небо и не понимая, что делать дальше. Призвать силу? Как, черт возьми, это делается? Почему бы не выпустить руководство по ведьмовской магии для чайников и…

Я не успела мысленно закончить свою гневную мысль. Тело словно пронзило током. Я дернулась, ушла под воду и спустя пару секунд вынырнула обратно, судорожно отплевываясь.

С берега я услышала успокаивающее порыкивание дракона.

«Все хорошо, доверься себе».

— Я себе доверяю, а вот этому течению — не особо!

Мое возмущение вызвало лишь фырканье. Впрочем, я не придала ему значения, потому что мое тело вновь пронзили странные, пугающие ощущения. В этот раз я постаралась с ходу не отвергнуть их, а прислушаться к ним.

Казалось, из самых недр земли к моим дергающимся в воде ногам поднялся луч света. Он прорезал темное озеро золотой вспышкой и полностью ушел в меня, заставив содрогнуться. Пульсирующий огонь внутри, который я прежде не замечала, вдруг вспыхнул, будто кто-то полил мокрые дрова бензином и поднес спичку. Я растопырила руки, потому что в пальцы тоже ударило золотистое свечение. Больше всего я напоминала распростертую на воде лягушку, но в этот момент мне было не до эстетики. Все тело плавилось, оно горело огнем, и я, испугавшись, закричала.

«Не сопротивляйся».

Я протестующе мотнула головой, желая сказать, что вовсе не сопротивляюсь, но не удержалась на поверхности и снова ушла под воду. Меня с силой потянуло ко дну, словно кто-то принялся натягивать веревку. Барахтаясь, я распахнула глаза. Золотистое сияние обступило меня со всех сторон. Оно невидимыми нитями оседало на моей коже, а затем просачивалось внутрь, чтобы свернувшимся огнем пригреться на груди, совсем рядом с сердцем. Последний луч света заплясал перед моим лицом, и я отвернулась, боясь, что он ослепит меня. Я попыталась всплыть, но что-то держало меня. В легких почти не осталось воздуха, и я распахнула рот в безмолвном крике. Из него вырвались пузырьки, исчезнувшие в ярком золотистом блеске. Последняя золотая нить скользнула в меня через приоткрытые губы и растворилась, уносясь по венам.

Незримая хватка исчезла, будто державшие меня путы распались. Я суматошно загребла руками и ногами. Поверхность встретила меня ночной тишиной, свежим воздухом и запахом воды. Я, кашляя, делала один жадный вздох за другим. Тело сотрясала дрожь, но вместе с ней я чувствовала силу. Прикрыв глаза, я тут же нашла ее источник: золотистый огонь в груди, который тонкими нитями разбегается по всему телу. Особенно остро он чувствовался на кончиках пальцев. Мне потребовалось всего мгновение, чтобы понять: это и есть моя магия. На душе стало легко-легко, и я рассмеялась.

«Жива? Греби назад, ведьма, пора выполнять условие сделки».

Я послушно направилась к берегу. Уже там, стуча зубами от холода и торопливо натягивая на себя одежду, я спросила:

— Что дальше?

Дракон, забавно прикрывая глаза растопыренной лапой с когтями, обернулся. Убедившись, что я привела себя в порядок, он довольно развернулся ко мне уже всем телом, снова бухнув хвостом и задев какой-то огромный валун. Камень, лежащий здесь, возможно, сотню лет, треснул пополам. Кажется, мне досталась не самая грациозная зверушка. Это с лихвой компенсируется чувством юмора.

«Теперь мы можем заключить настоящий союз. Призови меня».

Наверное, у меня вытянулось лицо, потому что дракон закатил глаза, точь-в-точь как моя учительница математики, когда я честно признавалась, что даже не представляю, как приступить к сложному уравнению.

«Скажи, что ищешь фамильяра — собрата по магии. Слова не так важны. Твоя душа, твоя природа все сделают сами».

Я помолчала, собираясь с мыслями. Признаться, так глупо я себя уже давно не чувствовала.

— Я ищу фамильяра, — тупо повторила я, и в этот миг что-то в голове щелкнуло. С языка само собой сорвалось: — Приди тот, кто станет защищать меня. Кто разделит со мной тяжесть дара и не оставит в дороге, какой бы сложной она ни оказалась. Сделает сильнее, чем я сейчас.

«Хорошие условия, — одобрил дракон. Из его ноздрей сорвался горячий пар, а кошачьи глаза сверкнули, когда он продолжил: — Я принимаю твой зов, ведьма. Отныне куда ты, туда и я. Моя мощь — твой оберег, моя магия — твоя сила».

Повинуясь импульсу, я осторожно дотронулась до горячего бока дракона.

— Мой огонь — твой огонь, — тихо выдохнула я.

«Одно пламя на двоих», — серьезно подтвердил он.

Где-то над нашими головами прогремел гром. Темное небо разрезала такая яркая молния, что я испуганно дернулась.

— Это… нормально?

«Да, нас услышали. Но мы еще не закончили».

— Что дальше?

До меня донеслось неразборчивое «придется потерпеть».

Я с подозрением взглянула на него.

— Что ты имеешь в …

Договорить я не успела. Дракон потрогал когтем ближайший острый выступ на скале и, не мешкая, что есть силы долбанул по нему лапой.

Я удивленно крякнула, впервые столкнувшись с попыткой себя покалечить. Вот только драконью чешую так просто было не пробить: несчастный выступ рассыпался, а дракон разочарованно цокнул языком: на его лапе не осталось ни царапины.

«У, как неудачно! У тебя ножа нет?» — деловито поинтересовался он.

Я невольно отступила: от психов стоит держаться подальше.

— Ни ножа, ни револьвера, — честно призналась я, окидывая пустынную площадку цепким взглядом на предмет укрытия. Кто знает, что задумал этот сумасшедший? — А ты уверен, что суицид — это выход? Может, поговорим?

Дракон удивленно моргнул, а затем раздраженно отмахнулся.

«Некогда мне тут разговаривать. Ночь на исходе. О, придумал!»

На моих глазах он поднес к пасти лапу и… прокусил ее. На алой чешуе выступила черная вязкая кровь. При виде нее в мою голову стали закрадываться нехорошие подозрения. Я насупилась.

— Ты учти, договор на крови заключать не буду и калечить себя не стану.

«И не нужно. Вот, вылечи меня».

Мне под нос ткнулась многострадальная лапа с кровоточащей раной. От запаха крови в голове зашумело, а перед глазами замелькали черные мошки. Я словно куда-то падала… Мне удалось взять себя в руки. Вспыхнувший в груди шар золотистого света унялся, но его нити устремились к кончикам пальцев, и подушечки кольнуло нетерпеливым зудом.

Я отодвинулась от лапы (убрать лапу от себя было попросту невозможно) и сухо поинтересовалась:

— Мы что тут с тобой, в больницу играем? Что за шутки? Хочешь убиться, делай это нормально и в мое отсутствие!

Дракон закатил глаза. В его мыслях явно промелькнуло что-то насчет женской логики и ума. Я грозно прищурилась.

«Наша магия должна признать друг друга. Ты залечишь мою рану, и это станет началом нашей связи».

Я все еще с сомнением покосилась на небольшую, но глубокую рану на лапе и покачала головой. Что ж, ему виднее… Я слишком сильно хочу обрести возможность мысленно разговаривать со второй ипостасью Таркера, чтобы привередничать. И все же, я не удержалась от подколки. Она сама сорвалась с губ, прежде чем я успела прикусить язык.

— А хвост слабо отгрызть?

Дракон всерьез задумался и стал что-то прикидывать в уме.

«Слабо, — наконец признался он. — Он помогает держать равновесие в воздухе и без него я в небо не поднимусь. А ты только приняла крещение, своей силой еще не умеешь управлять. Пришьешь криво хвост, и мы с тобой тут зазимуем».

— Так себе перспектива, — вынужденно согласилась.

Дракон кивнул и нетерпеливо потряс лапой перед моим лицом. На туфли рухнула огромная черная капля, и я поморщилась: в нос ударил тяжелый запах крови. Понятия не имея, что делать, я постаралась, как и в прошлый раз, довериться инстинкту. Моя ладонь легла поверх драконьей лапы. Сгусток света внутри занервничал, заплясал, опаляя меня жаром огня. Заинтригованная морда дракона (клянусь, именно заинтригованная!) отвлекала, поэтому я прикрыла глаза, чтобы сосредоточиться. Кончики пальцев закололо да так сильно, что я охнула от неожиданности. Золотистые нити, сорвавшиеся с моих ладоней, легли на рану, как швы. Кожа принялась быстро стягиваться, а рана уменьшаться, пока не исчезла вовсе. Мгновение, и мы с драконом уставились на целехонькую, отливающую в темноте тусклым багрянцем чешую.

«Неплохо, — довольно резюмировал дракон. — А ты даровитая!»

Я не нашлась с ответом. По телу расползлась такая слабость, что я, не устояв на ногах, рухнула на колени. Дракон торопливо подставил крыло, смягчив удар.

«Только сил не рассчитываешь, — наставительно заметил он. — Палишь из пушки там, где можно обойтись ружьем».

В горле стало сухо, я сглотнула и с трудом выдохнула:

— Теперь все?

 «Нет пока. Моя очередь», — ответил он, и в его голосе мне почудилась угроза.

Осторожно высвободив крыло, на которое я уселась, он отступил на несколько шагов и, будто прицеливаясь, медленно опустил голову, а затем повел ею влево-вправо. Я не на шутку встревожилась.

— Ты что задумал?

Его мощная грудь вдруг раздулась, и я, догадываясь, чем это грозит, вскочила с места, намереваясь с визгом драпануть в сторону озера. Не успела.

Обжигающее желтовато-оранжевое пламя вырвалось из драконьей пасти и, сметая все на своем пути, устремилось ко мне. Мозг послал сигнал SOS и отключился, не забыв торжественно со мной попрощаться. Я закрыла глаза, понимая, что никак иначе не смогу себя защитить.

«Не бойся! Это быстро».

Я еще успела подумать, что какой заботливый мне попался убийца, а затем моего лица коснулось что-то теплое, но не обжигающее. Растерянно замерев, я осторожно приоткрыла один глаз, затем другой, а потом торопливо ощупала себя: цела и даже невредима.

«Трусишка, — беззлобно фыркнул дракон. — Ты приняла мою магию. Теперь мое пламя безопасно для тебя».

Я потрясенно огляделась: мое тело как кокон облепило пламя. Оно колыхалось от моих движений и больше всего напоминало жидкую лаву, по какой-то случайности не причиняющую мне вреда. Ярко-желтый свет больно резал по глазам, и я сощурилась. Как зачарованная, я осторожно дотронулась до капель жидкого огня, любуясь, как он переливается золотом в холодных лучах луны. Зачерпнув горсть, я подула на ладонь, и капли шипящими искрами брызнули под ноги.

Фырканье дракона отвлекло, заставив забыть об игрушках. Я вспомнило, что случилось.

«Дурак! Я же чуть не умерла от страха!»

«Но не умерла же, — лениво отозвался дракон, и в голове невольно пронеслось «вот как убьют, приходите».

А затем меня осенило.

«Подожди-подожди! Ты слышишь мои мысли?»

«Да, как свои».

Я едва удержалась, чтобы не захлопать в ладоши. Пламя, окутавшее меня, лопнуло, как мыльный пузырь, и я вышла из импровизированного круга — искры оставили на земле черный след.

— Прекрасно! — радостно воскликнула я. — Тогда у меня для тебя кое-что есть!

ГЛАВА 12

«Хочешь, подлетим к водопаду поближе, и ты сорвешь кувшинку? Я видел, что они тебе понравились».

«Не хочу».

«Ты так и будешь злиться?»

«Это мой план на ближайшие пару лет».

«Ну брось, я-то тут при чем? Разве я виноват, что Таркер такой остолоп и не слышит мыслей собственного дракона? Я, между прочим, в этой ситуации пострадавшая сторона!»

Я смерила шипастую голову «пострадавшей стороны» мрачным взглядом и молча нахохлилась: к утру холодало. Впрочем, возможно, я мерзла по другой причине: давало о себе знать горькое разочарование, которое ледяной пустотой осело в душе.

Мои надежды рухнули. В утешение можно было сказать себе, что я сделала все, что смогла, но это не особо помогало. Таркер действительно не слышал мыслей своего дракона, и, если я правильно поняла, это нонсенс, на который повезло напороться именно мне.

«Ты сделала верный вывод».

Я поморщилась. Кажется, теперь придется привыкнуть к тому, что в моей голове окопался один весьма навязчивый дракон.

«Я никогда не навязываюсь! Тактичность — моя суть!» — искренне возмутился он.

Я хмыкнула, поежилась на ночном ветру и мельком подумала, что неплохо бы дать ему имя, раз мы теперь в такой тесной связке. Внизу, под драконом, вспарывающим облака, раскинулась долина, и где-то на ее краю уже виднелся знакомый лес с поляной, послужившей нам взлетной площадкой.

Дракон выдал череду рычащих звуков, плавно переходящих в рев охотничьего рога, и я, вздрогнув от неожиданности, едва не сверзилась в объятия реки, сверкающей далеко внизу серебристым ручейком.

«Слушай, ты такими темпами лишишься ведьмы, не успев толком ее обрести. Ты чего орешь-то?»

«Ты спрашивала мое имя, — мне показалось, я увидела, как дракон слегка передернул крыльями. — Я его тебе назвал».

Я призадумалась. Даже обладай я логопедическим даром, все равно бы не смогла воспроизвести эту бессмысленную череду звуков.

«Может быть, ты разрешишь называть тебя как-то иначе? — осторожно начала я. — Прости, но эту тарабарщину просто невозможно повторить. Кстати, у всех драконов такие сложные имена?»

«Да, такова традиция».

Он сопроводил слова тяжелым вздохом, и я, оторвавшись от собственных грустных мыслей, невольно сочувственно похлопала его по спине. Видимо, не я одна не любила традиции. Обычно ими маскировались никому ненужные правила, регламентирующие наше поведение в обществе. Короче, скука.

«Нет, это девчачье имя».

Я удивленно моргнула, пытаясь понять, что имеет в виду дракон.

«Скука? Это не было вариантом, просто мысли вслух. — Я снова призадумалась. — А как насчет Коша? Сокращенно от дракоши?»

Дракон дернул хвостом, как кошка, и вдруг фыркнул, выпустив из ноздрей искры.

«Мне нравится! Остановимся на этом».

«Отлично! — обрадовалась я. — А ты можешь называть меня Анной».

«Не-а, — лениво протянул Кош. — Я, вообще-то, не спрашивал твоего имени. Для меня ты будешь ведьмой».

Я едва успела поймать свою упавшую челюсть. Значит, вот как?

«Может, все-таки слетаем за кувшинкой? — медоточиво поинтересовалось это чудовище».

Я показала ему язык и гордо сложила руки на груди, правда, ненадолго: почти тут же пришлось вцепится в шип на его спине, чтобы не упасть. В следующий раз полечу, только пристегнувшись ремнем безопасности!

Лес приближался, уже можно было различить очертания поляны, и с губ сорвался вопрос, который не давал мне покоя:

«Почему лорд Таркер не слышит твоих мыслей? Разве вы не одно целое?»

«Мы должны были бы им быть, но он, выросший в человеческом обществе, изо всех сил сопротивляется. Будто не доверяет мне».

В голосе Коша послышалась горечь. Я задумчиво куснула губу.

«Ты поэтому решил стать моим фамильяром, верно? Чтобы попытаться достучаться до него?»

Скосив взгляд, я увидела, как Кош кивнул.

«Наша связь усилит мою драконью мощь. Возможно, он больше не сможет сопротивляться и, наконец, перестанет закрываться от меня».

Я немного растерянно почесала кончик замершего носа и торопливо вернула руку обратно на шип, за который держалась все это время. Уши заложило, в лицо ударил ветер: дракон пошел на посадку.

«Зачем я тебе, это понятно. А какие планы на мой счет у лорда Таркера, не знаешь? Ему-то это все зачем?»

В памяти всплыла картина нашего с ним разговора в кабинете. Тогда он одной фразой заставил меня заткнуться, дав понять, что его мотивы не подлежат обсуждению. Интересно, что же у него на уме такого, чем он не готов делиться?

«Я не знаю, лишь догадываюсь».

«И?»

«Прости, ведьма, но оставлю свои домыслы при себе. Терпеть не могу публично ошибаться».

В другой ситуации я бы обиделась на обращение дракона, но он произносил слово «ведьма» так мягко, что это походило скорее на комплимент, чем на издевку. Да и обижаться на правду крайне глупо.

«Я не ошибся с выбором. Ты действительно та ведьма, что нужна нам обоим».

Его слова сопроводил удар сильных лап о землю. Я закашляла и замахала рукой, пытаясь разогнать столб пыли, поднятого драконьей тушей. Сползать пришлось буквально наощупь.

Кош дождался, пока мои ноги коснутся вспоротой травы, и сложил крылья, а затем неловко помялся.

«Ты попытаешься вернуться домой, верно?»

Я кивнула, не сводя взгляда с хищной морды. Кош вскинул лапу и задумчиво поскреб когтем шип на лбу. Интересно, он может мне помочь?

«Не стоит, это опасно. А еще совершенно точно не понравится Таркеру, так что тут на меня не рассчитывай».

Что-то в его голосе заставило меня настороженно поднять голову, всматриваясь в его кошачьи глаза с вертикальными зрачками. В них плясало пламя.

— Почему ему это не понравится? — вслух спросила я.

В душе повеяло холодком нехороших подозрений.

Кош как будто кашлянул и, выставив вперед заднюю лапу, оперся на нее, а затем шаркнул когтями, как носком сапога.

«Связь ведьмы и фамильяра — это нерушимый договор. Он заключается раз и навсегда. Таркер же упомянул об этом, верно? Правда он не посчитал нужным уточнить, что вам нельзя надолго расставаться»

Мне захотелось нащупать за собой диван или хотя бы стул и рухнуть на него, но позади ничего не обнаружилось. Я сцепила зубы и грозно сложила руки на груди.

«С этого места, пожалуйста, поподробнее!»

Господи, как Таркер представлял себе наш союз? Я что, теперь его пленница и никогда не смогу покинуть поместье?!

Кош занервничал, демонстративно взглянул на луну и попытался сослаться на поздний час.

«Стоять, ящерица хвостатая! — отрезала я и едва не ухватилась за названную часть тела. Кош опасливо поджал хвост. — О чем мне еще забыли поведать, а?»

«Ни о чем особо важном… — Он принялся суетливо поигрывать хвостом, а затем и вовсе взял его в лапу на манер биты. — Как я уже сказал, ведьме и фамильяру нельзя разлучаться. Иначе они оба слабеют. У людей же есть выражение «и в горе, и в радости?» Ну вот, считай, что здесь что-то похожее.

Я грязно выругалась. Мысленно. Кош заинтересованно дернул ухом и одобрительно кивнул.

«Первый раз слышу это выражение. Какое забавное!»

Я прожгла его взглядом, обещающим немедленную кару небесную, и Кош поспешил перевести стрелки.

«При чем здесь я? Это Таркер не огласил все условия сделки! Я просто шел мимо, маленький безобидный дракончик».

Я выразительно оглядела помятую поляну с глубокими следами драконьих лап и промолчала. Такого маленького попробуй обидь, ага!

— Ладно, давай сюда этого лорда, — решительно потребовала я. — У меня к нему серьезный и обстоятельный разговор на предмет ложных обещаний!

Кош с облегчением выдохнул, смахнул со лба капельку пота (огромная, зараза!) и, не попрощавшись, распахнул крылья. Из-за порыва ветра мне пришлось сощуриться. Мгновение спустя вместо дракона я увидела обнаженного Таркера.

Не дав ему и минуты на то, чтобы прийти в себя после оборота (а судя по оглушенному виду это время ему было необходимо), я решительно шагнула вперед.

— Вы! — Мой указательный палец грозно и совсем нетактично уткнулся в его сторону. — Почему вы не предупредили меня о последствиях союза дракона и ведьмы?

К моей досаде на лице Таркера не отразились ни удивление, ни испуг. Он не предпринял попытки бежать и лишь спокойно наблюдал, как я приближаюсь. Я практически уткнулась ему в грудь, продолжая наставлять на него палец, словно дуло пистолета.

— Ваша реакция — лучшее объяснение моего молчания, — вежливо ответил он и убрал мою руку от себя. — Не могли вы позволить мне для начала одеться?

— Не увиливайте от разговора! — отрезала я. — Как будто кого-то интересует ваш внешний вид!

Таркер, сохранив на лице невозмутимое выражение, слегка приподнял бровь.

— Вот как? — светски спросил он. — Необычная точка зрения для… девушки.

— Я вас умоляю! Если вы сейчас, стоя передо мной абсолютно голым, начнете что-то рассказывать о манерах и правилах приличия…

— К слову, стою голым я исключительно по вашей просьбе.

— Требованию! — сурово бросила я. — Не хватало вас еще о чем-то просить!

Ярость, накрывшая меня после признания Коша, немного отступила, и я выдохнула. Наверное, со стороны я смотрелась странно: взбудораженная, тяжело дышащая, как после долгого забега, раздраженная… Не думаю, что леди в этом мире так себя ведут, даже если они вне себя от злости. Судя по сверкнувшему на мгновение взгляду Таркера, он подумал о том же.

— Давайте вернемся к сути, — мрачно сказала я после долгой паузы. — Как вы себе представляете наш союз? Я теперь навсегда заперта в вашем поместье?

— Нет, вы вольны пойти туда, куда захотите. Но разлука больше, чем на три-четыре дня может негативно сказаться на вашем даре и здоровье.

Я скрипнула зубами и едва не плюнула под ноги. Остановило меня одно: я старалась не опускать взгляд ниже груди Таркера, потому что… Ну, в общем, какие-то правила приличия я все-таки считала себя обязанной соблюдать.

— Прекрасно, — саркастично отозвалась я. — Что скажет на этот счет ваша невеста?

Таркер слегка пожал плечами.

— Не думаю, что это вообще ее волнует.

— Вот как? — подражая холодным интонация Таркера, поинтересовалась я.

И даже скопировала его жест, приподняв бровь. Судя по короткой усмешке, он не оставил это незамеченным.

— Леди Рейс, возможно, вы не поняли, но леди Аттвуд скорее отгрызет себе хвост, чем выйдет за меня замуж.

К сожалению, хладнокровием моего собеседника я не владела, поэтому не смогла удержать на лице маску светского интереса.

— Но… разве…

— Леди Аттвуд не желает этого брака, о чем она меня и уведомила.

— Письмом? — зачем-то уточнила я и под взглядом Таркера поежилась, почувствовав себя крайне глупо.

Пожалуй, с Кошем общаться гораздо проще.

— Нет, ей не пришлось тратить для этого слова. Я хорошо улавливаю невербальные намеки.

Перед моим мысленным взором пронеслась сцена знакомства леди Аттвуд с детьми. Уже тогда, едва переступив порог, она начала провоцировать их, будто бы случайно задевая больные точки. Я припомнила ее роскошные, но излишне откровенные наряды, подарки за ужином, и многое встало на свои места. Не зря мне почудилось, что леди Аттвуд ведет свою игру. Видимо, не имея права отказать самой, она делала все, чтобы отказались от нее.

— Бедная! — невольно вырвалось у меня. — Сочувствую ей.

— У вас доброе сердце, — с абсолютно нечитаемой интонацией протянул Таркер.

Я посмотрела на него искоса и решила, как обычно, счесть его слова за комплимент.

— Вы не ответили: как, по вашему мнению, должен выглядеть в этих условиях союз фамильяра и ведьмы? Я что, буду вечно третьей лишней?

— Сомневаюсь, что вам по плечу эта роль, — на его губах промелькнула улыбка. — Не волнуйтесь, если передо мной встанет выбор, я сделаю его в вашу пользу.

— Простите, но я не обладаю вашим даром считывать намеки, поэтому говорите, пожалуйста, прямо. Как именно вы намерены это сделать?

Таркер тяжело вздохнул, на его лице появилось страдальческое выражение учителя, разжевывающего глупой ученице элементарное.

— Я женюсь на вас, леди Рейс, если такая необходимость вдруг возникнет.

Все слова, что вертелись у меня на языке, застряли в горле. Из приоткрытого рта вылетели какие-то невнятные, протестующие звуки.

— Простите, леди Рейс, — все с той же раздражающей вежливостью ответил Таркер, — вы несколько переоценили мои умения в плане распознавания намеков. Не могли вы сказать прямо?

Тонкая улыбка на его губах говорила, что все он прекрасно понял. Это стало последней каплей.

— Ну, знаете ли, лорд Таркер! Я вам это еще припомню!

Развернувшись, я гордо зашагала в сторону тропинки, ведущей к поместью, когда меня нагнал его окрик:

— Леди Рейс!

Я оглянулась. Если бы мой взгляд мог убивать, Таркер бы уже лежал на поляне бездыханным. С языка рвались грязные ругательства, но я плотно сжала губы. Видимо, память леди Рейс все-таки частично сдерживала мою суть. Впрочем, возможно, мне просто хотелось переиграть Таркера в его манерах и тем самым утереть ему нос.

— Вам есть, что сказать в свое оправдание? Советую прислать открытку — только так я готова вас выслушать.

Таркер не выглядел смущенным. Он явно не стеснялся своей наготы и вел себя так же непринужденно, как если бы был одет сейчас в вечерний смокинг.

— По сути, вы ничего не теряете. Ваш отец ни во что вас не ставит, отдавая все свое внимание сыну. Который, к слову, не получил после ритуала и половины той силы, что отхватили вы. Даже партию отец вам выбрал на свой вкус. Сомневаюсь, что вы действительно хотели выйти замуж за человека вдвое старше себя.

Я задумчиво куснула щеку изнутри, припоминая разговор с Таркером в первый день в библиотеке. Он действительно сказал, что леди Рейс обручена, но отложила свадьбу, чтобы стать гувернанткой. Я уже тогда подумала, что что-то здесь нечисто. А уж теперь, познакомившись с отцом леди Рейс… Значит, у него есть любимый сын?

— Пожалуй, это нельзя назвать моей мечтой, — рассеянно отозвалась я. — Впрочем, вы на нее тоже не тянете, простите за откровенность.

— Вы впервые извинились за свой острый язык. Я впечатлен.

— Я тоже, — все также пребывая в своих мыслях, отозвалась я. — А как насчет мирного договора? Разве вы не обязаны жениться на драконице?

Таркер чуть нахмурился. Пальцы его правой руки легли на левое запястье, будто он хотел нервным движением поправить запонки. Вспомнив о своей наготе, он поморщился. Его голос прозвучал жестче, чем обычно.

— А вы разве не должны причинить вред моим детям и тем самым спровоцировать меня?

Какое-то время мы смотрели друг на друга, словно изучали.

— Вы правы, — после долгой паузы согласилась я. — Не все обязательства следует выполнять. И все же, как вы намерены решить эту проблему?

— Не беспокойтесь, я уже нашел выход из этой ситуации.

Я постояла еще немного в надежде услышать, что он продолжит, но Таркер молчал. Снова, как и тогда в кабинете, он одной фразой поставил меня на место. На душе стало пусто. Я только-только подумала, что мы могли бы сыграть с ним по одну сторону баррикад, и тут этот щелчок по носу. Что ж, оно и к лучшему. У нас слишком разные цели: я хочу вернуться домой, а Таркер — выбраться из хитросплетения политических интриг, куда вольно или невольно угодил.

— В чем бы ни состоял ваш план, я не буду вам помогать, — устало выдохнула я. — И замуж за вас тоже не выйду.

Луна ухнула в объятия тяжелого перистого облака, и поляна на несколько мгновений погрузилась в темноту.

— Леди Рейс, позвольте мне объяснить еще раз. Вы…

— Одевайтесь, а то простынете, — посоветовала я, поежившись: подул резкий холодный ветер. — Не хочу тратить на вашу простуду свой дар.

Я отвернулась и зашагала к поместью, успев заметить боковым зрением, как Таркер помрачнел. Это бальзамом легло на мое сердце.

Звук шагов почти полностью заглушала примятая трава, но я все равно считала их: один, два, три… С каждой минутой мысли становились все четче.

Ладно, мне просто нужно придумать новый план. И не выйти замуж ненароком. Ничего сложного, верно?

ГЛАВА 13

— Леди Рейс, просыпайтесь!

Я пробурчала в ответ что-то неразборчивое и перевернулась с боку на бок. Ночная вылазка и обряд отняли слишком много сил. В моих планах было проспать до обеда, тем более что в воскресенье занятий у детей не было.

— Вы опоздаете в церковь!

Я лениво зевнула. Церковь? Раз грядущий день не приготовил мне ничего приятного (например, телепорта домой), я, пожалуй, останусь в этой теплой постели и… Ай!

Джози распахнула шторы, и солнечный свет настойчиво ударил мне в лицо, заставив натянуть на голову одеяло.

— Отправляйся одна, — предложила я. — У меня нет желания идти в церковь. Кстати, — тут я высунула нос наружу, чтобы встретиться взглядом с ошарашенной Джози. — А зачем нам туда? Разве кто-то женится?

Если Таркер все-таки решил обвенчаться с леди Аттвуд, я готова пересмотреть свою точку зрения на брак и даже радостно побежать рассыпать лепестки роз по дорожке, ведущей к алтарю.

— Но… ведь… — Джози явно растерялась и никак не могла собраться с мыслями. — Как же воскресная служба? — наконец проблеяла она.

Я тяжело вздохнула. Перспектива слушать чужие проповеди не вдохновляла, но, судя по виду Джози, ее точно хватит удар, если я скажу об этом прямо. Она и так уже измяла до невозможности батистовый платочек, который все это время комкала побелевшими пальцами.

Я мрачно и торжественно приподнялась с кровати. Думаю, с таким же лицом перед важными сражениями к солдатам выходил Наполеон Бонапарт. Мне даже захотелось примять бок подушке и водрузить ее на голову на манер треуголки, чтобы сходство стало более очевидным, но я пожалела нервы Джози.

— Ладно, — покладисто согласилась я. — Давай сходим на службу.

К мертвенно-бледным щекам Джози принялся медленно возвращаться румянец. Она с облегчением ломанулась к платяному шкафу.

— Леди Рейс, что вы предпочтете надеть? Нам нужно что-то скромное…

— Тогда какое-нибудь черное платье, — равнодушно пожала плечами я и сладко потянулась, потирая затекшую шею.

Из рук Джози выпала деревянная вешалка. Одно из легких воздушных платьев растеклось у ее ног лужей изящного изумрудного шелка. Мы с Джози уставились на лежащее на полу платье.

— Все в порядке? — с недоумением поинтересовалась я.

Джози прикрыла ладонью рот, издав странный смешок. Она не сводила с меня настороженного взгляда.

— Леди Рейс, вы, наверное, так шутите? Черный цвет подходит только для траура.

— Да? — озадаченно переспросила я и натянуто улыбнулась. — Не очень смешная шутка вышла, верно?

Джози растерянно кивнула и, подхватив брошенное платье, повернулась к шкафу. Видимо, он, в отличие от меня, ее не пугал.

— Как насчет вот этого молочного наряда?

Я бездумно кивнула. Утро покатилось по своему привычному сценарию. Джози дождалась, пока я умоюсь и выпью кофе с тостами, а затем помогла одеться и причесаться. Уже натягивая перчатки, я спохватилась:

— Как далеко находится местная церковь?

— В ближайшей деревне, леди Рейс, — ответила Джози, беря в руки легкий зонтик от солнца. — Не волнуйтесь, нас уже ждет карета, любезно предоставленная лордом Таркером, так что мы не опоздаем.

— Разве он не составит нам компанию?

Повисшая тишина подсказала, что я снова ляпнула что-то не то.

— Лорд Таркер, — медленно начала Джози, явно подбирая слова, — и его дети не посещают церковь. Вы же знаете об отношениях драконов с религией.

Это была сказано утвердительно, но в интонациях проскользнули легкие вопросительные нотки. Я выдохнула через ноздри. И почему вместе с телом мне не досталась память леди Рейс? Это же попросту нечестно!

— Конечно, знаю, — уверенно солгала я. — Но, хм… Некоторые детали иногда вылетают из головы.

Джози закусила губу и кивнула. Ее рука, легшая на ручку двери, подрагивала.

Спускаясь по парадной лестнице, я не удержалась от нового вопроса:

— А как же прислуга лорда Таркера? Они добираются до церкви пешком?

— Нет, леди Рейс. Они проявляют похвальную преданность и отказываются посещать службы из уважения к своему хозяину.

Несмотря на слова, Джози неодобрительно поджала губы. Кажется, такое поведение вовсе не вызывало у нее понимания.

У парадного крыльца нас ждала карета с уже знакомым гербом Таркера. При виде нас кучер привстал на козлах, а лакей торопливо распахнул дверцу и помог подняться по раскладной лесенке. Я устроилась у окна, намереваясь полюбоваться видами, чтобы скоротать время, но заскучать не успела. Мы приехали достаточно быстро. Я даже не сразу сообразила, что Джози за всю поездку не выдавила из себя ни слова, лишь не спускала с меня глаз, как змея, приметившая жертву. Возможно, сравнение вышло слишком напыщенным, но мне и правда стало не по себе от ее пристального интереса.

Карета замерла у небольшой церквушки из окрашенного белого дерева. Темно-коричневую крышу венчала одинокая башня с крестом. К невысокому забору, ограждающему ее от раскинувшихся полей, стекал ручеек из скромно одетых людей. При виде кареты Таркера они с любопытством вытягивали шеи и беззастенчиво пялились на меня, пытаясь рассмотреть получше. Более тактичные зеваки отводили глаза, но все равно в их взглядах читалось любопытство.

— Подождите нас здесь, — скорее приказала кучеру, чем попросила Джози.

Вслед за ней я прошла в пахнущую расплавленным воском церковь, почти полностью забитую прихожанами. Кто-то покашливал, другие негромко переговаривались, дети, выглядевшие непривычно серьезными, явно сдерживались, чтобы не огрести от взрослых. Мы с Джози прошествовали к пустующему первому ряду (остальные скамьи были заполнены под завязку) и медленно опустились на холодные сидения.

К алтарю вышел пожилой священник в черной сутане. Мой взгляд сначала метнулся к его колорадке, а уже затем — к библии, которую он почтительно нес в руках. Он бережно положил ее на подставку у алтаря и неторопливо зашуршал страницами.

— Под «Священным Преданием» понимается то, что истинно верующие и чтущие Бога словом и примером передают один другому, и предки потомкам, учение веры, закон Божий, таинства и священные обряды…

Голос священника убаюкивал, и уже с первых его слов я с трудом сдерживалась, чтобы не зевнуть. Спать с открытыми глазами я не умела, но, бьюсь об заклад, пару таких проповедей, и я в идеале освою этот крайне полезный навык. Зачем мы сюда вообще пришли? Надо было сослаться на головную боль и остаться в постели.

— Но священный обряд не равен магическому…

Я навострила уши. Спать резко расхотелось.

— Магия противоестественна. Она не несет в себе добра и противоречит Божьему промыслу...

Я распахнула от удивления рот. Так, это что, призыв к геноциду? Разве церковь и маги враждуют?

— Джози, — шепотом позвала я и заерзала от нетерпения. — У меня к тебе вопрос…

Джози сделала страшные глаза и выразительно кивнула в сторону алтаря и священника, распаляющегося с каждым словом. С задних скамеек не зашипели (полагаю, мой статус оберегал меня от такого явно выраженного недовольства), но гневное сопение я все-таки расслышала.

Вынужденная примолкнуть, я сосредоточилась на словах священника. Сквозь прорву явно устаревших слов и непонятных терминов я все-таки уяснила одно: церковь яростно не одобряет магию. До появления драконов этот мир развивался примерно так же, как мой собственный, и крылатых пришельцев, способных творить чудеса, поначалу приняли за посланников Бога. Но те отказались от столь почетного статуса, чем вызвали множество вопросов у простого люда. В каком-то смысле церковь боялась потерять сферу влияния и сдать позиции. Легче было объявить драконов церковными преступниками, чем вписать их магию в контекст библии, ведь Богу они не служили. Конечно, об этом не говорилось прямо, но я тоже умела считывать намеки, пусть и хуже Таркера.

Интересно, как именно взаимоотношения драконов и церкви отражается на желании правителей заключить мирный договор?

Я все еще размышляла об этом и во время чтения псалмов, и позже, когда долгая воскресная служба подошла к концу. Мы с Джози поднялись со скамьи и вместе со всеми хотели пройти к выходу, но священник вдруг окликнул меня по имени:

— Леди Рейс!

Мне пришлось замереть в проходе между скамейками, нацепив на лицо светскую улыбку. Надеюсь, именно светскую, а не растерянную.

— Святой отец! — в тон откликнулась я, понятия не имея, что нужно говорить в таких случаях. — Прекрасная служба, — после паузы нашлась я.

— Спасибо, дитя мое, — отозвался священник, добродушно поглаживая живот, выпирающий даже под свободной рясой. — Ваш отец написал письмо, в котором сообщил, что вы хотели бы исповедоваться. Так вот, мы может сделать это прямо сейчас.

Мне стоило большого труда удержать невозмутимое выражение лица и не выругаться вслух. Что-то мне подсказывает, что не стоит ждать добра от этой исповеди.

Мы прошли к небольшой кабинке из темного, тщательно отлакированного дерева. Святой отец, улыбнувшись мне, исчез за темно-синим пологом. Я, поколебавшись, тоже отодвинула тяжелую ткань и прошмыгнула на свое место. Раздалось негромкое старческое покашливание, донесшееся до меня через зарешеченное окошко, а затем я услышала слова неизвестной мне молитвы. Кажется, на латыни.

Сердце ухнуло в пятки. Я не знаю ни латыни, ни молитв. Как же мне выкрутиться на этот раз?

— Господь да будет в сердце твоем, чтобы искренне признать свои грехи от последней исповеди…

Судя по паузе, мне нужно было что-то ответить. Мозг в панике заметался, выдавая один бредовый вариант за другим, когда в дело снова вмешалась память тела леди Рейс. Мои губы сами собой приоткрылись и благоговейно выдохнули:

— В прошлое воскресение, — тихо вставила я.

Святой отец одобрительно покашлял (понятия не имела, что можно кашлять одобрительно, но, клянусь, мне послышалось именно так!) и приступил к сути.

— Ваш отец написал мне, что вы нуждаетесь в утешении и отпущении грехов. Что за камень тяжким грузом лежит у вас на сердце?

Я призадумалась, пытаясь нащупать подходящий ответ.

— Мне неспокойно, святой отец, — неуверенно начала я.

— Покайтесь в грехах, и на душе сразу станет легче.

Я совершенно неаристократично почесала нос. На исповеди я, в отличие от леди Рейс, была впервые, так что список грехов за мной тянулся внушительный. Честно говоря, я даже не знала, с чего начать.

Перебрав в голове все недавние эпизоды, от заключения с детьми сделки до разговора с голым Таркером на поляне, я призадумалась.

— Не бойтесь, дитя мое, — подбодрил святой отец. — Господь милостив.

Он-то да, а вот люди не очень. Не уверена, что некоторые вещи стоит открывать даже священнику, тем более подговоренному графом Рейсом.

Поколебавшись, я тихо проговорила:

— Меня одолевают сомнения, святой отец. Я сама не своя.

— Понимаю, — с готовностью откликнулся он. — С чем же это связано?

Я помолчала, прикидывая, как можно ответить наиболее туманно, но, к счастью, продолжать не пришлось: это сделали за меня.

— Это связано с недавним обрядом по приобретению магии, через который вы недавно прошли, верно?

Я порадовалась, что святой отец не видит моего лица. Наверняка на нем отразилось облегчение, что мне не пришлось ничего выдумывать. Но вместе с тем я насторожилась. Почему у меня появилось чувство, будто разговор подтолкнули в нужную для кое-кого сторону?

— Да, святой отец, — почтительно согласилась я, лихорадочно анализируя ситуацию. — Магия — это грех, а я…

— Вы всего лишь меч в руках Господа, дитя мое, — с легким нетерпением перебил меня священник. — Не вы караете нечестивцев, а Бог.

Ну да, крестоносцам наверняка говорили то же самое. Я невольно насупилась. Терпеть не могу такого рода манипуляции.

— Дитя мое, вы идете по тропе, благословленной самим Господом. Вам выпала сложная миссия, но именно она приведет вас к тому миру в душе, который вы желаете обрести.

Я скептически взглянула в сторону окошка. В полумраке кабинки оно казалось темным, почти черным из-за решетки. Хриплый старческий голос священника приобрел медоточивость. Кажется, мне сейчас начнут обещать райские кущи.

Так-так, становится интересно!

— Великомученик Авраил…

Я пропустила короткую, но наверняка поучительную притчу мимо ушей, уловив лишь общий посыл: не стоит бояться безвременной гибели во славу Господа. Мой взгляд снова споткнулся об окошко, из-за решетки которого доносился голос святого отца, сулящего полное прощение грехов. В голову закралось нехорошее подозрение, и я не выдержала.

— Святой отец, — решительно перебила я, мгновенно выпадая из образа кроткой леди Рейс, — вы знаете, о чем попросил меня отец? Он…

— Тише, дитя, тише! — Впервые в его голосе проскользнуло раздражение. — Не обо всем стоит говорить, даже в стенах церкви.

 У меня едва не сорвалось уже ставшее любимым язвительное «вот как?» Вместо этого я сощурилась и с напускным ужасом проговорила:

— Дети не отвечают за грехи отцов. Сердце кровью обливается, когда я думаю о том, что должна…

На мои губы скользнула злорадная улыбка, когда святой отец закашлял, явно стараясь заглушить мои слова. Значит, он и правда в курсе моего задания. Хотя бы в общих чертах.

Видимо, графа Рейса сильно встревожил наш с ним телефонный разговор, раз он подстраховал себя священником.

— Дитя, я все понимаю, но речь идет не о детях, а о порождениях зла. Драконы не такие, как мы. Они все чувствуют иначе…

Я прикусила язык, чтобы не ляпнуть лишнего, но в душе все кипело от гнева. Как же легко найти себе оправдание! Достаточно заверить, что кто-то в корне отличается от нас, а значит, можно сделать из него врага.

— … Драконы пришли в наш мир и перевернули все устои. Они не поклоняются нашему Богу, но, что хуже, бередят магией умы простых людей, путая их мысли. Такая сила, какая доступна этим крылатым пришельцам, может быть сосредоточена только в руках Бога!

«Или его служителей», — мысленно закончила я, но вслух сказала совсем иное:

— Конечно, святой отец. Вы правы.

Моя смиренность, похоже, пришлась ему по душе. Разговор снова свернул на исповедь, и мне даже удалось поддержать его, соглашаясь в нужных местах и делясь какими-то совсем незначительными, на мой взгляд, прегрешениями.

В конце беседы в качестве епитимьи меня обязали поститься всю неделю. Признаться, я ожидала чего-то более внушительного за обретение запрещенной магии и возможную попытку нападения на детей. Забавно, как человеческое лицемерие проникает даже в святая святых — в церковь. В конце концов, ее служители тоже люди. Те самые, которые, судя по всему, не готовы уступить свою власть драконам.

Оглушенная и погруженная в мрачные раздумья, я вышла на улицу и тут же сощурилась от яркого солнца. В нос ударил свежий аромат луговой травы, контрастирующий с запахом свечей в церкви, и мне всего на мгновение, но стало легче. Джози ждала меня у калитки. Ее спина была идеально выпрямлена, на лице застыло отсутствующее выражение, которое, впрочем, при виде меня уступило место опаске. Видимо, мое утреннее поведение еще не забылось.

— Пойдем, Джози, — устало бросила я. — Пора возвращаться.

Она закивала и последовала за мной, спросив на ходу:

— Как прошла исповедь?

Я поморщилась.

— Могла бы и лучше. С другой стороны, на меня всего-навсего наложили епитимью.

Джози вдруг отстала. До меня донесся ее растерянный голос.

— Всего-навсего?

— Да, ерунда, в общем.

Не обращая внимания на застывшую Джози, я забралась в карету и уселась у окошка. Мне нужно было подумать. Слишком много информации на меня свалилось. Краем глаза я заметила, как Джози отодвинулась от меня, стараясь занять место подальше, и пожала плечами.

Я снова и снова гоняла мысли по кругу, пытаясь понять, как заставить Таркера догадаться о том, кто я такая на самом деле. Правда, в свете вчерашнего разговора я была вовсе не уверена, что он с готовностью бросится на помощь и радостно помашет платочком мне вслед, когда я исчезну из этого мира. Понятия не имею, зачем ему ведьма, но он точно не отступится от своей цели…

Оказавшись в спальне, я первым делом стащила с рук перчатки и с облегчением потянулась к изящной шляпке. Мои пальца замерли на ее широких полях, когда я встретилась взглядом с Джози, прижавшейся спиной к двери.

— Что с тобой? — непонимающе поинтересовалась я.

На моей компаньонке буквально лица не было. Румянец исчез, уступив места пугающей бледности. Ее губы заметно подрагивали, и я всерьез заволновалась.

Как оказалось, не зря.

Джози подняла глаза от пола, который рассматривала уже пару минут, и выдохнула:

— Не знаю, как это возможно, но, готова поклясться на библии, вы не леди Рейс.

Я застыла, и потребовалось не меньше минуты, прежде чем я все-таки сорвала шляпку со своей макушки и резким движением отбросила искусно отделанный фетр с крошечной вуалью в сторону. Шляпка спланировала на кровать, и мы с Джози проследили за ее полетом с нервным вниманием.

Мое сердце забилось так громко, что я никак не могла сформулировать мысль. Неужели хоть кто-то действительно понял, что происходит? Ай да Джози! А я ведь ставила на Таркера! Нет, все-таки женщины гораздо внимательнее мужчин. Впрочем, Джози знала свою хозяйку намного лучше невольного работодателя.

— Ты права, — осторожно начала я и резко оборвала себя, прикрыв глаза.

Я приготовилась снова упасть в вязкую темноту, но секунды шли, а ничего не происходило. Растерянная и обрадованная, я распахнула рот и собиралась честно поведать Джози историю своего попадания в этот мир, но успела обронить лишь «я не…». Закончить фразу мне не позволила накатившая слабость.

«Это нечестно!» — мысленно возмутилась я: язык намертво прилип к небу.

Перед глазами взорвался фейерверк красок, а в нос ударил раздражающий до зубовного скрежета аромат вербены.

Комната стала расплываться. Последнее, что я запомнила, — испуганный взгляд Джози. Удара об пол я уже почувствовала.

ГЛАВА 14

Умиротворяющее пение птиц звучало как издевка. Не открывая глаз, я насупилась и мрачно сложила руки на груди. Спиной я ощущала что-то мягкое, поэтому вставать не торопилась.

— Я рада, что ты надумала меня навестить.

Голос Вербены раздался совсем рядом. Я поняла, что игнорирование проблемы — не самое лучшее решение, и перестала притворяться спящей.

— Не могу сказать, что сделала это намеренно.

Вербена усмехнулась. Над ее головой шумела изумрудная листва старых деревьев, корни которых выступали на поверхность. Яркие солнечные лучи с трудом пробивались сквозь зеленый заслон, поэтому большая часть лица Вербены оставалась в тени. Лишь на ее левую щеку падала узкая полоска света, вызывая в памяти причудливую ассоциацию с боевой раскраской индейцев. Правда, в случае с Вербеной, несколько кокетливой.

— Пусть так, — легко согласилась она и улыбнулась, качнув головой. В ее ушах сверкнули золотые серьги с рубином. — Ты ведь уже получила ответы на все свои вопросы, верно? Тебе нет смысла искать встречи со мной.

«Если только плюнуть вам под ноги», — ехидно подумала я, и Вербена, не изменившись в лице, поджала губы.

Я вспомнила, что она умеет читать мысли, и сначала устыдилась, а затем позлорадствовала. А вот нечего заглядывать другим людям в голову!

— Я делаю это невольно, — пояснила Вербена и, встав с поваленного дерева, на котором сидела, направилась ко мне.

При виде ее протянутой руки я немного поколебалась, но приняла помощь и поднялась с сочной травы.

— Миссия, о которой вы упоминали в прошлый раз… — медленно начала я, но Вербена не дала договорить.

— Ты уже выполняешь ее. Тебе не нужны мои подсказки.

Я до боли куснула губу и, ощутив во рту привкус крови, поморщилась.

— Вы хотите, чтобы я помогла Таркеру? Чтобы он принял своего дракона и…

Я понятия не имела, что последует за этим «и», поэтому замолчала, внимательно наблюдая за Вербеной. На ее губах появилась тонкая улыбка, смутно мне знакомая.

— Верно, — подтвердила она. — Без ведьмы ему не справиться. Вместе вы все сделаете правильно.

— Правильно, — глухо повторила я, пытаясь понять, что стоит за этим словом. В голову так ничего и не пришло. — Я не знаю, чего добивается Таркер.

Это прозвучало с обидой, и я прикусила язык. Еще не хватало жаловаться! Да и кому? Той, что притащила меня в новой мир, забыв спросить моего согласия?

— Вы знаете о его планах?

Вербена коротко кивнула.

— Снова вопросы, ответы на которые ты найдешь сама и уже скоро. Не будем тратить на это время.

Я с недоумением на нее покосилась.

— Видимо, есть более важные темы для беседы?

— Верно. — Вербена вскинула голову, опасливо всматриваясь в темнеющее небо. — Ты все делаешь правильно. Я не сомневаюсь в тебе. Но ты допускаешь одну роковую ошибку…

— Слушаю вас вместо того, чтобы искать путь домой? — кисло предположила я.

Вербена быстро взглянула на меня. Видеть страх в ее глазах было непривычно, и мне стало не по себе. В небе громыхнуло.

— Не вздумай искать дорогу обратно! — резко бросила она, на мгновение теряя все свое хладнокровие. — Это попросту…

Новый раскат грома заглушил ее слова.

— Что? — переспросила я.

В лицо ударил ледяной порыв ветра. Небо разверзлось, и на землю обрушился настоящий ливень. Под ногами моментально захлюпало. Я смахнула с лица самые крупные капли и сощурилась, пытаясь сквозь белесую пелену понять, что происходит.

— … забудь! Не доверяй ей!

— Кому? — крикнула я.

Ветер, трепавший мою юбку, вдруг усилился. В двух шагах от меня появилась уже знакомая черная воронка.

— Своей служанке! Джози!

Я вцепилась в ближайшее дерево, но смерч уже затягивал мое брыкающееся тело, как пылесос крупную детальку — с пробуксовками, но вполне уверенно.

— Но почему? — удивилась я и тут же добавила: — А вообще, я вам не доверяю, так и знайте!

Что на этот счет могла бы ответить Вербена, узнать мне уже не довелось. Я снова ухнула в липкую тошнотворную темноту.

***

— Вы живы, — с облегчением проговорила Джози.

Я с трудом приоткрыла глаза. Голова кружилась, в горле пересохло, а в ногах все еще пульсировала ватная слабость — на редкость мерзкое чувство.

— Повезло, что вы не ударились виском о край туалетного столика, — сказала Джози и встала с колен. — Упали совсем рядом.

Я тоже приподнялась и поморщилась от боли. Кажется, я сильно ушибла ногу.

— Да, иногда удача улыбается мне, — согласилась я.

Джози не предложила помощь. Она настороженно наблюдала за тем, как я ковыляю к кровати и падаю на нее. Воды она тоже не подала, хотя я и попросила об этом.

— Вы не леди Рейс, — тихо, но настойчиво повторила она, будто мы просто прервали разговор, а затем начали ровно с того места, на котором остановились.

Я побоялась ответить что-то конкретное, поэтому решила схитрить. Мой мозг лихорадочно работал, ища выход.

— Ты же заметила, что я изменилась после аварии, верно?

Джози опасливо кивнула, а я с облегчением выдохнула: нового обморока не последовало. Значит, я могу выражаться туманно, главное не переходить к сути.

— Да вас точно подменили.

В душе затеплилась надежда. Как же мне намекнуть Джози, и при этом снова не угодить в объятия Вербены? Вряд ли Джози мне поможет, но она бы могла рассказать обо всем Таркеру или посоветовать, что делать дальше. В конце концов, она полноправный житель этого мира, а я всего лишь гость. Она точно должна знать местные порядки лучше, чем я.

— Хорошо, — протянула я, крутя в голове внезапно пришедшее решение. — Я не могу говорить прямо, поэтому я… покажу. Ты сильна в пантомиме?

Джози удивленно моргнула.

— Не очень.

— Значит, придется исправиться. Причем прямо сейчас!

Сопровождаемая растерянным взглядом Джози, я сползла с кровати, поморщилась от ноющей боли в ноге и встала в центре комнаты, раздумывая, с чего начать.

— Все произошло во время аварии, — на всякий случай напомнила я и, откашлявшись, как актриса перед выходом на подмостки, без малейшего предупреждения схватилась за горло.

Джози испуганно отпрянула, с ужасом наблюдая за тем, как я корчу страшные рожи и изображаю предсмертные судороги. В конце концов, я распласталась на полу и, высунув язык на бок, задергала ногой, а потом и вовсе затихла.

— Вам плохо? — неуверенно предположила Джози.

Я приоткрыла левый глаз, досадливо цокнула языком и покачала головой.

— У вас припадок? — снова спросила она уже с неким азартом.

— Да нет же! — возмутилась я. — Думай лучше!

Джози старательно нахмурила лоб, а я, поерзав на полу, придала лицу мученически-торжественное выражение и скрестила руки на груди, а затем, подумав, метнулась к прикроватной тумбочке (напрочь забыв в этот момент об ушибе) и схватила толстую свечку, чтобы завершить композицию. При виде мрачной меня, лежащей на полу со свечкой в руке, глаза Джози потрясенно распахнулись.

— Вы умерли?

— Бинго! — обрадовалась я. — Ты молодец!

Джози зарделась от похвалы. Кажется, увлекшись игрой, она забыла о своей цели.

— Но это еще не все!

Я подхватила с кровати подушку, показала пальцем сначала на себя, а затем на импровизированный реквизит, который прижимала к груди.

— Подушка — это вы? — уверенно спросила Джози.

Рано я решила, что она делает успехи.

— Нет, не совсем так.

Я почесала затылок и тут же ассоциативно вспомнила о шляпке. Она странно смотрелась на подушке, но ничего лучше мне в голову не пришло.

Джози помолчала пару минут и, когда я уже отчаялась, несмело произнесла:

— Подушка — это леди Рейс?

Я закивала.

— Верно! Ты делаешь явные успехи!

С этими словами я бросила на пол порядком помятую подушку и положила сверху свечку. Джози, закусив губу, смотрела на меня, безмолвно ожидая продолжения. Я отошла на пару шагов назад, а затем буквально рыбкой нырнула в сторону подушки и едва не расплющила ее своим весом. Во всяком случае, шляпке точно пришел конец.

Джози, смотря на меня во все глаза, приоткрыла рот. Из него вырвались какие-то невнятные звуки, и я поморщилась.

— Говори четче, пожалуйста, — попросила я. — Ну, ты поняла? Я, конечно, могу еще раз повторить этот прыжок, но…

— Вы попали в тело леди Рейс! — изумленно выдохнула Джози. — Разве такое бывает?!

Я устало приподнялась, но не стала вставать, просто подтянула к груди колени. Так и ответила, сидя на полу.

— Как оказалось, бывает.

Джози потрясла головой, словно пыталась уложить эту неожиданную информацию. Ее вопрос после минутной заминки прозвучал жалобно:

— А как же настоящая леди Рейс?

Я развела руками, а затем снова скорчила страшную рожу.

— Умерла? — почему-то шепотом спросила она.

Припомнив слова Вербены о пустом сосуде, я кивнула.

Под моим кислым взглядом Джози торопливо перекрестилась.

— Пусть покоится с миром, — пробормотала она, но, как мне показалось, сделала это на автомате.

Я немного подождала, пока в ее голове все это уложится, и нетерпеливо подалась вперед.

— Ты поможешь мне? Расскажешь об этом лорду Таркеру?

Мне хотелось прыгать от облегчения и восторга, затопивших душу. Я едва сдерживалась, чтобы не захлопать в ладоши, но эйфорию оборвал один-единственный вопрос Джози:

— А зачем ему знать? — не поняла она и тут же добавила себе под нос: — Интересно, как отнесется к этому лорд Рейс?

Сила внутри меня, которую я теперь ощущала как горячий сгусток в районе груди, встревоженно зашевелилась. К кончикам пальцев устремились золотые нити, и я непонимающе уставилась на свои руки: что хочет сказать мне магия? Кожа горела огнем, поэтому я сжала ладони в кулаки, опасаясь, что иначе Джози разглядит тусклое свечение, пробивающееся сквозь мои пальцы. Пожалуй, ей точно не стоит знать, что я ведьма. Что-то мне не понравилась ее реакция на мое признание…

— А ты что, — с опасным безразличием начала я, — собираешься рассказать обо всем отцу леди Рейс?

Подозреваю, что мой голос все-таки сорвался на угрожающие нотки, потому что Джози всполошилась и испуганно отсела от меня в кресло.

— Что вы! — с жаром воскликнула она. — Лорд Рейс скорее всего признает вас душевнобольной и отправит в… соответствующую лечебницу.

Перед моим взором моментально всплыла картина голых стен, неулыбчивого медицинского персонала, подозрительных лекарств и белых рубашек с длинными рукавами, которыми так удобно связывать неугодных больных. От подобной перспективы меня передернуло.

— А если я докажу, что…

Язык онемел, и я не стала заканчивать фразу. Впрочем, Джози поняла все и без того.

— Я не знаю, встречались ли наши маги с такими случаями, — явно думая о чем-то своем, ответила она. — Если так, их не предавали огласке. А это не очень хорошо…

Мне без труда удалось считать ее намек. Если о случаях обмена душами предпочитали молчать, значит тех, кто угодил в тот же переплет, что и я, держали где-то против их воли. Конечно, их могли оставить на свободе, взяв слово хранить тайну, но стоит ли рисковать своей жизнью и проверять эту догадку на собственной шкуре? К тому же, на фоне церкви, не признающей магию, во второй вариант верилось с трудом… Вдруг обмен душами священнослужители вообще считают истинным злом? Мне лишние проблемы точно ни к чему!

— Расскажи об этом Таркеру, — попросила я. — Он дракон, владеет магией. Он поможет мне вернуться домой!

— А вы хотите вернуться?

В глазах Джози застыло столько искреннего непонимания, что я фыркнула.

— Представь себе. Мне не очень нравится... — я проглотила «ваш мир» и выкрутилась: — … здесь.

— У лорда Таркера огромная библиотека с магическими книгами, — раздумывая, проговорила Джози.

Чем дольше она тянула с ответом, тем сильнее мне все это не нравилось. В ушах все еще стоял крик Вербены «Не верь ей!». Не знаю, что она имела в виду, но в свете реакции Джози меня начали терзать смутные сомнения. Конечно, самой Вербене я тоже не доверяла, но все же…

— Именно поэтому мы и должны рассказать ему правду, — терпеливо, как ребенку, пояснила я. — Лорд Таркер найдет описание какого-нибудь магического ритуала и — вуаля! — я уже никому не досаждаю своим присутствием.

— Верно, — со странной интонацией согласилась Джози. — Это было бы замечательно.

На ее лице застыло нечитаемое выражение, и именно оно стало последней каплей.

— Ну так что? — рявкнула я. — Ты поможешь или нет? Если соберешься донести обо всем графу Рейсу…

Джози вздрогнула от моего окрика, наконец приходя в себя. Она испуганно взглянула на меня и суетливо принялась мять ткань своей длинной юбки.

— Что вы! Я бы никогда так не поступила! Я же понимаю, в каком сложном положении вы оказались.

С подозрением сощурившись, я уставилась на Джози, пытаясь понять, водит ли она меня за нос или говорит правду. Как назло, интуиция молчала.

— Хорошо, — через ноздри выдохнула я. — Тогда…

— Но лорду Таркеру нельзя рассказывать о случившемся ни в коем случае! — понизив голос до театрального шепота, сказала Джози.

Я нахмурилась.

— Почему?

Она подалась вперед, и я последовала ее примеру.

— Леди Рейс была с ним не в самых лучших отношениях. Думаю, вы уже поняли, что у лорда Таркера насчет нее есть кое-какие предубеждения… — Дождавшись моего кивка, она продолжила уже более уверенно. — Кто знает, захочет ли он вам помогать? Вдруг попросту сочтет провокацией и раструбит об этом на весь свет, создав вам проблемы?

Я откинулась назад, на подушки, и задумчиво пожевала губу. Джози не знала, что мы с Таркером теперь связаны нерушимым союзом. Сильно сомневаюсь, что он захочет портить мне жизнь или подвергать ее опасности в тот момент, когда ему зачем-то понадобилась ведьма. Нет, он точно будет молчать. Но и помогать вряд ли станет.

Джози не сводила с меня напряженного взгляда, и я, мысленно отметив это, сухо спросила:

— Что ты предлагаешь?

— Я помогу вам! — с жаром воскликнула она. — Я понимаю, как вам тяжело!

— Правда? — со скепсисом поинтересовалась я, но тут же устыдилась.

Глаза Джози сверкали такой искренностью, что мне стало неловко. Человек протягивает руку помощи, а я ее кусаю.

— Конечно! Вам, должно быть, очень страшно!

Я усмехнулась. Страшно мне было первые полчаса, а затем стало до жути интересно, но разубеждать Джози мне не хотелось. Пусть думает, как хочет.

Я постаралась вернуть разговор к волнующей меня теме.

— У тебя есть какие-то конкретные предложения?

Она уверенно закивала.

— Мы проберемся в библиотеку лорда Таркера и выкрадем нужные книги! Найдем необходимый ритуал и проведем его!

Я посмотрела на Джози с жалостью. Слишком по-детски звучал ее план.

— Допустим, лорд Таркер дал мне «добро» на посещение библиотеки, так что играть в воров нам не придется, — сказала я и с удовольствием отметила, как округлились глаза Джози. — Но как мы проведем ритуал, даже если найдем его описание? Я вовсе не уверена, что смогу со всем этим разобраться.

Особенно учитывая, что ледяная магия мне не доступна. Впрочем, кажется, даже обладай я даром леди Рей,с, мне бы все равно понадобилась помощь: сдается мне, в вопросах перемещения между мирами люди здесь не очень разбирались. Другое дело драконы…

Джози призадумалась. В повисшей тишине я отчетливо расслышала бой настенных часов. Полдень.

— Кажется, вы подружились с его детьми, — после паузы продолжила Джози. — У них ведь тоже есть дар, верно? Тот же, что и у лорда Таркера.

Она снова не закончила свою мысль, но я начала привыкать к ее манере вести разговор. Что ж… А ведь правда, это выход! Конечно, мне претила идея ввязывать во все это Хлою и Томаса, но, видимо, это был единственный шанс вернуться домой.

Но я все равно заколебалась.

— Я подумаю, — бросила я и резко встала.

— Конечно! — с готовностью согласилась Джози. — А пока вы размышляете, не волнуйтесь: я сохраню вашу тайну, леди Рейс!

Что-то в ее голосе и лихорадочном взгляде, который она прятала за полуопущенными ресницами, меня настораживало, но я никак не могла понять, что именно.

— Меня зовут иначе, — неожиданно для самой себя сказала я.

— Как?

Черные мушки перед глазами снова не позволили ничего добавить. Поэтому я проигнорировала вопрос и, предупредив, что скоро вернусь, выскочила за дверь. Шляпку при этом я подхватила на автомате, а вот про перчатки напрочь забыла. Ну что ж, это уже можно считать прогрессом.

Я успела дойди лишь до парадной лестницы, когда дверь детской распахнулась, и в ее проеме показалась любопытная мордочка Хлои.

— Леди Рейс! — обрадовалась она и выскользнула в коридор. — Вы мне нужны!

Признаться, после предложения Джози использовать в своих планах детей Хлоя — последняя, кого я бы хотела сейчас видеть.

— Что-то срочное? — без всякого энтузиазма спросила я. — Урок только завтра, поэтому если…

— Нет, речь не об этом! — отмахнулась Хлоя. К моей досаде, она не отставала от меня ни на шаг. — Я хотела поговорить о леди Аттвуд.

Хлоя так сильно понизила голос, что я едва расслышала имя невесты лорда Таркера.

— А что с ней? — удивилась я.

Хлоя с досадой засопела.

— В том-то и дело, что ничего! А мы ведь собирались не давать ей спуску! Вы обещали!

Я раздраженно цокнула языком. Вот только этого мне сейчас и не хватает!

— Слушай, Хлоя, — начала я и замерла как вкопанная на одной из ступеней.

Мой взгляд споткнулся о портреты, развешанные на стенах, и замер на броши в виде свернувшейся ящерицы на роскошном платье одной из женщин. Мне понадобилась пара секунд, чтобы медленно поднять глаза выше — к ее смутно знакомому лицу. Губы приоткрылись в беззвучном: «о!», когда я поняла, кого именно изобразил художник.

— Да? — Хлоя нетерпеливо переступила с ноги на ногу, явно не понимая моего замешательства.

— Кто это? — резко спросила я и указала на интересующий портрет.

Девочка задрала голову, а затем пожала плечами.

— Герцогиня Виктория Таркер, моя прабабушка. А вы не знали?

— Видимо, запамятовала, — уклончиво ответила я. — Ты буквально открыла мне глаза на истину.

Впрочем, я не солгала. Внимательно рассматривая лицо молодой красивой женщины с царственной осанкой, я хмыкнула. Так вот, значит, как зовут Вербену на самом деле. Что ж, герцогиня Таркер, приятно познакомиться!

ГЛАВА 15

— Я не знаю, что еще можно придумать, — пожаловалась Хлоя и деловито поинтересовалась: — У вас есть какие-нибудь идеи?

Мы с ней устроились вдали от лишних глаз — на лавочке под большим высоким дубом, отделяющим парковую зону от садовой. С этой позиции хорошо просматривались подъездная аллея и парадной вход.

— О чем ты? — рассеянно уточнила я, все еще размышляя о личности, которой оказалась Вербена.

— О леди Аттвуд, конечно! — выпалила Хлоя. — Разве вы забыли о нашем соглашении?

Ах, да! Альянс. Я тяжело вздохнула. Поток мыслей со скрипом перестроился в другое русло.

— Дохлая лягушка в кровати, зашитые рукава блуз и склеенная медом записная книжка — все это, конечно, неплохо, но…

— Что? — настороженно спросила Хлоя.

Я заметила, как она нервно покусывает подушечку большого пальца, и положила свою руку на ее ладонь и медленно потянула вниз, подальше ото рта.

— Честно говоря, вы скорее подкидываете проблем горничной и компаньонке леди Аттвуд, чем ей самой.

Хлоя изумленно приоткрыла губы, округлив их. Кажется, эта идея не приходила ей в голову.

— Подумай сама, — с напором предложила я. — Неужели леди Аттвуд сама будет распарывать рукава своих блуз? Нет, этим займется прислуга. Конечно, леди Аттвуд почувствует легкую досаду, но не более.

— Да, — расстроенно согласилась Хлоя и хмуро посмотрела себе под ноги. — Это вовсе не то, чего мы добиваемся.

Распахнулась массивная дверь парадного входа. На крыльце с колоннами показался мужчина, но с такого расстояния я не могла различить его лица.

— Есть еще кое-что, — медленно протянула я. Мне не хотелось читать нравоучения, в конце концов, в действительности я не нанималась в гувернантки, но почему-то не смогла смолчать. — Личная вендетта не должна задевать других людей, понимаешь? Доставлять неприятности тем, кто попадется под горячую руку, — попросту нечестно.

Хлоя пару секунд молчала, явно обдумывая мои слова. Она подалась вперед, вцепившись пальцами в сидение. Ее взгляд блеснул пониманием, когда она вскинула его на меня.

— Невинные не должны страдать, — важно прошептала она, явно повторяя вычитанную где-то фразу. — Вы правы, леди Рейс.

Мне безмерно польстило то, как легко она согласилась с моей точкой зрения, и я подумала, что ради таких мгновений стоило ввязываться в эту игру. Вряд ли бы иначе я смогла стать для Хлои авторитетом, да еще и в такие короткие сроки.

Я посмотрела на Хлою и потянулась, чтобы заправить за ухо выбившуюся из ее прически рыжеватую прядку. Девочка доверчиво придвинулась поближе, и мое сердце затопила незнакомая прежде нежность. Именно это странное чувство заставило меня поддаться порыву:

— Хочешь по-настоящему разозлить или напугать леди Аттвуд?

Хлоя не раздумывая кивнула. Ее глаза возбужденно сверкнули.

— Чтобы надавить на больную точку, для начала ее придется нащупать.

— То есть? — Хлоя нахмурилась, пытаясь осмыслить мои слова.

Я посмотрела в сторону дома. Мужчина, пару минут назад спускавшийся с крыльца, уже миновал фонтан с чашей и теперь быстром шагом направлялся в нашу сторону. Сощурившись, я вгляделась в лицо мужчины и тут же выпрямила спину. К нам приближался Таркер.

— Бесполезно пугать леди Аттвуд привидениями, если она считают их выдумкой, — торопливо заговорила я, стараясь побыстрее закончить разговор. — Нужно узнать ее страхи и сыграть на них. А для этого придется понаблюдать за ней.

Не то чтобы я всерьез давала Хлое столь вредный совет, но я искренне надеялась, что за время вынужденного перерыва в боевых действиях она свыкнется с мыслью о браке отца.

— Слежка, верно?

— Что-то вроде того, — уклончиво ответила я. — Знаешь, как говорят? Держи друга близко, а врага еще ближе.

Возможно, узнав леди Аттвуд получше, Хлоя перестанет считать ту исчадием ада. Вдруг они даже подружатся!

Почему-то эта мысль кольнула меня ревностью, и я поморщилась. Неужели я успела привязаться к девочке?

— Папа идет! — громким шепотом предупредила Хлоя. — Давайте сменим тему!

Я невольно усмехнулась. Из-за ветвей ближайших деревьев действительно показался Таркер.

— Что будем обсуждать? — так же заговорщицки отозвалась я.

— Благодарю вас, леди Рейс! — театрально проговорила Хлоя, вставая с лавочки. — Вы ответили на многие мои вопросы!

— На какие именно? — поинтересовался Таркер.

Он приподнял шляпу, приветствуя меня, но его взгляд был прикован к Хлое, которая пыталась придать своему лицу бесхитростное выражение. Получилось у нее не очень убедительно. Совсем неубедительно, если честно.

Не все мне одной слыть плохой актрисой.

— Папочка! — радостно воскликнула она. — А мы с леди Рейс обсуждали вопросы этикета.

Я с усмешкой взглянула на Хлою, чувствуя, как теплеет на сердце.

— Невероятно увлекательная беседа, — с готовностью поддакнула я и, не удержавшись от иронии, добавила: — Присоединитесь, лорд Таркер?

Хлоя обернулась в мою сторону и сделала большие глаза. Видимо, взывала к моему разуму. Я снова едва сумела спрятать улыбку.

Впрочем, Хлоя напрасно переживала. При слове «этикет» Таркер почти незаметно вздрогнул, и до меня донесся голос Коша.

«Огонь и пламя! Только не этикет! Где здесь кнопка переключения режимов?! Ради всего святого, убавьте звук и разбудите меня, когда эта скукота закончится».

— В другой раз, — правдоподобно солгал Таркер, и я усмехнулась. — Хлоя, возвращайся, пожалуйста, в дом. Нам с леди Рейс нужно прогуляться.

Хлоя одарила нас обоих задумчивым, полным подозрений взглядом, на который я лишь развела руками.

— Ладно, — многозначительно протянула она и, поправив ленты своей шляпы, неохотно удалилась.

На ходу она то и дело оборачивалась. Кажется, девочка бы отдала все что угодно за возможность остаться.

— О чем вы хотели поговорить? — спросила я, как только Хлоя окончательно скрылась среди зелени деревьев. — Надеюсь, вы не намерены предлагать мне руку и сердце прямо сейчас? Имейте в виду, после полудня я такие сомнительные сделки не заключаю.

«Аллилуйя! Неужели лекцию об этикете отменили?!»

«Нет, Кош, просто ее читаю я».

В голове раздалось довольный драконий гогот, и я тоже улыбнулась.

На лице Таркера не дрогнул ни один мускул. Даже бровь не дернулась, чтобы обозначить вежливый светский интерес.

— Перед тем как попросить вас стать моей женой, я непременно подготовлюсь заранее, — холодно пообещал он, и я невольно полюбопытствовала:

— Как именно?

— Напишу подробное завещание и возьму осиновый кол.

Я непонимающе нахмурилась.

— Разве колья — оберег не от вампиров? Это намек, что здесь бегает кровопийца?

— Ну что вы, — вежливо ответил Таркер, — кол в сердце от кого угодно защитит.

Пару секунд я осмысливала его слова, а потом фыркнула. Ладно, один-один.

— Вы же пришли сюда не затем, чтобы озвучить эту шутку? К слову, не особо смешную.

Таркер хмыкнул. Его плечи расслабленно опустились.

— Верно. Я хотел позвать вас на прогулку.

Я невольно оглянулась по сторонам. Ни души.

— В лес? — с намеком спросила я и тут же отрезала. — Приличные девушки в лес среди бела дня с мужчинами не ходят!

Все-таки не зря я преподаю этикет! Кое-что сумела запомнить.

На лице Таркера снова появилась тонкая улыбка.

— Поэтому мы поедем на машине и не в лес, а к побережью.

Заинтригованная, я последовала за ним. В конце концов, этикет я преподаю вынужденно. Мне простительно.

***

— Не знала, что вы умеете водить машину.

Я обратила внимание на то, как Таркер ловко управляется с допотопной коробкой передач (возможно, для этого мира она и была новшеством, но у меня вызывала лишь скептическую улыбку). При этом мой взгляд зацепился за его длинные музыкальные пальцы, и как только я поняла, что рассматриваю их слишком долго, отвернулась к приоткрытому окну. В лицо тут же ударил соленый запах моря. Оно плескалось по правую руку от меня и заставляло жмуриться от солнечных бликов, играющих на воде.

— Не так давно научился.

Мы медленно взбирались все выше по горному серпантину, и я не без грусти посмотрела на синие волны, разбивающиеся о каменистый пляж шапкой белых кружев. Где-то там же, внизу, носились голодные чайки.

Я отвернулась и сосредоточилась на дороге.

— Разве вы не относитесь ко всем техническим достижением с изрядной долей недоверия? — поинтересовалась я, припомнив слова Баррета при первой встрече.

Таркер едва заметно усмехнулся.

— Если мне что-то не нравится, это не значит, что я не должен стать в этом лучшим.

Я призадумалась, пытаясь проанализировать услышанное. Таркер вдруг оторвался от дороги, чтобы заглянуть мне в лицо.

— Вы не согласны?

— Нет, — честно ответила я. — Если мне что-то не по душе, на кой черт я буду тратить время, чтобы стать в этом деле лучшей?

«Ути, моя хорошая! — Я почти увидела, как Кош прослезился. — Я этому идиоту уже давно твержу то же самое. Жаль, что он меня не слышит!»

— Вы удивительно смело выражаетесь для женщины вашего круга.

Я пожала плечами. Хотелось беззаботно сказать, что я другого поля ягодка, и в этом вся суть, но смолчала. Вдруг он неправильно поймет? Оправдывайся потом, доказывай, что намекала вовсе не на собственную легкодоступность.

— Снова «вашего»? Вы так и не определились, к какому миру относитесь?

На лбу Таркера пролегла глубокая складка, но при этом голос его оставался все таким же спокойным, даже равнодушным.

— С нами, полукровками, это иногда случается.

В памяти всплыли первые слова Джози после аварии. Тогда она обронила, что Таркер — бастард короля. Я куснула губу, чтобы не выпалить какой-нибудь нетактичный вопрос, их на языке вертелась целая куча. Лучше бы спросить о чем-то более безобидном.

— И все-таки, почему вы взяли машину?

— Она быстрее. Карета тоже осилит этот путь, но времени уйдет больше: дорога слишком сложная.

Мы и правда медленными кругами поднимались все выше, и, будь мой вестибулярный аппарат чуть менее устойчив, меня бы уже затошнило.

— Как просто, — разочарованно протянула я. — Могли бы выдумать какое-нибудь интересное объяснение!

Таркер хмыкнул.

— Например, сказать, что у нас свидание? — с легкой иронией уточнил он, и пока я не успела ответить, перевел тему: — Как прошла воскресная служба?

Я искоса взглянула на него, мысленно отмечая, что он стал смелее и более раскован в своих словах. Это связано с тем, что мы узнаем друг друга лучше или с чем-то еще?

«Я надеюсь на второе и ставлю все на красное».

— Вот как? — вслух сказала я и, спохватившись, вернулась к разговору с Таркером. — Церковная служба произвела на меня неизгладимое впечатление.

— Звучит интригующе.

— Не то слово, — согласилась я. — На меня наложили епитимью и благословили на ту почетную миссию, о которой я уже вам рассказывала. Кажется, еще намекали на возведение меня в ранг великомучеников, но я не уверена. Нужно было, наверное, взять со святого отца расписку, как считаете?

Таркер сжал руль так сильно, что костяшки пальцев побелели. При этом его лицо оставалось все таким же невозмутимым. От этого диссонанса мне стало не по себе.

«Нет бы огнем разок плюнуть, — грустно подтвердил Кош. — А он все в себе, все в себе… Эх!»

— Меня пугает ваш взгляд.

Я оторвалась от мысленного диалога с Кошем и непонимающе уставилась на Таркера.

— Простите?

Да что ж такое?! Я когда-нибудь перестану извиняться?

Таркер если и заметил, как я поморщилась, то не стал акцентировать на этом внимание. Вместо этого он снова обернулся ко мне.

— Вы смотрите так, словно хотели бы выпихнуть меня с кресла водителя и сесть за руль сами.

Я невольно рассмеялась. У Таркера был талант подмечать мелкие детали, но при этом он не понимал моих намеков. Интересно, не делает ли он это осознанно? Ведь я дала столько поводов усомниться в том, что я — леди Рейс… С другой стороны, он был знаком с ней лишь шапочно. Вряд ли бы кому-нибудь пришла в голову мысль делать вывод о том, что человек поменялся с кем-то душами на фоне некоторых странностей в его поведении. Тем более мужчины вообще привыкли списывать все женские причуды на ПМС.

В этом патриархальном мире так точно.

— Мне и правда было бы интересно попробовать, — призналась я. — В теории я знаю, как все работает, а вот практики, можно сказать, у меня не было.

Машина остановилась так резко, что я по инерции дернулась вперед. Хлопнула входная дверь, и через лобовое стекло я увидела, как Таркер огибает черную лакированную машину, чтобы потянуть ручку с моей стороны.

— Выходите, — сказал он.

Я с подозрением воззрилась на его раскрытую ладонь.

— Учтите, пешком я не пойду.

Таркер негромко фыркнул, напомнив мне Коша.

— Я всего лишь предлагаю вам поменяться со мной местами. Вы же хотели повести сами, верно?

— Да, — рассеянно согласилась, предпочитая держать руки на коленях. — Знаете, так быстро мои мечты еще не исполнялись…

Таркер продолжал безмолвно нависать надо мной, поэтому я все-таки вложила руку в его ладонь и выкарабкалась наружу.

— Проедете три мили, не заглохнув, и я… буду удивлен.

Я не сразу отстранилась от Таркера, поэтому в момент его последних слов, сказанных после паузы, я все еще оставалась слишком близко к нему. Я буквально чувствовала жар его тела, который не могла скрыть тонкая белая рубашка (пиджак лежал на заднем сидении). Его пальцы чуть сжали мои, а взгляд вдруг остановился на моих губах. Краем сознания я отметила, что обстановка довольно романтичная: шумящее вдалеке море, высокие горы, синее небо над головой и… никого рядом. По телу пробежала едва заметная дрожь.

«А чего это мы тут делаем, а?»

Я отпрыгнула от Таркера.

«Плюшками балуемся! Разве не видно?»

Вслух я сказала совсем иное.

— Я вас удивлю, — у меня получилось почему-то грозно и мрачно. — Кстати, а куда мы направляемся?

Он предпочел ответить уклончиво.

— Мы уже почти приехали. Скоро сами все увидите.

Я плюхнулась на водительское кресло и некоторое время потратила на изучение рычагов. Таркер не без интереса поглядывал в мою сторону, но никак не комментировал мои действия.

Лишь только раздалось рычание мотора, напомнившего мне почему-то драконье, на моих губах заиграла довольная улыбка. Я ласково погладила руль, а перед тем как рвануть с места, не удержалась и что есть силы нажала на клаксон.

Будь в горах случайные пешеходы, они бы точно слегли с сердечным приступом: звук сигнала резал уши, как рев охотничьего рога.

— Это было необходимо?

Я беззаботно передернула плечами.

— Люблю фанфары.

«И производить впечатление»? — предположил Кош.

«Если только иногда», — легко согласилась я.

Шины зашуршали по гравию, и я счастливо откинулась на спинку сидения. Оказывается, мне этого очень не хватало! В своем мире я обожала гонки. Даже собиралась участвовать в одной из них, любительской, конечно. И все бы получилось, если бы в дело не вмешались деньги: для гонок нужна была машина, а средств на ее приобретение у меня попросту не было.

— У вас природный талант, — между делом заметил Таркер.

— Мне говорили, — кивнула я.

Радость сменилась грустью. Что стоит талант, не подкрепленный финансами? Я действительно «ладила» с машинами, в подростковом возрасте грезила ими, но необходимость зарабатывать себе на хлеб с маслом заставила меня отказаться от мечты и выбрать более приземленную работу. Вряд ли должность менеджера по продажам можно назвать моим призванием, но у меня, воспитываемой одинокой больной теткой, возможности перебирать просто не было: как только закончились государственные выплаты, мне тонко, но весьма прозрачно намекнули, что пора бы уйти в самостоятельное плавание.

 «Мне жаль», — тихо заметил Кош.

Я закусила губу, впервые поняв, что дома никто меня не ждет. Ни мужа, ни детей, ни даже собаки. Лишь работа, темная пустая квартира и… желание доказать, что мне все по плечу. Забавно, ведь прежде я об этом не задумывалась.

 — Остановитесь, — попросил Таркер. Все это время я чувствовала его взгляд, который он не сводил с моего лица. — Приехали.

Я послушно выполнила его просьбу, больше похожую на приказ и, хлопнув дверью, вышла на дорогу. Она продолжала петлять между гор, взбираясь все выше к небу. Слева от меня, за обрывом, блестела, переливаясь в лучах солнца, синяя полоска моря, но оно было так далеко, что его гул едва до нас доносился.

Резкий порыв холодного ветра пробрал до костей, и я поежилась. Таркер, ни слова не говоря, вытащил из машины свернутый плед и, встряхнув его, накинул на мои плечи. Я благодарно кивнула.

— Ладно, что теперь?

Мне не понравилась пауза, которая последовала за моим вопросом, и я с подозрением воззрилась на Таркера.

«Ты учти, — горячо зашептал Кош, — если что, я тут вообще ни при чем. Помнишь, да? Маленький дракончик, который проходил мимо…»

Взгляд Таркера, не сходящий с обрыва, заставил занервничать. Я глупо хихикнула, закутываясь в плед на манер какого-нибудь Тутанхамона.

— Надеюсь, вы сейчас не начнете меня убивать? Спрятать труп здесь, конечно, проще, чем в поместье, но… — я торопливо одернула себя. Не хватало еще давать советы на эту тему! — Зачем вы притащили меня в такую даль? Не любоваться же видами.

— Пейзаж действительно неплох, — рассеянно согласился Таркер и обернулся ко мне. — Но мы приехали не ради него. Видите море под ногами?

— Вы про ту лужицу? — вежливо поинтересовалась я, холодея от дурного предчувствия.

Таркер сухо кивнул.

— Мне нужно… — Он запнулся и на мгновение прикрыл глаза, собираясь с мыслями. — У меня нет связи с драконом, и пока она не появится, я не стану сильнее.

— А вам это необходимо? — догадалась я. — Зачем, не скажете, конечно же?

Обожаю тайны мадридского двора! Тьфу!

«А я на всякий случай напоминаю, что я тут ну совсем ни при чем…»

— Поверьте, о некоторых вещах вам лучше не знать.

— Целее буду? — мрачно предположила я.

Таркер не стал юлить.

— Верно.

От этого лаконичного ответа у меня по спине забегали мурашки. Ощущение было такое, будто мне предлагают не то ограбить банк, не то вступить в мафиозные ряды.

— Пожалуй, я лучше вернусь в поместье, — подумав, сказала я. — А вам желаю счастливо разобраться со всеми вашими проблемами и…

На мой локоть легла тяжелая рука Таркера. Я покосилась на нее с опаской, стараясь не замечать, как по телу пробежала теплая волна непонятного предвкушения.

— Мне придется спровоцировать его, вернее себя. — Кажется, Таркер немного запутался, и торопливо встряхнул головой, словно это могло помочь разложить все по полочкам. — Но без вас все это будет бесполезно. Вы заставляете огонь внутри меня гореть ярче. — Его взгляд снова скользнул по моим губам, но не задержался на них. Я заметила, что на эти короткие мгновения почему-то перестала дышать. — Ваша магия заставляет мою собственную отзываться сильнее, буквально вскипать в крови. Это так странно…

Таркер стоял совсем рядом со мной, его рука все еще сжимала мою, и от этой близости у меня вдруг закружилась голова. Я судорожно сглотнула, подавив тихий вздох, готовый сорваться с губ. Таркер, конечно, был на редкость привлекательным мужчиной, окруженный невероятной атмосферой скрытой силы, и в те минуты, когда он забывал о своей холодности, это становилось очевидным. Наверное, я реагирую на него именно поэтому.

«А другие варианты есть?» — с надеждой спросил Кош.

— Судя по столь вдохновенному монологу, вы толкаете меня на убийство или на что-то похуже, — откашлявшись, пошутила я и осторожно освободила свой локоть из его захвата.

Таркер моргнул, будто только сейчас заметил, что держал меня, и скупо улыбнулся.

— Кое-что похуже, — признался он. — Я прошу вас довериться мне.

Он сказал это просто и серьезно. Чисто внешне все оставалось прежним: я, Таркер, золотистая дорожка на сине-зеленом море, но вместе с тем что-то неуловимо поменялось. Я понимала, сейчас происходит что-то важное, пусть оно и не сопровождается яркими спецэффектами.

— Вы многое просите.

— Знаю.

Напряжение, повисшее между нами, было настолько физически ощутимо, что я не выдержала. Я сжала на груди края пледа и выдохнула:

— Что нужно делать?

На лице Таркера промелькнуло изумление, а затем — благодарность.

— Прыгнуть со мной со скалы.

Я подумала, что ослышалась. Осторожно покосилась вниз на раскинувшееся под ногами море, затем на Таркера.

— Не смешно! — отрезала я и отпрыгнула от него на шаг назад.

А заодно и от пропасти.

— Всплеск адреналина спровоцируют дракона, — принялся объяснять он. Я слушала вполуха. — Только в такие моменты мы ненадолго соединяемся. Мне нужно поймать этот миг и постараться удержать.

— А поговорить по душам не пробовали?

Ответом мне послужили вздох Коша и кислый взгляд Таркера. Ясно. С беседами у них не складывается.

— Это мой шанс, понимаете?

Я понимала. А еще очень живо представляла себе полет в пропасть.

— В воздухе я обернусь и поймаю вас.

Я покосилась на синее море. С высоты оно не казалось таким уж бескрайним, но трепет все равно вызывало.

— Может, сначала обернетесь, а потом прыгнем вниз? — предложила я компромисс.

Таркер его тут же отверг.

— Это никак не поможет. Мне нужен приток адреналина, а не спокойный полет над морем.

— Жаль, меня бы второй вариант вполне устроил, — с тоской протянула я.

На лицо Таркера набежала тень. Я насторожилась. Надеюсь, он не собирается сбрасывать меня со скалы? Мол, чего спорить, лучше действовать.

«Нет, он не настолько плох», — утешил Кош.

— Доверьтесь мне, — тихо сказал Таркер. Судя по напряженному взгляду, просить он явно не привык. — Я обещаю, что вы не пострадаете.

Я задумчиво посмотрела на его раскрытую ладонь и тяжело вздохнула. Колеблясь внешне, в душе я уже знала, как поступлю. Видимо, со мной все-таки что-то не так.

Медленно я вложила свою ладонь в его.

— За вами долг, — честно предупредила я и шагнула к обрыву. — На счет три?

Таркер, не ожидавший такой легкой победы, пораженно уставился на меня. На его губах появилась восхищенная улыбка — самое сильное проявление эмоций, что я за ним замечала.

— Раз, — негромко начал он, сжимая мою руку. — Два…

— Три, — выкрикнула я, закрыв глаза.

И мы прыгнули.

ГЛАВА 16

— А-а-а-а!!!

Я орала на одной ноте, мысленно срываясь на мат, но вслух не могла вымолвить ни слова, пусть даже и даже бранного. За спиной, как парашют, хлопал плед. Закрытые глаза заслезились от порыва ветра, брошенного в лицо. А затем рука Таркера, державшая меня все это время и придававшая уверенности, вдруг куда-то подевалась, и я полетела вниз уже одна… чтобы с размаху рухнуть на драконий хребет. Посадка, скажем так, могла быть и лучше.

Я наощупь нашла один из шипов, слепо вцепилась в него и только затем распахнула глаза.

«Послушай меня!»

«Нет, это ты помолчи, а я скажу!»

Мой взгляд метнулся к мощной драконьей башке, где, словно запертые в клетке, препирались два хорошо знакомых мне голоса. Кажется, Кошу и Таркеру явно есть, о чем поговорить.

Сердце стучало как бешеное, и я с трудом перевела дыхание. Неужели я и правда это сделала?! Вот же дурочка!

Из горла вырвался громкий смех. Прыжок и последовавший за этим полет противоречили логике и здравому смыслу, я и сама не понимала, зачем так поступила. Но в одном не было сомнений: такого безграничного, кружащего голову счастья я никогда не испытывала.

Я раскинула руки, пытаясь обнять и высящиеся пики гор, и переливающееся под золотой чешуей темно-зеленое море, и безграничное небо с шапкой облаков — весь этот прекрасный, дышащий жизнью мир, пахнущий солью и свободой.

— Эге-гей! — закричала я, не в силах справиться с эмоциями и вскочила на ноги.

Решение оказалось поспешным, потому что дракона вдруг резко повело в сторону, и я отлетела на ближайший шип.

— Ты что творишь?! — возмутилась я.

Ответом мне послужило переругивание Коша и Таркера, явно вышедшее на новый виток. Я не успела вмешаться: чешуя вдруг стала горячей, почти обжигающей. Распахнув от удивления рот, я заметила, как огромные крылья на мгновение исчезли, чтобы тут же появится вновь.

— Что происходит? Кош! Таркер!

Их голоса слились в один, и я не смогла разобрать ни слова. Дракон развернулся и устремился к скалистому берегу.

«Держись!».

Я не поняла, кто это сказал, но тут же вцепилась в шип, словно от этого зависела моя жизнь. Возможно, так оно и было.

Дракон рывком преодолел расстояние до прибрежных волн и камнем рухнул вниз, подняв фонтан тяжелых брызг из мокрой крупной гальки.

Я очнулась, лежа на обнаженном Таркере. Его глаза были закрыты, а сам он едва дышал. На мгновение меня пронзила паника, а затем злость.

— Нет-нет-нет! Только посмей мне тут умереть!

Я приложила ухо к его груди и, различив едва слышные удары сердца, выдохнула с облегчением: жив. Не знаю, что случилось во время полета, но что-то явно пошло не так.

Ноги облизывали холодные волны. В нескольких шагах от нас шумели на ветру одинокие сосны. На пустынном пляже не было никого, кроме нас. Помощи ждать неоткуда.

— Лорд Таркер! — требовательно позвала я и затрясла его за плечо. — Очнитесь!

Его голова мотнулась из стороны в сторону, но он не пришел в себя. Я выругалась, громко и со вкусом. Встав на ноги (это было сложно, коленки тряслись от слабости), я постаралась оттащить Таркера подальше от моря, но куда там! Он оказался слишком тяжелым, одной мне его не сдвинуть.

В глазах вскипели злые слезы, и я раздраженно смахнула их. Вместе с отчаянием в душе проснулась и золотистая сила. Она теплом прокатилась к кончикам пальцем и ласково ткнулась в них, как котенок.

— Конечно же… — прошептала я и посмотрела на свою раскрытую ладонь. — Магия.

Несмотря на обряд, я так и не привыкла к мысли, что вовсе не беззащитна. То есть я никогда не считала себя таковой, но теперь у меня появилось еще одно тому доказательство. Оглянувшись, чтобы убедиться в отсутствии свидетелей, я склонилась над Таркером и положила руку ему на щеку. Прямо под моими пальцами появилось золотистое свечение, которое тонкими нитями разошлось по всему телу Таркера. Мгновение, и он распахнул глаза и громко застонал.

Я устало рухнула рядом с ним, вставшим на колени, и мысленно поблагодарила Бога. Все-таки он точно есть.

— Спасибо, — с трудом выдохнул Таркер, фокусируя на мне взгляд. — Прощу прощения, что подверг вас опасности. Я…

Я стянула с себя потрепанный плед и набросила на его плечи. Он с недоумением покосился на меня, а затем, видимо, вспомнив о своей наготе, закутался в шерстяную ткань.

Я ожидала услышать язвительную реплику Коша, но ее не последовало.

— Подождите, — проговорила я, прислушиваясь. — А где ваш дракон? Почему я не слышу его?

Таркер поморщился.

— А я его не чувствую, — нехотя признался он.

Я насторожилась.

— То есть призвать не сможете?

— Пока не знаю.

Повисла долгая пауза, во время которой я задумчиво рассматривала кроны сосен и просчитывала, сколько времени уйдет на пешее возвращение в поместье. Выходило, что немало. И это по самым оптимистичным прикидкам.

— Что случилось?

Таркер, прикрыв глаза, устало потер переносицу.

— Я ненадолго взял контроль над второй ипостасью, но… Не смог его удержать. Меня буквально вышвырнуло в человеческое тело. Не понимаю, почему это произошло.

Я откинула со лба растрепавшиеся волосы и промолчала. У меня появились кое-какие догадки, но сомнений было столько, что я не стала ничего озвучивать.

— Значит, мы здесь застряли? — с наигранной бодростью поинтересовалась я.

Таркер взглянул на меня, и я впервые рассмотрела в его глазах вину.

— Нет, дайте мне пару минут. Я сейчас приду в себя и попробую снова призвать дракона. Самостоятельно нам придется добираться слишком долго.

Я покладисто опустилась рядом с Таркером и подтянула колени к груди. Юбка задралась, но мне к этому моменту уже было плевать: я тоже устала и перенервничала.

— Вы могли бы меня не спасать, — негромко проговорил Таркер, смотря в сторону. — Элегантное решение по избавлению от навязанного вам соглашения.

Я оторвала взгляд от моря и повернулась к нему.

— Мне это в голову не пришло, — честно призналась я, а затем с напускной досадой цокнула языком. — Жаль.

Его лицо вытянулось, прежде чем он сообразил, что я шучу. Услышав мой смешок, Таркер расслабленно опустил плечи. Мне тоже стало немного легче. Вот только душу грыз страх: куда подевался Кош? Не слышать его голос было странно. Я уже привыкла, что это танго мы танцуем втроем. Оставаться с Таркером наедине теперь казалось слишком… интимным.

— Я думал, вы злитесь на меня.

Таркер принялся перебирать гальку, словно искал подходящий камень. При этом он смотрел куда угодно, но не на меня.

— За обман? — ехидно уточнила я и честно ответила: — Злюсь. Терпеть не могу, когда решения принимают за меня.

Таркер кивнул.

— Я вас понимаю, — согласился он. — Это и мне не по душе.

Он с размаху бросил в волны плоский камень. Тот, отскочив от воды, сделал три прыжка, а затем ушел на дно. Я тоже зашарила рукой по гальке.

— Но моя злость не означает, что я брошу вас умирать, — пояснила я и тоже кинула камень в море.

Тот булькнул и исчез в воде. С моих губ сорвался разочарованный вздох.

— Попробуйте этот.

Мне в руку лег новый снаряд — абсолютно плоский и легкий. Пальцы Таркера задержались на моей ладони чуть дольше, чем требовалось. Почему-то я не возмутилась.

— Как так вышло, что вы отсекли от себя дракона? — прицеливаясь, спросила я. — Это же редкость, верно?

Краем глаза я увидела, как он нахмурился.

— Да, такое случается нечасто. Видимо, свою роль здесь сыграло то, что я полукровка.

— Вот как? — полувопросительно обронила я.

Камень, сорвавшийся с моей руки, трижды прыгнул в волнах, прежде чем исчезнуть в них. Я радостно вскрикнула. Таркер посмотрел на меня с одобрением и легкой задумчивостью, таящейся на дне темно-карих глаз.

— Вы быстро учитесь, — заметил он.

— Что есть, то есть, — не стала скромничать я. — Так что насчет небольшой истории?

Таркер откинулся назад и уперся ладонями в острую гальку. На его губах мелькнула улыбка.

— Что ж, ваша настойчивость действительно поражает. Пожалуй, я попросту не могу вам отказать.

— Вы в долгу передо мной, — с готовностью поддакнула я и не без удовольствия добавила: — Дважды.

Таркер помолчал, видимо, приводя мысли в порядок, а затем начал. Его голос сливался с негромким рокотом моря.

— Как вы знаете, мой отец — Его Величество, а мать из драконьего рода, пользующегося уважением. Сейчас сложно представить, чтобы человек и дракон решили связать свои судьбы, но тогда, тридцать пять лет назад, это было пусть и немного экстравагантно, но возможно.

Я куснула губу. Признаться, я ждала чего угодно, но не такого далекого экскурса в историю. Впрочем, мне будет полезно углубиться в прошлое. Кто знает, вдруг оно прольет свет на проблемы настоящего?

— Они объявили о помолвке, но что-то все время мешало: волнение в Южных землях, нападение грахтов, череда рабочих забастовок… А затем еще и шепоток церковников, склонивших чашу на свою сторону: отец разорвал помолвку, чем оскорбил всех драконов.

Бриз стал холоднее, и я придвинулась к Таркеру. Так было теплее.

Он вздрогнул, когда мое плечо коснулось его, а затем набросил на меня плед. Теперь мы были еще ближе, чем когда-либо раньше. Я невольно сглотнула.

Впрочем, Таркер, кажется, этого даже не заметил.

— Возможно, возмущение драконов не было бы таким ярым, если бы к тому моменту она уже не носила ребенка — меня.

— Оу! — прокомментировала я. — А разве…

Таркер усмехнулся, без слов поняв, о чем я.

— У драконов нет трепета перед женским целомудрием. Многие начинают отношения до брака, но с появлением ребенка узаконивают их. Видимо, моя мать рассчитывала на что-то похожее, но не учла разницу в менталитете. Для людей она оказалась запятнавшей себя женщиной с ребенком на руках, которой вполне обоснованно указали на дверь.

— Лицемерие, — пробормотала я. Кожа даже сквозь блузку горела от прикосновения к обнаженному плечу Таркера. — Сплошное лицемерие.

— Матери не пришлось его терпеть, — глухо продолжил он. — Ее настигла родовая горячка и унесла ее жизнь буквально за несколько дней.

— Сочувствую, — тихо сказала я и наощупь нашла его ладонь, чтобы сжать ее.

Его боль отозвалась моей собственной. Я тоже рано потеряла родителей.

Таркер посмотрел вниз, на мою ладонь, но не отдернул руку.

— После ее смерти меня хотели забрать ее родственники, но отец не позволил. Раньше я считал, он сделал это из желания быть ко мне ближе, но теперь я понимаю: ему нужна была подстраховка. Отношения с драконами резко ухудшались, и мое рождение позволило немного потянуть время.

Я промолчала, глядя прямо перед собой. Мне это было знакомо. Я тоже не знала, заботилась ли обо мне тетка из любви или из-за неплохого пособия, полагающегося на ребенка-сироту.

— Я рос в семье герцога. Все знали о моем происхождении, но официально я числился сыном лорда Таркера, что позволило мне унаследовать титул. Впрочем, это не избавило меня от насмешек в школе для знати и от участи изгоя.

— В этом нет вашей вины, — пробормотала я, живо представив себе одинокого черноволосого мальчика — грустного, но не сломленного.

— Обычно мужчины не рассказывают такие вещи, верно? — Таркер усмехнулся. — Принято демонстрировать себя с самой сильной стороны.

Сердце кольнуло, и я раздраженно бросила:

— И кому нужна эта ложь? Честно говоря, ваш образ рыцаря не потускнел от этого признания. — Я хмыкнула и все-таки не удержалась от подколки: — Разве что немного запылился.

Таркер взглянул на меня с интересом. В его глазах вспыхнул непонятный мне огонь, которого я не видела прежде.

— Забавно. Вы всегда меня удивляете.

По спине пробежала дрожь, и я отвернулась к морю.

— Не отвлекайтесь, — пробурчала я. — Вы не закончили свою историю.

Таркер слегка пожал плечами.

— Меня сторонились все, кроме бабушки Виктории. — Я вздрогнула, услышав это имя, и навострила уши. — Именно она и дала мне совет: чтобы стать своим в высшем свете, мне придется стать лучше прочих.

— Не вижу здесь намека отказаться от дракона.

— Его я сделал самостоятельно. Моя вторая ипостась вечно подбивала меня на всякие рискованные шаги. Это отвлекало…

— От заковывания себя в броню? — закончила я.

Перед моим мысленным взором снова встал маленький мальчик, отчаянно пытающийся доказать, что он ничем не хуже прочих. Неужели именно тогда Таркер и стал превращаться в холодного сноба, противоречащего своей драконьей натуре.

Рядом прошелестел голос Коша.

«Так оно все и было».

Я вскочила на ноги, но запуталась в пледе и рухнула на колени Таркера. Тот, ушедший в свои мысли, явно не ожидал такого исхода и ошарашенно уставился на меня. Его рука лежала на моей талии, придерживая от нового падения. Я же вцепилась в его плечи по аналогичной причине. Мы изумленно смотрели друг другу в глаза, сбившееся дыхание Таркера щекотало мои губы.

— Вы… — начал он, но я перебила:

— Я слышу вашего дракона! Он вернулся!

Я так резво вскочила с колен Таркера, будто опасалась, что секунда промедления будет стоить мне жизни. Наверное, даже от маньяка я бы убегала с меньшим азартом, чем от Таркера, вызвавшего вдруг в моей душе совершенно неожиданные и пугающие эмоции.

— Да, я чувствую его, — с облегчением выдохнул он, прислушиваясь к себе. — Мы можем вернуться в поместье.

Поднимаясь на драконьей спине в горы к оставленной машине, я все еще думала о том, что что-то в моем отношении к Таркеру точно поменялась. Я не могла сказать, когда именно, но легче от этого не становилось.

***

— Где же ты можешь быть?

Я окинула взглядом бесконечные книжные стеллажи, взбирающиеся к самому потолку, и тяжело вздохнула. Информация, которую я искала, наверняка должна быть в этой секции, но как ее найти в книжном лабиринте? Нахмурившись, я вытянула руку и пошла вдоль рядов, бездумно скользя пальцами по корешкам томов в кожаном переплете.

С момента нашего с Таркером путешествия к побережью прошла пара дней. Все это время мы сталкивались лишь за ужином, и, честно говоря, я была тому рада. Интуитивно я чувствовала, что мне стоит держаться от него подальше, если не хочу вляпаться во что-то серьезное… к чему я пока точно не готова.

Второй день я, прерываясь лишь на еду, сон и, конечно, детские уроки, не вылезала из библиотеки. Ведьмовские книги, которые Таркер отдал мне в кабинете перед крещением, я тоже перетащила сюда, опасаясь, что стопка столь сомнительной литературы на прикроватной тумбочке заставит горничную что-то заподозрить.

Смущала меня и реакция Джози — жадная и нетерпеливая. Казалось, моя компаньонка с трудом сдерживает возбуждение. Она предлагала свою помощь в поиске книг, содержащих крупицы информации об обмене душами, и не смогла скрыть обиды, когда я мягко отказала.

У меня не было желания доверять Джози. Несмотря на мою новую просьбу рассказать обо всем Таркеру, она не сделала этого, прикрываясь заботой обо мне. Это прозвучало странно и неубедительно, заставив вести себя с ней крайне осторожно.

Слова Вербены все чаще вспыхивали в памяти и раскатистым эхом преследовали меня во снах. По всему выходило, что каждому от меня что-то нужно и правильнее было бы действовать в одиночку, но без помощи, похоже, в этот раз не обойтись. Оставалось понять, у кого ее попросить: у Джози или у Таркера. В свете недавнего откровенного разговора логично было бы обратиться к последнему, но я по-прежнему не знала, зачем ему нужна ведьма и как далеко он готов зайти ради этого.

— Леди Рейс!

Голос Томаса разнесся по библиотеке, и я удивленно вскинула голову. С момента нашего урока прошло едва ли больше двух часов. Неужели что-то случилось?

— Я здесь, десятая секция.

По залу разнесся звук быстрых шагов по мраморному полу, а затем в проеме между стеллажами появился Томас. Его темные волосы растрепались, а жилетка немного сбилась на бок. Видимо, он бежал.

— Хорошо, что я вас нашел!

С этими словами он резко бросился ко мне и неловко задел плечом одну из полок. С нее с глухим стуком упала тонкая книга.

— Зачем ты меня искал? — с беспокойством спросила я, делая шаг ему навстречу.

— Хлоя! — выпалил Томас, тяжело дыша. — Она пьет чай с леди Аттвуд. — Он понизил голос. — Я боюсь, как бы чего не вышло.

Его жалобный, почти умоляющий взгляд заставил меня изменить свои планы. К тому же, я успела узнать его сестру достаточно, чтобы понимать — совместное чаепитие с невестой отца точно не к добру!

— Хорошо, пойдем, — легко согласилась я. — Ты прав, за ними лучше присмотреть.

Томас обрадованно закивал и унесся вперед. Кажется, из-за волнения он напрочь забыл об этикете.

Проходя мимо оброненной книги, я подняла ее и на автомате пролистала. Дрожь пробежала по телу, когда взгляд зацепился за одну из строчек.

— Леди Рейс, вы идете?

Я медленно подняла глаза от книги. Передо мной стоял Томас и нервно переминался с ноги на ногу.

— Да, конечно, — рассеянно ответила я и дрожащими руками прижала книгу к груди.

Кажется, я нашла то, что искала…

***

— Прошу вас.

Баррет услужливо распахнул передо мной дверь. На его лице читалось сочувствие. Видимо, в его понимании присоединиться к чаепитию будущих мачехи и падчерицы можно было только под дулом пистолета, а так как никто не тыкал оружием мне в спину, Баррет счел, что я попросту тронулась умом. Блаженных часто жалеют.

— Благодарю.

Я решительно переступила порог. За невысоким столиком друг напротив друга расположились Хлоя и леди Аттвуд. В их руках я разглядела крошечные фарфоровые чашечки, над которыми поднимался пар.

Томас остался за дверью. У мальца, оказывается, хорошо развит инстинкт самосохранения. В клетку к тиграм он точно не сунется.

— Леди Рейс! — леди Аттвуд одарила меня радостной улыбкой, в которой мне почему-то почудилась насмешка. — Присоединитесь к нам? Хлоя пригласила меня на чай.

Последнее она добавила с легкой иронией, будто ситуация ее забавляла.

— Очень мило с твоей стороны, Хлоя, — вежливо откликнулась я. — Конечно, леди Аттвуд, не могу вам отказать.

Опустившись на диван, я строго посмотрела на Хлою. Та заговорщицки мне подмигнула и откинулась на спинку кресла, в котором буквально утонула. Ее ноги, обутые в детские туфельки, не доставали до пола, из-за чего она выглядела забавно: маленький интриган, который выбрал себе противника постарше и, вероятно, поумнее.

Судя по взгляду леди Аттвуд, она была со мной согласна. Мы одновременно отхлебнули ароматный горячий чай. Первый раунд начался.

— Леди Аттвуд, мне так понравился ваш недавний подарок! — Хлоя прижала руку к сердцу, и я едва не поперхнулась чаем. Интересно, кто научил ее актерским ужимкам.

— Я рада, что он пришелся тебе по душе, — дружелюбно ответила леди Аттвуд. — Не знала, что ты любишь вышивать.

Странное дело, она упустила возможность снова упомянуть школу для девочек. Неужели из-за того, что рядом не было видно Таркера? Я усмехнулась и отправила в рот кусочек песочного печенья.

— У меня для вас тоже сюрприз, — Хлоя просияла ангельской улыбкой, заставившей меня нервно отсесть подальше. — Вот, я сделала это специально для вас!

Она запустила руку в коробку, стоящую у нее на коленях, и вытащила на свет обрезок белой материи, заправленной в пяльцы. Леди Аттвуд настороженно приняла подношение. На ее лице застыла маска вежливого интереса.

Не выдержав, я тоже любопытно покосилась на подарок Хлои и едва не рассмеялась. На белой ткани весьма коряво был вышит… паук.

Леди Аттвуд на мгновение застыла, а затем прочистила горло, прежде чем любезно ответить.

— Очень мило! И… довольно реалистично.

От меня не укрылась гримаса отвращения, на мгновение исказившая ее приятные черты лица. Видимо, пауки не вызывали у нее теплых чувств. Что не помешало ей снова улыбнуться.

— Если ты не против, я помещу твою вышивку в рамочку и повешу над кроватью.

Один ноль! Кажется, этот раунд остался за леди Аттвуд.

Словно в ответ на мои мысли, Хлоя недовольно пожала губы. Судя по упрямому взгляду, это было еще не все.

— Думаю, получилось так реалистично, потому что я вышивала с натуры. Посмотрите, ведь и правда похоже вышло, верно?

С этими словами она снова запустила руку в коробку, и жестом фокусника вытянула оттуда живого паука.

Я нервно икнула, леди Аттвуд истошно завизжала и с ногами забралась в кресло.

— Мы могли бы вышивать по вечерам вместе, — Хлоя повторила недавние слова невесты своего отца и невинно улыбнулась. — Арнольд очень пластичен, у него столько ракурсов…

— Арнольд? — слабо переспросила леди Аттвуд.

Хлоя указательным пальцем погладила большого черного тарантула по мохнатой спинке (даже меня передернуло) и кивнула.

— Да, я его так назвала. Но если хотите, можете дать ему другое имя.

Хлоя доверчиво поднесла паука к лицу леди Аттвуд, та снова завизжала.

— Убери его от меня! Убери!

Ладно, один-один! Пока ничья.

— Хлоя, думаю, Арнольду не очень нравится солнечный свет, — дипломатически заметила я, решив вмешаться. — Убери его, пожалуйста, в коробку.

Девочка разочарованно покосилась на меня, но послушно выполнила просьбу. Ее губы то и дело расплывались в довольной улыбке. Видимо, реакция будущей мачехи ее порадовала.

Леди Аттвуд и правда выглядела излишне бледной. Мне даже стало ее искренне жаль.

— Я слышала, ваша свадьба с лордом Таркером состоится уже совсем скоро, — вежливо проговорила я, обращаясь к леди Аттвуд, чтобы заполнить возникшую паузу.

На самом деле ничего подобного мне никто не говорил, но как еще начать разговор, я не знала.

— Нет, мы пока не назначили конкретную дату, — вяло ответила леди Аттвуд.

Я пригубила чай и поперхнулась, когда до меня донесся звонкий голос Хлои.

— Леди Рейс виднее.

У меня отвисла челюсть.

— Прости, — протянула леди Аттвуд, сощурившись. — Что ты имеешь в виду?

Я, теряясь в догадках, непонимающе воззрилась на девочку. Ее рыжеватые косички торчали так воинственно, что для полноты картины не хватало, пожалуй, только боевой раскраски. Я забеспокоилась. Как бы меня не зарубили томагавком в разгар боевых действий. Случайно.

— Вы слишком мало времени проводите с моим отцом, чтобы знать о его планах, — безапелляционно отрезала Хлоя. — В этом смысле словах леди Рейс я доверяю больше. Они с отцом постоянно что-то делают вместе!

Я закашляла, пытаясь перекрыть ее последние слова, но леди Аттвуд обладала поистине драконьим слухом.

— Постоянно что-то делают вместе… — пробормотала она себе под нос и с улыбкой отпила из чашки с остывающим чаем. — Надо же, как интересно.

Мои щеки вспыхнули румянцем. Я нервно смяла ткань юбки и торопливо вставила:

— Это не то, что вы подумали!

— Конечно, — легко согласилась леди Аттвуд. — Наверняка не то. Вряд ли мои мечты исполнятся так просто.

Хлоя нахмурилась, не понимая за кем остался последний раунд, а леди Аттвуд неторопливо отставила чашку в сторону и грациозно поднялась с кресла.

— Простите, но я так расстроена, что вынуждена вас покинуть. Доброго дня.

Ни в ее интонации, ни в лице не чувствовалось печали. Наоборот, сквозила затаенная радость и легкая насмешка.

Мы с Хлоей проводили ее удаляющуюся спину долгим взглядом. Стоило Баррету вновь прикрыть дверь, как я резко обернулась к своей воспитаннице.

— Ну и что это такое было?

Хлоя завозилась и достала из коробки смятые, исписанные корявым быстрым почерком листы.

— Не пойму, где я ошиблась, — пробормотала она, зарываясь в бумажки. — Леди Аттвуд боится пауков, об этом сказала ее горничная. И каждая невеста будет переживать, если ей намекнут, что ее жених проводит много времени с другой…

С губ сорвался вздох облегчения! Слава Богу, Хлоя просто решила поддразнить врага. Вряд ли она действительно следила за своим отцом. А то я уже придумала целую речь в свое оправдание! Она странным образом походила на последнее слово приговоренного к смерти, но не будем делать на этом акцент.

Я приблизилась и положила руку на исписанные листы, отводя их в сторону. Хлоя, щурясь, подняла на меня глаза.

— Может быть, леди Аттвуд равнодушна к своему жениху, поэтому так отреагировала? — терпеливо проговорила я. — Вдруг она не хочет замуж?

Хлоя мгновенно отвергла этот вариант.

— Все хотят! Нет, здесь что-то другое…

Не зная, плакать или смеяться, я решительно отобрала у нее компрометирующие бумажки.

— Ты тоже хочешь за кого-нибудь замуж?

— Я? — Хлоя искренне удивилась. — Нет, точно нет.

Я куснула щеку изнутри, чтобы не улыбнуться.

— Так почему леди Аттвуд не может думать так же?

В глазах Хлои промелькнуло изумление. Она ошарашенно застыла, пытаясь осмыслить одну простую вещь: человек, которого она считает врагом, может быть похож на нее.

— Но… — неуверенно начала она.

— Просто подумай об этом, — попросила я и потрясла зажатыми в руке листами. — А это я заберу. Пожалуй, слежки уже достаточно.

Проследив за тем, как ее письменный отчет исчезает в кармане моего домашнего платья, Хлоя запротестовала.

— Но я еще не узнала ничего важного!

— А мне кажется, ты не права. Ты знаешь достаточно, чтобы сделать нужные выводы.

Хлоя надулась, сложив руки на груди, а я выскользнула в холл. Последняя фраза все еще вертелась в голове, и, миновав парадную лестницу, я свернула не в сторону спальни, а в противоположные крыло — к кабинету Таркера. Подмышкой у меня покоилась книга с почти истершимся до основания названием: «Ментальная магия драконов».

Пожалуй, свой выбор я тоже сделала.

Не колеблясь, я занесла руку и громко постучала. Таркер отозвался мгновенно.

— Войдите!

Потянув за ручку, я перешагнула порог и плотно прикрыла дверь, за которой оставила все сомнения. Будь что будет!

ГЛАВА 17

Таркер, склонившись над бумагами, сидел за письменным столом. В его черных волосах играли солнечные лучи, и они же скользили по его лицу, сглаживая суровые резкие черты.

При моем появлении он вскинул голову и приподнялся, одергивая жилетку. Пиджак небрежно свисал со стула.

— Леди Рейс, что-то случилось? — Его взгляд скользнул к книге в моей руке. — Если вы хотите, чтобы я что-то пояснил из ведьмовской литературы, то сейчас не время. Давайте отложим до вечера?

— Нет, ждать я не буду, — мрачно сказала я.

Каблуки моих туфель зловеще процокали по паркету. Я остановилась возле стола и бухнула на него книгу, открыв на нужной странице. Мой указательный палец вонзился в один из абзацев.

— Здесь написано, что драконы могут читать мысли. Даже в человеческой ипостаси!

Таркер покосился в книгу и слегка пожал плечами.

— Не понимаю, почему вас это так взволновало.

Я едва сдержала крик ликования. Пришлось что есть силы куснуть губу.

— Так значит, это правда? Вы можете прочесть мои мысли?

Он непонимающе нахмурился и оперся на ладони, подавшись вперед. Теперь мы с ним оба нависали над столом. Наши лица оказались друг напротив друга.

— Вы можете не беспокоится, — проговорил он. — Без вашего разрешения я все равно не смогу этого сделать.

Я расплылась в такой широкой и, подозреваю, сумасшедшей улыбке, что Таркер едва заметно вздрогнул. Его плечи, обтянутые темно-синей рубашкой, напряглись.

— Отлично! Я согласна, давайте!

— Что давайте?

Он выпрямился и смерил меня настороженным взглядом.

— В смысле, я не против, загляните мне в голову. — Я сложила ладони в молитвенном жесте и горячо добавила: — Пожалуйста!

Видимо, последнее добило Таркера окончательно. Он на мгновение растерялся, а затем грозно сощурился.

— Леди Рейс, что происходит?

Я едва не взвыла от отчаяния.

— Проблема как раз в том, что я не могу вам об этом сказать! Поэтому и прошу прочитать мои мысли.

Таркер, к моей досаде, не спешил приступать к делу.

— Магическая клятва? — предположил он.

— Что-то вроде того, — туманно ответила я. — Так что? Мне лучше сесть или лечь?

Видимо, мой боевой настрой вызывал у Таркера некоторые опасения, потому что он снова заколебался, но все же указал рукой на мягкое кресло.

— Присаживайтесь

Он пододвинул ко мне стул с высокой спинкой и уселся напротив. Я занервничала. Неужели сейчас все решится?

— Что я должна делать?

— Просто думайте о том, что хотите рассказать, и смотрите мне в глаза. Кстати, это касается вашего задания, полученного от отца?

Таркер спросил между делом, но я без труда поняла, как сильно его волнует этот вопрос в действительности.

— Не совсем. — Я покачала головой и опустила плечи. — Тяжело объяснить.

Он понимающе кивнул.

— Хорошо, тогда давайте попробуем.

Он впился в меня взглядом. Я, стараясь не мигать, тоже уставилась на Таркера. Его глаза цвета ночи гипнотизировали, и я буквально растворилась в их глубине, недовольно отмечая интимность момента. Казалось, весь мир застыл, словно муха в расплавленном янтаре. Я не знала, сколько прошло времени, но Таркер вдруг устало откинулся на спинку и потер виски.

— Ну что? — Я разве что не прыгала на месте от нетерпения. — Вы все узнали?

Он поднял голову. В его правом глазу лопнул сосуд, а осунувшееся лицо не внушало доверия.

— Нет, — мрачно выдохнул он. — У меня не получилось.

Такого удара под дых я не ожидала.

— Но почему?

Таркер раздраженно облокотился на спинку стула.

— Я полукровка, леди Рейс, если вы забыли. Ментальная магия действительно доступна драконам, но, как вы уже поняли, у меня со своей второй ипостасью не все так гладко, как хотелось бы.

— Вы же призывали огонь, — упрямо напомнила я.

— Магия стихии проста. — Он пожал плечами. — В конце концов, даже люди ею овладевают, пройдя специальный ритуал. А вот с ментальной магией все сложнее.

Я раздосадовано пробаранила пальцами по подлокотнику кресла.

— Причина в ваших с драконом разногласиях?

— Можно сказать и так — уклончиво ответил Таркер и задумался. На его гладком лбу пролегла складка. — Если бы я взял ненадолго контроль над драконом, как во время нашего недавнего прыжка…

Я вздрогнула. Полет мне понравился, но повторять его в ближайшее время в мои планы не входила.

— Хотя сам момент был короток. Возможно, я бы не успел.

Таркер потер подбородок, явно ища какую-то альтернативу. В этот момент в моей голове что-то щелкнуло, и я подняла взгляд от паркета, который изучала уже пару минут

— То есть вам нужны сильные эмоции?

— Да, это должно помочь.

Я быстро прикинула шансы на успех. Они были невелики, но чем я рисковала? Подмоченной репутацией? Я вас умоляю!

Видимо, что-то во мне изменилось, потому что Таркер вынырнул из своих мыслей и с подозрением поинтересовался:

— Мне не нравится ваше многозначительное молчание. Что вы задумали?

— Авантюру, — честно призналась я и без перехода бросила: — Только попробуйте мне помешать!

С этими словами я решительно подалась вперед, ухватила Таркера за ворот рубашки и притянула к себе. Судя по его ошарашенному выражению лица, которое я успела заметить, он ожидал чего угодно, но не этого. Впрочем, когда я прижалась к его губам своими, он не отскочил от меня с воплями: «Помогите! Насилуют!», а ответил на поцелуй.

Его теплая рука легла мне на макушку, послав по телу волну удовольствия. На несколько мгновений я забыла, для чего все это затеяла. Мир отступил, растворился где-то в темноте, выпустив на первый план эмоции, обжигающие не хуже горячей лавы. Мне пришлось сосредоточиться и огромным усилием воли вызвать в памяти воспоминания о прошлой жизни, так нелепо оборвавшейся из-за поездки в аэропорт. Знала бы, ни за что бы не купила горящий тур на море!

Таркер напряженно застыл. Его пальцы все еще нежно поглаживали мою скулу, но язык перестал исследовать мой рот, увлекая нас обоих в опасное путешествие. Я отстранилась первой и с надежной вскинула на него глаза.

— Увидели?

Я узнала ответ, прежде чем Таркер открыл рот. Достаточно было взглянуть на его потрясенное лицо, на котором проступили желваки.

— Да, — негромко ответил он.

С моих губ сорвался вздох облегчения.

— Значит, теперь вы все знаете.

Таркер резко поднялся и, заложив руки за спину, принялся мерять шагами комнату.

— Я должен был догадаться раньше, — пробормотал он. — Я же чувствовал, что что-то здесь нечисто.

Я не знала, что именно он увидел, поэтому спросила:

— Как много вы успели понять?

Он горько усмехнулся.

— Достаточно. Я знаю, что вас зовут Анна и вы поменялись душой с леди Рейс.

— И в этом мне помогли! — возмутилась я. — Это была не моя инициатива.

Таркер ненадолго замер, а потом кивнул.

— Да, это я тоже успел зацепить. Виктория. — Он прикрыл глаза и устало провел рукой по волосам. — Это она вытащила вас. У моей бабушки всегда были интересные способы решения насущных проблем.

Я насупилась. Каким бы интересным не был способ, мне было сложно им восхищаться: моим согласием на перемещение обзавестись никто не подумал.

— Ладно. — Я хлопнула раскрытой ладонью по подлокотнику, и сама вздрогнула от неожиданно громкого звука. — Вы поможете мне вернуться домой?

Таркер замедлил шаг. От меня не укрылось, как он нервно сплел пальцы в замок за спиной. Меня прошиб холодный пот. Неужели я ошиблась в выборе сторон?

— Слушайте, я не хочу никого обвинять. — Боясь, что неосторожное слово вызовет падение в густую липкую тьму, я старалась выражаться максимально расплывчато. — Я просто хочу вернуться домой. Это же в ваших силах, верно?

— Я не специалист в ритуалах по обмену душами, — после паузы ответил он. — Этот раздел магии относится к запрещенной для изучения теме. Но у меня в библиотеке есть пара книг, которые могут помочь в этом вопросе.

Я бы возликовала, но меня смутила долгая неуютная пауза, последовавшая за неохотным признанием Таркера.

— Вы не станете мне помогать, — тихо проговорила я, откинувшись на спинку кресла. — Это не в ваших интересах.

Таркер дернулся, словно от удара, и посмотрел на меня исподлобья.

— Я не так плох, как вы думаете, — огрызнулся он. — Вы правда мне нужны, но я готов отпустить вас после… некоторых событий.

Я нервно хихикнула.

— Извержения вулкана? Второго мирового потопа? После каких именно событий вы были бы так щедры?

В глазах Таркера вспыхнуло пламя. Он подошел к окну и принялся изучать пейзаж за стеклом с такой сосредоточенностью, будто видел его впервые. Он снова натянул на себя маску, и после недавнего откровенно разговора меня это взбесило. Я скрипнула зубами.

— Это не имеет значения, — ровно сказал Таркер. — Гораздо важнее другое. Вы уверены, что вам есть куда возвращаться?

Я едва не послала его к черту, но сдержалась.

— Если дома меня не ждут муж с детьми, это не значит, что мне некуда возвращаться.

Я кривила душой. На самом деле, зародившиеся во время поездки к побережью сомнения периодически давали о себе знать, но я не обращала на них внимания.

— Я не об этом. — Таркер все еще стоял ко мне в профиль. Его идеальная осанка раздражала сильнее обычного. — Сколько дней прошло с вашего перемещения?

Я начала было считать вслух, но он покачал головой и, наконец, обернулся ко мне.

— Где гарантии, что вас еще не похоронили?

Открыв рот, я изумленно уставилась на Таркера. Такая мысль пришла мне в голову впервые.

— Но Вербена… То есть Виктория…

Легкие обожгло огнем, и я закашляла. Ладно-ладно, намек я поняла!

Таркер дернулся в мою сторону, но не подошел. Лишь с тревогой подождал, пока я приду в себя.

— Защита мира, — задумчиво протянул он. — Значит, о ней не лгут. А ведь это считалось лишь теорией.

Я зверски взглянула на Таркера, и он сменил тему. Нашел время читать мне лекции!

— Виктория, судя по тому отрывку, что я видел в вашей памяти, сказала что-то о пустом сосуде. Поэтому вы решили, что ваше тело живо.

Я молча кивнула, не в силах отвести от него глаз. Меня сковало напряжение, отдающее ломотой в мышцах.

— Наверняка так оно и было… в первые дни.

Я отчаянно замотала головой. Этого не может быть! Наверное, я просто лежу в коме!

— Вы специально так говорите, — мрачно выплюнула я. — Не хотите, чтобы я испортила вам всю игру.

Таркер заледенел, а затем решительно подошел к шкафу и рванул на себя его дверцы. Помимо книг на полках стояли странные, непонятные мне предметы.

— Хорошо, — холодно бросил он. — Давайте проверим, кто из нас прав.

Его рука ухватила небольшой стеклянный шар на подставке. Вернувшись к столу, он достал из ящика канцелярский нож и шагнул в мою сторону.

Я невольно встала с кресла, готовая бежать без оглядки. Все-таки когда на тебя наступает мужчина с оружием в руках, это изрядно нервирует.

— Убивать будете?

— Нет, разве что калечить.

Я не сразу поняла, что это шутка.

— С юмором у вас все еще проблемы.

Таркер чуть передернул плечами.

— Дайте руку. Нужна ваша кровь.

Не тратя время на вопросы, я послушно выполнила его просьбу и чуть поморщилась, когда острие ножа укололо палец. Капля алой крови окропила лезвие, и Таркер отступил, протянув мне носовой платок. Я хмыкнула и замотала ранку, а затем с трепетом подошла поближе к столу.

— Что вы делаете?

— Пытаюсь найти ваш мир и ваше тело.

Капля крови с ножа упала на стеклянный шар и тот, вспыхнув, засиял.

— Ого! Да вы прям-таки детектив! — искренне восхитилась я, ненадолго забывая о своей обиде.

Таркер усмехнулся.

— Нет, я просто хороший артефактор, а поисковые заклинания — одни из самых популярных.

Я замерла, а затем с уважением покосилась на него.

— Значит, это ваш шар? Вы его изобрели?

— Верно. А теперь не мешайте.

Я примолкла, нервно теребя ткань юбки. Мысленно я молилась, чтобы все получилось, и старалась не замечать ропота одного тоненького противного голоса, заверяющего меня, что я совершаю ошибку.

Я возвращаюсь домой. И точка.

Или…

Шар вспыхнул радугой еще раз, а затем в его стекле проступила темнота. Я пораженно склонилась над столом, пытаясь правильно истолковать изображение.

— Что это?

Вместо ответа Таркер зашептал какую-то тарабарщину. Заклинание? На его лбу выступила капелька пота. Видимо, магия отнимало немало сил.

— Не догадываетесь?

Я покачала головой.

Таркер поморщился и снова пробормотал что-то невразумительное, чем-то напоминающее латынь. Изображение приблизилось, а потом отдалилось. Мои ноги подкосились. Я зажала рукой рот, чтобы не закричать. Я видела закрытый гроб и под его крышкой свое лицо. То лицо, которое раньше принадлежало мне.

Тело налилось слабостью, и я бы рухнула на пол, если бы Таркер, выругавшись, не подхватил меня. Стеклянный шар мигнул и погас.

— Нет-нет-нет, — прошептала я. — Вы мне лжете!

Таркер осторожно усадил меня на диван и торопливо вернулся к шкафу, чтобы выудить оттуда графин с каким-то темным напитком.

— Я могу дать вам магическую клятву, что не обманываю вас.

Что-то в его голосе и выражении лица убедило меня. От этого сделалось еще хуже. Я сжалась на кресле, пытаясь переварить все случившееся.

— Если бы я пришла к вам раньше, мы могли бы успеть?

Таркер заколебался, но все же ответил.

— Думаю, да.

В горле застрял огромный ком. Я старалась дышать ртом, чтобы не разреветься.

— Выпейте.

Мне в нос ударил резкий запах алкоголя, и я поморщилась.

— Что это?

— Бренди. Вам нужно немного расслабиться.

Спорить сил не было. На меня будто вывалили груду камней, и теперь я не представляла, как жить под таким завалом.

— Ненавижу! — бросила я, ни к кому конкретно не обращаясь.

Мне просто хотелось хоть немного выплеснуть эту боль, душившую меня.

Таркер вздрогнул. Его лицо заострилось.

— Виктория не могла вам солгать — мертвые не обладают этой привилегией. Поэтому она не сказала вам, что вы мертвы. Хотя это было бы удобно: сразу отбить у вас желание что-то делать. Она ждала, пока все случится само собой. Тело без души долго не живет. Видимо, Виктория просто не успела рассказать вам последние новости.

Я мрачно вспомнила, как Вербена торопилась что-то поведать мне, но налетевший ураган и мои слова о Джози помешали ей это сделать. Уж не спешила ли она сообщить радостную весть о моей кончине?

Моя рука сжалась в кулак. Я ведь могла вернуться назад, могла! А теперь слишком поздно.

Я залпом выпила бренди. Он обжег горло, на глазах выступили слезы. Таркер забрал у меня пустой стакан и, держа его в руках, осторожно опустился в кресло напротив. Его взгляд не сходил с моего лица.

— В ваших воспоминаниях есть еще кое-что настораживающее.

Я нервно рассмеялась. Алкоголь докатился до желудка, и напряжение не исчезло, но стало меньше. Судя по сузившимся зрачкам Таркера, он тоже это заметил.

— Боюсь даже предположить, что вы имеете в виду.

Он провел указательным пальцем по краю хрустального бокала, а затем резко отставил его в сторону, водрузив на подлокотник.

— Джози, — обронил он так, будто одного этого слова было достаточно. — Я про нее.

Наплевав на все правила приличия, я скинула неудобные туфли (они натирали), подтянула ноги к груди и уселась бочком. Таркер наблюдал за этими телодвижениями с поразительной внимательностью, но комментариев с его стороны не последовало.

— А что с ней?

Конечно, я понимала, что он имеет в виду, но было интересно услышать его ответ.

— Она убеждала вас, что мне нельзя доверять, — терпеливо пояснил Таркер. — Разве не подозрительно?

Я, поглядывая на него из-под полуопущенных ресниц, с наигранным равнодушием пожала плечами.

— Это может ничего не значить. Простите, но вы не вызываете у людей мгновенного расположения.

Он усмехнулся и, подавшись вперед, сложил ладони домиком. Кончики его длинных пальцев почти касались красивой линии губ.

— С этим не поспоришь, — легко согласился он. — Но ваша компаньонка с поразительной настойчивостью предлагала свою помощь. Пожалуй, такая целеустремленность не свойственна обычным самаритянам.

Я перестала делать вид, что в упор не понимаю его намеков, и спросила в лоб:

— Вы думаете, она ведет свою игру?

— Либо свою, либо тех, кто ее нанял, — без обиняков ответил Таркер. — Ваш отец... простите, отец леди Рейс, мог дать ей кое-какие инструкции на случай, если все пойдет не плану.

— При таком раскладе, видимо, я в опасности? — меланхолично предположила я.

Эффект бренди оказался немного не таким, каким я ожидала. Горячее тепло рассеялось, оставив после себе лишь тоску и уныние. Перед глазами снова и снова возникала картина закрытого гроба. Будь я чуть настойчивее...

— Верно. — Таркер изучал меня с легкой тревогой. Подозреваю, ему не понравились перепады моего настроения. — Поэтому нам нужно вывести ее на чистую воду. Сделайте вид, что соглашаетесь на ее предложение, а затем...

Черная пустота, расползающаяся в груди, вдруг лопнула с громким хлопком. Я вскочила на ноги.

— Мы? — прошипела я. — Вы действительно считаете, что после того, что наворотила ваша бабушка, я буду иметь с вами дело?

Таркер тоже встал с кресла. В его взгляде я различила сожаление и чувство вины.

— Послушайте...

— О, нет! — Я наставила на него указательный палец, словно острие ножа. — Я слушала вас достаточно! Из-за вас я оказалась связана странным союзом по рукам и ногам, и, как выяснилось, именно на это и рассчитывала ваша дорогая родственница, когда выдергивала меня из привычной жизни.

Таркер никак не реагировал на мою вспышку. Застыв, как истукан, он слепо смотрел на меня и не пытался оправдаться. Это стало последней каплей.

Выругавшись, я, босая, бросилась к двери и обернулась уже на пороге. Злость на Вербену змеей перетекла на его внука. Задыхаясь, я выплюнула:

— Вы всегда думаете только о себе! Даже стремясь соединиться со своей второй ипостасью, вы вместо того, что принять ее, пытаетесь подчинить!

Таркер едва заметно вздрогнул. В его глазах, на самом донышке, промелькнуло изумление, но голос прозвучал спокойно.

— Полагаю, вашу речь стоит завершить словами о том, что я монстр.

Его ничего не выражающая интонация добила меня окончательно, и я вылетела за порог, громко хлопнув дверью. С губ сорвался приглушенное ругательство, которое не принесло облегчения:

— Что б вас всех!

Я немного постояла на месте, а затем устало побрела к себе. В голове не осталось ни одной мысли, кроме желания забраться в кровать и лежать, уставившись в потолок. Хотя бы какое-то время.

Впрочем, мои мечты так редко исполнялись, что при виде Джози, расплывшейся в улыбке, я даже не стала мысленно сетовать на закон подлости.

— Леди Рейс, — она продолжала называть меня чужим именем, а я не могла ее поправить, — как хорошо, что вы вернулись. Нашли что-нибудь?

Я не сразу поняла, что она имеет в виду мой поход в библиотеку.

— Пока нет, — после небольших колебаний солгала я.

Несмотря на горячую обиду на все семейство Таркеров, я не могла не признать, что поведение Джози выглядит подозрительным.

— Ох, жаль! — искренне отозвалась она. — Может быть, вам попробовать поискать вечером? Ведь лорд Таркер не ограничивал ваше время посещения библиотеки?

Я усмехнулась. Джози спросила о последнем с таким волнением, словно от этого зависела чья-то жизнь. Впрочем, кто знает? Вдруг я недалека от истины.

— Джози, я сильно вымоталась и хотела бы немного поспать.

Она с готовностью закивала и направилась к выходу.

— Конечно! Отдыхайте! Ведь вечером вас снова ждет работа.

Смысл ее слов дошел до меня только после того, как она аккуратно притворила за собой дверь. Я рухнула на кровать и хихикнула в подушку. Значит, Джози намерена снова и снова отправлять меня в библиотеку, пока поиски не увенчаются успехом. И правда, такая настойчивость вызывает вопросы.

Я прикрыла глаза. В голове после бренди все еще шумело, и я думала просто немного полежать, но в итоге незаметно для себя уснула. Видимо, сказалось нервное потрясение. Не каждый день лицезреешь себя в гробу.

Во сне я встретила Вербену.

ГЛАВА 18

Передо мной снова шумел зеленый лес. Ему вторил негромкий рокот реки, бегущей под поваленным деревом. Вербена (я никак не могла привыкнуть называть ее иначе), как и в прошлый раз, сидела на огромном, покрытом зеленом мхом валуне.

Я приподнялась с шелковистой травы и прислонилась спиной к одной из сосен. Ее шершавый, нагретый солнцем ствол чуть царапал обнаженные плечи, но не вызывал неприятных ощущений. Они появлялись лишь при взгляде на благородное лицо моей собеседницы.

Она грустно улыбнулась.

— Ты злишься, я знаю.

Я язвительно фыркнула.

— Не думала, что это настолько очевидно!

Вербена покачала головой. Где-то позади нее вспорхнула стайка мелких птиц.

— Ты имеешь право негодовать. Я действительно не спросила твоего мнения, когда затеяла все это. Наверное, потому что понимала: ты не согласишься.

— А других вариантов не было?

— К сожалению, нет. Мне нужна была именно ведьма, а души с таким даром встречаются редко. Во всех мирах.

Видимо, я должна была почувствовать себя исключительной и возгордиться, но вместо этого меня накрыла новая опустошающая волна усталости и разочарования.

— Смерть леди Рейс и правда случайность? А моя авария?

Вербена с возмущением уставилась на меня, ненадолго растеряв все свое достоинство.

— Ты же не думаешь, что я это подстроила? — Встретив мой взгляд, она тяжело вздохнула. — Ясно, думаешь. Нет, ты зря подозреваешь меня в такой подлости. В первую очередь потому, что это попросту не в моих силах. Мертвые тоже подчиняются определенным правилам.

В памяти всплыл сырой темной коридор, и я нахмурилась.

— Перед тем, как я очнулась в этом мире, я видела кое-что странное.

Мне не понадобилось ничего добавлять. Вербена поняла с первых слов.

— Твоя душа металась в поисках пути, — пояснила она. — Она замерла между небом и землей, и именно это позволило мне подтолкнуть тебя в нужную сторону. У меня нет власти над душами тех, кто уже определился.

Я сглотнула. Получается, если бы не ее вмешательство, я бы впала в кому?

— Сложно сказать, — тихо откликнулась Вербена, прочитавшая мои мысли. — Ты могла быстро найти нужную дверь и очнуться в своем теле, могла заплутать и бродить по коридору сотни лет... Но, когда я тебя остановила, ты вполне целенаправленно шла к выходу наверх.

— Наверх? — одними губами переспросила я.

Вербена молчаливо кивнула.

Я отвернулась, бездумно вертя в руках камень, поднятый с земли. Таркер сказал, что мертвые не могут лгать. По всему выходило, что Вербена подарила мне второй шанс.

— Вы могли бы просто подсказать мне нужную дверь, и я бы вернулась в свое тело, — насупившись, буркнула я.

Обжигающая обида начала угасать. Я по-прежнему чувствовала себя обманутой, но злости уже не было.

— Могла бы, — согласилась она, и ее голос прозвучал виновато. Самую чуточку, но все же. — Но я не ангел, Анна. Я просто мертвая душа, которая отчаянно хотела исправить собственные ошибки.

Не знаю, что зацепило меня: то, что Вербена наконец назвала меня по имени, или то, что призналась в своих грехах, но мне стало легче. Что-то, сдавливающее сердце, разжало свои тиски, и я смогла дышать как раньше: полной грудью.

— Вы о том, что ваши слова подтолкнули внука отречься от части себя?

Вербена ненадолго опустила взгляд, а затем, словно спохватившись, снова посмотрела на меня: невозмутимо и даже надменно.

— Я не имела в виду именно это, когда разговаривала с ним.

— Но и не стали переубеждать его, верно?

Она нервным движением поправила изящную брошь на груди.

— Когда я увидела результат... Я подумала, что оно того стоит.

Несмотря на гордую посадку головы и царственную осанку, что-то в ее позе выдавало волнение и неуверенность. Где-то над моим ухом пронеслась жужжащая пчела, и я испуганно дернулась. Вопрос, который я собиралась задать тоном прокурора, прозвучал на редкость пискляво.

— Вы жалеете об этом?

— Да, — тихо ответила она. — Каждый день своей посмертной жизни.

— Почему?

Она вскинула на меня взгляд светлых, как лед, глаз.

— Потому что люблю своего внука, и мне больно от того, во что он превратил свою жизнь.

К горлу подкатил ком. Таркеру повезло в одном: у него были родные, которые его искренне любили. Мне не нравились методы Вербены, но теперь, когда я понимала, что за мотивы ею движут, злиться на нее уже не получалось. Странным образом я испытала желание оказаться на месте Таркера. Если бы у меня был кто-то, кто любил бы меня не меньше Вербены...

— У тебя он появится. Уже совсем скоро.

Нет, это невыносимо! Я раздраженно посмотрела на Вербену, но та лишь усмехнулась.

— Я подслушиваю твои мысли невольно, — вновь напомнила она.

— Значит, вам нужна была ведьма для того, чтобы помочь вашему внуку договориться с драконом? Сделать его сильнее?

Вербена ненадолго замялась и подняла голову, вглядываясь в небо. Ни облачка. Кто-то надеялся на ураган?

— Ты снова задаешь вопросы, ответы на которые узнаешь совсем скоро. — Она встала с валуна. Я вздрогнула, когда она опустилась на колени и взяла мои ладони в свои. — Пазл уже почти сошелся, Анна.

Это прозвучало так многозначительно, что я невольно замерла, но ненадолго.

— Хорошо. — Я закатила глаза. — Буду просто ждать. Что-то еще?

Вербена кивнула, сжала мои ладони и негромко сказала.

— Да. Спасибо тебе.

По телу пробежала теплая волна, но я не успела ответить, хотя подходящая колкость уже рвалась с языка: Вербена исчезла. Потрясенная, я завертела головой, ища ее, но все впустую. Я осталась одна в этом зеленом лесу с шумящей неподалеку рекой.

Впрочем, удивляться мне пришлось недолго. Я проснулась.

***

Я распахнула глаза. Часы показывали, что мой сон длился чуть больше часа, но я чувствовала себя свежей и отдохнувшей. Ушли усталость и злость, голова стала ясной.

Я сделала пару шагов по комнате, раздумывая обо всем случившемся. Пожалуй, мне придется смириться с тем, что пути назад нет, а раз так... буду подстраиваться под новые обстоятельства! Неужели я не справлюсь?

Дыра в душе все еще ныла, но вместе с тем я чувствовала прилив азарта. Я всегда любила адреналин, а здесь его было даже больше, чем в моем мире. Возможно, так сказалась близость к Таркеру. Тот, несмотря на внешнюю холодность, явно не умел жить спокойно!

Мои мысли приняли новое направление. Я подумала о том, что он прав в своих опасениях по поводу Джози. Мы должны понять, что она задумала.

Какая-то несформировавшаяся мысль заставила меня нервно обхватить себя руками, а затем и вовсе замереть. Впервые за долгое время я могла сказать "мы"", и это послало волну мурашек по спине. Мне было непривычно полагаться на кого-то еще, но, возможно, пришло время что-то поменять?

Я шагнула к двери. Пожалуй, стоит узнать, как именно Таркер хочет вывести на чистую воду Джози.

Вспомнив, что оставила туфли в кабинете, я торопливо обулась в первые найденные в шкафу лодочки, а затем поправила смявшееся платье. Рука механически нырнула в карман, и я вытащила исписанные быстрым почерком листы бумаги — записи Хлои. Я бросила их на туалетный столик и, уже собираясь уходить, зацепилась за одну из строчек взглядом.

Мои брови изумленно взлетели. Так-так, что у нас тут...

Спустя пять минут я уже штурмовала кабинет Таркера.

— У меня для вас две новости: хорошая и плохая. С какой начать?

При виде меня Таркер поперхнулся чаем, который пил прямо за рабочим столом.

— Признаться, я даже опасаюсь делать выбор.

Я заметила, как при виде меня потеплел его обычно холодный взгляд, и странным образом тому обрадовалась.

— Ладно, тогда скажу как есть. — Я решительно плюхнулась в кресло напротив него. — Вы правы, нам нужно выяснить что на уме у Джози. — Прежде чем он успел что-то ответить, я добавила: — Кстати, ваша невеста имеет нехорошую привычку копаться в ваших документах.

С этими словами я выложила на стол письменный отчет Хлои. Взгляд Таркера потяжелел, когда он нашел нужный абзац.

— Что будем с этим делать? — с напускной беззаботностью поинтересовалась я.

— У меня есть план, — после паузы сказал он и подался вперед.

Я хмыкнула.

— Другого ответа я и не ждала. Я в деле.

— Тогда слушайте...

***

— Нам точно никто не помешает?

Джози так нервно огляделась, будто боялась, что под книжными стеллажами спрятались чудовища из ночных кошмаров. Одно неверное движение, и тебя утащат в темноту! В принципе она была не так уж далека от истины…

— Не волнуйся, — уверенно ответила я, — лорд Таркер уехал из поместья по делам, а в библиотеку кроме него никто не посмеет войти.

Мои слова не успокоили Джози. Ее нос дернулся, как у ищейки, а испуганные, лихорадочно блестящие глаза снова забегали по комнате, что-то выискивая.

Хлоя с Томасом переглянулись.

— Ну скоро уже начнем? — капризно спросила Хлоя и демонстративно зевнула, прикрыв рот ладошкой. — Леди Рейс, вы сказали, что это ненадолго! Я хочу спать.

— Да-да, — Томас включился в игру неловко и только после пинка, который отвесила ему сестра. — Я тоже!

За окном, где темноту ночи озаряла лишь тусклая луна, что-то с шумом пронеслось. Джози вскрикнула и едва не выронила свечу из дрожащих пальцев. Я прошла к креслу и столику, включила ночник, а затем вернулась и прилипла к стеклу.

— Похоже, это была летучая мышь.

— О, дайте посмотреть! — оживилась Хлоя, выпадая из образа капризной леди. — Она уже улетела?

— Зачем она тебе? — удивился Томас. — У тебя уже есть крыса, паук и кот.

— И мне не хватает летучей мыши!

Хлоя метнулась к окну и принялась жадно всматриваться в темноту. Я развела руками.

— Прости, но ты не успела. Хочешь, устроим засаду и подождем новую жертву?

Наш диалог вернул на щеки Джози румянец. Она перестала судорожно сжимать подсвечник и решительно поджала губы.

— У нас нет времени, — грубовато напомнила она. — Давайте сделаем то, зачем пришли.

Возражений не последовало. Лично я так я вообще внутренне возликовала, но постаралась этого не показать. Мне не хотелось тратить на это представление всю ночь, так что чем быстрее все закончится, тем лучше. К тому же, детям и правда стоит быть в кроватях, а не участвовать в ритуале. Пусть и с разрешения отца.

Таркер поговорил с детьми без моего ведома. Не знаю, что именно он им рассказал, но я едва не упала, когда Томас назвал меня «Анной». Правда, сестрица тут же одернула его и театральным шепотом напомнила, что обращаться ко мне стоит так же, как и прежде: «Леди Рейс».

— Нам следует начертить пентаграмму, — шелестя страницами в поисках нужной, проговорила Джози. — Где же это…

Книга в ее руках выглядела ужасно потрепанной, но я знала, что виной тому стало время. В конце концов, именно в таком непрезентабельном виде (ветхие страницы, рассыпавшийся переплет) мне отдал книгу Таркер. Он оказался прав: Джози действительно обрадовалась моей находке, да еще как!

— Тогда не будем тянуть, — со вздохом согласилась я. — Есть мел?

В сумке Джози нашелся не только он. Через пару минут мы уже любовались криво начерченной пентаграммой. На каждой из вершин неровно горела свеча, и в ночном полумраке библиотеки это выглядело зловеще. Даже если бы я на самом деле собиралась проводить ритуал, точно бы задумалась, а стоит ли это делать.

— Отлично! — Джози лихорадочно облизнула губы. От меня не укрылось, что ее тело сотрясает едва заметная дрожь. Так сильно нервничает? — Дети должны прочесть вот это. — Она протянула им по исписанному мелким аккуратным подчерком листу бумаги. — А вы, леди Рейс, вступите после них с этим заклинанием. Оно на латыни, ничего?

— Ничего, — солгала я, надеясь, что память тела не подведет в такой ответственный момент.

Выходить на «бис» с этим номером я не намерена.

Джози выдохнула с облегчением и, сверяясь с книгой, которую не отдавала мне ни под каким предлогом, расставила всех нас по нужным местам. Когда мне достался центр пентаграммы, я не удивилась. И правда, кого еще приносить в жертву, если не меня?

— Начинайте! — скомандовала Джози.

Ее голос окреп, а к ней самой явно вернулась смелость. Теперь она напоминала опытного дирижера, который не только вел за собой остальных музыкантов, но и следил, чтобы они не сильно лажали.

Томас негромко зачитал заклинание со своего листа. На последнем слове бумага в его руках загорелась и осыпалась на пол черным пеплом. Тот, как шустрая змейка, обежал все углы пентаграммы, а затем исчез. Я неуверенно расправила свой лист, стараясь уловить смысл непонятных слов, но мне не пришлось долго мучиться. Когда я, готовая вступить со своей частью, откашлялась, из глубины библиотеки появился Таркер. Звук его шагов приглушил толстый ворс ковра, поэтому при виде вытянувшегося лица Джози мне захотелось прокричать: «Сюрприз! Сюрприз!»

— Читайте! — закричала она. — Скорее читайте!

— Не вздумайте, — ровно сказал Таркер.

— Я и не собиралась.

Словно возмутившись таким ответом, свечи мигнули и погасли. Джози вскрикнула, а затем вдруг, ничего не объясняя, бросилась наутек. Я, чисто на инстинктах, метнулась за ней.

Я уже почти ухватила ее за длинную косу, когда она резко затормозила и попятилась. Заметив причину ее испуга, я, забыв про азарт погони, тоже остановилась: Джози медленно, но верно обступала стена огня. Странным образом пламя, облизывающее пол и книжные стеллажи, ничему не вредило, хотя было реальным: его жар опалял лицо и заставлял щуриться.

— Ух ты! — воскликнул Томас.

Я оглянулась в его сторону и увидела, как к его уху склонилась Хлоя и принялась что-то нашептывать. Он деловито кивал, не отрывая любопытного взгляда от нас с Джози. Кажется, я обеспечила детей эмоциями на год вперед: тут тебе и страшный ритуал, и заговор, и предательство… Так и вижу, как спустя годы близнецы вспоминают этот день (пардон, ночь!) с умилением: «помнишь, это случилось в тот же год, когда мы едва не спалили компаньонку нашей гувернантки».

Таркер шагнул из полумрака и оставленной вдалеке пентаграммы, как ангел возмездия. Его черные глаза впились в Джози, а огонь, окруживший ее, расступился, чтобы пропустить его. Клянусь, ему для полноты картины не хватало меча и крыльев. Правда, учитывая его взгляд, не предвещающий ничего хорошего, цвет оперения наверняка оказался бы темным.

— Томас, Хлоя, — не оборачиваясь, бросил он. — Возвращайтесь к себе. Я скоро приду.

Это прозвучало так многообещающе, что Джози побелела и снова заметалась по импровизированной клетке.

— Ну, папа! — заныла Хлоя. — Нам тоже интересно!

— Мы тихонечко посидим, — поддакнул ее брат.

— Ты нас и не заметишь! — дуэтом пообещали близнецы.

Вместо ответа Таркер все-таки обернулся. В его глазах вместо зрачков плясало пламя.

Детей как ветром сдуло. Правда, бесстрашная Хлоя буркнула что-то по поводу сказки на ночь, но уже за порогом. Я негромко кашлянула и начала пятиться.

— Знаете, я тоже, пожалуй, пойду. Уже так поздно…

Конечно, я не боялась Таркера, но мне абсолютно точно стало не по себе. Таким я его еще не видела. Он словно застыл в каком-то пограничном, близком к обороту состоянии: в глазах плескался огонь, черты лица исказились и стали хищными, мышцы рук вздулись, натянув пиджак, а из-за спины будто вот-вот вырвутся крылья.

— Останьтесь, — коротко приказал он.

Именно что приказал, и я подчинилась. Мысленно выругавшись, конечно.

«Не злись, он действительно на грани».

Я встрепенулась, заслышав Коша.

«Почему? Что происходит?»

«Он принял твой совет и… все пошло немного не по плану».

Я не на шутку испугалась.

«Подожди, какой совет?!»

Но Кош исчез. Вместо него до меня донесся ход мыслей самого Таркера, и это было так неожиданно, что я едва не села прямо на пол.

Да что вообще происходит?

— Значит, ты хотела поменяться с ней местами. Я заметил, как ты немного подкорректировала ритуал, добавив в него одно, но весьма значительное изменение, — в интонациях Таркера появились рычащие нотки, но сам он при этом казался абсолютно спокойным. От этого контраста по спине побежали мурашки. — Расскажи мне правду.

Джози вскинула подбородок, будто собиралась гордо отмолчаться, а затем громко разревелась и спрятала лицо в ладонях.

— Да, хотела! — закричала она. — И все бы получилось, если бы вы не вмешались!

— Ты же понимала все последствия? — сдержанно поинтересовался Таркер. Он больше не надвигался на нее, а застыл в паре шагов. Под его ботинками скользило пламя. — Ты хотела стать причиной чужой смерти?

Джози убрала руки и зло взглянула на меня. От такой неприкрытой ярости я едва не отступила назад.

— Какое мне до этого дело? — вдруг раздраженно выплюнула моя компаньонка. Ее палец уткнулся в мою сторону. — Она жаждала вернуться домой, и я бы помогла ей.

— Звучит неплохо, — зловеще согласился Таркер. — Вот только ты собиралась сделать это не из альтруистических соображений. Я слышал, какое заклинание ты выбрала. Твоей целью было занять освободившееся тело леди Рейс.

Лицо Джози сделалось пунцовым, оно больше не выглядело милым. Тонкие девичьи пальцы с аккуратным маникюром сжались в кулаки.

— Да, я бы пошла на это! — Она снова сорвалась на крик. — И мне все равно, куда при этом денется эта самозванка или настоящая леди Рейс! Это мой шанс… был.

Из ее горла вырвался всхлип. Мое сердце сдавила жалость, но тут я вспомнила, что по ее плану мне пришлось бы очнуться в гробу и заново пережить смерть. Что-то мне подсказывало, что в этот раз она была бы более болезненной, чем в предыдущий.

— Никто не любит бастардов, — вдруг прошептала Джози и вызвала в моей памяти воспоминание о дне моего знакомстве с ней. Так вот почему уже тогда эти слова показались мне такими искренними и горькими. — Чем я хуже леди Рейс? Только тем, что моя мать была обычной горничной, а не знатной дамой. Но в моих жилах тоже течет благородная кровь, как и в ваших!

Я вздрогнула, думая, что она бросила это мне, но Джози с ненавистью и обидой смотрела на Таркера. Понадобилась пара секунд, чтобы до меня дошло: если я, настоящая я, вызываю у нее лишь равнодушие, то Эшли и Таркер — гнев. Им, по ее мнению, досталось то, чего ее лишили. И она, пускай неумело, пыталась восстановить справедливость.

Все бы ничего, но меня при этом снова вычеркнули из уравнения, как досадную нелепость.

— С этим разобрались. — Казалось, Таркера вообще не задела открытая неприязнь. Я принялась обходить его, чтобы увидеть его лицо и убедиться в этом. — Значит, лорд Рейс не имеет отношения к ритуалу, верно?

Джози нахмурилась, явно удивленная таким вопросом, а затем кивнула.

— Отлично, теперь расскажи мне, что он тебе поручил?

Я встала немного в отдалении. С этого ракурса я могла рассмотреть и Таркера, и Джози. На лице последней появилось глуповатое, какое-то бессмысленное выражение. Я растерянно почесала кончик носа и перевела взгляд на застывшего напротив нее Таркера.

«Не смотри в глаза!»

Я торопливо уставилась в пол, успев заметить, что огонь в глазах Таркера потух, уступив место гипнотическому сиянию. Оно подчиняло, подавляло и заставляло быть откровенной.

«Что это?»

«Ментальная магия как она есть. Не думал, что ему удастся послать приказ, а смотри-ка! Смог».

В голосе Коша прозвучали гордость и восхищение, и я невольно улыбнулась, правда, все также изучая пол.

— Лорд Рейс велел следить за его дочерью и напоминать ей о важности миссии, на которую ее отправили.

— Ты в курсе миссии?

Джози, как болванчик, кивнула.

— В общих чертах. Ей нужно спровоцировать вас, чтобы развязать войну между нами и драконами.

— Он открыто об этом сказал?

— Я сама догадалась.

— Хорошо. Знаешь, зачем ему это?

Она, слепо смотря вперед, механически ответила:

— Нет. Он не говорил.

Я искоса взглянула на Таркера. С его лба градом катился пот, а сам он будто едва держался на ногах. Кажется, магия выпивала из него все соки.

— Ты присылала ему отчеты?

— Нет, он боялся, что их перехватят.

От следующего вопроса у меня едва не подкосились ноги.

— Почему ты не рассказала самозваной леди Рейс о том, что может ждать ее по возвращении домой? Ты же прочитала об этом в книге, верно?

Джози ответила все тем же лишенным эмоций голосом.

— Я боялась, что она передумает и останется в теле леди Рейс.

— Хорошо. — Таркер сделал прерывистый вздох, словно ему стало не хватать воздуха. — А теперь послушай меня. Я приказываю тебе забыть обо всем, что здесь случилось. Ты не будешь помнить странностей в поведении своей хозяйки, ее признания и этого незаконченного ритуала. Ты вернешься в свою постель, а наутро встанешь с ярым желанием уволиться и поискать счастья на новом месте. Получив согласие леди Рейс, ты покинешь это поместье и больше сюда не вернешься. Понятно?

— Да?

— Тогда выполняй.

Как сомнамбула Джози направилась в сторону выхода. Огонь ее не тронул. Я отпрянула с дороги, когда она, словно не видя меня, прошла совсем рядом. Наши юбки соприкоснулись с легким шорохом.

— Она действительно ничего не вспомнит? — с сомнением уточнила я, смотря ей вслед.

— Надеюсь, — пробормотал Таркер и моргнул. Пламя, облизывающее пол, исчезло. — Я впервые практикую эту магию.

Он выглядел таким изможденным и осунувшимся, что я невольно подставила ему плечо, на которое он после коротких колебаний оперся.

— Вам нужно прилечь, — заметила я. — Выглядите так, словно на тот свет собрались.

Он улыбнулся уголком побелевших губ, красиво контрастирующих с черными тенями под глазами.

— Пожалуй, нет, у меня полно дел и на этом.

Я усадила Таркера на диван, а затем опустилась рядом на колени. Пальцы уже зудели от знакомо жжения: от самого сердца к ним устремилась теплая, наделяющая уверенностью сила.

— Значит, Джози не оправдала ваших надежд? — полуутвердительно сказала я. — Ничего не знает, да и в отношении меня преследовала исключительно личные интересы.

— Да, — со вздохом согласился Таркер и прикрыл глаза. — Она меня разочаровала.

Мне понадобилось время, чтобы понять: он снова шутит.

— Что ж, юмор — это точно не ваше, — пробормотала я и попросила: — Расслабьтесь.

Та пара книг, что я успела прочитать, говорила, что главное в ведьмовском даре — умение довериться своим чувствам. Судя по тому, как легко я призывала свою силу, с этим проблем у меня не было.

Золотистые нити, соскользнувшие с моих пальцев, росчерками пера пробежали по телу Таркера, вспыхнув на обнаженных участках кожи. Он негромко застонал, но цвет его лица перестал казаться таким землянисто-серым. Я рукавом небрежно вытерла вспотевший лоб. Колдовать все еще было непривычно и несколько странно.

— Доберетесь до спальни самостоятельно?

— А если нет, вы меня донесете?

Я усмехнулась. От моего внимания не укрылось, что в его глазах, на самом донышке, сверкнул лукавый огонек.

— Уже лучше, но все еще недостаточно хорошо.

Таркер отозвался долгим, полным молчаливого героизма вздохом. Я, беспокоясь за него, все-таки проводила его до спальни. Расстались мы на самом пороге, в лучших традициях первого свидания. Об этом пошутила не я, а Кош, причем с каким-то подозрительным умилением и азартом.

Даже не рассчитывай, ящерица хвостатая! Тот поцелуй ничего не значил!

Я повторяла это как мантру до тех пор, пока наконец не рухнула в объятия Морфея. Мельком я успела подумать, что бедные дети снова остались без сказки на ночь.

ГЛАВА 19

На следующее утро Джози попросила расчет. На мои осторожные вопросы она со страстью выпалила, что хочет поискать счастья в другом месте. От того, с какой искренней убежденностью она повторила слова Таркера, мне стало немного не по себе. Впрочем, это не помешало пожелать ей удачи и отпустить с чистым сердцем. Надеюсь, она действительно найдет себя в этом мире.

Когда Таркер не спустился к завтраку, я не обратила внимания. Его пустующий стул во время ужина и робкое пояснение Баррета, что «милорд плохо себя чувствует», уже заставили занервничать. А уж появление в моей спальне близнецов поздно вечером и вовсе вынудило забить тревогу.

— Ладно, что случилось? — спросила я и отложила в сторону книгу, которую читала перед камином.

Хлоя вытянула шею, рассматривая обложку, и я, усмехнувшись, повернула ее, чтобы девочка прочла название, гласящее «Ведьмовство и лечение травами».

— Папе плохо, — пасмурно сказал Томас.

Он, понурившись, опустил голову. При этом его рука сжимала руку сестры, и было непонятно, кто кому оказывает поддержку, потому что Хлоя выглядела непривычно тихой. Даже блеснувший в глазах интерес при виде незнакомой книги погас, не успев толком разгореться.

Я поднялась с кресла. Чтение придется отложить на потом.

— Идемте.

Детей явно удивил такой простой и быстрой ответ, но они с готовностью устремились к порогу. Я набросила на ночную рубашку (время было уже позднее) плотный теплый халат и тоже вышла в коридор. Правила приличия по-прежнему казались чем-то незначительным и даже забавным.

Перешагнув порог спальни Таркера, я поморщилась от запаха болезни, ударившей в нос, а затем обнаружила ее источник — владельца комнаты, без сознания лежащего на огромной кровати с поднятым балдахином. Хлоя бросилась к отцу и взяла его за руку. Томас остался стоять на месте, и я чувствовала, каких усилий ему это стоило.

Я сглотнула и осторожно прошла по темно-синему ковру, чтобы опуститься на край незастеленной постели. Мельком я оценила лаконичность обстановки. Здесь не было ничего лишнего, каждая вещь находилось на своем месте. Холодные обои соседствовали с теплом светлого дерева, из которого была изготовлена мебель, а мелкие детали вроде картины на стене или каминных часов добавляли уюта.

— Давно он в таком состоянии? — тихо спросила я.

Хлоя не ответила, лишь сильнее вжалась в неподвижную руку отца.

— Мы не знаем, — тихо сказал Томас. Он стоял за моей спиной, и говорил ровно. В эту минуту он напомнил мне Таркера. — Днем он был еще в себе, но после ужина мы застали его уже таким.

— Обычный лекарь не поможет, — всхлипнула Хлоя. От вида ее слез, которые она вытирала рукавом, мне стало страшно. — Тут нужна магия.

— Мы думаем, у него инициация, — прошептал Томас. — Но какая-то не такая…

Я вздрогнула и перевела взгляд на мертвенно-бледное лицо Таркера. Мне вспомнились его слова о том, что мой совет пришелся кстати. Что он имел в виду?

— Что такое инициация? — вслух спросила я.

— Соединение с драконом, — пояснил Томас. Было непривычно видеть его в роли парламентера. — Но обычно инициация происходит после первого оборота.

— Что-то не так, — согласно буркнула Хлоя и потерла покрасневшие глаза.

Я разделяла ее мнение. Едва прикоснувшись к Таркеру, я тут же отдернула руку: он излучал жар, как печка, но цвет его кожи оставался белым. Я позвала Коша, но ответом мне стала тишина. Тогда я накрыла ладонь Таркера своей и, прикрыв глаза, сосредоточилась. Пальцы тут же закололо чужой болью, и мне пришлось напрячься, чтобы прорваться сквозь нее. Действуя где-то интуитивно, где-то на основе тех отрывочных знаний, что я успела почерпнуть из книг, я смогла заглянуть внутрь проблемы. Под телесной оболочкой Таркера скрывался огонь дракона, и именно сейчас он разошелся, свирепствуя и снося все на своем пути. Возможно, если бы это произошло в более молодом возрасте, как сказал Томас, то все бы обошлось одной ночью сильной лихорадки, даже вмешательство лекаря бы не понадобилось. Но в этот раз я понимала, что так легко отделаться не получится. Нужно было немедленно сбить температуру и немного притушить внутренний огонь, пока тот попросту не уничтожил физическую оболочку.

Я втянула носом воздух, набираясь смелости. Уверенности, что я справлюсь, не было. Взгляды детей сбивали с толку, и я решилась.

— В моей спальне в ящике стола лежат цветы лаванды и листья мяты. Измельчите их и принесите мне.

Не сговариваясь, близнецы кивнули и так быстро исчезли за порогом, что я и глазом моргнуть не успела. Я действительно начала изучать травы, но сейчас они были бессильны. Зато на какое-то время смогут занять детей.

Нервно размяв кисти, как хирург перед операцией, я несмело положила руки Таркеру на грудь. Что ж, будем надеяться, что у меня получится. Должно получиться.

Я прикрыла глаза и провалилась в обжигающую пустыню. Мне казалось, что моя кожа сейчас расплавится от нестерпимо жарких лучей солнца. Ощущения были такими яркими, что пришлось напомнить себе, кто я и что делаю. Впервые во время лечения я соприкоснулась не только с телом, но и с душой пациента. Наверное, потому что в этот раз болела именно она.

Сцепив зубы и чувствуя, как по спине и лбу градом катится пот, я осторожно призвала свой дар. Золотые нити в этот раз принесли с собой не приятную теплоту, а не менее приятный холод. Он легким инеем растекся от моих рук по трескающемуся песку, убегая все дальше и дальше. Одновременно с облегчением от вида замерзающей пустыни пришла и резкая боль. Моя сила, пульсирующая в груди золотистым шаром, заволновалась: неосязаемые нити становились все тоньше. Пора было сворачиваться.

Я понимала это так же ясно, как и то, что слишком рано. Еще немного, еще чуть-чуть…

Не осознавая в полной мере, что делаю, я вцепилась в Таркера, буквально упала на него, чтобы контакт с телом был более сильным. Магия бежала не только по кончикам моих пальцев, она просачивалась сквозь одежду и стремилась к сердцу Таркера. На удивление, это оказалось на редкость мучительно. Из меня словно выпивали жизнь. Возможно, это так и было.

А затем я ощутила теплые руки на своей спине и, повернув голову, встретилась с медленно проясняющимся взглядом Таркера. Правда, сказать что-то внятное я не успела: его губы накрыли мои, затягивая в водоворот сумасшедшего, с каждой секундой все более страстного поцелуя. Я хотела было заметить, что время для любовного томления выбрано несколько неподходящее, а затем меня осенило — мой дар, минуя все преграды в виде одежды и кожи, устремился туда, где в нем нуждались. Изорванное огнем сердце Таркера успокоилось и, сделав громкий удар, зашлось уже в обычном, пусть и несколько ускоренном ритме.

В голове возникла здравая мысль, что мавр сделал свое дело, мавр может уходить, но, растворившись в совершенно незнакомых, сбивающих с ног эмоциях, я не смогла разорвать объятие. Не сделал этого и Таркер. Его поцелуй из жадного становился все более нежным, плавным, и от этого у меня окончательно поехала «крыша». На какое-то время я действительно откинула прочь все сомнения, просто позволяя все прочувствовать, прожить этот упоительный момент. Никто и никогда не целовал меня так прежде. Ни с кем и никогда я не ощущала такого единения.

Таркер отстранился. Его взгляд все еще был затуманен, и я не знала, было ли это следствием недавнего жара или страстного поцелуя.

— Ты и я — одно целое, — выдохнул он и…

Снова рухнул в беспамятство. Мне оставалось только ошарашенно воззриться на него и пробормотать.

— Вот как?

«Подтверждаю», — раздался голос Коша.

И, прежде чем я успела возрадоваться его появлению, исчез без следа.

Хлопнула входная дверь.

— Мы принесли травы!

Близнецы с волнением протянули мне измельченную лаванду и мяту. Наверняка пролезли на кухню и позаимствовали все необходимое там.

— Ага, спасибо, — рассеянно поблагодарила я. — Поставьте на стол. С утра ваш отец выпьет этот отвар.

— Мы не залили его кипятком, — виновато признался Томас.

— Вы же не сказали! — заметила Хлоя.

Я пожала плечами. Рассудок возвращался медленно и со скрипом.

— Ничего, значит, просто пожует эту кашицу.

Дети явно хотели обидеться, но тут Хлоя посмотрела на отца и воскликнула:

— Ему уже лучше!

Таркер и правда перестал напоминать труп. К его лицу вернулся здоровый цвет, а от тела больше не шел невыносимый жар.

Томас схватил меня за руку.

— Вы это сделали! — благодарно прошептал он. — Ура!

Я не протестовала, когда он прижался ко мне. Вместо этого вдруг уткнулась ему в макушку и притянула его к себе. Душу заполонил трепет.

Хлоя обернулась, и улыбка на ее лице чуть поблекла при виде наших с Томасом объятий. Девочка нахмурилась и сложила руки на груди. Не дожидаясь ее комментариев, я торопливо вставила.

— Вам пора в постель. Теперь с вашим отцом все будет хорошо, обещаю.

— Нет, мы не уйдем. — Хлоя покачала головой. — И вы тоже не можете! Вдруг ему снова станет плохо?

Мы с Томасом задумчиво посмотрели друг на друга, и он кивнул.

— Лучше остаться.

В его интонациях, в отличие от сестры, сквозили просительные нотки. Гроза прошла, и он снова уступил позиции лидера Хлое. Забавно, и как это у них происходит?

— Ладно, — согласилась я. — Тогда вы забирайтесь к отцу в постель (вон какая она огромная!), а я займу кресло. Если ситуация ухудшится, я почувствую это.

Близнецы помогли мне придвинуть массивное кресло с высокой спинкой вплотную к кровати. Бросив в него подушку, я забралась на него с ногами и завозилась, устраиваясь поудобнее.

— Расскажите о своем мире? — вдруг спросила Хлоя.

Она вместе с братом легли поверх одеяла. Раздеваться они не стали.

На моих губах мелькнула ухмылка.

— Вроде сказку на ночь вам задолжал отец, а не я.

— Ну, пожалуйста! — вклинился Томас. — Нам очень интересно!

Я призадумалась. Что можно рассказать детям? Что их впечатлит?

— Дома мы умеем летать. Для этого строим такие машины, которые называем самолетами.

— Тоже мне! — фыркнула Хлоя. — Мы тоже умеем летать и безо всяких машин.

Я почесала макушку и предприняла вторую попытку.

— А еще у нас есть кино — подвижные картинки, повествующие обо всем на свете.

Близнецы одновременно распахнули рот. В их глазах вспыхнул огонек интереса.

— Это как?

Каминные часы пробили полночь, когда дети, перевозбужденные событиями этого дня и моим рассказом, все-таки уснули. Я посмотрела в их сторону, сдерживая мягкую улыбку, а затем осторожно потрогала ладонью лоб Таркера. Все в порядке, жар не возвращался.

Заснула я уже под утро, когда угроза миновала. Несмотря на усталость, на душе у меня было невероятно светло и спокойно.

ГЛАВА 20

— Вы уверены, что она придет?

Таркер достал из кармана пиджака круглые часы на цепочке и открыл латунную крышку.

— Более чем. Если верить письменным наблюдениям Хлои, леди Аттвуд два раза подряд выбирала именно этот час. Видимо, рассчитывала, что ей никто не помешает изучать… хм… интерьер моего кабинета.

Я понимающе кивнула. Ни для кого не было секретом, что перед ужином Таркер любил пронестись по окрестностям поместья на своем гнедом жеребце. Слуги в это время обычно тоже заняты: хлопоты на кухне достигают своего пика. Так что леди Аттвуд действительно могла беспрепятственно проникнуть в кабинет и так же покинуть его.

— Хорошо, тогда подождем еще немного.

Я старалась не встречаться взглядом с Таркером. Мы не обсуждали с ним вчерашний поцелуй, и, признаться, я не была уверена, что он его вообще помнит. Вероятнее всего, его импульсивный поступок был следствием лихорадки, а не всплеском внезапно проснувшихся чувств. Во всяком случае, я пришла именно к такому выводу и старалась не обращать внимания на грызущий меня червячок разочарования.

Ну ладно, не червячок! Скорее уж настоящую анаконду, которая почти сожрала меня со всеми потрохами. Пожалуй, можно, наконец, честно признать, что мне действительно нравился Таркер.

 «Она красивая».

Я как раз вставала с кресла, когда услышала голос Таркера. Мысль принадлежала именно ему, а не Кошу, хотя после инициации мне стало сложнее различать их.

— Простите? — Я рухнула обратно в кресло и мрачно посмотрела на Таркера снизу верх. — Вы не могли бы не думать о внешности леди Аттвуд в такой ответственный момент? Знаете ли, это сбивает с толку.

Нет, ну какая наглость! И суток не прошло с нашего поцелуя! У меня, может, душевная травма теперь будет.

Кош хохотнул, а Таркер усмехнулся.

— Значит, вы начали цеплять и мои мысли. Забавно.

Я надулась.

— Не вижу в этом ничего смешного.

Таркер протянул мне ладонь, помогая подняться. Его горячие сухие пальцы соприкоснулись с моими, послав по телу волну сладкого трепета.

— Ирония в том, что теперь и я могу слышать ваши мысли.

Хорошо, что его рука сжимала мою. Иначе бы я точно рухнула в кресло. Снова.

— Вот как? — пробормотала я. Щеки потеплели. Уверена, меня залил румянец на пол-лица, не меньше. — И многое ли вы успели… подслушать?

Уголок его губ дернулся вверх, обозначая улыбку. От его внимания не укрылось та полная неодобрения интонация, которой я выделила последнее слово.

— Не волнуйтесь, до меня лишь иногда доносятся отголоски ваших мыслей.

Я выдохнула с облегчением, напрочь забыв о том, что все еще не отпустила его ладонь.

— Слава Богу!

Таркер заинтересованно приподнял бровь.

— Ваша реакция довольно неоднозначна, — заметил он.

Я опустила взгляд и свободной рукой нервно оправила строгий жакет, который надевала из-за сегодняшнего урока музыки. Игра на фортепьяно явно не стоила моих усилий: инструмент отказывался выдавать что-то приличное. Видимо, память тела срабатывала не всегда.

Ну или ее блокировал жакет. Он мне сразу не понравился.

— Представьте, если бы мы постоянно слышали мысли друг друга. Да так же с ума сойти можно!

— Почему?

Я растерялась от такого вопроса и честно выпалила в ответ:

— Излишняя откровенность всегда приводит к размолвкам и обидам.

Таркер отпустил меня и, сделав шаг назад, задумчиво оперся на письменный стол за своей спиной.

— Мой опыт говорит об обратном, — после паузы сказал он, смотря прямо мне в лицо.

Я насторожилась, не совсем понимая, к чему он клонит. А затем до меня дошло.

— Вы имеете в виду ваш брак? — осторожно предположила я и получила в ответ сухой кивок.

— Моя жена была леди в истинном значении этого слова. — Он сложил руки на груди и посмотрел куда-то в сторону. Мельком я подумала, что после инициации его движения стали более раскованными, в них не чувствовалось выверенной веками чопорности и раздражающей неспешности. — Она никогда не жаловалась, не делилась переживания и с достоинством принимала все удары судьбы. В том числе и такого мужа, как я.

Признание упало в тишину кабинета как тяжелый камень, и я застыла, толком не зная, как реагировать: посочувствовать, сменить тему, проигнорировать? Сердце забилось как бешеное. До этого момента мать близнецов, бывшая жена Таркера, казалась чем-то эфемерным. То есть, я, конечно, понимала, что она действительно существовала, но никогда не задавалась вопросом, что же с ней случилось. А заодно, как они с Таркером жили и любили ли друг друга.

Признаться, второй вопрос интересовал меня сейчас даже сильнее, чем первый.

За мной все еще стояло кресло, но я не стала снова опускаться в него. Вместо этого я обошла его и облокотилась на высокую мягкую спинку. Наши с Таркером взгляды снова встретились. Он усмехнулся, оценив мой маневр.

«Так себе барьер», — вклинился Кош.

— Она любила вас? — тихо спросила я.

Таркер совершенно неаристократично передернул плечами.

— Я так и не понял этого. А теперь уже и не узнаю. Ее жизнь унесла эпидемия холеры, внезапно вспыхнувшая в поместье ее родни, у которой она гостила. К счастью, дети не заразились, драконья кровь в жилах уберегла их от болезни, но Лидии так не повезло.

— Мне очень жаль, — пробормотала я.

Почему-то перед глазами возникли мордашки Томаса и Хлои. Наверное, для них потеря матери была равноценна концу света. Какие бы не были отношения между супругами, дети всегда любят своих родителей. Я вспомнила собственное тоскливое детство, и с трудом вернулась к разговору. В горле намертво застыл огромный ком.

— По иронии судьбы спустя всего пару лет появилась вакцина от холеры, — продолжил Таркер. — Не представляете, что я испытал, когда узнал о ней.

— Понимаю, — с сочувствием откликнулась я.

Повисла долгая пауза. Я не знала, что можно еще сказать, и вместе с тем отчаянно желала как-то облегчить боль Таркера, которую почувствовала сквозь неуютное молчание. Она напоминала застаревшую зарубцевавшуюся рану, ноющую во время плохой погоды. Закусив губу, я лихорадочно искала возможность пошутить, разрядить обстановку, но вместо этого вдруг спросила:

— А вы любили ее?

Таркер поднял на меня взгляд, и у меня перехватило дыхание от накала чувств, что бушевали в его душе и нашли отражение в его глазах.

— Да, — просто сказал он.

Я кивнула, принимая такой ответ. Странно, но меня не уколола ревность или обида. Я всегда понимала, что Таркер — взрослый мужчина, у которого до моего внезапного и поставившего все с ног на голову появления была своя жизнь. В конце концов, Хлоя и Томас тому подтверждение! Шансы, что детей принес аист, весьма малы.

— Мне очень жаль, — снова повторила я.

Эти слова от частого употребления затерлись до дыр и ничего не выражали, но я вложила в них все сопереживание, что только смогла. Кажется, Таркер это понял.

Его взгляд потеплел.

— Ничего, — мягко сказал он, будто успокаивая меня. — Прошло уже больше пяти лет. С каждым годом становится все легче.

Я задумалась. Получается, что на момент смерти матери близнецам было два-три года. Интересно, они помнят ее? Вряд ли, но, наверное, какие-то смутные воспоминания у них все-таки остались. Во рту появился привкус едва заметной горечи. Я хорошо понимала, что чувствовали Хлоя и Томас. Я сама была на их месте.

Я так сильно ушла в себя, что вздрогнула, когда раздался голос Таркера.

— Ну а вы, Анна? — спросил он, и от того, что он назвал меня по имени, у меня побежали мурашки по коже. — Что насчет вас?

— А что насчет меня? — глупо переспросила я, и правда не успев сообразить, о чем он.

Таркер явно немного смутился, но затем уверенно продолжил.

— Если судить о том, что я смог зацепить в вашей памяти, у вас нет мужа и детей. Но, возможно, остался кто-то, по кому вы тоскуете?

Я тряхнула головой, окончательно возвращаясь в реальность. Детство Хлои и Томаса, как и мое собственное, подернулось туманом и отступило во тьму, в самый дальний уголок души.

— Бариста, — честно призналась я. — Очень скучаю по бариста из ближайшей к дому кофейни. Он умел варить потрясающий латте! Простите, но ваша прислуга, несмотря на все старания, и рядом с ним не стояла.

Таркер потрясенно моргнул, явно переваривая и новую информацию, и незнакомые слова, а затем вдруг рассмеялся: негромко и заразительно.

Я фыркнула, с удовольствием отмечая, как сглаживаются его резкие черты, а в глазах появляется притягательный блеск. Таким, открытым и способным посмеяться над собой и другими, Таркер мне нравился больше.

— Вы можете называть меня по имени, — заметил он и снова достал карманные часы. — Кеннетом.

Я как завороженная уставилась на стрелки часов и судорожно сглотнула. Пожалуй, к чтению мыслей, пусть и поверхностному, придется привыкнуть.

— Не уверена, что наши отношения дошли до этой стадии, — попыталась увильнуть я.

— Да? — Таркер хмыкнул и спрятал часы в карман. — А мне казалось, что после второго поцелуя они-таки до них добрались.

Краска бросилась мне в лицо. Он помнит! Вот же черт!

— Ну, это как посмотреть… — невразумительно проблеяла я.

— Значит, рассмотрим со всех сторон, — пообещал Таркер и подмигнул мне.

Сказать, что я выпала в осадок, — преуменьшить мою реакцию. Я ошарашено моргнула, всерьез раздумывая, не начались ли у меня глюки. После всего, что на меня обрушилось, это было бы неудивительно.

«Кош, негодник хвостатый, твоя работа?»

«А что сразу я? — Я легко представила, как эта ящерица разводит лапами и делает самое невинное выражение лица, то есть морды. — Он сам! Просто, наконец, перестал себя сдерживать. А то вечно выглядел, будто шест проглотил. Бр-р-р!»

Я бы продолжила перепалку, но голос Таркера выдернул меня в реальность.

— Леди Аттвуд должна появиться с минуты на минуту.

Он прошел мимо меня и остановился у высокого шкафа. В мою голову закрались нехорошие подозрения.

— Только не говорите, что мы будет подглядывать за вашей невестой, — я с чисто женским злорадством выделила это слово интонацией, — в замочную щелку.

— Хорошо, не буду, — легко согласился он и тут же пояснил: — Повторяться нет смысла, вы и так уже все сказали. Да еще с таким жаром, который мне и не снился.

От моего внимания не укрылось, как при этом он едва заметно усмехнулся, и я мысленно застонала: Таркер, наконец освоивший искусство сарказма, вызывал у меня на редкость противоречивые чувства.

— Ладно, — буркнула я. — Давайте сюда этот ваш шкаф. Надеюсь, там не пахнет пылью.

— Если только книжной.

Чисто джентельменским жестом Таркер распахнул передо мной дверцы и пропустил вперед, а затем и сам пролез следом, заставив меня изрядно потесниться.

Внутри оказалось ожидаемо темно. Свет пробивался лишь в узкую щелку, предназначенную для ключа. Тот предусмотрительно вынули и тем самым расчистили путь для шпионажа. Наверное, здесь и правда раньше высились книги, но сейчас полки были убраны, а на их месте, как охотники в камышах, застыли мы с Таркером.

Его горячее дыхание обжигало мочку уха, и я невольно заерзала. Грудь Таркера соприкасалась с моей спиной, и, сколько я ни пыталась отодвинуться, пространство не позволяло этого сделать. Интимность обстановки действовала на нервы, и, чтобы отвлечься, я спросила первое, что пришло в голову:

— Вы смогли выяснить, чье задание выполняла леди Рейс: отца или Его Величества?

— К сожалению, да. — В его голосе прозвучали горькие, тщательно скрываемые нотки. — Есть надежда, что мои источники информации не достоверны, но всерьез на это рассчитывать я бы не стал.

У меня буквально выбили землю из-под ног. Перед глазами на мгновение все закружилось, завертелось в сумасшедшей карусели. Отчаяние и злость, прозвучавшие в интонации Таркера, ясно намекали на правильный ответ. Мне даже не понадобилось ничего переспрашивать, хотя я все равно не удержалась:

— Но зачем это королю?

— Возможно, война для него выгоднее мира.

Я сжала пальцы в кулаки, впиваясь ногтями в кожу. На языке вертелось много вопросов, а заодно и бранных слов, но я чудом промолчала. Отец Таркера предал его, сделав пешкой в своей игре, и я не представляла, что бы испытывала на его месте. Пусть между ними никогда не было теплых отношений, но так легко принести в жертву родную кровь?

В памяти всплыл разговор с графом Рейс, и с моих губ сорвался тяжкий вздох. Нет, чего-то в семейных отношениях высшего света я точно не понимала.

Близость Таркера не позволила надолго упасть в философские размышления. Каждой клеточкой своего тела я чувствовала тепло, которое от него исходило, и это заставляло коленки немного подрагивать. Последний раз такое случалось со мной лет в пятнадцать! Что же со мной происходит?

— Вы не могли бы не дышать мне в шею? — максимально вежливо поинтересовалась я. — Очень отвлекает.

— Прошу прощения, — не менее деликатно отозвался Таркер. — Если вам станет легче, я тоже испытываю некий дискомфорт от того, что вы топчетесь по моим ногам.

— Что-о-о?! — искренне возмутилась я, нечаянно вспомнив обо всех правилах этикета, что успела изучить. — Вы намекаете леди, что она причиняет вам неудобства?

— Как можно, — с наигранной скромностью ответил он, — я лишь выражаю радость, что сегодня вы выбрали туфли без каблуков, иначе бы я уже лишился парочки пальцев на ноге.

— Ну знаете ли…

Я набрала в легкие побольше воздуха, но не успела развернуть полноценные военные действия: Таркер опередил меня.

— К слову, когда я мысленно восхищался красотой, я имел в виду вас, а не леди Аттвуд.

Шах и мат.

Я сдулась с легким свистящим звуком, словно шарик, и покосилась на Таркера через плечо. В темноте было сложно разобрать выражение его лица, и я смешалась, не зная, что ответить. Он говорит всерьез или шутит? После недавнего открывшегося у него дара к иронии, нельзя было сказать наверняка.

— Я не шучу, — мягко пояснил Таркер.

Его губы задели мою макушку, послав по телу волну странного предвкушения. У меня перехватило дыхание, а стук собственного сердца стал отдавать в висках. Мне совершенно нерационально захотелось продлить это мгновение. Ни темнота, ни запах пыли уже не смущали.

«Оформлять будете? — гоготнул Кош. — С вас письменное обращение, с нас — все остальное».

Я снова залилась краской, но ответить не успела. Раздался негромкий звук открываемой двери и легкий шорох юбок. Мы больше не были одни. В узкой щелке промелькнуло алое пламя — платье леди Аттвуд.

Она, медленно и осторожно ступая по ворсу ковра, который приглушал ее шаги, подошла к столу и уверенным жестом хозяина отодвинула ящик. Ее тонкие изящные пальцы сноровисто прошлись по его содержимому, но, судя по раздраженному вздоху, не нашли ничего ценного. Интересно, в который раз она уже заявляется сюда с обыском?

Таркер подтолкнул меня и, следуя его молчаливому приказу, я распахнула двери шкафа. В своем воображении я гордо вышла, напугав врага до икоты, но в реальности скорее вывалилась из объятий шкафа, вызвав легкое удивление у леди Аттвуд.

— Стоять! Руки вверх! — по инерции потребовала я, но, разглядев ярко-красное платье леди Аттвуд, стягивающее грудь и оставляющее плечи открытыми, быстро добавила: — А вообще-то, руки можете не поднимать. Мы же видим, что вы безоружны.

Не хватало еще, чтобы это платье, и без того державшееся на ней каким-то чудом, сползло вниз!

Краем глаза я заметила ухмылку Таркера, вероятно, правильно истолковавшего мою заминку.

— Леди Аттвуд, — проговорил он, — какой приятный сюрприз. Правда, я не припомню, чтобы приглашал вас к себе.

Двигаясь мягко, с кошачьей грацией он приблизился к письменному столу. На кончиках его пальцев поигрывали искры пламени. Они падали на ковер, но тут же исчезали, не успев причинить вреда.

Мне оставалось только захлопнуть двери шкафа и мрачной тенью последовать за Таркером.

— Наверное, нет смысла лгать, что я обронила здесь пудреницу?

Леди Аттвуд устроилась в кресле, в котором обычно сидел Таркер. Судя по ее очаровательной улыбке, она понимала, что заняла хозяйское место.

— Это бы сэкономило нам время.

Леди Аттвуд кивнула и щелкнула замочком ридикюля, доставая портсигар.

— Не возражаете?

— Нисколько, — светски ответил Таркер. — Поинтересуйтесь об этом лучше у леди Рейс. Она тоже станет участником нашего разговора.

Он подошел к окну и  приоткрыл его, позволив ворваться в комнату чистому, напоенному солнцем воздуху.

— А вы, леди Рейс? — Леди Аттвуд подняла на меня взгляд. — Не против?

— Нет.

Я отошла от шкафа и, наплевав на все правила приличия, опустилась на подлокотник кресла — прямо напротив невесты Таркера.

Она усмехнулась и неимоверно изящным движением щелкнула портсигаром, выуживая тонкую дамскую сигарету.

— Я так и думала. — С ее пальцев сорвался сноп искр, и она закурила. Удобно, никакая зажигалка не нужна. — Вы не похожи на ханжу, леди Рейс. Понятия не имею, почему вас все считают таковой.

Она выпустила изо рта, накрашенного помадой, тонкую струйку дыма, а я предпочла промолчать. Пожалуй, не самое лучшее время, чтобы делиться с кем-то своей тайной. Судя по взгляду, который Таркер бросил на свою невесту, он разделял мою точку зрения целиком и полностью.

— Что вы искали, леди Аттвуд? — сухо спросил он. — Я надеюсь, вы ответите правду и мне не придется обращаться к ментальной магии. На себе я ее не испытывал, но, говорят, это несколько неприятно.

Леди Аттвуд покосилась на него с интересом и расслабленно закинула ногу на ногу. Нет, она точна не та глупенькая наивная особа, которой прикидывалась все это время. В ее словах, жестах, взглядах сквозила уверенность и четкое понимание того, чего она хочет и как этого добиться. Такая женщина пойдет по головам, если понадобится. Впрочем, она же потом искренне оплачет своих врагов. Как говорится, ничего личного — жизнь заставила.

— А вы изменились, лорд Таркер, — заметила она и глубоко затянулась. На кончике сигареты быстро проступил пепел. — Интересно, что послужило тому причиной?

— Полагаю, вопрос риторический, не так ли? — Таркер и чуть отступил от окна. В его позе чувствовалась обманчивая лень хищника, задумчиво присматривающегося к зайцу: стоит ли тот его усилий? — Так что вы выбираете: честность или ментальную магию?

Леди Аттвуд покачала головой. Она явно не привыкла к роли жертвы и сейчас собиралась поменяться местами. Хочет того хищник или нет.

— Вы так уверены в своих силах? — спросила она, будто провоцируя. — Вы полукровка, а я — истинная драконица. Неужели думаете, сможете отдать мне приказ?

Таркер вдруг нехорошо, как-то незнакомо осклабился. Я впервые увидела, что он может быть по-настоящему опасным, и вздрогнула, отводя глаза. Слишком непривычно.

— Вот и проверим, — вкрадчиво пообещал он и навис над столом.

Леди Аттвуд ненадолго растерялась, уловив реальную угрозу, а затем сощурилась и всмотрелась в заострившееся лицо Таркера. Ее глаза распахнулись, а зрачки потрясенно расширились.

— Не может быть! — ахнула она и склонила голову на один бок, затем на другой, словно изучая что-то. Ее взгляд не отрывался от Таркера. — Ваш магический потенциал и правда существенно вырос. Разве это возможно?

— Как видите, возможно.

С ее сигареты на стол падал серый пепел, но ни Таркера, ни ее саму это не волновало. А вот я невольно посочувствовала горничной, которой придется убирать этот беспорядок. Пожалуй, аристократки из меня не выйдет.

— А что за золотые нити, питающие вашу ауру? — пробормотала леди Аттвуд. — Неясно, куда они ведут…

Таркер вскинул руку, намереваясь не то призвать магию, не то просто пригрозить, но леди Аттвуд уже все поняла. Моргнув, она перевела взгляд на меня. Ее рот удивленно приоткрылся. Сигарета не выпала из него лишь каким-то чудом.

— Ведьма? — прошептала она и с уважением посмотрела на Таркера. — Недурной ход, очень недурной! Жаль, что я не успела…

Я нахмурилась и впервые с начала этого странного разговора подала голос:

— Не успели что?

Леди Аттвуд затушила полуистлевшую сигарету о портсигар (с виду золотой и безумно дорогой) и достала новую.

— Я бы сама стала вашим фамильяром, — пояснила она после паузы. — В конце концов, лорд Таркер поступил нечестно. — В ее голосе неодобрение соседствовало с восхищением. Видимо, она сама бы сделала также. — Ведьма — огромная редкость. Вы могли бы сами выбрать себе дракона. К вам выстроилась бы целая очередь.

Кош (или Таркер, теперь я их путала) мысленно зарычал. Ему явно не понравилась эта идея.

Леди Аттвуд вздрогнула. Наверное, до нее долетели какие-то флюиды молчаливой агрессии и такого же молчаливого обещания немедленной расправы.

— Вернемся к сути? — предложила она, своевременно меняя тему. — Вы хотели знать, что я делала в вашем кабинете. Я скажу откровенно: пыталась понять, на чьей стороне вы играете.

Я подалась назад и уткнулась спиной в спинку кресла. Таркер остался неподвижным, лишь глаза блеснули опасным огнем.

— Позвольте задать вам встречный вопрос, — вкрадчиво протянул он. — На чьей стороне вы?

Леди Аттвуд чуть поморщилась, но молчать не стала.

— Мне бы хотелось ответить, что на вашей, но я не уверена.

— Тогда чье задание вы выполняете?

Судя по его вытянувшемуся ненадолго лицу, он ожидал услышать любой ответ, но не тот, который последовал.

— Его Высочества принца Чарли — единственного наследника трона и вашего брата.

Я сама едва не рухнула с кресла. Выходит, в игре участвует не только король, но и его сын? Так-так, неожиданно…

— Я весь во внимании, — после паузы сказал Таркер.

Леди Аттвуд сделала новую затяжку. В ее исполнении это выглядело сексуально, и даже запах табака меня не раздражал, как обычно.

— Думаю, вы уже знаете, что Его Величество Уильям, ваш отец, на самом деле не так сильно желает мира, как говорит об этом.

Таркер сжал челюсть, его цепкий взгляд не сходил с лица леди Аттвуд. Она продолжила:

— Думаю, Его Величество пойдет на многое, чтобы заново развести огонь вражды между нашими расами, — Она кивнула мне, словно извиняясь. Я рассеянно махнула рукой, мол, не стоит. — Но Его Высочество хочет остановить безумие отца. Я ему помогаю.

Она закончила это так буднично, что я невольно подзависла, ожидая пафосной концовки. Ее не последовало.

Что же получается, Таркеру нужно выбрать кого-то одного: отца или единокровного брата. Что за индийские страсти, черт возьми?! Я слонов с танцами, вообще-то, не заказывала.

— И насколько же Его Высочество вам доверяет?

Таркер спросил ровно, но я уловила его беспокойство.

Леди Аттвуд чуть помедлила, выдыхая белый дым.

— Настолько, что тайно обвенчался со мной в церкви.

У меня отвисла челюсть. Вот эта женщина, сидящая передо мной, все это время прикидывалась дурочкой? Если я правильно поняла, она сейчас разыгрывает козыри, пусть и рискуя собственной шкурой. В конце концов, на кону стоит ее… карьера. Ведь можно считать статус жены принца и будущего короля карьерой?

— Звучит весьма интригующе, — сдержанно ответил Таркер.

Он явно что-то лихорадочно прикидывал. Я бы многое отдала, чтобы узнать, что именно. До меня не доносились отголоски его мыслей, а Кош, зараза, молчал. То ли спал, то ли переживал стресс, кто его разберет.

— Вы могли бы услышать еще несколько интересных вещей, но не из моих уст.

— Занятно.

Леди Аттвуд вздохнула. Вторая сигарета подходила к концу.

— То, что я успела разузнать о вас, дает надежду на сотрудничество. Мы можем быть полезны друг другу. — Ее взгляд переместился на меня. — Особенно в свете последних событий.

Я ощутила себя ценным товаром на рынке и гневно фыркнула. Леди Аттвуд поспешно отвернулась. На ее лице промелькнула досада. Кажется, она пожалела, что сказала все настолько откровенно.

— Я не могу верить вам на слово, — медленно проговорил Таркер. — Мне нужна магическая клятва.

Леди Аттвуд кивнула.

— Понимаю.

Дальше последовали какие-то магические манипуляции, детали которых проскользнули мимо меня, но суть я уловила. Леди Аттвуд клялась, что говорила правду и уверяла, что ее предложение не ловушка.

— Лучше если вы увидитесь с Чарльзом сегодня, — заметила она после всего этого. — Времени с каждым днем все меньше. Драконы тоже волнуются. Лэрд ведет себя странно. Создается ощущение, что мир не нужен и ему.

Я вцепилась в собственную юбку, нервно разглаживая ткань. Неужели мои опасения оказались реальностью? Мне вовсе не улыбается стать свидетелем войны между людьми и драконами! Тем более что я не определилась с тем, к какому миру принадлежу.

— Власть лэрда не безгранична, — проговорил Таркер.

Леди Аттвуд искоса взглянула на него, что-то обдумывая, а затем усмехнулась.

— Так вот зачем вам ведьма… — протянула она. — Что ж, это может сработать, хоть и довольно рискованно. Лэрд все еще силен.

— А можно не говорить загадками? — возмутилась я.

Леди Аттвуд отвлеклась от изучения лица Таркера (подозреваю, она снова оценивала его магический потенциал) и хмыкнула:

— Она не знает, верно?

— Нет.

— Вообще-то, я тоже здесь присутствую, — напомнила я. — Можно не говорить обо мне в третьем лице?

— Простите, — повинилась леди Аттвуд, но не особо искренне. — Это было ужасно нетактично.

Она покончила с сигаретой и спрятала портсигар.

— Думаю, мы поговорили обо всем, что нас волновало, — сказала она и встала с кресла. — Простите, но мне пора готовиться к ужину. Горничная не справится с платьем без моих подсказок.

Видимо, Джози все-таки заложила что-то в мою голову, потому что у меня вырвалось:

— Разве оно уже не готово?

Леди Аттвуд кивнула. На ее губах промелькнула хитрая улыбка.

— Конечно. Но теперь, когда вы все знаете, я могу позволить себе сменить образ.

Попрощавшись, она удалилась. Я проводила ее спину ошарашенным взглядом. Ну что ж, хотя бы в одном я оказалась права: она действительно носила вызывающие платья не просто так. Теперь, когда маски сорваны, мне было даже интересно увидеть ее без лишней шелухи. Надеюсь только, она не станет курить за ужином. Дым вреден детям.

Я обернулась к Таркеру, задумчиво изучающему пейзаж за окном.

— Вы ей верите?

— Она подтвердила свои слова магической клятвой. Обойти ее невозможно.

— И что же теперь?

Таркер нахмурился, но его голос прозвучал уверенно.

— Мне придется навестить единокровного брата. Пришло время разобраться во всем этом.

ГЛАВА 21

Таркер не вернулся к ужину. Я, поглощенная лицезрением полностью закрытого и наглухо застегнутого платья леди Аттвуд, забеспокоилась не сразу. Лишь за завтраком при виде его пустующего стула у меня перехватило дыхание, а в голову закрались вполне обоснованные подозрения. Я постаралась не подавать вида. Судя по насмешливому взгляду леди Аттвуд, у меня это не сказать, чтобы получилось.

Я, то и дело посматривая на часы (они пробили полдень), пыталась отвлечься от тревожных мыслей при помощи чтения, когда раздался короткий стук в дверь. Отбросив книгу, повествующую о тонкостях ведьмовской магии, я отправилась открывать.

На пороге стоял Таркер. Его осунувшееся лицо с залегшими под глазами тенями заставило сердце испуганно сжаться. На нем был все тот же костюм темно-синего цвета, что и вчера. Видимо, он не только не спал, но еще и не переодевался.

— Входите. — Я посторонилась. — Как все прошло?

— Могло бы и лучше, но в целом хорошо.

Он ненадолго остановился возле кресла, а затем развернулся, сделал несколько шагов к кровати и… рухнул на нее. Подушки возмущенно подпрыгнули, матрас прогнулся.

— Даже если вы потребуете встать, я смогу это сделать только через пару минут, — глухо признался Таркер, уткнувшись лицом в покрывало.

Я припомнила правила этикета и без колебаний отринула их. Вместо нотаций я осторожно присела рядом и попросила:

— Снимите пиджак и закатайте рубашку. Мне нужен контакт с кожей.

Он с готовностью, хоть и несколько медленно, избавился от пиджака и снова рухнул вниз, вытянув вперед руку. Рукав я закатывала уже самостоятельно.

— Я привожу вас в чувство, а вы рассказываете мне, где были, — предупредила я. — Все честно. Благотворительностью я не занимаюсь.

Таркер едва слышно хмыкнул.

— А мне казалось, что это именно она.

Усталость в его голосе сквозила так явно, что я куснула губу и сосредоточилась на его физическом состоянии. К пальцам хлынула знакомая теплая сила, и я принялась осторожно водить ладонью по его коже, щедро делясь своим даром. Таркер тихо застонал.

— Спасибо, — пробормотал он.

Его напряженные, будто каменные плечи опустились, а тело расслабилось. Я, прикрыв глаза, нащупала наиболее уязвимые точки и направила золотистые нити именно туда. Видимо, я даже переусердствовала, потому что слабость накатила уже на меня.

— Вы так и не научились соизмерять силу, — сказал Таркер и рывком перекатился на спину, а затем и вовсе сел.

Мы могли переместиться на кресло, но вместо этого остались на постели. Это было так интимно, что мое сердце подскочило в груди и забилось где-то в горле.

— Вы обещали мне совместные уроки, лорд Таркер, — с легким упреком напомнила я, стараясь выкинуть из головы все лишнее.

— Простите, Анна, — серьезно проговорил он. — Я исправлюсь. К слову, зовите меня Кеннетом.

Он попросил об этом уже во второй раз, и я, мысленно смакуя его имя на языке, вдруг поняла, что и мне этого хочется. В конце концов, глупо обращаться к нему по титулу, когда сам он предпочитает называть меня по имени.

Я склонила голову набок и тихо сказала:

— Хорошо.

На губах Кеннета мелькнула тонкая улыбка, но тут же пропала. Он нахмурился, очевидно, возвращаясь мыслями к действительно важным вещам. Я напряглась, пытаясь уловить отголоски его рассуждений, но тщетно. Мне показалось, что он словно закрылся.

— Это ненадолго, — откликнулся он. — Не хочу вас пугать.

— Вот как? — мрачно буркнула я и скрестила руки на груди.

Кеннет вздохнул и решил сменить тему:

— Я был у Чарльза. Оказалось, у нас с ним общие цели.

— Расскажете подробнее?

Он заколебался. Я видела, как он подался вперед, сократив и без того небольшое расстояние между нами, а затем, словно опомнившись, отклонился назад и покачал головой.

— Нет, не сейчас. Пока я не смогу гарантировать вашу безопасность, я не стану втягивать вас в политические дрязги.

На душе потеплело. Обо мне, не считая старой тетки, никто никогда не заботился по-настоящему. А в словах Кеннета я почувствовала желание защитить меня. Я опустила взгляд, пытаясь привести в порядок лихорадочно заметавшиеся мысли.

— Все это время вы были у брата?

— Нет, я летал на Острова, в столицу.

Я нахмурилась и посмотрела на него, пытаясь по выражению лица понять то, что он не договаривает. К сожалению, Кеннет в совершенстве владел искусством носить маски. Все мои попытки оказались тщетны.

— Что вы там делали, если не секрет?

Таркер помолчал, явно подыскивая наиболее мягкую формулировку. Не уверена, что у него это получилось.

— Я бросил вызов лэрду.

— Что-о-о?!

Хорошо, что я сидела, иначе бы точно упала. Надеясь, что не расслышала, я потрясенно уставилась на Кеннета в ожидании пояснений.

— Обязанности короля у драконов выполняет лэрд. Именно он правит кланом, но его власть не передается из поколения в поколение, как это принято у людей. После смерти лэрда она переходит к тому, кто оказывается сильнее прочих — к самому мощному и быстрому дракону. Таков обычай.

— Чудесно, — сдержанно ответила я, успев взять себя в руки. — Можно перейти сразу к сути?

Он кивнул и устало прошелся ладонью по волосам, растрепав их окончательно. Я подавила желание пригладить черные пряди и зарыться в них пальцами. Сейчас не до этого.

— Драконы живут долго, но с возрастом, как и люди, начинают дряхлеть. Считается, что вместе с телом увядает не только мозг, но и магия, поэтому обычай разрешает раз в двадцать пять лет бросать лэрду вызов.

— Дуэль? — холодея, уточнила я.

— Не совсем. — Он покачал головой. — Скорее честный поединок, позволяющий выявить самого сильного и быстрого дракона. Победитель получает корону.

Я уловила некоторую недосказанность, и мне это не понравилось.

— А проигравший? — в лоб спросила я.

Кеннет отвел взгляд.

— Их казнят. Поэтому обычай не пользуется особой популярностью.

Мир, вспыхнув красками, погрузился во тьму. Перед мысленным взором легко возникла картинка гроба, только теперь под его крышкой покоилось уже не мое тело. Я выдохнула через ноздри.

— Вы совсем с ума сошли?!

— Я понимаю все последствия, но другого выхода нет. Либо я рискую, либо мы проиграем, пусть и не сразу.

Заметив мой невысказанный вопрос, он неохотно продолжил:

— Лэрд тоже жаждет войны. Единственный шанс изменить эту ситуацию — привести к власти того, кто действительно ищет мира.

Я не удержалась от иронии.

— Видимо, в этом вопросе вы предпочитаете доверять исключительно себе.

Он поморщился.

— У меня есть еще и свой интерес.

— Кроме трона и короны? — ехидно уточнила я.

— Я больше не хочу быть пешкой в чужой игре. — Его глаза гневно сверкнули. — Отец разыграл мою судьбу, словно партию в покер. Я хочу вернуть ее себе обратно.

Я помолчала, обдумывая его слова. Мне было понятно желание взять свою жизнь под контроль. Побывав и сама в ситуации, когда за тебя все решили, я горячо сочувствовала ему. А еще чисто по-человечески желала ему счастья.

— У вас получится. — Я порывисто сжала его ладонь. — Вы всегда и во всем были лучшим.

Кеннет застыл, а затем перевел взгляд вниз, на мою руку, и медленно сплел наши пальцы. Такой простой жест сказал больше, чем слова.

— Если что-то пойдет не так, — тихо произнес он, — обратитесь к леди Аттвуд. За свою помощь она потребует высокую цену, но ей можно доверять. И у нее действительно есть возможность укрыть вас от посторонних глаз, что немаловажно.

— А как же Хлоя и Томас?

— Об этом я тоже договорился. Их судьба в надежных руках.

В душе все перевернулось от того, как просто прозвучали эти слова. Он предусмотрел все варианты. Он — человек, не привыкший проигрывать. Меня затрясло.

Его ладонь нежно коснулась щеки и ласково смахнула одинокую слезинку, скатившуюся из уголка глаза.

— Я вернусь, — негромко пообещал он. — Верьте мне.

Я вскинула подбородок, намереваясь бросить что-то забавное, смелое, но вместо этого застыла, столкнувшись с ним взглядом. Между нами словно натянули нить. Напряжение стало почти нестерпимым, и, когда я уже хотела встать, чтобы хоть как-то разорвать этот контакт, Кеннет привлек меня к себе. Его губы жадно обрушились на мои.

Поцелуй получился коротким, но полный отчаяния и недосказанности. Он немного отдавал солью: я все-таки заплакала, и слезы, сбегая по скулам, падали на губы, оставляя после себе горький привкус.

Уже на пороге, распахнув дверь, я вдруг горячо попросила:

— Возьмите меня с собой!

Мысль просто сидеть и ждать казалась невыносимой.

— В столицу, где полно драконов? — Кеннет криво усмехнулся. — Вашу силу нельзя ни почуять, ни увидеть, но само ваше присутствие на таком событии вызовет вопросы. Кто-нибудь непременно докопается до сути, и тогда вам придется отбиваться от сотни предложений о союзе. Конечно, в случае моей смерти.

Я сглотнула, с легкостью представив, как улепетываю от стаи разгоряченных драконов и вынужденно согласилась, что это не самая лучшая идея.

— Но я сойду с ума, если не буду знать, что происходит! — упрямо сказала я.

Кеннет ненадолго задумался, явно прокручивая в голове разные варианты.

— Возьмите в кабинете шар, что мы использовали, когда искали ваш мир. С его помощью вы сможете следить за мной.

— А разве для этого вам не понадобится присутствовать лично или хотя бы прочесть зубодробительное заклинание?

Последний вопрос я задала чисто для проформы. Мне хотелось потянуть время. От мысли, что придется отпустить Кеннета, возможно, на верную смерть, к горлу снова подкатывал ком, а в глазах начинало щипать.

Не реветь! Этим все равно не поможешь…

— Нет, шар уже настроен на вас.

— Отлично.

Мы замерли, скованные неловкостью. Я не отрывала взгляд от Кеннета, стараясь вобрать в память каждую черточку его мрачного лица. Это было невыносимо больно.

Словно услышав мои мысли, он, не прощаясь, резко развернулся и зашагал по коридору. Как только его спина скрылась за поворотом, я обессиленно прислонилась к дверному косяку и едва не вскрикнула от неожиданности. Дверь детской была приоткрыта, в узкой щелке виднелась мордашка Томаса.

Я вздохнула. Не везет, так не везет.

— Как много ты услышал?

Томас распахнул дверь. Его лицо было испуганным, но с каждой секундой страх все стремительнее уступал место сосредоточенности.

— Достаточно.

— Хлое расскажешь?

— Нет, если в кабинет мы пойдем вместе.

Я хмыкнула, оценивая его талант вести деловые переговоры. Пожалуй, он быстро учится.

— По рукам, — после паузы согласилась я.

***

Не знаю, сколько времени прошло с момента прощания с Кеннетом. По ощущениям целая вечность, но судя по тому, что солнце все еще было в зените, гораздо меньше.

Мы столкнулись с Томасом возле кабинета его отца.

— Не слишком рано? — забеспокоилась я.

Мальчик покачал головой.

— К островам ведут порталы. Они натыканы по всему небу и, если знать дорогу, можно долететь достаточно быстро, — рассудительно сказал он.

Я потянулась к дверной ручке, когда меня окликнул Баррет.

— Леди Рейс!

Я подпрыгнула от неожиданности и резко обернулась, будто меня застигли на месте преступления.

— Что случилось? — мой голос дал «петуха».

Томас покосился на меня с удивлением. Я поморщилась. Сама знаю, нервы нужно лечить.

— Ваша воспитанница Хлоя пьет чай с леди Аттвуд. Они обе выразили надежду, что вы присоединитесь к ним.

С моих губ сорвался смешок, и я тут же замаскировала его кашлем. Баррет взирал на меня с невозмутимым спокойствием, Томас — с нетерпением.

— Передайте им мои сожаления, но в следующий раз, — непреклонно сказала я.

Подозреваю, что чаепитие вышло на некий новый виток, раз потребовалось мое присутствие, но пусть разбираются сами. В конце концов, они должны найти общий язык.

— Обязательно, — вежливо ответил Баррет, но в его интонациях промелькнуло сомнение. — Что-нибудь еще, леди Рейс?

— Нет, благодарю.

Он, не думая уходить, продолжал буравить меня взглядом, в котором читалось тщательно замаскированное недоумение. Вот же закон подлости! Значит, леди Аттвуд беспрепятственно копалась в кабинете несколько дней подряд, а меня поймали при первой же попытке зайти туда. Причем, с разрешения его владельца.

Я положила руки на плечи Томаса и, злясь, что оправдываюсь, уверенно произнесла:

— У нас урок, Баррет.

— Классная комната свободна, леди Рейс.

Нет, меня точно подозревают в краже фамильного серебра!

— Мы позанимаемся в кабинете лорда Таркера.

— Но…

— Папа в курсе!

Томас толкнул дверь и первым исчез за порогом. Мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним с высоко поднятой головой. Правда, я не удержалась и громко хлопнула дверью перед длинным носом Баррета. Тот едва успел отскочить назад.

Читать мне нравоучительные лекции было некому. Томас уже подтащил стул, залез на него и потянулся к самой высокой полке, на которой среди книг тускло поблескивал стеклянный шар на подставке.

— Этот? — деловито поинтересовался он.

— Да.

Томас наклонился вперед, стул под ним зашатался, но устоял. Мальчик спрыгнул на пол и, чуть примяв толстый ворс ковра, водрузил находку на массивный письменный стол. Мы с ним оба замерли по его краям, всматриваясь в белесую муть непрозрачного стекла.

— Что дальше? — почему-то шепотом спросила я.

Напряжение, сковавшее меня, было таким сильным, что я даже не присела. Так и стояла, зависнув над столом и жадно всматриваясь в шар.

— Если он настроен на вас, нужно дотронуться и представить, что вы ищите.

От моего несмелого прикосновения по шару прошла рябь, а затем в нем отразилась бескрайняя синева океана с россыпью коричневых, покрытой темной зеленью островов. Самый крупный из них имел форму зуба.

— Столица, — прошептал Томас, тоже не отрывая взгляда от шара

С его губ слетело что-то зубодробительное, и я твердо решила, что не стану запоминать название столицы. Драконий язык явно слишком сложен для меня.

Звук распахнувшейся двери заставил нас обоих вздрогнуть и резко вскинуть головы.

— Вот вы где! — воскликнула Хлоя. — А мы вас ждем.

За ее спиной маячила леди Аттвуд и небрежно обмахивалась веером из слоновой кости. Его движения стали чуть более медленными, когда его владелица цепко оглядела кабинет и тут же сделала правильный вывод.

— О, у вас есть шар с поисковым заклинанием? Вы будете следить за ходом испытания?

Хлоя растерянно потерла кончик носа и подошла к столу поближе.

— Какого испытания? — с любопытством спросила она и только тут заметила брата. — Томас! Ты что-то узнал и не рассказал мне!

Мальчик задергался и попытался спастись, пока не поздно.

— Совсем недавно, — уверенно солгал он, вызвав у меня прилив уважения. Правда, тут же все испортил, жалобно добавив: — Я просто не успел с тобой поделиться.

Его глаза забегали по комнате. Он явно не ожидал, что кармическое возмездие настигнет его так быстро. Хлоя уперла руки в бока, и весь ее внешний вид обещал: она так этого не оставит. Я фыркнула, ненадолго забывая о причинах, столкнувших нас всех у письменного стола.

В разговор вмешалась леди Аттвуд.

— Ваш отец решил бросить вызов лэрду, чтобы занять его место, — лаконично и несколько равнодушно пояснила она, сразу расставив все точки над «и».

Ее длинные пальцы потянулись к ридикюлю, щелкнули замком и выудили портсигар. Под моим хмурым и, подозреваю, весьма выразительным взглядом, она со вздохом спрятала его обратно.

— Как?! Зачем?! — Хлоя потрясенно распахнула рот.

Томас предпочел снова притвориться ветошью. Если его и терзали подобные вопросы, он не стал их озвучивать. Возможно, уже сам нашел на них ответы. Томас, несмотря на свою осторожность, временами переходящую в робость, уже не раз доказывал, что в экстремальных ситуациях голова у него соображает на редкость четко и ясно.

— Это сложно объяснить. — Я приобняла Хлою и, к моему удивлению, она не оттолкнула меня. — Но у него есть на то веские причины. Он делает это ради вашего будущего.

— Я читала об этом испытании. — Голос Хлои задрожал. — Проигравшего в нем казнят.

Я куснула губу, понятия не имея, как успокоить девочку. Да и что тут скажешь? К счастью, в дело вмешался Томас. Не знаю, сделал он это осознанно или интуитивно.

— Зачем ты привела ее? — Он с раздражением кивнул на леди Аттвуд. — Мы же враждуем с ней.

— Уже нет. — Хлоя торопливо вытерла со щек несколько слез, скатившихся из уголков глаз. — Она не хочет выходить замуж за папу.

Я покосилась на леди Аттвуд, и та салютовала мне закрытым портсигаром (и когда снова успела его вытащить?), как бокалом с шампанским. Что ж, я знала, что они с Хлоей смогут договориться.

Мой взгляд снова вернулся к стеклянному шару. Изображение отдалилось, и я разглядела огромную толпу драконов. Возможно, их было не так много, как мне показалось изначально, но их мощные туши с чешуей самых разных оттенков заполонили собой весь шар. Среди незнакомых хищных морд я с трудом узнала Кеннета. Он и еще один дракон грязного, болотного цвета замерли в некотором отдалении от других. Их крылья были распахнуты, словно они готовились к началу испытания.

Изображение не передавало звуков, но судя по тому, что пасти драконов то и дело открывались, те что-то горячо обсуждали.

— Смотрите-ка, — задумчиво протянула леди Аттвуд, подаваясь вперед, поближе к шару. — Их мощь сопоставима. Размах крыла, длина лап… Магическая сила тоже примерно равна. Лэрд стар, но позиций пока не сдал. Что ж, тогда все решит лишь полет.

— Как именно?

Я спросила у леди Аттвуд, но ответила мне Хлоя:

— Выиграет тот, кто прилетит первым.

Она выглядела притихшей и очень серьезной. Впрочем, ее брат тоже.

Я поняла, что мне больно на них смотреть, а идей для утешения нет — сама слишком волновалась — и промолчала. Ладони сжались в кулаки, но я заметила это только тогда, когда ногти до боли впились в кожу. Пришлось усилием воли расслабиться. Хотя бы внешне.

— Началось, — с тревогой сказал Томас.

Он тоже не опустился в кресло. Так и стоял рядом со мной, прижавшись макушкой к моему животу. Я, не отрывая глаз от того, что происходило в шаре, успокаивающе положила руку ему на голову.

— Все будет хорошо, — с трудом выдохнула я.

— Обязательно. — Леди Аттвуд с готовностью кивнула, а затем понизила голос до театрального шепота. — Но, если нет, знайте: я всегда готова стать вашим фамильяром.

Томас с Хлоей, кажется, не расслышали этих слов, а я взглянула на нее с таким гневом, что она тут же подняла руки вверх, будто сдаваясь.

— Ну, я не могла не попробовать, сами понимаете.

Я скрипнула зубами и снова сосредоточилась на том, что имело значение — на изображении Кеннета. Что-то вдруг изменилось, картинка «поплыла», а когда вернулась четкость, я увидела алого, до боли знакомого дракона в небе. Его чешуя ярко сверкала на солнце, переливаясь, словно благородное вино в отблесках огня камина. Отчаянно работая крыльями, он нагонял своего соперника.

— Не самый лучший старт, — прокомментировала леди Аттвуд.

Хлоя раздосадовано шикнула на нее, и та примолкла. По кабинету поплыл легкий запах табака, но я, занятая переживаниями, лишь цокнула языком. Разберусь с этим позже.

Ситуация в небе выровнялась: драконы шли совсем рядом, можно сказать, ноздря в ноздрю. Один из них рыкнул на другого, а затем они и вовсе сцепились хвостами. Удары острых, зазубренных наконечников оставляли на шипастых телах кровоточащие ссадины. Меня передернуло.

— Пошел последний круг, — бросила леди Аттвуд и, судя по всему, снова затянулась. Интересно, как она держалась все это время с ее страстью к сигаретам? — Битва будет жаркой.

Лэрд, словно в ответ на ее слова, вдруг резко взял влево и вцепился зубами в шею Кеннета. Тот заревел. Я услышала его боль, даже находясь за сотни тысячи миль от него. Сердце сжалось и пропустило удар.

— Это нечестно! — возмутился Томас. — Разве так можно?

— Правилами не запрещается, — прошептала бледная как полотно Хлоя.

Леди Аттвуд молчаливо стряхнула пепел себе под ноги и воздержалась от комментариев. Ее глаза зло сузились, когда она сделала новую затяжку.

— Я убью его, — сипло пообещала я. — Если этот лэрд выживет, я потрачу всю жизнь на месть! Сделаю ее своей целью.

— У вас получится, — между делом заметила леди Аттвуд. — В вас горит огонь не хуже драконьего.

Я ничего не ответила. Ситуация в небе поменялась не в пользу Кеннета. Он сумел отбиться от внезапной атаки, но лэрд, вынужденный отпустить его горло, разодрал ему бок до мяса и вырвался вперед. Финишная ленточка (вероятно, навеянная магической иллюзией) призывно поблескивала. До нее оставалось совсем немного.

Я, прижав кулак ко рту, оцепенела. Все не может так закончится, только не Кеннет! Я не могу потерять его… Он был прав, мы с ним — одно целое. Вербена все сделала правильно: мое место здесь, рядом с ним. Господи, помоги ему!

Я впервые взмолилась так искренне и жарко. В памяти даже всплыли обрывки какой-то молитвы, но я никак не могла связать слова воедино, а затем и вовсе утратила возможность соображать здраво.

Изображение приблизилось, позволяя рассмотреть морду алого дракона во всех подробностях. От меня не укрылось, как в глазах с вертикальным зрачком вспыхнуло пламя, не предвещающее ничего хорошего. Взмах крыла, еще один и последний рывок… Белые острые клыки вцепились в хвост противника, разрывая его на куски. Лэрд распахнул пасть, видимо, крича от боли, а затем заметался. Тщетно. Его держали крепко.

Я моргнула, пропустив всего какой-то миг, но именно он решил все. Когда я сосредоточилась на изображении, темно-зеленый дракон, раззявив пасть и размахивая лапами, уже летел вниз. Его крылья бессильно трепетали на ветру. Огрызок разодранного хвоста полетел следом.

— Не стоит на это смотреть, — пробормотала я и ладонью прикрыла глаза Томасу.

До Хлои я дотянуться не успела. Она вскинула руки и заорала:

— Победа! Он смог!

Шар действительно продемонстрировал алого дракона, разорвавшего финишную ленточку и грузно приземлившегося на землю.

 — Надо же, — протянула леди Аттвуд и вдруг хлопнула в ладоши. — И правда! Кто бы мог подумать!

Мою душу затопило облегчение, а на глазах выступили слезы. Господи, если это все-таки ты, спасибо. Клянусь, я стану лучше!

Томас заволновался и отдернул мою руку.

— Что там, что?

— Папа стал лэрдом! — возвестила Хлоя.

Они с братом запрыгали на месте, увлекая друг друга в какой-то абсолютно дикий танец, напоминающий пляски индейцев. Мои ноги подкосились, и я чудом рухнула в кресло, а не на пол. От пережитого стресса разболелась голова, а к горлу подкатил ком. До сих пор не верилось, что все страхи остались позади.

— Что ж, вынуждена вас покинуть. — Леди Аттвуд изящно поднялась со своего места, на ходу застегивая ридикюль. — Мне нужно написать письмо Чарльзу, рассказать ему последние новости.

— Не сомневаюсь, — с легким ехидством отозвалась я.

Мы посмотрели друг на друга и вдруг, совершенно не сговариваясь, кивнули. Сарказмом я прикрывала симпатию, которую начала испытывать к леди Аттвуд. Ее характер, несмотря на все острые углы, мне нравился. Думаю, и ее одолевали схожие чувства.

— Еще увидимся, — проговорила она и вдруг приподняла шляпу в чисто мужском жесте. — В конце концов, у жен двух правителей всегда найдутся темы для разговоров.

— Что? — непонимающе спросила я. — О чем вы?

Она загадочно улыбнулась и, оставив после себя флер из аромата духов и крепкого табака, удалилась. Мой вопрос так и повис в воздухе.

— Мы победили, победили! — Вокруг меня запрыгали дети. — Папа станет лэрдом!

Их веселье было таким искренним, что я тоже рассмеялась, а затем присоединилась к танцу, позволив эмоциям взять вверх. Кто сказал, что с ума сходят поодиночке?

Хлоя вдруг резко остановилась и серьезно спросила:

— А что теперь будет?

Мы с Томасом переглянулись, и я честно ответила:

— Понятия не имею.

ГЛАВА 22

Я перевесила корзинку с одной руки на другую и задумчиво склонилась над геранью, внимательно ее изучая. Мне не терпелось опробовать хоть какой-нибудь рецепт, что я вычитала в пособии по травам. Самым легким мне показалась настойка из герани для лечения кашля и насморка. Интересно, взять ли листочки с куста с белыми цветами или лучше выбрать куст с розовыми? В книге об этом не говорилось.

— Леди Рейс!

Я вздрогнула и выпрямилась. Пальцы неловко задели бутон. На дорожку, посыпанную гравием, укоризненные спланировали нежно-розовые лепестки.

— Баррет? — Я приподняла бровь и поправила шляпку, защищающую от солнца. — Что-то случилось?

Мне не понравился его внешний вид. Обычно лощенный дворецкий сейчас выглядел запыхавшимся и немного растерянным, хоть и пытался это скрыть.

— Леди Рейс, к нам пожаловал ваш отец. Его машина уже у поворота к дому.

— Вот же черт! — с чувством выругалась я и заспешила по дорожке, ведущей к дому. — Мы можем не открыть ему ворота?

Баррет, почти бегущий за мной, закашлял. Видимо, такая идея не пришла ему в голову.

— Боюсь, что уже поздно, леди Рейс.

Я снова выругалась и сняла перчатки на ходу, забросив их в пустую плетеную корзинку, которую так и не успела наполнить. Отвлеклась, ничего не скажешь!

Мне действительно хотелось убить время до возвращения Кеннета (он еще не вернулся с поединка. Подозреваю, его победа наделала много шуму, и с этим пришлось разбираться), и я решила прогуляться по саду. Как оказалось, я могла не переживать, что заскучаю. У Судьбы были на меня свои планы! Как это мило с ее стороны…

Я пронеслась по высоким мраморным ступенькам парадного входа и влетела в холл. Всучив горничной пустую корзинку, я хотела было подняться наверх и переодеться, но вдруг замерла. Я что, действительно нервничаю и хочу предстать перед графом в лучшем виде? С губ сорвался смешок. Забавно, как работает человеческая память: леди Рейс уже давно нет в живых, а ее тело по инерции продолжает бояться того же, что прежде страшило его хозяйку.

Я развернулась на полпути.

— Баррет, пригласи, пожалуйста, лорда Рейса в гостиную. Я приму его там.

— Конечно, леди Рейс. Вам подать чай?

Я на минутку призадумалась.

— Почему нет? Будет чем эффектно плеснуть ему в лицо.

Баррет выпал в осадок, но стоически промолчал и ретиво откланялся. Наверное, я окончательно обжилась в этом доме, раз стала вести себя настолько неосмотрительно. С другой стороны, разве кому-нибудь придет в голову связать изменения в моем поведении с обменом душами? Скорее уж все спишут на перепады женского настроения.

Горничная торопливо взбила подушки на креслах и диване, поправила букет садовых роз в вазе на столе и, как оловянный солдатик, замерла у одной из стен. Я подошла к окну. По парадной аллее двигалась роскошная, блестящая на солнце черная машина. Она неторопливо остановилась у самого входа. Лакей бросился открывать дверь, и на дорожку ступила худая нога в тщательно отполированном кожаном ботинке. За ней последовала и другая, а потом показался и сам граф Рейс собственной персоной. Я прищурилась, беззастенчиво изучая его через тонкий тюль.

Отец Эшли представлялся мне высоким и благородным господином с сединой в волосах и манерами лощеного аристократа, считающего всех остальных людей пылью под подошвами своих сапог. Я оказалась близка к истине. На лице графа была написана такая спесь, что она легко угадывалась даже с расстояния. Его волосы скрывала шляпа, поэтому я не могла ничего сказать о его седине. Судя по отсутствию явных морщин, он был моложе, чем я думала. Возможно, благородное серебро в волосах — это не про него.

Я вздрогнула, когда взгляд его холодных как лед глаз столкнулся с моим. Он явно удивился, увидев меня возле окна, а затем поднял шляпу в коротком приветствии. Полы его темного плаща (не поленился надеть его в такую жару!) распахнулись, обнажая серый костюм и рубашку. Я мрачно кивнула и отошла, чтобы устроиться в кресле. Горничная как раз принесла чай и печенье. Недолго думая, я отправила одно себе в рот. Надеюсь, когда граф войдет, я все еще буду жевать! Эх, плюнуть бы ему в лицо за все, что он сделал с бедняжкой Эшли. И это я еще сознательно не упоминаю его планов на Томаса и Хлою.

— Лорд Рейс!

Баррет распахнул двери и пропустил гостя. Тот прошел мимо дворецкого, даже не взглянув в его сторону. Невольно мне подумалось, что граф искренне считает, что двери открываются сами собой, без малейшего усилия слуг.

— Эшли, я рад тебя видеть.

Судя по голосу — едва ли. Граф Рейс оказался выше и более субтильным, чем я себе представляла. Он все-таки снял шляпу и плащ, и теперь я видела, что седина у него есть, пусть и небольшая.

— Не могу сказать того же, — резко ответила я, не делая попытки встать с кресла. — Позвольте сразу осведомиться о цели вашего визита?

Баррет поторопился прикрыть дверь с другой стороны. Горничная тоже юркнула за порог. Оставшись с графом наедине, я вдруг испугалась, а затем упрямо вскинула подбородок. Что он мне сделает?

— Как ты разговариваешь с отцом?

Он быстро преодолел разделяющее нас расстояние и завис надо мной, игнорируя кресло. Я поморщилась.

— Присаживайтесь, пожалуйста. Мне неудобно смотреть на вас снизу вверх — шею ломит.

Граф ошарашенно воззрился на меня, а затем настороженно опустился в кресло напротив. Закинув ногу на ногу, он медленно взял в руки чашку с чаем и принялся изучать меня, как зверька в зоопарке — с легким удивлением.

— Я решил нанести тебе визит, чтобы справиться о твоем самочувствии. Дворецкий сказал, что лорд Таркер уехал по делам.

Значит, он все-таки замечает слуг, когда ему это выгодно.

— Пустое беспокойство с вашей стороны. Могли бы ограничиться звонком или письмом.

Граф Рейс снова помрачнел и раздраженно дернул щекой.

— Лорд Таркер не провел в дом телефон, а магической почте я не доверяю.

— Какая досада, — протянула я, откинувшись на спинку кресла.

Кажется, он не уловил иронию моих слов. Или же предпочел проигнорировать.

— До меня дошли слухи, что твое душевное здоровье оставляет желать лучшего.

Я напряглась. Помнится, Джози говорила, что отец Эшли упечет меня в сумасшедший дом, если я признаюсь ему в том, кем являюсь на самом деле. Интересно, он сможет провернуть что-то похожее, желая наказать непослушную дочь? Уж больно мне не понравился намек на душевное здравие.

— Не стоит доверять слухам.

Граф поморщился.

— Разумеется, поэтому я и приехал лично. Так как продвигаются… твои дела?

Я пробаранила пальцами по подлокотнику, а затем решила, что ужасный конец лучше ужаса без конца, и бросилась в атаку. Я не испытывала трепета перед отцом Эшли, а с момента телефонного разговора боролась с желанием высказать ему в лицо все, что о нем думаю.

— Все прекрасно, — с очаровательной улыбкой откликнулась я, и граф обмяк. Зря. — Дети лорда Таркера живы и здоровы, а сам он находится в чудесном расположении духа. Как видите, о более спокойном для работы месте даже мечтать не приходится.

Повисла пауза. Под моим злорадным взглядом граф Рейс смешался, но всего на мгновение. Я и заметить не успела, как из спесивого сноба он превратился в опасного хищника, с которым шутки плохи. Наклонившись вперед, он вдруг ухватил меня за локоть, заставив болезненно охнуть: на коже наверняка останутся синяки.

— Послушай меня, девочка, — грозно протянул он. — Сдается мне, ты забылась, но я напомню тебе твое место.

— Подозреваю, оно возле собачьей будки, на коврике? — с показным смирением уточнила я.

Хватка усилилась, и я едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть.

— Ты должна была сделать то, что я велел.

Он не повышал голоса, но от этого становилось лишь страшнее. Холодная ярость, плескавшаяся в его бесцветных глазах, была во много раз хуже обжигающего гнева.

— А если я откажусь?

Он улыбнулся ядовитой, змеиной улыбкой, заставившей меня вздрогнуть.

— Поверь, ты пожалеешь. Ты не хотела замуж за старика Маркуса? Я могу найти вариант поинтереснее.

Тело тряслось от ужаса, я на собственной шкуре поняла, что испытывала Эшли, но именно это заставило меня поднять голову и… плюнуть в лицо ее отцу.

— Шли бы вы… на исповедь, папенька. Грехи замаливать.

Капля моей слюны сползла с его щеки на подбородок. Граф побелел от бешенства. Он замахнулся (я наблюдала за его рукой, вспоровшей воздух, как в замедленной съемке), но остановился, заслышав окрик:

— Лорд Рейс, какой сюрприз!

Граф отпустил меня и обернулся. Кеннет быстро миновал те несколько шагов, что нас разделяли, и встал за моей спиной, положив руку мне на плечо. Я обмякла. Мне не хотелось в этом признаваться, но отец Эшли действительно пугал.

— Лорд Таркер, — с разочарованной улыбкой отозвался граф. — Простите, что вторгся в ваш дом без приглашения, но моя дочь попросила забрать ее. Работа гувернантки оказалась ей не по силам.

Я едва не задохнулась.

— Ложь!

Кеннет чуть сжал мое плечо, и я примолкла, внутренне кипя от негодования.

— К тому же, — не обратив на мою вспышку ни малейшего внимания, продолжил граф, — ее ждет жених. Мы слишком затянули со свадьбой. Пришло время это исправить.

Я все-таки вскочила с места.

— Если вы думаете, что…

— Я ваш отец, Эшли. И до того, как вам исполнится двадцать один год, ваша судьба в моих руках. Да и после ваше финансовое благополучие зависит тоже от меня.

Я застыла, как столб, не в силах вымолвить ни слова. Нет, все-таки кое-что у меня сорвалось с языка:

— В церкви «да» тоже вы священнику скажете?

Граф сузил глаза, но ответить не успел. В разговор вступил Кеннет.

— Лорд Рейс, я бы попросил вас проявить вежливость в беседе с моей женой.

— Что?

— Вы не ослышались. Сегодня ночью мы принесли брачные обеды. Теперь ваша дочь — моя жена, и только я несу ответственность за ее судьбу.

Граф потрясенно мотнул головой, словно пытался отогнать назойливого комара. Кеннет наблюдал за ним с мрачной невозмутимостью, за которой, я чувствовала, бушевало настоящее пламя.

«Голову ему откусить, и все дела. Сказать, что случайно».

Я нервно хихикнула, не понимая, кому принадлежит эта мысль. Кош и Кеннет окончательно сливались в одно целое.

Граф откашлялся, но все равно сорвался на фальцет:

— Если вы рассчитываете на ее приданое…

— Даже мысли такой не было.

Граф застыл, лихорадочно анализируя ситуацию.

— Но вы же помолвлены! Неужели вы поставите мирный договор под угрозу?

Кеннет усмехнулся так злорадно, что было понятно, как же бесил его вынужденный брак и игра по чужим правилам.

— Возможно, вы еще не в курсе, лорд Рейс, но мне только что присягнул на верность весь клан драконов. Пожалуй, теперь я сам буду решать, какие именно пункты включить в мирный договор.

— Вы… лэрд?!

— Верно.

Глаза графа заметались, он дернулся то ли отвесить поклон, то ли упасть без чувств в кресло, но его остановил звук разбившейся вазы.

Мы, все трое, оторвались от перепалки и перевели взгляд на приоткрытую дверь. В ее проеме замерла побледневшая Хлоя. У ее ног лежали осколки фарфоровой вазы, стоящей в углу на небольшой подставке.

— Вы женитесь? — прошептала она. Ее покрасневшие глаза налились слезами. — Как ты могла!

Она всхлипнула и, зло посмотрев на меня, бросилась бежать.

— Хлоя!

Кеннет хотел кинуться за ней, но я удержала его.

— Я разберусь с этим, — тихо пообещала я. — А ты уладь проблему с Рейсом.

Он кивнул, и я, не прощаясь, быстро покинула комнату. И только в холле до меня дошло, что я перешла в разговоре с Кеннетом на «ты». Это случилось так естественно, что не вызвало никакой внутренней реакции: ни смущения, ни трепета, ни ликования. Просто время пришло.

Я улыбнулась и ускорила шаг.

***

— Хлоя, подожди!

Девочка бежала так быстро, что гравий под ее ногами разлетался с легким хрустом. Я не сильно отставала, но нагнать ее пока не получилась.

— Подожди, послушай меня!

Она, не оборачиваясь, пронеслась мимо розария и углубилась в сад.

Слуги провожали нас с легким недоумением. Если к сносящей все на своем пути Хлое они за много лет уже привыкли, то при виде меня, подобравшей юбку и забывшей где-то перчатки и шляпку, они с удивлением распахивали рты.

— Не смей ко мне подходить! — прокричала Хлоя.

Ненадолго замерев у яблони, она вдруг принялась сноровисто забираться наверх по ее раскидистым ветвям.

Я, запыхавшись, оперлась ладонью о теплый ствол и подняла взгляд.

— Не глупи! Слезай, и давай поговорим.

Хлоя мотнула головой, будто хотела боднуть меня. Она уже преодолела половину пути и явно собиралась добраться до самой верхушки. Понятия не имею, зачем ей это было нужно. Возможно, она просто хотела оказаться подальше от меня.

Это предположение отозвалось острой болью в груди.

— Ты предала меня! — С дерева раздались детские, безуспешно подавляемые всхлипы. — Я думала, ты мне друг!

Я вздохнула. Вот так неожиданно и куда менее естественно мы перешли на «ты» и с Хлоей.

— Я твой друг, — подтвердила я, с опаской всматриваясь в зеленые ветви, среди которых мелькало ее желтое платье. — Я желаю тебе только добра.

— Ты хочешь выйти за отца! Занять место мамы!

Раздался хруст ветки, и я забеспокоилась. Высота довольно приличная. Что если Хлоя полетит вниз и сломает себе руку или ногу? Черт, почему я самонадеянно заявила Кеннету, что разберусь? В конце концов, он знал свою дочь лучше меня.

И все же, где-то глубоко внутри сидела уверенность, что нам с Хлоей посредник не нужен. Было очень важно, чтобы мы разобрались с этим сами.

Я набрала в грудь побольше воздуха, но не успела начать прочувственную речь. С протяжным испуганным криком Хлоя сорвалась с ветки, на которую уже поставила ногу, обутую в неудобную, наверняка скользкую туфельку, и полетела вниз. За эти пару мгновений в моей голове пронеслись все возможные варианты: от позвать на помощь до подставить руки. Я понимала, что поймать Хлою не смогу, а никто другой не успеет этого сделать. Перед моим мысленным взором встало кривящее от боли лицо девочки и, прежде чем понять, что делаю, я вскинула руку.

В одной из книг я прочитала, что у некоторых ведьм сила сводится не только к дару исцеления. Но я даже не надеялась, что отношусь к числу этих счастливчиков. Пока… с моих пальцев не сорвалось золотистое сияние. Оно как защитный кокон обволокло Хлою. Девочка, расставив руки и ноги, замерла в паре сантиментов над зеленой травой и, часто-часто моргая, изумленно уставилась на меня. Ее рыжие волосы растрепались и торчали во все стороны, а тонкие губы чуть подрагивали. Но она не плакала, разве что глаза оставались все еще красными и мокрыми.

Я, держа ладонь раскрытой, медленно подошла ближе и коснулась золотистого кокона.

— Я никогда не займу место твоей мамы, — негромко пообещала я. — У меня самой погибли родители, и я знаю, как важно сохранить память о родном человеке.

Хлоя смотрела на меня с недоверием.

— Я не буду называть тебя мамой.

— Я бы не стала о таком просить.

Из ее взгляда ушли обида и отчаяние, уступив место ослиному упрямству.

— И не позволю убрать картины с мамой со стен дома!

Я кивнула и задумчиво склонила голову набок.

— Но мои портреты могут висеть рядом?

Хлоя помолчала, ища в моей просьбе подвох. Не найдя его, она шмыгнула носом.

— Папа будет так же читать нам сказки на ночь? Ты не запретишь?

Я усмехнулась.

— Могу пообещать, что буду контролировать этот процесс с особой тщательностью. Что-то ваш отец в последнее время увиливает от своих обязанностей.

Она фыркнула, взглянула исподлобья и вдруг улыбнулась. Наши ладони, разделенные золотистым коконом, соприкоснулись.

— Ты можешь доверять мне, — тихо сказала я, ловя ее взгляд.

Видимо, я отвлеклась, потому что золотистые нити начали распадаться. Мгновение, и Хлоя упала на мягкую зеленую траву.

— Ударилась? — испугалась я.

— Нет, все в порядке.

Я все равно опустилась на колени и ощупала ее ногу, но магия во мне не отозвалась. Хлоя не нуждалась в помощи. Вернее, эта была не та помощь, которую могла оказать ведьма.

— Значит, мы по-прежнему друзья?

Ее голос дрогнул, а в глазах плескались тревога, сомнения и… страх.

Я притянула ее к себе, обняла и уткнулась подбородком в ее макушку.

— Конечно. Мы же члены тайного общество. Мы — одно целое.

Она растерялась.

— Не помню такого девиза.

— Это новый. Считай, что я только что его придумала.

Хлоя расслабилась и тоже скрестила руки на моей спине, прижимаясь ко мне крепче.

— Я рада, что мы больше не в ссоре. Кстати, как у тебя получилось замедлить мой полет?

— Вот об этом лучше спросить у твоего отца. Он разбирается в магии, чего нельзя сказать обо мне.

Мы медленно поднялись с шелковистой травы и вернулись к дорожке, ведущей в дом. Уже у парадного входа Хлоя одарила меня хитрой улыбкой и невинно поинтересовалась:

— А можно мы с Томасом все-таки скажем, что это ты разрешила оставить котенка?

— Даже не мечтай.

Она надулась, но ненадолго. На ее лице промелькнуло уважение. Что не помешало ей изучать меня из-под полуопущенных ресниц, явно обдумывая новую каверзу. Нет, с ней точно не соскучишься!

Впрочем, кажется, именно это мне в ней и нравится.

***

— Граф Рейс уехал?

Кеннет оторвался от изучения пейзажа за окном и повернулся ко мне.

— Да, только что.

Я с облегчением перевела дух и, прикрыв дверь, прошла по ковру, чтобы опуститься в мягкое кресло напротив письменного стола. Кабинет уже стал мне родным. Пожалуй, здесь я проводила лишь немного меньше времени, чем в собственной спальне.

— Как все прошло?

Кеннет усмехнулся. Его глаза блеснули непривычным весельем.

— Невероятно забавно. Впервые видел человека, который с такой скоростью меняет собственные убеждения.

Я фыркнула.

— Представляю.

Граф Рейс обладал той необходимой двуличностью, что помогает политикам достигать успеха. Учитывая, что он сумел добраться до самого верха, в степени его лицемерия можно было не сомневаться.

— А как у тебя? Ты смогла успокоить Хлою?

Он спросил об этом ровно, но я интуитивно уловила, как важно было ему услышать положительный ответ.

— Да, мы с ней поговорили.

— И?

Кеннет затаил дыхание, но вряд ли понял это. Я покачала головой. Он действительно был хорошим отцом, пусть иногда и слишком строгим.

— Ее благословение мы уже получили. Остался Томас.

Выпалив этот оптимистичный ответ, я впервые подумала о том, что Кеннет мог упомянуть о браке лишь для красного словца. Возможно, он просто пытался защитить меня и тянул время в разговоре с графом Рейс. А я тут уже… подвенечное платье успела вообразить во всех деталях!

Краска бросилась мне в лицо, и я принялась нервно сминать ткань юбки.

— Кстати, насчет твоих слов о свадьбе…

Я возмущенно дернулась, когда теплая ладонь Кеннета накрыла мой рот. Меня чуть смягчил его взволнованный взгляд черных глаз, который не сходил с моего лица.

— Чутье подсказывает, что сейчас ты скажешь много лишнего, поэтому, пожалуйста, позволь лучше мне.

Я закатила глаза и гримасой изобразила согласие. Насколько смогла.

Кеннет тут же убрал руку.

— Еще раз так сделаешь без предупреждения, и я укушу тебя, — пригрозила я.

Он усмехнулся. Краем сознания я уловила ответную мысленную колкость, но ему хватило такта не озвучить ее. Вместо этого он, к моему удивлению, опустился передо мной на одно колено.

Второй раз в жизни (первый раз случился в лесу после аварии) я заподозрила, что меня снимают скрытой камерой. Сарказм внутреннего скептика оказался почти полностью заглушен звуком зашедшегося в отчаянном ритме сердца. Я судорожно сглотнула.

— Я сказал графу Рейсу о браке не для того, чтобы заткнуть его. Я действительно хочу этого. — Его рука под моим ошарашенным взглядом потянулась к карману пиджака и достала кольцо. Изумруд в оправе из серебристых листьев сверкнул на свету, играя острыми гранями. — Я собирался сделать все как положено: сначала спросить у тебя и лишь затем поставить в известность наше именитое общество, включая и отца Эшли. Но у нас с тобой все не по правилам.

Я поняла, что глотаю ртом воздух и с трудом заставила себя отвести взгляд от кольца с серебристыми лепестками. Украшение напомнило мне брошь Вербены. Кажется, оно было из того же гарнитура.

— Я… то есть …

Кеннет подождал, пока я проблею что-то невразумительное, и терпеливо продолжил:

— Я делаю тебе предложение не потому, что хочу защитить тебя от Рейса (хотя и это тоже). И даже не из-за нашего союза. Я люблю тебя Анна. Не знаю, в какой момент это случилось, но теперь уже и неважно. Я просто хочу провести остаток жизни с тобой. Мы…

— Одно целое, — тихо закончила я и опустилась рядом с ним на колени. — Я согласна.

Я снова плакала во время поцелуя, но в этот раз от счастья. Впрочем, губы Кеннета мягко собрали все слезы, а его дерзкий язык, вступивший в поединок с моим собственным, совсем скоро заставил забыть обо всем на свете.

ЭПИЛОГ

Мы обвенчались тем же вечером в местной церквушке. К счастью, церемонию провел совершенно незнакомый святой отец, а не тот, что исповедовал меня. Иначе без конфуза бы не обошлось. На венчании присутствовали лишь Томас и Хлоя, и, признаться, меня это полностью устроило.

На следующее утро мы все так же вчетвером улетели на Острова. Уже в столице нас настигла новость, вызвавшая волнение в высшем свете как людей, так и драконов: Его Величество Уильям трагически скончался в своей постели по естественным причинам.

Помнится, тогда я отвела Кеннета в сторону и спросила в лоб:

— Это дело рук Чарльза?

Он сухо кивнул и ответил мысленно:

«Его или кого-то из его приближенных».

«Ты знал?»

Он молча опустил ресницы.

Я не могла его осуждать. Слишком сложными и запутанными были его отношения с отцом, чтобы можно было мерить его поступок общепринятыми нормами.

К Островам быстрее всех привыкла Хлоя. Она с такой легкостью приняла изменения в нашей жизни, что я не всегда могла удержаться от зависти. В нашем доме явно росла будущая интриганка и любительница приключений. Бедный Томас! Ему точно не позволят остаться в роли наблюдателя…

Впрочем, этот тандем себя в обиду не даст. В этом я убеждалась неоднократно.

Несмотря на опасения, в столице меня встретили с искренней радостью. И дело оказалось вовсе не в моем статусе жены лэрда (нам пришлось пройти еще и драконий брачный обряд, и вот тут без помпы уже не обошлось), а в моей ведьмовской природе. Как с усмешкой заметил Кеннет, ему повезло, что он успел стать лэрдом до того, как правда о моем даре выплыла наружу. Иначе бы за ним гонялась толпа драконов, мечтающих отгрызть «наглецу» хвост, а заодно еще и лапы. Леди Аттвуд не солгала: за честь стать фамильяром ведьмы здесь готовы были сражаться, если не до смерти, то до первой крови точно.

Кстати, ее слова оказались пророческими: с каждой нашей встречей тем для разговоров находилось все больше. Я не только присутствовала на ее свадьбе с Чарльзом (как и весь остальной высший свет), но и стала крестной ее первенца — наследного принца Марка.

Я иногда ловила взгляд Кеннета, обращенный на племянника, и без всякого чтения мыслей понимала, о чем он думает. Всего тридцать лет назад мир отверг его, такого же полукровку, как и Марк, но история вышла на новый виток. Вернее, тому поспособствовал сам Кеннет.

В конце концов, именно такие сильные личности, как он, и рождены менять привычный ход вещей.

С точки зрения политики, браки Кеннета и Чарльза действительно укрепили отношения драконов и людей. В конце концов, нет ничего лучше смешанного союза, чтобы доказать простому народу — войны не будет.

Мирный договор был подписан в оговоренный срок. Я присутствовала при той встрече Кеннета с братом и выдохнула с облегчением, когда они оба поставили свои подписи в документе, за судьбу которого я искренне переживала. После этого дело пошло на лад. К слову, призывы церковнослужителей тоже стихли. Подозреваю, что Чарльз тонко намекнул им, что не стоит дразнить голодного льва.

Во снах ко мне все еще приходила Вербена (я никак не могла избавиться от привычки называть ее именно так), но с каждым годом, проведенным на Островах, все реже. В свой последний визит она выглядела даже более загадочной, чем обычно. Никогда не забуду, что я тогда не выдержала и заметила:

— Ты явно знаешь что-то, о чем я еще не догадываюсь.

Она покачала головой.

— Совсем скоро это перестанет быть тайной и для тебя.

С этими словами она, не оглядываясь, направилась куда-то вдаль, где, как я видела, медленно проступал свет. Ее шаги были легкими, а улыбка, обращенная ко мне напоследок, счастливой и умиротворенной.

Я довольно скоро поняла, что она имела в виду. В конце концов, эту «новость» было сложно проглядеть. От ее первого крика, пронесшегося по спальне лэрда, где проходили мои роды, едва не вылетели стекла из окон.

Мы назвали ее Викторией.