Annotation

Я всё смогу и всё сумею!

Я пережду. Переболею.

Переживу и перебьюсь.

Перекантуюсь и спасусь.

Перестрадаю, переплачу

И приманю к себе удачу.

Из грязи вырвусь. Захочу -

Не упаду. Не закричу.

Я всё смогу. Я всё сумею.

Я не боюсь. Я не жалею.

Сильная женщина, сильный мужчина, противостояние характеров, от ненависти до любви.

Возможны жёсткие сцены, откровенные сцены 18+

Однотомник.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Эпилог. Двадцать лет спустя

Глава 1

Какая девушка лет в 15 не мечтает о принце? Чтоб, как минимум, на белом «Мерседесе» и с кольцом от Тиффани. Чтоб когда он шёл – все встречные девушки и женщины столбенели, падали и сами в штабеля укладывались.  Да, именно так, как мечтала Тося из «Девчат», только применительно к прекрасному полу.

Так вот,  красавицы столбенеют и падают, а  он, принц, идет мимо и никого, кроме неё, Светы,  не видит! Вот так и не меньше!

Оглянуться не успела – двадцать восемь и вокруг ни одного принца, одни «непарнокопытные».

Светке вообще как-то не везло с самого рождения. Начнем с того, что её родители поженились, как говорится, не по любви и даже не по расчету, а по залёту. Молодые, глупые, ничего не умели, вот и вляпались. Ребенок совершенно не вписывался в планы Николая и Ирины, но раз случилось, пришлось расписываться.  Родные жениха и невесты между собой как-то договорились, сыграли  детям свадьбу. Бабушка Оля  со стороны Ирининого отца пустила молодых жить в свою квартиру.  Сама же перебралась на дачу, которую спешно подремонтировали,  и та стала пригодна для круглогодичного проживания. Однако переписывать жилплощадь на внучку не стала, как чувствовала, что рано.

У молодоженов поначалу всё пошло  неплохо, но потом вместо ожидаемого Егора родилась нежданная Светлана. Начались бессонные ночи, плачь младенца, нехватка денег и молодой папаша быстро потерял интерес и к ребенку и к издерганной жене. Потерял интерес, а потом и сам потерялся.

Вернее, просто поставил Ирину перед фактом, что разочарован в семейной жизни и уходит. Мол, женился на стройняшке с прической и макияжем, а живет с пампушкой в халате и вороньим гнездом на голове. Опять же – не сына она ему  родила, а никчемную девчонку, к тому же,  плаксивую и болезненную. Он еще так молод, еще и пожить-то не успел. Поэтому, прости, любовь прошла и всё завяло.

Разводились громко, несмотря на то, что делить, кроме Светланы, им было нечего. Хотя нет, делить они пытались – ребенка.  У судьи глаза стали больше очков в диаметре, когда она поняла, что упоенно ругающиеся родители пытаются спихнуть воспитание дочери друг на друга. Традиционно, ребенка оставили с матерью, но только на бумаге. Фактически же Ирина сразу после развода собрала вещи и упорхнула устраивать личную жизнь и догуливать, что не догуляла из-за рождения девочки. Полуторагодовалая Светка досталась родственникам. Переходящим кубком кочевала она от одних бабушки с дедушкой к другим лет до пяти, чаще всего задерживаясь у прабабушки Оли, которая вернулась в свое жильё и теперь нянчила правнучку.  А потом дед с бабкой со стороны отца переехали в другую страну и прекратили всякую связь с внучкой. Еще через год и Иринины родители почти перестали интересоваться девочкой – Ирина опять вышла замуж, родила вторую дочь,  и им было кем заниматься.

Так Светлана оказалась на полном попечении прабабушки.  Если первое время мать-кукушка вспоминала о первенце, то после замужества и рождения второго ребенка, выкинула Светлану из головы. Николай алименты присылал исправно, только вот шли они не прабабушке Оле, у которой жила девочка, а Ирине и до дочери никогда не доходили.

Светке пришлось быстро взрослеть. Она рано поняла, что никому не нужна, что никто за нее не заступится, не защитит и не поможет. Можно рассчитывать только на себя! Нет, бабушка Оля ее любила и не обижала, но возраст брал своё.

Когда правнучке исполнилось семнадцать, бабы Оли не стало.

На похороны никто из родни не приехал. Убитой горем девчонке проводить прабабушку в последний путь помогли соседи да  немногие бабушкины знакомые.

Почти месяц она жила одна, экономно тратя оставшиеся после бабы Оли деньги. Бабушка никому не доверяла, и все сбережения, а также деньги за удачно проданную дачу,  хранила дома в  трехлитровом «банке».

Как снег на голову нагрянула мать.  Придирчиво  осмотрела комнаты, поковыряла обои, краску на дверях и велела дочери собираться.

- С нами жить будешь, а квартиру продадим!

Но не тут-то было! Во-первых, переселяться Света наотрез отказалась. Во-вторых, как оказалось, незадолго до смерти, баба Оля переписала-таки квартиру на правнучку и оформила всё тщательно – невозможно было ни подкопаться, ни отсудить.  Сама же Светлана продавать квартиру бабы Оли не собиралась. 

Жизнь без поддержки и защиты взрослых заставила Светку рано наточить зубы  и  угрозы, попытки подкупа, уговоры и другие методы увещевания на нее не действовали. Как блудная родительница ни старалась, ненужная дочь стояла на своём – квартира её, ни продавать, ни переписывать её она не станет.

Мать пыталась надавить на чувство справедливости, мол, Рита твоя сестра и имеет такое же право на квартиру, как и ты. Нечестно, что всё досталось одной тебе! Но этим Светлану было не пронять. Родительница  приезжала несколько раз, привозила сестру, но девочки друг другу не понравились,  и Светлана окончательно утвердилась в мысли, что с матерью ей не по пути и от нее, наконец, отстали.

Вопреки пророчествам матери, Светлана не пропала, не спилась, не спустила квартиру, не пустилась во все тяжкие. Она окончила школу всего с тремя четверками и устроилась работать в ветеринарную клинику, параллельно поступив на заочное в ветинститут. 

С животными у Светланы всегда ладилось. Она легко находила общий язык с любым строгим псом или царапучей кошкой, поэтому вопрос о профессии перед ней никогда не стоял.

С работой и учёбой всё шло легко и весело, а вот с личной жизнью не задалось. Регулярно на горизонте возникали  разные представители сильного пола. Но то ли Светка была настолько несчастливая, то ли привлекала только такой сорт мужчин,  факт был налицо: принц, даже самый завалященький, без Мерседеса и Тиффани, не находился, а вот различные варианты непарнокопытных\рогатых – сплошь и рядом.

Постепенно девушка  смирилась, что не видать ей семейного счастья и, коротая одинокие вечера и выходные, пристрастилась читать книги, предпочитая фэнтези про попаданок. Там, в волшебном мире, она могла представить себя и красавицей, и умницей, обладала выдающимися магическими данными, а за её благосклонность сражались короли и правители.

А потом случилось чудо – на Светлану обратил внимание потрясающий мужчина -  Виктор, внучатый племянник одной из соседок.  Ремизов  жил в маленьком городке и в Москву выбрался за лучшей долей, а тут такой подарок – одинокая молодая женщина с собственным жильем!  Осаду мужчина  выбрал правильно – окружил Светлану вниманием и заботой, баловал конфетами и цветами, даже стихи читал, встречал после дежурств. Не избалованная нормальным мужским вниманием девушка растаяла и с головой окунулась в простое женское счастье. С работы она мчалась домой, где ждал Витенька, готовила немыслимые разносолы, лишь бы порадовать любимого.  Но как только Виктор переехал в её квартиру, его отношение не то чтобы изменилось, нет, он по-прежнему был внимателен и не скупился на комплименты. Просто он стал как-то более требовательным, что ли, а комплименты потеряли искренность.  Однако  ослепленная чувствами, Светлана не замечала ничего.

Витенька до сих пор не нашел работу? Так это потому, что не ценят, не может же он пахать за три копейки? Вот как только найдется достойная его работа, с достойной зарплатой,  он сразу приступит,  и летом они поедут к морю. 

Море было мечтой Светланы,  и Виктор умело на этом играл.

Тем временем, расходы  увеличились, а зарплата нет, и Светке пришлось экономить на себе, чтобы её Витенька ни в чем не нуждался.   Деньги у Виктора водились, но он ни разу не предложил купить продукты или заплатить за коммунальные услуги, и Света крутилась, как могла.  Витя предпочитал всё самое качественное и, соответственно, дорогое -  еду, одежду, технику.  Ради семейного счастья она готова была на все и брала дополнительные дежурства, а еще устроилась на полставки уборщицей в расположенный в её же доме магазинчик.

Но однажды, прямо по закону жанра и подлости, она вернулась с работы очень рано. Неожиданно ей стало плохо, девушка упала в обморок, переполошившиеся ветеринары вызвали Скорую. Беременность, четыре недели.

Счастливой Светке дали отгул и она понеслась домой, по пути забежав  за  любимыми  деликатесами Виктора.  Предвкушая, как они чудесно проведут день, отпразднуют знаменательное событие, а завтра, наконец-то, подадут заявление, Светлана сразу прошла в кухню. Выгрузила покупки и, снимая на ходу плащ, улыбаясь до ушей, отправилась искать своего ненаглядного Витеньку. Витенька обнаружился в спальне: утробно хэкая и, сверкая  ягодицами, он трудолюбиво вколачивал в желтую с пионами простыню, стоящую на четвереньках девицу.

Светка замерла, с её лица медленно сошла счастливая улыбка. Она попятилась, вернулась в прихожую и там тихо стекла по стене.

Очнулась она через несколько минут от голосов, раздававшихся из зала.

- Нет, Витя, я сказала, что больше ждать не намерена.

- Алина, я же объяснял, Светка до сих пор не сделала мне постоянную прописку, так и живу с временной!  В этом случае я не смогу претендовать на жилплощадь, ты же это понимаешь? Лучше давай я ее свожу в ЗАГС, она давно созрела. Распишемся, я её на брачный контракт уговорю.  Она же дура полная – стоит погладить да ласково пошептать, готово, уши развесила и бери её, тепленькую. Подпишет, не глядя! А через пару месяцев я подам на развод.

- Долго, - капризно тянула девица. – И сколько волокиты. Она же упрямиться станет, судиться.  Лучше давай я Валерика попрошу, он подготовит договор дарения, ты его ей подсунешь среди других бумаг, раз уверен, что она подписывает, не глядя, а? Мочи больше нет  ждать!

- Не знаю, Алин. Рискованно, вдруг Светка не подпишет или, того хуже – узнает? С женитьбой надежнее.

- Может, ты с ней расставаться не хочешь? – взвилась Алина. – Хорошо устроился?

- Да нет же! Сколько тебе говорить – Светку я еле терплю. Достала своей заботой хуже горькой редьки! «Витенька, телятинки не хочешь?» «Витюша, я пирог твой любимый испекла». Глаза эти, со щенячьим выражением… Тьфу! Если бы не квартира, давно бы послал её подальше. Потерпи еще два, много – три месяца, Алина! Я все устрою!

Как в тумане, Светлана сидела у вешалки и не могла поверить, что это не очередное фэнтези, не сериал по ТВ, а её собственная жизнь и её, как она думала, почти принц Витя.

Медленно, преодолевая головокружение, Светлана поднялась, машинально натянула обратно плащ и замерла, не зная, что ей делать дальше. Войти в комнату и прервать любовников или просто уйти?

Уйти? Но это ее дом! Уйти должны они. Оба.

Держась за стенку, девушка дошла до гостиной,  сделала глубокий вздох и шагнула, как в омут головой.

- Светочка, - удивленно отреагировал Виктор.

Он даже одеться не удосужился и так и щеголял в костюме Адама.

- Уходи, - мертвым голосом ответила Света. – Оба встали и закрыли входную дверь с другой стороны. Ключ оставь на зеркале в прихожей.

- Светулек, ты все не так поняла! Что ты лезешь в бутылку, я сейчас тебе всё объясню!

- Три минуты, потом я вызываю полицию, - механически проговорила девушка.

Виктор бросился в спальню и появился оттуда через несколько секунд, в штанах. Девица шмыгнула следом и вышла чуть позже, но зато молча и сразу на выход.

- Света, не руби с плеча! Это моя коллега, она… нашла мне работу! Я же люблю тебя!

- Пошел вон. Осталась одна минута, - Светлана показала зажатый в пальцах сотовый.

- Нам надо поговорить!

- Не надо, - устало ответила Светка. – Я все видела. И слышала. Собирай вещи и исчезни.

Виктор пошлепал губами, вернулся в комнату, вытащил из-под дивана свою сумку, покидал в нее что-то из шкафа.

Светлана отрешенно смотрела на него, тихо поражаясь пустоте, разлившейся внутри.

- Дура! – напоследок припечатал «принц». – Кому ты нужна, посмотри на себя в зеркало? Прибежишь еще.

И громко хлопнул дверью.

Светлана еще нашла в себе силы дойти до прихожей и отметить, что Виктор ключи оставил на полочке у зеркала, как она и велела, а потом голова опять закружилась и  силы и сознание  оставили её окончательно.

Через полчаса в приоткрытую дверь заглянула любопытная соседка и подняла шум.

***

Пробуждение было неприятным.

Какая-то женщина трясла Светку за плечи и кричала:

- Ты что наделала, мерзавка? Как ты посмела идти против воли родителей? Кто тебя надоумил?

- Пу-пу-стите-е!

Женщина с размаху отвесила хлесткую пощечину, Светка успела удивиться, что это за реанимация такая и потеряла сознание.

       Второй раз она очнулась в одиночестве.

Голова болела меньше, и девушка попробовала осмотреться.

Небольшая темная комната,  чью мрачную обстановку не расцветило даже заглядывающее в окно солнце.  Большая кровать, снизу явно перина, девушка провалилась в нее на половину тела, ощущая комки тут и там. Темно-красный балдахин сверху.

Девушка повернула голову – явно старинное зеркало в тяжелой раме. Бронза, что ли? По крайней мере, выглядит, как бронза. Однажды Светлану занесло в антикварный магазин, и там она видела похожее.

Комод не комод – какая-то старинная  мебель.

Осторожно откинув пёстрое одеяло, Светлана обнаружила, что на ней длинная льняная рубашка с воротником под горло и рукавами до самых пальцев.

Точно не больница! Господи, куда она попала?

При попытке сесть, голова закружилась,  и перед глазами замелькали черные мушки. Так, понятно: резких движений не делаем, встаем медленно и плавно.

Вчерашней - или позавчерашней? Сколько она тут валяется - тетки не было. Светлана потрогала разбитую губу – как она её приложила! Главное, за что??

Села и когда волосы упали на лицо, ахнула – с каких это пор она блондинка?

Господи, только не это! Светка, как могла быстро сползла с кровати и добралась до зеркала.

 Да, худшие предположения подтвердились – оттуда на нее смотрела незнакомая светловолосая девушка лет семнадцати-восемнадцати.

Называется, меньше надо читать про попаданок…

Света подняла руку, незнакомка из зеркала сделала то же самое  движение. Хлопнула в ладоши, подпрыгнула (чуть не упав от слабости и головокружения), скорчила рожу – отражение добросовестно все повторило.

Вывод был не утешительный: если она не спит (щипок и наливающийся под ним синяк подтверждали – не спит!), значит,  в зеркале отражается именно она.

Однако все книги утверждали, что попаданкам везет, их любят, ждут и лелеют, но Светлану «приветствовали» ударом в лицо. Видимо, её, как, впрочем, всегда, угораздило выбрать самый неудачный вариант.

Раздались шаги, и в дверь зашла женщина.

- Алана, зачем вы встали? – обратилась она к девушке. – Сейчас придет ваша матушка, она будет очень недовольна! Немедленно ложитесь обратно, а то вам опять попадет!

- А… вы кто?

- О, Триединый! – всплеснула руками женщина. – Я же Риная, ваша горничная! Неужели, вы пострадали так сильно, что забыли меня?

- Не помню, - ответила Света. – А я кто?

Горничная округлила глаза, закрыла рукой рот и выскочила из комнаты.

Через несколько минут Риная вернулась вместе с любительницей раздавать пощечины.

Светка подобралась и на всякий случай отошла подальше, чтобы между ними была кровать.

- Алана, ты чего это выдумала? – накинулась на нее дама. – Никакие уловки не помогут тебе избежать этого брака. Если ты немедленно не начнешь вести себя, как полагается, я прикажу тебя выпороть!

Ох, ничего себе, у них тут порядки!

- Послушайте, - возмутилась Светка, на всякий случай, отойдя еще на пару шагов назад. – Мой будущий муж – извращенец? Он любит, чтобы у невесты было разбито лицо и попа?

- Алана!!! Что ты себе позволяешь? – прошипела дама. – Как ты разговариваешь с матерью? Откуда у тебя эта наглость?

Ого, это, оказывается, мамуля!

- Я. Ничего. Не помню, - раздельно проговорила Светлана. – Вместо того чтобы орать и угрожать, просто ответь на вопросы.

Горничная тихо ахнула и попятилась, дама выгнула бровь и с интересом осмотрела девушку.

- Ты мне говоришь «ты»? – изумилась мать. – Видимо, на самом деле твоя голова серьезно пострадала.

- Если ты моя мать, то почему я должна обращаться иначе? – огрызнулась Светка.

Да, она помнила, что попаданкам надлежит быть покладистыми, ловкими и хитрыми, но, увы, это у нее никогда не получалось.  В конце концов, особенно ей терять нечего. Там, дома, с ней что-то случилось, раз она очутилась здесь в чужом теле. Кстати, надо будет выяснить, где это – здесь?

- Риная, выйди, - приказала дама. – Постой  за дверями и держи язык за зубами.

Горничная испарилась.

Дама внимательно посмотрела на девушку и процедила:

- Кто ты?

- Понятия не имею.

- Как тебя зовут? – продолжила дама.

- Алана? – предположила Светка.

Нет уж, дудки, она ни за что не признается, что пришлая. Кто их знает, какие у них порядки? Может быть, всех попаданцев подвергают медленной и мучительной смерти. Она просто потеряла память и точка!

Дама подошла ближе, холодными пальцами уцепила подбородок девушки и, поворачивая голову под разными углами, принялась рассматривать.

- Выглядишь ты точно, как Алана, - ответила женщина. – Что же, возможно, память пропала из-за твоего идиотского поступка. Или я вчера слишком сильно тебя ударила. Сядь, поговорим.

Светка примостилась на кровать,  дама пристроилась в кресло.

- Итак, ты – Алана тер Гранд. Лишняя дочь.

- Лишняя? – господи, опять лишняя??

- Ты что, совсем ничего не помнишь? – дама сморщилась. – Я вчера послала за магистром Кроу, он проверит твое здоровье, залечит ушибы и заодно разберется - притворяешься ты или нет. Если ты водишь меня за нос – шкуру спущу.

- Почему я лишняя? – почему-то известие об этом статусе её расстроило гораздо сильнее, чем факт попаданства.

- Как, почему? Ты имела неосторожность родиться второй после  наследницы.

- А у меня был выбор? – удивилась девушка. – У вас не любят близнецов?

-  Естественно! Кому нужен второй, если  магию получает только первый ребенок? – фыркнула мать. – Но я теперь я рада, что тебе сохранили жизнь и скрыли от всех позорный факт твоего рождения. Надеюсь, ты помнишь свой долг.

- Когда это я успела задолжать? – пробормотала Светлана. – Я на свет не просилась, сами зачали, сами родили, а я должна?

- Нет, так мы ничего не добьемся, - вздохнула дама. Видимо, твой поступок на самом деле будет иметь более серьёзные последствия, чем я надеялась.  Лучше расскажи, что ты помнишь.

- Ничего.

- Совсем?

- Ну, я знаю, что я женщина. Девушка. Знаю, что существуют еще мужчины, - Света помолчала и добавила. – И дети.

Мать с ужасом посмотрела на нее и встала:

- Но это же катастрофа! Через седмицу приезжает твой жених, как мы тебя такую ему отдадим?

- Не отдавайте, - пожала плечами Светлана.

- Но это невозможно! Ты не понимаешь, если не ты, то придется отдать Лиану! – женщина всплеснула руками. – Всё, я больше не могу. Надо дождаться Кроу. Не смей покидать комнату! Впрочем, я лучше запру двери.

- Постойте! – опомнилась девушка. – Может быть, я скорее вспомню, если рядом со мной будет кто-то, кто меня знает?  Пусть этот человек расскажет мне… про меня, вдруг из-за этого память скорее  вернется?

- Разумно, - немного помолчав, согласилась женщина. – Я пришлю Ринаю.

***

Горничная вернулась через пару минут. С некоторой опаской покосилась на Светлану.

- Риная, - вздохнула девушка. – Мне нужна твоя помощь. Или надо говорить «ваша помощь»?

Женщина округлила глаза и затряслась:

- Алана, вы говорите Её Светлости «ты», а к горничной хотите обращаться на «вы»?

- Просто объясни мне, как надо. Я ничего не помню!

- Совсем-совсем ничего?

- Совсем. Что со мной случилось?

- Вы упали с лошади, - ответила женщина. – Пытались убежать.

- Убежать? Куда?

- Не знаю, вы не делились со мной своими планами.

- Понятно, - Светлана помолчала и решила уточнить. – Лошадь сбросила меня?

- Не знаю. Вас привезли без сознания. Сегодня вы очнулись и ничего не помните.

-  Ладно. Моя… мать что-нибудь велела тебе?

- Да. Помочь вам вспомнить.

- Тогда рассказывай – кто я, почему моя мать называет меня лишней, про какой брак она говорила и вообще, всё-всё.

Страна, где очнулась Светка, называлась Саритания. Правителем  Саритании и по совместительству, отцом Аланы  был Лорен тир Гранд.  Если бы Алана родилась на пятнадцать минут раньше, она была бы принцессой, наследницей, но ей не повезло.

Это оказался магический мир,  и абсолютно все люди были одаренными.  У кого-то в большей мере, у кого-то в меньшей, но магия была у всех.  Чем выше дар, тем более высокое место занимал человек, тем богаче и влиятельнее он был. Уровень магии определялся в первые дни после рождения и не менялся в течение всей жизни.  Очень редко рождались дети, у которых жрецы не могли обнаружить никаких зачатков магии, как правило, это был второй из близнецов. Таких детей забирали храмовники, что они с ними делали, никто не знал. Во всяком случае, ни один из этих детей никогда не возвращался к родителям.

Люди очень боялись рождения близнецов и скрывали, если это происходило.

Светлана с ужасом слушала и не могла поверить – из-за какой-то магии они убивали одного из детей? Господи, куда она попала???

-  Но ведь магия передаётся только одному ребёнку, тому, который родился первым! – объясняла Риная. – Ребёнок без магии – это позор для семьи! Никто не захочет взять в жёны девушку, если у нее был брат или сестра без дара. Никто не отдаст дочь за мужчину, у которого в семье рождаются дети без магии.

- Господи, но ведь это дети! – негодовала Светлана. – Хрен с ней, с магией! Как можно убивать невинных младенцев? А если эта чертова магия проявится позже?

- Какие вы слова говорите, Алана, я не понимаю, - удивилась горничная. – Без магии жить невозможно! Это как быть слепым и глухим  среди зрячих и слышащих.  Магия не может появиться или пропасть, она сразу или есть, или её нет!

- Но я-то без магии и живу! Слышу, вижу, чувствую! – горячилась девушка.

- Это потому, что вы родились в семье правителя, - парировала Риная. – Ваши родители пожалели вас, и пошли на преступление, скрыв рождение второй дочери.  О том, что вы существуете, знают всего пять человек:  няня, я, магистр Кроу и ваши отец и мать.

- Господи, просто дурдом какой-то! – девушка потерла ладонью лоб. – Про какой брак говорила моя… мать?

- Три года идет война с Империей Мадраскар. Саритания потеряла уже значительную часть земель и чтобы остановить всё это и сохранить независимость,  правитель Лорен тир Гранд предложил заключить перемирие. Он должен отдать дочь за князя  Рагнара, и ваш первенец станет следующим правителем Саритании.

- Ничего не поняла, - пробормотала Светка. – У меня есть сестра, которая наследница. Так?

- Так.

- Князь Рогар

- Рагнар.

- Пусть, Рагнар, - согласилась девушка. – Согласен заключить мир, если правитель Саритании отдаст за него наследницу. Так?

- Так, - вздохнула Риная.

- Но причем тогда я?

- Ваши родители не хотят отдавать Лиану. Поскольку о вас никто не знает, они просто заменят одну дочь другой. Если империане пожелают проверить, то любой артефакт подтвердит ваше родство с тир Гранд.

- Но ведь рано или поздно обман раскроется! – ужаснулась Светлана. – Что тогда будет с Аланой… со мной? Когда князь поймет, что ему отдали не ту дочь?

- Я не знаю, я всего лишь горничная, - ответила Риная. – Ваши родители должны были убить вас или отдать жрецам. Вместо этого они спрятали вас и вырастили, подарив семнадцать лет жизни. Теперь ваша очередь отдать им долг и спасти сестру от этого замужества, а страну – от войны.

- Нет, это сон, - простонала девушка. – Такой чуши ни в одной книжке не было! Риная, вы же понимаете, что родители фактически обрекают Алану… меня на смерть? Я теперь понимаю, почему хотела бежать.

- Это ваш долг, - твердо сказала горничная. – Ваша жизнь принадлежит родителям.

- Я здесь живу? – Светлана оглядела комнату.

Какая-то безликая и не скажешь, что это комната  молоденькой девушки.

- Нет, вас перенесли сюда после падения. Вы жили в другом месте.

- Ты можешь отвести меня? – с мольбой обратилась Света. – Может быть, когда я попаду в привычную обстановку, память ко мне скорее вернется?

Горничная поколебалась:

- Вообще, Её Светлость не говорила, что вам запрещено выходить. Что же, я провожу вас.

- Не боитесь, что я брошусь к слугам и расскажу, что я близнец без магии? – спросила девушка, когда Риная вывела её из комнаты и повела за собой.

- Нет, на вас же браслет, - спокойно ответила горничная.

 Браслет?

Светлана посмотрела на руки – и верно! Тоненький ободок, плотно охватывающий её запястье.

- Что за браслет? – поинтересовалась она.

- Точно не скажу, но знаю, что он, во-первых, скрывает от всех, что в вас нет магии. Во-вторых, является маяком. В-третьих, на других действует, как отвод глаз, вас просто не запоминают. И  еще браслет  не дает вам разговаривать ни с кем, кроме пятерых, которых я уже называла.

Светлана потеребила ободок, покрутила его, отыскивая замок или защелку.

- Браслет магический, - пояснила Риная. – Вы не сможете его снять.

- А кто сможет?

- У кого есть магия не ниже десяти единиц. Но для этого ему надо сначала вас увидеть, запомнить, суметь поговорить.

- Какой уровень магии самый  высокий?

- Двадцать пять единиц.

- Какой уровень у моих родителей?

- У правителя двадцать, у Её Светлости – восемнадцать.

- А у моей сестры?

- К сожалению, всего восемь. Мы пришли, вот ваша комната, - и горничная толкнула дверь.

С замиранием сердца Светка переступила порог и обомлела – это комната для дочери? Пусть, не любимой, не желанной, но родной же ребенок!!!

Серая комната, размером вполовину меньше той, где Светлана очнулась. Одно окно с серой тряпкой вместо занавески. Низкая узкая кровать, что-то вроде шкафа, стол, два стула. Голый  пол, голые стены. А, нет – возле кровати есть небольшой коврик, серо-коричневый то ли от грязи, то ли от возраста.

Господи, как тут можно жить?

Света открыла шкаф – пять или шесть платьев серого и коричневого цветов, на полке белье, внизу ботинки.

- Риная, а чем я занималась? Что делала? Я читать-то умею? Писать?

- Читать вы умеете, - отозвалась горничная. – Вот по целым дням в библиотеке и сидите, если Её Светлость не поручает вам что-нибудь делать.

- А где я принимаю пищу? Купаюсь? Можно ли мне выходить на улицу?

- На какую еще улицу? Здесь нет улиц, это замок. Обедаете вы здесь, я приношу еду. Купаетесь, - горничная подошла к незамеченной Светланой двери у шкафа и открыла её. – Вот здесь.

Девушка заглянула, ожидая увидеть таз и дырку в полу, но была приятно удивлена – вполне приличная ванна, умывальник, за ширмочкой стульчак.

- О, но как набрать воды? – Светка шарила глазами по ванне и не могла понять, где же краны?

Риная подошла и что-то сделала – ванна стала наполняться.

- Что ты сделала? Покажи!

- Не могу, - развела руками горничная. – У вас нет дара, вы не сможете ни увидеть, ни включать-отключать.

- Это что же, чтобы помыться мне каждый раз придется тебя звать?

- Да.

- Зашибись! А в туалет сходить тоже без твоей помощи я не смогу?

- Простите, куда?

- Облегчиться. Пописать.

- А! Нет, это действует без магии.

- Спасибо хоть на этом…

- Это то, о чем я вам говорила – люди без дара не могут сами себя обслуживать и пользоваться всеми благами, какие дает магия. Они бесполезны для общества и кроме хлопот ничего не приносят. Ваша комната выглядит убого, потому что в ней нет ни одной магической вещи.

- Такое впечатление, что здесь не мыли, не убирали и не стирали несколько лет, - проворчала девушка.

- Вам виднее, - ответила Риная. – Ведь прибирать и мыть комнату, а также  стирать свои вещи вы должны сами.

- Хорошая жизнь у дочери правителя! – восхитилась Светлана. – И за всё это она еще должна и собой пожертвовать!

***

Перепираться можно было долго, но от этого комната не стала  бы более пригодной для жизни, да и информации о мире не прибавилась. Разве что пополнился бы словарь местных ругательств.

- Риная, я правильно понимаю, что ты мне помогать не будешь?

- Правильно, - кивнула горничная. – Её Светлость запретила использовать здесь магию. Единственно, в ванной пришлось оставить магическую подачу и нагрев воды, но это и всё.

- А без магии помочь?

- Это как? – удивилась женщина.

- Руками, - пояснила девушка. – Берём ведро, наливаем воду и начинаем мыть стены.

- Нет, это невозможно! – открестилась Риная. – Я не бездарь, мы не выполняем ручную работу.

- А если магия пропадет, что ж – грязью зарастать станете? – возмутилась Светка. – Ну и не надо, сама вымою. Вот ещё, глупости: магию тебе применять нельзя, а без магии ты ничего не умеешь.

- Так заведено нашими предками, - возразила горничная. – Не нам решать, правильно или нет. Раз все так поступают, то и для нас годится!

- А если все начнут головой о стену биться, надо к ним присоединиться? Вот, даже стихами заговорила! Где тут ведро-то взять, покажи! Еще тряпки нужны и вода горячая.

Оскорблено поджав губы, Риная показала, где взять инвентарь для помывки помещения.

- Всё не как у людей, - поворчала Светлана, разглядывая посудину. – Впервые вижу квадратное ведро. Ладно, не суть важно, приступим.

Сначала Светка содрала занавеску с окна и балдахин. Прочихавшись от пыли, засунула ткань в ванну и с помощью Ринаи залила горячей водой. Что с ними делать дальше  – отстирать или на тряпки пустить, она  подумает, когда закончит уборку.

- Риная, ты хоть не молчи, если помогать не можешь. Рассказывай про меня, про страну, про порядки, законы.

- Я не знаю, что рассказывать, вы лучше задавайте вопросы.

- Почему меня не отдали жрецам?

- Пожалели.

- Что-то я не заметила особой родительской любви. Судя по обращению матери и этому помещению, - девушка обвела комнату рукой с зажатой в ней тряпкой. – Меня тут еле терпят и не чают избавиться. Назови истинную причину.

- Вы как две капли воды похожи на Её Светлость Лиану, - нехотя ответила Риная. – Жизнь наследницы драгоценна, поэтому в сложных случаях, опасных для жизни, вас выдают за сестру.

- Чудесно, - Светлана даже перестала шоркать стенку. – А как это возможно? Неужели, одного внешнего сходства достаточно? А манеры, речь, знания, наконец? Наверняка Алана, то есть, я, никого не знает и разговор поддержать не сумеет. А, ещё – и как это Алана, то есть, я, соглашаюсь подменять сестру в опасных случаях?

- Вы сильно изменились, Алана, - с осуждением проговорила горничная. – Я не верю, что возможно вот так вообще все о себе и своей жизни забыть, но на вопросы отвечу. Раньше вы четко знали, в чем заключается ваш долг и послушно его выполняли. Начиная с раннего детства, вы заменяете Её Светлость на приёмах и в шествиях. Вам не надо ни с кем говорить, вы же изображаете высокородную миссу! Никто и не осмелиться заговорить с вами! Вполне достаточно, что вы полном здравии  сидите или едете  рядом с родителями, и все могут это видеть.

- А в чём опасность тогда? От которой я заслоняю  собой дорогую сестричку?

- Ну, как же! – всплеснула руками Риная. – Кругом маги. Если кто-то задумает навредить, то легко бросит  заклинание, проклянёт, нашлёт порчу, наконец! Саритания не может рисковать наследницей!

- Понятно. Действительно, очень любящие у бедной Аланы родители. Впрочем, мне не привыкать. А что, маги могут только насылать, защищать магия не способна? Зачем подменять, можно же закрыть щитами, экранами, контрзаклинаниями?

- Вам подарили жизнь! И, конечно же, вокруг наследницы полно охраны и защищающей магии. Но всегда есть вероятность, что кто-то окажется хитрее или сильнее, неужели непонятно?

- Непонятно, но ладно, приму, как данность.   Теперь расскажи, что там за ерунда с браком. Отчего Алана решила сбежать?

- Что такое «ерунда»?

- Нелепость, недоразумение, галиматья, околесица.

- Гали… что?

- Проехали. Просто расскажи всё, что знаешь про этот брак. Почему вместо Лианы отдают Алану?

- Князь Рагнар – властитель империи Мадраскара. Страшный человек! Сильный маг, безжалостный и жестокий. Говорят, что ни один его враг долго не живет. Он почти сломил сопротивление Саритании, если бы не это, правитель никогда даже говорить с князем не стал бы, не то, что отдавать за него дочь.

- Ненужную дочь, заметь, не наследницу!

- Да, Саритании повезло, что вас оставили в живых, - хладнокровно согласилась горничная.

- Интересно, как правитель будет объяснять народу, откуда взялась еще одна дочь?

- Это не моего ума дело, - ушла от ответа женщина. – Правитель знает, что делает.

- Но ты же говорила, что рождение близнеца – пятно на весь род? Как же теперь все станут смотреть на наследницу?

- Правитель найдет, что сказать и как это объяснить, - уверенно произнесла гувернантка.

- Надо же, какие вы все преданные. Но почему одного ребенка боготворите, а другого приносите в жертву?

- Лиана тир Гранд одаренная. Носительница древней крови и магии. Алана тер Гранд бездарная.

- Почему она «тир», а я – «тер»?

- Она – высокородная законнорожденная, вы – досадная случайность.

- Тем не менее, спасать страну приходится именно «досадной случайности». Хорошо, расскажи еще про  моего потенциального жениха.

Он уже был женат. Дважды. Одна жена умерла родами, а вторая погибла при странных обстоятельствах.  Детей у него нет.

- Как можно допустить смерть женщины в родах, если у вас тут сплошь маги и целители? – удивилась Светлана.

- Не знаю, меня там не было. Говорю, что мне рассказывали. Люди же врать не будут! Говорят, что он с женами очень жестоко обращался.

- Да, надежный источник, - скептически заметила Светлана. – Ладно, продолжайте.

- Лиана – надежда Саритании. Её первенец станет следующим правителем. Отдать её в Мадраскар невозможно! Вдруг она тоже погибнет, как предыдущие жены князя, что тогда будет с нами?

- А что будет с Аланой, когда князь поймет, что ему подсунули не ту дочь? Кстати, как вообще это будет выглядеть, ведь придется снять с меня браслет, чтобы жених не промахнулся?

- Не важно, что он потом – выделила горничная голосом – узнает о подмене.  Брак уже будет освящен и консумирован, а вы по крови родная сестра Лианы.  Отменить брак будет  невозможно и другую жену Рагнар не сможет взять, пока вы живы.

- Риная, - похолодела Светлана. – Ты это случайно оговорилась или есть вероятность, что князь меня тихо придушит и вернется за Лианой?

- Насчет «придушит» - вряд ли, - отвела взгляд женщина. – Этот брак у князя будет третий, больше он не сможет жениться и тем более, на Лиане.  После заключения брака с ее сестрой, они станут его родственниками, ни один священник не освятит такой союз.

- Чудесно, - в очередной раз порадовалась Светка. – Значит, меня  бросают на амбразуру.

Риная застыла, пытаясь понять смысл последней фразы миссы.

- Проехали, - уже привычно посоветовала Светлана. – Значит, если и третья его жена прикажет долго жить, Рагнар больше ни на ком жениться не сможет? Так и будет жить без женской ласки и наследников?

- Жениться не сможет, - кивнула Риная. – Но сможет завести любовницу или нескольких и когда одна из них родит ему ребенка, то он просто признает его своим наследником и все.

- Почему же он не сделал так раньше? Зачем ему жениться?

- Как это? – удивилась горничная. – Пока есть возможность обзавестись законнорожденным наследником, князь от нее не откажется. И, потом, Саритания сильная страна, тир Гранд – древний и сильный род. Породнившись с Грандами, князь не только прирежет к империи богатую страну, но и получит сильного наследника.

- Но ему же отдадут не наследницу.

- Князь же не знает этого, - ответила Риная. – Я объясняю, почему он женится на принцессе Саритании.

- Ну и порядки у вас тут. Получается, моя жизнь ни для кого, кроме меня, ценности не имеет, - поёжилась девушка и приналегла на уборку.

Продолжение следует

Если сначала девушку возмутило, что комната небольшая, то после пары часов  помывочных работ она от души радовалась такому размеру.

Нет, ну, надо же было так запустить жилище!

Прикроватный коврик она решила выбросить, так как при ближайшем рассмотрении он оказался засален и вытерт.

Риная всё время стояла с поджатыми губами, всем видом выражая презрение к происходящему.

На вопросы она отвечала, но тоже с видом глубокого одолжения и ни на слово больше необходимого минимума.

Господи, как же тут жила бедная девочка Алана? Неужели, её никто не любил, совсем-совсем никто? По крайней мере, у Светланы была бабушка Оля.

- Няня, - вспомнила девушка. – Где моя няня?

- Вы давно не младенец, зачем вам няня? – удивилась Риная. – Отослали в какую-то деревню, я не интересовалась.

- И давно её отослали?

- Как только вы уронили первую кровь.

 Черт, значит, Алана уже года три-четыре не видит ни одного доброго  лица?

Конечно, за один раз отмыть дочиста многолетнюю грязь не получилось, но и то, что сделано намного освежило и осветлило помещение.

Окно Светлана решила пока ничем не занавешивать.

На стирку сил не осталось никаких, все-таки, она, вернее, это тело, еще не совсем оправилось после падения с лошади и маминого воспитания.

И поесть хотелось.

- А обед мне полагается? – поинтересовалась она у горничной.

- Мы ждем магистра. Когда он вас осмотрит, тогда и будет еда.

М-да, я здесь всего пару дней, а уже сбежать хочется. Как же Алана выдержала целых семнадцать лет такого обращения?

– Риная, а зачем мне горничная, если  мне самой приходится за собой ухаживать? – поинтересовалась она у женщины.

- Положено.

- Кем?

- Что – кем? – не поняла Риная.

- Кем положено и куда положено?

- Мисса, прекратите меня путать! О, вот и магистр, - горничная низко поклонилась.

Невысокий, но весь какой-то кряжистый, мужчина средних лет, вошел и быстро окинул всю комнату.

Следом вплыла маман,  и тоже споткнулась о перемены.

- Вот, видите, магистр! Она стала странная и говорит, что ничего не помнит. Совсем ничего. Не мог же удар при падении так сказаться?

- Надо посмотреть, - лаконично ответил маг. – Оставьте нас одних.

- Как можно! – возмутилась горничная. – Незамужняя мисса с посторонним мужчиной наедине!

- В данный момент я не мужчина, а магистр и должен осмотреть девушку, чтобы понять причины потери памяти, - спокойно объяснил Кроу. – Мне нужна тишина и отсутствие поблизости других аур. Но если вам это не подходит, я могу просто удалиться.

- Нет, магистр, конечно же, мы выйдем и подождем за дверями, - всполошилась Её Светлость. – Нам надо как можно скорее поднять Алану на ноги.

Обе женщины вышли, оставив в двери заметную щель.

Маг хмыкнул и повел бровью – дверь плотно закрылась и подернулась дымкой.

- Полог неслышимости, - объяснил Кроу, поймав любопытный Светкин взгляд. – Итак, юная леди, просто сядьте, как вам удобно, я перейду на магическое зрение и просканирую ваш организм. Это не больно, вы ничего не почувствуете.

Светлана фыркнула – разговаривает с ней, как с ребёнком или сумасшедшей.

Её реакция не прошла мимо мага и тот развеселился:

- Ого, я наконец-то вижу в вас эмоции! Интересно.

Насчет «вы ничего не почувствуете» маг соврал – Светлана отчетливо ощущала, как по ней бегают мягкие щупальца. Нельзя сказать, чтобы сильно неприятно, но никакого удовольствия она точно не испытала.

Когда щупальца полезли ниже живота, девушка вспыхнула и с возмущением посмотрела на мужчину.

Тот заметил движение и поймал злой взгляд пациентки.

- Простите, мисса, это необходимо. Я должен проверить абсолютно всё!

Потом щупальца полезли ей в голову. Нет, ну это вообще наглость! Мало ли что она там хранит, посторонним в её голове точно не место!

Вспомнив, что написано в фэнтезийных романах про менталистов,  и как лучше закрыться от их вмешательства, Света напряглась и попробовала представить, что вокруг головы у нее прочный шар, не пропускающий чужое сознание. Щупальца продолжали щекотаться. Тогда она попробовала ещё раз – с тем же успехом и раздосадованная,  мысленно рявкнула – пошёл вон!

Маг вздрогнул, и ощущение щупалец пропало.

- Ты не Алана, - неожиданно  проговорил маг. – Не дергайся и не беги, тем более, тебе и некуда. Сядь, давай поговорим. Кто ты?

- Алана, - Светка решила стоять на своем.

- Я знаю Алану с её рождения, - мягко возразил мужчина. – Сотни раз сканировал её, лечил от болезней и разных неприятностей, вроде синяков и порезов. Сейчас передо мной девушка, очень похожая на Алану внешне, но совершенно иная внутренне.

- Это как? Сердце с печенью местами поменялись? – удивилась Светлана и прикусила язык – зря она это ляпнула.

- Нет, вся требуха на своих местах, - невозмутимо ответил магистр. – Но изменились аура и характер. Прежняя Алана не вела себя ни смело, ни вызывающе, она вообще всех боялась и ни на кого глаз не поднимала, а ты меня с самого начала сверлишь, не отрываясь.

-  Ну и что? Была тихая, а упала с лошади и стала смелая. Разве такое не может быть?

- В твоем случае – не может. Повторяю – изменилась и аура. За дверью теряют терпение, лучше нам поторопиться. Повторяю вопрос – кто ты? Я не враг тебе, пойми. Одна ты не справишься.

Светлана лихорадочно размышляла – сказать? А вдруг? Но, с другой стороны – что она теряет? Её так и так спихнут этому чудовищу, которое князь. А если магистр не обманывает, он сможет ей  помочь.

Мужчина спокойно смотрел на девушку, ожидая её решения.

- Я Светлана, - ответила она, нырнув как в омут головой. -  Мне двадцать восемь лет. Наверное, у себя дома я умерла. Во всяком случае, последнее, что я помню – как сильно закружилась голова, и мне стало плохо.

- Ты болела? – поинтересовался Кроу.

- Нет. У меня был… трудный день.

- Расскажи подробнее, - попросил маг. – Это не из-за праздного любопытства, я должен понять, как ты очутилась в теле Аланы.

- В этот день я упала в обморок на работе и приехавшая Скорая диагностировала беременность. Меня отпустили домой, я думала, что мой… гражданский муж обрадуется известию о ребенке, но застала его в кровати с другой женщиной и услышала, что они обсуждают, как отнять у меня квартиру. Я их выгнала, а потом у меня закружилась голова и очнулась я уже здесь.

Светлана обняла руками себя, снова переживая тот кошмар.

- Что такое «Скорая» и «квартира»?

- Это лекари, которые приезжают на дом, если кому-то плохо. Квартира  это жильё.

- Что ж, более-менее все ясно. Мне жаль, что с тобой это случилось.

- Я смогу вернуться назад?

- Думаю, что нет. Видишь ли, когда Алана пыталась бежать, её остановили с помощью этого браслета, - мужчина показал на руку девушки. – Я предупреждал, что им нельзя злоупотреблять, что он не только ломает психику девочки, но и может её убить. Когда обнаружили, что Алана сбежала, Её Светлость сразу  послала приказ браслету остановить девушку, но не рассчитала силу воздействия.

- Мне говорили, что я, вернее  она, упала с лошади, - кивнула головой Светлана.

- Падение – это результат воздействия. Браслет просто-напросто остановил сердце Аланы, а потом уж её тело упало с лошади.

- Какой кошмар, - ужаснулась девушка. – Значит, Алана мертва?  Я надеялась, что мы с ней просто поменялись местами и рано или поздно я смогу вернуться домой.

- К сожалению, это вряд ли, - с сочувствием посмотрел на Светку Кроу. – Скорее всего, ты в своем мире тоже умерла, поэтому твоя душа и попала в тело Аланы. Но для тебя это  шанс жить и стать счастливой.

- Вы смеетесь? – изумилась Светлана. – Алана – лишняя дочь.  Её от всех прячут, её не любят родители, презирает прислуга. А ещё  её  собираются отдать в жены чудовищу - откуда тут взяться  счастью?

- Знаешь, твоя матушка сейчас прогрызет дверь. Давай, сделаем так – я сейчас  впущу их, пожалуйста, не удивляйся ничему, что я буду говорить. Я устрою так, что мы сможем проводить вместе по нескольку часов, и я не только отвечу на все твои вопросы, но и помогу тебе, научу, как и что нужно делать. Постарайся подыграть мне, веди себя тихо и покорно, не спорь и вообще, лучше молчи. Хорошо?

- Хорошо, - неуверенно согласилась Света.- А зачем вам это надо?

- Потом объясню, - магистр повел рукой и марево исчезло,

 Тут же дверь распахнулась, и внутрь ворвались маман с гувернанткой.

- Почему так долго? Что с ней? – выпалила мать. – Она поправиться? Память вернется?

- Ваша дочь серьёзно пострадала от падения и браслета, - ответил магистр. – Я смогу ей помочь, поправлю её здоровье, а также постараюсь вернуть память, хотя бы часть её, но для этого мне придется несколько часов каждый день проводить вместе с девушкой. Наедине.

- Но приличия, - заикнулась Её Светлость.

- Выбирайте – приличия или здоровье. Я слышал, что князь приезжает на днях?

- Хорошо, - сразу сдалась мать. – Что вам потребуется?

- Потребуется девушке. Во-первых, ей надо хорошо питаться и спокойно отдыхать. Никакого физического труда, она слишком слаба.  Никаких наказаний и нотаций! Девушка ест, спит, отдыхает. В остальное время я буду погружать её в магическую кому и лечить. Когда я занимаюсь лечением, меня нельзя беспокоить – малейшее отвлечение,  и вы получите труп или сумасшедшую.

- Как долго будет продолжаться лечение? Она станет нормальной?

- Я постараюсь, но все в руках Триединого, - уклончиво ответил маг. – По времени заранее не угадаешь – может быть, все получится за два-три дня, а может быть – только за месяц.

- Но у нас нет месяца! Алана должна выйти замуж через седмицу!

- Значит, постараюсь успеть за это время, ответил маг. – А сейчас позвольте, я залечу синяки и ссадины.

Мужчина поводил рукой вдоль тела Светланы, и она ощутила пощипывание и легкую щекотку.

- Готово.  Значит, завтра я приду сразу после завтрака. Приготовьте нормальные комнаты, где я смогу лечить девушку, здесь не развернуться. Обязательно теплые, чистые  и светлые! И да, не забудьте, что Алане необходима хорошая еда и полный покой.

Магистр вышел, вслед за ним унеслась матушка. Риная помялась и произнесла:

- Я схожу на кухню, принесу обед, -  и тоже вышла.

Светлана услышала, как защелкнулся замок.

Итак, у неё появился если не друг, то сообщник? Интересно, с чего такое участие и готовность помогать? Какая магистру во всем этом корысть? Да, терять ей нечего, но совсем уж телёнком на заклание идти не хочется.

Завтра она обязательно расспросит этого Кроу и первый вопрос – почему он ей взялся помогать?

Глава 2

Если Светлана думала, что после  требований магистра, её тут же переведут в хоромы, то она ошибалась.

Горничная принесла еду.  Молча, подождала, пока девушка поест, молча, собрала посуду и ушла.

Светка осталась в своей каморке. Минуты медленно текли, сливаясь в полчаса, затем, час, два, а за ней никто не приходил и, по всему видно, менять её образ жизни к лучшему, не собирался.

В конце концов, - рассуждала девушка. – Магистр сказал, что лечить он её будет только в хорошем большом помещении, значит, комнату приготовят. Но вот переселять туда пленницу вряд ли будут. Скорее всего, просто будут приводить туда Алану-Светлану на часы лечения и потом отводить обратно в её каморку. У неё нет дара, поэтому пользоваться магическими вещами она не может и ей нужны обычные комнаты, без волшебных удобств. Сомнительно, что здесь есть ещё одни покои  без магии.  Улучшить условия жизни, конечно, хотелось, но если её не будут трогать, то прекрасно поживет и в старой комнате, тем более что когда она её отмыла, та стала выглядеть симпатичнее. 

Захотелось пить, и Светка обратила внимание, что Риная оставила  на столе кувшин, а рядом с ним – чашку.  В кувшине оказался морс. Во всяком случае, Светлана назвала бы этот напиток именно так.  В меру сладкий, даже с небольшой приятной кислинкой, он очень понравился, и девушка выпила целых две чашки.

Почти сразу захотелось спать, Света  успела обозвать себя дурой -  читала же, что пленников кормят солёной пищей, а потом подсовывают какое-нибудь зелье в питье - и всё равно попалась на этот приём.

А потом её глаза закрылись, и девушка заснула, где стояла, упав на пол возле стола.

Сколько она пролежала так, Света не знала. Судя по ощущениям – больше часа, поскольку всё тело ныло и ломило.

Нельзя сказать, что она совсем проснулась, во всяком случае, открыть глаза или издать звук пока не получалось. Да что там, она и пошевелиться не могла! Но вот слух к ней вернулся, как и боль в затёкших мышцах.

Светка почувствовала, что её поднимают и куда-то несут, пока измученный организм не устроили на перине.

- Ваша Светлость, а раздеть не надо? – голос Ринаи.

- Нет, пусть так лежит, одежда не помешает, - голос матушки. – Надо было её сразу перенести на кровать. Вдруг она простудилась на полу или сломала или ушибла себе  что-нибудь?

-  Да что ей сделается? Если уж её падение с лошади не убило, то какой-то час на полу тем более не навредит.

- Она вообще живучая, помнишь, при рождении подушку полчаса на лице держали, а она всё дышит и дышит. Но сейчас нам это на руку. Жду-не дождусь, когда мы разом избавимся и от позора рода и от князя.

- Ваша Светлость, а вы уверены в магистре? Что-то мне не нравится его затея. Зачем  ему запираться с миссой на несколько часов, да ещё и каждый день в течение седмицы?

- Нет, Кроу не предаст, он у меня сам на крючке. А память девчонке надо возвращать, на церемонии  она должна быть милой и покладистой. Давай, засучи ей рукав, чтобы браслет на виду был.

Девушка ощутила, как её дергают за руку, потом по  запястью разлилось тепло.

- Не перестарайтесь, Ваша Светлость! Помните, в прошлый раз она полдня слова не могла сказать.

- Тогда не рассчитала, а сейчас уже знаю, когда остановиться. Она точно спит?

- Конечно! Целых две чашки выпила, завтра встанет, как ни в чем не бывало и даже не вспомнит, где заснула.

- Удивительно, что предыдущего пополнения  хватило всего на три дня, а покорности и покладистости ей не добавилось почему-то.

- Да, Ваша Светлость, я это заметила. Алана  дерзит, вопросы странные задаёт, а ещё слова какие-то непонятные говорит. Видимо, сильно она головой ударилась, когда падала.  И сегодня мыла комнату, будто  выполняет привычную работу, а сами знаете, она ни разу добровольно уборку не делала. 

- Надеюсь, завтра она проснется обычной Аланой. Или хотя бы, перестанет дерзить. У тебя еще много сонного порошка?

- На пару кувшинов хватит.

- Хорошо. Поменяй ей сок  на обычный, без снотворного. А то встанет,  захочет пить  и опять заснет.

- Конечно, сейчас всё сделаю. Ваша Светлость, а магистр не заметит, что девушку поили сонным порошком?

- Если заметит, то будет молчать, я же говорю, он у меня на коротком поводке. Ничего тайного мы не делаем -  пришлось усыпить, чтобы не мешала  перенастроить браслет, а то что-то слишком свободно она себя стала вести.

- Жалко, что перед церемонией его придется снять. Девушка не выйдет из подчинения?

- Ничего снимать не будем! Вот ещё, рисковать я не намерена. Браслет выглядит, как украшение, вот пусть и носит его в память о доме, просто изменю кое-что в настройках.  А чтобы не выкинула что-нибудь, оставлю подчинение, не сильное, но достаточное, чтобы мы не беспокоились.  Ладно, я закончила, можешь убирать.

Раздались шаги, хлопнула дверь, потом звякнула чашка и снова шаги и дверь.

Оцепенение понемногу спадало,  и Светлана попыталась открыть глаза.  Получилось не сразу, но когда получилось, оказалось, что в комнате темно. Значит, ещё ночь.

Ах, матушка, ты не только магистра на поводке держишь, но и дочерью управляешь?

Интересно  получается, на неё магическая покорность не очень действует? Она и сейчас всё осознаёт и помнит и проснулась не утром, а гораздо раньше.

Может быть, у неё есть магия? Ну, бывает же такое, она сто раз в книжках читала, как попала попаданка в другой мир и раз – обнаружилось, что у неё редкая и ценная магия!

Захотелось скорее проверить, но тут девушка, вспомнила, что  вот-вот должна вернуться с соком Риная. Лучше она подождет, когда горничная вернется и снова покинет её комнату.

Женщина долго ждать себя не заставила – принесла новый кувшин. Или кувшин старый, а сок в нем – новый.  Главное, поставила на стол и ушла. К Светке даже не подошла.  Отлично!

С небольшими усилиями, девушка заставила тело слушаться, помассировала ноги, разгоняя кровь, потёрла уши. Темно, как…  как в темнице! Не могли ей ночник какой-нибудь оставить, что ли? А если она пописать захочет – в туалет на ощупь идти?

Только подумала и сразу именно туда и захотелось.  Причем, так сильно, что дотерпеть бы. Просто закон Мерфи!

Благо, комната небольшая и мебели почти никакой, а ещё, пока она её сегодня драила, то успела неплохо изучить. Вот здесь должна быть дверь в купальню с туалетом.

Светлана нашарила дверь и потянула. О, супер – под потолком зажёгся небольшой шарик. Теперь-то она точно не промахнется!

После процедуры очень хотелось помыть руки, да и умыться не помешало бы.  А ещё она собиралась проверить, не появляются ли у неё магические способности.

Светлана напрягла зрение и принялась рассматривать стенку возле ванны.  Как-то же Риная открывает воду, вот прямо где-то тут. Или тут? Наклонившись как можно ближе, Света чуть ли не носом водила по стене, но вожделенный кран не обнаруживался.

Ни-че-го. Ни выпуклостей, ни «впуклостей», никаких отметин или подсказок.

Девушка и рукой потрогала, погладила, постучала, попробовала посмотреть внутренним зрением, но кроме темноты ничего не увидела.

Как ни печально, ей пришлось признать – ничего магического у неё не проявилось. А жаль, было бы забавно.

Света оставила дверь в купальню приоткрытой, чтобы добираться до кровати не в полной темноте. По пути завернула к столу и с удовольствием выпила еще две чашки вкусного сока. Теперь-то он точно без сюрпризов.

А маменька-то у Аланы настоящее чудовище!  Кстати, не забыть спросить у магистра, чем его маман прижала и на всякий случай, не слишком с ним откровенничать. Мало ли.

Мордовали девчонку всю её короткую жизнь. Браслет подчинения, говорите? Ну, ну, будем поглядеть. Ей, Светлане, терять нечего.

***

Утро наступило как-то уж очень быстро.

Риная не церемонилась и расталкивала Светлану, будто решила из неё душу вытряхнуть.

- Просыпайтесь! Через полчаса вас магистр ждать будет, а вы до сих пор бока пролёживаете!

- Отстань, - вяло отмахнулась девушка.

Генеральная уборка комнаты, полночи изыскательских работ в купальне, а потом размышления над подслушанным разговором и недосып не лучшим образом  сказывались на её настроении.

Горничная, недолго думая, сдёрнула одеяло, но Светка лежала насмерть:  не любите, издеваетесь и презираете, так хоть поспать дайте!

Вообще, Светлана всю жизнь мучилась – она уродилась совой, то есть, ранний подъем для неё всегда был сродни подвигу. Сначала в школу, потом в институт и на работу, она стаскивала себя с кровати за шиворот. Чтобы встать, допустим, в семь утра, Светка ставила один будильник на шесть тридцать. Второй – на шесть сорок пять и третий – свой мобильник – на без пяти семь. Причём, первый будильник стоял у кровати, второй она располагала возле телевизора, чтобы прежде чем его выключить, надо было сначала покинуть кровать. И третий, контрольный – в кармане кофты  или в сумке  –  чтобы не только встать, но и поискать, пошарить и окончательно проснуться, прежде чем найти и выключить.

Так что Риная с её трясками за плечо и отбиранием одеяла была не оригинальна.

Однако горничная не отступала, нудила хуже назойливого комара,  и девушке волей-неволей пришлось разлеплять глаза.

- Вставайте, мисса!  Я  все равно отведу вас к магистру вовремя, и если вы окажетесь перед ним не одетой, то это будет только ваша вина.

- Достала, сил нет, - Светлана сползла с кровати и побрела в купальню.

После умывания  в голове немного прояснилось, и Света достаточно быстро оделась и выжидательно уставилась на мучительницу.

- Ваш завтрак, - буркнула Риная, махнув рукой в сторону стола.

Что там у нас? Каша, отвар, кусок хлеба – однако, не густо.

Но еда оказалась в меру горячая и вкусная, так что Светлана привередничать не стала. В конце концов, она царская – или кто там её отец? – почти дочь всего несколько дней и какие разносолы принцессе положены, не знает, а подкрепиться не помешает.  Неизвестно, что её ждет дальше, нельзя капризничать и голодать.

Риная равнодушно следила, как исчезает содержимое тарелки и, едва дождавшись, когда девушка проглотит последнюю ложку, тут же потянула её за собой.

-Надо идти, нельзя заставлять магистра ждать!

Надо, так надо.

Светка покорно последовала за женщиной.

Пока шли по коридорам дворца, им навстречу время от времени попадались люди, видимо, прислуга, но на Светлану никто не обратил внимание. С Ринаей здоровались или перекидывались парой-тройкой слов, а она – будто черная дыра, пустое место, дырка от бублика. Неуютное ощущение, когда смотрят в упор на тебя, но понимаешь – не видят, взгляд идет насквозь. Брр!

Горничная довела до какой-то двери и втолкнула девушку внутрь.

Ух, ты! Вот это настоящие покои королевской дочери!

Светка с интересом разглядывала просторную прихожую, дальше,  видимо, кабинет. С другой стороны ещё комната – гостиная? Похоже, да. И еще дверь – спальня. Всё в светлых тонах – нежно-персиковый, салатовый, не то, что её камора!

Светлана мысленно хихикнула – камОра – камЕра!

Лёгкая резная мебель, толстые ковры на полу, цветы в вазах, подушечки на диване. Да, пожить в такой роскоши она бы не отказалась!

Бесшумно открылась и закрылась дверь.

- Доброго дня, мисса!

Светлана резко повернулась – магистр подкрался, как кот к мыши,   и решительно вздёрнула подбородок – она не из трусливых!

- Доброго дня, магистр, - ответила она.

- Я навесил полог тишины, - ответил мужчина. – Можно говорить спокойно.

- Снаружи – да, нас не услышат, - шепотом сказала Светка. – А изнутри? Вы проверили,  нет ли здесь каких-нибудь записывающих кристаллов или потайного хода со смотровыми или слуховыми щелями?

Магистр посмотрел на девушку с выражением интереса и хмыкнул:

- Надо же! А ты не совсем безнадежна. Начинаю думать, что у нас есть шанс.

Затем он обошёл все комнаты, ненадолго завис возле одной стены в кабинете, потом помедитировал возле окна и, наконец, пару минут потратил на  камин в гостиной.

Светлана спокойно ждала. Магистр выглянул из кабинета, приложил палец к губам и громко произнёс, поманив её рукой:

- Проходите, мисса.  Вам надо прилечь, я сейчас погружу вас в магический сон.

Знаком показал, что ей следует что-нибудь ему ответить.

- Как долго я буду спать? – послушно произнесла Светлана и, вспомнив, что она тут юная девушка, добавила. – А это не больно?

- Нет, это совершенно не больно, - магистр говорил серьёзно, вот только глаза у него смеялись. – Вы просто заснёте и всё.  Спать вы будете пять-шесть часов,  и когда сеанс завершится, я вас разбужу.

- Ладно, - изобразила покорную дурочку Светка. – Вот сюда лечь?

-Да, на кровать, так вам будет удобнее. Ложитесь поверх покрывала и закрывайте глаза.

Затем  магистр что-то сделал и воздух в спальне на мгновение пошёл рябью.

Светка мысленно ахнула – она видит магию? – и перевела взгляд на мужчину.

Тот еще раз приложил палец к губам, призывая молчать, и сделал ещё несколько пассов, а затем вытащил Светлану из комнаты и закрыл туда дверь.

- Ну-с, юная мисса, не поделитесь, откуда вы знаете о записывающих кристаллах?

- Читала, - неопределённо пожала плечами девушка. – В фантастической литературе.

- Какой литературе? – не понял магистр.

- В сказках, - упростила себе задачу Света.

- Интересные у вас сказки, - задумчиво проговорил Кроу. – Я бы всё равно проверил покои перед разговором, но меня приятно удивило, что вы имеете некоторые знания и способность здраво мыслить.

-  Алана что, совсем глупая была? – почему-то оскорбилась Светлана. – Её ничему не учили?

- Конечно, нет, но её на самом деле почти ничему не учили. Ей была отведена роль  куклы, болванки, - мужчина замолчал, подбирая слова. -  Молчаливого двойника наследницы. Чем меньше она знает, тем меньше с ней хлопот. Девушку запугали.  С  детства внушали ей, что её жизнь в любой момент могут оборвать.

- Её оставили в живых, чтобы отдать вместо наследницы неугодному жениху?

- Нет, так далеко не загадывали, конечно, - отмахнулся магистр. – Сначала просто оставили для подмены в сложных случаях, а когда князь Рагнар за горло взял, тогда и возникла идея отдать Алану вместо Лианы.

- Магистр Кроу, а почему вы решили мне помочь? Зачем вам это? – задала главный вопрос Светлана. – Простите, в бескорыстие не верю.

- Скажем так, у меня свои счеты с правительницей, - уклончиво ответил маг. – В подробности вдаваться не хочу, просто прими, что пока ты  выступаешь против Её Светлости, я – на твоей стороне.

- Почему же не помогли раньше – Алане?

- Потому что она ни на что не годилась - они её сломили.  Девочка  росла с сознанием, что она живёт из милости, что никому не нужна, что она позор рода и не достойна даже под ногами слуг пыль целовать. Разве из такого ребёнка вырастет борец?

- Тем не менее, она решилась на побег!

- Это был жест отчаянья, который привёл Алану к гибели.

- Чем же я могу быть полезна лично вам? Да, я  знакома с матушкой всего ничего, но уже ненавижу её, будто она мне много лет жизнь портила, но  чем я могу ей насолить? Перед лицом гостей и жениха храбро отказаться от замужества?

-  Если  будешь меня слушаться, я помогу  тебе выжить,  и Саная останется ни с чем.

- Саная?

- Твоя мать, вернее, Аланы. Её Светлость Саная тир Гранд.

- Можно подробнее – с чем мне придётся столкнуться, что без вашей помощи я не справлюсь?

- Князь Рагнар согласен заключить мир на условии, что за него отдадут наследницу Саритании. До совершеннолетия первенца князя и Лианы, Саританией будет по-прежнему управлять  Лорен тир Гранд, а потом она полностью перейдёт под руку Империи.

- В чём тогда смысл менять Лиану на Алану? Разве это не обнаружится на свадьбе или, в крайнем случае, через несколько дней после?

- Смысл простой – оставить князя с носом.

- Но он же убьёт меня, как только обнаружит подмену или с позором изгонит назад и снова разгорится война!

- Он не сможет тебя вернуть и снова начать войну, - покачал головой магистр. – Твоя… мать весьма умна, она придумала беспроигрышный план. Мирный договор, как и брачный контракт,  очень хитро составлены: князь не сможет отказаться от тебя, не сможет убить, не сможет причинить вред Саритании.

- Даже так?  - Светлана размышляла, накручивая на палец прядку. – У вас везде магия, я понимаю, что если князь даст магическую клятву, то не сможет её не выполнить. Но что ему помешает причинить вред мне? Не убить, а сделать мою жизнь настолько невыносимой, что я сама с ней покончу? Или приказать это сделать кому-то другому? И ещё – как происходит процедура бракосочетания? Разве там не называются подлинные имена жениха и невесты? Назовут Лиану, а я Алана?

- Насчёт разных имён не переживай, Её Светлость всё продумала. Князь не сможет жену убить или лишить жизни, например, заперев в темнице и забыв кормить и поить.  Он будет обязан защищать жизнь жены, то есть, не сможет просто приказать тебя убить, но сделать жизнь невыносимой, лишив возможности покончить с собой, может вполне. Именно поэтому тебе нужен я.

- Будете отгонять князя или закрывать меня собой? – невесело усмехнулась Светлана, прикидывая свои шансы на долгую и счастливую жизнь.

Один к миллиону, пожалуй, даже слишком оптимистично. Как только муж узнает, что ему подсунули пустышку, он взбеситься и можно только догадываться, во что это обойдется Светке.

-  Ты же ничего не знаешь о нашей стране, об Империи Мадраскар, - продолжал магистр. – За оставшиеся до приезда жениха дни, я научу тебя всему, чему успею.

- Зачем? Всё равно у меня нет ни одного шанса! Если  разоблачат перед свадьбой, то удавят собственные родные. Если после свадьбы – то это же проделает муж, пусть и не своими руками.

- Чтобы тебя не разоблачили до церемонии, позаботятся тир Гранд. А вот чтобы ты не только выжила, но и смогла спутать все планы родственников Аланы, позабочусь уже я. У нас не так много времени, но если ты постараешься, мы многое успеем.

- Всё-таки, мне бы хотелось заранее знать, что вы потребуете за свою помощь. Может быть, плата окажется настолько высокой, что мне не имеет смысл заключать с вами сделку?

-  Не бойся, ничего ужасного я не потребую, - маг смотрел серьёзно. – Я же говорил, что надеюсь с твоей помощью разрушить планы Санаи.

- Но это ведь не всё?

Магистр вздохнул и отвёл глаза:

- Ты проницательна, это хорошо. Но несдержанна – это плохо. Да, есть ещё кое-что, что мне необходимо, со временем я всё тебе расскажу.

- Сейчас, - твёрдо ответила Светлана. – Прямо сейчас мы расставим все точки над «и» и по результатам или будем сотрудничать или расстанемся.

- Что значит – «расставим все точки над «и»?

-  Вы озвучите всю недостающую информацию.

- Видишь ли, девочка, если я тебе всё расскажу, то у тебя не будет возможности передумать. Ты или помогаешь мне, следуя всем моим указаниям, или скоропостижно погибаешь. Решай сама.

Погибать, тем более, скоропостижно,  хотелось не очень. Но, с другой стороны, она один раз, похоже, уже погибла и впереди ни просвета – что ей терять? В конце концов, магистр в ней заинтересован и пока она ему полезна – он ей поможет.

Светка тряхнула головой, решаясь:

- Я согласна. Рассказывайте!

- Как невеста, ты имеешь право забрать с собой кого угодно, любого человека.

- Мне надо будет сказать, что я прошу вас себе в личные целители?

- Не спеши, дай мне договорить. Нет, речь о женщинах. Ты можешь забрать с собой любую женщину,  и тебе никто не может отказать.

- Няню? Кстати, куда её дели, Риная говорила, что несколько лет назад её выслали из дворца. Наверное, она единственный человек, который любил Алану. Хочется думать, что любил.

- Ты опять спешишь.  Надо учиться сдержанности, иначе у нас ничего не получится. Слушаешь. Думаешь. Потом говоришь. Но в девяти случаях из десяти лучше всё равно промолчать.

Светка кивнула, удержав язык за зубами.

- Молодец! – похвалил магистр.- Так вот, когда тебя будут провожать к мужу, ты потребуешь отпустить с тобой девушку.  Назовёшь имя Милисента.

- Это кто? Откуда я знаю о её существовании?

- Тебе ничего не придется объяснять, просто назвать имя. Отказать не могут, это древняя традиция, правителей просто не поймут, если они откажут дочери в такой малости. Как только девушку приведут, вы уйдете с ней вместе.

- А вещи?

- Это тебя не должно волновать. Твоё дело потребовать Милисенту и, как только девушку приведут, не отпускать её от себя ни на шаг, пока вы не покинете Саританию.

- Допустим, я потребовала, но я же понятия не имею, кто это! Мне могут подсунуть любую девушку, я же не пойму – та это Милисента или нет! Другой вариант – скажут, что она при смерти, заболела, не хочет ехать, найти не могут – вариантов масса. И предложат выбрать кого-то другого. Что мне делать в этих случаях?

- Разумно, - качнул головой Кроу. – Милисенту я тебе покажу. Если же попробуют применить второй вариант, то тебе надо настоять. Мол, с места не сойду, вынь да положь мне Милисенту! Перед лицом всего двора и перед людьми Мадраскара тебе не смогут отказать.

- Хорошо, допустим, я всё это сделаю, и мы уедем вместе с Милисентой. Что дальше?

- Просто вывези девушку из Саритании.  После границы, примерно, через день-два,  я вас перехвачу и  заберу Милли.

- Что вам сделала эта Милисента? На что вы её обрекаете? – насторожилась Светлана. – Мне не хотелось бы участвовать в пленении девушки.

- Это моя дочь, - тихо проговорил маг. –  Из-за неё я не могу покинуть эту проклятую страну,  и вынужден служить этому чудовищу – Санае тир Гранд!

- Ого! А где её мать? Мать же тоже надо вывезти, нет?

- Её мать умерла в родах, - горько ответил Кроу. – Милисента старше тебя всего на один месяц.

- Мне так жаль…

- Прошло семнадцать лет. Боль не прошла, но притупилась.

- Кем была мать Милисенты? Как вообще получилось, что вы не спасли жену, вы же целитель! И почему ваша дочь не с вами и её приходится вывозить «подарком» невесты?

- Мать моей девочки была двоюродной сестрой  правителя, и воспитывалась во дворце. Я увидел её и влюбился, она тоже не осталась равнодушна. Мы… не удержались и Велиара забеременела. Я просил разрешения на брак, но мне отказали, Велиару заперли.

- И вы, маг, ничего не сделали? – недоумённо спросила Света. – Да вы должны были дворец по кирпичику разобрать, но вызволить любимую и уехать из страны!

- Саная пригрозила, что при любой моей попытке увидеться с Велиарой или организовать ей побег, она тут же погибнет. Она надела на неё браслет подчинения! Я не мог рисковать жизнью любимой,  и вынужден был выполнять все указания Санаи.

- А правитель? Это же его сестра, не Санаи!

- Лорену всё равно, он не слишком привязан к семье. Все семейные дела вершит его жена.

- Санта-Барбара, какая-то, - пробормотала Светлана. – И что дальше? Вы семнадцать лет пляшете под дудочку? Я с вас худею!

- Что, прости? Я не понял.

- Удивляюсь.  Что было дальше?

- Дальше, перед самыми родами Велиары, меня услали с очередным поручением на другой край государства,  и как я ни спешил, всё равно не успел. Когда я вернулся, мою любовь уже похоронили. Дочь мне показали, но сразу же забрали и унесли.

-  На что вам магия, если с простым шантажом не могли справиться? – возмутилась девушка.

- Легко рассуждать со стороны, - возразил магистр. –  Я не мог рисковать жизнью Велиары, а потом и дочери.

- Нет, мне не понять, - честно ответила Светлана. – Семнадцать лет потакать стерве и надеяться, что у неё проснется совесть,  и она вернет ребёнка? Тьфу, уже не ребёнка, девушку. Как еще её растили, чему учили? Судя по отношению к Алане, Милисенте должно быть ещё хуже. Я, всё-таки, её дочь, а Милисента – всего лишь племянница по мужу.

- Нет, о Милли хорошо заботились и учили её вместе с Лианой.  Я мог видеть дочь и следить за ней. К Алане отвратительное отношение, потому что она не имеет магии и близнец.  Рождение такого ребёнка – большой позор.

- Вы не состояли с матерью Милисенты в браке, получается, она – незаконнорожденная? Это не считается позором?

- Это неприятность, но раз девочка магиана, то её происхождение не имеет большого значения.

- Идиотская страна, идиотские порядки, - вынесла вердикт Светлана. – И почему же вы не заберете дочь и не покинете это «гостеприимное» место?

- Саная не отдаёт Милли. Пока дочь у неё, я ничего не могу сделать, и вынужден выполнять все приказы и поручения правительницы.

- Нет, мне этого не понять – целый магистр и за столько лет не нашёл способ вызволить своего ребёнка и развязаться с шантажисткой? Вы такой уникальный маг, что Её Светлость вцепилась в вас или просто единственный из всех магистров не смогли выкрутиться из «дружеских объятий» матушки, поэтому  вынуждены жить у неё на посылках?

- Если ты невнимательно слушала, я повторю, -  со вздохом сказал Кроу. – Она надела на Велиару браслет подчинения, теперь он и на Милли. Любое моё движение в сторону – дочь погибнет. Думаешь, я не искал способ? Перебрал всё, что возможно, но в любом случае, браслет успеет убить Милли, прежде чем я убью или обездвижу  Санаю.  Ты – моя единственная надежда. Вывези мою дочь, спаси её,  я в долгу не останусь!

- Меня терзают смутные сомнения… идея выдать князю  Алану вместо Лианы – ваша?

- Моя, - покаянно кивнул маг.

- И как вы собирались решать вопрос с Милисентой, если Алана была запугана и вряд ли смогла что-то потребовать?

- Никак. У меня был немного другой план.

- И какой же?

- Уже неважно. Теперь есть более удобный и, главное, легальный выход.

- То есть, вы собирались выкрасть Милисенту, усыпить или ещё что-то, чтобы временно нейтрализовать браслет,  и вывезти её с приданым невесты?

- Не совсем так, но близко. Поражаюсь, как быстро  ты улавливаешь суть и находишь выход.

- Ладно, будем считать, что мы выяснили. Хотя мне всё равно не понять, как можно было столько лет практически бездействовать. Нельзя было выкрасть и вывезти раньше, как вы собирались сделать под прикрытием свадьбы Аланы?

- Поймешь, когда сама полюбишь или родишь ребёнка. Со стороны судить легко, но когда на кону жизнь любимого человека – сто раз подумаешь и взвесишь.  До свадьбы Аланы никто столь важный, чей багаж и сопровождение не проверяют на границе, из страны не выезжал.  А прятать дочку в Саритании не имеет смысла, её  местонахождение вычислят за минуту. Вон, у тебя  я вижу, тоже такой же браслет на руке.

- Кстати, да, - вспомнила о ночном происшествии Светлана. – Вчера меня опоили каким-то сонным порошком, и ночью приходила матушка, что-то колдовала над браслетом. Я проснулась, пошевелиться не могла, но всё слышала. Она не собирается снимать браслет вообще!

- Интересно. То есть, ты выпила сонный порошок, заснула, а потом проснулась и всё слышала?

- Ну, да.

- Удивительно, почему он на тебя не подействовал в полной мере? – магистр принялся сканировать организм девушки. – Ничего необычного не вижу. Возможно, это твоя личная реакция на порошок. Браслет необходимо снять, я научу, как это сделать.

- Научите, как мне его снять?

- Нет, как сделать, чтобы Саная была вынуждена его с тебя снять.

- Ну, это я и сама догадываюсь – как. Например, при женихе подергать за браслет и пожаловаться, что он жжет, натирает, разонравился, да? Матушка же не сможет отказать в такой просьбе у всех на глазах?

- Ты мне всё больше и больше нравишься, девочка, - улыбнулся магистр.

- Да, на лирику и вопросы мы уже почти два часа убили. Сами говорите – времени у нас мало, делитесь информацией о мире. Не смотрите так – я помогу с Милисентой, обещаю!

Вокруг Светки полыхнуло зелёным, и она ощутила укол  между средним и безымянным пальцами левой руки.

- Что это? – девушка потёрла зудящее место, рассматривая коричневую «запятую» на коже.

- Магическая клятва, - пояснил Кроу. – Теперь ты не сможешь не сдержать слово.

-  Вообще-то, я и не собиралась, - обиделась Света. – Ладно, хватит тратить время. Расскажите мне про князя, что он за человек, какая у него семья и все остальное.  А еще, какие в Империи порядки, как там относятся к женщинам, чем занимаются, с какими странами Империя граничит.  Но сначала – что может этот браслет?

- Этот? – магистр взял руку девушки, пробежал пальцами по украшению и замер, закрыв глаза.

Минуту или больше, он не шевелился, Светлана тоже молчала и не двигалась, ожидая результата исследования матушкиного «поводка».

- Это маяк, - начал Кроу. – По нему тебя найдут где угодно, но только, если ты бодрствуешь. Потом,  здесь еще ментальная магия, в данный момент – подчинение и довольно высокий уровень. Удивительно, что ты находишь в себе силы сопротивляться.

- Я ничего не ощущаю, никакого  воздействия или принуждения, - пожала плечами Светлана. – Может быть, у меня невосприимчивость к магии? Или я её, магию, отторгаю или поглощаю?

- Нет, такого не бывает, - ответил магистр. – Но что-то в тебе есть необычное, это точно. Еще там есть заклинание «невидимки» - то есть, тебя не видят и не слышат другие люди, кроме нескольких, имеющих допуск.  И последнее -  в браслете есть  заклинание остановки сердца.

- Ох, ничего себе! Нет, от него надо избавляться! Кто поручится, что маман не убьёт меня сама, свалив вину на мужа? Что там ещё? Надеюсь, «жучка» нет?

- Жучка?

- Микрофона.

- ??

- Такой штуки, через которую мамуля может слышать всё, что я говорю.

- Нет, такого здесь нет.

- Ну, хоть что-то хорошее!

- Кстати, Санае вполне может прийти в голову убить Алану, после того, как она станет женой князя. И Рагнар будет связан по рукам, и от позора рода избавится, - задумчиво проговорил Кроу.

- Меня другое интересует – каким образом Её Светлость  объяснит появление Лианы? Все же будут  знать, что её выдали замуж за князя, и вдруг она – вот она! Логичный вопрос –  на ком женился князь? Скандал будет – страшно представить!

-  О, Саная придумала, как обвести империанина вокруг пальца! Имена нигде не будут звучать – ни в храме, ни в договоре. Князь Мадраскара берет в жены дочь Лорена и Санаи тир Гранд, которую обязуется беречь и защищать минимум до рождения общего ребенка.  Этот ребенок, когда ему или ей исполнится двадцать один год, станет правителем Саритании, а до тех пор, страна будет под управлением Лорена.  Если дочь Санаи и Лорена погибнет до того, как родит ребенка, не важно, по какой причине это произойдет, то Мадраскар теряет все права на Саританию и возвращает все захваченные ранее земли, плюс изрядную часть империи. Ту её часть, которая примыкает к Саритании и имеет выход к Срединному Морю.

- О, как! Получается, Саритании выгодно, чтобы Алана не успела родить? Странный договор. И как же князь на него согласился?

- Все устали от войны, - пожал плечами Кроу. – Потом, он маг и уж уберечь жену сможет, как и обеспечить ей ребенка. Вполне нормальный договор. Рагнар же уверен, что берет в жены наследницу, значит, для Саритании станет не завоевателем, а мужем наследницы и отцом следующего наследника. Это сильно упрощает объединение и обеспечивает ему лояльное отношение местного населения.

- Но он быстро узнает, что его обманули и подсунули не пойми кого! Что тогда будет?

- Он уже будет связан по рукам и ногам магической клятвой и не сможет ничего отыграть назад. Женился на дочери правителей? Да, это их дочь, никто не обманул.

- Но близнец? Я же без магии.

- Саная придумала, что ты родилась на год позже сестры. Мол, скрывали, потому что ребенок был болезненный, боялись, что не выживет, поэтому от всех прятали. Любая проверка, любой маг легко установят, что ты точно родная дочь Лорена и Санаи. Таким образом, князя обманули, но обман недоказуем.  А то, что нет магии, так в договоре нигде не упоминается, что невеста должна иметь дар. Это само собой подразумевается, но специально не оговаривается и Саная решила на этом сыграть.

- Но если у меня родится ребенок, он станет наследником Саритании?

- Да, так в брачном договоре и это не обойдешь – скреплено магией.

- Веселые у меня перспективы. Муж узнает, что я – не я и вряд ли обрадуется, но можно надеяться, что хотя бы до рождения ребенка будет достаточно сдержан. Что сделает со мной потом, когда нужда во мне отпадет  – не представляю.   А родители, едва дождутся нашей брачной ночи, чтобы брак нельзя было оспорить, примутся искать способ избавиться от лишней дочери, пока она кого-нибудь не родила.

- У тебя, девочка, только один выход – влюбить в себя мужа. Тогда он беречь и заботиться будет не из-за магической клятвы, а по велению сердца и души. И не до рождения ребенка, а всю жизнь.

- Легко сказать – влюбить мужа, - пробормотала Светлана. – Можно подумать, это так легко и просто.

- Ты поможешь мне спасти дочь и избавиться от Санаи, а я помогу тебе не погибнуть.

Девушка внезапно ощутила, что замёрзла, обхватила себя за плечи и без сил опустилась на стул.

Что же это такое, почему на неё свалилось столько неприятностей, что в той жизни, что в этой?  Когда она успела столько нагрешить?

Нет, наверняка были моменты, когда она не слишком правильно себя вела, когда обижала, вольно или невольно, ведь она живой человек, а не святая. Но все равно, как-то уж слишком беспросветно всё и перспективы самые туманные.

Легко магистру говорить - «влюби мужа», а как это сделать-то? Кокетничать с парнями она никогда не умела, считая, что инициатива всегда должна исходить от мужчины. Потом, для мужика же на первом месте внешность, а она…  Светлана вскочила и заозиралась, ища зеркало.

- Что-то случилось? – напрягся магистр. – Ты побледнела и дрожишь.

- Здесь есть зеркало?

- Зер.. гм, сейчас будет, - Кроу не стал ничего выяснять, просто сделал несколько пассов и возле стены появился искомый предмет. – Ты не сказала, какого размера тебе нужно зеркало, поэтому я взял самое большое. Подойдет?

- Годится, - девушка стремительно подошла и принялась внимательно разглядывать свое отражение.

М-да, и здесь не слишком повезло. В книгах-то что пишут – как ни попадет кто, так обязательно  получает сногсшибательную внешность: ноги от ушей, тонюсенькую талию, огромные, обязательно голубые или зеленые, глаза, пышную упругую высокую грудь, плавные и округлые бедра. Что еще – а, мелодичный голосок, умение петь, танцевать, вышивать крестиком и гладью, а так же одной левой, без малейшего напряжения кастовать самые мудреные заклинания и побеждать любых монстров. Еще забыла – все встречные принцы, короли и прочие императоры немедленно в нее влюбляются и предлагают ей весь мир и свое сердце.

Что же получила Светка, кроме «любящей родни» и сплошных неприятностей?

Светловолосая, глаза нормального размера и карие, лицо чуть продолговатое, нос… гм… нос на ее вкус чуть большеват, или это она уже придирается? И рот – где пухлые яркие губы, в которые сразу мечтают впиться все встречные мужики? Рот мог быть и поменьше, а губы – пообъемнее.  Вообще, в целом, личико симпатичное, но не ослепительная красавица, увы. Фигура есть, но не песочные часы, так как талия обычная, а не осиная. И грудь маловата, хотя, да – упругая. Забыв о присутствии магистра, девушка пощупала холмики, оценив их. Первый размер, может быть, полуторный, но не больше.  И попа – есть, конечно, но не аппетитная, как в книгах пишут, а самая обычная, девчоночья. О, ей же здесь всего семнадцать, так что, возможно, все еще подрастет до нужных размеров? Мэй би, как говорится, но вот времени-то у нее и нет!

Этот, как его – князь, наверняка Крым и рым прошел и уж что-то, а толк в женщинах знает и вряд ли обычная девчонка может его привлечь и тем более, увлечь.

- Магистр, - вспомнила она о присутствии представителя противоположного пола. – Скажите, я могу понравиться мужчине? Вот такая вот? – она обвела рукой себя по бокам.

- Почему нет? – уклончиво ответил Кроу. – Ты молода, свежа, миловидна.

- Ясно, - опустила голову Светлана. – Как я и предполагала – шансы мизерные.

-Подожди отчаиваться. Да, мужчины в первую очередь западают на внешность, но это правило в бОльшей мере действует на юношей. Взрослые опытные мужчины на внешность внимание, естественно, тоже обращают, но в гораздо большей мере их привлекает неординарность женщины, ее внутренний огонь. Чтобы такой мужчина полюбил, красивой обертки мало, женщина должна привлечь и зацепить его душу и сердце, а не только нижний орган.  Красивая внешность – это на один-два раза, потом приедается, ведь красавиц полно и всегда найдется кто-то, кто еще эффектнее. А вот красивая душа, уникальная личность – это завораживает, привлекает и увлекает навсегда и никогда не надоест.  С такой женщиной интересно, непредсказуемо, завораживающе. Ты еще очень юна и не достигла зрелых форм, но и сейчас выглядишь вполне привлекательно, а приложишь мозги, то не только сумеешь привлечь, но и удержишь.

- Я же ничего не умею, - вздохнула девушка.  – А тут, видимо, требуется такая женщина, как в анекдоте - «гинеколог со стажем работы пятнадцать лет ищет женщину, которая может его хоть чем-нибудь удивить».

- А и не надо уметь и специально стараться! Искусственность  приедается  еще быстрее, чем кукольная внешность.  Ты умна, сообразительна, необычно мыслишь и говоришь. Просто будь собой, и все получится. А я подскажу, где и как.  Кто такой «гинеколог»?

- Женский лекарь.

- Отдельный лекарь для женщин? Удивительно.

- Женщины все-таки, отличаются от мужчин, нет? Некоторые болезни  встречаются только у нас.

- А, вы имели в виду – акушерка или повитуха? Но почему в мужском роде?

- У вас акушерки и повитухи только женщины?

- Естественно. Кто лучше женщины может помочь другой женщине в сугубо женском деле?

-  Средневековье!

- Что, прости, я не понял?

- Проехали. Расскажите мне о князе.

- Князю Рагнару  тридцать шесть, по меркам нашего мира он еще очень молод. Был дважды женат. Первая жена, дочь короля Истилии, умерла родами, ей было всего шестнадцать лет.  Вторая жена, дочь наместника Сразии, погибла на охоте, попав в волчью яму.  Она была ровесницей князя. Уже десять лет князь живет холостяком.

- Любовницы?

- Разумеется. Специально не следил, но, по слухам, больше одной он одновременно не держит и дольше полугода одну и ту же – тоже.  Детей у него нет, князь весьма щепетилен и не желает плодить бастардов. Что еще? А, он - сильный маг-стихийник и сложный в общении человек. Терпеть не может, если ему перечат.

- Часто перечат?

- Не часто. Как правило, второй попытки он не дает, вырывает крамолу на корню.  Никому не доверяет, единственный – Никодий, его советник.  Но тот предан, как собака, чем его ни соблазняли, что только не сулили – ни на каплю не дрогнул.

- Что любит, что не любит, как относится к женщинам? Почему до сих пор не женился?

- Что любит – не знаю. Не любит – когда спорят, не выполняют его распоряжения, впрочем, я об этом говорил уже. Женщинами пользуется, как, например, лошадью. Лошадь всегда вычищена, накормлена и прогуляна, он с удовольствием на ней ездит, но при случае легко расстанется и пересядет на другую. Если лошадь захромает, ее лечат, но если хромота не проходит – избавляются.  Не женился, потому что у него осталась одна попытка.  Больше трех браков не заключают. Вот и выбирает, чтобы на этот раз и выгода была от женитьбы и наследник.

- Кстати, а родители предыдущих жен не предъявляли князю претензий в смерти дочерей?

- Были расследования, которые подтвердили случайность и отсутствие злого умысла этих несчастий. Первая жена была совсем ребенок, да и князю тогда было всего двадцать. Они прожили вместе всего год, князь не успел особенно привязаться, потому что почти не бывал дома.  А вот со второй они жили пять лет, и князь очень горевал, когда Льяса погибла.

- Почему же они за пять лет не родили ребенка?

- Князь берег жену, очень боялся, что с ней может произойти то же самое, что с Тиной, первой женой.

- Значит, Рагнар не совсем сухарь, в нем есть человеческие чувства, - задумчиво проговорила Светлана.

- Но он их настолько глубоко спрятал, что и не видать. После смерти второй жены его интересует только война, охота, политика. Женщины только для удовлетворения физиологических потребностей. Просто не будет, но я верю, что у тебя получится, главное, сама не влюбись.

- Это почему? – удивилась девушка. – Он некрасив?  Мне кажется, влюбить в себя проще, если и сам любишь, ведь тогда не придется притворяться!

- Князь красив и женщинам очень нравится. Он привык к обожанию и стремлению обратить на себя внимание, привык, что все женщины немедленно в него влюбляются и предлагают себя. Поверь, это, конечно, льстит мужскому самолюбию, но быстро приедается и начинает раздражать.  Если ты влюбишься, то преимущество будет на его стороне и уже не ты, а он будет диктовать правила и условия. Держи сердце на замке, девочка.

- А семья? Есть у него еще родные?

- Есть, сестра и мать. Сестра замужем за главным военачальником Империи, у нее есть два сына.  Мать живет то у сына, то у дочери. Отец, князь Ратмир, погиб пятнадцать лет назад, попав в засаду во время очередного похода.

- Какие отношения у князя с сестрой и матерью?

- Толком не знаю. Вроде бы, теплые, но вертеть собой он им не дает.

- Как вообще относятся к женщинам в Мадраскаре? Есть ли у них права или одни обязанности? Может ли замужняя женщина работать где-то, кроме дома мужа? Выходить или выезжать из дома без сопровождения? Распоряжаться деньгами? Нанимать и увольнять слуг?

- Такие вещи спрашиваешь – я теряюсь. Конечно же, женщина во всем подчиняется отцу, а после замужества – мужу. Выйти из дома  без сопровождения ни одна замужняя женщина не может, это скандал! Деньгами распоряжается мужчина, естественно.  Удел жены – растить детей и услаждать взор и тело супруга. Слугами распоряжается дворецкий. Жена может высказать пожелания относительно женской прислуги, но не касается слуг-мужчин.

- Средневековье, - грустно резюмировала Светлана и уже привычно добавила. – Проехали.

- На сегодня хватит бесед, пора приступать к обучению, - напомнил Кроу.

- То есть, есть еще способ получить знания, не устный пересказ? – уточнила Светлана.

- Разумеется. Сейчас  мы тихо зайдем в спальню, ты тихо ляжешь на кровать, я усыплю тебя и начну загружать знания прямо в твою голову.

- Радикально. Просто мечта студента – ты спишь, а формулы, даты, термины и законы  сами собой записываются на подкорку. И что – на самом деле все буду помнить?

- Конечно. Что такое «подкорка»?

- Часть головного мозга.

- Хм. Я думал, у вас так записывающий кристалл называется. Сегодня я загружу информацию о Саритании, её истории и законах.  Также общие сведения о соседних странах, их географии, законах.  И все, что нашел о семье Гранд и окружающих ее людях.

- И где такие полезные сведения хранятся?

- На записывающих кристаллах, разумеется. С помощью заклинания информация с кристалла копируется прямо в голову человека.

- Зачем усыплять?

- Так быстрее идет передача, ничего не отвлекает. Да, возможна головная боль после пробуждения и легкая тошнота. За час-два пройдет.

- Здесь все так обучаются?

- Нет, конечно. Умение перенаправить информацию, содержащуюся в кристалле, прямо в голову,  довольно редкое. Собственно, здесь им только я и владею.

- Поэтому Её Светлость и не отпускает вашу дочь? Чтобы пользоваться в полной мере всеми вашими способностями?

- Да. Давай еще завтра поговорим, а сейчас надо спешить – передача будет идти два-три часа.  Значит, ты все поняла? Очень тихо заходишь и ложишься. Думаю,  надо лишний раз напомнить, что не стоит показывать свою осведомленность по истории, географии и законам. Благодаря моему лечению, память к тебе «вернется», но не вся и постепенно – это версия для Ринаи и Санаи. Алану ничему не обучали, только чтению, письму и начальному счету. Помни о необходимости сдерживаться. Прежде чем что-то сказать, досчитай про себя до десяти, нет, лучше до пятидесяти, поняла?

Светлана кивнула.

- Молодец. Если Саная заподозрит, что ты не подчиняешься, она может тебя убрать прямо на церемонии или сразу после нее.

Светлана показала руку с браслетом и вопросительно подняла брови.

- Да, с его помощью. Не ковыряй браслет и пока никак не показывай, что ты не подчинена. Постарайся не смотреть прямо в глаза, опускай голову, не спорь, выполняй все, что скажут. Потерпи, нам главное, выбраться из Саритании, дальше будет проще. Ну, все, пошли, - и магистр открыл двери в спальню.

    Судя по ощущениям, в голове поселился пчелиный рой.

- Вставай! Вставай немедленно! – кто-то тряс Светку за плечи.

С трудом открыв глаза, она сфокусировалась на источнике беспокойства.

Конечно же, Риная, кто же еще мог быть настолько бесцеремонным?

Светлана совсем было собралась оправить назойливую горничную-надзирательницу по известному пешему маршруту, но вовремя вспомнила рекомендации Кроу и сжала зубы.

Она справится! Надо изображать покорную мамалыгу? Да,  пожалуйста!

- Встаю, - прошелестела Света, соскребая себя с кровати.

Магистр говорил – немного голова поболит и возможно головокружение? Он поскромничал – в висках стучали молотки, в голове гудели рассерженные пчелы, и стоило принять вертикальное положение, как комната завертелась вокруг и девушка плюхнулась обратно.

- Да что же это вы опять разлеглись, мисса? – возмутилась горничная. – Немедленно вставайте!

Светка ощутила легкую волну от браслета – её что, еще и подстегивают? Задавив в зародыше возмущение, она послушно приподнялась и осторожно сползла на пол.

Если не делать резких движений, то штормило уже не так сильно.

-  Идем! – дернула ее за рукав Риная.

Голова отозвалась новой вспышкой и, чтобы избежать понукания, Светлана покорно побрела за женщиной.

То ли, Риная вела её другой дорогой, то ли ей так показалось из-за того, что она едва ноги переставляла, но обратный путь оказался намного длиннее.

- И что же делал с вами магистр? - полюбопытствовала гувернантка, когда они перешагнули двери в Светланино пристанище.

- Не знаю. Он велел лечь, я легла и  сразу уснула, а проснулась – ты меня трясешь. Сколько я там пробыла?

- Так дело к ужину уже, - ответила женщина. – И что же, ничего не вспомнила?

- Голова болит, - пожаловалась Светлана.

- Сейчас принесу поесть, - решила Риная и добавила. – Отойдите к окну.

Светлана на секунду зависла, но потом покорно отошла к окну и осталась там стоять, опустив глаза в пол.

- Алана, сядьте на стул.

Света скрипнула зубами, но перешла и села.

Риная довольно улыбнулась и вышла из комнаты.

Вот же… редиска - нехороший человек! Проверяет, не стала ли она покорной. Ну, пусть порадует правительницу.

Ужасно хотелось умыться и пить. В кувшине еще оставался сок, но девушка побоялась его трогать – вдруг, туда опять что-нибудь добавили? - зашла в купальню и с тоской уставилась на панель над ванной. Господи, как же пить-то хочется! Кажется, все отдала бы за чистую холодную воду! Ай!

Из стены в ванну потекла струя воды. Не веря своим глазам, Светлана протянула руку – вода, точно, вода! Холодная! Вкусная!!! Ох, хорошо-то как!

Девушка умылась, вдоволь напилась и призадумалась – а как она объяснит Ринае, откуда вода?  Надо как-то этот источник закрыть, спрятать, выключить!

Вода булькнула и пропала.

- О-о-о, - единственное, что получилось произнести  у пораженной Светланки.

Так она,  все-таки, маг?  С ума сойти! Может быть, еще и внешность изменится? Но нет, как она ни представляла, на ощупь ни грудь не прибавилась, ни талия не утончилась.  Ох, сейчас же вернется Риная, ей надо сделать вид, что ничего не было!

Девушка поспешила назад в комнату и уселась на тот же стул.

Нельзя  рассказывать, что она научилась воду открывать. Кто знает,  как изменится  ее жизнь, если об этом узнает Саная? Может быть, ее тут же убьют или еще чего похуже? Нет,  пусть она и дальше будет покорная Алана – бездарный близнец!

Стукнула дверь, вернулась Риная. Окинула довольным взглядом подопечную и придвинула к ней тарелки:

- Ешь и ложись спать.

Ждать второго приглашения девушка не стала – быстро поела, затем посетила купальню и, подождав, когда Риная пустит ей воду, умылась.

- Утром приду, - буркнула горничная и оставила Светлану одну.

Еле сдерживая нетерпение, девушка подождала с полчаса, потом вернулась в купальню и от души пожелала: « Воды, горячей, чтобы не обжигала и приятно купаться было»!

Вода полилась в ванну.

Взвизгнув от распиравших чувств, Света отменила пожелание и поток исчез.

Что же она еще может?

Темно! Нужен свет!

Под потолком загорелся шар.

О-бал-деть! Она – маг!!! Эх, больше ничего не проверишь, у нее же комната без магических штучек! Но уже что-то – она поняла, как надо пользоваться магическими удобствами! Оказывается, надо просто пожелать и представить, что хочешь получить, а она искала кран, вентиль, кнопку, поэтому ночью у нее ничего не вышло.

Кстати, что там с ее новыми знаниями, что я теперь могу рассказать о Саритании?

Ого! Все помню!

А о моей, как бы семье?

Ой-ё-ёй! Ну, и сволочи же, мои «родственники»!

Сон, как рукой сняло, да и головокружение с головной болью пропали. Отлично, что бы еще намагичить? Светлану распирало любопытство из серии «а что будет, если».

Стены перекрашиваться в другой цвет не желали. Как, впрочем, и постельное белье.

А если представить… яблоко?

Света закрыла глаза и нарисовала в воображении зеленое яблоко, как в магазине и изо всех сил пожелала его получить.

Увы, ни яблока, ни ранетки, ни мячика не случилось, не упало и не материализовалось. То ли у нее силы дара не хватает, то ли она просто им пользоваться не умеет.

Поэкспериментировав еще некоторое время, Светлана убедилась, что пока дальше  пустить воду и включить освещение она ничего не может.  Наконец, усталость взяла свое, и девушка отправилась в кровать.

Следующие три дня шли по установленному распорядку – завтрак, несколько часов с магистром, возвращение в комнату, еда и сон.

Постепенно знания о мире заполняли Светланину голову, разговоры с Кроу помогали разбираться в бытовых вопросах, обычаях и правилах.  В дополнение к географии и истории, Кроу передал девушке  два языка -  имперский и илин, на котором разговаривали в соседних с Мадраскаром Сразии и Истилии.

- Знать языки очень полезно, только я бы тебе посоветовал не открывать никому это свое умение. Если при тебе говорят на имперском или илин, делай вид, что ничего не понимаешь, что бы ты ни услышала. Может быть, однажды это спасет тебе жизнь или поможет принять правильное решение.

- Я понимаю, - кивнула Светлана. – Жалею, что в школе не посещала драмкружок, мне сейчас очень бы пригодились навыки перевоплощения.  Осталось три дня…

- Думаю, два – князь появится раньше.

- Почему вы так думаете?

- Предчувствие. И, потом, не может же он приехать в день свадьбы? Это невежливо и недальновидно. Самое позднее, когда он будет здесь  – день накануне бракосочетания, поэтому, нам лучше не терять даром ни минуты.

- Знаете, что меня еще беспокоит? – озвучила Света давно ее терзавший вопрос. – Почему до сих пор ко мне не приводили ни одной модистки или портнихи? Или матушка решила представить меня жениху в этом? – Светлана приподняла пальцами юбку и немного покрутилась. – И все платья, что я обнаружила в своей каморе, в этом же стиле и цветовой гамме.

- Ничего странного нет, - пояснил Кроу. – Вас-то как бы,  не существует, как это объяснять швеям? Наверняка наряды шьют по меркам Лианы.

- Неужели, мы настолько похожи? А обувь? Что, если платья по меркам сестры, окажутся мне велики или малы?

- Думаю, Саная все предусмотрела. Подобающее дочери правителя платье у вас будет, как и приданое, которое вы увезете с собой в Мадраскар.

- Ясно, спасибо, что разрешили мои сомнения. Чему вы еще хотите меня обучить? О, я подумала, а нет какого-нибудь кристалла, который рассказал бы о магии?

- О магии? Зачем вам это?

- Просто интересно, - пожала плечами девушка. – Я же из мира, где магия существует только в сказках. И думаю, будет подозрительно, если принцесса вообще ничего не знает о даре и одаренных. Допустим, пропажу моего дара я смогу списать на стресс от разлуки с родными или, там, от первой брачной ночи, но как я объясню, что не знаю элементарных вещей?

- Первая брачная ночь! – пробормотал Кроу. – Точно, я совсем забыл, что тебе надо и об этом рассказать!

-  А что, - насторожилась Светлана. – Здесь есть какие-то особенности? Ритуалы?

- Да нет, никаких ритуалов, но ты же невинная девушка, тебя необходимо подготовить, чтобы ты знала, что ожидать.

- Нет, не надо, я в курсе.

- ???!

- Магистр, в моем мире мне было двадцать восемь,  и я жила с мужчиной! Поверьте, вид обнаженного мужского торса и даже члена меня не испугает и не удивит. Конечно, второй раз испытывать «удовольствие» от первого раза мне не хотелось бы, но тут уж ничего не поделаешь, придется потерпеть, - Светлана развела  руками. – Кому рассказать – не поверят: «мой второй первый раз»!

- К-х-а… Г-мм. Хорошо, - смущенно отвернулся Кроу. – Обычно перед брачной ночью дочь просвещает мать, но не думаю, что Саная позаботится об этом, поэтому переживал, как вам объяснить…

- Итак, вы дадите мне сведения о магии, ее видах, магах, заклинаниях и различном применении дара?

- Боюсь, мне будет трудно впихнуть еще и это, у нас и так очень плотный график.

- Давайте выбросим что-то менее важное. Что там на очереди?

- Выбросим? Там все важное!!! Этикет придворный, столовый, правила проведения приемов, балов, ведение хозяйства,  рисование, сочинение стихов, вышивка,  лекарские навыки…

- Стоп! Каким образом вы научите меня рисовать? Сочинять стихи? Вышивать, наконец?

- Но этому обязательно обучаются все знатные девушки. Будет удивительно, если выяснится, что вы ничего этого не умеете, а так хоть теорию будете знать в совершенстве.

- Нет, не надо. Замените эти предметы магией.  Надеюсь, петь и плясать мне не нужно будет?

- Вообще-то, нужно, но тут без практики никак, поэтому я даже не пытался искать кристаллы.

- Ну и лес с ними, с пением и танцами. Но магия должна быть обязательно. Завтра же!

- Хорошо, - согласился Кроу, немного помолчал и продолжил. – Пока брак не консумирован, его можно расторгнуть, поэтому вам придется не просто потерпеть, но и поощрить мужа.

- О, господи! Минет делать я не умею, уж извините! Тем более, чужому незнакомому мужику, - Светлана поёжилась. – У него что, проблемы с потенцией? Тогда зелье какое-нибудь надо или заклинание.

- Не очень понял, что вы подразумеваете под словом «минет», но чувствую, знание мне удовольствие не доставит. Князь молодой здоровый мужчина, не думаю, что у него могут быть проблемы с мужской силой. Я о другом: вам нельзя трястись и убегать, плакать и сопротивляться. После заключения брака муж получает вас в полное свое распоряжение и имеет право делать с вашим телом все, что пожелает.

- Например, оторвать руку или ногу? – мрачно спросила девушка.

- Нет, конечно. Раз вы были замужем в другом мире, то должны понимать, о чем я. Любому мужчине приятнее, если жена ему улыбается и с удовольствием отзывается на ласки. Пожалуйста, наберитесь терпения и сил и ни в коем случае не плачьте и не противьтесь. Для вас завершение брака даже более важно, чем для князя. Нельзя, чтобы он отложил консумацию даже на день!

- Да, я помню – только после брачной ночи  брак будет нерасторжим, и мужу придется меня беречь и защищать минимум до рождения ребенка. А без этого матушка меня прихлопнет. Ну, или недосупруг, когда узнает, что женился на подменыше. А еще вы до сих пор не показали мне Милисенту.

- Идите в спальню, ложитесь, - велел магистр. – Сегодня увидите и мою дочь, я загружу ее изображение вместе с учебной информацией.

    Два дня пролетели незаметно и, как Кроу и предсказывал,  князь прибыл  раньше, причем, раньше на три дня.

Урок пришлось прервать.  Обычно, когда Светлана просыпалась, магистра в покоях уже не было, но в этот раз он разбудил ее сам.

- Алана, князь приехал. В двери долбятся уже пятнадцать минут, я сказал, что сейчас вас разбужу. Мол, нельзя быстро, а то вы можете пострадать. Девочка, - мужчина внимательно смотрел в глаза ученицы. – Теперь все зависит только от тебя. Помни все, что я говорил о князе и мужчинах в частности. Помни, тебе нельзя показывать характер до консумации, а еще лучше – до отъезда из Саритании. Не забудь потребовать Милисенту! Следующий раз мы сможем поговорить только в Мадраскаре. Буду молить Триединого, чтобы он помог тебе все выдержать, не ошибиться и спасти и себя и мою дочь.  Сейчас полежи еще, я уйду, покажи, что ты еле-еле просыпаешься.  Сил тебе, девочка!

Светлана закрыла глаза, унимая сумасшедшее колотящееся сердце.

Она сможет! Она выдержит! У нее все получится!

- Алана, вставай немедленно! – затрясла горничная. – Через два часа ты будешь представлена жениху, у нас мало времени, чтобы привести тебя в порядок!

Глава 3

Тело мыли и мыли, терли щетками, покрывали пеной с макушки до пяток, смывали, ополаскивали травяными настоями, терли снова.

Изображать покорную обреченность стоило изрядного труда, ведь Риная с ней совершенно не церемонилась.

- Риная, - решилась Света. – Мне больно, наверное, уже кожа повреждена, ты так сильно трешь и жмешь! Что подумает жених, если невеста будет вся расцарапана? Я же не настолько грязная, чтобы с меня сдирать кожу?

- Потерпишь, - проворчала горничная.

- Позови кого-нибудь помочь, - продолжала прощупывать почву девушка. – Тебе же тяжело делать все одной.

- Мисса, просто сидите и молчите. И так голова кругом идет, еще вы тут болтаете! Кого я позову, если вас видеть и слышать могут только четыре  человека, из которых  двое – мужчины, одна – ваша мать и я? Позвать спинку вам тереть правительницу Санаю? Правителя? Или магистра?

Напоминание о магистре напомнило и о его просьбе. Сдерживаться, да, она должна сдерживаться.

Следующие полчаса девушка молчала, выполняя указания горничной.

- Ну, вот, - Риная отстранилась и оглядела результат своих трудов. – Теперь вас не стыдно людям показать.

- Все равно никто не увидит и не услышит,  - равнодушно отозвалась девушка. – Если меня видят и слышат только четверо, то стоило так мыть и наряжать?

Риная поджала губы и бросила:

- Это не вашего ума дело. Сядьте вот на стул и смирно сидите, я сейчас вернусь!

Светлана опустила глаза, подошла и села. Риная еще раз окинула подопечную внимательным взглядом и скрылась за дверью.

Услышав тихий щелчок замка, Света соскочила и  подошла к двери, послушала – тихо ли?  Жалко, в каморе не было зеркала, хоть посмотреть, что из нее сотворили?

Итак, с минуты на минуту ее представят жениху, как ей себя вести, чтобы привлечь его внимание? Улыбаться во весь рот или только чуть приподнимать уголки губ? Смотреть в лицо или изображать скромность? Молчать или поддерживать беседу? Скорее всего, горничная побежала к маменьке, поэтому надо сесть на стул, как велели и ждать там.

И на самом деле – стоило Светлане вернуться и замереть, как раздался звук открывающейся двери, и в камору вошла матушка - кобрушка.

«У-у! Змеищща!» - Света, молча, смотрела на правительницу, гадая, какую еще гадость та ей приготовила.

- Придется выводить Лиану, - вздохнула родительница, рассматривая неподвижную Алану. – Я успею перенастроить браслет на видимость, но не успею спрятать Лиану, она, дурочка, в сад выперлась, хоть я ее просила сидеть в покоях. Теперь полдворца видели, куда ушла наследница и понятно, что за эти минуты она не успеет переодеться.

- Но как же? Лиана же не знает ничего,  вдруг по неведению сболтнет что-нибудь лишнее?

- Я наложу на нее заклинание, да и Кроу посажу рядом, он проконтролирует, - отмахнулась Саная. –  Запри эту и иди за мной, поможешь.

- Стоило столько времени тратить на мытье и одевание? – проворчала Риная, выходя вслед за правительницей.

Ну, и что это было? Пришли, посмотрели, будто ее тут нет, поговорили, опять же, будто она статуя и ушли, ничего не объяснив.

Светлана прикусила ноготь – дурная привычка! В прошлой жизни не могла от нее избавиться и в эту просочилась!  Что же только что произошло? Матушка решила представить жениху не Алану,  а  Лиану, потому что та не вовремя отправилась на прогулку и по времени не успеет переодеться и перепричесаться.  Чудно. А Светлане придется при полном параде сидеть взаперти и гадать, что там происходит.  Интересно, что Саная сочтет нужным рассказать Лиане, ведь та не в курсе планов родителей, да и про наличие сестры не знает?

Если Лиана поговорит с женихом, то откуда ей, Светлана, узнать о содержании разговора, ведь потом их опять поменяют местами?  Князь удивится, если обнаружит, что невеста все забыла. Вообще-то, ей, конечно, плевать, как будет выкручиваться Саная, ей бы себя спасти.  Если сегодняшняя подмена пройдет успешно, с правительницы станется подсовывать на все официальные мероприятия Лиану, а Алану-Светлану вручить князю в последний момент. Вот это будет засада – как она тогда потребует Милисенту «в подарок»?

И сделать она ничего не может, и поговорить-посоветоваться не с кем! Остается – сидеть и грызть в волнении ногти.

***

- Никодий, ты уверен? – Рагнар в раздражении сжал повод. – Не могут же правители Саритании быть настолько наивны? Надеялись, что мы не узнаем или не сможем помешать?

- Уверен, - вздохнул советник. – Пришлось попотеть, но оно того стоило. Зелье, убивающее возможность женщины иметь детей они получат, но таковым оно будет только по названию. Меня с самого начала тревожило, что уж больно легко тир Гранды пошли на соглашение. Отсрочка в двадцать два года им немного дала бы. Мысль, что они рассчитывают не дождаться потомства от дочери,  прямо напрашивалась, поэтому я не сильно удивился, когда узнал, что они приготовили.

- Ужасно, - ответил Рагнар. – Все-таки, дочь, родная кровь. Неужели, не жалко, ведь действие зелья необратимо!

- Наверное, потерять власть страшнее. А дочь, что же? Можно родить еще одну.

- Могли бы – давно родили, - не согласился Рагнар. – Ты проследишь за принцессой? На всякий случай, вдруг у них еще что-то припасено или заподозрят, что зелье не то.

- Разумеется, - кивнул Никодий. – Сразу, как въедем, приставим к ней охрану и двух магов – проверять все, что ей приносят. А еще лучше – как только нас представят – забрать ее в ваши покои. Легче будет охранять.

- Легче, да, но несколько неприлично, не находишь? Конечно, я не собираюсь делать ее женой до брачной церемонии, но люди-то что подумают? Правильно, люди всегда думают о самом худшем.

- И на все ли нам равно, что будут думать о девушке придворные?

- Не все равно, Никодий, ведь она – будущая княгиня и должна родить следующего правителя Саритании. На ее репутации не должно быть темных пятен!

- Я подумаю, что еще можно будет сделать. Мы подъезжаем, князь. Надо бы остановиться, освежиться и переодеться.

- Согласен, объяви привал на час и пошли гонца к правителю, с вестью, что мы скоро будем.

Встретили жениха почтительно, печально и  пышно.

Да, радости особой на лицах встречающих не наблюдалось, но хоть  не кривились – и то спасибо.

Князь со свитой заняли весь второй этаж дворца, причем, Никодий настоял, что бы воинам выделили  комнаты рядом с выходами и позаботился, чтобы незамеченной на этаж и муха не пролетела бы.

Рагнар почти сразу отправил слугу с предложением к правителю встретиться до официального представления жениха и обсудить некоторые вопросы. Вряд ли Лорен тир Гранд пришел от этого в восторг, но вежливый ответ, что будет рад через полчаса  пообщаться с князем, передал.

Никодий тут же отреагировал, мол, бесконечно рады и ждем правителя в гостиной на этаже, где разместили гостей из Мадраскара.

- Еще не завоевал, а уже свои условия ставит, - возмутился правитель. – А если не пойду? Я пока тут хозяин, мне и решать, где назначать встречу!

- Дорогой, - примиряюще проговорила жена. – На стороне Рагнара сила. Посмотри за стены дворца – какое войско он привел с собой! Правда, назвал его почетным эскортом для князя и княгини, но мы-то знаем, что этот «почетный эскорт», если понадобится, от Саритании камня на камне не оставит! Уступи, поговори на его территории, нам надо усыпить его подозрения и вести себя тихо и скромно.

Правитель метнул на Санаю возмущенный взгляд:

- Скромно и тихо? В моем собственном доме?

- У нас нет выхода, - мягко напомнила правительница. – Помни, что слишком многое поставлено на карту! Только тогда, когда брак будет заключен и консумирован, мы вздохнем спокойно. Иди, поговори с князем, соглашайся на все, лишь бы он произнес магические клятвы. А я пойду,  прослежу, чтобы Лиана не выходила из своих комнат, а потом загляну к Алане.

              Как Лорен и подозревал, Рагнар держал себя, будто уже стал правителем Саритании и в гостях находится не он сам, а как раз Лорен.

- Проходите, правитель, - пригласил Рагнар жестом, не вставая с удобного кресла. – Присаживайтесь.

- Благодарю, - буркнул Лорен тир Гранд. – О чем вы желали поговорить? Я думал, что наши советники уже все вопросы разрешили, и нам осталось только скрепить договоры и заключить брак.

- Спорных вопросов не осталось, - согласился князь. – Просто хотелось познакомиться поближе с будущим родственником. – Лорен поморщился, но промолчал. – И узнать больше о своей будущей жене.

- Что именно вас интересует? – насторожился правитель. -  Мы дочь не баловали, вернее, баловали, но в меру. Она не доставит вам хлопот.

- Чему обучалась принцесса? Что она любит? Есть ли, что-нибудь, что  мне необходимо знать о ее здоровье, привычках, характере?

- Но ведь все сведения были уже предоставлены вашему советнику! – изумился Лорен. – Конечно, я повторю, раз вы просите: принцесса получила воспитание, приличествующее дочери правителя, она полностью здорова, плохих привычек и плохого характера не имеет. Послушна, покладиста и скромна.

- Вы настоящий дипломат! – восхитился князь. – Не каждый умеет, и ответить на вопросы, и ни слова информации не передать. Когда я смогу увидеться с невестой? К слову, почему вы не зовете дочь по имени?

- Вы увидите принцессу на обеде, он состоится с минуты на минуту, - ответил Лоран тир Гранд, недовольно сопя. – В Саритании есть поверье, что не следует часто произносить имя ребенка, чтобы не навлечь на него несчастья.

- Поэтому в брачном договоре, копию которого вы мне предоставили, вместо имени невесты указывается только «дочь Лорана и Санаи тир Гранд»?

- Разумеется.

- Но как же нам заключать брак, не называя имен? Ведь жрец обязан будет спросить невесту и потом – оглашение?

- Ничего сложного, все так делают, Триединый еще ни разу не перепутал, - фыркнул Лоран. – Браком сочетаются дочь Лорана и Санаи и сын Ратмира и Гивернеи.

- Я бы хотел, чтобы до того, как мы обменяемся брачными клятвами, невесту осмотрел мои целитель и маг.

- Это еще зачем? – удивился правитель. – Говорю же, девочка полностью здорова и невинна.

- Я верю, - покладисто согласился князь и тут же чуть усилил нажим. – Но пока мой целитель этого не засвидетельствует, ни о каких клятвах и речи нет.

- Хорошо, - сдался Лоран. – У ваших людей будет такая возможность, но только в присутствии матери девочки и ее личного целителя. Поймите, мы не можем рисковать наследницей и оставлять ее наедине с пока еще  чужими для нее людьми.

- Справедливо, - согласился Рагнар. – Тогда сразу после официального представления и обеда?

- Я узнаю у правительницы, - уклончиво ответил Лоран. – Понимаете же – у женщин свои причуды, вовремя не напудренный нос может испортить настроение, а сломанный ноготь или наряд, который не нравится,  вообще могут вызвать истерику.  Поэтому я передам вашу просьбу жене,  и она подготовит дочь.

- Хорошо.

- Как вас разместили, вы всем довольны? Мои люди получили указание выполнять любые пожелания.

- Благодарю, мы всем довольны. Единственное – объясните вашим людям, что им не следует пытаться проникать на этот этаж. Слуг у нас и своих достаточно, они прекрасно справляются, - князь говорил серьезно, но глаза смеялись. – Всех, кого на этот момент мои люди  выловили, уже отпустили, но если поползновения продолжаться, мои воины могут не сдержаться.

- Я понял, - кивнул Лоран.

       Принцесса в жизни оказалась такая же, как на своих изображениях. Рагнар с интересом разглядывал девушку – их посадили рядом.

- Позвольте, я за вами поухаживаю, - предложил мужчина. – Положить вам вот то кушанье? Или, может быть, вы хотите какое-то другое?

- Благодарю, - принцесса стрельнула глазами. – Положите мне крылышко каплуна и немного овощей.

Князь наполнил тарелку и поставил ее перед невестой:

- У вас красивые глаза, принцесса.

Лиана зарделась от удовольствия.  Нет, комплименты ей постоянно говорят, но то свои, а тут чужой и почти незнакомый мужчина! Целый князь!

Лиана не столько ела, сколько глаз с гостя не сводила – красив, ах, как красив!

Высокий, широкоплечий, темноволосый. Мужественное лицо, внимательные темные глаза, высокие скулы, волевой подбородок с небольшой ямочкой.  Бороду и усы князь не носит, но и без лишней растительности выглядит мужественно. А руки? Какие у него руки!!! Лиана глаз оторвать от них не могла, когда гость передавал ей тарелку: мощные, жилистые, с неожиданно длинными пальцами. Сильные, скульптурной лепки, необыкновенно притягательные!

Перед парадным обедом, матушка рассказала, что князь интересуется ею, как  возможной невестой. Лиане надо  постараться показать себя с лучшей стороны. А что является украшением девушки? Правильно – скромность и молчаливость. Вот Лиана и сидела, пуская слюни на красавца и изо всех сил, демонстрируя, какая она воспитанная.

За такого мужчину она с радостью пойдет замуж, только бы он не передумал!

К сожалению, хоть они и рядом сидели, напротив нее расположилась матушка, справа от Лианы – магистр Кроу,  оба пристально следили, чтобы наследница не допустила оплошности.  Лиане хотелось поговорить с князем,  но матушка прожигала ее взглядом, а слова регулярно застревали, явно не без помощи Кроу. Интересно, что такого лишнего она могла бы рассказать, что ее так опекали?

Наконец, обед подошел к концу, князь учтиво предложил девушке руку и отвел ее к отцу, а затем мужчины откланялись и переместились в другую гостиную.

Лиана топнула ногой – ну, вот, как всегда! Не успел ей кто-то по-настоящему понравиться, как отец тут же увел его.

- Ах, мама, какой князь красавец! – наследница мечтательно закатила глаза. – Он на самом деле будет просить моей руки? Вы же не откажете ему?

- Он – враг Саритании, - зло ответила Саная. – Ты должна была показать ему себя в лучшем виде, но не влюбляться!

- Вот увидишь, - парировала дочь. – Князь сам в меня влюбится, и я буду им вертеть, как хочу!

Правительница вздохнула и знаком велела всем выйти, оставить их с дочерью наедине.

- Не хотела, но придется поговорить, - начала она. – Сядь, Лиана и слушай. Все очень непросто. Князь – враг Саритании, нам не справиться с ним. Еще немного и он завоевал бы нашу страну.  Мы были вынуждены согласиться на брачный союз, чтобы не потерять положение и государство.

- Но если он в меня влюбится, то больше не будет врагом, уж я-то постараюсь! Вы дадите согласие на брак?

- Уже дали.

Лиана вскочила и захлопала в ладоши:

- Я выйду за князя!

- Сядь, - одернула ее мать. – Не выйдешь. У тебя есть сестра, она родилась на пятнадцать минут позже.

- Близнец, - девушка в ужасе  закрыла рот ладошкой. – Вы скрыли рождение близнеца? Где она? Разве ее не забрали жрецы? Какой позор – у меня есть сестра-близнец! Теперь меня никто замуж не возьмет…

- Сядь и не ной! – одернула мать. – Про близнеца никто не знает и не узнает. Тебе рассказываю, чтобы ты планов не строила. Рагнар женится на Алане, думая, что она наследница. Магические клятвы ему не обойти, поэтому империя для нас больше не будет представлять опасности. А тебе мы потом самого лучшего жениха найдем, жить в Саритании будете,  и дети ваши трон наследуют. Поняла?

- Поняла. Но откуда взялась Алана, как вы объясните, если она не близнец?

- Скажу – родила через год после тебя. А прятали – болезненная росла.  Нам главное, что бы князь брачные клятвы дал и брак консумировал, потом уже все будет неважно.

- А мне князь так понравился, - протянула девушка. – Почему мне нельзя за него выйти? Уж я бы его приручила!

- Дурочка, - ласково возразила Саная. – Ты не знаешь мужчин. Не ты его приручила бы, а он тебя и погибли бы и Саритании и ты. У князя уже две жены были, обе умерли, я не желаю тебе такой участи. Принеси мне клятву, что не расскажешь никому, что сейчас узнала.

Лиана вздохнула и произнесла магическую формулу, поморщилась от легкого укола магической печати.

-  Значит, этот красавец достанется нашему позору? Несправедливо!

- Вряд ли князь будет ее баловать, когда узнает, что вытянул пустышку, - довольно рассмеялась Саная. – Несправедливо было бы отдать ему тебя, нашу надежду и радость! Красавцев много, а ту у нас – единственная!

- А она… близнец… На кого похожа?

- На тебя. Лицо, фигура – все один-в-один, - вздохнула правительница. – Насмешка судьбы.  Я хотела выводить Алану на приемы, но теперь думаю, ты сделаешь это лучше. Постарайся поменьше говорить с князем, нам не надо, чтобы он раньше времени догадался, что девушек две, понимаешь? Лишнюю ничему не учили, она ни повернуться, ни сесть не умеет, что уж говорить про танцы, изящную беседу или манеры? Поэтому в течение трех дней, до обряда, князь будет видеть тебя, а перед обрядом ты спрячешься,  и клятвы он даст вместе с Аланой. Еще – не называй ему свое имя. Мы придумали, что звать ребенка по имени плохая примета, поэтому в брачном договоре и везде никакие имена  не произносятся. Поняла?

- Да, поняла. Ладно, если у меня всего три дня, я постараюсь развлечься.

- Лиана, помни, что от твоего благоразумия зависит не только судьба Саритании, но и твоя собственная.

- Да помню я, помню! – отмахнулась девушка. – А ты мне покажешь моего близнеца?

- Зачем?

- Интересно, - пожала плечами Лиана. – Мне же ее изображать, сама говорила, что князь до консумации ничего не должен заподозрить. А она, наверное, и говорит не так, и ходит иначе, чем я.

- Хорошо, - решила правительница. – Вечером, за тобой придет Риная.

Продолжение следует

Светлана проскучала до вечера, не решаясь снять с себя пышное платье. Впрочем, она бы одна все равно не смогла бы освободиться, разве что разорвать лиф. Корсет немилосердно жал, девушке казалось, что если она вздохнет чуть-чуть сильнее - испортится или наряд или ее ребра.

Наконец, явилась Риная.

- Помоги снять платье! – кинулась к ней Светлана. – Все болит, сесть нормально не получается, стоять тоже не могу - ноги гудят, а прилечь в этих юбках совсем невозможно.

Горничная, не говоря ни слова, зашла девушке за спину и принялась распускать завязки.

Когда корсет ослаб, Света едва не застонала от блаженства. Торопливо стянув лиф платья, она принялась гладить и почесывать особенно пострадавшие от корсета места.

- Это не предмет гардероба, - бормотала она себе под нос. – Это пыточное приспособление.

- Что вы говорите, мисса? – переспросила горничная. – Я не разберу.

- Ничего, это я просто так, - опомнилась девушка, вспомнив наставления магистра. – Когда меня покажут жениху? Или его – мне?

- Увидишь на церемонии бракосочетания, - буркнула Риная, собирая с пола сброшенную девушкой одежду. – Вы долго собираетесь стоять в одной сорочке?

- Я так устала в этом наряде, что сейчас мне даже думать о платьях  не хочется, - ответила Света.

- Придется одеться и побыстрее, - настаивала Риная. – Скоро придет правительница и ваша сестра.

- Что? – подскочила девушка. – Моя сестра? Но почему мегер… матушка решила показать ей меня? Она рассказала Лиане о сестре? Вы же говорили, что наследница была не посвящена в тайну близнеца?

- Затараторила, будто сорока. Не мне и не вам судить, зачем и почему что-то делает Саная тир Гранд! Наше дело повиноваться и не задавать вопросов! Быстро надевайте вот это платье и давайте, я вас причешу. Ведь была же прическа, зачем вы ее раздергали?

- Ты сильно стянула волосы, - ответила Светлана. – У меня голова заболела так, что  даже моргать больно было. Еще и корсет, я думала, что не выдержу.

- Неженка какая. Благородные девушки носят корсеты и тугие прически весь день и порхают, как птички, а вы каких-то пять часов выдержать не смогли.

Стараясь не слушать ворчание Ринаи, Светлана облачилась в свое обычное платье, от души порадовавшись, что оно хоть и простое, зато нигде не жмет и не стягивает.

- Я проголодалась, - обратилась она к горничной. – Я поужинаю вместе с матушкой и сестрой или ты принесешь мне еду после их визита?

- Выдумала – ужинать вместе с высокородными! – возмутилась Риная. – После поешь. Еще не хватало, за один стол сажать такую.

Неожиданно, эти слова отозвались болью, и Светлана позволила себе возмутиться.

- Это какую – «такую»? Я точно также рождена в браке, мои родители те же самые, что и у Лианы, чем это я не высокородная? Вторая родилась? Так это дело случая, а некоторые ученые вообще считают, что вторым рождается тот ребенок, которым первым зачат!

Риная оторопело вытаращилась на девушку и пробормотала:

- Опять несет не пойми что. Видимо, лечения магистра ненадолго хватило.

Света опомнилась и постаралась принять глуповатый вид, коря себя за несдержанность:

- Есть хочу! Принеси мне поесть!

- Сказала же, принесу после визита правительницы. Иди, сядь на стул и молчи! – приказала Риная, внимательно наблюдая за реакцией подопечной.

Светлане ничего другого не оставалось, как покорно выполнить требование.

Хоть она и ждала появления матери и сестры, все равно дверь открылась неожиданно, и в комнатенку вошла Саная в сопровождении девушки. Девушка – копия самой Светланы, какую она видела в зеркале – удивленно озиралась, скользя по Светлане взглядом.

- Куда ты меня привела? – недовольно спросила она у Санаи. – Как здесь можно жить? И где это ничтожество?

 Света сжала руки, еле удерживаясь, чтобы популярно не объяснить девице, кто здесь ничтожество.

- Сейчас ты ее увидишь, - ответила Саная и велела Светлане. – Подойди.

Девушка покорно выполнила приказ.

Правительница взяла ее за руку, провела над браслетом, и Лиана ойкнула, увидев, как ниоткуда материализовалась ее копия.

- Матушка! – выдохнула Лиана, обходя вокруг Светы. – Она похожа,  не спорю, но она же такая неухоженная! Ты только посмотри на ее руки! Они выглядят, будто она ими работает! Потом, она худее меня, у нее вид, будто она никогда не выходит на воздух. И взгляд побитой собаки. Нет, князь ни за что не перепутает ее со мной, он сразу поймет, что ему подсунули другую! А я никогда не смогу изобразить такое убожество.

- Ты преувеличиваешь, - ответила мать. – На ней будут другие одежды, на церемонии все волнуются, князю будет не до разглядываний. А в брачную ночь тем более.

- Да ни один мужчина не взглянет на это, после того, как увидит меня!

- Не спорь. Спутает или не спутает, это тебя не касается.

- Как это – не касается? – взвилась Лиана. – Он же будет думать, что это я! Вот это недоразумение – я?!

- Да какие проблемы, - не выдержала Светлана. – Раз ей так хочется, пусть идет замуж за князя, я не возражаю.

- Замолчи! – Саная.

- Заткнись! – Лиана.

- Какое единодушие, - пробормотала Света. – Может быть, вы уже нагляделись? А то я сегодня без обеда, а уже вечер.

- Кстати, - спохватилась правительница. – Надо посмотреть, умеешь ли ты вообще себя за столом вести. Риная, принеси ее ужин.

Лиана продолжала жечь взглядом, презрительно кривилась каждый раз, как  ее глаза встречались с глазами Светланы.

Улучив момент, когда правительница на минутку заглянула  в купальню, наследница приблизилась к Свете и тихо прошипела:

- Ты ничтожество! Мы еще посмотрим, кого он пожелает видеть своей женой!

Светлана обмерла от страха – что задумала эта придурочная?

-  Не боишься прославиться на весь мир? – также, шепотом, ответила она сестре.

- В каком смысле? – насторожилась Лиана.

- В прямом: многие придут в восторг, узнав, что у правителей родились близнецы.

- Ты не посмеешь! – если бы взгляд мог поджечь или уровень силы у Лианы был больше, то Светлана уже пылала бы факелом.

- Хочешь проверить? – хмыкнула попаданка. – Мне, в отличие от тебя, терять нечего.  Князь мне ни даром, ни с приплатой не нужен, меня же ему, как кость собаке кидают – чтоб не гавкала. Забирай – не жалко!  Дай мне свободу, возможность уехать из страны и делай, что хочешь.

Еле слышно стукнула дверь, и девушки отшатнулись друг от друга.

- О чем это вы разговаривали? – с подозрением спросила Саная. – Лиана?

- Сказала ей, какая она замарашка, на деревенщину похожа, - вздернула нос сестра.

- Алана?

- Я есть хочу, - прикинулась чайником Светлана.

К счастью, вернулась Риная, и правительница вынужденно отвлеклась.

- Ставь все на стол, - обратилась она к горничной и тут же переключилась на лишнюю дочь. – А ты садись и ешь.

- Что есть? – на всякий случай уточнила Света.

- Ты же есть хотела? Вот, садись и ешь! Как ты привыкла.

Светлана улыбнулась про себя,  взяла ложку и начала есть суп, звучно втягивая в себя каждую порцию.

Матушка поморщилась:

- Алана, зачем ты швыркаешь? Ты же девушка!

- Вкусно! – ответила Света, с удовольствием облизала ложку и посмотрела на родительницу.

Риная неодобрительно поджала губы:

- Мисса, ведите себя прилично, не расстраивайте матушку!

- Правительницу? – уточнила попаданка, не удержавшись от шпильки.

-  Ешь и ложись спать! – надавила Риная, и Света почувствовала, как нагрелся браслет.

Ясно, опять подчиняет, что ж, надо подыграть – девушка  переключилась на еду, как бы забыв о зрителях.

- Это что, подчинение? – вполголоса поинтересовалась сестричка.

- Да, приходится применять, - ответила Саная. – Ты же видишь, она не только магически ущербная, но и на голову не совсем здорова.

- И князь это не заметит? Матушка, мне кажется, нельзя отдавать ее за него, он же увидит и подчинение и что она на голову скорбная. Что тогда будет с Саританией?

- Все продумано, не переживай, - успокоила правительница, наблюдая, как Алана, не реагируя на разговор, споро орудует ложкой. – Пойдем, думаю, ты уже насмотрелась. Князь требует, чтобы  невесту осмотрели его целитель и маг, хотел сегодня, но мы перенесли осмотр на завтрашнее утро. И идти придется тебе.

- Мне?

- Да, в этой же не только манер нет, но и дара. Маг это сразу обнаружит. Не бойся, все пройдет в присутствии меня и магистра Кроу, наедине с чужаками я тебя не оставлю. Риная, уберешь посуду и запри дверь.

- Менять настройки вы не станете? – вежливо поинтересовалась горничная. – Вы же сняли блок невидимости.

-  Да я только для Лианы сняла, для остальных она по-прежнему пустое место.

- Кто знает? Вдруг случайно и для других тоже снялось? – осторожно заметила Риная.

- Триединый, когда же это закончится? Принесешь ей сока, - выделила голосом Саная. – Через полчаса.  Потом зайду и все верну на место.

- Хорошо, мистрис, все сделаю! – поклонилась женщина.

Светлана изображала глухую, торопясь доесть ужин, но сама внимательно прислушивалась к разговорам, просчитывая, чем это может ей грозить.

Так, сок пить не следует, это ясно, и ночью матушка опять придет настраивать браслет. Странно, что блок она сняла быстро и наяву, а ставит, когда подопытная спит.

Света покопалась в памяти и нашла ответ: оказывается, ставить блоки и перенастраивать такие браслеты – очень тяжелое по магическим затратам действие. Выполнить их проще, если объект спит и невольно или специально не может помешать, отвлечь, сбить настройку, в противном случае, маг рискует потерять слишком много сил.

Надо же, какие сложности! Но нам же выгодно, если правительница будет почти без магии? Для мамочки ничего не жалко, изобразим сон в лучшем виде, пусть выкладывается по полной.

Задумавшись, Света не заметила, как все съела.   Риная собрала посуду и покинула камору, забыв запереть дверь.

Бежать? Глупо. Нет, бежать она не будет, а вот немного прогуляться по дворцу ей не помешает.

Горничная относить посуду и наливать усыпляющий сок будет в течение получаса, у нее есть время заглянуть на второй этаж, хоть одним глазком глянуть на жениха. Спасибо магистру, который ей  схему дворца загрузил, теперь она знает все входы-выходы, короткие и длинные дороги и даже схему потайных ходов. Туда она не полезет, что там без света ей делать? О, каламбур получился - «Света без света».

Девушка проворно подошла к двери, приоткрыла ее и вышла наружу.

Камора лишней дочери была отделена от большого коридора как бы тамбуром или небольшим коридорчиком и, соответственно, двумя дверями.  Светлана быстро дошла до второй двери,  и тут дело застопорилось – этот замок  Риная закрыть не забыла.

Надо же, как не повезло! Девушка  прикусила ноготь, размышляя, что делать – вернуться в комнату или попробовать открыть внешнюю дверь?

Легко сказать – «попробовать открыть», а как, там же магический замок! В замках Света была не очень сильна, но попытка – не пытка.  Она  представила, как язычок замка выходит из паза,   дверь открывается,  и потянула за ручку – чудо! – створка тихо приоткрылась.

Это что же получается – она в любое время может отпереть замки и уйти?

Окрыленная новым открытием, девушка торопливо зашагала по коридору, сверяясь со схемой в своей голове.

Так, сейчас ей надо направо, вниз по лестнице на два этажа и вот он – второй.

Попавшаяся навстречу служанка чуть не заставила Светлану сбежать назад, но женщина прошла мимо, не показав, что вообще ее увидела, и девушка облегченно выдохнула – «невидимость» держалась!

Возле дверей на второй этаж стояли два воина, и на этом ее путешествие закончилось.  Нет, Свету они не увидели, но наверняка заметили бы, если бы дверь открылась, поэтому нечего было и думать проникнуть на этаж.

Жаль, видимо, сейчас ей не удастся попасть в эту часть дворца и увидеть князя, но она же теперь знает, как открывать замки! Значит, надо немедленно вернуться, чтобы горничная-надзирательница ничего не заподозрила. Потом изобразить, что выпила сок и заснула, переждать, пока матушка перенастроит браслет и уйдет, а потом можно и еще раз попытать удачу.

Не теряя времени, Светлана проделала обратный путь, порадовалась, что запереть замки не сложнее, чем  открыть, и села на стул, будто никуда не выходила.

Риная появилась минут через десять.

- Вот, свежий сок, - поставила она кувшин. – Если хотите пить, сами наливайте.

И замерла, выжидая.

- Пока я попью соку, набери мне ванну, - решила Света, как отослать соглядатая.

Горничная отправилась в купальню, а девушка налила одну чашку и заозиралась, куда бы ее вылить? На полу будет лужа, в кровать, но как спать? Жаль, она выкинула тот страшный коврик, можно бы на него, все равно он такой грязный, что было бы незаметно.  Ничего подходящего в поле зрения не попадало, и девушка, отчаявшись, просто выплеснула жидкость под кровать. Авось, со стороны не будет видно, что там мокро, а проверять Риная вряд ли полезет.

Тут же налила вторую чашку и вместе с ней прошла в купальню, поставила  посуду на угол ванны и обратилась к горничной:

- Спасибо, дальше я сама. Немного понежусь в теплой воде, попью соку и лягу спать.

- Не пейте, пока вы в ванне, - забеспокоилась Риная. – Или давайте я тут посижу, потом помогу выйти и вытереться?

- Вот еще, сама справлюсь. Иди, отдыхай, - ответила Света. – Почему нельзя пить в воде-то?

- А… а этот сок… он безвредный, но если его пить, находясь в воде, он вызывает мгновенный сон, - нашлась горничная. – Еще утонете. Лучше искупались, сорочку надели и в кровать. А там и пейте, если хочется.

- Хорошо, я так и сделаю, - девушка отнесла чашку в комнату, демонстративно поставила ее возле ложа и вернулась в купальню. – Иди, ты мне больше не нужна на сегодня.

Риная немного удивленно посмотрела на подопечную и вышла, пробормотав: «Что-то этот магистр  налечил? То, как деревенщина себя ведет, то, как высокородная мисса».

Вторая порция усыпляющего напитка отправилась в слив под рукомойником, потом Света наскоро ополоснулась и улеглась в кровать. Эх, матрасик тощенький, подушка комками – родная дочь правителей спит, как нищенка. Неужели, им жалко нормальной постели, уж, поди, перин-то и подушек должно хватать?

На самом деле, очень странное попаданство у нее выходит. Вроде, царская дочь, или как там должность родителей Аланы называется? – а живет в таких условиях, будто  последняя служанка. Не любят, это полбеды, хотя, конечно, отношение матери к собственному ребенку удручает, но вот ею пожертвовать собираются, а это уже ни в какие ворота. Ну, ничего, планы матушки мы подправим! Жертвоваться Светлана не собирается, хотелось бы наоборот – жить долго и счастливо.

За размышлениями время летело быстро, и скоро раздался тихий щелчок – вошли Риная и правительница.

Света закрыла глаза и постаралась дышать ровно и глубоко.

-Нет, это невозможно, - продолжала разговор матушка. – Князь, конечно, привлекательный мужчина, но Лиана вполне здравомыслящая девушка. Я ей все объяснила.

- Прошу прощения, мистрис, но было бы лучше ограничить возможность наследницы видеться с князем. У молоденьких девушек чувства иногда затмевают разум, как бы ни случилось беды! Что, если наследница влюбится в империанина?

- Как влюбится, так и разлюбится, - матушка подошла к кровати Светы, взяла ее за руку и принялась манипулировать с браслетом.

На саму ненужную дочь ни она, ни Риная внимания не обращали, уверенные, что та крепко спит.

Светлана прислушалась к ощущениям своего организма – да, от браслета пошло тепло. Очень кстати, а то в комнате отнюдь не Ташкент, и девушка потянула тепло на себя, представив, как оно легким одеялом окутывает ее тело, укрывает и согревает.

- Что за? – пробормотала Саная.

- Мистрис? – вопросительно отреагировала горничная.

- Не пойму, - ответила правительница. – Такое чувство, будто моя сила утекает, как вода в дырку.

- Вы настроили браслет? – заволновалась Риная. – Отпустите руку девчонки!

С трудом разжав пальцы, матушка качнулась и, чтобы не упасть, ухватилась за стену:

- Наверное, я переутомилась, - решила женщина. – Столько дел и хлопот, не успеваешь ни поесть нормально, ни поспать. Лоран самоустранился, мол, делай, что хочешь, только его не беспокой и про лишнюю даже не напоминай!

- Мужчины такие, - покивала горничная, придерживая хозяйку под руку. –  Любят жар другими руками загребать.

- И не говори! Ведь в первую очередь для него стараюсь! Если бы в свое время я не настояла спрятать близнеца и не позволила ей вырасти, что бы мы сейчас делали? Потеряли бы страну, если не прямо сейчас, так, когда родится ребенок.

- Мистрис, когда зелье принесут? Время уходит, перед брачной ночью мы можем не успеть подлить, - вступила горничная. – Если целитель мадраскарцев будет осматривать Лиану, то к чему тянуть? Надо скорее напоить им   Алану, чтобы больше не беспокоиться о ее возможной беременности.

- Да, это ты правильно говоришь, - согласилась Саная. – Завтра передам бутылочку.

- Зелье хорошее? Оно точно подействует?

- Ну, разумеется! Лучшая ведьма готовила – все, как просили: зелье бесплодия, усиленное магией,  – правительница вытерла пот со лба. – Что же у меня слабость такая?

- Посидите еще, - всполошилась Риная. – Даже в таком свете видно, какая вы бледная! Может быть, сбегать за магистром?

- Нет, не нужно, - матушка прикрыла глаза. – Сейчас пройдет. Наверное, я слишком много сил влила в браслет. Мне бы сейчас выпить или съесть что-нибудь сладкое.

- Посидите, я мигом сбегаю и принесу отвар и пирожное, -  горничная вынеслась из комнаты.

Светлана продолжала мерно дышать, изображая глубоко спящего человека. Саная наоборот, дышала часто и рвано, как после длительной пробежки.

Неужели, это она так ее обессилила? – Светлана чуть-чуть приоткрыла веки, но чтобы увидеть правительницу, ей надо повернуть голову, а шевелиться девушка не хотела.

Наконец, вернулась горничная, и матушка принялась заедать слабость.

- Как вы, мистрис? – обеспокоенно спросила Риная. – Лучше? Или, все-таки, позвать магистра?

- Лучше, - родительница допила отвар и поставила чашку на стол. – Куда думаешь подлить зелье?

- Да в сок, она его чашками пьет. Много надо будет зелья?

- Три капли, чтобы не понести в течение месяца, ложку, чтобы не понести в течение года и всю бутылочку, чтобы стать бесплодной навсегда, - ответила Саная. – Выльешь всю бутылочку, ведьма уверяла, что оно безвкусное.

- Но ведь она не весь кувшин сразу выпьет! – возразила горничная. – Чашку-две и, значит, получит бесплодность не навсегда.

- Да, это проблема, - согласилась матушка. – Тогда не давай ей завтра пить – ни отвар, ни воды. Завтрак вели пересолить, обед тоже. И когда она потребует воды, влей в чашку всю бутылочку.

- Придется завтра зелье все время под рукой держать, - пробормотала Риная. – Чтобы не бегать за ним и сразу влить, как выпадет случай.

- Ты права. Пошли, мне уже лучше, - правительница встала и направилась к двери. – Иди за мной, я отдам зелье прямо сейчас. С собой не носи, оно с магией, любой может его почувствовать. Спрячь где-нибудь здесь, пока эта спит.

  Света дождалась, когда дверь закрылась и шаги стихли, и соскочила с кровати.

Вот же… ехидна! Решила ее бесплодием наградить!? А вот фигушки тебе!

От злости у девушки едва искры из глаз не сыпались.

Так-так, значит, Риная скоро вернется с бутылочкой. Всего-то и надо будет подсмотреть, куда она ее поставит, здесь и прятать-то негде, по большому счету! – а потом вылить в слив зелье, прополоскать флакон и заполнить его чистой водой! Отличный план!

Довольная собой, девушка заулыбалась и осеклась – нет, выливать такое ценное зелье не надо. Вдруг, оно ей самой пригодится? Как там матушка-змеюшка говорила? – три капли – в течение месяца не забеременеешь.  Ей же надо будет мужа в себя влюбить, а если он оплодотворит и сразу с глаз уберет, отошлет подальше – вынашивать? Нет-нет, скорая беременность ей ни к чему!

Светлана сделала свет ярче и принялась внимательно осматривать свои «хоромы». Ей нужна другая бутылочка, пузырек, флакончик с плотной крышечкой!

В комнате ничего подходящего не нашлось. Все правильно, тратить на лишнюю духи или что-то подобное, что разливают по флакончикам, никто и не думал. В купальне мыло и смесь для мытья волос находились в широких плошках. Тоже не то. Вот же, такой план и летит в тартарары из-за отсутствия тары!  О, опять каламбур, раньше за собой склонность к остротам она не замечала, видимо. Значит, придется выйти из комнаты и поискать бутылочку где-нибудь во дворце.

Приняв это решение, Светлана успокоилась и вернулась в кровать.

Риная вернулась, пошуршала в купальне и вышла, даже не подойдя к кровати подопечной.

Ну-с, посмотрим, где надзирательница спрятала бутылочку?

В купальне зелье не обнаружилось. Что за?? Горничная зашла туда прямиком, а вышла сразу за дверь, вон из каморы. Зелье должно быть здесь!

Светлана еще раз осмотрела скудно обставленную комнату – ни-че-го!

А если попробовать представить и поискать магически? Надо представить, что ищешь – бутылочку? Нет, она же не знает, как та выглядит! Значит, будем представлять зелье. Да, зелье, три капли которого и так далее. Как оно выглядит, Света тоже не знает, зато она знает его свойства, про них и будет думать.

Девушка сосредоточилась, прокрутила в голове все, что говорила о снадобье  правительница, и ее ощутимо повело вправо.

Чтобы не упасть, Света  открыла глаза, и тут же ее взгляд уткнулся в бутылочку, скромно притулившуюся за плошкой с мылом.

«Риная накрыла ее магическим пологом», - догадалась девушка.

Что ж, разумно, ведь  Риная уверена, что подопечная бездарна, а  без магии под пологом даже на ощупь ничего не найти.

Итак, бутылка у нее, теперь надо поискать, во что перелить зелье, а для этого одеться и выйти во дворец.

С «одеться» Светлана разобралась быстро – выбор-то у нее невелик: серый, коричневый или темно-зеленый балахон. Надела коричневое платье, поскольку оно было из более плотной ткани, а в коридорах дворца, как девушка уже успела убедиться, довольно прохладно. Замки легко отозвались, и партизанка Света отправилась на поиски посуды.

Дворец уже спал, только иногда по коридору или лестнице торопливо пробегал кто-нибудь из слуг, спеша по поручению или незавершенным делам. Как оказалось,  магические светильники, загорались ярче, стоило ей пройти мимо.  Значит, они если «не видели» девушку, то ощущали ее  ауру или энергетику и срабатывали при приближении, освещая путь. Это было удобно, но опасно. Ведь  мог обнаружиться свидетель странного поведения светляков и заинтересоваться, с чего это свет разгорается, а потом гаснет, будто по коридору кто-то идет, хотя никого не видно.   Пришлось понадеяться, что  обойдется.

Светлана шла и осматривалась: как-то до этого не до экскурсии было, а тут выдалась возможность – почему бы не посмотреть?

Стены дворца из отполированного камня теплого желтоватого цвета увешаны гобеленами, арочные окна без подоконников и занавесей. На полу коридоров ковровые дорожки, в промежутках между которыми виден деревянный пол, покрытый каким-то лаком. Такое темно-желтое блестящее дерево. В деревянных же ёмкостях, напоминающих небольшие бочонки или кадушки,  тут и там расставлены деревца и кустики. Некоторые цветут, наполняя воздух тонким ароматом.  Между кадушками с растительностью кое-где  стоят оттоманки – можно присесть, если устал бегать.

Под впечатлением от прочитанных книг, Светлана представляла себе дворец, как нечто пышное и блестящее, утопающее в позолоте и лепнине. В реале же дворец правителей Саритании оказался довольно строгим и лаконичным. Впрочем, пока она видела только коридоры и лестницы, может быть, на этажах, предназначенных для семьи правителя и там, где селят гостей  или в официальных помещениях, где проходят торжества все иначе?

Но экскурсия экскурсией, а она здесь не для осмотра достопримечательностей. Надо искать сосуд!  Где наверняка можно найти подходящую бутылочку? Правильно, в спальне и купальне у женщины.  К матери идти опасно, она-то ее точно увидит. Риная тоже отпадает. Попробовать заглянуть в комнаты служанок или горничных? Но у них если и есть бутылочки с духами, то наверняка наперечет, пропажу сразу заметят.  Тогда идем к сестре.

Как же хорошо, что магистр вложил в ее голову знания о дворце и его обитателях!  И понятно, почему здесь нет охраны -  охранниками служила магия дверей. Светлана подходила к очередному препятствию, представляла, как замок открывается,  и толкала дверь, ощутив при прикосновении легкий укол, не оставляющий следа. Видимо, так охранная магия проверяла доступ посетителя.  Наверное, ее принимали за Лиану – мысленно хихикнула девушка, проникая в покои наследницы.

Сестра еще не спала – из дальней комнаты, вероятно, спальни, доносились голоса.  В купальню теперь незамеченной не попасть, такая досада, ведь выход в нее, как правило, идет из спальни!

Света огляделась и принялась за обход помещений. Так, это комната личной служанки, видимо, это она сейчас беседует с Лианой. Следующая комната – гостиная. Флакончиков не видать. Дальше – гардеробная. О, счастье! - из нее ведут две двери – одна, вероятно, в спальню, другая – в купальню.  Аллилуйя! Света постояла возле каждой, определилась, какая куда ведет и осторожно толкнула ту, что в дальнем углу.

Купальня, а вот и батарея флакончиков! Те, которые пусты наполовину и больше, трогать не буду, скорее всего, ими сестра часто пользуется и пропажу немедленно обнаружит. Не то, чтобы  Светлана опасалась, что ее разоблачат, но лишний раз повод лучше не давать.  Выбор упал на бутылочку, стоявшую дальше всех, у стенки, наполненную какой-то зеленоватой жидкостью.  Судя по тонкому слою пыли на крышке и следу, оставленному на столе, после того, как девушка подняла сосуд, этой бутылочкой сестра или вообще не пользовалась, или брала ее крайне редко.  Затерев следы,   и чуть сдвинув другие флакончики так, чтобы не было пустого места, Светлана  засунула краденое в лиф и поспешила вернуться к себе.

По ее ощущениям, поход занял  около часа, и время приближалось к полуночи.  Вылив содержимое флакончика в слив умывальника, Света тщательно  прополоскала бутылочку, перевернула и подождала, когда  стекут последние капли, а потом аккуратно перелила зелье.  В освободившуюся тару, также тщательно прополоскав, она налила обычной воды и поставила ее на то же место, надеясь, что не сдернула полог, пока проделывала все процедуры. И, не найдя ничего лучше, задвинула флакончик с зельем глубоко под кровать, ближе к стене. Поскольку, полы здесь никто, кроме самой затворницы не моет, есть надежда, что бутылочка никому на глаза не попадется. Больше ее спрятать здесь было просто некуда.

Все, можно ложиться спать!

Завтра ее будут кормить соленым, и поить «зельем» - Светлана улыбнулась – не на ту напали, родственнички! Мы еще повоюем, в любом случае, по-вашему, точно не будет!

***

- Ну, и как  тебе невеста? – поинтересовался Рагнар у Никодия.

- Девка, как девка, - пожал плечами советник. – Дар слабый, глупая, разбалованная, но это не суть важно. Главное – здоровая.

- Правильно,  ночью ни ума, ни лица не видать. Хорошо бы, с первого раза забеременела и можно больше и не видеть ее.

- Не понравилась?

- Что там может понравиться? – выгнул бровь князь. – Симпатичная, но и только. Ни поговорить, ни разговор поддержать. Нет, болтать-то она долго может, вот только ни о чем.  Я не юнец, на все подряд юбки кидаться.

- А девка-то запала, так глазами и ест, - ухмыльнулся Никодий.

- Тем мне  проще  при консуммации будет, она готова хоть сейчас в кровать прыгнуть, - передернул плечами князь. –  При каждой встрече глаз не сводит,  старается прикоснуться хоть краем юбки, не беспокойся, брачная ночь пройдет плодотворно. Ты зелье-то, что правительница заказывала у ведьмы, подменил?

- Накладка вышла, правительница его на час раньше успела забрать, - огорченно проговорил советник. – Но не расстраивайтесь, та же ведьма с радостью сварила нейтрализатор. Единственно, пить его надо не позже, чем в течение суток, после того, как выпито зелье для бесплодия.

- Как же мы узнаем, когда правительница опоит дочь? – растерянно обернулся Рагнар. – Если она уже это сделала?

- Нет, до проверки нашим целителем ничем девицу травить не станут, - убежденно ответил Никодий. – С проверкой-то затянулось, вот, завтра и потребуем ее провести, поскольку дальше некуда тянуть – церемония послезавтра.  А после проверки сразу отведем девицу в соседние покои, я там уже все приготовить велел, и до брачной церемонии она оттуда не выйдет.

- Не отдадут.

- Куда денутся? Проверка-то у нас проходить будет, всех лишних – за двери, а девку под руки, да в смежные комнаты. И нейтрализатором все равно напоим на всякий случай. Кстати, с ним она с первого раза понесет.  Если что, имейте в виду, у меня и для молодого мужа зелье есть, чтобы все прошло без задержки.

- Слава Триединому, я пока без зелий справляюсь, - Рагнар осуждающе посмотрел на советника. – Или ты и в спальне все будешь под контролем держать?

- Я же сказал «если что», - невозмутимо парировал Никодий. – Дело такое, что нельзя на самотек пускать, сами понимаете, империи нужен  ребенок, а Саритании – нет.

- Хорошо, - князь хлопнул по подлокотнику, вставая с дивана. – Тогда завтра с самого утра пусть  Сиян и Магор ждут в смежных покоях.

Никодий наклонил голову, в знак, что все понял и непременно проследит.

Глава 4

День был расписан буквально по минутам – за всем нужно проследить, все предусмотреть, вовремя отреагировать.

Чем ближе приближался день бракосочетания, тем больше Саная тир Гранд  нервничала. Казалось, все предусмотрено, но червячок сомнения не давал покоя. А что, если князь откажется в последний момент? А что, если Лиана выкинет какую-нибудь глупость? Мать видит, что дочь глаз с Рагнара не сводит, это очень и очень плохо. Девочка не понимает, что этот мужчина опасен и никогда не станет ручным. Нет, решено, Лиана пройдет осмотр целителем князя, в присутствии матери и магистра Кроу, разумеется, и после этого ее увезут из дворца в Лесной Скит. Пересидит там недельку, заодно и мозги очистятся.

Муж самоустранился, подчеркнув, что не желает знать подробностей и  чтобы  жена  не рассчитывала на его помощь. Спасибо, что не мешает.

Сама, все сама. Впрочем, как всегда!

Саная оборвала невеселые мысли и, нацепив приветливую улыбку, вошла в парадную гостиную, где ее ожидал князь.

- Правительница, - поклонился Рагнар.

- Князь, - присела в реверансе Саная.

- Благодарю, что выделили нам минутку вашего времени! – князь был сама учтивость. – Как вы помните, одним из условий брачного соглашения было то, что перед церемонией невесту осмотрят мой целитель и мой маг. Бракосочетание завтра на рассвете, оттягивать осмотр дальше некуда.

Князь замер, выжидательно глядя на женщину.

- Разумеется, я это помню, - высокомерно ответила Саная. – И не отказываюсь от своего слова – ваши люди смогут осмотреть невесту в  присутствии ее матери и магистра Кроу.

- Тогда мы ожидаем вас вместе с принцессой через час на втором этаже дворца, - отреагировал князь. – Осмотр пройдет в одной из гостиных.

- Нет, о таком мы не договаривались! – встрепенулась правительница. – Незамужняя девушка не может находиться в помещении, где живут холостые мужчины! И потом – она невеста, завтра свадьба, поэтому ей вообще нельзя покидать свои покои! Если вам угодно, осмотр можно провести в гостиной принцессы. Лекарь и маг войдут, засвидетельствуют, что увидят, и вернуться к вам с докладом.

Князь нахмурился – планы рушатся на глазах!

- Мистрис, - обратился он к Санае. – Смею заметить, что Мадраскар согласился на этот брак ради мира, в надежде избежать напрасных жертв. Вы прекрасно знаете, что одно мое слово и от Саритании не останется даже названия.

Правительница смертельно побледнела, судорожно сжав руки.

- Ваша дочь мне нужна живой и полностью здоровой, способной зачать и выносить ребенка, который станет залогом мира и процветания наших стран, а впоследствии – князем  империи Мадраскар и правителем Саритании. Уверяю вас, я не позволю никому причинить невесте вред, но имею опасения, что кому-то из саританской знати может не нравиться мирное объединение наших государств. Вы уверены, что сможете защитить вашу дочь? Уверены, что ей ничего не подольют, не подсыпят, не нашлют вредного заклинания, чтобы подорвать ее здоровье или способность к зачатию?

Правительница побледнела еще больше, хотя, казалось бы, сильнее уже некуда.

- Вы готовы рисковать своей головой? - продолжил князь. – Я могу пойти навстречу вашим обычаям и отправить своего целителя осматривать девушку в ее покоях. Но перед брачной церемонией, когда невеста будет находиться уже в храме перед жрецами и свидетелями, я потребую еще одного осмотра лекарями и магами, чтобы убедиться, что девушка не под заклятиями и зельями. Если они обнаружат любое воздействие или вмешательство, брак не будет заключен, а Саритания сразу потеряет независимость. Полагаю, вы уже оценили мою группу сопровождения? А основное войско стоит всего в трех часах пути.

- Я не понимаю, - пролепетала правительница. – Чем осмотр на вашем этаже отличается от его же, но в покоях девушки, если после него она все равно вернется к себе?

- А это уже второй вопрос, - спокойно  ответил Рагнар. – После осмотра, если он покажет, что она здорова и ничем не опоена,  невеста останется у меня в соседних покоях, под усиленной охраной доверенных людей. Я и пальцем не прикоснусь к девушке до брачной ночи, на этот счет можете не переживать – мой ребенок должен быть зачат в браке и без малейшего подозрения в безупречности его происхождения.

- Это значит? – прошептала помертвевшими губами правительница.

- Это значит, что консумация произойдет при свидетелях, - безэмоционально  поставил точку князь.

Саная пошатнулась и непременно упала бы, если бы будущий зять не подхватил ее под руки.

- Мистрис, мне вызвать целителя? – холодно поинтересовался Рагнар, усадив бледную до синевы правительницу.

- Нет, мне уже лучше, - прошелестела Саная.

- В таком случае, каков ваш ответ?

- Если я приведу дочь к вам, - правительница лихорадочно искала выход из создавшейся ситуации. – Позволите ли вы ей вернуться в свои покои буквально на пять минут, прежде чем окончательно перейти на ваш этаж?

- Зачем? – изумился князь. – Все, что ей необходимо, девушка может приготовить заранее. И после того, как ее вещи проверят мои маги, она  получит их в целости и сохранности.

- Нет, не в вещах дело, - Саная еле сдерживала подступающую панику. – У тир Гранд существует традиция, что перед переездом в дом мужа, девушка обязана воскурить благовония в фамильной усыпальнице Грандов.

- Не проблема, - спокойно отреагировал Рагнар. – После бракосочетания и консумации, ваша дочь воскурит все, что полагается.

- Нет, вы не поняли! Она должна это сделать перед переходом под покровительство супруга! Ведь если дочь остается на вашем этаже, значит, она остается под вашим покровительством!

- Тоже не проблема – пусть она воскурит благовония перед тем, как отправится на осмотр.

- Я должна посоветоваться с Верховным Жрецом и правителем, - Саная чувствовала себя загнанной в угол. – Такой важный вопрос я не могу решать единолично.

- Хорошо, - не стал спорить князь. – У вас есть два часа на согласование, по истечении этого времени жду ваш ответ.

Правительница шла по коридору, шатаясь, как пьяная.

Проклятый варвар! Что, ну, что же ей делать? Привести на осмотр Алану – маг немедленно  определит отсутствие у нее магии, и девушка будет отвергнута. Кроме того, все узнают о существовании близнеца. Привести Лиану – ей придется сочетаться браком с негодяем, а потом  пройти унизительную процедуру прилюдной консумации.

Нет выхода! Если бы было можно заменить Лиану на Алану хотя бы перед самим бракосочетанием!

Саная остановилась, ловя ускользающую мысль…

Например, невеста упала в обморок, ее отнесли в сторону и молниеносно поменяли на лишнюю? Нарядить в одинаковые платья, одинаково причесать… Это может пройти, если им повезет.

Есть еще вариант – Лиана сочетается браком с князем, но перед брачной ночью ее поменять на Алану, а Лиану срочно увезти и спрятать. Без завершения брака, через год он аннулируется, ее дочь будет свободна.  Но… но если князь обнаружит подмену, он будет свободен от брачных клятв, ведь женился он на другой. То, что убьет лишнюю не страшно, а вот если  князь решит отомстить за обиду Саритании?  Обязательно решит, такого ни один мужчина не простит. Триединый, как же ей поступить??! Всего два часа, за которые она должна найти выход!

Вихрем Саная пронеслась по дворцу, распугивая слуг и придворных,  и  ворвалась в покои дочери.  Лиана как раз примеряла очередное платье, крутилась перед большим зеркалом под восторженные охи и вздохи фрейлин.

- Все – вон, - голосом правительницы можно было на лету птиц морозить.

Швеи, служанки, фрейлины, едва не застряв в дверях, пестрым комком вывалились в просторный холл. Саная убедилась, что никого, кроме дочери в покоях больше нет, а двери плотно закрыты и на всякий случай  навесила еще и полог тишины.

- Между прочим, - капризно протянула Лиана. – Я платье смотрела, которое на второй день свадебных торжеств, а вы, матушка, мне помешали.

- Какое платье? Тут живыми бы остаться, - возмутилась правительница. – Я же говорила уже, эта свадьба не для тебя! Саритании жизненно важно связать князя клятвой и вручить ему бездарную и бесплодную жену. А тебе мы выберем самого лучшего мужа, который у тебя из рук будет есть.

- Я не хочу другого, я хочу князя! – Лиана воинственно посмотрела на мать. – Ты собираешься отдать его ничтожеству, ты любишь ее больше, чем меня?

- Что ты говоришь? Она – наш позор, я бы к ней и близко не подошла, если бы не нужда. Алана спасет страну потери независимости  и тебя от этого брака, в котором с тобой никто не считался бы.  Дочь, пойми, мужчин много, а Саритания – одна! Мы не можем ее потерять!

- Но матушка, если я стану княгиней, то Саритания останется у нас, ведь ею править буду я сама, а потом – мой ребенок! Как ты этого не понимаешь!

- Это ты не понимаешь, вздохнула Саная. – Князь не тот человек, который позволит женщине руководить страной и им самим.  Он поселит жену где-нибудь на задворках и будет посещать ее только для зачатия ребенка, после рождения которого ее сошлют куда-нибудь с глаз долой или вообще удавят. Я не хочу такой судьбы ни для тебя, ни для Саритании!

Лиана хмыкнула, но промолчала.

Сколько можно спорить? Матушку не переубедить, это ясно. Она не верит, что Лиана способна прибрать князя к рукам, но она-то знает, что в нее невозможно не влюбиться! Всю ее жизнь все кругом только и говорят о красоте принцессы! И потом, только слепой не увидит, что князь глаз с Лианы не сводит, он с ней так любезен и предупредителен, что любому понятно – влюбился по уши! Нет, не собирается она уступать возможность стать одновременно княгиней империи и правительницей Саритании!

- Я не поняла, почему вы так уверены, что эта замарашка бесплодна? – решила уточнить она привлекшие внимание слова матери.

- Ей дадут зелье, после которого она никогда не сможет понести, - мрачно ответила правительница.

- Князь останется без наследника? – удивилась Лиана. – Он будет в бешенстве! Что же станет с Мадраскаром?

- Главное, что без наследника он не сможет прибрать к рукам Саританию, - ответила матушка. – А что будет с империей, меня не волнует. Ты готова меня слушать и слышать?

- Конечно.

- Князь умен и хитер, он потребовал, чтобы его невесту привели к нему на этаж для  осмотра его магами, а после него он намерен запереть ее до брачной церемонии в  покои на втором этаже. То есть, если я отведу на осмотр тебя, как собиралась, мы не сможем  поменять вас с  Аланой.

- Значит, мне судьба выйти за князя, - ни капли не  расстроилась девушка. – Вот увидишь, я все  сделаю по-своему.

- Нет, Лиана, это невозможно! Я не хотела тебе говорить раньше времени, но муж для тебя уже выбран. Он полностью предан нашей семье, ты будешь жить, как привыкла и делать, что хочешь. Это идеальный вариант для Саритании!

- Муж? – растерялась девушка. – И кто это?

- Алоиз тир Ните.

- Триединый! – вскочила наследница. – Но ему же сто лет!

- Не сто, а восемьдесят,  - возразила мать. – Он еще крепок и силен и еще минимум лет двадцать способен на деторождение.    Родишь ребенка и сможешь завести любовника, муж не будет возражать.

Лиана ошеломленно смотрела на мать.

- Не смотри так, - не выдержала Саная. – Это для твоего же блага. Алоиз с тебя пылинки сдувать будет.

- Вы, - Лиана поперхнулась, прокашлялась и продолжила. – Вы ворвались сюда, чтобы поведать эту радостную новость?

- Не совсем, - матушка немного стушевалась. – Я была расстроена требованием князя и искала выход из ситуации. Думала, что мы можем попробовать поменять вас с Аланой местами прямо перед бракосочетанием.  Тебе станет плохо, ты приляжешь на диванчик где-нибудь неподалеку от одного из выходов потайного хода, князя и его людей отвлекут на минутку,  и ты скроешься, а Алана займет твое место.

Лиана, сжав  руки, молча, смотрела на мать.

Значит, ей  мужа, стоящего на пороге старости, уже потерявшего и привлекательность и силы,  а убожеству  молодого красивого мужчину? Через двадцать лет она, Лиана, только-только войдет в расцвет женской красоты, а ее муж станет совсем старым и никчемным!

- И что дальше? – осторожно поинтересовалась девушка, понимая, что криками и капризами она сейчас ничего не добьется.

- Дальше?  Я передумала. Затевать подмену рискованно, князь очень умен. Я не уверена, что у нас получится перед бракосочетанием поменять вас, поэтому на осмотр сразу пойдет Алана.

- Но она же не имеет магии! – воскликнула дочь. – Это же обнаружится!

- На ней браслет подчинения, - нервно пояснила Саная. – Я попробую перенастроить его так, чтобы поток силы из браслета окутывал ее. Возможно, маг не будет столь внимателен и не заметит, откуда идет сила. Насколько я поняла, князя больше волнует физическое здоровье невесты, чем ее магические таланты.

- Вы же напоили ее зельем для бесплодия! Думаете, что целитель тоже будет настолько невнимателен? – усмехнулась Лиана.

- Еще не напоили, Риная должна дать зелье в обед, а сейчас еще утро. И потом, это зелье можно будет обнаружить только спустя сутки, когда оно начнет действовать. Кстати, князь сказал, что завершать брак он намерен при свидетелях, чтобы все могли подтвердить, что на брачное ложе невеста взошла девственницей.

- О! – последняя новость впечатлила. – Вы пришли, чтобы рассказать все это?

- Да. И просить тебя быстро собраться, ты уедешь на три – четыре дня в старый дворец. Спокойно там поживешь, пока князь не отправится восвояси, а потом вернешься, и мы сразу проведем брачный обряд с тир Ните. Тогда князь вообще ничего не сможет сделать, особенно, если ты сразу забеременеешь. Ну, с этим мы тебе поможем.

- Я должна тихо сидеть в своих покоях, ждать, когда меня увезут в Старый дворец, потом быстро выйти замуж за Алоиза и не менее быстро забеременеть? – уточнила Лиана.

- Да! Я рада, что ты меня поняла, - просияла Саная. – Все, что я делаю, я делаю для пользы Саритании и во благо  тебе!

- Матушка, - а что, если князь забракует Алану? Ну, мало ли, вдруг, он догадается о подмене? Мы же с ней не совсем одинаковые!

- Надеюсь, этого не произойдет. Я настрою браслет так, чтобы она вела себя похоже на тебя,  и буду молиться Триединому, чтобы все прошло благополучно и без  неприятных сюрпризов.

- Я забыла, какое отношение в Мадраскаре к близнецам? Их также презирают, как в Саритании?

- Не помню точно, - озадаченно ответила Саная. – Кажется, нет,  в империи  живет много людей без магии и они не считаются ущербными. А зачем ты интересуешься?

- Хочу убедиться, что ничтожеству точно не поздоровиться, - буркнула Лиана.

- Выкинь ее из головы, - облегченно улыбнулась Саная. – Еще пара дней и она навсегда уедет, думай о себе и своем счастье!

- Именно о своем счастье я как раз и думаю, - проговорила дочь. – Вам не надо спешить к ничтожеству? А то я так и стою в недошитом платье.

-  Надо! – спохватилась правительница. – Я рада, что ты все поняла! Отдам распоряжение, готовься, тебя увезут после бракосочетания, когда все империане будут заняты. Никуда из покоев не выходи и отошли всех придворных. Никто не должен тебя увидеть, пока вторая находится на этаже князя.

- Хорошо, я сейчас же всех выгоню, - согласилась наследница, провожая взглядом мать.

Как только за правительницей захлопнулась дверь, Лиана сорвалась с места.

Ее отдают старику! Вот просто так берут и ломают всю ее жизнь и все планы! Она могла бы стать княгиней и править всей империей, а станет всего лишь правительницей Саритании и то, когда отец умрет. Это сколько же ждать, а княгиней она стала бы буквально завтра! Плюс молодой красавец-князь принадлежал бы ей, а теперь ей придется делить постель с престарелым и потасканным мужем.  Нет, она не согласна на такую участь! Что же ей делать?

Вернулись швеи и фрейлины.

- Снимите с меня это, - дернула за рукав Лиана. – И все покиньте мои покои! Я никого не хочу видеть! И никому не входить, не стучать, не шуметь и не звать, пока я сама не позову, ясно?

Спустя несколько минут, уже переодетая в домашнее платье, девушка осталась одна.

Итак, что она имеет?

Эгоистичных родителей, которые готовы пожертвовать ее счастьем, лишь бы продолжать править страной.

Бездарную сестру, которая займет ее место возле князя.

Князя, который думает, что женится на наследнице Саритании и надеется получить от нее ребенка.

И себя саму, которая категорически не согласна прозябать в тени родителей и престарелого мужа, в то время как ничтожество будет купаться во внимании молодого мужчины и жить в свое удовольствие.  Прилюдное лишение девственности? Она переживет, это небольшая плата за дальнейшее счастье!

Решение принято, осталось воплотить его в жизнь!

Покинув покои наследницы, правительница отправила вестник к магистру, назначив ему встречу в комнате запасной дочери. Но  прежде чем самой перейти туда же, Саная раздала указания насчет Лианы. Дочь не обрадовалась известию о замужестве, это мать  прекрасно заметила и, зная взбалмошный и импульсивный характер наследницы, на всякий случай, приняла меры.

- Стерия, - обратилась она к доверенной служанке. – Соберите вещи миссы, пусть будут готовы к завтрашнему утру. И следите, чтобы принцесса не покидала свои покои. Еду приносите прямо сюда, никаких прогулок в саду и хождений по дворцу!

- Конечно, мистрис, - присела  в книксене женщина. – Только мисса Лиана никого не слушает, если захочет – уйдет, никто ее не сможет остановить!

- Я наложу на дверь заклинание, - успокоила ее правительница. – Они не пропустят Лиану без моего разрешения.

Служанка еще раз поклонилась и вернулась к своим обязанностям.

   Магистр ждал возле дверей в комнату Аланы.

Саная мазнула по нему взглядом и кивнула, приглашая идти следом.

Девушка сидела возле окна и на вошедших даже не оглянулась.

- Могла бы  поздороваться, - буркнула родительница, проходя в комнату. – Риная, возьми двух девушек, сходи с ними к швеям, заберите наряды принцессы и принесите все в те покои, где магистр лечил Алану. Ждите меня там. Да, девушек выбери из новых, кто недавно во дворце.   Таких, кто еще мало с кем знаком.

- Алана, - обратилась она к Светлане. – Я сейчас налью воду в ванну, иди и мойся, да хорошенько!

Света удивилась – что это с матушкой? Сама пустит воду для позора семьи? Еще и магистра зачем-то притащила.

Однако спорить не стала, молча, поднялась и вышла в купальню.

- У нас проблемы, - как только за Аланой закрылась дверь купальни, Саная приступила к разговору. – Князь потребовал, чтобы на осмотр невесту привели к нему на этаж и добавил, что забирает девушку под свое покровительство. Она не выйдет оттуда до церемонии бракосочетания. К тому же, он намеревается воспользоваться  супружескими правами перед свидетелями. Иными словами, мы не можем  так рисковать  Лианой, поэтому на осмотр идет эта.

- Что требуется от меня? – бесстрастно спросил Кроу.

- Постарайся улучшить внешний вид девчонки. Лиана права – у этой руки огрубевшие, кожа бледная, волосы тусклые, князь может заметить разницу. На все у нас один час.

- Как я это сделаю? – удивился магистр. – Нет, я, конечно, могу попробовать, но на изменения нужно время и точно не час и даже не день. Может быть, просто наложить иллюзию?

- Невозможно, маги сразу увидят, что девушка под иллюзией. Нам еще надо как-то изобразить, что у нее есть дар.  Конечно, проверку дара она не пройдет, но если от нее просто будут исходить волны, уже достаточно.

- Не нравится мне все это.

- Мне тоже, но выхода другого нет! Лиану я не отдам.

- Мистрис, я бы хотел увидеть дочь, - перевел разговор Кроу. –  По нашей договоренности, я имею право раз в месяц один день проводить вместе с Милисентой. Этот месяц уже заканчивается, а день мы так и не получили.

- Триединый, Кроу, нашел время! Отправим князя,  и получишь два дня, сейчас ты нужен здесь,  – отрезала правительница.

- Нет, - настойчиво повторил магистр. – Если не день, то два часа. Сейчас. Или готовьте девушку сами.

- Сегодня вы все меня с ума свести решили? – возмутилась Саная. – Лиана капризничает, князь давит, теперь еще и ты ультиматумы ставишь?

- Два часа с Милисентой, а потом я из замарашки сделаю благородную миссу.

- Но у нас нет времени! – взвыла правительница. – У меня всего час, чуть больше часа, чтобы приготовить это недоразумение!

- Приведите Милисенту сюда, - предложил магистр. – Я буду заниматься Аланой и, одновременно,  смогу увидеть дочь.

- Но Алана увидит Милисенту!

- И что? Зато Милисента ее не увидит и не услышит – ведь на Алане невидимость. А Алана, во-первых,  завтра выходит замуж и завтра же, в крайнем случае, послезавтра уезжает. Во-вторых, исправлять огрехи ее внешности придется на спящем теле, чтобы девушка не мешала и не отвлекала. Она будет спать, пока я работаю.  Ей точно не до Милли будет, просто решит, что это одна из служанок. А я хоть насмотрюсь на мою девочку. Решайте, мистрис.

- Хорошо, я схожу за твоей дочерью, подожди меня здесь, - правительница с беспокойством посмотрела на дверь купальни. – Но не надейся, что я забуду твою наглость и попытку мной манипулировать!

Кроу поклонился, но ничего не сказал.

Еще раз, кинув взгляд на дверь купальни, Саная вышла, бросив:

- Ничего не говори этой. Я вернусь буквально через десять минут!

   Светлана стояла, прислонившись к двери,  и не пропустила ни слова из разговора матушки и магистра.

Как только правительница покинула комнату, Кроу постучал в дверь купальни:

- Алана, нам надо срочно поговорить. О, так ты не купалась. Все слышала?

Светлана кивнула.

- Полог я накинул уже, можешь говорить, - объяснил магистр. – Буквально через час ты попадешь к князю и останешься там до бракосочетания. Чтобы князь ничего не заподозрил, ты должна будешь вести себя, как избалованная принцесса. А, еще – Лиане жених понравился,  и она вовсю старалась привлечь его внимание. Ты сумеешь?

- Не знаю, - с сомнением отозвалась Светлана. – Глазки строить, что ли? Или за руку хватать, прижиматься?

- Глазок достаточно, - торопливо ответил Кроу. – Постарайся не переиграть.

- Браслет? – Светлана протянула руку. – Мамуля его явно снимать не собирается.

- У тебя же был план, как заставить мать его снять, вот и действуй!

- Хорошо. Еще – не очень поняла про супружеский долг и свидетелей.

- Это, - магистр отвел глаза. – Муж лишит тебя девственности при свидетелях.

- Вот же гад! – вскинулась Света. – И сколько народа будет свечки держать? Вообще, как это произойдет и где это произойдет, надеюсь, не на дворцовой площади?

- Зачем свечки? – удивленно переспросил Кроу. – Бракосочетание на рассвете, консуммация   сразу после него, днем. Нет, площадь не планируется. Кровать поставят в большой комнате, занавесят  легкими прозрачными тканями, вокруг кровати встанут доверенные люди из числа приближенных князя…

- Какой кошмар! – Светлана ощутила, как жаром опалило ее лицо. -  И князя не волнует, что прелести его жены оценит не только он сам?

- Это старинный обычай, - ответил магистр. – Правда, к нему редко прибегают в последнее время.  Князь хочет, чтобы ни у кого не возникло ни малейшего сомнения, что невеста была невинна и ребенок, которого она понесет, зачат именно князем.

- А просто простыни с пятном крови не достаточно? – Светлану трясло от страха и возмущения. – Ладно, я в… прошлой жизни взрослая женщина и знаю, чего ожидать от супружеских обязанностей. А если бы на моем месте была невинная девушка? Да она если сразу не получит разрыв сердца от стыда и страха, то точно навсегда приобретет отвращение к этой стороне взаимоотношений между супругами! Лишение девственности и так травмирующее психику событие, а тут еще и при других мужчинах!

- Разделяю твое возмущение, - проговорил Кроу. – Но изменить мы ничего не можем. Когда дело дойдет до… супружеского долга, просто закрой глаза и представь, что вы одни.

- Легко говорить, - огрызнулась Светлана. – С чужим мужиком, на глазах других чужих мужиков…  Средневековье!

- С мужем. И что такое это «средневековье», которое ты регулярно повторяешь?

- С чужим мужиком, - повторила Светлана. – Муж или не муж – не важно. Я его не знаю, он меня не знает, у нас нет не то,  что любви друг к другу, даже маломальской симпатии! Как я смогу довериться и расслабиться? «Средневековье» - это ваш дикий мир с дикими правилами.

- У нас мало времени, - напомнил магистр. – Сейчас сюда приведут мою дочь. Пожалуйста, не забудь попросить ее в подарок на церемонии прощания с домом!

- Да помню, помню я! – вздохнула Светлана. – Мне-то что делать? Я же не Алана, я этому князь оторву все… лишнее, чем он в меня тыкать примется на глазах свидетелей… Это насколько надо презирать женщину, чтобы так с ней поступать!

- Это обычай, у нас к этому относятся проще. Я мог бы наложить заклинание равнодушия, но на осмотре его обнаружат, а после меня вряд ли подпустят к невесте, - вздохнул Кроу. – Извини, тут я ничем не могу помочь. Придется потерпеть. Напоминаю, мы теряем время! Подразумевалось, что ты сейчас купаешься.

Светлана вернулась в купальню, разделась и пару раз погрузилась в воду. Машинально намылилась, смыла, машинально вылезла из воды и принялась вытираться.

- Ты еще не одета!  - правительница ворвалась в купальню, будто за ней волки гнались.

О, матушка вернулись!

Светлана широко улыбнулась родительнице, еле сдерживаясь, чтобы ее не придушить.

- Не надевай это, сейчас дам другую сорочку, - мать выдернула из рук девушки тряпку и бросила ту  на пол. – Вот, эту надень.

Ого, ткань-то другая, явно дороже, чем  у ее белья.

Светлана с удовольствием облачилась в обновки, расправила юбку светло-голубого платья и вышла в комнату.

Магистр стол у окна, обнимая невысокую хрупкую девушку и что-то шепча ей на ухо.

- Потом наобнимаетесь, - вернула с небес на землю Саная. – Времени почти не осталось!

Кроу выпустил дочь и развернулся к правительнице.

- Мне приступать? Тогда уложите девушку на кровать.

- Ты, - палец матушки уперся в грудь Светы. – Идешь и ложишься на кровать. Ты, - палец переместился на вторую девушку. – Отходишь к окну, садишься на стул и тихо сидишь, пока магистр не закончит.

- Вы, - магистр показал пальцем на правительницу. – Выходите за дверь и ждете двадцать минут. Как я закончу, я позову.

- Почему? Я никуда не уйду! – возмутилась Саная.

- Вы – ее мать, ваше энергетическое поле будет создавать помехи, - отрезал магистр. – Если хотите, оставайтесь, но я не гарантирую, что тогда у меня получится.

- Двадцать минут и я прямо за дверью, - с нажимом проговорила правительница и, бросив злой взгляд на мага, вышла из комнаты.

- Что вы собираетесь со мной делать? – шепотом спросила Светлана.

- Попробую восстановить вашу кожу на руках, улучшить волосы, - также, шепотом ответил Кроу, проделал несколько пассов и продолжил уже нормальным голосом. – Я поставил полог. Милли, здесь  Алана, она поможет вывезти тебя из Саритании, но сейчас на ней невидимость, поэтому ты не можешь ее ни видеть, ни слышать, а она тебя может.

Девушка подошла к кровати и сжала руки на груди:

- Мисса, век буду за вас молить Триединого!

- Алана, вы с Милли – молочные сестры, поэтому ты потребуешь ее себе.

- Хорошо, мы же уже договорились об этом, - кивнула Светлана и потерла завитушку магической клятвы.

- Милли, когда будет церемония прощания, тебя наверняка оставят в комнате, но будь готова, так как Алана обязательно потребует именно тебя. Поскольку в комнату ты больше не вернешься, сразу надень на себя все, чтобы не переодеваться и захвати все, что не хочешь оставлять. Конечно, не большое и не громоздкое, а такое, что можно спрятать в корсаже.

Милисента глубоко вздохнула, не отводя глаз от отца.

- Алана, теперь все зависит от тебя. Князь – умный и опытный мужчина, на Лиану он уже насмотрелся за два дня, а она вела себя, как влюбленная кошка. Я не призываю вести себя также,  просто не забывай показывать князю, что он тебя интересует. Какая бы избалованная ни была принцесса, она не станет открыто перечить мужчине, помни об этом тоже. К сожалению, ничем не могу тебе помочь, чтобы безболезненно для тела и души пережить консуммацию – зелье тебе не позволят выпить, а магию почувствуют и нейтрализуют. Просто наберись мужества и пережди, как нечто, от тебя не зависящее. Уверен, что князь не садист и постарается все сделать максимально быстро и щадяще, все-таки, ему тоже не очень нравится светить обнаженной женой перед посторонними. Милли, не слушай, это тебя не касается, - бросил он пунцовой от смущения дочери. – Я бы с радостью избавил тебя от прослушивания этих советов, но иначе мы бы не увиделись, поэтому просто пропускай все мимо ушей.

Милисента кивнула и отвернулась к окну.

- А улучшать мою внешность вы будете или обойдемся?

- Я попробую, но ничего не гарантирую. Слишком мало времени. Сейчас договорю, и приступим. Итак, после выполнения  вами супружеских обязанностей, муж обязан будет предоставить вам отдых не меньше, чем на три дня. Лучше на неделю. Потребуйте, чтобы Милли и ехала и спала с вами вместе.

- Как долго нам придется ехать? Кстати, на чем?

- До границы империи неделя пути и  по империи до столицы еще столько же. Думаю, молодой жене князь выделит удобную повозку.

- Две недели в тарантасе! – Светлана со стоном закрыла рукой глаза. – Лучше верхом.

- Верхом? А вы умеете?

- Умею, правда, давно не ездила.

- Тогда попроси мужа, чтобы он выделил тебе лошадь, но только сначала выдержи не меньше трех дней в повозке.

- Зачем? А… поняла – меня же, невинный цветок, прилюдно сорвут.

- Гм… Ну, да.  Я встречу вас через день или два, после того, как вы пересечете границу. Саная будет в бешенстве, когда Милли уедет и наверняка попытается если не вернуть ее, то иным способом задержать меня. Но я справлюсь. Так, ложись, я попробую заняться внешностью.

Светлана легла на кровать и закрыла глаза. Легкие теплые лучики побежали по ее рукам.

Да, руки у нее прямо не принцессины – с обломанными ногтями, заусенцами, мозолями после ее подвигов на ниве уборки. А какие она хотела бы? Светлана, вяло прислушиваясь к бегающей по телу магии, представила ухоженные руки с перламутровыми ноготками, розовой нежной кожей.

Магистр резко выдохнул:

- Потрясающе!

Светлана открыла глаза и проследила за взглядом мужчины – тот таращился на ее правую конечность.

И что там? Светлана подняла руку -  вау! Вторую – вау-вау! Все, как она представляла!

- Не знал, что я так могу, - пробормотал Кроу. – Теперь волосы.

Хм, что-то Светлане подсказывает, что потуги магистра здесь ни при чем. Это как с водой или замками – она сама представила, что хочет, и вуаля! – все так и стало.

Хорошо, продолжим. Вон, магистр уже вовсю старается, ее волосы даже шевелятся.

Какие бы она хотела? Цвет трогать не будем, сделаем гуще и чуть длиннее. Светлане всегда нравились густые и длинные волосы, но с ее занятостью приходилось носить стрижку – когда бы она успевала ухаживать за такой гривой? А сейчас покрасуется.

Значит, густые, шелковистые на ощупь, блестящие.

- Мисса, встаньте, - позвал Кроу.

Света поднялась и ощутила, что на голове потяжелело.

- Еще свежести коже, - магистр сиял.

- Нет, достаточно! – остановила его Света. – Слишком хорошо, тоже плохо.  Меня волнует вопрос, как вы нас найдете? Может быть, есть способ связи?

- Я найду, с вами же Милли, - ответил Кроу. – Родную кровь я с любого расстояния обнаружу.

- Еще хотела сказать, - вспомнила Света про зелье. – Меня собирались напоить зельем, которое вызывает бесплодие. Я подменила его.

- Где оно? – быстро отреагировал магистр.

Света опустилась на четвереньки и заползла под кровать, игнорируя округлившиеся глаза Кроу.

- Вот, - протянула она пузырек.

Маг взял флакончик, открыл крышку, понюхал, капнул каплю на ноготь, посмотрел на него и закрыл крышку.

- Очень хорошее качество. Да, это зелье для вызывания бесплодия. Что ты собираешься с ним делать?

- Я подслушала, правительница говорила, что три капли предотвратят беременность в течение месяца, ложка – в течение года, а если выпить все, то женщина станет бесплодной навсегда. Мне бы не хотелось забеременеть  с первого же раза.

- Разумно, - кивнул Кроу, и, покосившись на дочь, понизил голос. – Выпейте прямо сейчас две ложки, а остальное я заберу.

- Две? Не много? Рано или поздно я захочу ребенка. И потом – проверка у целителя не покажет, что я выпила это зелье?

-  Никакой целитель или маг не смогут обнаружить это зелье, ведь ты его выпьешь перед самой проверкой, оно не успеет еще повлиять на твои детородные органы. Нужно не меньше суток, чтобы оно начало действовать, и его можно было обнаружить. Если князь не дурак, а он не дурак, то перед завершением брака вам наверняка поднесут в каком-нибудь напитке отвар, увеличивающий вероятность беременности.  Лишняя ложка этого зелья нейтрализует то,  и ты просто получишь безопасность от детей сроком на год.

- А если «залетного» зелья будет больше, чем ложка?

- Просто поверь  и сделай, как я советую.

- Хорошо, - Светлана поискала глазами посуду, но ложки не было, и тогда она аккуратно плеснула из бутылочки в чистую чашку.

- Думаю, это как раз ложка?

- Не больше, - согласился Кроу.

Девушка выпила, налила еще столько же и выпила снова, а потом протянула бутылочку магистру:

- Что вы будете с ним делать?

- Найду, куда применить, - уклончиво ответил маг. – Не переживай, это зелье послужит доброму делу. Милли, иди сюда, моя радость! Мы расстанемся, но скоро сможем быть вместе все время!

- Как я жду этого дня, папа! – девушка обняла магистра, прижалась к нему, а отец ласково гладил ее по волосам.

Светлана отвернулась, ощутив укол горечи – ее отец никогда так не обнимал ее, собственно, он вообще видеть свою дочь не желал, не то, что заботиться, переживать, спасать!  У Милисенты умерла мать, но отец ради нее на все готов, а у Светы живы оба родителя, но она все равно сирота.

Настойчивый стук в дверь напомнил, что там мается правительница.

Светлана, повинуясь знаку мага, вернулась на кровать и изобразила сон.

- Закончили? Время истекло, - Саная стремительно вошла и принялась рассматривать Алану. – Почему она еще спит?

- Сейчас разбужу, - Кроу подошел к кровати и провел рукой.

Света открыла глаза и сразу села.

- О! А вы отлично поработали! – правительница потянула вверх руку девушки, обошла вокруг, проведя пальцами по ее волосам. – А говорили, что надо много времени. Хочешь пить? – внезапно обратилась она к Светлане.

- Не знаю, - от неожиданности Света растерялась, а потом вспомнила – конечно же – зелье! Они планировали влить в нее «бездетность»!

- Магистр многое изменил, наверняка твое тело нуждается в жидкости. Вот, выпей, это укрепляющий отвар.  –  Саная  протянула девушке уже знакомый флакончик. – Выпей все до капли, не тяни.

Светлана покорно взяла бутылочку и выпила ею же ранее налитую в пузырек обычную воду.

- Так, все, магистр, вы идете вместе со мной и Аланой. Риная, отведи Милисенту в ее покои и запри, - оживилась правительница, забирая пустую тару.

Материализовавшаяся из-за двери горничная, молча, подошла к Милли и показала ей на выход. Девушка бросила последний взгляд на отца и покорно вышла.

Кроу глубоко вздохнул и отвернулся, пытаясь справиться с волнением.

- У нас нет времени на ерунду, - жестко припечатала Саная. – Алана, дай руку.

Света протянула.

- Да не эту, а другую, с браслетом! – зашипела матушка. – Что ты сонная такая? Впрочем, так даже лучше.

Браслет нагрелся.

- Все можно идти. Алана, ты помнишь свой долг?

- Помню, - безжизненным голосом  отозвалась девушка. – Выйти замуж за князя. Молчать о наследнице.

- Прекрасно, - обрадовалась матушка. – Помни еще, что если ослушаешься, браслет немедленно тебя убьет, умрешь в мучениях!

Света изобразила ужас и помотала головой, показывая, что ни за что не ослушается!

Втроем они вышли из каморы и направились по уже знакомому маршруту – на второй этаж.

Встречные слуги кланялись:

- Мистрис! Мисса!

Воины распахнули двери,  и Светлана вслед за матерью и магистром прошла на этаж, держа голову опущенной и изображая покорность и смирение.

- Рад видеть, что вы держите слово, - раздался приятный голос, и Света чуть скосила глаза, пытаясь рассмотреть говорившего.

- Проходите сюда, целитель и маги ждут невесту.

К досаде девушки, рассмотреть не удалось, прическа мамули перекрывала весь вид, а потом пришлось  заходить в комнату.  Мужчина с приятным голосом остался снаружи.

- Мисса, проходите, не бойтесь, - пригласил ее сухонький старичок в неожиданно ярко-зеленом кафтане. – Присядьте сюда. Мы не отнимем много времени!

Светлана повиновалась, осторожно рассматривая старичка.

Он взял девушку за руку, сосредоточился и замер. Замерла и Светлана. Неожиданно, старичок широко и искренне улыбнулся, поцеловал девушке руку и, поклонившись, отошел.

- Мисса! – тут же место старичка заняли два  мага – молодой и пожилой.  – Вы позволите? Встаньте, пожалуйста.

Светлана неуверенно кивнула, встала со стула и обернулась на магистра, краем глаза заметив напряженное лицо матери Аланы.

Маги за руки не брали, они просто постояли рядом, Светлана ощутила, как теплое и холодное щупальце бегают по ее телу и какое-то время просто терпела. Но когда одно из щупалец поползло к ее лону, то возмущенно откинула его и уставилась на того из магов, который помоложе.

- Простите, мисса, мы обязаны были проверить, - извиняюще проговорил маг постарше. – Мы закончили проверку.

Светлана, все еще кипя от негодования – нет, что за нравы – чужие мужики лазят, где попало, щупают, муж вообще собирается ее трахнуть при свидетелях – повернулась к звуку открывающейся двери и забыла,  как дышать – в комнату вошел самый красивый мужчина, какого она только могла представить.

Боже, разве такие бывают в реальной жизни, она не спит?

- Князь! – поклонились все, кто находился в комнате, включая Санаю, сделавшую реверанс.

И только Светлана так и застыла соляным столбом, не в силах ни сдвинуться с места, ни оторвать взгляд.

- Лиана, вы как будто меня впервые увидели, - добродушно проговорил мужчина, подходя к ней и целуя руку. – Я испачкался? Где у меня пятно?

Судорожно вздохнув, Света, наконец, опомнилась и густо покраснев, пробормотала:

- Простите, я задумалась.

Князь с удивлением окинул ее с головы до ног и отошел на шаг назад.

- Парим, отведите миссу в выделенные ей покои и предоставьте ей все, что она пожелает.

Светлана повернулась на выход, но тут вспомнила о браслете.

- Князь, - жалобным голосом сказала девушка. – Вы не можете снять вот этот браслет?

Краем глаза Света увидела, как дернулась, стремительно разворачиваясь Саная,  и как бледность заливает ее лицо.

-  Он вам не нравится? – удивился князь. – Почему сами не снимете?

- Я не могу, - потупила глаза Света. – Он натирает и жжется.

-Ну-ка, - князь взял ее за руку, и Светлану будто током прошило. Боже, какой мужчина!  Сильные красивые пальцы держали крепко, но осторожно. Светлана на мгновение представила, как эти пальцы гладят ее кожу, и опять покраснела.  Она с ума сошла, о чем думает?!

- Мистрис, - обратил рассерженный взгляд на правительницу князь. – Мы же договаривались – никаких маяков и других штучек! Немедленно  снимите браслет!

Ни жива, ни мертва, правительница подошла и одним касанием руки расстегнула  ободок.

Князь подхватил падающее украшение и укоризненно покачал головой:

- Не ожидал. Что же, придется подстраховаться. Парим, отведите миссу в купальню, пусть она снимет с себя все до нитки и тщательно искупается.  Пусть немедленно приготовят другую одежду, а эту внимательно осмотреть и выставить с нашего этажа.

Саная, бледная и поникшая, стояла, уткнувшись взглядом в пол.

- Церемония на рассвете, - князь еще раз поцеловал пальчики Светланы. – Постарайтесь сегодня хорошо отдохнуть, завтра нас ждет трудный день.

 Когда девушка ушла, Рангар жестко произнес:

- И как я должен понимать?

- Просто забыла снять, - пробормотала Саная. – Ведь ваши маги проверили, вреда в браслете не было!

- Я еще сам его посмотрю, - мрачно пообещал мужчина. – Не люблю, когда пытаются обмануть. Все, больше никого не задерживаю. Проводите.

- Что показала проверка? – обратился князь к целителю, как только дверь за правительницей и магистром закрылась.

- Девушка полностью здорова. Девственница. Немного худовата, но это пройдет, если улучшить питание. Сильный характер и чистая душа.

- А вы что скажете? –  князь кивнул старичку и повернулся к магам.

- Магическое вмешательство в ауру или энергетическое тело не обнаружили. Зато обнаружили кое-что другое.

- Что именно? – заинтересованно уточнил Рагнар.

- Вам говорили, какой уровень дара у девушки?

- Не помню точно, небольшой. Это я и сам ощущал. А что?

- Странно, - маги переглянулись. – Там огромный потенциал, даже не беремся назвать цифру. Но магия немного необычная, не можем объяснить. Она будто одно целое с девушкой, не как у остальных людей в Саритании. Будто у нее бездонный колодец, а не небольшой сосуд, как у всех.

- Да? Не замечал, - задумчиво проговорил князь. – Надо будет внимательнее присмотреться.

***

Покинуть покои не получалось, как Лиана ни старалась. Матушка подстраховалась – наложила заклинание, и двери не пропускали девушку.

От злости, наследница перебила кучу безделушек, порвала несколько платьев, наревелась, успокоилась и наревелась еще раз.

Как мать могла с ней так поступить!

Князя отобрала! Выйти невозможно, держат, как преступницу, взаперти!

Лиана металась по покоям, громя все, что попадалось под руку.

Перепуганные служанки передали правительнице, что у наследницы истерика, которая не заканчивается уже несколько часов.

Санае было не до дочери – эта негодяйка нашла способ, как избавиться от контролирующего браслета! Но ничего, зелье она выпила, долго же им придется ждать наследника!

- Мистрис, мы беспокоимся, не заболела бы мисса! – робко обратилась очередная служанка. – Мисса плачет, никак не успокоится, надо что-то делать!

- Как вы все меня достали, - простонала Саная. – Вызовите магистра Кроу, пусть сходит к наследнице, проверит ее здоровье и даст ей выпить что-нибудь успокаивающее. А меня не трогайте хотя бы пару часов!

Служанка испарилась, и правительница наконец-то осталась одна.

Да, у наследницы была форменная истерика. Причем уже в такой стадии, что без помощи извне, девушка из нее сама вряд ли вышла.

Магистр, просканировал организм, убрал, что смог, дождался, когда Лиана перестала кричать и плакать,  и протянул ей бутылочку.

- Выпейте, вам сразу станет легче.

- Что это? –  все еще икая и судорожно втягивая воздух, спросила Лиана. – Это матушка прислала? Не буду пить!

- Это успокаивающее, - ответил магистр. – Если не выпьете, то  завтра никому на глаза не сможете показаться.

- Это еще почему? – хмуро поинтересовалась наследница.

- Потому что уже сейчас у вас опухли глаза и нос покраснел, а без этого зелья к завтрашнему утру разнесет еще больше.

- Опухли? – Лиана вскочила и бросила к зеркалу и ойкнула, увидев, во что превратилось ее лицо. – Давайте зелье!

В три глотка выпила жидкость и снова подскочила к зеркалу.

- У-У! Не проходит! – проныла девушка.

- Не так быстро, мисса, - мягко ответил магистр, подобрав пустой флакончик. – Я сейчас приглашу горничную, она сделает вам маски, протрет кожу кусочком льда и скоро от красноты и следа не останется! Но вам нельзя больше плакать.

- Хорошо, я больше не буду, - вздохнула Лиана. – Я хотела бы пойти в сад, целый день сижу взаперти!

- Не думаю, что сейчас это возможно, мисса. Потерпите два дня.

Лиана вздохнула, поняв, что магистр ей не поможет.

- Ладно, выходить мне нельзя, но рассказать-то вы мне можете, что сейчас происходит?

- О чем именно рассказать? – уточнил магистр.

- О ничтожестве. Она у князя? Когда бракосочетание?

- Бракосочетание завтра на рассвете, мисса.  Отдыхайте, у вас тоже скоро будет свадьба!

Лиана со злостью посмотрела в спину уходящего магистра.

Свадьба, как же! Со старым Алоизом! Ни за что! Пока брак не завершен, у нее еще есть время все отменить. Да, она прикинется, что успокоилась и смирилась и попробует убедить в этом мать. Если получится, та снимает заклинание с двери и тогда…

Наследница осмотрела разгром, который учинила и приказала служанке:

- Найди,  где хочешь,  кого хочешь, но чтобы через час здесь все сияло. Я в купальню, обед подашь  через полтора часа. После обеда желаю видеть  мою швею и фрейлин.

Глава 5

Покои, в которые привели Светлану,  и близко не походили на ее прежнюю камору.

Небольшой холл в серебристых тонах, в него выходили двери трех комнат. Одна – гостиная, выдержанная в светло-зеленой с золотым гамме, вторая – молочно-белая столовая и, наконец, бежево-коричневая спальня, из которой две двери вели в гардеробную и просторную сине-сиреневую купальню.  На полу – пушистые ковры в тон стен, нога утопала почти по щиколотку. Светлане казалось кощунством ходить по такому великолепию в обуви, но вводить свои порядки она не стала.

Мебель, драпировки – сплошная роскошь. Вазы со свежими цветами, столик с фруктовым блюдом и кувшинами с соком и отваром.

И две скромные девушки, которых Свете представили, как ее личную прислугу.

- Маяна, мисса, - присела в книксене светленькая.

- Деяна, мисса, - отзеркалила книксен подруги темненькая.

Не зная, как ей отреагировать на девушек, Света  ограничилась кивком головы и принялась копаться в информации, которую ей щедро загрузил магистр.

Ага, к слугам отношение спокойное и отстраненное.  Им отдаются приказы, никаких доверительных отношений, никакой благодарности и признаков расположения.

Странные правила. Если человека поощрять, показывать, что доволен его трудами, он же работать будет с удовольствием, а это значит – лучше! С другой стороны, у Ринаи с  правительницей отношения явно глубже, чем вменяется слугам и это странно.

- Что желает мисса? – обратилась Маяна. – Может быть, вы желаете перекусить? Или приготовить ванну?

- Нет, ванну не надо! – Светлана только что прошла полную «дезинфекцию» в большой купальне, куда ее с поклонами и реверансами отвели сразу из комнаты проверки и запачкаться  еще точно не успела. – Перекусить можно. Через полчаса подайте, а сейчас покажите, что есть из одежды.

После купальни ей выдали белье и платье, все было явно новым, но не совсем ее размера, поэтому Света не отказалась бы переодеться.

Дальше сказка продолжилась – любое пожелание девушки мгновенно исполнялось, служанки были предупредительны и почтительны. От князя два раза приходили справляться, всем ли довольна невеста и не нужно ли ей еще чего-нибудь.

Вот, это то самое попаданство, о котором пишется в книгах! Красавец-принц – ладно, не принц, а князь, но это сути не меняет – внимательный и заботливый. Еще бы влюбился, было бы совсем хорошо.  Роскошные апартаменты и расторопные слуги, ловящие малейшее пожелание.  Не жизнь, а сплошной праздник!

Светлана позволила себе понежиться, но  памятуя о пресловутом «законе подлости», ухо на всякий случай держала востро.  Это в книгах все гладко, да сладко, а в жизни,  если сейчас все на удивление хорошо, значит, надо готовиться, скоро станет очень плохо!

К вечеру принесли платье на бракосочетание – необыкновенно дорогое и пышное, с красивой вышивкой, унизанное бриллиантами, как каплями росы. Сама Светлана предпочла бы что-нибудь попроще и не такое тяжелое, но ее мнением на этот счет никто не интересовался.

Вот и первая капля дегтя в ее бочке меда – она по-прежнему ничего не решает и ее мнение никого не интересует. А   ведь это, по идее,  ее свадьба!

Ей сказали, что церемония будет на рассвете, но никому в голову не пришло рассказать, что девушке там надо будет делать. Ладно, разберется по ходу дела.

Уже стемнело, когда Деяна доложила, что пришел князь и желает поговорить с невестой.

Отказываться Светлана не стала – информация – наше все!

Князь ожидал невесту в ее же гостиной. Светлана в очередной раз залюбовалась мужчиной – до чего хорош, чертяка! Эх, если бы не договорной брак, если бы она не представляла тут ключ к Саритании, если бы они встретились просто так, случайно  – обратил бы он на нее внимание? Вот этот красавец, за которым  наверняка девушки косяками бегают, да какие девушки!  - обратил на нее внимание? Да никогда!

Мужчина внимательно смотрел на вошедшую невесту, и Света постаралась выкинуть из головы все лишнее, нацепив самую приветливую улыбку из возможных.

- Мисса, - поклонился ей жених и, подав руку, отвел к креслу. – Через несколько часов мы станем мужем и женой, я подумал, что вы волнуетесь перед церемонией и мой долг вас успокоить и поддержать.

Светлана порозовела, вспомнив, что опять забыла поприветствовать мужчину реверансом. Князь решит, что его невеста невоспитанная дурочка.

- Сегодня вам лучше лечь пораньше, - продолжал Рагнар. – Вас поднимут перед рассветом, помогут одеться и проведут в дворцовый храм Триединого.  Мы проследим, чтобы к вам никто не смог подойти, но на всякий случай запомните, что до окончания обряда вам запрещено разговаривать с любым человеком, кроме жреца Триединого, запрещено смотреть по сторонам и брать в руки любые предметы, включая еду и питье.  Сама церемония не очень длинная и утомительная, в ней нет ничего сложного, вы легко ее выстоите. От вас потребуется только ответить согласием на два вопроса.

- Согласием? – не утерпела Светлана. – А какие вопросы мне зададут? Вдруг, они мне не понравятся?

Брови князя взлетели вверх и достигли границы волос:

- Разве ваша матушка ничего вам не рассказывала о брачной церемонии?

- Ничего, - ответила девушка, мысленно дав себе подзатыльник – вот кто ее за язык тянул?

- Возмутительно, - пробурчал Рагнар. – Это же прямая обязанность матери! А про то, что обязательно произойдет после церемонии, она вам рассказывала?

- Пир? – брякнула Светлана и опять дала себе подзатыльник – ну, что за глупости она несет?! Рядом с этим мужчиной ее мозги отказываются работать!

- Нет, мисса, - князь побагровел и закашлялся.

Светлана предпочла думать, что он просто поперхнулся, а не разозлился,  и неожиданно ей захотелось немного похулиганить. А что? Это Светлана – взрослая женщина, познавшая мужчину, а Алана нет. Мать же ни о чем не предупреждала, а по легенде она – юная неискушенная девушка, которая ни сном,  ни духом и вообще, детей в капусте находят или аист приносит! Вот и будем вести себя, как невинная, ни о чем не подозревающая дурочка. Посмотрим, как жених будет выкручиваться.

- Не пир? – Светлана удивленно покачала головой. – Тогда – про подарки? Точно, муж и жена рассматривают подарки! – и победно посмотрела на жениха.

Жених поскучнел еще больше.

- Нет, мисса, речь не о подарках, - глядя куда-то в район стены за ее спиной, отозвался мужчина. – Вы знаете, откуда берутся дети?

- Конечно! – уверенно ответила Света.

Князь заметно выдохнул и распрямился.

- Их находят в капусте или приносит аист, - закончила девушка. – Вернее, сначала муж целует жену, а потом они вместе находят в капусте дитя. А если в капусте нет, то надо еще раз поцеловаться, и тогда младенца принесет аист!

Глаза Рагнара приняли форму круга, а брови окончательно спрятались за волосами.

-  Мисса, прошу меня извинить, я вспомнил одно совершенно неотложное дело, -  каким-то мягким и гибким, почти кошачьим движением князь перетек из кресла, в котором сидел до этого, в вертикальное положение.

Светлана растерянно посмотрела в спину сбежавшего жениха и горестно вздохнула – переборщила! Мужик явно перепугался и помчался снимать стресс, бедняжка.

Что же будет завтра? Церемония семечки, вот чертов обряд, это да. Ладно, ей-то ничего делать не надо, только тихо полежать, глаза закрыть и представлять, что они одни, как магистр советовал, а князю-то каково? Сверкать задом под внимательными глазами придворных или кого он решил вокруг кровати расставить? А если он не сможет? Ну, перенервничает, например, за нее? Не чурбан же он неотесанный, должен понимать, каково девушке обнажаться на людях.

Размышления Светы прервал следующий посетитель – Риная!

Девушка подобралась – это еще что за новости? Матушка-змеюшка подослала?

- Мисса, князь потребовал от меня рассказать вам об обязанностях жены.

- Почему ты, а не матушка?

- Мне неизвестно, - поджала губы Риная. – Князь приказал привести женщину, которая ухаживала за вами, правительница отправила меня. Еще обыскали, будто преступницу и маги проверяли, - зло сверкнула глазами на девушку горничная.

Света приняла невозмутимый вид – а она-то тут причем?

- Мисса, - начала Риная. – Завтра вы вступаете в брак и то, что я сейчас расскажу, каждая мать перед свадьбой говорит своей дочери. После брачного ритуала, женщина телом и душой принадлежит мужу. Муж имеет право карать и миловать, ласкать и наказывать, а женщина обязана во всем ему подчиняться.

Светлана затолкала поглубже рвущиеся с губ слова, решив выслушать все молча.

- Чтобы брак считался совершенным, мало пройти брачный ритуал в храме, после него жена должна вверить себя в руки мужа, - продолжала женщина. – Муж  снимает с жены все одежды и ложится с ней вместе в одну постель. Жене надлежит без слез и сопротивления позволить мужу делать с ее телом все, что он пожелает, где бы и как бы он к ней не прикасался.

«Ни хрена себе, подготовка девственницы! Да если бы я была этой несведущей девственницей, то уже бежала бы с воплями прятаться»!

- Лучше всего, если жена закроет глаза и будет тихо шептать про себя молитву Триединому. После того, как муж скрепит брак, он оставит жену, но ей вставать нельзя! Надо дождаться, когда придут служанки.  Вы все поняли, мисса?

- Нет. Что именно муж должен сделать с женой?

- Это неприлично упоминать! – возмутилась женщина. – Просто запомните, что вы должны тихо лежать и ни в чем не перечить своему мужу.  Да, еще – ваш обряд единения будет происходить при свидетелях, так потребовал князь Рагнар.

«Сволочь! Оказывается, это не обязательный обряд, а по желанию. Князь решил развлечься за ее счет?»

- После храма служанки помогут вам переодеться и проводят в комнату, где будет проходить завершение брака. Там будут незнакомые для вас люди. Вы не должны кричать, плакать, убегать и сопротивляться. Доверьтесь мужу, он все сделает сам.

«Яйца оторву! Скотина бесчувственная!»

- Если вы будете сопротивляться,  и муж не сможет осуществить свои права, то, по обычаю, вас должны признать не чистой и казнить.

«Песец! Я еще переживала, что князь перенервничает, и жалела его, а он невинную девочку на всеобщее обозрение, еще и под угрозой казни!»

- Вы все запомнили? – Риная дернула Светлану за руку, привлекая внимание. – Муж имеет на вас все права, и вы не должны ему препятствовать в их осуществлении. Что бы он ни делал, как бы странно с вашей точки зрения не повел себя, вы обязаны молчать и тихо лежать.

- Будет больно? – решила уточнить Света. Странно, что «подготовительница» ни словом об этом не упомянула. Надеются, что девушка перепугается, сорвет процедуру,  и князь будет вынужден ее казнить?  Хм, вполне возможно, с маменьки станется, особенно после того, как она вынудила ее снять браслет подчинения.

- Не больше, чем,  если бы вы поцарапали палец, - буркнула Риная и, вдруг приблизившись к лицу девушки, прошептала. – Думаешь, что ты самая умная и что без браслета правительница до тебя не дотянется?

Светлана отшатнулась, поразившись злобе, с которой  горничная выпалила это, и разозлилась в свою очередь.

- Да что ты себе позволяешь! – тихо, но твердо ответила она, глядя прямо в глаза Ринае. – Еще слово угрозы, и я обо всем расскажу князю или ты воображаешь себя бессмертной? Пошла вон!  Твое место на кухне, у чана с грязной посудой, а не в горничных!

Риная вздрогнула, встала, как кукла, развернулась и вышла из покоев.

Светлана перевела дух – зря она сорвалась. Правильно говорил магистр – самая главная ее проблема – неумение сдерживаться. Вот сейчас Риная прибежит к правительнице. Чем это аукнется Светлане?

               Рагнар вылетел из покоев невесты, сшибая косяки и охрану.

- Никодий! – проревел он, проносясь по коридору. – Немедленно найти советника и передать, что он мне срочно нужен!

На плохой слух Никодий никогда не жаловался, поэтому среагировал до того, когда в двери его комнат постучал посыльный. Если князь так раздражен, то, несомненно, советнику следует поспешить.

- Я не понимаю, что происходит, -  Рагнар беспомощно посмотрел на Никодия. – Правительница ничего не рассказала девчонке, я велел найти женщину, которая ей прислуживала, проверить на безопасность и отправить ее к невесте. Приказал, чтобы она выполнила то, что обязана была перед свадьбой сделать мать невесты.

- Почему не мать?

- Я не доверяю правительнице. Вспомни браслет, который она «забыла» на дочери? Я исследовал его – мерзопакостная вещь – там и маяк, и остаточные чары подчинения, и даже заклинание остановки сердца! Саная тир Гранд настоящее чудовище.

- Девочка, точно ее дочь? – обеспокоенно поинтересовался Никодий. – Не подсовывают ли Гранды кого-то постороннего?

- Вне сомнений, она дочь Лорена и Сании, я приказал это первым делом проверить, - отмахнулся князь. – Не понимаю, почему мать настолько наплевательски относится к дочери, наследнице?  Представляешь, девчонка поведала мне, что после брачных ритуалов муж и жена отправляются на пир и смотреть подарки! А детей находят в капусте после того, как муж поцелует жену. Или их приносит какой-то аист. Не спрашивай, кто это, сам не понял.  Как мне заканчивать обряд?

- Возможно, ее горничная или няня, кого вы отправили просвещать девочку? -  сможет нормально ей все объяснить?

- Или запугает ее и вместо быстрого лишения невинности мне придется сначала ловить жену, потом успокаивать ее и, в конце концов, насильно делать то, что я обязан сделать. И все это на чужих глазах!

- Вы сами пожелали провести консуммацию при свидетелях, - осторожно заметил Никодий. – Это оглашено,  и отменить обряд, значит, дать повод думать, что невеста не чиста.

- Да знаю я, - отмахнулся князь. – Ты в курсе, почему я вынужден был потребовать завершения брака при свидетелях. Может быть, напоить ее каким-нибудь успокаивающим отваром? Или снотворным? Тогда все пройдет быстро и почти безболезненно для девушки.

- Я бы не стал этого делать, ведь в ней будет зелье, гарантирующее зачатие с первого раза. Крайне нежелательно в это время  воздействовать на организм другими зельями и отварами – действие зелья может нейтрализоваться.

- Кстати, когда ты думаешь его ей дать?

- Завтра утром, перед храмом передам ее служанкам с наказом проследить, что бы девушка выпила все до капли.

- Хорошо. Но что же мне делать? Развлекать придворных и затягивать процедуру совершенно не хочется. Девчонка наверняка испугается и будет сопротивляться или, того пуще, кричать. А времени, чтобы ее успокоить и приласкать у меня не будет, да и, откровенно говоря, ласкать женщину на глазах придворных – последнее, что я желаю.

- Тогда у вас один выход, - вздохнул Никодий. – Перестройте браслет, который был на девочке,  и снова наденьте его. Под подчинением она будет тиха и покорна.

- Да, видимо, придется, - согласился князь. – Надеюсь, она забеременеет с первого раза, и мне не придется заглаживать впечатление от применения подчинения и прилюдной консуммации.

-Советник вздохнул и пожал плечами:

- Все в руках Триединого.

- У нас все готово для обряда, его завершения и отъезда? Не хочу здесь находиться и лишнего часа.

- Все готово, - ответил Никодий. – Мы сможем выехать сразу, как вы отдадите об этом распоряжение.

- Отлично, - князь кивнул и,  немного помолчав, продолжил. – Меня еще беспокоит, что первоначально уровень магии наследницы был заявлен, как невысокий – восемь единиц. И я такой примерно и ощущал на протяжении двух дней, когда наследница чуть ли не вешалась на меня во время совместных обедов и прогулок. Но сегодня магистры Стренс и Олей обнаружили у невесты какой-то бездонный колодец и не смогли определить ни уровень, ни природу дара.

- Интересно. Но ведь, чем больше дар, тем лучше?

- Это да, для моего будущего наследника это очень хорошо, но меня беспокоит, что у девчонки произошел такой скачок и что магистры не сумели определить вид магии.

- Не страшно. Вернемся в Мадраскар, вашу жену посмотрят лучшие маги империи и уж совместными-то усилиями, они разберутся, что с ее даром.

- Ты прав, выкину это из головы до возвращения домой, - согласился Рагнар. – Шума не поднимайте, но пусть все будут готовы выехать в обратную дорогу через час после завершения обряда.

  Спаслось Светлане на удивление сладко. То ли сказались волнения предыдущих дней, когда она никак не могла расслабиться, то ли очень вкусный ужин и мягкая постель, но факт остается фактом –  последний раз так безмятежно и спокойно она спала еще в той жизни, когда была жива бабушка Оля.

Лишь только небо немного посветлело, Деяна и Маяна вошли в спальню невесты и разбудили девушку.

С сожалением расставшись с подушкой, Светлана послушно разделась и погрузилась в горячую воду.  Сон не хотел покидать, и Света,  откинувшись на бортик ванны,  позволила себе понежиться еще несколько минут, пока служанки бережно терли ее тело и промывали волосы.

Но все хорошее, как правило, заканчивается быстрее, чем этого хотелось бы.

Свету завернули в большое пушистое полотенце, усадили на оттоманку и служанки в четыре руки принялись умащивать ее тело какими-то приятно пахнувшими притираниями. Отдельно чем-то намазали ей подмышки, в зоне бикини и ноги.  Разомлевшая Светлана не сразу среагировала, а потом было поздно – Деяна протерла намазанные места полотенцем, которое начисто удалило и мазь и волосы.  Нет, повышенной волосатостью тело Аланы не отличалось, но, видимо, здесь полагалось, чтобы у невесты растительность присутствовала  только на голове.

Напоследок служанки обтерли Светлану горячими, вымоченными в каком-то отваре,  полотенцами, после чего кожа  девушки стала особенно бархатистой и будто немного светящейся.

А потом предложили ей выпить бокал какого-то отвара. Впрочем, Света догадывалась – какого именно. Молодец, магистр Кроу, все тонко рассчитал!

Когда небо посветлело еще больше,  и на востоке разгорелась золотая полоса встающего солнца, невеста была полностью готова.

На висках ей заплели тонкие косички полукругом, остальные волосы закрепили так, чтобы они свободно струились, не закрывая лицо.

Света ожидала, что на нее наденут две-три сорочки, кучу юбок, корсет и поверх всего, то самое пышное и тяжелое платье, все в бриллиантах и вышивке. Но ей предложили только тонкую сорочку. Одну. И сразу облачили в платье. А белья не дали никакого.

На удивленный вопрос  служанкам, обе зарделись и пояснили, что невестам белье не полагается. И вообще, панталоны она получит не раньше, чем забеременеет, такие правила.

Ну, ничего себе! Муж  собирается ей юбку задирать прямо в храме или по выходу из храма?  Куда она попала?!

Впрочем, фата ей тоже не полагалась и когда девушка спросила о ней, обе служанки явно не поняли, о чем идет речь.

На размышления времени не осталось  – за Светланой пришли.

Под руку с советником, в сопровождении двух магов и восьми  воинов – два впереди,  два сзади и четверо – по бокам процессии, невеста направилась в храм.

Длинные коридоры, лестницы, выход на улицу – и никого на всем пути. Маги, воины, тишина и невеста.

Но стоило ступить за порог дворца, как Свету оглушили приветственные крики.

Скосив глаза, она поняла, что идет по живому коридору из воинов ее будущего мужа, а за ними колышется людское море.

Переход от выхода из дворца до входа в храм много времени не занял, и вот Светлана ступает по ковру из цветов, устилающему путь к жрецу и жениху.

Князь, одетый в красивый камзол цвета сливок, ждал невесту в конце цветочной дорожки.

Красив, ох, как красив! Но взгляд его холоден, ни искорки участия, ни крупинки теплоты – сосредоточенность и сдержанность.

Князь принял руку невесты от советника и развернулся к жрецу.

Саму церемонию Светлана почти не запомнила, вся сконцентрировавшись на ощущениях от прикосновения жениха. Его рука обжигала и, в то же время, дарила спокойствие и уверенность.

Ответив согласием на два заданных ей жрецом вопроса, Светлана не смогла бы их повторить, настолько отрешилась от происходящего.

Прошлая жизнь, предательство Вити, эгоизм матери, жестокость этого мира, козни Ринаи и правительницы – все осталось где-то там, далеко. Здесь и сейчас была ее свадьба и мужчина, при взгляде на которого сладко замирает ее сердечко. Может быть, она уже испила горькую чашу до дна? Может быть, впереди ее ждет счастье? Так хочется в это верить! Интересно, что в этом мире является внешним свидетельством замужества  – кольцо, татуировка?

Обряд  подошел к концу, и когда жрец объявил, что Триединый принял этот брак и они теперь муж и жена, князь развернул жену к себе. Светлана замерла, ожидая поцелуя, не сводя глаз с мужественного и такого притягательного лица Рагнара, но мужчина, молча, поднял ее левую руку, защелкнул на ней браслет и  после этого сразу потянул Свету на выход.

«Наверное, поцелует снаружи, чтобы все видели. И у них не татуировка и не кольцо, а браслет»

Но снаружи никакого поцелуя она не дождалась. Собственно, сразу при выходе, руку Светы перехватил советник и под конвоем тех же магов и воинов повел ее назад во дворец, а муж остался где-то сзади.

Растерянная и разочарованная, Светлана машинально переставляла ноги, недоумевая, почему князь не сказал ей ни слова и не то, что не поздравил с заключением брака, но и капли тепла ей не подарил.

Браслет! Он же подарил ей браслет!

Светлана подняла руку и похолодела –  нет, муж надел ей не брачный браслет.  Он нацепил на жену «поводок» -  браслет, с чарами подчинения и другими не слишком приятными функциями. Тот самый, который вчера, по приказу князя,   с нее сняла  матушка.

Счастья захотела? Понравился иномирный мужчина,  и ты решила, что и ты ему понравишься? Какая же ты, Светлана, глупая и наивная! А сейчас, скорее всего, ее ведут… на случку, а браслет – чтобы не устроила истерики, недомуж же не знает, что на ней подчинение не работает. Светлана горько вздохнула, закусив губу. От радостного предвкушения и трепетного ожидания чего-то доброго, волшебного, теплого не осталось и следа. Она – всего лишь, разменная монета и глупо было надеяться, что новоиспеченный муж испытывает к ней чувства.  Что ж, вовремя снятые розовые очки отлично улучшают зрение и стимулируют не плыть по течению, а бороться.

Девушка вернулась в покои, где ночевала. Наверное, от нервов, очень захотелось кушать, но не было заметно, что бы ее собирались покормить.

Маяна и Деяна встретили Светлану поклонами и сразу же принялись снимать с нее платье, а затем и нижнюю сорочку. Не успела новоиспеченная жена удивиться или возмутиться, как на нее надели другую сорочку, очень просторную и … с большой дыркой пониже пояса.  Такой, обшитой по  краям, то есть, специально приготовленной дыркой. Свете не хотелось даже думать – для чего приготовленной.

После этого поверх дырявого предмета одежды через голову  девушки накинули что-то вроде детского фартучка, только без завязок по бокам. Просто кусок ткани, который свисал почти до пола, закрывая отверстие в рубашке.

Пока Маяна возилась, расправляя «фартучек», Деяна взялась за волосы Светланы, тщательно расчесала их и заплела в две  косы снизу вверх.  Потом закрутила  их «барашками», пришпилила, чтобы не развернулись  и,  в довершение всего, покрыла голову молодой жены накидкой.

Светлана, неверяще, ощупала голову – это что, ей теперь все время придется ходить «с рогами» и под накидкой?

- Не трогайте, мистрис, - попросила Деяна. – Нельзя, чтобы накидка  упала.

- Я теперь всюду буду ходить с накидкой? – спросила Света.

- Нет, не везде, мистрис, - почтительно ответила служанка. – Но ваши волосы всегда должны быть заплетены и подвернуты. Теперь только ваш муж может видеть их распущенными.

- Сейчас вы готовитесь к завершению обряда, - добавила  Маяна. – Обычай требует, чтобы  волосы были полностью закрыты.

Светлана фыркнула – действительно, очень важно, чтобы никто из свечкодержателей, упаси, бог, не увидел ни прядки ее волос! А то, что они все полюбуются на ее… гм… филейную и не только часть, это пустяки!

-  Вы не могли бы принести что-нибудь из еды? – обратилась она к служанкам, когда ее желудок в очередной раз протестующее буркнул. – Я очень голодная.

- К сожалению, нет, мистрис, - ответила Деяна. – Вы сможете поесть после завершения обряда, сейчас никак нельзя!

Какая у нее замечательная свадьба!

Подняли затемно. Вертят, как манекен. Жених слова доброго не сказал, да что там слова, вел себя так, будто рядом с ним неодушевленная кукла.  Нарядили в непонятно что, правда, понятно, для чего.  Поесть и не мечтай. А еще ей сейчас предстоит на глазах чужих людей лишиться этой чертовой девственности.

У Светланы и  от первого раза этого процесса остались далеко не самые приятные воспоминания, а ведь тогда это произошло в интимной обстановке, да и парень старался… Эх, лучше бы ей снотворного, что ли, дали. Заснула – проснулась – все позади, а она ничего не помнит и ничего не чувствует.

В дверь постучали,  служанки подобрались и  Маяна, с сочувствием глядя на Светлану, произнесла:

- Пора идти, мистрис.

-  А туфли? – девушка пошевелила пальцами ног. Обувь с нее сняли одновременно с платьем, и она так и стояла до сих пор босиком, благо, толстый ковер защищал от холода.

- Простите, мистрис, - расстроено проговорила Маяна. – Вам надлежит идти без обуви.  Только ритуальная сорочка и две накидки – на голову и на тело.

Замечательно! Что-то счет, который она хотела бы предъявить мужу, все растет и растет, а ее терпение и настрой все вытерпеть – наоборот, уменьшаются.

- Пока обряд не прошел, жена считается не чистой, - торопливо продолжила Маяна. – Поэтому ей оставляют минимум одежды и отбирают обувь, потому что  если она окажется на самом деле не чистой, ее тут же и казнят.

Каким образом казнь связана с обувью? – изумилась Света.

- Но как же! Ведь обувь помешает душе  высвободиться!

- Душа высвобождается через ступни?

- Ну, да! Разве вы этого не знаете? – обе девушки удивленно смотрели ей в лицо.

Нет, она не знала, но показывать этого нельзя и Светлана попыталась улыбнуться:

- Конечно, знаю, просто я волнуюсь и говорю невпопад.

Служанки с облегчением  переглянулись и подхватили молодую жену под руки, выводя ее из покоев.

Твою мать! А эта Алана, вообще-то, точно девственница? Вот будет сюрприз, если…  Додумывать Светлана не стала, и так было тошно.

В коридоре, устланном ковром, ее ногам было вполне комфортно, и Света немного приободрилась, что прогулка босиком ей не навредит.

Впереди процессии шли воины, потом маг, потом Светлана со служанками, которые продолжали держать ее под руки, потом опять маг и воины.

«Как на заклание ведут», - подумала девушка. – «Вон, даже держат, чтобы не дернулась и не сбежала».

Коридор с коврами закончился, и дальше пошел просто пол, сначала деревянный, а потом, когда процессия спустилась на этаж – каменный. Камень неприятно холодил ступни, но Светлана терпела.

Когда процессия вышла на улицу, девушка удивилась – что, не во дворце все будет? – и тут же ее отвлекла боль в ногах от неровного пути  по мелким камешкам.

Гад! Ее муж гад, сатрап, деспот и самодур!

Наконец, процессия подошла к  какому-то шатру,  вошли внутрь,  и Светлана с ужасом увидела, что посередине  стоит большая кровать с балдахином, а по периметру шатра, буквально в трех метрах от кровати, стоят люди.  Конечно же, одни мужчины – в парадных одеяниях и серьезными лицами.

Мать, мать, мать!  И они вот так должны будут??? О-о-о… Впервые девушка подумала, что князю тоже не завидует.

Служанки по-прежнему крепко держали ее под руки. От четырех стен шатра подошли четверо мужчин и внимательно осмотрели девушку. Она почувствовала, как по ее телу бегают щупальца и еле удержалась, чтобы не дернуться.

«Проверяют магией» - догадалась Света, изо всех сил стараясь не трястись. Получалось плохо – ноги, все-таки, застыли, да и переживания добавляли дискомфорта,  девушку ощутимо колотило.

- Княгиня не имеет при себе ничего, что помогло бы ей ввести в заблуждение относительно ее чистоты, - изрек один из сканировавших ее мужчин.

Трое других  по очереди повторили то же самое, и все вернулись на свои места.

С другой стороны шатра вошла процессия с князем во главе. С двумя отличиями -  его никто под руки не держал,  и  в его сопровождении были только мужчины.  А в остальном – точь-в-точь жена, даже одеяние такое же, только мужчина был обут.

Четверо магов подошли к князю, просканировали его и громко объявили, что «князь не имеет при себе ничего, что могло бы помочь жене скрыть, что она не чиста».

После этого князь подошел к дрожащей, как лист на ветру Светлане, взял ее за руку и потянул к кровати.

Как и куда девались все сопровождающие, Света не заметила, но в какой-то момент поняла, что в шатре остались только они с князем и люди, стоящие по периметру.

Муж подвел девушку к кровати, на секунду придержал ее голову, взглянув в глаза, и Светлана ощутила, как нагрелся браслет. Естественно, магия опять не сработала, Света  не только все осознавала, но и  вполне владела своим телом и желаниями.

Потом муж снял через ее голову «фартук»  и подтолкнул жену к кровати, вынудив залезть и лечь, а затем  снял свой «фартук» и тоже забрался на кровать, нависнув над женой. После этого, к ложу подошли двое из числа зрителей и  расправили полотно с балдахина таким образом, что кровать стала как бы загороженной от всех. Однако впечатление защищенности было эфемерным – ткань оказалась тонкая и почти прозрачная. Во всяком случае, скосив глаза, Света отчетливо видела профиль ближайшего из «свечкодержателей»

«Господи, зачем князю  нужно такое унижение его жены?  Ни за что не поверю, что не было другого способа подтвердить невинность княгини, кроме публичной  дефлорации! Наверняка, любой маг мог осмотреть ее ауру и понять,  чиста невеста или нет! А тут все маги, вот пусть бы все проверили и вышли!»

Но мольбы Светы не были услышаны  - все остались на своих местах.

Между тем, князь приступил к делу. Светлана зажмурилась, почувствовав его руки в том самом месте. Тотчас  браслет снова нагрелся – муж заметил ее движение и поспешил усилить подчинение, а потом приблизился и поцеловал, как клюнул.

Ну, вот, дождалась поцелуя! Третий класс, начальная школа.

Светлану затрясло сильнее,  и муж, нахмурившись, взял ее руки и вытянул на постели поверх ее головы, и Света почувствовала, что не может и пальцем шевельнуть, не только вернуть конечности в более комфортное положение.

Твою мать, он связал ее магией! Мало ему подчинения, надо еще и так зафиксировать? Точно, насильник, явно не в первый раз такое обездвиживание проделывает.

Между тем мужчина просунул руки  под подол сорочки жены и широко развел ее ноги, чуть согнув их в коленях.  Снова зафиксировал конечности супруги магией, после чего лег сверху и зашарил рукой между их телами.

Еще недавно Света злорадствовала, думая, что свидетели сполна насладятся зрелищем голых ягодиц князя.  А не угадала – просторная и длинная сорочка, надетая на Рагнара,  не позволяла свидетелям увидеть ничего, кроме его пяток, а член прекрасно доставался сквозь такую же, как в сорочке Светланы, дыру.

Почувствовав головку, которая скользнула по промежности, Светлана инстинктивно напряглась и сжалась, ожидая вторжения и боли. Муж заметил это и браслет опять нагрелся.

Скотина!

Девушка  судорожно вздохнула, она знала, что надо расслабиться, тогда будет не так больно, но вот расслабиться никак не получалось, да и у кого бы в таких условиях это получилось?

Как она  ни готовилась,  но резкое вторжение сразу на всю длину и ослепительная вспышка боли произошли для нее внезапно.  Прикусив губу, чтобы не закричать от раздирающего низ ее живота огня, Светлана инстинктивно дернулась, но магические путы не позволили ей ни руки опустить, ни ноги свести.

А князь, не задержавшись ни на секунду, принялся сразу вколачиваться в ее пульсирующее болью лоно.

Коновал хренов! Две жены было, любовницы, а ничему не научился!

Боль не утихала, наоборот, простреливала новыми вспышками с каждым поступательно-возвратным движением. Светлана не чувствовала ни  сочившуюся из прокушенной губы кровь, ни градом текущие слезы, все силы она бросила на то, чтобы не закричать, чтобы дотерпеть до финала  истязания.

А князь долбил и долбил, и девушке казалось, что пытка никогда не закончится, а она сама стала просто одним сгустком боли. Судя по ощущениям, член у мужа оказался намного больше, чем был у Вити, и Светлана с ужасом думала, какие травмы  князь нанес ей своим не слишком бережным обращением.

«Господи,  не могу больше… Пожалуйста, ну, пожалуйста, пусть его член станет меньше, я не выдержу больше… Так больно!»

Перед глазами Светы мелькнула картина, как гордо вздымающееся мужское достоинство внушительного размера, вдруг теряет бодрый вид, будто из него выпустили воздух, и стремительно уменьшившись в размерах, повисает «на полшестого».

И сразу  исчезло давление,  изнутри раздиравшее ее тело, а  муж замер и полез рукой проверять.  Потом несколько секунд ничего не делал и, наконец, отстранился и сел на кровати.

Светлана всхлипнула – «слава, богу, пытка закончилась»!

Между бедер и под попой было мокро и липко, но поскольку князь не отозвал магию, она так и лежала, не в состоянии пошевелиться.

Мужчина привстал на колени, и Светлана увидела, что его рубашка в районе отверстия сильно запачкана кровью.

Ничего себе, это у нее такое кровотечение? Впрочем, не удивительно, он ведь ее не щадил, когда делал женщиной и, может быть, у Аланы плева была более  прочная?

Магические путы спали,  и князь потянул жену за руку. Светлана села и тихо охнула – больно!

Между тем, князь продолжал, не говоря ни слова, тянуть ее и девушке пришлось, морщась, слезть с постели и встать рядом с мужем. Князь подобрал «фартуки» и один надел на себя, закрыв и отверстие и большинство кровавых пятен, второй накинул на жену. Светлана стояла, покачиваясь,  и ощущала, как пульсирует болью ее лоно и что-то стекает по ногам.

Похоже, этот долбо…б, рванувшись со всей дури, да на сухую, в девственное влагалище, порвал не только плеву.

Князь тихо выругался сквозь стиснутые зубы и развернул ее спиной к кровати.

Светлана не успела увидеть, что там, но судя по текущим по ногам ручейкам, зрелище  должно было быть незабываемым.

Ей надо срочно к целителям, какого этот… тянет?

Рагнар очнулся, поднял вверх руку Светланы и громко сказал:

- Все свершилось, княгиня чиста и моя законная жена перед людьми и Триединым.

Свидетели отмерли и один за другим повторили, что все свершилось, княгиня чиста.

Преодолевая головокружение, Светлана подняла глаза на свою руку и прежде чем потерять сознание, успела  увидеть, что по запястью вьется золотисто - зеленая брачная татуировка.

           Очнулась она  в своих покоях, чисто вымытая, в сухой и целой сорочке.

Рядом,  похоже, в соседней комнате,  кто-то разговаривал, и девушка напрягла слух.

- Я все залечил. Вам надлежит дать жене, по меньшей мере, неделю за восстановление и не требовать от нее выполнения супружеских обязанностей. Через неделю я проверю на наличие беременности, - судя по голосу, это тот самый старичок-целитель.

- Не нужно, - буркнул второй голос, в котором она узнала мужа. – Она точно не забеременела.

- Кровотечение, даже такое обильное, не может помешать семени, если оно попало внутрь.

- Семени не было, я не завершил.

- Гм… Понимаю, княгине было очень больно, даже удивляюсь, как она смогла все выдержать без единого крика. Вы пожалели ее и прервали соитие.

-  Знаете, я так спешил скорее все сделать, что заметил состояние жены и кровотечение только после того, как не смог продолжать.

- Не смогли продолжать?

- Мой… он внезапно уменьшился… Ну, упал. Мне пришлось остановиться, и тогда я увидел, сколько крови и как бледна жена.  Думаю, если бы не внезапное мое бессилие,  она бы потеряла сознание прямо подо мной.

- Удивительно стойкая девочка.  Значит, вы все поняли? Неделя никаких супружеских обязанностей!

- Я сильно ее повредил?

- Изрядно, но все физические травмы я  залечил, когда она проснется, ей не будет больно.  А психологическая травма… Это невозможно вылечить, она должна пройти со временем. Ну и вам придется постараться, чтобы жена забыла про боль, страх и унижение, иначе каждое последующее соитие вам придется проводить под подчинением. Я ведь правильно понял назначение браслета на ее левой руке?

- Да, я вынужден был применить его. Хотел, чтобы она не смогла  помешать,  хотел сделать все быстро.

- Быстро у вас получилось, - вздохнул первый голос. – Но не всегда «быстро» означает «правильно», и когда пройдут последствия, я сказать затрудняюсь. Если бы вы попросили, я дал бы вам мази, которая расслабляет, увлажняет и снимает боль. Но вы молчали, я думал, что у вас все приготовлено и не стал лезть с предложениями.

- Не подумал. Последний раз девственница у меня была почти пятнадцать лет назад, и тогда все проходило в других условиях.   Я и забыл, что не всегда женщина сразу готова принять. Княгиня скоро очнется?

- Должна с минуты на минуту.

- Если мы положим ее в повозку, она перенесет дорогу?

- Я же говорил, что физически она уже здорова, я устранил все повреждения, снял отек, боль и залечил разрывы.  Да, она нормально перенесет дорогу, только покормите ее, после такого кровопускания ей  необходима хорошая еда и обильное питье.  И думайте, как будете извиняться, но боюсь, что после пережитого эта девушка уже никогда не сможет познать радость плотской любви.

Голоса отдалились, потом стихли.

Светлана открыла глаза и села – ничего не болело. Посмотрела на свои руки – браслет подчинения на месте. Мужу понравилась послушная и покорная жена?

На месте и брачная вязь. Красивая. Похоже, это единственное красивое  в ее браке.

Девушка откинула одеяло и встала. Легкое головокружение, но это наверняка от голода, хотя, может быть, и от потери крови.

Итак, она полноценная княгиня, а муж не смог кончить. Что там она пожелала, когда еле сдерживалась от раздирающей ее боли?

«Пожалуйста, ну, пожалуйста, пусть его член станет меньше, я не выдержу больше»

Отлично, так ему и надо!  Жалко, что ее пожелания реализуются спонтанно и непредсказуемо. И  хотя она  не знает, благодаря кому – Алане или это ее собственная способность – она имеет возможность воплощать в жизнь некоторые свои пожелания, но она бесконечно благодарна за это умение!

Снова раздался шум и до девушки донеслось:

- Князь, простите, там ломится девушка, она говорит невозможные вещи!

- Что еще такое, что за девушка? Вы с ума сошли, беспокоить княгиню шумом?

- Я не виноват, ее невозможно остановить, не применять же силу! Мы проверили, ничего опасного при ней нет. Но вы должны непременно взглянуть на нее и выслушать!

Далее раздался какой-то шум, топот, стук   и сдавленное ругательство князя.

- Князь, что вы так смотрите – не узнаете? Это же я, Лиана! Я – наследница! Простите, только сейчас смогла вырваться, меня заперли и не выпускали. Вы женились не на мне, а на второй дочери!

Светлана села обратно на кровать и тихо усмехнулась - вот и все. Ни Милисенту она не спасет, ни себя. Финита ля комедия. Только зря терпела и сдерживалась.

Дверь резко распахнулась,  и Светлана увидела перекошенное лицо мужа, из-за плеча которого виднелась довольная физиономия "сестренки".

Натолкнувшись взглядом на бледную жену, Рагнар несколько присмирел и  закрыл дверь, оставив за ней остальных свидетелей потехи.

- Как ты себя чувствуешь?

- Пока живая, - настороженно ответила Светлана.

- Я не хотел, чтобы тебе было настолько плохо, - неожиданно проговорил супруг и вспомнил о проблеме. – Ко мне вломилась еще одна девушка, похожая на тебя, как две капли воды, она утверждает, что она Лиана?

- Она и есть Лиана, - со вздохом ответила Светлана.

- Тогда кто ты?

- Алана.

-  Что это значит??! Мои маги проверили – ты точно дочь Лорена и Санаи.

- Близнецы, - вздохнула Света, прикидывая, свои шансы на хотя бы "долго", поскольку со "счастливо" уже обломилось. –  Просто родилась не одна дочь, а две. В Саритании рождение близнецов большой позор, поэтому второго ребенка от всех скрывали. А должны были или убить или отдать жрецам.

- Да, я слышал об этом идиотском законе,  - муж взъерошил волосы и опустился на кровать рядом с женой. – Не думал, что правитель окажется настолько суеверным.

- У второго близнеца нет магии, поэтому от него избавляются, - ответила Света.

- Но у тебя магия точно есть, - возразил князь. – У твоей сестры тоже, только  намного меньше. Это ведь она встречалась со мной со дня приезда в Саританию? Почему же меня знакомили с одной дочерью, а замуж отдали другую?

- Думаю, этот вопрос вам лучше задать нашим родителям, - ответила девушка.  – А в империи нет правил, касающихся рождения близнецов?

- Есть, но не при их рождении, а при женитьбе или замужестве, - мрачно ответил Рагнар. – Но тебя не должно ничего волновать, я сам со всем разберусь.

 Светлана увидела, что прямо сейчас ее никто убивать не собирается и решила немного обнаглеть:

 - Вы не могли бы приказать принести еды?

- Что? Да, конечно, - князь очнулся и вдруг протянул руку к ее лицу. - Прости.

Светлана не успела ничего подумать, как ее тело само отреагировало, резко отшатнувшись от руки мужа.

Рагнар горько вздохнул, виновато посмотрел на забившуюся в спинку кровати девушку:

- Сейчас тебе принесут поесть и одежду, если ты захочешь встать. Если тебе что-нибудь нужно, прикажи служанкам, они все сделают.

- А... А моя сестра? - растерялась Светлана. - Вы не выгоняете меня? Не аннулируете брак, раз я не наследница?

- Выгонять? - удивился муж. - Аннулировать?  Согласно договору между Саританией и империей Мадраскар, я женился на дочери тир Гранд. Триединый принял наш брак, он завершен по всем правилам, этот брак нерасторжим. Хочешь ты этого или не хочешь, но ты - моя законная жена. Кушай, отдыхай, набирайся сил, скоро мы выезжаем. И обращайся ко мне на «ты» пожалуйста.

Светлана проводила взглядом вышедшего из комнаты князя и откинулась на подушку - может быть, у нее еще есть шанс, в том числе,  спасти Милисенту?

- Правителя и правительницу пригласите немедленно подняться в мою гостиную, - донесся голос Рагнара. - Девушку препроводите в отдельные покои, обеспечьте всем необходимым  и проследите, чтобы она ни себе и никому другому ничем не навредила.

- Князь! - взвизгнула Лиана.

 Хлопнула дверь и все стихло.

                       Приказ князя немедленно прибыть в одну из гостиных второго этажа застал Санаю врасплох.

Она  собиралась сходить к Лиане, но вошел весьма рассерженный Лорен и с порога принялся возмущаться:

- Только женился, ребенка еще, наверное, даже не зачали, а уже приказы раздает, будто у себя в империи! Чего стоишь? Собирайся, дорогой зять приказал нам срочно явиться к нему на этаж!

- Приказал? Не много ли на себя берет? – хмыкнула правительница.

- Пока он не уберется из Саритании, не видать нам покоя. Что там опять могло случиться? Девчонку получил, брак скрепил, за полу не держим – скатертью дорога! – правитель побагровел от возмущения. – В своей собственной стране, в своем собственном доме я сам себе не хозяин!

- Не нервничай, это вредно, - мягко заметила жена. – Осталось потерпеть совсем немного, скоро мы забудем и о князе и о нашем позоре.

- А ну, как родят? – Лорен настороженно посмотрел на Санаю. – В договоре-то нам срок только до совершеннолетия наследника или наследницы.

- Не родят, - правительница широко улыбнулась. – Моими стараниями, девчонка получила полный флакон зелья, у нее никогда не будет детей.

- Необратимое?

- Практически.

- Как это?

- Ну, если в течение суток, после того, как девушка выпила зелье, дать ей нейтрализатор, она совсем не пострадает. Если через неделю  принять нейтрализатор, возможно, детородная функция и восстановится, но не наверняка.  А позже – пей-не пей, все равно останешься бесплодным.

- Лихо. Надеюсь, князю не придет в голову дать ей нейтрализатор на всякий случай. Где Лиана?

- В своих покоях. Я рассказала ей про Алоиза.

- И?

- Попереживала сначала, не без этого. Но потом разум взял верх, и она успокоилась и больше не протестует.

- Ты выпустила ее из покоев???

- Нет, конечно! – возмущенно воскликнула Саная. – Пока князь не уберется, Лиане нельзя никому на глаза показываться! Сидит у себя. Единственно, что я разрешила – выходить на балкон.

- Ладно, о Лиане поговорим позже. Пошли, не будем дорогого зятя заставлять нас ждать.

Молчаливые  имперские воины проводили супругов в гостиную и замерли возле двери.

- И где зятек? – скептически поинтересовался правитель.- Мало того, что он проявляет бестактность, рассылая   приказы, так еще и сам же и опаздывает!

Правительница не успела ответить, как дверь распахнулась, и в комнату стремительно вошел Рагнар.

Саная поймала взгляд князя и поняла, что, возможно, скоро здесь будет труп, правда, пока не ясно – чей.

- Доброго вам дня, князь! – поспешила она приветствовать нового родственника.- Поздравляю с законным, признанным Триединым, браком!

- И вам не хворать, матушка! – язвительно ответил Рагнар. – А вы, батюшка, не желаете обнять зятя?

Лорен что-то буркнул в усы и нехотя шагнул навстречу князю, но тот успел выставить вперед руку:

- Я пошутил, не будем изображать радость, которой нет и в помине.

Саная встревожено переглянулась с мужем – что-то было очень не так!

- Предпочитаю отрубить хвост за один раз, хоть и под корень, чем рубить его по кусочкам, - заявил Рагнар. – Присаживайтесь, дорогие родственники! Разговор у нас будет интересный, а я никуда не спешу.

- Разве вы не собирались сегодня же уезжать? – изумилась Саная.

- Собирался, - кивнул князь. – Но моя супруга вчера переутомилась, и я решил дать ей день на отдых перед дальней дорогой.

Правительница сморщилась, будто кисляники хватила, но промолчала и прошла к креслам и села в одно из них.

Оба – Саная и Лорен – выжидательно посмотрели на Рагнара.

- Итак, дорогие родственники, - продолжил князь. – Брачные клятвы скреплены магически и физически, отныне мой брак  с вашей дочерью нерасторжим. А, поскольку брак нерасторжим, то нерасторжим и договор между нашими государствами.  Это вы признаете?

- Признаем, - синхронно ответили правители.

- Отлично. Я доволен женой – воспитанная, послушная, терпеливая, - князь внимательно следил за  выражением их лиц. – Хорошего рода и с внушительным даром.

 Родители вздрогнули и недоуменно переглянулись.

- Согласно договору и брачным клятвам, буду беречь ее, защищать и постараюсь, чтобы наш союз украсил не один ребенок, а сколько Триединый позволит.

 Правительница криво усмехнулась.

- Нам осталось решить вопрос с близнецом Аланы, причем, не выходя из этой комнаты, - резко отрубил Рагнар.

Саная побледнела, Лорен позеленел.

-  Не буду спрашивать, почему вы скрывали наличие второй девочки, это сейчас неважно. Не буду спрашивать, почему знакомили меня вы с Лианой, а в жены отдали Алану, это тоже неважно. Тем более что если бы мне был предоставлен выбор, я все равно выбрал бы Алану.

Правители переглянулись и затряслись.

-  Я знаю о существовании закона Саритании, согласно которому второй близнец должен отдаваться жрецам Триединого. Вы скрыли рождение второго ребенка и знаете, что будет, если этот факт придать огласке. Какое пятно на семью правителей! А девушку заберут жрецы и, поскольку, она уже взрослая и вряд ли перевоспитается,  то даже представить не хочу, через что ей придется пройти.

- Князь, - прошептала Саная, сползая с кресла на колени. – Прошу, умоляю – не губите! В роду тир Гранд никогда не было такого позора, рождение близнецов в семье правителей уничтожит нас!  Это же и не в ваших интересах, помните, что именно ваш ребенок станет следующим правителем!

- Встаньте, Саная, - поморщился Рагнар. – В Мадраскаре никто не считает близнецов позором, наоборот, двойня – это двойное благословление Триединого!

- Да, у вас снисходительно относятся к бездарным людям, в Саритании их и за людей не считают. Поэтому, нельзя, чтобы о близнецах узнали, пусть Алана родится позже на год и одна. А Лиану мы на днях выдадим замуж, она уедет в поместье мужа и никому не помешает, - Саная просительно заглядывала в глаза Рагнару, надеясь на его снисходительность. – В конце концов,  по магическому договору следующим правителем станет ребенок вашей жены, а не Лианы.

- Именно поэтому вы, дорогая матушка, пытались напоить Алану зельем, вызывающим бесплодие? – с сарказмом ответил князь. – Так ждали внуков? Потом, причем тут ваши дочери и бездарные люди? Они обе имеют дар,  и не говорите, что вы этого не знали.

- Зельем? – растерялась Саная.

- Не надо отпираться, просто примите, как данность, что мне об этом стало известно,  и я вовремя принял меры, - мужчина откинулся на спинку кресла. –  Лорен, я не привык вести разговоры с женщинами, все важные дела должны решаться мужчинами. Что ВЫ – выделил он голосом, можете сказать мне?

- Я сожалею, - выдавил из себя правитель. – Это была идея жены, я сразу говорил, что надо поступить по правилам и раз девчонка не пожелала умереть, то отдать ее жрецам. Но Саная боялась, что в этом случае о рождении близнецов  узнают все.

- Ваши терзания и сожаления меня сейчас мало волнуют. Вопрос с Лианой необходимо решать здесь и сейчас. Согласно закону, принятому в империи, близнецы – девушки выходят замуж за братьев, дядю и племянника, отца и сына, в общем, за родственников, а близнецы-мужчины женятся на сестрах.  У меня нет брата, но есть племянники, старшему из которых семнадцать. Конечно, мы не планировали женить его так рано, но поскольку я уже женат на одной из близнецов, вторая неизбежно должна войти в наш род, а Критен – единственный, кто подходит в мужья. Мы выезжаем завтра утром, приготовьте все, что Лиана хотела бы забрать с собой.

- Не пущу! – взвилась Саная, но князь резко поднял голову, и она со стоном опустилась назад в кресло.

- Не вынуждайте меня применять силу, - холодно заметил Рагнар. – Магия  Мадраскара сильнее Саританской, мне не хотелось бы, чтобы дорогая теща пострадала. Во избежание недоразумений и глупых надежд, поясню, что Лиана находится у меня, с ней хорошо обращаются, но выйдет она отсюда только в качестве невесты Критена.  Таким образом, я приехал за одной дочерью, но увожу обеих.

Саная расплакалась, Лорен сидел невозмутимо.

- Что ожидает нас? – спросил он у Рагнара. – Вы наложите на Саританию какие-нибудь взыскания?

- Нет, зачем? – ответил князь. – Я получил то, за чем ехал – жену и мир. Ваши дочери не только украсят мой двор, но и послужат залогом крепких дружественных отношений между нашими государствами. А вы, Лорен, как и договаривались, будете спокойно править Саританией,  пока наш с Аланой первенец не достигнет совершеннолетия.

- Что будет с Лианой? – глухо  спросила Саная.

- Ничего. Выйдет замуж за Критена, родит ему детей, я племянника и сестру жены не обижу. Если хотите, можете объявить, что Лиана родилась на год позже Аланы.

- Но все знают, что наследница Лиана!

- Соврите, что вы специально прятали настоящую наследницу, боялись сглаза, - князь пожал плечами. – Врать вам не привыкать, справитесь. Для Мадраскара же даже лучше, что они близнецы, значит, сильная кровь.

- Я могу увидеть дочерей? Хотя бы, Лиану? – Саная сжала руки, ожидая ответ.

- Нет. Только на церемонии прощания перед отъездом. Это уже не ваши дочери, а моя жена и невеста моего племянника и ответственность за них несу я. Как вы будете объяснять все поданным – меня не касается. Единственно, на девушек не должна упасть ни малейшая тень. Когда придумаете версию, откуда взялась Лиана, поделитесь, чтобы я тоже знал, что говорить, если вдруг кто-нибудь поинтересуется.

- Почему, Лиану? Алана же вторая! – робко заметил Лорен.

- Как вы определили, что Алана вторая? Родилась вторая?

- По уровню магии. Когда у жены после рождения первого ребенка внезапно опять начались схватки, повитуха положила новорожденную на стол и занялась роженицей. Когда родилась вторая девочка, ее тоже положили на тот же стол,  и когда все закончилось, повитуха не вспомнила, какая девочка родилась первой, - Лорен перевел дух. – Мы не могли пригласить мага, о рождении близнецов тут же все узнали бы. Поэтому я сам посмотрел детей и увидел, что дар есть только у одной, ее и назначили первенцем.

- Понятно, - Рагнар усмехнулся. – Где уж саританину с жалкими двадцатью единицами разглядеть мага такого уровня и силы! Вы ошиблись, выбрали не того ребенка, но, в любом случае, Мадраскар не в накладе. Прежде чем  вы отправитесь собирать дочерей в дорогу, я возьму с вас магическую клятву.

Рагнар вернулся примерно через пару часов.

За это время Светлана успела поесть, перемерить обнаруженные в комнате наряды и обдумать свое положение.

Плюс – муж не собирался избавляться от подсунутой ему «не той» невесты и, кажется, вполне ею доволен. И даже как бы сожалеет, что вынужден был скрепить брак таким варварским способом. Но это не значит, что она забыла и простила его холодность и бездушное к ней отношение, а также до сих пор не снятый браслет подчинения.  Хорошо, что она не поддалась порыву и не рассказала Рагнару, что подчинение на нее не действует. Ей надо и впредь свои секреты держать при себе, мало ли.

Минус – муж знает, что у Аланы есть сестра и неизвестно, что он насчет нее придумает. Если решит взять второй женой – кто знает, может быть, в империи это разрешено? – то дела Светланы не блестящи. Сестрица пойдет по головам, Роксолана недоделанная. Того и гляди – или отравит, или подставит.

Минус – муж, все-таки, сухарь, ждать от него внимания и нежности не приходится. О новой близости даже подумать страшно, одна надежда, что тот прислушается к совету целителя и оставит ее в покое.  А еще лучше – переключится на любовниц.  Хотя, наследник-то ему нужен, поэтому в ближайший год, пока не закончится действие «антидетина», он ее навещать-таки будет.  Ладно, с этим она попробует разобраться позже, на крайний случай у нее есть возможность опять представить «сдувшийся член» и от всей души пожелать, чтобы это произошло в реале.

Итак, ей надо вести себя, по возможности, осторожно, ни во что не ввязываться, к мужу ни с просьбами, ни с капризами и требованиями не приставать и вообще,  быть тише воды, ниже травы.

           Рагнар вошел без стука, просто открыл дверь и шагнул внутрь.

А если бы она переодевалась или еще что? Светлана нахмурилась, но едкое замечание удержала.

- Выезжаем завтра утром, - сообщил ей муж, внимательно рассматривая лицо девушки. – Лиана едет с нами.

Света напряглась – вот этого-то она и опасалась!

- Она выйдет замуж за моего старшего племянника, - невозмутимо продолжил князь. – У нас обычай не разлучать близнецов, да и тебе будет легче, все-таки, родная кровь рядом.

Светлана неопределенно хмыкнула – «легче»!

- Ее комнаты рядом с твоими, можете сегодня ходить друг к другу в гости, уверен, девочкам всегда есть, о чем поболтать, - Рагнар улыбнулся. – Поужинаем вместе.  Если тебе что-нибудь нужно, скажи служанкам, они все сделают. Выходить можешь только в покои Лианы и обязательно накрывай  голову накидкой, когда покидаешь свои покои. Твои непокрытые, но  заплетенные волосы отныне может видеть лишь семья, а распущенные волосы только я один.

- А если я забуду и выйду без накидки? – решила уточнить Света. – У нас это не принято, я могу поспешить и случайно забыть.

- Лучше опоздай, но накидку не забудь, - серьезно ответил князь.  – Если ты покажешься простоволосая вне своих покоев, я буду вынужден тебя наказать.

- Как наказать? – уточнила Светлана, ощущая, как похолодели руки.

- Тебе не понравится.

- А вам?

- Мне тоже, но если ты нарушишь это правило, я буду вынужден наказать, вне зависимости от того, нравится мне это или нет.

«Чудесно!» - Света мрачно взглянула на мужа и подняла руку с браслетом:

- Снимете его?

- Нет.

- Почему?

- Он не доставляет тебе неудобств, не натирает и не мешает. Но может выручить, если ты вдруг потеряешь над собой контроль или решишь, что слушать мужа не обязательно.

«Ах ты, гад!» - Светлана даже растерялась от такой прямолинейности.

- Нравится доставлять боль, унижать и заставлять? – глухо проговорила она, отворачиваясь. – Только название, что жена. По сути – рабыня.

Рагнар нахмурился, протянув руку, приподнял ее голову и вынудил посмотреть на себя:

- Ты не знаешь наши обычаи. Дерзкая. Глупая. Молодая. Вовремя включенное подчинение спасет тебя от наказаний. Пока мы в дороге,  тебе придется научиться слушаться и не перечить, или браслет останется на тебе навсегда.  Ужинаем в моих покоях, тебя отведет служанка, - князь напоследок провел пальцем по ее щеке и вышел.

Мать, мать, мать! Черт, черт, черт!

Нет, животных она любит, но никогда не представляла, что однажды будет принадлежать одному из них. Тем более что ей придется находиться в роли собаки, которую дрессируют при помощи электрошокового ошейника.

Как там говорил магистр – «влюбить в себя»?  Влюбить вот этого бессердечного самодура? Три раза «ха-ха»! Остается один выход – упросить магистра забрать ее вместе с Милисентой. Она согласна посуду мыть, кашу варить, стирать, да что угодно, только  без сомнительной участи жены чудовища.

 Не успела она отойти от новостей, как явилась «сестричка».

- Ты уже знаешь, я еду с вами! – впорхнула Лиана, как ни в чем не бывало. – Князь выдает меня за своего старшего племянника. Если  ты не родишь ребенка или князь умрет, то именно мой ребенок станет следующим князем и правителем Саритании.

- Поживем-увидим, - ответила Света. – Сначала доехать надо, да посмотреть, что за империя. Может быть, там настолько неуютно, что и с доплатой не надо.

- Не злись! – толкнула ее сестра. –  Что ты, как не родная?

- С чего такие перемены? – удивилась Светлана. – Совсем недавно ты меня и знать не желала, я позором рода была и ничтожеством?

- Так я не знала, что у тебя есть дар. Князь сказал, что ты магичка, а это значит, ты не позор рода и с тобой можно общаться, - пожала плечами Лиана. – И потом, нам надо друг дружку держаться, все-таки, вдвоем легче. Посмотри, какое платье мне дали! Это мадраскарская мода.

Лиана подняла руки и покружилась, но взгляд Светланы был прикован к ее обнажившимся рукам.

Выходит, браслет подчинения князь надел только на нее, а сестре предоставил возможность жить без «поводка».

- Красивое платье, - машинально ответила она. – Знаешь, у меня голова болит, я, пожалуй, пойду, прилягу.

- Ложись, - согласилась сестра. – А я пока твои наряды посмотрю. Покажи, что тебе муж подарил после первой ночи!

- Ничего не подарил, - ответила Света, раздумывая, как бы спровадить Лиану. – А должен был?

- У-у-у! Ты его разочаровала! – всплеснула руками девушка. – Конечно, должен! После первой ночи муж всегда дарит жене украшения и чем больше ею доволен, тем более дорогие украшения он ей дарит. А тебе ничего? Совсем-совсем ничего? Что же ты такого сделала, что он настолько на тебя сердит?

- Не знаю, сама у него спроси! – сердито ответила Светлана. – И знаешь что, иди к себе! Я спать лягу.

- Я к тебе по-хорошему, - надула губы Лиана. – Ты что, хочешь ссориться, когда мы только вдвоем будем в чужой стране?

- Я не хочу ссориться, у меня просто голова болит.

- А, поняла, - довольно кивнула головой сестра. – Ты расстроена, что муж не принес подарок за потерю невинности.  Не огорчайся, в следующий раз ты постараешься лучше,  и он останется доволен. Но плохо, что муж ничего не подарил, все это узнают и будут смеяться.

- Лиана, почему ты согласилась уехать в империю? Разве тебе было плохо дома? – перевела разговор Света.

- Матушка задумала отдать меня замуж за старика, - фыркнула Лиана. – Конечно, я бы с большей радостью за  Рагнара вышла, но он успел провести с тобой обряд, поэтому придется довольствоваться племянником. Но он однозначно лучше, чем Алоиз! Заодно мир посмотрю. Ладно, ты и вправду бледная, ложись отдыхать.

Сестра ушла, и Света на самом деле решила прилечь.

Что-то никак ее жизнь не наладится, все время какие-то потрясения и не слишком радостные события. Как она устала бороться, преодолевать, терпеть! Как же хочется просто жить и наслаждаться каждым днем!

Помнится, когда она что-то роняла, бабушка Оля звала ее недотёпой. Вот, недотёпа она и есть – ни в настоящей своей жизни ничего не добилась, ни когда умерла, не сумела нормально попасть  – влезла в тело такой же недотёпы, как сама.

Раздался стук в дверь.

Это не покои, а проходной двор какой-то! – возмутилась девушка.

- Да?

- Мистрис, - просунулась голова Маяны. – Пришел целитель. Он должен вас осмотреть.

Света вытерла слезы и встала с кровати.

- Здравствуйте! – первая поздоровалась она со старичком.

По крайней мере, он единственный, не считая магистра Кроу, кто проявил к ней искреннее внимание и участие.

- Доброго дня, мистрис! – поклонился лекарь. – Вы позволите, я проверю ваше здоровье?

- Конечно, - кивнула девушка. – Мне стоять или лучше лечь?

- Можете стоять, мистрис, я быстро.

И на самом деле старичок управился меньше, чем за минуту.

- У вас все в порядке, мистрис. Но я вижу, что вы чем-то огорчены?

Светлана махнула рукой, показывая, что не стоит обращать внимание.

- Вы позволите мне дать вам совет? – сказал лекарь.

Света кивнула, ожидая, что он скажет.

- Я уже стар и я целитель, но вам все равно надо было покрыть голову, прежде чем разрешить мне войти, - посетовал лекарь. – Вон, лежит накидка, накиньте ее! Вы теперь замужняя женщина.

Девушка прикрыла голову, досадуя на себя, что сама не догадалась.

- Я прошу прощения, что позволил себе указать на вашу ошибку, но если бы князь увидел вас без покрова на голове, он наказал бы нас обоих.

- А вас-то за что? – удивилась молодая жена.

- Я не должен был входить, увидев, что вы не покрыли голову.

- Дурацкие законы.

- К сожалению, нравится нам закон или не нравится, это не отменяет его выполнение.

- Спасибо, я постараюсь быть внимательнее, - поблагодарила старичка Светлана.

- Вам нужен кто-то, кто сможет научить вас нашим законам, - продолжил целитель. – Я позволю себе напомнить об этом князю. Ведь если вы нарушите закон, не зная о нем, это не спасет вас от наказания.

- Господи, - расстроилась Светлана. – А как наказывают в Мадраскаре?

- По-разному, мистрис, в зависимости по тяжести проступка. Наказание для женщин – порка. Публичная, если проступок тяжелый, но это редко. Чаще – муж выпорет сам, за закрытыми дверями. Могут лишить еды на день или несколько дней, могут запретить выходить из покоев. Отобрать украшения. У нас женщина без украшений – стыдно,  другие женщины над ней будут смеяться. Кстати, на вас не вижу ни одного, кроме браслета. Не понравился подарок мужа? Наденьте, князь может обидеться, что вы пренебрегли его подарком!

- Мне князь ничего не дарил, - ответила Светлана и спросила. – И до какого состояния порют несчастных женщин? До потери сознания?

- Нет, что вы! Обычно до тех пор, пока женщина не заплачет и не попросит прощения и пощады.

- То есть, не больше одного удара, - задумчиво проговорила Света. – Но все равно ужасный способ воспитания взрослых людей.

- Да, как правило, женщина получает только один удар, - согласился целитель. – Но почему вас так беспокоят именно наказания? Их применяют только по делу, а правила не сложно запомнить.

Светлана подняла руку с браслетом и показала на него:

- Потому что, похоже, я тут самое бесправное существо. Браслет  подчинения – единственное «украшение», которым меня одарил муж. Еще ни одного доброго слова не слышала, зато про наказания мне уже и муж успел поведать, и вы вот сразу напомнили, увидев без накидки.

- Что вы, мистрис, вы – жена князя, княгиня!

- Нет, я не княгиня, я – рабыня, - улыбнулась Светлана. – Благодарю, что уделили мне время!

- Вы прошли обряд чистоты, доказали всем, что выходили замуж невинной. Вас все уважают и почитают! – торопливо заговорил старичок. – Вы не должны думать о себе, как о рабыне, это не так! Про подарок князь просто забыл, столько всего навалилось.

- Ничего он не забыл. Впрочем, мне не нужны украшения, я никогда не сходила с ума по цацкам. У нас договорной брак, и я не ждала любви или поклонения. Просто надеялась хотя бы на уважение.

- Мистрис,  не расстраивайтесь! Все наладится! Князь – хороший человек, он умеет признавать и исправлять свои ошибки. Если вы не против, то в дороге я мог бы вас учить нашим законам, прямо сейчас пойду и поговорю об этом с князем.

- Не знаю, уместно ли.

- Я спрошу. Рад, что мистрис в добром здравии, - лекарь отвесил поклон. –  Доброго дня!

Целитель ушел, вернулись служанки, суетились, предлагая Светлане платья для ужина, щебетали, что «мистрис должна ослепить князя красотой», а Свете ничего не хотелось.

- Я не пойду на ужин, - решила она.

- Как же, мистрис! Ведь князь будет ждать! – испугались девушки. – Нельзя не пойти, если муж зовет!

- У меня болит голова, я устала, - объяснила Светлана. – Зачем князю любоваться на грустную жену? Еще аппетит испортится. Передайте ему, что я легла спать. И завтра мы выезжаем рано утром, приготовьте все, что нужно.

   Когда служанка передала, что княгиня на ужин не придет, поскольку легла спать, первым порывом князя было применить подчинение. Но потом он успокоился и решил оставить такое своеволие на этот раз без последствий. Он виноват перед женой, пусть его терпение будет ей наградой.

Глава 6

Долгий день, полный разочарований и обид, наконец, подошел к концу.

Светлана решила, что утро вечера мудренее, поэтому сейчас она ничего решать не будет. Лучше на самом деле лечь отдохнуть, завтра ей еще подарок требовать – уехать без Милисенты она не может. Во-первых, магистр ей на самом деле очень помог. Во-вторых, жалко девушку, этой мегере, мамаше Аланы и Лианы, можно только кактусы доверять и те зачахнут. Ну и, в-третьих, магическая клятва не позволит ей уехать, не сдержав обещание.

   Князь поужинал без всякого аппетита и отмахнулся от служанки, которую прислала свояченица жены с просьбой о встрече. Настырная, однако, девчонка!  Она и так достала его за прошлые два дня, а теперь, ему придется терпеть ее до самого Мадраскара.

В дверь опять постучали.

- Войдите, - отозвался Рагнар, повернувшись к входу.

- Князь, прошу извинить за вторжение, - в комнату протиснулся целитель. – Я осматривал княгиню и подумал, что вы захотите узнать результат.

- Проходите,  Сиян, присаживайтесь.  Конечно, мне интересен результат.

- Благодарю вас, - поклонился Сиян.

- Давайте без церемоний, - мягко ответил Рагнар. – Вы нянчили еще моего отца, когда вы мне кланяетесь, я испытываю чувство неловкости.  Хотите что-нибудь выпить или съесть? Рассказывайте, как княгиня.

- Нет, я не голоден.  Княгиня, с одной стороны, в полном порядке. Я имею в виду ее физическое здоровье. С другой стороны она очень огорчена и расстроена.

- Кто посмел расстроить и огорчить мою жену? – князь привстал, закипая.

- Вы.

- Что?  Но, как? Я был не совсем аккуратен во время обряда, но попросил прощения,  и мне казалось, что жена простила.  Она в роскошных покоях, у нее новые наряды и слуги готовы выполнить любое из разумных пожеланий. Что  не так?

Целитель помялся, прежде чем продолжить, но, наконец, решился:

- Княгиня – очень молоденькая девушка.  Сегодня для нее было слишком много  сложных событий, она растеряна и напугана.

- Да я сам не рад, что настоял  именно  на таком завершении брачного ритуала, -  ответил Рагнар. – Кто же знал, что так получится? Вон, полгода назад  женился король Ритании, я присутствовал на торжестве. Король также провел консуммацию при свидетелях, но там невеста с ложа встала смущенная, но довольная, крови пара пятнышек было,  и в обморок она не падала.

- Наверное, король Ритании не забыл воспользоваться мазью для увлажнения и снятия боли, - заметил Сиян. – Но я сейчас немного о другом. Скажите, что вы подарили жене за лишение девственности?

Князь замер, а потом выругался, стукнув кулаком по столешнице:

- Ничего! Я забыл! Нет, подвеска приготовлена, я ее из Мадраскара вез, но после такой консуммации все из головы вылетело. А потом явление второй сестры,  неприятное общение с правителями Саритании… Даже не вспомнил! Княгиня поэтому расстроена, ждала новое украшение?

- Поэтому, но не потому, что ждала именно украшение, - вздохнул целитель. – Если муж ничего не дарит жене после завершения брачной связи, то он, таким образом, выражает ей свое недовольство.  Завтра девочка выйдет, все увидят, что на ней ничего нет,  и решат, что она наказана.  А потом рассмотрят браслет с чарами подчинения на ее руке и только укрепятся в своем мнении.  Какое уважение будет у других  к княгине, если  все увидят, что вы ею пренебрегли?

Князь еще раз выругался и беспомощно посмотрел на Сияна:

- Что же делать? Подарить подвеску перед выходом?

- Служанки, наверное, уже заметили, что она осталась без подарка, да и сестра, как мне сказали, уже заходила. Тоже наверняка отметила отсутствие дара от супруга, - целитель покачал головой, обдумывая, как продолжить. –  Подарок нужен обязательно, но такой, чтобы понятно было – его отдали позже не потому, что забыли.

Рагнар побарабанил пальцами по столу, потом взъерошил волосы, вскочил, прошел к небольшому бюро, откинул крышку и принялся копаться в его содержимом.

- Дома я смогу ей подарить много редких украшений, а здесь только подвеска, остальное все мужское. Но дарить-то надо здесь!

Сиян беспомощно развел руки – дескать, ничем не могу помочь!

- Хорошо, благодарю за подсказку. Уже поздно, идите к себе, Сиян. Или есть еще что-то, что я должен знать о состоянии моей жены?

- Ее Светлость обижена на браслет с подчинением, - негромко проговорил целитель.

- Тут я останусь непреклонен – браслет ради ее же безопасности! Похоже, тир Гранд воспитанию дочерей времени уделяли немного, не желаю, чтобы из-за своего непослушания или каприза, княгиня пострадала.  Не хочу наказывать ее за проступки, проще  их предотвратить, взяв княгиню под подчинение.

- Вам виднее, как лучше, - согласился Сиян. – Просто знайте, что княгиня оскорблена. И еще – ее необходимо учить нашим законам, иначе она будет их постоянно нарушать. Смею предложить себя в качестве учителя, если вы позволите. Все равно в дороге делать будет нечего, а верхом я быстро устаю и с удовольствием проеду часть пути в удобной  повозке рядом с княгиней.

- Это вы хорошо придумали! – обрадовался Рагнар. – Конечно же, я не против! Так и сделаем! Хотел еще вот что сказать – завтра выезжаем, хлопотный день, но когда остановимся на отдых, вам надлежит осмотреть сестру княгини – здорова ли она. А то везем рядом с моей женой, а у нее вдруг какая-нибудь зараза есть?

- Непременно.

Когда целитель ушел, Рагнар вызвал воина и отправил его за Никодием, а сам принялся размышлять, как же выйти из некрасивой ситуации с подарком для Аланы. Если бы он сразу вспомнил и отдал, то подвески вполне хватило бы, а теперь одной побрякушкой не отделаешься, ведь он не хочет, чтобы за спиной его жены раздавались шепотки.

В голову ничего не приходило, и князь злился, что так подставился сам и подставил супругу.

- Князь?

- Входи, Никодий. Все готово к дороге?

- Все, Ваша Светлость, - ответил советник. – Все вещи и припасы уже уложены, осталось только коней заседлать и можно ехать.

- На рассвете проведем церемонию прощания и сразу в дорогу, - решил Рагнар. – Девушки потом в повозке доспят,  и на ночевку остановимся пораньше, чтобы и остальные хорошо отдохнули.  Никодий, надо будет к повозке с княгиней и ее сестрой приставить еще одного воина, пусть их будет пятеро.

- Но у нас  никого лишнего нет! Пока не минуем Саританию, воинам надлежит быть очень внимательными, а чтобы не терять бдительность, им надо меняться каждые четыре часа! Сейчас только один в запасе и того я приставил к текинскому жеребцу, которого вы купили по дороге сюда.

- Да, -  расплылся в довольной улыбке Рагнар. – Редкостное везение, что мы встретились с торговцами и смогли перекупить  это сокровище, прежде чем его выхолостили! Теперь у меня две текинские кобылы – буланая и рыжая и один жеребец редчайшей изабелловой масти. Можем разводить своих собственных текинцев.

Внезапно князь замер и рассмеялся:

- Никодий, ты меня спас!

- Ваша Светлость?

- Я знаю, что подарить княгине, чтобы и она довольна осталась, и сплетни унялись.

   Разбуженная перед рассветом зевающими служанками, Светлана  наскоро ополоснулась и быстро привела себя в порядок.

Кто его знает, мужа, вдруг, он решит зайти? Светиться в неглиже перед ним ей совсем не хочется.

Но князь не показывался и робкая надежда, что он таки вспомнит о подарке, растаяла, как утренний туман.

Зато забежала сестра, убедилась, что украшений у Аланы не прибавилась и донельзя довольная вернулась восвояси.

Не чувствуя вкуса еды, машинально затолкав в себя все, что лежало на тарелке, княгиня позавтракала и приготовилась к выходу.

Служанки помогли ей одеться в дорожный костюм, который оказался довольно удобным: рубашка с длинными рукавами, едва прикрывающая попу, неожиданно – штаны с широкими штанинами, сверху рубашки что-то вроде корсажа, и поверх всего легкое платье без рукавов, в виде туники чуть выше колен,  с разрезами по бокам юбки.

Деяна тщательно заплела ее волосы и закрепила накидку.

По знаку воина, вышли из покоев и торжественной группой проследовали в парадный зал дворца. Позади процессии княгини в почти таком же сопровождении шла Лиана.

В зале княгиня встала рядом с супругом, Лиана – слева от нее.

Напротив, с напряженными лицами, стояли родители, они же – правители Саритании. Поодаль – сонная кучка придворных.

Торжественные речи, которыми по очереди обменялись князь и Лорен, Светлана пропустила, слушая вполуха и не концентрируясь на содержании. Так  бубнит в квартире телевизор, создавая фон, на который никто не обращает внимания.

Муж и родитель что-то вещали о счастье передать и принять такие сокровища, которыми являлись Лиана и Алана. Что-то о рождении Лианы на год позже Аланы и глухой вздох, прошедший по периметру зала.

Ага, не знали, что нас двое? Теперь кушайте, не подавитесь!

Светлана вслушалась – ого, да она, оказывается, первенец, на год старше Лианы и наследница именно она, а Лиана была прикрытием! Ловко родители вывернули ситуацию!

Скосила глаза – так и есть, сестренка стояла злая, еле сдерживая слезы. Конечно, несправедливо с ней, нельзя вот так за один раз взять и все отнять.

Лиана поймала  сочувствующий взгляд сестры и  скривила губы.

Прозвучало имя Аланы, и Света попыталась сконцентрироваться.

А, ей предлагают выбрать подарок, который она увезет с собой из отчего дома.  Наконец-то!

- Я забираю Милисенту! – сказала Света и ухмыльнулась про себя, увидев, что и так не блещущая румянцем Сания, стала белее свежевыпавшего снега.

- Выбери кого-нибудь другого, - обратилась она к девушке. – Милисента не может покидать дворец.

- Я выбираю Милисенту, - повторила Света и добавила. –  Это мое право – выбрать любого человека и я выбрала!

- Никто не может отказать княгине, - негромко бросил Рагнар и одарил присутствующих тяжелым взглядом. – Приведите Милисенту!

Пока бегали за «подарком»,  с предложением выбрать обратились и к Лиане.

Та долго не раздумывала и назвала -  Светлана похолодела - Ринаю!

Той тоже не оказалось среди провожающих,  и вторая партия слуг бросилась в глубину дворца.

Привели Милли, Света с облегчением узнала ее – не подменили! Подозвала к себе, провела по рукам и обнаружила браслет.  Подняла голову на Санаю и качнула головой - снимай!

- Что-то не так? - обратил внимание на ее манипуляции Рагнар.

- Матушка забыла фамильное украшение снять, - елейным голосом ответила княгиня.

- Правительница? - князь бросил взгляд на украшение, мгновенно оценил его предназначение и многозначительно обратился к Санае.

Той ничего другого не оставалось, как подойти и расстегнуть "поводок, но просто так уйти ей Рагнар не дал.

- Дайте это мне, мистрис, - подчеркнуто-вежливо проговорил князь.

Правительница вспыхнула, но перечить не стала, вложила тонкий ободок в руку зятя.

- Благодарю, мистрис, - кивнул мужчина и передвинул Милисенту за спину княгини.

Светлана еле сдержала улыбку, провожая взглядом пузырящуюся от злости Санаю  - так ее!

    Однако время шло, но Ринаю все не приводили.

Наконец, появился один из слуг, подошел к правительнице и что-то сказал ей. Саная вскочила, злым взглядом обожгла дочерей и приказала:

- Магистр Кроу, пройдите на кухню, Риная там, но почему-то не может выйти.

- Она заболела? Тогда лучше пригласить целителя? – вежливо поинтересовался магистр.

- Она здорова, ее там держит какая-то магия, - недовольно ответила правительница. – Поспешите, мы и так задерживаем князя!

Светлана посмотрела на мужа – тот стоял серьезный и сосредоточенный, но признаков нетерпения пока не проявлял.

Интересно, какая магия держит Ринаю на кухне? На кухне!!? Блин горелый, а не она ли ее туда спровадила? Что она там пожелала – что-то про чан с грязной посудой. Надо же!

Настроение у Светланы улучшилось. Ну и фиг с ним, с забытым подарком, на самом деле, не очень-то и хотелось. А шепотки и смешки она переживет, не впервой! Зато у нее есть тайное оружие –  она может пожелать, и ее пожелание сбудется. Жаль, что умение это проявляется только при сильном эмоциональном  выбросе, но лучше так, чем ничего.

Прошло еще с полчаса, в течение которых провожающие обменивались любезностями с отъезжающими, и Рагнар начал проявлять нетерпение.

- Лорен тир Гранд, я рассчитывал выехать час назад, - обратился он к правителю. – Если подарок, выбранный моей невесткой, невозможно забрать сейчас, пусть его пришлют позже,  вдогонку.

-  Но я хочу Ринаю! – возмутилась Лиана. – И никуда без нее не поеду!

Князь посмотрел на строптивицу, повел бровью, к девушке подошли маги, проверявшие дар у Светланы,  и Лиана была вынуждена выйти из зала.

 На немой вопрос жены, князь тихо бросил:

- Отведут в повозку и зафиксируют магическими путами. Истерик и капризов я не потерплю.

Уф, крутенек муж-то!  Учтем на будущее – в лоб с ним лучше не спорить и не перечить. Надо обходными маневрами, чтобы он сам захотел делать или дать то, что нужно жене.

Вслух же она негромко произнесла:

- Может быть, на самом деле, поедем? А Ринаю пусть магистр Кроу привезет. Догонят нас по пути, ведь два всадника и повозка движутся быстрее, чем сто всадников и несколько повозок.

- Правитель, я решил, что мы не будем ждать, когда приведут эту женщину, - громогласно отреагировал князь. – Мы немедленно отправляемся в путь, а подарок моей невестки пусть доставит магистр Кроу. Надеюсь, он сможет нас быстро догнать. Оставлю четырех воинов для сопровождения.

Саная обреченно кивнула и поспешила исправиться:

- Конечно, князь, женщину привезут так быстро, как только смогут.

- Привезет магистр Кроу? – тихо прошептала Светлана.

Князь внимательно посмотрел на жену и озвучил:

- Если эту Ринаю привезет не магистр Кроу, а кто-то другой, я очень огорчусь и могу вернуться, чтобы выяснить причину, по которой мое пожелание не выполнено.

- Не беспокойтесь, князь, - вступил Лорен, который ничего из этой демонстрации не понял, но решил, что успокоить Рагнара не помешает. – Я лично прослежу, чтобы женщина и магистр отправились вслед за вами в самое ближайшее время!

Все вышли наружу.

Князь подождал, пока придворные и правители разойдутся в круге его воинов, потом, пока Милисенту отведут в повозку к Лиане,  и выступил вперед, ведя за руку жену.

- Моя дорогая жена, - обратился он к Светлане.

 «Что еще?» - напряглась девушка.

- Я очень тобой доволен и считаю, что обычные украшения не могут передать и сотой доли моего восхищения и благодарности. Поэтому мой подарок тебе за твою чистоту – это чудо!

По знаку Рагнара, два воина вышли из-за спин всадников, ведя в поводу  необыкновенной красоты  коня.

Розово-перламутровая, казалось, светящаяся шерсть, тонкие ноги, длинная шея, небольшая точеная голова – Светлана забыла, как дышать.

Это ей? Вот этот красавец  её? Правда??! – она обернулась на мужа, поймав его внимательный взгляд.

 Рагнар, увидев, с каким восторгом девушка смотрит на лошадь, порадовался, что угадал.

-  Да, княгиня, это ваш конь!  Он хорошо объезжен и если вы пожелаете…

Светлана так яростно закивала, показывая, что да, да, да, она желает, прямо сейчас, что князь тихо рассмеялся и приказал:

- Подведите коня ближе, я сам помогу своей жене сесть.

Давно она не ездила верхом, но это же, как с велосипедом – если один раз научился, то уже не забудешь, тело само вспомнит.

Светлана подошла к перламутровому чуду, погладила бархатный нос, удивилась, что глаза у лошади зеленые и провела рукой по глянцевой шее.

Какой красавец!

- Как его зовут? – спросила она у Рагнара.

- Сама дай ему имя, - посмеиваясь, предложил князь, довольный, что и жене подарок пришелся к душе и замершим соляными столбами придворным нечем крыть.

Князь не пренебрег женой, он преподнес ей целое состояние, а не какое-то украшение. Украшения есть у всех, а текинцы – наперечет.  Все знали, сколько стоят текинские аргамаки, а уж такой масти и вовсе бесценны.  Теперь всем понятно, почему он не подарил лошадь вчера – не во дворец же ее заводить!

Света разобрала поводья и легко взлетела в седло, подсаженная сильными руками мужа, наклонилась и похлопала коня по шее. Просто сказка, а не животное!   Она назовет его Фейри!  Оглянулась на мужа и слегка надавила ногами на бока жеребца, отдав повод, и умное животное с место взяло широкой рысью.

Князь тут же сел на спешно подведенного воином его собственного  коня  и,   дав отмашку отправляться в дорогу,  поспешил вслед за княгиней.

Так вот почему ей принесли такой наряд! Она еще удивилась штанам - это муж велел в надежде, что она захочет сесть в седло!

- Я вижу, тебе понравился подарок, -  Рагнар натянул повод,  и лошади пошли бок о бок.

- Да, спасибо! – Светлана счастливо улыбнулась. – Он необыкновенный и, наверное, стоит очень дорого, не жалко потратить на жену такие деньги? Но откуда ты узнал, что я люблю лошадей и умею ездить верхом?

-  Пусть это станется моей тайной, - уклончиво ответил Рагнар, не  желая признаваться:  он просто ткнул наугад, спасая положение и сейчас очень доволен, что угадал и ловко вышел из некрасивой ситуации.  – Конь недешев, но не дороже моей княгини.  Я рад, что угодил с подарком.  Мне нравится, когда ты улыбаешься. Что мне сделать, чтобы на твоем лице всегда была улыбка?

- Сними браслет, - Света подняла руку с ненавистным  девайсом.

- Об этом не проси,  - сразу посуровел муж. – Он останется на тебе для твоей же безопасности.

Светлана огорченно нахмурилась и отвернулась.

Ах ты, парнокопытное полорогое!  Что ж, не попытаться она не могла. Ладно, не все сразу, впереди долгая дорога, она посмотрит, что можно будет сделать.

 Светлана  перебрала повод, привстала и подняла Фейри в галоп, краем глаза заметив, каким азартом загорелся взгляд мужа.

Подарил птицу? Тогда догоняй!

Легконогий, изящный Фейри летел, едва касаясь земли копытами, и коню князя пришлось приложить значительные усилия, чтобы его догнать.

-  Он еще лучше, чем я думала, - счастливо заключила Светлана, когда лошади перешли на шаг.

- Вы с ним так похожи, - неожиданно отозвался Рагнар.

- Даже не знаю, обидеться или возгордиться, - пробормотала Света. – Впервые меня сравнили с лошадью, пусть и такой красивой.

- Вы похожи  не внешне. Он тоже рвется на свободу, мечтает убежать в поля и луга, идти, куда сам хочет.

- Естественное желание любого – свобода. На него вы, князь, тоже браслет с подчинением наденете? Или, для лошади это ошейник?

- Обращайся ко мне, как к мужу и близкому человеку. Нет, ни браслет, ни ошейник я на него не надену, вполне достаточно узды и пут, ведь мы не хотим потерять этого красавца? На свободе он и дня не продержится: если не поймает другой человек, то поужинают хищники. Узда – для его же безопасности, как браслет – для тебя.

Светлана фыркнула, впрочем, очень тихо.

- А если узда порвется, ведь конь убежит?

- Убежит, - согласился князь. – Но мы будем следить за качеством привязи.

- Самая надежная привязь – это любовь, - грустно проговорила девушка, сжимая повод и глядя мимо князя – на вершины деревьев за широкой луговиной, мимо которой они как раз проезжали. – Веревка порвется, цепь лопнет, сторож однажды заснет – и только любовь держит лучше любой цепи и бережет лучше любой охраны.

- Глупости говоришь, - возразил Рагнар. – Посмотри на своего коня – он терпит тебя только потому, что на нем узда с железными удилами и седло со стременами. И он помнит, что за ослушание получит плеткой. Сними узду, седло, выброси плетку – и он унесется прочь и никому не позволит к себе приблизиться и тем более, сесть верхом.

Светлана посмотрела на мужа – дурак или прикидывается? Нет, не похоже, что прикидывается, видимо, сам в это верит. Ну и нравы у них тут, удивительно, что  они не вымерли еще, как те динозавры, с таким потребительским отношением ко всему.

Нет, спорить и доказывать она не будет. Она покажет.

Девушка наклонилась и ласково похлопала по лошадиной шее.

  Ближе к полдню сделали большой привал, чтобы отдохнули и животные и люди. Пока слуги суетились, растягивая шатер, спешно разжигая костры и готовя еду, Светлана спешилась и охнула.

Дорвалась до верховой езды, не подумав, что Алана вряд ли имела возможность ездить каждый день, а тут сразу несколько часов в седле.

Болели мышцы ног, ныли ягодицы, ломило спину и в довершение всего, жесткий повод натер кожу рук.

М-да, покаталась.

Светлана с кряхтением села, практически упала на расстеленный ковер и тихо застонала.

Рагнар старался все время держать жену в поле зрения и не пропустил, как она страдальчески морщится. Что-то вроде этого он и ожидал, предлагая княгине пересесть в повозку уже через полчаса поездки, но Алана упрямилась и вот теперь мучается от боли. Если не принять меры, то она так промается до вечера, а завтра не сможет встать. Князь сначала хотел вызвать Сияна, но потом, поразмыслив, решил, что обойдется собственными силами. После брачного ритуала девушка инстинктивно сжимается каждый раз, когда он оказывается рядом и явно избегает его прикосновений. С этим надо что-то делать, иначе ему на самом деле придется ее каждый раз обездвиживать, чтобы воспользоваться супружескими правами.

- Алана, что-то болит? – участливо спросил супруг, походя к шатру. Вошел  и отдал приказ завесить шатер и оставить их одних.

- Немного, - ответила Светлана, с беспокойством наблюдая, как воины опускают стенки шатра, отрезая их с мужем от чужих глаз.

Он же не собирается прямо сейчас? Целитель говорил, что надо подождать не меньше недели!

Светлана настороженно смотрела на мужа, который опустился на ковер рядом с ней.

- Ноги болят? – супруг подобрался еще ближе и положил одну руку ей на колено.

 Светлана дернулась, но тут ее прострелила такая боль, что  вместо того, чтобы резко отодвинуться, она тихо вскрикнула и упала навзничь.

- Ш-ш-ш! – князь осторожными движениями задрал штанину и принялся поглаживать ногу девушки. – Не дергайся, просто полежи спокойно. Я не собираюсь брать тебя, просто немного разомну мышцы, иначе ты и встать не сможешь.

Медленно и плавно он разогрел поглаживаниями и легкими разминаниями мышцы на одной ноге, потом на второй. Светлана ощущала, что он не только массаж делает, но и магию вплетает, но не стала показывать, что чувствует это.

- Перевернись на живот, - приказал Рагнар.

Девушка повиновалась и сжала зубы, чтобы не ойкнуть от ноющей боли.  Впрочем, когда муж задрал ее тунику, расшнуровал корсаж, приспустил штаны  и  обнажил спину и ягодицы, ей стало не до боли. Света подобралась и попыталась отползти или прикрыться.

- Лежи смирно, - велел князь, прижав ее к ковру рукой. – Я не сделаю ничего другого, кроме легкого массажа. Ты перетрудила мышцы, если их не размять сейчас, тебе придется еще долго терпеть боль.

Светлана почувствовала, что ее начало потряхивать и замерла, сжавшись, как пружина, готовая отпрянуть. По крайней мере, попытаться отпрянуть, если муж  переступит границы.

Однако князь, не спеша, намазал руки какой-то приятно пахнущей мазью и принялся поглаживать и разминать, грея магией. Боль постепенно отступала, напряжение тоже спадало, девушка немного расслабилась и даже начала дремать.

Муж перешел от спины к ягодицам, дремота со Светланы тут же слетела.

На ощупь жена оказалась весьма приятной и хоть сначала и дергалась, но потом разомлела и расслабилась. Спешить было некуда, поэтому Рагнар сполна насладился поглаживанием ее спины, боков, осторожно перешел на ягодицы.  М-м-м!

Разминая попку Аланы,  мужчина время от времени, будто случайно, скользил рукой вдоль половинок, задевая сокровенное местечко. Первые несколько раз Алана пыталась вскочить, но второй рукой он плотно прижимал ее к ковру и возвращался к поглаживаниям спины, успокаивающе говоря всякие глупости, чтобы отвлечь женщину от ее страхов.

Конечно, ему хотелось большего. Сам не понял, как возбудился до ломоты в штанах, но Сиян настаивал, что жене надо дать минимум неделю, чтобы прийти в себя, да и он сказал Алане, что брать ее сегодня не собирается.

Дырявый ррыл! Надо закругляться, иначе он или возьмет жену прямо сейчас или, того хуже, кончит в штаны, как какой-то молокосос.

Князь  отстранился,  расправил одежду жены и, вытирая руки о ковер,  проговорил:

-  Полежи так некоторое время. Скоро принесут еду, и я вернусь.

Светлана с облегчение выдохнула – ушел, не тронул, даже помог!

  Покинув шатер, князь покосился на  бугор в штанах и тихо выругался – ему не стоит ходить среди подчиненных с таким «довеском». Придется ему прогуляться на речку и попытаться сбить настрой организма.

Речка помогла не слишком. Нет, каменный стояк стал просто стояком, но и только, однако и с таким передвигаться было не слишком удобно, учитывая, что мысли вообще ниже пояса подниматься отказывались. Ладно, есть еще способ.

Рагнар  дошел до и импровизированной конюшни, где, прежде чем напоить  и отпустить пастись, растирали и выстаивали лошадей.  Взгляд натолкнулся на девушку, бодро шагавшую к коновязи,  и  мужчина поманил ее рукой.

- Ты куда бежишь?

- Мистрис велела посмотреть, как ее конь, - ответила девушка, уставившись в выпуклость на штанах князя. Потом подняла голову, встретилась с его глазами и облизнула губы.

Рагнар усмехнулся – ну, вот и решение проблемы!

- Потом сходишь, - потянул он ее за собой. – Сейчас помоги мне.

- Конечно, Ваша Светлость! – девушка еще раз облизнула губы.

Далеко идти терпения не было, поэтому Рагнар просто отвел находку на пару метров от лошадей, задрал ей юбки, прижал  к стволу дерева, заставив обхватить ногами свой торс, и принялся за дело.

Девушка оказалась горячая и отзывчивая, активно помогала, вскрикивая и постанывая.

   Светлана полежала несколько минут, потом встала, расправила одежду и пожалела, что нет возможности искупаться.  От нее наверняка пахнет лошадиным потом, но омовение придется оставить на ночь, пока же она только переоденется.

Служанки вернулись сразу, как шатер покинул князь.

- Маяна, - велела Света. – Сходи, посмотри, как там мой конь.  Скажи, что его надо хорошо растереть и почистить.  Деяна, дай мне свежую одежду.

Переодевшись  в обычное платье, княгиня поинтересовалась, когда будет готов обед и где Маяна? Неужели, до сих пор не вернулась от Фейри?

- Обед почти готов, мистрис, - ответила Деяна. – А  Мей еще не возвращалась.

- Надеюсь, с конем все в порядке, - пробормотала Светлана и, поправив на голове накидку, бросила Деяне. – Иди за мной, я хочу найти, где мой конь, а потом сходим, посмотрим,  как устроилась Милисента.

Двумя тенями за княгиней отправились воины и на ее молчаливый вопрос, когда она обнаружила «хвост», один из них почтительно проговорил:

- Мы – ваши охранники, мистрис.

- Хорошо. Покажите, где мой конь? Я отправила служанку узнать, как он, но она до сих пор не вернулась.

- Идите за мной, мистрис, - поклонился  второй воин.

Лошади стояли достаточно близко, за густым кустарником на краю поляны. Светлана сразу увидела своего Фейри и рядом – гнедого князя, их как раз чистили.

Где же Маяна?

Уже собираясь уходить, Светлана услышала слабый вскрик и заметила, что среди  зелени мелькает что-то пестрое. Маяна? Надеюсь, с ней ничего не случилось?

Девушка ринулась проверять и наткнулась на воина.

- Простите, мистрис, туда нельзя! – преградил он ей дорогу.

Что за?

- Мне везде можно, - рыкнула Света, подозревая самое худшее – не иначе, ее служанку заманили и теперь…

Ну, она сейчас покажет этим недоделкам!

Воин стоял насмерть, но не на ту напал – Светлана шла на него, не собираясь останавливаться. Воин бледнел, но не отступал, пока между ним и княгиней почти не осталось расстояния,  и только тогда мужчина посторонился, опустив голову.

Пра-а-авильно! Она же – княгиня, ее руками и другими частями тела нельзя хватать, иначе, секир-башка!

Света прибавила ходу, вылетела  из-за кустов и наткнулась на картину маслом: муж трудолюбиво пришпиливал взвизгивающую служанку к дереву.

Как раз в момент появления княгини оба страждущих подошли к финалу, и поляну огласил низкий рык князя и  тонкий вскрик женщины.

Твою мать-ать-ать!!! Какого она не послушалась того воина??!!

Светлана резко затормозила и,  попытавшись развернуться, умудрилась наступить на подол и упала на колени.

- Алана? – донесся до нее возглас мужа. – Ты что тут делаешь? Я же велел тебе  сидеть в шатре!

- Гуляю, - буркнула Света, приняв вертикальное положение. – Прошу прощения, что помешала, подсматривать и в мыслях не было!

- Иди в шатер, - ровно приказал Рагнар.

Браслет нагрелся.

Очень хотелось послать куда подальше, но выдавать, что подчинение не действует, Светлана не собиралась. Пришлось возвращаться.

Нет, то, что она застала мужа в кустах со своей служанкой, ее не слишком задело. Вернее, задело, но не потому, что она приревновала, а потому, что он даже не пытался скрыться. Весь лагерь мог быть в курсе, что князь-молодожен  «жарит» по кустам служанок, в то время как его супруга находится буквально в двух-трех шагах. Так-то ей даже лучше, если муженек для постельных утех найдет ей замену, но не на глазах же у всех это делать!

На подходе к палатке, Рагнар догнал жену и попытался взять под локоть. Светлана взвилась горной козой, забыв, что еще час назад каждый шаг причинял ей сильную боль:

- Руки убери!

- Ты  моя жена! – припечатал князь.

- А я брезглива, - парировала Светлана, смотря на мужа исподлобья.

- Ты у меня ревнива! – расплылся в улыбке Рагнар. – Брось, это просто девка, с которой я всего  лишь сбросил напряжение.

- Да мне фиолетово, с кем ты, где, как и сколько! Главное, не забывай, что позволяя всем увидеть это, ты теряешь не только свою репутацию, но и подрываешь мою.  Сношайся так, чтобы этого никто посторонний не видел! – зло бросила Света. – И руки после своих девок ко мне не тяни, меня может вырвать.

- Алана, - напрягся князь. -  Я мужчина, у меня есть потребности, которые ты пока не можешь удовлетворить. Не устраивай истерику на пустом месте: когда ты хочешь пить, то берешь чашку и наливаешь в нее воды. Сегодня одна чашка, завтра другая, разве ты обращаешь внимание на чашки, из которых пьешь?

- Я обращаю внимание на то, чтобы до меня из этой чашки никто не пил, - усмехнулась Светлана. – Повторяю, я брезглива. Поэтому, дорогой муж, держи свои руки  и все остальное от меня подальше.

Князь хмыкнул, браслет снова нагрелся.

И как ей понять, что он хочет, чтобы она сделала? Замолчать и зайти в шатер?  Просто замолчать? Просто зайти? Подойти к нему? Тьфу, не угадаешь!

Светлана осталась стоять, где стояла, наблюдая, как по лицу мужа волной прошли разные эмоции – от  самоуверенности  до удивления.

- И да, мне теперь требуется другая служанка, - вспомнила девушка. – Терпеть не могу подстилок, кто знает, какую заразу они могут принести в дом.

Рагнар тихо рыкнул, и Света почувствовала, что не может ни пошевелиться, ни слова произнести.  Князь подхватил жену, закинул ее себе на плечо головой вниз, дошагал до шалаша и не слишком нежно сгрузил на ковер.

- Сидишь здесь, никуда не выходишь, - тихо, но очень серьезно проговорил муж, снимая с жены неподвижность и немоту.  – Еду  сейчас принесут.  Будешь скандалить и капризничать, поедешь в магических путах. 

Еду принесла, пряча глаза, Маяна. Света вздохнула и отвернулась от стола.

- Почему не ешь? – мрачно поинтересовался князь. – Не вкусно?

- Я же  сказала, что не желаю видеть эту служанку, а она еще мне еду приносит. Напоминаю, я брезглива.

- Да где я тебе здесь найду другую? – взревел князь. – Мы не дома. Прекращай капризничать!

- Я могу вообще без служанок обойтись, - буркнула Светлана.

Князь с беспомощной злостью смотрел на жену.

Угораздило же ее выйти из шатра и пойти гулять именно туда, где он  успокаивал свои нервы!

Кстати, надо выяснить, почему она не послушалась, когда он через браслет приказал ей подойти и взять его за руку. То ли, на самом деле так брезглива, что даже заклинание не срабатывает, то ли браслет разрядился? Лучше бы второе, конечно… А он опять виноват. Как так получается, что он все время перед ней виноват?

- Не хочешь – не ешь, - решил князь. – Уговаривать и бегать за тобой никто не будет.  Унесите все! Когда проголодаешься, скажешь ей, – ткнул пальцем в Маяну. – Она принесет.

***

В раздражении Рагнар выскочил из шатра, ожег взглядом охрану и прошипел:

- Почему допустили, чтобы княгиня увидела?

- Мы говорили, что туда нельзя, но она не останавливалась. Не могли же мы ее хватать и утаскивать насильно! – сокрушенно проговорил один из воинов. – Простите, князь, но мы были бессильны.

Рагнар вздохнул – воин был прав – хватать княгиню они не могли.

- Надо было голос подать, что ли, - пробурчал он. – Учтите на будущее.

Да, это его вина, полностью его вина! Можно было перетерпеть или еще раз искупаться в реке. На худой конец, увести девку поглубже в лес.  Но, ррыл возьми, до чего же неприятно себя чувствовать неправым! До сих пор это ощущение было ему почти не знакомо, но вот уже который день он осознает себя кругом виноватым.

С другой стороны, если он сейчас уступит, то жена решит, что ей все можно, и будет ему условия ставить.  Это тоже неприемлемо.  Как лучше поступить?

Князь шел по стоянке, отмечая, как все старательно прячут взгляды. Да, позабавили народ, все в курсе, что княгиня на второй день после брачного ритуала застала мужа в кустах со служанкой. И Алана права – плохо не то, что перепихнулся с девкой, плохо, что все об этом узнали.

Зря он завелся и вместо того, чтобы постараться сгладить свой поступок,  пошел на принцип.  Эх, вроде же, все начало налаживаться! Она такая счастливая была, когда он коня подарил. А когда он ее разминал, какая была?

Князь вспомнил ощущение нежной кожи под руками, упругие ягодицы, притягательное местечко, что ниже и  тихо выругался, почувствовав, как штаны опять стали тесноваты.

О жене лучше не думать.

- Князь,- раздался голос Лианы. – А я вас ищу!

Вот только ее ему и не хватало!

Рагнар пожалел, что снял с шустрой девчонки магические путы и позволил ей выходить из повозки.

- Да, мисса? – вежливо обратился он к девушке. – У вас какая-то просьба?

-  Вы разрешите мне проехаться на том чудесном аргамаке? Я хорошая наездница, лучше, чем сестра! – Лиана уцепилась за его руку и забежала вперед, не давая мужчине и шагу ступить.

Рагнар поперхнулся – вот же, наглая какая!

- Это конь Аланы, спросите разрешение у нее.

- Ах, она такая вредная, ни за что не разрешит! – жалобно проговорила девушка. - Но вы же ее муж! Просто скажите, чтобы мне оседлали лошадь, она не посмеет возразить.

- Нет,  - князь мягко, но решительно высвободил свою конечность и обошел Лиану по широкой дуге. – Этим конем распоряжается только моя жена. Обращайтесь к ней.

Лиана с досадой посмотрела в спину уходящего мужчины и передернула плечами.

Не вышло, но попытка - не пытка. У нее еще есть время, скорее бы уже привезли Ринаю!

-  Князь! – вспомнив о своем подарке, заголосила Лиана, пускаясь вдогонку за Рагнаром. – Когда привезут мою кормилицу?

- Недавно пришел вестник, что они выехали, - ответил Рагнар, продолжая идти. – К вечеру должны нас догнать.

- Ой, как хорошо! Спасибо! – Лиана опять забежала вперед и ухватилась за князя.

- Мисса, что вы себе позволяете? – прошипел мужчина, снова отдирая ее руки. – Матушка ничему вас не научила? Вы – моя невестка и сестра моей жены, вам не пристало цепляться за мужчину, если это не ваш отец или не ваш муж.

- Да бросьте, - пренебрежительно махнула рукой девушка. – Вы князь, вы имеете право делать, что хотите и разговаривать или прогуливаться с любым, с кем пожелаете. Потом, мы же с Аланой как две капли воды! Все подумают, что вы стоите с женой, - и Лиана кокетливо захлопала ресницами.

Князь внимательно посмотрел на девушку и вынужден был признать, что сходство на самом деле разительное. Если вблизи он мог бы их различить, то издали, вряд ли, что уж говорить про посторонних?

Ловя ускользающую мысль, князь спросил:

- Целитель вас уже осматривал?

- Целитель? Нет еще. А зачем, я здорова?

- Возвращайтесь в повозку, - велел Рагнар. – Я сейчас туда же подойду вместе с целителем.

Сиян нашелся возле походного стола – жмурясь от удовольствия, облизывал ложку после сытного обеда.

Рагнар почувствовал, как желудок просигнализировал ему, что был бы благодарен любому куску.

На самом деле – встали перед рассветом, долгий переезд – аппетит нагулялся зверский. Но сначала надо было завершить дело.

- Сиян, - обратился князь к целителю. – Если вы уже закончили трапезу, то не могли бы пройти в повозку и осмотреть миссу Лиану?

- Конечно, - Сиян тут же встал, показывая, что готов следовать за Рагнаром.

- Идите к повозке, я сейчас вас догоню, - новоиспеченный муж вспомнил об одной вещице, которую  оставил в дорожной куртке.

Такая досада, куртка осталась в шатре, придется вернуться.

Заранее приготовившись к потокам жалоб, князь дал себе зарок, что спокойно все выслушает и, по возможности, попробует успокоить супругу. Даже худой мир все равно лучше доброй ссоры, а ему ей еще ребенка делать.

Однако когда он вошел в шатер, Алана даже головы не повернула и ни звука не издала.

Девушка сидела на ковре, там же, куда он ее сгрузил. И, похоже, так и не поела.

Обе служанки с испуганным выражением лиц, тихо жались недалеко от входа.

Князь задумчиво посмотрел на грустную жену и вздохнул – зря он вспылил, надо было сразу отослать девку. Кто же знал, что именно она принесет обед, тоже, дернуло дуру выслуживаться! И что теперь делать? Алана наверняка очень голодна, ведь с рассвета ничего не ела, а Сиян рекомендовал ей хорошо питаться.  Но если он сейчас пойдет на попятный, то Алана решит, что может управлять мужем…

Рагнар нашарил в кармане куртки искомый предмет и еще раз посмотрел на девушку – никакой реакции, как сидела, обняв колени руками, так и сидит.

Ладно, к вечеру проголодается и перестанет капризничать. А он ей, как вернутся в Мадраскар, еще текинскую кобылу подарит. На выбор – рыжую или буланую.  Раз уж виноват, а она так коню радовалась, вот и оттает.

Довольный, что выход найден, Рагнар покинул шатер и отправился к повозке.

Сиян ждал рядом.

- Что же вы не вошли внутрь? Присели бы, - посетовал князь.

- Что мне там делать? Еще насижусь, - ответил целитель. – А здесь солнышко, тепло. Хорошо!

Милисента и Лиана сидели на разных сторонах повозки, максимально далеко друг от друга.

Рагнар окинул взглядом девушек и подумал, что надо бы Милисенту к жене отправить. Это ее подарок, наверное, девушка ей дорога, вот пусть вместе и едут. Или нет, лучше он Лиану пересадит во вторую повозку или, вон, на одну из запасных лошадей, а здесь пусть Алана со своей подругой  останутся вдвоем. Девушкам всегда есть, о чем посекретничать. Глядишь, жена расслабится и забудет, что он провинился.

- Князь, мне обеих проверить или какую-то одну? – обратился Сиян.

Князь на секунду задумался и решил:

- Раз уж вы здесь, то посмотрите обеих.

- Я дочь правителей, - возмущенно выпалила Лиана. – Не хочу ехать вместе с этой.

- После отдыха пересядете во вторую повозку или поедете верхом, - предложил Рагнар.

Лиана просияла и захлопала в ладоши:

- На аргамаке!

- Я уже говорил, что об этом спрашивайте у княгини. Только она распоряжается этой лошадью. Сиян, приступайте.

Спустя некоторое время целитель закончил, и мужчины вышли.

- Что скажете?

- Темненькая полностью здорова. Очень хорошая девушка, чистая, светлая. А со светленькой есть проблемы, - целитель замолчал, обдумывая, как преподнести князю новости.

- Что-то серьезное?

- Да, - кивнул Сиян. – Больше суток назад она выпила зелье, которое лишает женщину возможности иметь детей.

- Зачем? – изумился князь.

- Этого я вам сказать не могу. Вполне возможно, что она не знала, что пьет.

- У нас есть нейтрализатор, - вспомнил Рагнар. – У Никодия.  Сколько надо ей его дать, чтобы убрать последствия зелья?

- Чашку. Но время на полную нейтрализацию ушло.

- Все бесполезно?

- Вероятность, что детородные функции восстановятся пятьдесят на пятьдесят.

- Тогда я сейчас пошлю кого-нибудь за Никодием.

- Князь, вы позволите мне поделиться с вами некоторыми соображениями?

- Разумеется, Сиян, говорите!

- Не знаю, кто дал девушке это зелье, но он невольно оказал вам большую услугу.

- Услугу? – удивился князь. – Не понимаю.

- Смотрите сами: девушка очень похожа на княгиню, она ее родная сестра и выйдет замуж за вашего племянника. Если у вас, вдруг, по любой причине, не родится ни одного ребенка или ваши дети, пусть мои слова станут мусором, не выживут, то  вашим наследником и наследником Саритании станет ребенок вашего племянника и миссы.

- И что?

- А то, что при таких условиях, мисса очень заинтересована, чтобы у вас не было детей. Девушка избалована, она была наследницей, а тут ее подвинули. Понятно, что к сестре она питает самые недобрые чувства.

- Думаете, будет пакостить?

- Всенепременно! Да она уже начала, разве вы не замечаете?

- Не замечаю – что именно?

- Как мисса пытается вас соблазнить.

Князь поперхнулся и уставился на целителя.

А ведь Сиян прав – все ее прижимания, глазки, реснички и вопросы, что это, как не попытки привлечь его?  Да, плохо. Надо стараться пореже с ней встречаться, а как приедем, и они с Критеном заключат брак, отправить обоих в провинцию  Траста, пусть управляют. От столицы и его жены подальше.

- А в чем заключается услуга?

- Если у миссы не будет ребенка, ей незачем будет интриговать против вас и вашей жены.  Поэтому я бы на вашем месте, нейтрализатор ей не давал.

- Но мой племянник. Критена-то за что наказывать бесплодной женой? Вообще, очень странно от вас слышать такое. Сиян, вы же всегда всех защищаете и лечите!

- Спустя три года после заключения брака, Критен сможет взять вторую жену, если три целителя дадут заключение, что детей нет по причине бесплодия жены, и у него будут свои дети, - Сиян внимательно посмотрел на князя. – Да, я всегда на стороне жизни. Если бы вы видели душу этой девушки, то поняли бы, почему ей не следует рожать.

- Что не так с ее душой? Я далеко не мальчик, но впервые слышу о таком.

- Вам всего 36, по сравнению с моими 167 вы еще юноша, князь, и не видели столько, сколько довелось мне. Поверьте, если душа вся в червоточинах, как яблоко, такого человека стоит опасаться, а по этой девушке ползает не один «червяк».

- Ну, хорошо. Сколько у меня  времени, в течение которого нейтрализатор еще подействует?

- Четыре дня.

- Я подумаю. Благодарю, Сиян, можете идти отдыхать. Сейчас  зайду к девушкам, потом поем и выдвигаемся.

                    - Мне можно идти выбирать лошадь? – подскочила к вошедшему   Рагнару  Лиана.

-  Выбирать лошадь? - переспросил князь.

- Вы сказали, что позволите мне ехать верхом. Разрешите самой выбрать коня!

- Мы еще не выезжаем.

- Ну, пожалуйста! – девушка сложила руки ковшиком и умоляюще посмотрела на мужчину.

- Хорошо, - сдался князь. – Скажете коноводам, что я разрешил вам выбрать коня . Запасных лошадей у нас полтора десятка. Дайте вашу правую руку.

- Спасибо! Вы увидите, какая я хорошая наездница! – Лиана протянула руку и ойкнула,  когда князь защелкнул на ней браслет. – Зачем это?

- Во-первых, чтобы никто не мог перепутать вас с княгиней, - ответил Рагнар. – А, во-вторых, чтобы я всегда знал, где вы находитесь,  и мог уберечь вас от необдуманных поступков.

Лиана еле сдерживалась от злости – такой план провалил!

Покосилась на браслет – она знает, что снять его может только тот, кто надел, ей и пытаться не стоит. Но скоро приедет Риная, может быть, она сможет помочь и придумает, как всех обмануть?

             Когда после плотного обеда, довольный и умиротворенный, Рагнар вернулся в шатер,  он обнаружил, что Алана по-прежнему сидит на том же самом месте.

- Выходите, слуги соберут шатер, - велел он, пристально следя за женой. – Алана, ты поедешь в повозке.

Ни слова не говоря, девушка встала и вышла наружу.

- Она поела? – спросил князь у служанок.

- Нет, - ответила одна из них. – Только воды попила.

- Как тебя зовут? – спросил Рагнар у случайной любовницы.

- Маяна.

- Постарайся пореже попадаться княгине на глаза.

Девушка  тихо спросила:

- А как быть с едой? Вы сказали, что бы она попросила,  и я ей принесла.

- Занимайся вещами, шей или стирай, возле княгини не крутись. Если попросит еду, то ее принесешь ты, - князь ткнул пальцем во вторую служанку.

- А если она так и не попросит? – спросила Деяна. – Что нам делать?

-  Попросит, - уверенно ответил князь. – Зачем ей себя голодом морить?

Стоя возле выхода из шатра, Рагнар провожал глазами тонкую фигурку княгини. Девушка дошла до повозки и скрылась внутри.

Поникшая, грустная. Куда только девался веселый бесенок, который так искренне радовался и так ловко управлял великолепным текинцем?

   ***

              После жаркой сцены в лесу и последующего не менее жаркого выяснения отношений,  муж выскочил из шатра, будто ему  пятки скипидаром  смазали.  Светлана только горько вздохнула.

Ну, вот и первый семейный скандал!

Как-то все слишком быстро происходит, она не успевает подготовиться.

Если бы не предательство Виктора, Светлана, наверное, отреагировала бы на факт прелюбодейства мужа намного спокойнее. У нее нет к нему чувств, у него к ней – тоже.  Брак договорной, он ей ничего не должен, да ей и не нужны от него долги. Но сцена в супружеской спальне из прошлой жизни не хотела забываться, боль от предательства была настолько свежа, что Светлана не сдержалась.

Как-то страшно становится от повторения здесь того же, через что ей прошлось пройти там. Будто кто-то свыше решил ей перепоказать ее прошлую жизнь, повторив на бис все самое плохое и болезненное. За что, господи?

Воевать с мужем бессмысленно, он никогда не уступит, никогда не прогнется, тем более, она для него фактически, ничего не значит. Есть настроение – погладит, нет настроения – прогонит. Считаться с ее мнением он будет только тогда, когда оно совпадает с его собственным.  Еще вариант – если ему все равно.  Во всех остальных случаях он будет действовать, как диктатор.

Желудок громко заурчал, напоминая о себе.

Если она проглотит оскорбление, то дальше придется глотать еще бОльшие. Неизвестно, как еще муженек решит ее унизить, ведь в Мадраскаре ее ждет встреча с его матерью и сестрой. Кто знает, как они настроены, примут ли. А еще женщины! Князь, коню понятно,  ни разу не монах и в удовольствиях себе отказывать не привык. Значит, любовниц должно быть много и они появлению жены   вряд ли обрадуются.  От травли, которую ей могут устроить его женщины – родные и «приемные» - спасти может только сам супруг. Если же дамы увидят, что он с ней вообще не считается, ей лучше брать простыню и сразу ползти на ближайшее кладбище.

Значит, у нее один выход, сжать зубы и терпеть, пока князь не пойдет на попятный.

А если он не пойдет?

Тогда дождаться магистра и бежать вместе с ним и Милисентой.

Решено, еду она просить не будет. В конце концов, у нее были периоды, когда она чуть ли не на одной воде держалась, в ожидании зарплаты. А тут работать не надо, везут в тепле и мягкости.   Муж озвучил, что поесть ей принесут только после ее просьбы, причем, сделает это его любовница. Брать что-то из рук его девки? Ни за что! Тем более, что муж не запрещал ей самой  искать пропитание  – что-нибудь  приготовить, угоститься у других, найти, наконец, ягоды в лесу – она этим воспользуется.   И вести себя будет тихо и покорно. Ни перечить не будет, ни спорить, глазки в пол и «да, мой господин».

Посмотрим, у кого нервы крепче.

     Когда князь велел ей сесть в повозку,  Света даже обрадовалась – там ей не придется изображать «жену-рабыню» и она, наконец, сможет поговорить с Милисентой! Еще бы Лиану куда-нибудь  спровадить – было бы вообще отлично.

Но везение не кончалось – в повозке Милли была одна. Как оказалось, сестренка выпросила у Рагнара позволение дальше ехать верхом.

Наконец-то, они познакомятся и наговорятся!

Девушки друг другу взаимно понравились,  и принялись делиться информацией и планами, сидя рядом в мягко покачивающейся повозке.

Дорога из леса вышла на большое поле, когда мимо окна повозки пронесся Фейри. Светлана охнула – неужели, упустили ее красавца? – и высунулась в окно, пытаясь рассмотреть, куда поскакал перламутровый текинец.  Ну, задаст же она коноводу!!!

Между тем конь повернул назад, и Света увидела, что на нем сидит Лиана.

- Что, тоже хочешь покататься? – весело спросила она, поравнявшись с повозкой. – Не выйдет, конь уже занят!

- Это мой конь! – возмутилась Светлана. – Кто тебе позволил его взять?

- Как кто? Сам князь и позволил, - ответила Лиана. –  Он  сказал, что я могу выбрать любую лошадь, я выбрала этого. Что ты так побледнела? Если уж приходится мужа со служанками делить, то коня-то  для сестры тем более не жалко.

Сестра расхохоталась и подняла аргамака в галоп.

Светлана отшатнулась, будто ее ударили по лицу, и сползла на скамейку, закрыв лицо руками.

               Рагнар какое-то время ехал во главе  отряда  вместе с Никодием, потом решил проверить, как Алана.

Вдруг он увидел  - серебристая молния проскакала в одну сторону и, развернувшись, скачет обратно.

Ах, паршивка! Все-таки взяла текинца! Он шкуру спустит с коновода, как тот посмел  отдать девчонке  коня княгини?

Пришпорив гнедого, князь успел к моменту, когда Лиана, рисуясь, кинула сестре жестокие слова,  и увидел, как  смертельно побледнела и отшатнулась Алана.

Бросив обеспокоенный взгляд на пустое окно повозки, Рагнар пустился вдогонку за Лианой и,  доскакав, перевесился и ухватил аргамака за повод.

- Слазь, - бросил он девушке.

- Но я только-только села! – запротестовала нахалка. – Вы обещали мне, что я смогу ехать верхом до привала!

Не желая спорить,  князь применил магию подчинения, Лиана вынужденно замолчала и мигом спешилась, испуганно  хлопая ресницами и силясь заплакать.  Как, оказывается, ужасно, если тебя заставляют делать, что ты не хочешь, а ты не можешь сопротивляться!

- Как ты посмела сесть на  коня княгини? - прорычал Рагнар. – Я разрешил выбрать лошадь из запасных и напомнил, что аргамака взять ты сможешь только, если  Алана позволит.

Взмахом князь подозвал воинов, отдал одному текинца, второму поручил испуганную  родственницу.

- Коня к коноводам. Девушку в повозку с синей полосой.

Далее князь обратился к Лиане:

- Идешь и садишься в повозку. Едешь молча.  На глаза мне до завтра лучше не показывайся.

Триединый,  что подумала его жена, когда увидела сестру на своем коне, и та еще ей и гадостей наговорила?!

Все, решительно все идет наперекосяк!

Подсесть сейчас в повозку и попытаться объяснить, что он не давал коня Лиане? Но там еще вторая девушка, при ней не хочется объясняться.

Решено, он потерпит до вечера, на ночь для них с княгиней поставят палатку, где они останутся наедине. Там он и поговорит.

        Примерно через полчаса после случившегося, отряд вышел к пологому берегу реки, и князь решил сделать небольшую остановку. Еще раз осмотреть сбрую, проверить, не забыли ли чего на дневке, осмотреть узлы и колеса, а он как раз разберется с провинившимися.

 Бледный до синевы коновод, который был приставлен к текинцу, стоял перед князем, опустив голову.

Рагнар беспомощно смотрел на него, не зная, как поступить.

Формально, коновод  должен был  быть наказан, но фактически его вины не было.

Эта пакость малолетняя заявила воину, что князь позволил ей выбрать любого коня, и магия подтвердила, что она не лжет.

Воин не мог не отдать девчонке жеребца.

И опять же, выходит, это его упущение – при подкреплении разрешения магией он опустил условие –  из запасных коней, посчитав, что раз уже озвучил это, то Лиана не посмеет ослушаться. А   девчонка не преминула этим воспользоваться.

Все-таки, с мужчинами намного проще – сказал, можно то-то и то-то и не переживаешь, что они начнут расширять границы.  А женщины так и смотрят, чтобы урвать  больше, чем разрешено.

-  На будущее – этого коня могу забрать или я сам или княгиня. Больше никто. Если княгиня или я пожелаем, чтобы на жеребце проехал кто-то еще, то придем с этим «кто-то» сами. Лично. И лично подтвердим, что даем разрешение. Ты понял?

- Коновод кивнул.

- Иди и следи за жеребцом так, чтобы с него и шерстинки не упало!

 Рагнар задумчиво проследил, как  серебристо-розовый конь следует за воином и переключился на размышления о будущей невестке.

Вот же, подарочек! И что ему с ней делать? Пока она не стала женой Критена, она не является его подданной. На данный момент – только родственница княгини.

Проступок серьезный – она солгала, воспользовавшись доверием князя.

Оставить без наказания нельзя – все видели, что она ехала на лошади княгини, ближайшая охрана слышала слова, которые бросила девчонка Алане. Он и так еле успевает исправлять то, что   сам недоглядел,  а тут еще и свояченица подкинула проблему.

Придется поступить так, как предписывает закон, разумеется, с поправкой на настоящее положение Лианы.

Рагнар подозвал сотника, переговорил с ним, и мужчина поскакал, собирая людей, отдавая приказы.

Десять минут,  и отряд выстроился полукругом вокруг двух повозок и князя, сидевшего на своем гнедом возле одной из них.

По знаку Рагнара, двое магов вывели Лиану.

Девушка была напугана, но ни дернуться, ни  слова молвить не могла – князь держал ее  на подчинении и на всякий случай, запечатал заклинанием рот.

Ничего, переживет: умела пакостить – умей и ответ держать.

- Мы все знаем, что в Саритании женщин не умеют воспитывать, дают им слишком много воли, – разнесся над берегом голос князя. – Сестра моей дорогой княгини позволила себе ослушаться. Это серьезный проступок. Но  она совершила еще два:  соврала, сославшись на мое слово, приписав мне то, что я не говорил. И посмела оскорбить княгиню.

Воины одновременно топнули, показывая, что услышали.

- Лиана тир Гранд едет в Мадраскар как невеста моего племянника Критена  руми Салера, пока она не прошла брачный обряд, она не является подданной Мадраскара и не может нести наказание, положенное  по нашим законам. Поэтому наказание за ослушание – пять плетей – она получит на второй день после бракосочетания.  Учитывая молодость девушки и то, что она получила плохое воспитание,  наказание осуществит  лично Критен, без свидетелей.  Последствия после наказания будут заживать сами, без помощи целителя.

Воины дружно топнули, подтверждая, что запомнили.

- Наказание за ложь – запрет выходить из повозки,  только хлеб и вода  и печать молчания в течение двух дней.

Воины  синхронно топнули, доказывая, что слышали и поняли.

- И, наконец, оскорбление княгини, - князь обвел взглядом присутствующих и посмотрел на Лиану. – В моих глазах этот проступок – наихудший из всех, совершенных девушкой. Я решил, что за оскорбление княгини империи Мадраскар, Лиану тир Гранд прямо сейчас остригут   ножницами, которыми подравнивают гривы и хвосты лошадей. Я запрещаю использовать магию и целителей для ускорения роста волос, они должны отрасти самостоятельно, даже если для этого потребуется не один месяц.  Разрешаю Лиане тир Гранд носить на голове накидку, пока волосы не отрастут. Я сказал.

 Воины все вместе топнули и тут же разом ударили себя по груди кулаком правой руки, в знак, что запомнили и приняли.

Рагнар удовлетворенно кивнул,  давая разрешение.  К девушке подошел  целитель Сиян и принялся состригать ее волосы.

Сдерживаемая магией, Лиана не могла ни дернуться, ни закричать и только град слез, текущих по ее лицу, выдавал ее состояние.

Когда целитель закончил, подошла служанка и накинула на голову несчастной полупрозрачную накидку, обернув ее концы вокруг шеи девушки.  И,  повинуясь  знаку князя, наказанную увели в ее повозку.   Остальные вернулись к своим обязанностям, и через несколько минут отряд продолжил  путешествие.

   Светлана, старясь, чтобы ее не было видно, осторожно смотрела в окно.

Ее раздирали противоречивые чувства: с одной стороны, князь не оставил проступки Лианы без последствий и продемонстрировал всем, что княгиню лучше не обижать. С другой стороны, уж больно жестко он покарал ослушницу.

Одним махом Рагнар показал, что никакое положение не спасет от  наказания.

Света передернула плечами, представляя, каково сейчас Лиане. Заслужила, конечно, но жалко, ведь просто глупая и избалованная девчонка! Не ведает, что творит.

Мысли перепрыгнули на мужа -  странный он человек: вроде бы, заботится,  внимателен, старается порадовать и защитить. И тут же наказывает ее перед служанками, унижает, требует невозможного.

Как ей его понять, как им найти общие точки соприкосновения? Да и есть ли они, эти точки?

- Какой князь молодец! – подала голос Милисента.

- В чем это он молодец? – поинтересовалась Алана. – Просто наказал за ослушание, ты же говорила, что он прямо ей приказал не трогать аргамака, А Лиана сделала по-своему.

- Но как же – он не просто наказал, а сказал, что оскорбление княгини – худший проступок, чем  все остальные! Теперь  все знают, что к княгине необходимо относиться очень внимательно и почтительно.

- А без этого ко мне можно было относиться пренебрежительно?

- Мы – женщины, - пожала плечами Милли. – Отношение окружающих напрямую зависит от того, как к нам относятся наши мужчины. Если муж или отец пренебрегают, то и все остальные будут делать также. А если носят на руках и волоску упасть не дают, то и другие  наперегонки будут стараться угодить.  Князь продемонстрировал, что вы ему дороги, и он не потерпит неуважения  к его княгине.

- Да уж, дорога, - скептически усмехнулась Светлана. – Была бы дорога, он бы по кустам у всех на глазах не лазил. – Вспомнила, что беседует с невинной девушкой и оборвала фразу.

Милисента хихикнула:

- Да ладно, я при дворе росла, передо мной особенно не стеснялись, поэтому откуда берутся дети,  я знаю. Князь всего лишь  мужчина,  а они не способны держать в руках свои желания.

- Доведет же, - мрачно пошутила Света. – Не стерплю,  и придется ему свои желания только в руках и держать, сами они держаться перестанут.

Девушки переглянулись и расхохотались.

Настроение у Светланы поднялось,  и жизнь уже не казалась настолько мрачной, тем более что они с Милли успели  рассмотреть со всех сторон проблему с пропитанием, и придумали, как княгине выкрутиться, заодно заставив князя попереживать.

Глава 7

Дальше день шел, как обычно.

На пару часов в повозку к девушкам подсел Сиян,  и время за рассказом о правилах и обычаях Мадраскара пролетело незаметно.

На ночевку остановились, когда солнце еле задело  макушки деревьев.

Светлана ожидала, что ночевать они будут в городах или поселениях, в поместьях саританской знати, в крайнем случае, на хороших постоялых дворах. Там и помыться можно, да и спать на кровати удобнее, чем на коврах в шатре.  Но Рагнар игнорировал все замки и поместья, города огибали  по дуге, поселения проезжали без остановок.

Слуги проворно поставили шатер, застелили его коврами, накидали подушек, внесли и сложили стопкой одеяла.

Светлана смотрела с любопытством,  вспоминая, что нечто похожее она видела по телевизору, когда показывали жилище бедуинов, только там вместо ковров были полосатые половики, или как там они называются?

Со стороны, где разожгли костры, тянуло вкусными запахами, Света невольно сглотнула слюну – терпеть ей до завтра. Сегодня Милисента припрячет  часть своего ужина, а завтра утром  с ней поделится.  Конечно, невесть что, но лучше, чем ничего.

Унижаться и звать  любовницу мужа   она не собиралась.

Маяна предусмотрительно где-то спряталась, во всяком случае, на глаза Светлане уже несколько часов не попадалась.

Девушка подумала, что если бы она решила смириться, то ей все равно поесть не удалось:  Маяны не видать,  просить  некого.

Деяна принесла теплой воды и Света смогла сполоснуться за занавеской в углу шатра. 

- Я здесь поужинаю, ты же не против? – муж стоял у входа в шатер и спокойно рассматривал девушку.

-  Не против, - ответила Света, подавив досаду: мало того, что лицезреть князя ей не очень-то хочется, так он  еще решил ее помучить вкусными запахами и видом пищи?

Рагнар, вошел внутрь, подтянул несколько подушек и с удобством расположился на ковре. Спустя минуту  слуги внесли низкий столик, который тут же уставили  блюдами с кушаньями.

Светлана хмыкнула – уж кто-кто, а она умеет подавлять желания! Сколько раз приходилось проходить, глотая слюни, мимо вкусностей, зная, что до получки три дня, а в кошельке последняя десятка?

Равнодушно отвернувшись от стола, девушка прошла в угол к стопке одеял,  вытащила два, расправила, подобрала подушку и улеглась, повернувшись к мужу спиной.

Рагнар не спешил: ел, смакуя, причмокивая, шумно схлебывая. Садист иномирный!

Наконец, трапеза завершилась, стол убрали, а Света незаметно для себя задремала.

     Князь с досадой смотрел на ком одеял, из которых торчал затылок Аланы. Он-то надеялся, что жена посидит рядом, они поговорят и, может быть, она решится попросить принести еду.  Не вышло!

Его жена – совершенно непредсказуемая женщина, он положительно не знает, что от нее ожидать в тот или другой момент.  Ни одна из знакомых ему женщин не упустила бы возможность провести время наедине, обязательно подластилась бы и точно голодной спать не ложилась.  Вот как ему лицо держать? Приказ озвучен, его слышали, отменить он не может. Хотя, может, конечно, но выглядеть это будет не очень, так что придется ждать, когда Алана сдастся и попросит еду.

Ладно, один день  натощак, это нет ничего.  Он уверен, что уже завтра она будет на все согласна, лишь бы набить живот.

Мысли перепрыгнули на процедуру наказания. Она на князя  произвела неприятное впечатление - уж слишком Лиана похожа на его жену! Хорошо, что порка отложена,  и он ее не увидит, но вот стрижка… это что-то. Может быть, он погорячился? Нет, он не мог поступить иначе, если сразу не показать, что неуважения по отношению к княгине он не потерпит, Алану так и будут потихоньку «кусать». Конечно, Рагнар не обольщался – «кусать» так и так будут,  но уже исподтишка.  Его Алане придется самой завоевывать авторитет и уважение, одними карательными методами всем рты не позакрываешь, тем более что он не всегда будет рядом.

И ему самому придется  тоже себя ограничивать. Со служанкой он прокололся,  надо от холостых привычек отвыкать.

Вспомнил, что жена, фактически разрешила ему отношения вне брака, лишь бы не на виду и неожиданно для себя обиделся. Получается,  она к нему равнодушна?

Конечно, равнодушна, ведь слюни пускала, как выяснилось, Лиана.

Князь задумался.  Нет, жена не должна быть равнодушна к мужу - еще влюбится в кого  другого, этак ее не укараулишь.  Конечно, можно запереть, приставить тройную охрану, пригрозить страшным наказанием, пояс верности, наконец, надеть, но ему ли не знать, что ни один запор и охранник не спасут? Было бы желание, а лазейка всегда найдется, тем более, девушка имеет дар.

Надо, чтобы девушка влюбилась в него. Ррыл дырявый, ведь начало получаться – с аргамаком и потом, с массажем, но он опять все испортил!

Снаружи раздался шум, князь насторожился.

- Ваша Светлость, - голос одного из воинов охраны. – Приехал магистр.

О! Наконец-то!

Рагнар проворно выскочил наружу, Светлана тоже перестала изображать, что  крепко спит.

Кроу приехал! Черт, сейчас муж ничего не сказал, но раньше он  приказал сидеть в шатре, она не знает, можно ли ей последовать за супругом.

Светлана опустилась назад на одеяло – рисковать и выходить без разрешения не хотелось. У муженька тараканы генномодифицированные, кто знает, как он отреагирует?

Ждать пришлось не слишком долго – появилась Деяна и почтительно обратилась к хозяйке:

- Мистрис, князь просит вас прийти!

- Куда прийти? – Светлана решила изображать неведение.

- Повозка из дворца догнала нас. Наверное, Его Светлость хочет что-то вам показать.

- Он приказал меня разбудить и привести?

- Нет, что вы! Князь приказал передать, что просит вас подойти.

- Хорошо, -  решила Светлана. – Я сейчас выйду.

Здорово, когда твои собственные желания совпадают с желаниями мужа! Как бы ей так исхитриться, чтобы муж всегда желал того же, что хочет она?

Девушка разгладила платье – хороший материал, даже не помялось от валяния в одеялах! - прикрыла волосы накидкой и вышла из шатра.

Деяна ждала снаружи, и Света последовала за служанкой, отмечая, что сзади идут еще и охранники.  Видимо, отныне это ее постоянное сопровождение, придется привыкать.

Обойдя шатер, княгиня увидела, что немного в стороне от палаток  стоит повозка, вокруг которой кольцом расположились воины ее мужа. Сам князь обнаружился внутри круга, он  беседовал с магистром Кроу.

- Магистр! – радостно выдохнула Светлана, краем глаза поймав недовольную гримасу князя.

Черт,  сдерживаться, она должна сдерживаться! Еще не хватало, чтобы супруг запретил ей общаться с магистром, приревновав его или решив, что она скорее смирится, если он отнимет у нее все привязанности.

- Княгиня! – Кроу почтительно поклонился. – Рад видеть вас в добром здравии!

Князь опять еле заметно поморщился, вспомнив последствия «брачной ночи».

- Как доехали? – спросила Светлана, зорко поглядывая за реакцией мужа. – Мы с Милисентой весь день провели вместе, у вас чудесная дочь!

Кроу просиял, а князь округлил глаза.

Ага, муженек, не знал? Вот тебе, чтобы ты не выдумывал, чего нет!

- Благодарю, доехали вполне благополучно, - еще раз поклонился магистр. – Только с Ринаей небольшие проблемы. Полагаю, только вы и можете их разрешить.

- Проблемы?

Вместо ответа магистр сделал приглашающий жест, показывая на повозку.

Светлана оглянулась на князя – все-таки, она тоже поддается дрессировке, вон, уже без мужнего позволения и не пытается действовать – дождалась его разрешающего кивка и заглянула внутрь транспортного средства.

Сразу наткнулась на ненавидящий взгляд Ринаи.

Господи, за что она ее так ненавидит, что бедная Алана успела  ей сделать такого?

- И какие проблемы с Ринаей? – Светлана решила, что заходить в повозку ей незачем, ей и отсюда неплохо видно.

- Она не может отойти от чана с грязной посудой больше, чем на десять метров, - сокрушенно  ответил Кроу. – Разве что набрать грязную посуду в руки, но тогда она ничего не может делать, руки-то заняты!

- Почему? – удивилась Светлана и вздрогнула, вспомнив, как они расстались в последнюю встречу.

Риная наговорила ей гадостей и угрожала от имени княгини, и Света немного вспылила. Гм, она куда-то послала Ринаю? Да, точно, на кухню или … к грязной посуде!?

Светлана вспомнила и с любопытством еще раз заглянула в повозку: точно – посередине ее стоял чан, из которого выглядывали тарелки и кастрюли.

Еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться, Светлана отвернулась, представляя, что было бы, если бы она отправила горничную по известному  адресу.  По тому самому, который каждый мужчина регулярно держит в руках, справляя нужду.  Ей положительно необходимо скорее учиться, чтобы от незнания не наворотить дел.

- Занятно, - выдавила она из себя. – А как я могу разрешить эти проблемы?

- Магия, которая держит женщину, не знакома ни одному из наших одаренных. Мы не понимаем, как снять проклятие, заставляющее горничную  жить возле чана с грязной посудой. Предполагаю, что Риная вас чем-то вывела, вот вы и сослали ее в посудомойки.

- Примерно так и было, - согласилась Светлана. – Только я не понимаю, каким образом у меня это получилось.

- Чем эта женщина  расстроила мою жену? – вкрадчиво поинтересовался князь.

Риная побледнела и опустила голову.

- Точно уже не помню, - задумчиво ответила княгиня. – Кажется, она начала мне угрожать.

- Вот как? – улыбка и голос Рагнара еще больше заледенели. – Может быть, пусть все так и остается,  думаю, в качестве посудомойки эта женщина более полезна,  что скажешь, дорогая? – вопрос адресовался Светлане.

***

Света посмотрела в серьезные глаза мужа, перевела взгляд на нахохлившуюся  Ринаю и решила:

- Дайте мне возможность поговорить с ней наедине.

- Наедине? – переспросил Рагнар. – Зачем?

- Должна же я понять, как снять то, что на нее наслала?

- Но почему наедине?

- Беседа с горничной угрожает моей репутации? – удивилась Света. – Можно оставить двери настежь, чтобы было видно, что происходит внутри.

Князь помялся,  посмотрел  на жену, на горничную, на начальника охраны и, наконец, сделал выбор:

- Двери не закрывать, с окон убрать занавеси. Малейшая попытка навредить княгине, воины немедленно вмешиваются.  Я буду возле входа.

Света потянула мужа в сторону, вынуждая его наклониться.

-  При таком количестве ушей, она мне ничего не расскажет, - негромко проговорила она мужу. – Но мне очень важно расспросить ее и понять, откуда у нее такая ненависть и что с этим делать дальше. Прошу, пусть охрана отойдет на десять метров, они будут все видеть, но не услышат.

- А если она нападет и навредит? – переспросил Рагнар.

- Не думаю, что немолодая и не слишком сильная  женщина может серьезно навредить молодой и сильной, - возразила Алана. – Потом, воины начеку, Ринаю проверяли, при себе у нее ничего нет, да и ехать ей дальше с нами. Она не опаснее прилюдного завершения брака. Если я пережила то, уж разговор-то точно мне ничем не угрожает.

Князь поморщился и отвел глаза – ррыл, очень неприятное воспоминание. Видимо, теперь Алана все неприятности будет  сравнивать с консуммацией. – больше, меньше или наравне. Прав был Сиян, такое женщина не скоро забудет, если вообще забудет. Да что далеко ходить – он сам никогда такое не забудет…

- Хорошо, заходи и поговори, - согласился он. – Охрана! Всем отойти на десять шагов от окон и двери и глаз не спускать.

Светлана благодарно сжала руку мужа и шагнула в повозку.

Риная встретила ее злым взглядом – ничего нового, да?

- Риная, за что ты меня так ненавидишь? – поинтересовалась девушка. – Раньше ты говорила, что я бездарь, а все бездари достойны презрения. Теперь ты знаешь – я одаренная и не слабо так, однако, по-прежнему смотришь на меня, будто мечтаешь убить.  Так в чем причина?

Женщина отвернулась и засопела.

- Риная, если ты не хочешь остаток жизни провести возле грязной посуды, тебе лучше ответить.

- Ты отняла у меня самое дорогое! – выплюнула горничная. – Почему ты не сдохла? Почему??!

Светлана немного отодвинулась, пораженная ненавистью, которая волнами расходилась от Ринаи.

- Расскажи, - мягко попросила девушка. – Расскажи подробно, что именно я отняла и как это произошло. Я потеряла память, ты же помнишь? Увы, сама я не вспомню, что и когда случилось.

Женщина с вызовом посмотрела на княгиню и отвернулась. Потом шумно выдохнула, провела пальцами по краю лавки, сжала руки и, наконец, решилась.

- У меня был ребенок, девочка. Я родила на три дня раньше мистрис Санаи. Чудесная малышка с хорошим магическим потенциалом и синими глазками.

Светлана молчала, не перебивая.

-  Мистрис не хотела, чтобы все узнали о рождении близнецов, поэтому не могла взять кормилицу со стороны. Только несколько человек знали, что девочек две – родители, няня, я и магистр Кроу. Няня могла ухаживать за лишней девочкой, но не могла ее кормить, она уже тогда была не сильно молода и, конечно же, у нее не было молока. У меня молоко было, но выкормить троих я бы не смогла, и тогда правительницы приказала забрать мою дочку.  Она пообещала, что отдаст ее  хорошим людям, у которых нет своих детей, я не могла противиться, ведь Саная – моя молочная сестра. Я с детства привыкла во всем ей уступать и слушаться.  И с детства знала, что буду кормилицей для ее ребенка.

Светлана в ужасе прижала руку ко рту.

- Мою девочку забрали, больше я ее никогда не видела. Из-за тебя! – Риная обвиняюще ткнула в Светлану пальцем. – Если бы ты не родилась или умерла, то моя дочь росла бы возле меня!

- Мне очень жаль, что тебя разлучили с ребенком, но разве в этом есть моя вина? Я не просила меня зачинать или рожать, не просила отнимать у тебя дочь. Почему ты ненавидишь именно меня, а не истинного виновника – Санаю?

- Если бы ты умерла, тогда, под подушкой, - как в трансе говорила горничная, уставившись стеклянным взглядом в стену повозки. – То моя девочка росла бы с родной матерью и была бы молочной сестрой наследницы.

- Риная, но, как выяснилось, наследница я, а не Лиана! – осторожно попыталась отвлечь несчастную Света. –  Это у меня более сильный магический дар, значит, твою дочь поменяли на Лиану. Но Лиану ты любишь.

- Лиана заменила мне дочку, - бросила женщина. – Я ее с рук не спускала, она была такая маленькая и нежная, а тебя я только кормила и то всего три месяца, потом нянька поила тебя из рожка молоком козы. Ты была такая противная, все время плакала и все время была голодная. Нет, во всем виновата именно ты! Жалко, что Триединый не прибрал тебя до сих пор.

- Представляю, какую ты мне жизнь устроила, когда услали няню, - пробормотала княгиня.

- Если бы я могла, я бы тебя сама придушила, - прошипела Риная. – А мне приходилось терпеть тебя, видеть каждый день и знать, что из-за тебя я никогда не смогу прижать дочь к груди!

-Риная, очнись! Я была невинным младенцем и ничего не решала! Это Саная приказала отнять твою дочь, не я!

Женщина подняла голову и усмехнулась:

- Ты меня не собьёшь! Я знаю, если бы ты не родилась или умерла, когда я держала у тебя на лице подушку, то моя девочка была бы со мной.

Так,  здесь все безнадежно, она зациклилась на одном, назначила виноватого,  и держится за это.

Светлана не слишком разбиралась в человеческой психологии, но тут такой случай – сложно не понять.

На Санаю Риная не могла злиться, видимо, с детства крепко было вбито, что та всегда права, что Риная должна во всем ее слушаться и помогать.  Перевесить вину и ненависть на беспомощного младенца, а потом – подрастающего ребенка оказалось проще.

Что же ей делать?  Ясно, что эта женщина всегда будет потенциальной угрозой и самой Светлане и ее детям, если, конечно, они у нее когда-нибудь появятся. Оторвать ее от чана с посудой она, наверное, сможет, но что потом?  Приставить к горничной отдельную охрану, которая будет следить, чтобы та ничего княгине не подлила, не подсыпала и не подбросила? Нет, это не выход...

- Риная, а почему же ты не убила меня, пока я была маленькая? Избавилась бы.

- Да потому что мистрис взяла с меня магическую клятву! Я не могу ни убить, ни навредить! – выкрикнула женщина.

Магическая клятва!  Вот и выход! Еще бы знать, как она берется, но с этим проще, ведь князь наверняка поможет.

- Если я сниму проклятие, что будешь делать?

- Мистрис отправила меня служить Лиане, - ответила Риная. – Я должна быть рядом с моей принцессой, помогать ей и поддерживать. Защищать от такой змеи, как ты!

- Ясно, - кивнула Светлана. – А сейчас посиди ровно и молча. Посмотрю и подумаю.

Женщина выпрямилась и отвернулась.

Света попробовала перейти на магическое зрение – как она читала в книжках еще в своем мире. Нет, ерунду там пишут – ничего не видно, впрочем, откуда бы там писали правильно, если это фэнтези?

Так, теперь применим знания, которыми ее нагрузил магистр.

  Спустя несколько минут девушка должна была признать, что тоже ничего не получается. Никаких плетений она не видит, аур тоже и вообще – не маг, а одно название.  Что же, Ринае теперь так и жить в обнимку с грязными тарелками?  Как бы ее освободить от тарелок, но прицепить, к примеру, к Лиане? Чтобы отойти от нее  могла метров на тридцать-сорок, не больше, чтобы, по-прежнему, не могла ничего плохого сделать ей, Светлане-Алане – ни словом, ни делом.  Пусть бы Риная заботилась о Лиане, гладила ей и стирала одежду, прислуживала, в общем, была горничной-служанкой, а про свою потерянную дочь забыла бы. Жалко, столько лет оплакивать свое дитя!  Не мудрено, что крыша у женщины слегка протекает.

Да, именно это ей и надо!

Света представила, как Риная выходит из повозки, потом картинка сменилась – Риная стирает что-то, несет что-то, поправляет подушку Лиане,  расчесывает ей волосы и следует за девушкой на небольшом отдалении.

Громкое восклицание вернуло в реальный мир – Ринаи в повозке не было.

Света выскочила наружу – женщина торопливо направлялась к повозке с синей полосой – к Лиане.

«У нее получилось»?  - княгиня ошеломленно смотрела в спину горничной.  – «А как получилось? И что именно»?

- Ты решила простить? – спросил князь, подходя к жене. – Выяснила, почему она тебе угрожала?

- Скажи, ты сможешь взять с нее магическую клятву на верность и чтобы она не могла вредить?

- Разумеется.

- Тогда сделай это прямо сейчас, пока она не увидела стриженую Лиану, - попросила Света, с беспокойством наблюдая, как женщина приближается к повозке сестры.

Рагнар повел бровью, и Риная замерла на месте. Тут же к ней подскочили два воина и вернули ее назад, поставив перед Рагнаром.

- Я отойду, - пробормотала Светлана, ощущая слабость. – Очень хочу спать.

- Конечно, иди, отдыхай, - не стал удерживать муж. – Я тут прекрасно и сам справлюсь.

              Наверное, как это говорится, она потратила много энергии, когда представляла, что надо сделать с Ринаей. Вообще, за какие-то два дня с ней столько всего случилось – удивительно, как «крыша» у нее самой не «потекла».

Еще муж со своими тараканами.

Ладно, утро вечера мудренее!

Девушка вернулась в шатер, переоделась в ночное платье и мгновенно провалилась в сон, только голова коснулась подушки.

И не видела, как  вошел муж, присел рядом со спящей и долго смотрел, не отрываясь.  Как вздохнул, пальцем невесомо коснулся щеки, провел им по выбившейся прядке и резко выдохнул, а потом подтащил еще одеял и улегся рядом.

Утро   бывает разным.

Выспаться Света вполне выспалась, вот только встать не получалось. И вообще, все тело затекло, потому что к нему привалилась чья-то полуобнаженная туша, и наглая верхняя конечность одного парнокопытного  лежала неподъемным грузом поперек Светиного живота.

Нет, такое милое и почти семейное пробуждение  в планы девушки не входило.

Немного поёрзав, Светлана легла на спину и принялась выползать из-под руки супруга, стараясь при этом его не разбудить.

Князь бормотнул что-то, всхрапнул, пошарил рукой – Светлана торопливо подсунула подушку – облапил вещь и затих.

Вот вам и грозный князь. Кто бы мог подумать, что когда он спит, такой  лапочка!  Бровки хмурит, губками шлепает  – видимо, что-то снится.

«Так, Светка, а чего это ты на него пялишься? Отползай, пока не проснулся! Нашла, чем любоваться – во сне даже гиена выглядит умилительно и трогательно»!

И ведь когда прилег рядом, она даже не почувствовала! Нельзя так расслабляться – мысленно надавала себе тумаков.

Дневное платье, чертова накидка на волосы и можно наружу из шатра.

- Мистрис, - склонились в поклоне воины. – Вам нельзя выходить, пока Его Светлость не разрешит.

Светлана опешила – как это? А если ей «в кустики надо»?

- Позовите мою служанку, - приказала девушка. – Деяну.

Воины не шелохнулись, продолжая стоять в почтительном полупоклоне.

Деяна, наверное, спала одетой, потому что оказалась возле княжеского шатра буквально через пару минут.

- Деяна, мне надо выйти, - вполголоса обратилась она к девушке. – Охрана не выпускает. И как ты так быстро здесь очутилась?

- Я же ваша служанка – вы проснулись, у меня сработал маячок, и я тоже встала. Из шатра вам нельзя выйти, пока князь спит, - огорченно ответила служанка.

Ах, пока князь спит?

Светлана повернула голову и бегло осмотрела шатер – чем бы грохнуть?  Глаз зацепил  таз на высоком стуле у одной из стен шатра и рядом с ним на таком же стуле-этажерке – кувшин.

То,  что доктор прописал!

Княгиня вернулась внутрь, взяла кувшин, отметила, что в нем вода и решила сначала умыться. Не пропадать же добру?

Желание выплеснуть использованную воду на мужа было настолько велико, что ей пришлось приложить немало усилий, чтобы его погасить.  Кто его знает, этого иномирного самодура, как он отреагирует? Может быть, за обливание мужа водой здесь тоже какое-нибудь наказание предусмотрено? Вон он как лихо с Лианой разобрался…

 «В кустики» хотелось все сильнее, и Светлана поставила таз на ковер и толкнула «этажерку» с кувшином.  Сосуд  покачнулся и рухнул в таз, следом упала «этажерка», зацепив вторую. В предрассветной тишине грохот получился оглушительный.

Девушка не успела понять, что произошло, как оказалась прижата к чьей-то мощной голой груди, а около горла у нее замер кинжал. Или стилет? В оружии Света не очень разбиралась – какой-то большой ножик с узким и острым лезвием.  Рукоятку было не видно, зато ощущалось, что по шее что-то стекает, и как саднит  кожа.

- Триединый! – выдохнул Рагнар, убирая оружие и разворачивая жену к себе лицом. – Что случилось, почему такой шум? Стой, не дергайся, ты немного порезалась.

- Немного? – Светлана машинально задела ранку и уставилась на запачканные пальцы. – Ты меня своим ножиком до крови порезал!

- Стой спокойно, - ответил князь, промокая шею жены своей рубашкой. – Я воин. Когда воин спит, он тоже начеку, на подозрительный звук мое тело реагирует быстрее, чем я успеваю об этом подумать.  Если не хочешь повторения подобного, никогда не издавай резких звуков, когда я сплю. Пустяки, небольшая царапина. Целитель уберет ее за минуту.

- Меня не выпускали из шатра, - сердито ответила Светлана. – Охранники и служанка сказали, что пока князь спит, мне нельзя выходить.

- Правильно сказали, - спокойно подтвердил муж. – Зачем тебе без меня выходить?

- Утром люди, как правило, сразу хотят сходить в туалет, - буркнула девушка. – Лопнуть что ли, пока ждешь?

Князь слегка округлил глаза, но быстро взял себя в руки.

- За ширмами, - мотнул он головой в дальний угол шатра. – Горшок для туалетных дел. Ты что, за все время ни разу им не воспользовалась?

- Я не могу делать это в пяти метрах от мужчины, - ответила Светлана.

- Триединый, - покачал головой Рагнар. – Ради этого ты подняла шум и рисковала головой? Я ведь  спросонья мог поранить тебя гораздо серьезнее.

- Если бы не  приказ не выпускать меня из шатра, и я бы не пострадала, - Светлана выразительно посмотрела на испачканные в крови пальцы. – И вы бы, Ваша Светлость, спокойно спали, а не прыгали по шатру в одном исподнем, размахивая ножиком. Ну, куда я могу деваться, кругом воины, охрана? Зачем такие строгости?  Женщине нужно время и место для уединения.

- Ты – княгиня и не можешь себя вести, будто простая селянка. Для нужных дел есть ширма и горшок, бегать в кустики княгине не пристало!

- Зато князю по кустикам  очень даже пристало, - тихо пробурчала себе под нос Светлана, отходя от мужчины.

Князь услышал, резко развернулся и схватил жену за руку:

- Алана, ты испытываешь мое терпение. Не понимаю, чему тебя учили, ты совершенно не умеешь себя вести, как положено женщине!

О, сколько иголок просилось слететь с языка, сколько острых фраз и метких эпитетов промелькнуло в Светланиной голове!  Но нельзя, нельзя, она не в своем мире, здесь нет равноправия, а высший судья – мужчина. Высказать-то она успеет. Может быть. Но последствия могут быть непредсказуемыми. Проглотив весь пчелиный улей, рвавшийся с языка, девушка отошла к стенке и встала, гордо выпрямившись.

Рагнар быстро одевался, поглядывая на жену.

Вот что ему с ней делать? Еще ни с одной женщиной не было так сложно.

Князь оделся и, буркнув, что сходит, посмотрит на лошадей, вышел из шатра.

За заветную ширмочку Света бежала вприпрыжку.

Неудобно и немного стыдно, но когда приперло, то и «не так раскорячишься».

Муж-то специально вышел, чтобы она имела возможность оценить посудину. Шумит, стращает, но иногда прислушивается – это обнадеживает, что при должной ловкости и уме она постепенно отожмет себе больше прав. Во всяком случае, постарается.

Князь шагал по проснувшемуся лагерю и хмурился – все идет не так, как он планировал. Девушек две и  исключать вероятность, что кому-то придет в голову объявить наследницей Лиану, нельзя. Прав Сиян, ох, как прав – не стоит давать ей нейтрализатор, хотя бы ради того, чтобы сделать  ее бесполезной для заговоров.  Но и обрекать племянника на три года отношений без будущего жестоко. Девчонка избалована, проест Критену плешь в два счета. Вообще, с воспитанием у обеих сестриц большие проблемы,  и сложно сказать у какой оно более запущенно,  с этим тоже надо что-то делать. Это  пока они в дороге, он может  идти на некоторые уступки и за соблюдением традиций смотрят не так пристально, но во дворце за княгиней будет сотня глаз, каждый ее шаг будет разбираться на составные части и осуждаться.

А его… гм… подруги для снятия напряжения? Друг друга они едва терпят, но поскольку ни одной не светило замужество,  а за скандалы он, не задумываясь, отправлял вон и из дворца и из своей постели, то все научились шипеть вполголоса и только так, чтобы князь не услышал. А тут приедет такой раздражитель!  Как бы для мести Алане любовницы не объединились в дружный женский коллектив  единомышленников. Дружить против кого-то всегда проще, чем просто дружить, ведь дружба подразумевает взаимность, а тут – собрались в стаю,  толпой напали на неугодного, покусали и разбежались.

Вчера, когда он брал магическую клятву у горничной Лианы, то поразился, какая ненависть плещет из женщины при любом упоминании его жены.  Разумнее было бы отослать ее подальше, а не везти с собой, но правила и традиции, что б их! Минимум до Мадраскара придется терпеть и смотреть в оба, а там он сразу отправит Лиану с сопровождением в дальнее имение. Кстати, хорошая мысль – и свадьбу с Критеном можно будет отложить на полгода - год, пока ему не исполнится хотя бы восемнадцать.

Лагерь копошился, переговаривался, перетекал, как озеро в легкий ветерок.

Палатки сворачивались, вещи упаковывались, воины спешно дожевывали и допивали, готовясь отправиться в дорогу.

Рагнар ушел из шатра специально, раз его жена настолько стесняется, что даже горшком не может воспользоваться, пока он рядом.  Ничуть не смутилась, застав его со служанкой, стойко выдержала обряд чистоты, а сходить в туалет за ширмой стесняется!  Его жена совершенно непостижимая и непредсказуемая!

- Князь, - поклонился Никодий. – Я готов выезжать в Тристан. Будут дополнительные указания?

- Нет, все в силе, все неизменно. Когда ты думаешь догнать нас?

- Самое позднее – к вечеру. Маршрут я знаю, точку ночевки – тоже.

- Хорошо. Надеюсь, что ты выберешь самые красивые и дорогие. Сколько берешь с собой воинов?

- Двадцать человек.  Перетрясу всех лучших ювелиров Тристана, можете не беспокоиться! У княгини будут украшения на все случаи жизни!

- Если что-то нужно будет уточнить, связывайся напрямую, - Рагнар выразительно потеребил массивный перстень.

Никодий еще раз поклонился.

Ну, вот, даст Триединый, еще одна проблема разрешится. Кто мог подумать, что у девушки не будет ни колечка, ни сережек? Знал бы, захватил из сокровищницы, а теперь приходится командировать советника спешно покупать. Не может же он допустить, чтобы его жена появилась в Мадраскаре без украшений?

  Деяна маялась у входа.

- Чего тебе? – не выдержала Светлана.

- Так, завтрак, - замялась служанка.

- Я не голодна, - ответила княгиня. – Выясни, можно ли мне выходить, я хочу перейти в повозку.

Деяна исчезла, и Света приготовилась опять ждать.

Столько времени тратится впустую на всяческие согласования и реверансы!

Служанка вернулась с ответом князя, что Алана может перейти в повозку.

Супер, а не жизнь!

Зато в повозке ее уже ждала Милисента, которая,  улыбнувшись, достала откуда-то из складок одежды  большой кусок лепешки, целую  куриную ногу  и  яблоко.

Мур-р-р! Как вкусно!

Стараясь тщательнее прожевывать, а не глотать кусками, Светлана наслаждалась трапезой, а Милли в это время караулила у входа, якобы, греясь на солнышке.

Мало, конечно, но уже не такая голодная!

Съев все,  кроме куриной косточки и черешка от яблока, Света поискала, куда бы девать эти улики, и тут Милли громко воскликнула, кланяясь: «Князь»!

Черт! Кости полетели под лавку.

- Ты уже здесь? – Рагнар внимательно осмотрел жену, сидящую с независимо-невозмутимым видом.

- Почему не завтракала?

- Я не голодна.

- На обед остановимся не скоро, а в пути поесть можно будет только всухомятку, - недовольно отреагировал муж. – Сейчас еще есть горячий отвар и каша.

- Я не голодна, - ровно ответила княгиня. – Ты вчера взял с Ринаи магическую клятву?

- Да. И запретил им с Лианой покидать повозку без моего разрешения. Не думаю, что тебе надо приближаться к ним.

- Я и не собиралась. Можно к нам с Миллисентой придут целитель Сиян и магистр Кроу?

- Зачем целитель, ты плохо себя чувствуешь?

- Нет, все хорошо, просто Сиян мне рассказывает о законах и обычаях Мадраскара, а магистра хотела видеть Милисента.

- Сначала кто-то один, часа два, не больше, потом второй, - вынес вердикт Рагнар. – я предупрежу охрану.

- Где остатки? – тихо спросила Милли, когда князь их покинул. – Я так испугалась, Его Светлость появился перед повозкой внезапно – вышел из-за угла.

- Кости под лавку закинула, - хихикнула Алана. – Хорошо, что успела все проглотить до прихода мужа, а то рисковала подавиться.

- Я схожу за водой, - решила Милли. – Заодно незаметно выброшу косточки подальше от повозки. Нам же нужна вода в дорогу?

- Непременно! Возьми большой кувшин!

              Она не ела! Не голодна, как же – это после того, как жена пропустила обед и ужин и еще и магичила!?

Рагнар злился и не знал, что ему делать.

Приказать? Применить подчинение, например? Можно, конечно, но от этого их отношения только  еще больше испортятся. Его жена на браслет и так реагирует весьма нервно, даже придумала называть себя рабыней, пока тот на ней, так что усугублять не стоит. Ну и если он заставит ее поесть силой, получится, что князь не держит слова – сказал же, что поесть она сможет в любое время, но при условии, что скажет это той служанке. Ррыл! Он же велел той на глаза княгине не показываться! Идиот, сам лишил жену возможности пойти на мировую и попросить еды!

- Немедленно найти служанку княгини, не ту, которая все время рядом с ней, а вторую, которую  я услал с глаз долой, - имя девушки князь не запомнил, но и так найдут, все-таки, у них здесь не так много служанок.

- Звали? – Маяна стояла, потупив глаза, теребила пальцами  подол.

- На стоянке будь возле княгини, - приказал Рагнар. – Она уже сутки не ела, покажись ей на глаза, когда прикажет принести еду, то передай приказ второй, пусть она и несет, а сама исчезнешь. Нет, найдешь меня и доложишь.

- Слушаюсь.

Надежды не оправдались – как Маяна ни крутилась на дневной стоянке перед княгиней, та и глазом не повела и так и не попросила покушать.

Князь вызвал целителя.

- Сиян, у меня проблема –  княгиня закапризничала, я вспылил. Теперь она ничего не ест.

- У княгини нет аппетита?

- Аппетит, может, и есть, нет желания просить еду. Я вспылил и приказал  не кормить ее, пока сама не попросит. Причем, пока не попросит у той служанки, с которой она нас застала.

Целитель покачал головой и вздохнул.

- Не знаю, что сказать. Княгине нельзя голодать, после обряда чистоты она много крови потеряла и сильно перенервничала. Магически я все исправил, но для восстановления энергетических потоков ей необходимо хорошее питание, полноценный отдых и положительные эмоции.

- А если я сам приглашу ее на трапезу?

- Попробуйте.

- Вы же видели княгиню сегодня? Как она?

- О, довольно активна и очень любознательна. Засыпала меня вопросами, слушает жадно и с явным интересом, очень приятная ученица!

- А с точки зрения ее здоровья?

- Бледна, конечно, но она же почти не бывает на воздухе! Ей надо двигаться больше. Пусть идет пешком какую-то часть пути, едет верхом, конечно, если она сама этого захочет.

- Ей полезны физические упражнения?

- Безусловно.

- Тогда проще приказать, а не ждать, когда захочет. Вон, с едой – второй день ждем…

- Конечно, вы можете приказать, но по приказу невозможно стать счастливым, здоровым и веселым. Напомню, княгине нужны хорошие эмоции. Хотя от прогулок ее аппетит обязательно разыграется.

Рагнар поблагодарил целителя и задумался – как же ему лучше поступить?

Разрешить проехаться верхом на текинце? Первая прогулка доставила ей массу удовольствия. А потом не ждать, когда она попросит поесть, а велеть накрыть стол в шатре и пригласить ее разделить с ним трапезу.

Да, он именно так и сделает!

***

- Алана, не хочешь сама размяться и размять своего жеребца?

Светлана вспыхнула и сама же себя одернула – Рагнар о Фейри, а не о том, о чем она подумала. Говорят, каждый думает в меру своей испорченности, видимо, она, ну очень испорчена.

- Да, с радостью, - ответила она мужу.

- Тогда иди, переодевайся, - кивнул князь и повысил голос. – Приготовить текинца для княгини и гнедого – для меня.

 Вспомнив, что собиралась подружиться с конем и показать князю, что любовь и доверие лучше самой крепкой веревки, Светлана добавила:

- Принесите кусок лепешки или морковку. Это не для меня, - у нее же условие, которое муж еще не снял. – Это для коня.

- Можно? – повернулась к Рагнару.

- Можно, - скрипнул тот зубами.

Когда княгиня вышла из шатра уже в штанах и тунике,  она увидела не только Фейри, но и слугу, державшего серебряное блюдо с  несколькими кусками лепешки и двумя порезанными на толстые кружки морковками. Рядом  воин держал под  уздцы  Фейри.

Все-таки, в статусе княгини есть и свои плюсы.

Света подошла к лошади, огладила  и принялась скармливать угощение, приговаривая:

- Ты самый красивый! Умница, Фейри!

Конь осторожно брал с ладони куски, щекоча дыханием, довольно хрумкал и тянулся за добавкой.

Когда блюдо опустело, жеребец еще раз обнюхал его, потом руки девушки, убедился, что добавки не будет и мордой легко толкнул Свету  в грудь.

- Хулиганишь! – рассмеялась девушка, пытаясь высвободить из-под ремешка оголовья конскую челку.

Фейри фыркнул и еще раз толкнул.

- Дерни за повод, приструни его! – с беспокойством подал голос князь. – Он должен стоять смирно и слушаться!

- Ничего он никому не должен, - пробурчала Светлана. – Он просто играет, не видно, что ли? Любому время от времени хочется поиграть и подурачиться и это нормальное желание!

Фейри  вытянул шею, голову и верхнюю губу и топнул ногой.

- Нет, целоваться мы не будем, - засмеялась девушка, отодвинув лошадиную морду.

Князь уже сидел верхом и с нетерпением поглядывал на жену.

Чудная – коня кормит, гладит – это еще можно понять. Но шептать ему нежности и толкаться, будто малые дети – это лишнее.

А Свете захотелось тоже подурачиться. Она, хитро глянув на мужа, положила обе руки на луку, чуть отошла в сторону головы текинца и резким прыжком-рывком забросила себя в седло. Невозмутимо, будто такая посадка для нее привычна, разобрала стремена и повод и пустила Фейри рысью.

На ходу оглянулась -  ошарашенные лица князя, слуги с подносом и воинов охраны были ей наградой.

Вот так вот вам, знай наших!

Рагнар очнулся первый и бросился догонять княгиню.

- Придержи коня, Алана.

Света натянула повод и вопросительно посмотрела на супруга.

- Кто тебя научил так садиться? Ты же княгиня, а не дочь табунщика, должна подождать, когда подсадят!

Девушка неопределенно пожала плечами.

- Чтобы больше я такого не видел. Потом, это же опасно, а если бы ты не удержалась и упала, а конь испугался и наступил? Да, целители могут почти все залечить, но на это тоже не стоит слишком надеяться, все-таки, они не всесильны!

Тут Рагнар заметил, что настроение Аланы упало,  и решил притормозить с нравоучениями. Конечно, он очень удивился и испугался, но на эту прогулку у него есть планы, которые не осуществятся, если жена будет не в духе. Поэтому сейчас надо оставить неприятную для нее тему.  Он поговорит об этом  позже.

- Фейри застоялся, - подала голос княгиня. – Его надо хорошенько размять.

Князь тронул ногами гнедого и скоро обе лошади пошли широкой рысью. Сзади, на расстоянии двадцати шагов, следовала охрана, еще дальше – догоняли повозки и остальной отряд.

Рысью прошли несколько километров, потом с полчаса ехали шагом.

- Ты самый красивый конь, - Светлана похлопала по шее текинца. – Самый - самый красивый! И самый быстрый!

- Текинские аргамаки на самом деле самые красивые лошади, - согласился князь и добавил. – Но самые быстрые – гнедые чистокровки,  как мой Нияз.

- Не знаю, мне кажется, что Фейри и птицу бы обогнал, посмотри, как легко он ступает!

- А давай наперегонки?

- Как это? – удивилась девушка. – Только что ты меня отчитывала за посадку, а теперь предлагаешь скакать?

- Ты очень хорошо держишься в седле, а текинец отлично выезжен. Потом, дорога прямая. Почему бы и не попробовать? Тем более что коней на самом деле надо хорошенько размять.

- И как мы поскачем и куда?

- Смотри – дорога прямая, как стрела – километра три, не меньше, никуда не сворачивает.  А там, вон, видишь? Дерево. Вот и давай мы поскачем до этого дерева. Увидим, кто резвее – твой Фейри, кстати, что означает это имя? Или мой Нияз.

- Да, дерево вижу. Имя означает  «сказка», «волшебная история». Рагнар, а ты можешь подтянуть мне стремена?

Князь замер, услышав свое имя из уст жены – надо же, а приятно звучит!

- Подтянуть стремена? Но они нормальной длины, я же вижу.

- Я привыкла ездить с более короткими.

- Ну, хорошо, - князь спешился и принялся подтягивать ремни, ориентируясь на указания жены.

- Не понимаю, неужели, так удобно? Ты же коленями упираешься!

- Увидишь, - улыбнулась девушка. – А на что мы поскачем?

- В каком смысле?

- Ну, что будет тому, кто выиграет? Интереснее же за какой-то приз соревноваться, чем просто так.

- Хм… Дай подумать.

- Желание! Тот, кто выиграет,  загадывает желание проигравшему,  и тот обязан его исполнить, - предложила девушка.

- Желание? Интересно. Только твое желание не должно касаться снятия браслета.

- Тогда твое – исполнения супружеского долга.

- Договорились!

Всадники приготовились и по выкрику князя «алга» - пустили коней вскачь.

Светлана привстала на стременах, наклонилась к шее коня, слилась с ним в одно целое.  Дорога уносилась из-под ног, копыта, казалось, не касались земли, придорожный кустарник слился в одну зеленую полосу, ветер трепал волосы, грозя унести  накидку.

Скоро стало понятно, что гнедой на самом деле резвее. Его ноги работали мощно и ровно, посылая могучее тело коня вперед, словно он не живой, а  неутомимая машина. Текинец старался, очень старался, но потихоньку отставал. Вот гнедой выиграл нос, вот уже вся его голова впереди, половина шеи…  А дерево уже почти рядом!

В отчаянном порыве, Светлана толкнула жеребца ногами, всем корпусом устремившись вперед, поощрила поводом, и текинец в немыслимом прыжке как-то догнал, дотянулся и мимо финишного дерева кони пронеслись ноздря в ноздрю.

Света перевела разгоряченного коня на рысь, потом на шаг, наклонилась, гладила его шею, хлопала по холке:

- Моя ты умница! Фейри лучший! – обернулась к мужу и в восторге прокричала. – Ничья!

- Что такое «ничья»? – поинтересовался  князь. – И где ты научилась так ездить?

- Это значит – никто не выиграл, оба пришли первыми, - ответила Светлана, продолжая наглаживать  жеребца. –  Всегда так езжу, не знаю, почему.

Не рассказывать же князю, что в прошлой жизни она с двенадцати лет и до окончания школы пропадала на ипподроме все свободное время? И все каникулы проводила там же? Да, тело сейчас не ее, но она с ним вполне сроднилась и может себе позволить вспомнить прежние умения. И не говорить же, что посадка такая – жокейская. И когда всадник привстает на стременах, он облегчает лошади заднюю часть.  Скакать становится легче, и конь бежит быстрее.

- Значит, оба первые? Тогда  мы оба проиграли желание!

 Упс, вот про это она не подумала! Ну, ничего, на крайний случай, она выслушает желание мужа и перекроет его своим.

- И какое твое желание? – осторожно поинтересовалась княгиня.

- Назови сначала ты, - предложил князь.

- Нет, ты первый, - не уступала Алана.

- Хорошо, не будем спорить. Тогда давай скажем вместе.

Рагнар покосился на охрану и подъехал к жене поближе.

- На раз-два-три? – предложила девушка.

- Как это? Объясни!

- Я говорю «раз-два-три» и как только произнесла последнее слово, мы одновременно говорим наши желания.

- Давай, попробуем, - согласился Рагнар, прижимая гнедого к боку текинца. – Помни, твое желание не должно касаться браслета.

- Раз! Два!! Три!!!

- Поужинай со мной сегодня, я отменяю приказ про служанку.

- Отмени приказ просить еду у служанки.

Пару секунд они осмысливали услышанное, а потом Светлана расхохоталась. Князь, еле сдерживая смех, отвернулся так, чтобы воины не могли увидеть, и улыбнулся. Какая она еще девочка! И как ей идет искренний смех и улыбка!

- Приветствуем тебя,  князь Мадраскара и империи, Рагнар!

- Приветствуем тебя,  княгиня Мадраскара и империи, Алана Дарующая!

Светлана ойкнула и поспешно натянула повод, растерянно глядя на троих мужчин в странных балахонах, заступивших  княжеской чете дорогу.

***

- Риная! Наконец-то! – Лиана кинулась к кормилице. – Посмотри, что со мной сделал  князь! Из-за недостойной! Она его околдовала!

- Девочка моя! Триединый, твои волосы! – женщина заплакала, прижимая к себе голову девушки. – Но как? За что?

- Всего лишь за то, что я взяла покататься коня, который нравится Алане. Но это не все наказание – меня посадили на хлеб и воду, а когда доедем до империи, меня высекут.

- Триединый! Высекут??! Не допущу!!!

- Но что мы можем сделать? Он – князь, - Лиана опять зарыдала.

- Я придумаю, я все придумаю. Ты еще станешь княгиней, а та, из-за которой все случилось, умоется кровавыми слезами.

- Как это возможно? Он с Аланы пылинки сдувает. Непонятно за что! Она наслаждается, а я страдаю-у-у!

-  Если Алана оступится, если она совершит сильное прегрешение, князь не простит. Это ее высекут, не тебя, моя девочка. А потом он ее сошлет куда подальше. Лучше, конечно, чтобы убил, но надеяться не стоит. А ты займешь ее место, вас же невозможно различить!

- С чего это я займу ее место? Разве князь захочет?

- Он не будет выносить сор из избы. Этот брак  для него – последняя возможность обзавестись наследником. Он не может вернуться без жены. Все получится, вот увидишь.

- Риная, я боюсь!

- Не бойся, я не дам тебя в обиду! Единственно, князь взял с меня клятву на магии, что я не буду сама вредить его жене. Поэтому нам нужны помощники. И еще, чтобы обойти клятву, мы будем готовить ловушку для крысы. Имя княгини нельзя называть, даже в голове его не держи. Мы говорим только о крысе. Завелась тут одна, едет в повозке, пакостить.

- Крысу! А… А?  А!!! Поняла! – просияла Лиана.

- Вот и умница! Надо скорее найти помощников. Есть среди слуг кто-нибудь, кто терпеть не может крыс?

Глава 8

Гнедой нервно переступил ногами и, повинуясь руке всадника,  шагнул вперед, загородив собой текинца.

- Приветствую вас, жрецы Триединого! – отозвался Рангар. – Чем обязаны?

- В двух словах не расскажешь. Сейчас мы хотели только поприветствовать вас, а для беседы  подойдем к вечерней стоянке, - ответил один из троих.

- Вы пешком, мы конные, не отстанете? – продолжил князь

- Ничего, Триединый поможет, - отреагировал  второй из троицы. Затем жрецы разом поклонились и сделали шаг назад и в сторону, пропуская князя с княгиней.

Рагнар кивнул жене, Светлана тронула ногами текинца, и тот  взял с места крупной рысью.

Муж догнал Светлану и выровнял гнедого так, что тот пошел вровень с Фейри.

- Что это за жрецы? – не выдержала Света. – Откуда они знают наши имена? Ладно, твое имя, ты тут, наверное, всем известен, но меня-то они откуда знают?  И что это за «Дарующая»?

- Вечером послушаем, - ответил князь. – Это жрецы Триединого, разве ты их не узнала по одежде? Весть, что князь женился,  разлетелась во все уголки,  и имя его жены у всех на устах. Хороший вопрос, учитывая, что еще неделю назад она о жрецах и Триедином даже не слышала.

- Я не помню, в каких одеждах видела их раньше, - отговорилась девушка. – И потом, меня поразило добавление к моему имени. Кстати, почему ты просто Рагнар?

- Как должно быть?

- Слишком короткое имя для такого большого властителя. Надо, например, Владимир Ясно Солнышко, Петр Первый, - Светлана напрягла память и выдала: - Сулейман Хан Хазрет Лери!

- Это ты сейчас кого называла? – озадаченно  уточнил мужчина. – Правителей, князей? Но мне ни одно имя не знакомо, а историю я знаю очень хорошо.

- Это князья и правители… из сказок, - выкрутилась девушка. – Мне няня рассказывала.

- Странные  имена и, наверное, странные сказки, - задумчиво проговорил Рагнар. – Расскажешь мне потом?

- Хорошо. Но ты так и не объяснил, почему меня назвали «дарующей» и  о чем жрецы  собираются разговаривать.

- О чем, я и сам не знаю. Как не знаю,  откуда  добавление к твоему имени. Наберемся терпения, до вечера всего несколько часов.

    Так, то рысью, то шагом, они ехали больше часа, а потом Светлана, вспомнив свои ощущения после первой поездки, решила, что на сегодня ей хватит.

В повозке она застала магистра.

- Княгиня, - почтительно  приветствовал он девушку. –  Надеюсь, вы довольны прогулкой?

- Да.  Фейри, это мой текинец, чудесный! А вы, магистр, как вы провели время?

- С пользой и удовольствием. Решали с Милли, куда мы направимся после того, как пересечем границу Саритании. Я еще не имел возможности поблагодарить вас: вы не только вывезли мою девочку, но нашли способ и меня вызволить. Я-то думал, придется бежать, а ехал  с удобствами.

- Вы тоже мне немало помогли, магистр. Без ваших знаний, я бы сейчас неизвестно где была. И неизвестно какая, - ответила Света. – Так что взаимно. То есть, я вам тоже очень благодарна и рада, что вы и Милисента смогли вырваться из лап матушки. Мне будет очень жаль, если придется  с вами расстаться. Может быть, проводите меня до столицы, или куда мы там едем? Осмотритесь, вдруг, в Мадраскаре вам понравится?

- У меня есть свое поместье на границе Мадраскара и Ритании, - ответил Кроу. – Столько лет не был дома.

- Понимаю. Жаль, но, надеюсь, мы будем видеться.

Магистр еще раз поклонился и  покинул повозку.

Остаток пути до вечерней стоянки, Светлана разговаривала с Милисентой и ждала обещанную мужем совместную вечернюю трапезу. Некоторое беспокойство вызывал и предстоящий разговор со жрецами, вдруг они по ее душу?

Изменить или отменить ничего не возможно, поэтому приходилось проявлять терпение и выдержку.

    Рангар от жрецов тоже ничего хорошего не ждал. Ясно, они  догнали их ради разговора с  Аланой. Одно радует – она замужем и ее никто забрать не сможет, но все равно неприятно. Со жрецами Триединого никто не спорил.

Сначала, он думал поужинать, а потом пригласить священнослужителей, но потом передумал. Что за ужин будет, если все мысли витают вокруг предстоящего разговора? С другой стороны, Алана должна быть очень голодна, оттягивать прием пищи  нежелательно. И место ночевки не поменяешь, их же еще Никодий должен догнать!

Еще немного подумав, князь подозвал одного из охранников, и тот умчался с поручением.

    Девушки увлеченно делились опытом различного плетения кос, когда  повозка остановилась, в дверь постучали, и на разрешение войти  протиснулся слуга.

Низко склонившись, он держал перед собой большое блюдо с фруктами, лепешками и кусками сыра.

- Княгиня, это прислал князь, чтобы дорога до ужина показалась вам короче, - произнес мужчина.

- Оставь, - разрешила Света, глотая слюнки.

Все-таки, муж небезнадежен – не только выполнил ее желание, отменив свой приказ, но и позаботился, чтобы она не считала часы до остановки!

Мужчина поставил блюдо на  свободную лавку и, с видом фокусника, выудил откуда-то кувшин с горячим отваром и поместил его рядом с блюдом.

И почти сразу в повозку подсел целитель Сиян.

За интересной беседой и вкусными заедками время до вечера пролетело незаметно.

Как только поставили шатер, князь распорядился приготовить угощение, расставить его на  двух столиках и пригласить жрецов. Он не сомневался, что они уже здесь – у священнослужителей много тайных умений.

- Алана, шатер готов, пойдем,- предложил он руку девушке.

Светлана улыбнулась Милли, прощаясь с ней до утра, и последовала за супругом.

Хорошая рука у Рагнара – крепкая, надежная, горячая. Порыв избежать прикосновения не возник, видимо, тело постепенно или забывает об обряде или привыкает к присутствию этого мужчины.

Жрецы ждали их возле шатра.

Света осмотрела их  – не заметно, чтобы они бежали и устали. Пешие, но не запыленные и не запыхавшиеся. Они прошли эти несколько часов или пролетели?

- Присаживайтесь, - пригласил Рагнар, показывая на разложенные подушки, и повел рукой в сторону столов. – Угощайтесь!

Благодарим, - за всех ответил один из жрецов.

Мужчины сели и внимательно посмотрели на князя.

- Вы хотели поговорить. Я слушаю. Присутствие княгини необходимо?

- Да, княгине будет интересно и полезно, - последовал лаконичный ответ.

- Тогда прошу.

- Все знают, что рождение близнецов в Саритании большая редкость, - приступил самый старший, судя по его виду, из жрецов. – Испокон веков пошло так, что рожденного вторым ребенка забираем мы. Когда рождается двойня, Триединый подает сигнал и тот час же в дом, где произошло  рождение, отправляются послушники. Обычно, родители рады избавиться от бесталанного, как они думают, ребенка, и проблем не возникает. Единственно,   люди боятся огласки и некоторые ради сохранения тайны, могут убить второго ребенка, поэтому мы стараемся максимально сократить время между поступившим сигналом и моментом, когда ребенка забирают.

Светлана внимательно слушала, давя в зародыше комментарии.

- Когда во дворце родились близнецы, мы сразу об этом узнали и отправили послушников за вторым ребенком. Однако они вернулись одни, поскольку им сказали, что одна из девочек умерла, и  показали мертвую новорожденную.

Света тихо ахнула, прикрыв рот рукой.

-  Бывает, что дети умирают, поэтому никто ничего не заподозрил, - продолжал жрец. – Но  несколько дней назад мы почувствовали, что произошла инициализация Дарующей. Той самой, которая, по нашим сведениям, умерла на второй день после рождения. Мы немедленно вышли в дорогу, следуя за указующим лучом, и вот мы здесь.

Жрецы встали и низко поклонились Светлане.

Князь с хрустом сжал кулаки:

- Не понял, кого же вам показали вместо Аланы? Чья была мертвая девочка? Разве послушники не проверили происхождение ребенка?

- Нам не известно, чья была эта девочка. Судя по отчету послушников, ребенок был новорожденный, не больше недели от роду. И раз мертвая девочка  не дочь  рода тир Гранд, значит, еще какая-то женщина во дворце родила в одно время с правительницей. Посланникам в голову не пришло проверять слова Ее Светлости Санаи и, к сожалению, уже ничего не изменишь. Но теперь мы за детьми вместе с послушниками  всегда будем посылать хотя бы одного жреца.

- Люди считают, что рождение близнецов – позор рода, поэтому скрывают новорожденных и убивают их, - сердито выговорила Светлана.

- Мнение людей сложно изменить, - возразил священнослужитель. –  Может быть, у вас есть предложение, как это можно сделать?

-  Я бы, для начала, объявила, что рождение близнецов не позор, а благо, двойное свидетельство благосклонности Триединого. Что род, где родились такие дети, род благословенный.  А еще можно за второго ребенка выплачивать родителям хорошее вознаграждение или льготы какие-нибудь. Что вы так на меня смотрите?

Все четверо мужчин не отрывали взглядов от девушки, кажется, забыв, как дышать.

Внезапно трое слуг Триединого встали и опустились на колени.

Светлана попятилась, отползая вместе с подушкой, на которой сидела.

- Что вы делаете? Встаньте!

- Благодарим, Дарующая! Мы донесем ваш Дар до остальных жрецов и  всесторонне обсудим, как его лучше претворить в жизнь.

- К-какой дар? Я всего лишь озвучила, что и так витает в воздухе. Сами посудите – если бы близнецы не считались бы позором и за них выплачивались деньги, то никто бы не скрывал и не убивал лишних детей! Странно, что вы сами до такого не додумались. И, кстати, а зачем вам второй из близнецов? Что вы с ними делаете?

- Ваш Дар, Дарующая –   подсказка, как разрешить проблему, – жрецы синхронно поклонились.

- Встаньте!

- Послушайте, - вмешался князь, с неудовольствием поглядывая на жену. – Но невозможно по одному маху руки изменить веру людей.  Все пожелают знать, почему теперь рождение близнецов – благо?

Жрецы выразительно уставились на Светлану.

Это что же, она должна найти ответ? Нашли, блин, ясновидящую, яснослышащую и ясночувствующую.

- Можно попробовать объяснить смену политики партии тем, что Саритания сблизилась с империей Мадраскар, а там другое отношение к близнецам. И теперь и в Саритании должно стать по-другому, - осторожно предположила она.

- Да-а-а! – выдохнули жрецы.

-  Откуда ты умеешь решать такие сложные вопросы? – негромко поинтересовался Рагнар. – И что такое «смена политики партии»?

- Сама не знаю, просто в голову пришло. «Смена политики партии» - это изменение правил или обычаев,  - пожала плечами Светлана. – А что, это подходит?

- Подходит.

- Замечательно, если люди переменятся. И, кажется, я знаю, чьей была та мертвая девочка, которую показали вместо меня.

-??

-?!

- Риная родила на три дня раньше правительницы, - пояснила Свет в ответ на молчаливый вопрос всех четверых. – Она сказала, что ее дочь отобрала Саная. Якобы для того, чтобы кормилица без проблем выкормила меня, Лиану и еще и Милисенту – это дочь магистра Кроу, она старше нас на месяц. А ее дочку она отдала хорошим людям. Риная очень горюет по ребенку и ненавидит меня. Считает, что если бы я не родилась, то ее дочка была бы с ней. Такой ужас…

- Возможно, так и было, - кивнул старший из жрецов. – Нам казалось, что если второй ребенок станет ненужным, то родители с радостью его отдадут, и не будут горевать и искать с ним встречи. Только поэтому людям внушили, что один из близнецов бездарный и не нужный.

- А он не бездарный? – заинтересовалась Светлана. – Но как – мне рассказывали, что дар проверяют при рождении и у второго ребенка его не обнаруживают!

- Нет, конечно же, второй близнец не бездарный!  Это посланник Триединого, несущий сильный дар, какого больше ни у кого нет. Близнецы рождаются очень редко. Один ребенок, чаще всего, это первенец – обычный саританец, с уровнем магии не выше двадцати пяти единиц. Второй ребенок – уникальный маг. Дар у него  единственный в своем роде, истинный, естественный.  Кто-то умеет разговаривать с собеседником, находящимся на большом расстоянии. Кто-то исцеляет смертельные болезни. Кто-то управляет реками. Каждый близнец – уникальный и единственный. Пробуждается дар после какого-либо потрясения в старшем возрасте, не у младенца, но в окончательную силу входит только после инициации. Чем сильнее были эмоции в этот момент, тем более полно раскрывается дар. Мы собираем этих детей, растим их, учим, а затем они приносят пользу этому миру.

«О, господи, хотела уникальностей? Распишитесь – получите. Еще бы понять, чем лично ей все это грозит».

- И… какой направленности моя магия? – осторожно поинтересовалась Светлана.

- Мы точно не знаем всех возможностей, скажем точнее, когда проведем рядом с вами больше времени и сможем понаблюдать за проявлениями способностей. Пока ясно, что вы – Дарующая. В зависимости от ситуации, можете, как наградить, так и наказать.

- Вы что, собираетесь и дальше следовать за княгиней? – насупился Рагнар. – Напоминаю, Алана – моя жена и я никому не позволю изучать ее, как рыбку в банке!

- Не изучать, - мягко возразил жрец. – Мы здесь для того, чтобы научить княгиню пользоваться ее даром. Это необходимо и для нее самой, и для нашего мира. Если бы ее отдали в младенчестве, она бы получала все необходимые знания, как другие дети – по мере роста. И к инициации была бы подготовлена. Но девочку спрятали, поэтому нам придется следовать за ней и быть ее учителями. Не беспокойтесь, князь, никто не собирается вредить княгине, наша цель – помочь ей овладеть своей магией.

-  Чем наградить или наказать я могу? По-моему, я вообще ничего не умею, - пробормотала Светлана. – Нет, было пару раз. Например, во время обряда чистоты, когда мне было невмоготу, я представила, что у мужа…  Нет, вот другой случай – Риная мне угрожала, и я сказала ей, что ее место – возле  чана посудомойки. И она просидела на кухне два дня.

- Вы только сказали, где место Ринаи или было еще что-то? – заинтересовались жрецы.

Светлана поймала задумчиво-вспоминающий взгляд мужа и спешно  отвела глаза – дернуло ее за язык, брякнуть про  этот чертов обряд!

- Я очень рассердилась на нее, она же стала мне угрожать! Перед глазами мелькнула картина, что горничная драит посуду, ну, я и озвучила, что ее место – возле чана посудомойки.

- Я знал! – просиял старший. – Я чувствовал! Мы давно ждали появления Дарующей, но даже не смели надеяться, что это будет Дарующая, способная воплощать в реальность мыслеобразы!

- Прошу прощения, что вмешиваюсь, - вступил Рагнар. – Алана, могу я уточнить, что ты представила на обряде чистоты? Ты начала говорить и не закончила.

- Вот последнее слово  и представила, - порозовела Светлана.

Князь хмыкнул и от комментариев воздержался.

- Сейчас, когда вы узнали, что Санная тир Гранд вас обманула, вы планируете какое-либо наказание для нее? – поинтересовалась Светлана, стремясь увести разговор в сторону.

-  Это будет решать Верховный Жрец, - ответил старший.

- Как вы собираетесь следовать за нами? У нас нет лишних повозок, но могу выделить  верховых лошадей, - обратился Рагнар. – Как будет проходить бучение моей жены? Я могу присутствовать на уроках?

- Мы не станем следовать за вами, мы вернемся, когда вы прибудете на место, - ответил священнослужитель. –  В свое время вы все узнаете.

- Зачем же вы догоняли нас? Могли сразу приехать ко двору.

- Нам надо было убедиться, что княгиня – именно та, кого мы ищем. И посмотреть, все ли с ней в порядке, потому что всплеск при инициации был огромным. Кстати, князь, а зачем на вашей жене вот это украшение? – и жрец показал на браслет, выглядывающий из-под задравшегося рукава.

Прода от 16.06.2018, 13:01

Рагнар потянулся к жене, поправил рукав и невозмутимо ответил:

- Для безопасности моей княгини.

- Да, маяк сильный. Но на браслете еще чары, надеюсь, вы их не используете?

- С каких пор жрецов волнуют внутрисемейные отношения? Я не собираюсь делать ничего, что могло бы навредить моей жене. А чары послушания могу приметить только  в исключительном случае, если это поможет защитить Алану.

- Нет, вмешиваться в семейные отношения мы не хотим, - примирительно ответил жрец. – Просто ваша жена – не обычная женщина и на вашем месте я бы не пытался управлять ею с помощью подчинения. Особенно теперь, когда она инициирована.

Светлана с большим интересом наблюдала за беседой, переводя взгляд с одного на другого.

Муж явно закипал, еле сдерживаясь. Еще бы! Его, целого князя,  поучает какой-то священнослужитель!

- Благодарю за заботу, но со своей супругой я разберусь сам.

- Конечно. Нам пора, в следующий раз мы увидимся уже в Мадраскаре.

Жрецы одновременно встали и поклонились.

- Подождите, - Светлана тоже встала. – Здесь есть мать той мертвой девочки. Может быть, вы поговорите с ней? Она явно не в себе, мне очень жалко ее.

- Если княгиня просит,  - поклонился старший. – Воины нас проводят?

- Подождите, еще не все! – Света покосилась на мужа и продолжила. – Что такое инициация? Нет, само значение слова я понимаю, не понимаю, когда она произошла у меня и что это означает.

-  Естественный, природный маг рождается с даром, но до определенного момента дар спит. Очень опасно, если младенец или ребенок получают возможность  магичить, не умея ни сдерживаться, ни понимать, что именно они совершают. Дети, как правило, очень эмоциональны и бурно на все реагируют, часто не отдавая себе отчета в последствиях. Поэтому пока ребенок растет, его сила никак себя не проявляет, и он никому не может навредить, даже если рассердился, ему больно или очень весело.

Примерно к пятнадцати – семнадцати годам дар постепенно высвобождается. К этому времени мы уже успеваем обучить ребенка азам, он умеет контролировать свои эмоции, умеет сдерживаться до определенной степени и может приступать к приручению своих магических способностей. Но хотя человек уже  умеет пользоваться даром, ему доступна пока еще не вся его часть. Для того чтобы  он получил доступ ко всему дару, нужна инициация. Она происходит с момента вступления во взрослую жизнь, с первым половым контактом.

Светлан опять порозовела, смутившись.

- Это естественная сторона жизни всего живого, княгиня,  не надо ее стыдиться, - мягко добавил жрец. – Все живое ест, пьет, спит, добывает пищу и размножается. Это нормально и правильно. Чем больше эмоций испытает человек при первом контакте, тем более полно и ярко раскроется его дар. Причем, не важно, положительные эмоции это или отрицательные. Судя по тому, что ваш дар раскрыт на непостижимую высоту, ваши эмоции при инициации были необыкновенно сильными.

Да, уж. Что было, то было и не дай ей бог, еще раз пережить «мой первый раз»! В любом исполнении!

Жрец что-то прочел по лицу девушки и, вздохнув, продолжил:

- В жизни не все и не всегда получается так, как нам хотелось бы, но не всегда надо роптать и жалеть. Нам невозможно постичь великую силу и прозорливость Триединого.   Может быть, доставив  сейчас неприятности и боль, он, тем самым, защитил в будущем от  худшей боли или неприятности. Я знаю, через что вам пришлось пройти, но сейчас вы здоровы и благополучны, а сила, которую вы высвободили, стоила тех страданий. Позже вы обязательно это поймете.

Пока Светлана обдумывала услышанное, жрец обратился к Рагнару:

- Князь, я знаю, что вы не понимаете, почему ваш обряд получился настолько кровавым и болезненным для княгини. Ругаете себя, удивляетесь, почему так все случилось - и вы забыли, и целитель не напомнил. Просто отпустите, все было так, как требовалось для инициации Дарующей.

-  Ты хочешь сказать, жрец, что все было подстроено свыше?  Я не сам по себе забыл про мазь, не заметил, что творю, и довел мою жену до обморока, а Триединый приложил руку?

- Княгине нужны были очень сильные эмоции, чтобы высвободился весь ее дар, - поклонился жрец. – Триединый вмешался только в этом случае, все остальные неприятности, которые вы доставили супруге – исключительно ваша инициатива. И учиться жить так, чтобы вы оба были счастливы, вам придется самим.

Рагнар скрипнул зубами,  исподлобья глядя на священников.

Ррыл дырявый! С одной стороны, неплохо, что жена  узнала о его невиновности, знает теперь, что он действовал не по злому умыслу. С другой стороны, жалко, что нельзя списать на Триединого остальные проступки.

-  А почему только рожденные в Саритании близнецы, вернее, один из них, обладает уникальной магией? – поинтересовалась княгиня. – Сколько сейчас таких уникальных?

- Потому что маги Саритании отличаются от магов других стран. Основная магия здесь слабее, чем, например, в Мадраскаре, Ритании, Илезии,  но, ограничивая уровень всем людям, она, как бы, накапливается и однажды проявляется в одном ребенке в невиданной для других стран силе. К сожалению, это происходит реже, чем хотелось бы. В данный момент мы имеем всего пятнадцать естественных, уникальных магов и тринадцать из них – мужчины. Близнецы сами по себе большая редкость, а близнецы – девочки, редкость  еще бОльшая.

- У девушек инициация в первую брачную ночь, а у юношей как? – спросил Рагнар.

- У юношей – с первым контактом. Чтобы инициация не произошла лишком рано,  пока мальчики к ней не готовы, им приходится держать целибат до совершеннолетия.

- Удивительно! В этом мире женщина еле-еле за человека считается, а вы горюете, что близнецов – девочек мало, - пробормотала Светлана. – Посмотрите, женщина здесь никто и ничто. Придаток для мужчины. Сама ничего ни решать, ни делать не может.

- Да, это так, - кивнул жрец. – Мужчина властвует и руководит, женщина подчиняется.

- Так заведено предками, мужчина  всегда главный, потому что он сильный. Женщины слабее, им не дано то, на что способны только мужчины! – вмешался Рагнар. – Святые отцы, вы же, вроде, спешили? Не надо забивать всякой ерундой голову моей супруги! Уверяю вас, я сам прекрасно ей все объясню.

Надо же, за живое задели, гендерный шовинист!

-  Мужчины умеют отнимать жизни и разрушать их, - не выдержала Света. – Но вот создать жизнь ни один мужчина не в состоянии. Люди не вымирают только потому, что слабые, никчемные, ни на что не годящиеся, бесправные женщины зачинают, вынашивают, рожают и вскармливают тех же мужчин. Оставьте на отдельном острове одну женщину и сто мужчин –  через десяток лет не найдете там никого вменяемого, если вообще хоть кого-нибудь найдете. Люди вымрут  не только из-за недостаточного воспроизводства, но и оттого, что мужчины поубивают друг друга. Каждый будет стремиться захватить единственную женщину только для себя и убить побольше соперников. И не факт, что в  этой борьбе не пострадает  женщина.

Светлана перевела дух, мельком отметив ошарашенный взгляд мужа и очень заинтересованные и внимательные – жрецов.

- Оставьте на таком же острове сто женщин и одного мужчину – через десять лет найдет там процветающее поселение и массу детей. Как бы каждая из ста  ни хотела иметь мужчину в единоличном пользовании,  она понимает – чтоб выжить, надо держаться вместе.  Они будут поддерживать друг друга и вместе у них все получится. По своей природе женщины – созидающие, создающие и сохраняющие, а мужчины – воины, разрушители. Так почему же к тем, кто дает жизнь относятся хуже, чем к скоту?

Все четверо мужчин переглянулись и снова уставились на княгиню.

Но Светлана уже выдохлась.

Да и какой смысл имеют все ее слова, если здесь царь и бог – мужчина? Ей позволено чуть больше  не потому что она умная и хорошо образованная, а потому что она жена князя и какая-то там Дарующая. Но стоит ей оступиться, нарушить какой-либо из мужских законов, как ее накажут и не посмотрят, что она княгиня и все остальное.

- Вы поговорите с  Риней? – напомнила она.

- Конечно, если нас проводят. Княгиня, мы поражены вашей мудрости и счастливы, что вам удалось выжить, и вырасти,   -  проговорил старший и затем жрецы еще раз поклонились и развернулись к выходу.

Божьи посланники ушли, в шатре материализовались слуги, спешно перенакрыли на столы также бесшумно исчезли.

Рагнар с трудом переваривал то, что услышал от супруги. У него в голове крутились тысячи возражений, аргументов и доказательств превосходства мужчин, их незаменимости, мудрости, но он сдерживался, чувствуя, что княгиня сейчас не готова это услышать.

- Давай поужинаем, присаживайся, - пригласил он Алану. – Доставь мне удовольствие – поешь с аппетитом! Смотри, здесь чего только нет! Я не знаю, что ты больше всего любишь, поэтому приказал приготовить всего понемногу. Если хочешь что-то еще – только скажи!

Светлана окинула столы – действительно, только птичьего молока и не хватает. Хотя, а что там, в том кувшине? Не удивлюсь, если как раз птичье молоко. И хорошо, что она перекусила раньше, иначе сейчас не выдержала бы и наелась всего подряд, а потом с животом маялась. Хотя, здесь же целитель под рукой?

Светлана внимательно осмотрела стол – чего бы ей хотелось?

Тем временем, князь уже набирал кушанья на отдельное блюдо.

- Вот, это очень вкусно, попробуй! И это. А это вообще восторг!

Действительно, вкусно!

Света перепробовала почти все, не позволяя себе больше ложки-двух.

- Интересно, когда повара успели все приготовить? Не на ходу же? – поинтересовалась она у мужа. – Вот это, это, это и вон то – ела и ела бы. Не оторваться. Передай им мою благодарность.

- Кому передать?

- Поварам же! Тем, кто приготовил эти кушанья.

- В Саритании принято благодарить слуг? – выгнул бровь князь. – Это их работа.

- Поблагодарить не сложно, - возразила жена. – А человеку приятно. И в следующий раз он будет еще больше стараться.

- Он и так будет стараться, зная, что если не угодит, то его высекут, а то и вовсе головы лишат.

- Неправильно. Из-под палки и из-за страха ничего хорошего невозможно создать.

- Создали же, - Рагнар повел рукой над столом. – Сама говоришь, что очень нравится.

- Ладно, проехали, - вздохнула Светлана.

Глупо, конечно, со своими взглядами и идеями лезть в средневековый мир и пытаться перевоспитать средневекового феодала, тем более, мирового масштаба.

Трапеза закончилась, слуги убрали столы, и князь вышел, бросив:

- Не скучай, я ненадолго. Если что-то нужно –  у шатра твоя служанка. Сама пока не выходи.

Ну, вот, опять – «женщина, сиди и не высовывайся»!  И зря она полезла объяснять свои взгляды, никогда мужчина,  тем более, обремененный властью, не признает, что он может быть в чем-то не прав. А уж сомневаться в  мужском превосходстве  тем более не стоило. У Рагнара в перечне правил для женщин всего два пункта:

1. мужчина всегда прав.

2. если мужчина не прав, смотри п. 1.

Вот и как ей тут жить, как налаживать отношения? Она в этом мире  всего десять дней, три дня из них – замужем, а уже столько натерпелась, что дальше и загадывать страшно.

Нравится ли ей князь? В чем-то,  да и это весьма небольшая часть. В остальном – сложный человек с совершенно для нее домостроевскими взглядами. Разве сможет она ужиться с таким? Поубивают или покалечат друг друга в первом же крупном конфликте. Вторую щеку она точно подставлять не станет, а Рагнар – прогибаться под мнение жены. Нет, если ее мнение совпадает с его собственным, то все возможно, а если нет, то на нет и суда нет. Выходит, нет у нее будущего?

 Рагнар убедился, что жрецов накормили, и проводил их.

- Князь, позволь дать добрый совет, - напоследок обратился старший. – Мы разговаривали с этой женщиной, Ринаей. Она опасна. Отошли ее как можно дальше от своей жены.

- Она к княгине и близко не подойдет, тем более, я взял с нее магическую клятву. Что может сделать женщина против моих воинов?

- Мать, у которой отняли ребенка, способна на многое. А правительница умело переложила злость с себя на Алану, подкрепив ее магией, и теперь именно княгиню эта несчастная винит во всех бедах.

- Я обязательно присмотрю, - согласился князь. – Ни сестра, ни ее подарок не останутся рядом с княгиней дольше, чем необходимо. Я сразу отправлю их в поместье, только мы пересечем границу империи.

- Хорошо. Княгиню берегите, она доверчивая и открытая, мало знает людей.

- Я сумею защитить мою жену от  любой опасности!

- Возможно, - грустно согласился жрец. – Но кто защитит ее от тебя самого?

Продолжение следует.

Сегодня с продой получилось. Завтра – не уверена, но постараюсь.

- Я уважаю жрецов Триединого, - строго ответил Рагнар. – Но это не означает, что жрецам позволено все. Следите за тем, что и кому говорите. Алана – моя жена, будущая мать моих детей, ей не требуется защита от собственного мужа.

Священнослужители опустили головы, не желая продолжать разговор.

- Идти нам надо, князь, - проговорил старший. – У каждого своя судьба, кто мы такие, чтобы пытаться ее изменить?

Рагнар стоял и смотрел, как фигуры священнослужителей скрываются в вечернем сумраке.

Что-то он упустил…

Встряхнув головой, мужчина выпрямился и глубоко вздохнул – он передаст воинам, чтобы Ринаю не попускали к его жене и вообще, пусть она посидит вместе с Лианой в повозке, целее будут. Тем более что стриженая девушка сама не горит желанием показываться другим на глаза, а кормилица вместо прогулок обязана постоянно находиться рядом с подопечной.

Мысли Рагнара перепрыгнули на Алану.

Оказывается, его жена не просто наследница Саритании, но еще имеет единственные в своем роде способности. Он не прогадал, когда согласился жениться на ней. Она, конечно, не красавица и часто говорит странные слова и озвучивает еще более странные мысли, пытается судить, о чем женщины вообще понятия не имеют, но если заняться ее воспитанием, приложить, где ласку, а где и строгость, то через год-два из нее может получиться вполне достойная спутница жизни.

Значит, это не от волнения у него упал, а Алана пожелала. Что же, вовремя она это сделала, ничего не скажешь. Но в дальнейшем ему надо тщательнее следить и за собой и за женой. Больше падений по чужой воле он допустить не должен.

Пока князь ходил провожать жрецов, Светлана успела сполоснуться, воспользовалась местными «удобствами» за ширмочкой и переоделась в ночное платье.

Деяна расстелила одеяла, явно в расчете на двоих, и удалилась.

Итак, три дня долой, а воз и ныне там.

Зря она язык распустила, ой, зря! Ничему ее жизнь не учит: никто не любит правду, если эта правда задевает его самого.

Глупо и наивно ждать, что муж послушает и сразу переделает все законы, возьмет в советники женщину, запретит браки по договору, наказывать женщин розгами и так далее.

Князь пока терпелив с ней по одной простой причине – чувствует свою вину за обряд, заодно, наверное, хочет повторения обряда по добровольному согласию жены, а не под принуждением.

Кстати, вопрос – принуждение на нее не действует, но магические путы сработали. Потому что она не умеет пользоваться даром или потому, что она не имеет от них защиты?

Жаль, спросить не у кого.

Размышления прервал вернувшийся супруг, и Светлана поглубже зарылась в одеяло.

Князь потоптался по шатру, погремел тазом за ширмой, пошуршал одеждой и скользнул на ложе рядом с девушкой.

Света замерла.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом рука мужа пошла исследовать женские территории.

Светлана сжалась, решая, оттолкнуть или стереть. Супружеских отношений рано или поздно ей не избежать, это ясно, но есть выбор – попытаться «расслабиться и получить удовольствие» или сопротивляться, будто ее режут?

Рука супруга поглаживала, массировала, двигалась осторожно и мягко.

- Ты не спишь, я чувствую, - проговорил Рагнар. – Не сжимайся, я ничего такого делать не собираюсь. Немного поласкаю тебя. Ты – моя жена и должна привыкнуть к моему присутствию и прикосновениям.

Светлана решила промолчать, чутко прислушиваясь к своим ощущениям – муж не особенно наглеет и даже где-то приятен. Но на что-то большее, чем просто поглаживания она пока определенно не готова.

Рагнар придвинулся вплотную,  уткнулся носом в волосы жены.

- Надо расплетать косы на ночь, пусть отдыхают, - проговорил он, ловко разбирая и расправляя прядки. – У тебя такие волосы, все время хочется к ним прикасаться. Не прячь их от меня, хочу каждую ночь любоваться!

Мужчина приподнял в руках золотые волны, пропустил сквозь пальцы, погладил, наклонился и с наслаждением вдохнул.

- Встань, я посмотрю!

Светлана помялась, но решила, что от нее не убудет – встала и отошла, развернувшись к мужу лицом.

- Покружись!

«Хм, нашел ярмарочного медведя»!

Девушка медленно повернулась несколько раз  и замерла, настороженно глядя на князя.

- Только мне можно видеть твои волосы распущенными! – напомнил Рагнар. – И только я могу к ним прикасаться!

«Чудно – волосы! Я понимаю – коленки не оголяй, или, там, грудь прикрой, но волосы! Чужой мир, чужие правила».

- Я могу лечь? – поинтересовалась она у Рагнара.

- Ложись, - муж отогнул и приподнял одеяло, показывая, что ложиться ей придется ему под бок.

Мелькнул голый торс мужчины, и Светлана напряглась – а штаны-то на нем есть? Или трусы?

- Ложись, замерзнешь, - князь еще и отодвинулся, приглашая.

Мелькнула голая нога, сердце Светы замерло – голый. Как пить дать, голый! Одна надежда, что неделя еще не прошла, муж как-нибудь потерпит.

Осторожно, стараясь не коснуться мужчины, девушка нырнула на ложе и отодвинулась к краю. Не тут-то было – крепкая рука обхватила ее поперек живота и притянула, прижала к сильному телу.

- Не бойся, - прошептал куда-то в район ее шеи князь. – Не обижу. Мы не совсем правильно начали нашу семейную жизнь, позволь мне показать, что все может быть иначе!

- Снимешь браслет? – немедленно отозвалась княгиня.

- Что ты прицепилась к нему? – возмутился князь. – Он не жмет, не давит, считай, что это всего лишь браслет и ничего больше. Кстати, сегодня ночью должен вернуться Никодий, он привезет тебе много украшений, завтра будешь сиять, как звезда!

- Не нужны мне украшения,  сиять тоже не мечтаю, что я, ёлка? – буркнула Светлана.

- Причем тут ёлка?

- Так, старый обычай в одной стране: там,  на Новый Год наряжают ёлку, это дерево такое. Считается, чем больше огней на ёлке, новых игрушек – тем более богатый и веселый будет год. А в Империи и Саритании новый год не празднуют, - вздохнула девушка, покопавшись в знаниях, полученных из кристаллов.

- Если захочешь, то будешь праздновать свой новый год, - ответил князь. – Ты княгиня, тебе многое позволено. Единственно, ты не можешь ничего делать без моего разрешения, но если мы поладим, то ущемлять я тебя не стану. Помнишь, ты говорила, что мужчины годятся только разрушать и только женщина может создать новую жизнь?

- Помню. Ты с этим не согласен?

- В какой-то мере, ты права, мужчина дает женщине свое семя, а  она вынашивает и рожает ребенка. Но посмотри – если просто бросить в землю семена и забыть о них, вряд ли они прорастут. А если прорастут, то без ухода будут чахлыми и квёлыми. Хороший пахарь сначала подготовит землю, удобрит ее, выберет для посева лучшее время. Потом будет поливать, рыхлить и полоть сорняки и только тогда семена отблагодарят его богатым урожаем. Так и мужчина, бросив свое семя в женщину, должен заботиться о ней, ухаживать, оберегать от бед и болезней, и тогда семя даст здоровые всходы.

- Что ты этим хочешь сказать? – заинтересовалась Светлана.

- Что вклад мужчины в рождение потомства не ограничивается посевом. Встречаются нерадивые пахари и неблагодарная пашня, но они исключение, а не правило.  Я планирую быть очень внимательным и заботливым пахарем.

- И ограничиться только одной «пашней»? – Светлана даже на локте приподнялась, пытаясь разглядеть лицо мужа.

- Если жена будет ласкова и отзывчива – почему бы и нет?

- Ну, вот, опять условия. В таком случае, повторю  – сними браслет.

Рагнар тихо выругался и припечатал:

- И не проси! Это же для твоей безопасности, как ты не поймешь! Столько возни вокруг пустяка!

- Посмотрела бы я на тебя, - сердито ответила девушка. – Если бы подчинение носил ты сам и знал, что в любой момент другой человек может заставить тебя делать что-то против твоей воли. А давай, день я ношу подчинение, день – ты?

- Я – князь,  и не должен никому подчиняться! – возмутился Рагнар. – В твоей голове полно мусора, даже непонятно, где ты такого набралась. Все, спи и не серди меня больше!

***

      Весть, что ее ребенок не выжил, произвела на Ринаю мало впечатления. Она и так это подозревала с того самого момента, когда узнала, что жрецы за близнецом приходили, но ушли ни с чем, поскольку, как им сказали – ребенок умер.

В тот момент, когда она услышала это, женщина как раз кормила ненужную.  Правительница распорядилась выделить девочке две небольших комнаты на первом уровне, как раз  по пути к входным воротам. Окно было открыто, послушники Триединого шли, вполголоса переговариваясь, и до Ринаи долетело, что им показали мертвого младенца.

Если бы не магическая клятва, которую Саная успела взять с кормилицы, лишняя полетела бы в открытое окно. Не передать словами, что довелось испытать молодой матери при страшном известии. Кое-как докормив ребенка, Риная передала его няне, а сама бросилась к  молочной сестре.

- Ваша Светлость, Саная, скажите, что с моей девочкой? Это правда, что слугам Триединого  сообщили, что близнец не выжил, и показали тело ребенка? Кого показали послушникам?

- Риная, не забывайся! – одернула ее правительница. – Ты не можешь требовать от меня никаких отчетов. Повторю еще раз, и больше ко мне не приставай  – твою дочь я отдала в хорошие руки. Как принцесса Лиана? Ты давно ее кормила?

- С час назад. Лиана здорова, хорошо поела и крепко спит. С ней ее няни и еще служанки на подхвате.  А  тогда чьего ребенка показали посланникам Триединого? Я не знаю ни одной женщины во дворце, которая была бы на сносях и родила в одно время с нами.

- Риная, не заставляй меня принимать меры! Тебя это совершенно не касается. Причем тут женщины во дворце? Разве мало беременных в поселениях, да и во дворце – ты что, лично знакома с каждой прислугой?

- Мистрис, я помню свое место и знаю свои обязанности, - взмолилась женщина. – Когда вы решили, что вам пришло время родить наследника, то я безропотно выпила зелье для зачатия и  провела ночь с мужчиной.  Я знала с детства, что стану кормилицей для наследника. Так же знала, что для этого мне самой придется родить тогда, когда вы прикажете и от того, от кого решите вы. Но никто не говорил, что мою малышку отнимут!  Ни разу за все время, чтобы вы мне ни приказали, я не ослушалась вас.  Но я люблю мое дитя и хочу растить его сама,  пожалейте меня!

Саная пристально следила за эмоциями кормилицы и решала, пройдет или придется вмешаться?

К сожалению, похоже, у женщины сорвало голову, она оказалась преданной матерью, одними отговорками не обойдешься.  Для большего эффекта, кроме внушения, придется заставить Ринаю поверить, что в ее беде виновна только Алана. Нельзя, чтобы в голову доверенного человека закралась хотя бы капля сомнения относительно госпожи.  И запрет на причинение вреда младенцу Алане  надо усилить.  Мало ли, убитая горем мать на многое способна!

Правительница выпустила силу и медленно проговорила, глядя молочной сестре в глаза:

- Если бы у меня не родился близнец Лианы, твой ребенок был бы с тобой рядом, но рождение Аланы все изменило. Это она виновата, что ты никогда не увидишь и не обнимешь свою дочку, но твой долг  повиноваться мне. Я приказываю кормить  Лиану, ей положена большая доля заботы и внимания, она  заменит тебе потерянного ребенка. Также тебе надлежит кормить двух других девочек – дочку  магистра и лишнюю. Ты  не должна делать ничего, что могло бы навредить Алане и Милисенте, ни словом, ни делом, ни бездействием, ни с умыслом, ни без умысла. Пока жива Алана – жива и твоя дочь. Твоя дочь у других людей, не ищи ее, не спрашивай о ней, забудь ее!

Риная покачнулась, поймав сильный импульс, и тихо осела на пол.

Впоследствии выяснилось, что Санная неправильно распределила потоки, и Риная о существовании дочери не забыла, а наоборот, постоянно помнила и о ребенке и из-за кого она лишена возможности самой растить девочку. Но поскольку, магическая клятва не позволяла кормилице навредить ненавистной близняшке, то Санная решила ничего не изменять и не поправлять.

         Риная спокойно выслушала жрецов, перечить не стала, только не удержала злости во взгляде, когда речь зашла о княгине. Жрецы моги помешать ее планам, это она понимала. Что не заметит обычный человек, жрец Триединого не пропустит. Они умеют распознавать ложь, видеть насквозь, если то-то заподозрят. Но священнослужители быстро покинули стоянку, и кормилице больше не о чем было беспокоиться.

- Лиана, сокровище мое, вы подумали, на кого из слуг мы можем положиться?

- Да, я обдумывала это и наверняка сказать не могу, - ответила девушка. – Возможно, на Алану обижена одна из ее служанок. Девушка не отказала князю в удовольствии, их застала ничтожная, устроила скандал, и служанку отправили помогать поварам. Не думаю, что она довольна таким смещением.

- Надо поговорить с ней незаметно. Где, говоришь, она сейчас работает? И как ее имя?

- При поварах. Наверное, на какой-нибудь грязной работе, а имя я спрошу у кого-нибудь из  прислуги.

К вечеру выяснилось, что девушку зовут Маяна  и что она на самом деле приставлена к посуде и чистке овощей.

Поговорить с ней без свидетелей, когда кругом столько глаз, было сложно, но Риная придумала,  как это осуществить.

Она подгадала время, когда после ужина, все переместились ближе к своим спальным местам, и  вышла из повозки,  спокойно направившись в сторону небольшой речушки, на берегу которой и был разбит лагерь. Охрана лениво проводила ее взглядом, но женщина шла  в противоположную от шатра князя сторону, и воины успокоились –  решила искупаться, их это не касается.

Риная спустилась к речке, побродила по воде, прячась за кустами, прошла вдоль берега и вышла как раз напротив места, где  готовили пищу. Как она и предполагала, в это время все повара и подсобные рабочие уже наслаждались отдыхом, и только одинокая служанка домывала кастрюли.

-  Маяна? – обратилась кормилица к посудомойке.

- Да, это я, - ответила девушка, отвлекшись от кастрюли,  и мочалка, возившая внутри емкости, тут же замерла на месте.

- Чем ты провинилась, за что ты наказана? Была служанкой княгини, а сейчас чистишь кастрюли, портишь себе руки!

- Да не порчу я, - возразила Маяна. – Магия моет, я только слежу и направляю. А вы кто и почему интересуетесь?

- Я никто, просто кормилица Ее Светлости Лианы, еду с ней в повозке. Вот, услышала, как тебя княгиня наказала за послушание, стало жалко. Думаю, дай подойду, посочувствую.

- Да не в чем сочувствовать, - усмехнулась девушка. – Я сама виновата, нечего было на князя глаза распускать. Он всего лишь мужчина, и не может отказаться, если женщина сама хочет.   И не наказали меня, а просто убрали с глаз княгини. Ни одна жена не пожелает  каждый день видеть любовницу мужа.

- Странная ты, - покачала головой Риная. – И что же – совсем не обижена на княгиню? Ведь служба у нее легче, чем при кухне, а ты человек подневольный, князь позвал, не могла не пойти.

- За что мне обижаться на мистрис Алану? Не захотела бы я – не пошла бы с князем, он никого не принуждает. Я пять лет при дворе живу, повадки его знаю. А раз сама согласилась, то и виновата сама. Княгиня еще милосердие проявила, другая бы на ее месте минимум высечь велела бы при всех.  Или вообще – мешок на голову и  реку. Мне повезло, что у нас такая добрая и не злопамятная княгиня!

- А, вон оно как! Ладно, раз ты не в обиде, тогда хорошо. Я думала, поговорю с девушкой, успокою, чтобы она зло не затаила на госпожу. А то знаешь, как бывает – обидится слуга на хозяина и начинает ему пакостить по-разному. Например, любимое украшение спрячет или сломает, забудет что-нибудь важное передать или, там, платье испортит. Думаю, жалко девушку, если она начнет мстить княгине, надо научить ее уму-разуму. А ты, я вижу, и сама молодец, зла на княгиню не таишь.

- Я мадраскарка, как я могу зло держать на князя и княгиню? Мы с молоком матери впитываем почтение к правящим.  Князь не может поступить неправильно или несправедливо, а княгиня принадлежит князю. Только он может ее наказать, для всех остальных она – неприкосновенна.  Мы все их  почитаем, уважаем и готовы всегда услужить!

- И что, ни один мадраскарец не способен причинить вред своим правящим? Чтобы  князь или княгиня ему ни сделали?

- Конечно! Это как самому себе вред причинить, это немыслимо! – Маяна с любопытством посмотрела на Ринаю. – А разве в Саритании не так?

- По-разному, - уклончиво ответила кормилица. – Ну, ладно, я вижу, что зря беспокоилась, ты девушка честная и умная. Всего тебе хорошего! Пойду я, устала очень.

- И вам всего доброго! – отозвалась Маяна, и мочалка снова принялась шоркать по боку кастрюли.

Риная вернулась тем же путем, по дороге, поплескав водой на волосы, будто купалась.

- Лиана, у нас большие проблемы, - вполголоса произнесла она, только за ней закрылась дверь в повозку. – Оказывается, мадраскарцы настолько преданны своим князю и княгине, что   не могут  им вредить. И даже думать о них плохо не могут.  Эта девчонка, Маяна, молиться на княгиню готова, она нам точно не помощник. Боюсь, что крысолова среди мадраскарцев нам не найти.

- Князь везде подстраховался, - скривила губы Лиана. – С крысой надо разобраться до возвращения в столицу. Там она для нас будет  уже недосягаема, меня же выдадут замуж за племянника князя, и отправят на задворки империи.

- Я это понимаю, девочка моя, но сами же мы не можем ловить этого противного грызуна – нам нужны помощники. Хотя бы кто-то один, кто не привлечет внимания и сможет перемещаться, не вызывая подозрений. Это точно ни ты и не я.

- К чему нам помощник, если у нас даже плана ловушки нет?

- План есть, - Риная прищурилась, глядя в окно. – Нет помощника. В отряде только империане? Хотя бы один саританец, я бы его убедила нам помочь. Надо спросить у служанок. Как-нибудь так, чтобы они не поняли, о чем спрашивают.

- Попробую.

- Нет, Лиана, на тебя не должно и тени подозрения упасть, поэтому я сама.  Ты сиди тихо и в сторону княгини даже не смотри, пусть все видят, что она тебе не интересна.

Ночью, как и планировал, отряд  догнал  Никодий.

Князь встретился с ним утром,  бегло просмотрел приобретенные украшения и внимательно выслушал, все, что тот успел подсмотреть или подслушать.

Народ крайне удивился, обнаружив, что принцесса Лиана всего лишь вторая дочь, а наследница вообще скрывалась столько лет.

Удивительно, как возможно прятать ребенка в течение семнадцати лет  и никто, ни одна душа об этом не узнала? Конечно, магия может многое, но все равно – удивительно. Главное, зачем? Зачем было нужно прятать девочку? Может быть, она калека? Но нет, те, кто видел принцессу Алану,  утверждают, что девушка здоровая и сильная, вон, как на аргамаке скакала!

Дурочка? Тоже отпадает – свидетели же есть – принцесса ведет себя, как нормальный человек.

Страшна, как сморщенный старый пень? Отнюдь – вполне миловидна, а еще очень похожа на принцессу Лиану.

Князь призадумался – в будущем такие разговоры могут дать ненужные ростки. Желающие насолить всегда найдутся среди той же саританской аристократии. Поэтому надо их пресекать на корню, а еще  поторопить жрецов. Алана дала дельный совет – надо изменить отношение к двойням, объяснив перемены имперскими законами. И ввести награду за второго ребенка. Живого, разумеется. Объявить, что если в семье рождается двойня, и жрецы забирают одного, то родители получают пожизненное право платить налоги только вполовину от обычного размера. Вот, это хорошая идея, должна сработать быстрее, чем, если просто рассказывать, как нехорошо убивать  детей или прятать их. И очень скоро вместо презрения к родителям близнецов все начнут им завидовать и пытаться подружиться. Девочки и мальчики из таких семей станут завидными невестами и женихами.

Пусть не за год и не за два, пусть постепенно, но мнение изменится,  и его жене и детям  уже ничто не будет угрожать.

Подхватив увесистый сундучок с драгоценностями, Рагнар вернулся в шатер.

Княгиня уже встала, умылась и надела дорожный костюм. Тот самый, который позволяет женщине ездить верхом.

- Посмотри, что привез Никодий, - князь поставил сундучок на лавку и откинул крышку.

Светлана подошла – ух, ты – не иначе  советник, ювелирную  лавку ограбил. Или скупил ее на корню.

Девушка вынимала цацку за цацкой, рассматривала и откладывала в сторону. Постепенно кучка росла, но до дна сундучка было еще далеко.

- И зачем столько? – вопросительно обратилась она к мужу. – Здесь же  – носить - не переносить, на пятерых хватит.

- Пусть все видят, что я ценю свою жену и очень ею доволен, - ответил Рагнар. – Примерь, что приглянулось.

- Я собираюсь до дневной остановки проехать верхом, - ответила девушка. – Что же мне, бренчать, как почтовая тройка, всем на потеху? Вот это надену, еще  это и хватит.

Света выудила из кучи серьги и в одном с ними ансамбле – ожерелье.

- А кольца? Смотри, какие есть!

- С кольцами поводья держать неудобно, - отмахнулась Светлана. – Я бы и без ожерелья обошлась, но ты ведь не отстанешь?

- Ты странная женщина, - с неудовольствием проговорил Рагнар, ожидавший, что жена бурно обрадуется подарку и проведет день, примеряя то одно украшение, то другое. – На лучшие драгоценности толком и не посмотрела, зато при виде лошади сияешь, как самый редкий самоцвет.

- Мы потом все рассмотрим с Милисентой, - Светлана поняла, что обидела мужа, и решила сгладить углы. – Я не люблю спешку, а сейчас уже собралась и вон, Фейри привели, он ждет. После дневной остановки дальше поеду в повозке и хорошенько все разберу.

Рагнар кивнул, сгреб кучку назад в сундучок и мотнул головой служанке, мол, прибери.

Наверное, обновки заметили – Света заметила  несколько заинтересованных взглядов.

Интересно, почему всех женщин априори считают сороками, которые падки на все блестящее? Конечно, от красивых украшений ни одна не откажется, но терять голову при виде колечка или браслета? Нет, это не по ней!

На глаза попалась Риная.

Женщина поймала взгляд княгини и подчеркнуто вежливо поклонилась. Немедленно между кормилицей Лианы и Аланой встали воины охраны.

Ого! Это что же, муж решил ее ограждать от сестренки и горничной? Ну, не по своей же инициативе воины так сделали?

Как всегда, прогулка на горячем аргамаке доставила массу удовольствия. Правда, пасли ее так, что не то, что лошадь – мышь не проскочит. Нет, лучше уж ездить вместе с князем, с ним свободы больше и никто природу не загораживает. А то куда ни посмотри, взгляд натыкается на лошадь с воином.

Обедала она с Милисентой, поскольку муж завис с советником. Наверное, важные и неотложные мужские дела. Впрочем, он же правит огромным государством, было бы странно, если бы у него было много свободного времени.

Как пояснила Милли, все драгоценности из сундучка – самого высокого качества и стоят небольшое состояние.

- И что, княгине положено ходить, увешавшись от шеи до лодыжек?

- От головы до щиколоток, - поправила Милисента. – Смотри, здесь есть специальные украшения, которые в волосы надеваются и вот – ножные браслеты.

- С ума сойти, ведь если все надеть, то даже ходить будет тяжело. И зачем это так увешиваться? Обычай?

-  Принято, что муж после каждой ночи, когда он остался удовлетворен, дарит жене драгоценность. За каждого ребенка – тоже. И вообще, если доволен женой и хочет ее поощрить и поблагодарить. Поэтому все и смотрят по количеству украшений, насколько муж ценит.  Если много драгоценностей, то другим и соваться не стоит, а если нет или совсем мало, то можно и подсуетиться, вдруг, мужчина на тебя обратит внимание?

- Разведется и женится на другой?

- Разводов не бывает, если брак освящен Триединым, - пояснила Милисента. – Но в дополнение к жене мужчина может взять  аманту, одну или даже двух.

- Аманту? Это кто такая?

- Это женщина для любви.

- Любовница?

- Не так грубо. Любовница – это на  несколько раз и к ней никакой привязанности, а аманта – это член семьи, ее дети будут признаны законными, правда, не могут наследовать. Наследники только дети супруги.

- Хорошо мужики устроились. А жене, если ее муж не удовлетворяет, можно аманта завести?

Милисента в ужасе уставилась на Светлану:

- Триединый с вами, княгиня! Даже думать не смейте и никому не скажите даже в шутку! За измену мужу, если есть неопровержимые доказательства, например, застали в постели, смертная казнь для обоих.

- А если не в постели, а просто остановились поговорить?

- Поговорить, если у всех на виду и рядом служанка – не возбраняется. Но наедине  лучше ни с кем посторонним не разговаривать.

-  Интересно, почему везде самые суровые законы и требования именно к женщинам? Вон, мужик – захотел аманту – на здоровье, а женщине даже беседовать с другим мужчиной нельзя.

- Такие правила, - пожала плечами Милли. – Нам их не изменить и для собственного благополучия, лучше соблюдать.

- Понятно. Придется терпеть, - согласилась Света.

- Князь неплохой, вы обязательно привыкните!  Если хотите показать всем, как он вас ценит и поблагодарить мужа за подарки, то наденьте на себя побольше всего и давайте выйдем из шатра на пять минут. Все увидят, князь будет доволен.

Светлана вернулась к сундучку и принялась цеплять все подряд: если для показухи, то она потерпит. На каждый палец по кольцу, серьги, диадема, несколько ожерелий одно на другое, связка браслетов на руках и ногах. Еще что-то Милли прикрепила к волосам, что-то к платью. Света ощущала себя, как рыцарь, которому оруженосец помогает надеть доспехи. Во всяком случае,  ей кажется, по весу вышло очень похоже.

Девушки вышли из шатра и сделали пару кругов вокруг, потом постояли на видном месте. Светлана кожей ощущала чужие взгляды, но не злые, не завистливые, а радостные. Надо же, люди довольны, что князь ее так одарил?

И вдруг, как ножом порезало – Света оглянулась и споткнулась о две фигуры – Ринаи и Лианы. Повеяло холодом, будто из теплого помещения с размаху вскочила в рефрижератор. Сестра  с кормилицей постояли, повернулись и зашли назад в повозку.

Светлана поёжилась – чур, меня, чур! – и заспешила в свой шатёр.

  Рагнар демонстрацию украшений не видел, занят был. Но про перемещения княгини ему докладывали, как и то, что она делает.

Приняла подарки и  показала всем, что муж ее одарил - это очень хороший знак!

***

Условными саританцами можно было считать магистра Кроу и его дочь, но Риная их кандидатуры в помощники отвергла сразу. Оба обязаны крысе и вредить ей не станут. Однако все оказалось не так безнадежно – саританцы среди слуг все-таки нашлись. Два брата, приставленные к повозкам с приданым наследницы и ее сестры.

«Приданое наследницы»,  - фыркнула Риная. – «Отобрали часть у Лианы, поделили на две повозки. У лишней-то своего ничего отродясь не было, никто и подумать не мог, приданое ей готовить»!

В любом случае, Саная посчитала разумным отправить с приданым верных людей, не полагаться на имперцев. Таким образом, помощники были найдены.

Чтобы не привлекать внимания имперцев, Риная  в сторону повозки княгини даже не смотрела. Однако когда та вышла напоказ, увешенная драгоценностями, не выдержала и кормилица, и подопечная. Женщина и девушка  жадно смотрели на красующуюся княгиню, еле сдерживаясь от злости и обиды

.- Ничего, ничего, моя ласточка, пойдем в повозку, не будем глаза мозолить! – Риная ласково обняла Лиану и увела прочь. – Все твое будет, костьми лягу, но сделаю! Потерпи, недолго осталось.

- Как ты сделаешь, ты же клятву давала, - давясь слезами, прорыдала Лиана.

- Крысу не трогать я никому не обещала, не переживай! Приляг лучше и отдохни. На ходу-то не полежишь, трясет, а сейчас – самое то.

- А ты куда, Риная?

- Схожу, проверю, как везут твое приданое. Не растрясли ли, не побили ли посуду. За всем нужен глаз да глаз!

- Ты долго?

- А как получится, милая.  Дольше, чем необходимо не задержусь!

   Саританцы сидели отдельно от имперских возчиков, допивали отвар.

Увидев Ринаю, споро вскочили, низко поклонились: молочную сестру правительницы знали все,  и желающих вызвать ее неудовольствие не было.  Риная спора на расправу, правительница дала ей много воли.

 - Все ли по-доброму у вас? – громко спросила женщина. – Ничего не побилось, не испортилось?

- Что вы, мистрис, следим, как за собственным!

- Что ж, пошли, посмотрим, - решила Риная. – Сначала приданое наследницы. Мы обязаны довезти все в целости и сохранности, а это зависит, как все упаковано и уложено. Ведите, показывайте!

Краем глаза она отметила, что подошедшие было ближе воины князя, услышав разговор, расслабились и отступили.

Отлично! Значит, при должной осторожности, она сможет поговорить.

Слуга-возничий, почтительно кланяясь, проводил Ринаю к повозкам, развязал веревку, удерживающую тент и пригласил внутрь:

- Смотрите сами, уважаемая! Все аккуратно завернуто, все лежит так, чтобы при тряске не болталось, не развернулось и не упало.

- На словах-то хорошо, да надо бы руками пощупать. Отсюда что увидишь? Может быть, с краю хорошо уложили, а дальше как попало? – ворчала женщина. – Помоги забраться внутрь, да сам мне все и показывай.

Слуга поспешил выполнить указание.

Риная выглянула наружу и поманила второго саританца:

- А ты стой здесь, да в оба смотри. Ели кто-то захочет подойти, позови товарища своего, мол, тебе кажется, с конями что-то. Понял?

- Понял, - слуга поклонился едва не до земли.

- Да сильно-то не выгибайся, ни к чему здесь это. Твое дело преданно мне служить, ибо, служа мне, ты служишь правительнице, - и скрылась внутри повозки.

Убедившись, что воины охраны успокоились и потеряли к ней интерес, Риная приступила к делу.

- Тебя как звать?

- Минар.

- Значит так, Минар, ты будешь делать все, что я вею. Ты и твой приятель, как его там?

- Боран.

Ты и Боран будете во всем меня слушаться, - Риная добавила капельку метальной силы.

Жаль, что Триединый обделил ее, так мало отсыпал дара, у нее бы скорее вышло.

Слуга кивнул.

- Перво-наперво, вы должны узнать, когда магистр с дочерью собираются покинуть отряд. Осторожно, наводящими вопросами и, не показывая, что вам интересны ответы. Спрашивай у слуг, кто помогает магистру.  Меня интересует место и время, а так же, дорога, по которой они собираются ехать.

Минар еще раз кивнул.

- Второе, что надлежит сделать – познакомиться с кем-нибудь из местных жителей. Сейчас мы проезжаем мимо поселений, но около границы обязательно остановимся на день. И остановимся не в поле, а в селении, я слышала об этом из разговоров воинов охраны. Вам все равно делать нечего будет – побродите между местными, послушаете разговоры. Меня интересуют вольные люди.

- Лиходеи, что ли? Так это, с ними опасно связываться.

- Они самые. Ты за себя не бойся, не один едешь, у князя сам видишь, какая охрана, а еще сзади войско поспешает.

- Понял, - кивнул слуга. – Найду лиходеев, что дальше?

- А дальше  как бы, между прочим, скажи, что есть одна крыса, вся в  богатых украшениях и собой ладная, но с головой не дружит. Так и смотрит, как бы ей  ускользнуть от сторожей своих,  отбиться от княжьего отряда и побежать в лес. Одной-одинешенькой. Князь ее скоро хватится, бережет он крысу-то,  забавы ради она у него. Так если кто хочет выслужиться, да хорошо заработать,  пусть эту крысу караулит, и день и пять, следует за отрядом невидимо. Поймает ее первый, а там сам решит – к князю ли вести, да награду за поимку грызуна получать. Или везти в дальние земли, продать кому. Это они пусть сами думают, когда крыса в руках окажется.

- А интересно ли лиходеям за крысой бегать? – усомнился Минар. – Вдруг она и не побежит никуда?

- Побежит, на этот счет пусть не сомневаются. Крыса молодая, собой пригожая, да в богатых нарядах. Князь за нее ничего не пожалеет. Да говорить все это так, чтобы кроме лиходеев никто другой даже случайно не услышал.

- Не маленький, понимаю! Остановимся в поселении, все в питейную пойдут, самое лиходейное место. И я со всеми, а там посмотрю по обстоятельствам.

- Хорошо, будешь старшим. Если есть новости, завяжи ткань над входом навыворот. Я увижу и сама найду способ подойти и поговорить. Помните, ни слово не должно долететь до ушей воинов и любого из княжьих людей! Теперь пошли, я с твоим товарищем вторую повозку проверю, а ты постоишь у входа.

Вылезли наружу, Риная походила кругом повозки, проверила крепость завязок и пошла ко второй.

- Открывай, чего стоишь, рот раззявя? – прикрикнула она Борану.

Тот очнулся и принялся споро распутывать тесемки.

- Погляжу, как бережете добро хозяйское. Пошли, покажешь, где и что у тебя лежит.

- Твой долг служить правительнице, - приступила Риная. – Здесь я за нее, ради помощи наследнице Лиане.

- Так Алана же наследница? – тихо возразил Боран. – Нам так в дорогу наказали.

- Забудь, это было специально сказано, для лучшего обережения. Наследница Лиана, долг каждого саританца ее защищать и во всем слушаться. Старший над вами будет Минар, что он скажет, то ты все так и делай. Меня знаешь, кто я?

- Конечно, мистрис Риная, - поклонился Боран. – Кто же не знает молочную сестру правительницы и кормилицу наследницы?

- Вот и помни об этом! Никто посторонний не должен ничего заподозрить. Ходи – оглядывайся. Прежде чем сказать, убедись, что нет лишних ушей.  А задание тебе такое: найдешь сумку, не очень большую. Сложишь в нее женское платье, одно или два, рубаху, сорочку женскую, накидку головную, украшений в платок завяжи. Обязательно добавь хлеба, мяса вяленного, сухих фруктов и флягу с водой. И держи все под рукой, но не на виду.

- Где же я все это возьму?

- Так в приданом же! Проверять, как едет приданое – твоя прямая обязанность. Вот ты и проверяй почаще, и по пути собирай сумку. Тюки потом аккуратно назад увязывай, чтобы не видно было, что их разворачивали. Сумку припрячь, и жди, я скажу, что с ней делать дальше.

- Хлеб засохнет, вода стухнет.

- Ничего, каждый день меняй на все свежее.

- Собрать сумку женских вещей, украшений и еды?

- Да именно так. Набери всего, что берут в дорогу, но немного, чтобы девушка легко могла нести. А теперь пошли отсюда. Ко мне сам не подходи, даже в мою сторону не смотри! Что узнаешь – передай Минару, он знает, как мне сообщить.

Устало покачиваясь, Риная вышла из повозки и побрела к своей ненаглядной Лиане.  Что-то она перестаралась с воздействием, много вложила силы, не упасть бы по дороге! Но меньше и нельзя было – преданность - преданностью, а береженого сам Триединый бережет! Жалко, что ее магия на имперцев не действует, она уж не раз за эти дни пробовала – соскальзывают с них ее плетения, люди их даже не чувствуют. Но ничего, на ее счастье помощники нашлись, теперь ее ничто не остановит!

***

Дневной отдых завершился, слуги споро свернули шатер, и вот Светлана опять делит повозку  Милисентой.

Все-таки, как трудно целый день ничего не делать и сиднем сидеть! Даже проездка на Фейри уже не спасает.

Может быть потому, что Светлана всегда приходила к жеребцу с вкусными подарками или потому, что она с ним разговаривала, а, может быть, из-за всего этого вместе, но текинец уже узнавал девушку. Доверчиво тянулся к ней точеной головой, щекотно хлопал губой по рукам и лицу и осторожно подпихивал, прося погладить и почесать. И это всего четыре дня, как они знакомы!

Светлана хихикала про себя, надеясь скоро показать мужу, что конь за ней ходит без привязи. Но пока рано еще, правда, ей некуда спешить.

Поймав эту мысль, девушка расстроилась: а ведь и вправду – куда ей спешить, кто и где ее ждет?

Где ее дом? Прабабушкина квартира? Так ее, наверное, уже делят мать и другие родственники. Камора в Саритании – боже, упаси! Княжеский дворец в Мавритании? Ой, сомневаюсь.

Возможно, из-за кучи прочитанных книг, возможно, просто интуиция, но когда Светлана думала о дальнейшей жизни с князем, ей, почему-то всегда вспоминалась его сестра. Нет, она пока с ней не знакома и ничего такого про нее не слышала, но почему-то ей кажется (меньше читать надо было детективов и фэнтези!), что сестра не слишком рада новой женитьбе брата.

Пока он не женат и, главное, бездетен, наследником империи считается старший сын сестры. Получается, ей невыгодно, чтобы у брата была жена и собственные дети. Может быть, со смертью предыдущих жён тоже не все так просто?

Света встряхнула головой, отгоняя страшные мысли – сама придумала – сама испугалась.

Не может же князь быть настолько наивен, что не отдал приказ проверить алиби сестры, когда случилась первая и тем более, вторая трагедии? Конечно, если в момент трагедии сестра была рядом с его женами. Хотя, она же могла не своими руками действовать, даже наверняка, если что-то делала, то не сама?

Рагнар считает женщин чем-то вроде глупых кукол, у  которых только три интереса в жизни: наряды, украшения и как доставить ему удовольствие, поэтому она сомневается, что он проверял причастность родственников к гибели жён.

В любом случае, ей придется быть предельно внимательной и осторожной с родственницами мужа.

А еще – князь не монах (Светлана вспомнила сцену со своей служанкой – еще какой «не монах»!), а это значит, что вокруг него наверняка целый хоровод женщин. Бывших, желающих вернуться в постель князя. И  толпа новеньких, мечтающих стать настоящими или будущими.  И весь этот «серпентарий единомышленников» мгновенно сплотится против общего врага – законной жены.

Так что, не радостные у нее перспективы! А еще если учесть, что в прошлой жизни она  только шишки собирала, то надеяться на благополучную замужнюю жизнь ей и здесь не стоит.

Но жить-то хочется, поэтому придется учиться на лету и просчитывать на несколько шагов вперед. В шахматы она играть умела, пусть не особенно блестяще, но какая фигура как ходит, знала и даже выигрывала, если соперник не особенно мастеровит. Но жизнь – не шахматы,  не отложишь, чтобы обдумать ситуацию и доиграть потом.

Света, было, пригорюнилась, но потом решительно выпрямилась и сама себе улыбнулась – она не будет заранее настраиваться на поражение! В конце концов, из любого положения всегда есть минимум два выхода, она еще поборется за свое счастье и место под солнцем! У нее есть дар и на крайний случай она всегда сможет обратиться за помощью к жрецам Триединого. Они же приедут в Мадраскар ее учить? Вот, она и разузнает все о своих правах и возможностях и будет очень прилежно учиться управлять даром!

*** 

Дела копились просто на глазах. Стоило отложить что-нибудь, как к нему «прилипало» еще два-три  дела из разряда «не к спеху», не успел оглянуться – снежный ком.

Вестники летали, чуть ли не сталкиваясь в воздухе: отчеты, донесения, информация.

Часть войска, что шла в нескольких часах позади «свадебного отряда», также требовала внимания. Нет, за порядком присмотреть было кому, но Рагнар предпочитал быть в курсе всех событий и на  советников, тысяцких, посадских полагался постольку-поскольку.

Вот и сегодня весь день он был занят, даже жены не видел, обедал и ужинал, не отходя от дел.

Как Алана, ему регулярно докладывали, но он не особенно вникал: не до того. Жива-здорова и слава Триединому.

Еще и Никодий забот добавил.

- Рагнар, скоро мы пересечем границу и поедем уже по своей территории. Правда, формально и Саритания уже наша территория, но вы же понимаете, что пока условно?

Рагнар  отложил очередной вестник и сосредоточился на советнике.

- Магистр передал, что сразу после границы он забирает дочь, и дальше они с нами не едут.

- И? Никодий, столько дел, что голова идет кругом, а ты мне с магистром. Пусть едет, куда хочет!

- Его дочь – единственная подруга княгини. Уедет Милисента, Ее Светлости станет совсем одиноко.

- И? Или ты намекаешь, что теперь подругой жены должен стать я сам?

- Нет, конечно, хотя, сблизиться с супругой вам не помешало бы. Просто я предлагаю по пути подхватить двух или трех  девушек, дочерей мадраскарской знати из тех городов и замков, мимо которых мы будем проезжать. Княгине будет веселее, потом, свита ей положена. Ну и потихоньку она начнет знакомиться с подданными.

- Да, это ты хорошо придумал! – согласился Рагнар. – Только мне некогда, сам займись, ладно? Посмотри, где мы проезжаем, кто там живет, вышли вперед вестники, пусть будут готовы. Я скажу княгине, что она может выбрать в свою свиту девушек, которые ей понравятся. Все? Прости, Никодий, спины некогда разогнуть! Пока были во дворце,  не все дела можно было вести и не всем вестникам было безопасно туда прилетать, так что, наверстываю.

- Не все, - вздохнул советник. – Я боюсь, что вы забыли отдать  кое-какие очень важные распоряжения.

- Это, какие? – насторожился Рагнар. – Если про фураж для седьмой тысячи, так обоз их уже догоняет, я проверил. Квартирмейстеров еще вчера вперед отправил. Договор с Ританией обновим сразу, как я вернусь.

- Нет, князь, я беспокоюсь не об этом. Проблема осталась во дворце, и мы неумолимо к ней приближаемся.

- Какая еще проблема? – Рагар принялся шарить в ворохе вестников. – Мне недавно приходил очередной отчет – в столице и во дворце все в порядке и все готово! У тебя какие-то иные сведения?

- Вы забыли выслать женщин, которые скрашивали ваш досуг. Представьте – приезжает молодая жена, а ее встречают ваши любовницы. Мало, какой женщине понравится, если ее муж не просто делит свое внимание, но еще и поселил любовниц поблизости. Княгине придется встречаться с ними за трапезами, во дворце, на прогулках. Поверьте, женщины могут быть очень коварны, когда дело касается соперницы!

- Да нет, Алана сама мне разрешила иметь дело с другими женщинами, - отмахнулся князь. – Единственное условие -  чтобы я не показывал всем свое расположение другим. Она не будет против, если Карина, Селия, Ванета и Бригит продолжат жить во дворце.

- Князь, вы ошибаетесь! Мирной жизни не получится. Ваши симпатии примутся исподтишка строить княгине козни, она долго не выдержит,  вам придется выбирать, чью сторону вы поддерживаете. Потом, что бы женщина не говорила, каждая мечтает быть единственной, а вам очень нужно расположение княгини. Вот забеременеет и родит, там будет проще – Ее Светлость будет занята ребенком и только порадуется, если муж не станет часто посещать ее спальню. А пока – распорядитесь, чтобы все красавицы покинули дворец.

- И куда их выслать? – мрачно переспросил Рагнар.

- Отправьте вестник посаднику Вильему, пусть быстро подберут им мужей, незамедлительно проведут брачные церемонии, а сразу по их завершению – всех по домам.

- Ты думаешь?

- Я уверен.

- Хорошо, я подумаю. Ты так беспокоишься о княгине, что я начинаю  переживать. Ты, случаем, сам на нее глаз не положил?

Вопрос был задан с улыбкой и, вроде бы, в шутливой форме, но Никодий почувствовал, что князь не шутит.

- Нет, меня не привлекают чужие жены, тем более что вокруг полно свободных и на все согласных, - отшутился советник. – Я в первую очередь беспокоюсь о вас. Мадраскару необходим наследник, а он не родится, если княгиня будет расстроена, обижена или оскорблена. Потом, ваши любовницы могут объединиться и подстроить княгине какую-нибудь пакость. Например, падение со ступенек  и она скинет. Или ей случайно подадут  отвар, который безвредный для всех, кроме беременных. Повторяю – женщины могут быть очень коварны, а брошенные женщины – особенно. Зачем вам постоянный источник головной боли? Вы всегда сможете найти новых, если в этом возникнет необходимость, но княгиня должна во дворец войти единственной.

Рагнар потер подбородок – с этой точки зрения он ситуацию не рассматривал.

Дожился, вместо имперских дел, решения проблем в отношениях с другими государствами, ему приходится думать о женских интригах!

Никодий, конечно, прав, но ведь жили же его любовницы в каком-никаком мире и согласии все эти годы? Наверное, это потому, что он ни одну не выделял, ко всем относился одинаково, если дарил что-то, то всем и спал со всеми по очереди. Случайных мимолетных любовниц он во внимание не берет, те вообще даже в памяти не задерживались, он думает про  постоянных.

Ладно, вестником больше – вестником меньше, отправит указания посаднику.

А то на самом деле, приедут - девушки за разлуку заскучали,  повиснут на нем, станут осаду держать, ловить его в коридорах, предлагать себя, и кто знает, вдруг княгине такая навязчивость на самом деле не понравится?

Никодий прав – сначала наследник, потом все остальное.

Рагнар со вкусом потянулся, размял затекшие мышцы и вернулся к отчетам, предварительно отправив Вильему вестник.  

До постели мужчина добрался уже совсем поздно, княгиня спала и не возражала, когда муж привычно подгреб ее к себе и уткнулся ей в волосы.  Девушка сонно пошевелилась и неожиданно, сама обняла, прижалась, что-то пробормотала и затихла, князь же еще несколько минут наслаждался новыми ощущениями, пока усталость не взяла свое, и сон окончательно его не сморил.

     Утром, за завтраком, Рагнар поинтересовался, чем собирается его жена заниматься.

- Проеду на Фейри, - решила Алана. – Только попроси охранников держаться не так близко, а то я света белого не вижу, окружили, как преступницу.

- Они головы потеряют, если с тобой что-нибудь приключится, - объяснил князь. – Вот и стараются.

- Пусть стараются, только на два-три метра подальше, чем сейчас. Ну, что это за прогулка, если Фейри носом упирается в хвост лошади воина, а в его собственный хвост упираются другие всадники? Я кроме лошадей и охраны ничего и не вижу, - взмолилась Светлана. – Пусть едут чуть дальше впереди и сзади!

- Хорошо, я распоряжусь, - нехотя согласился Рагнар. – Еще хотел напомнить: старайся не подходить к кормилице своей сестры. Жрецы были весьма убедительны, когда говорили о ней, я приказал не подпускать ее к тебе, но если ты сама подойдешь, воины не смогут  помешать.  Они с твоей сестрицей начали потихоньку выходить из своей повозки и гулять по стоянке, поэтому будь внимательна.

- Да, Риная ненавидит меня со страшной силой, я прямо ощущаю кожей, - согласилась Света. – Конечно, по доброй воле я к ней не подойду, свои нервы дороже.  Навредить-то она вряд ли сможет, все-таки, клятву дала, да и воины следят, но настроение испортит запросто.

-  Я рад, что ты понимаешь, - кивнул Рагнар. – Пообедаем вдвоем. Ты всего один раз вышла в украшениях – они не настолько нравятся?

- Нет, украшения прекрасны, просто я не привыкла носить их в таком количестве и каждый день, - вздохнула Светлана. – Постараюсь надевать каждый день понемножку, но новое.

- Все-таки, ты самая необычная женщина из всех, кого я знаю, - вынес вердикт муж и покинул  шатер.

Вот и как ей его понимать?  Это он её похвалил или вовсе наоборот?

Переодевшись в штаны и тунику, Света позволила Деяне закрепить у нее на голове чертову накидку и в сопровождении неизменных охранников отправилась проведать текинца.

Жеребец заржал, увидев хозяйку, заплясал, потянулся к рукам.

Как же быстро  все живое откликается на ласку! Вон, несколько дней и конь с удовольствием подставляет лоб, прикрывает глаза, когда она разбирает ему гриву или почесывает  холку. Если бы с мужчинами было также просто!

Касаться княгини никто не мог, поэтому для посадки в седло ей подавали  табурет. Света могла бы и сама сесть, без подножной помощи, но помнила, что ей не положено вести себя слишком уж вольно и независимо, поэтому  не протестовала.

Девушка выпрямилась,  отдала повод и легко тронула ногой бока – Фейри подобрался и  взял с места крупной рысью. 

Ветер бил в лицо, привнося ощущение полета, стремительного движения, свободы.  Муж сдержал слово – воины больше не кучковались, не прижимались  вплотную, а несколько рассредоточились, и девушка могла любоваться пейзажем.

То рысью, то шагом Светлана ехала до дневной  остановки. Тело привыкло к нагрузкам и уже не отзывалось ломотой, правда девушка не старалась бить рекорды, распределяла нагрузку вполне разумно.

Место для дневного отдыха выбрали, как обычно, возле водоема. На этот раз это было большое тихое озеро, и Светлане очень захотелось поплескаться самой и искупать Фейри.

Лошади любят купание,  упускать  еще один способ  по завоеванию доверия коня девушке не хотелось. Потом, купание само по себе большое удовольствие! Осталось лишь выяснить, позволено ли это ей.

Деяна пришла быстро, стоило лишь отправить за ней одного охранника.

- Деяна, я хочу сама искупаться и искупать коня, это позволено? Ты же знаешь, что я плохо разбираюсь в ваших законах.

- Да, княгиня, это позволено. Но необходимо, чтобы рядом с вами было минимум две служанки, а охранники встанут на берегу и повернутся к  воде спинами. Никого чужого они не подпустят и сами лишнего не увидят. Также вам нужно ночное платье, женщины купаются в нем, я сейчас же за ним схожу. И еще, - Деяна помялась. – Вторую служанку… Вы не будете против, если я позову Маяну?  Здесь не настолько много слуг женского пола, которые допущены к вам.

- Зови, - махнула рукой Светлана.

Неприятно, конечно, но искупаться хочется, а Маяна… Что ж, он князь, она не устояла. Впереди ее ждет еще много таких эпизодов, сомнительно, что князь вообще рассматривал, кого он там имел – сбросил напряжение и выкинул из головы.

Конечно, Свете хотелось бы, чтобы у нее был муж, который ей не изменяет, даже так мимолетно, но не в ее положении привередничать. Это не брак по любви, это политическая сделка и глупо надеяться, что целый князь вдруг растечется лужицей возле её ног и быстренько пересмотрит свои привычки и взгляды. Потом, чем меньше муж пристает к ней насчет супружеского долга, тем ей же и лучше. Впечатления от обряда чистоты еще очень свежи, пока нет никакого желания проверять, опытный ли любовник Рагнар или и в этом местные мужчины об удовольствии женщины не думают?

Светлана вспомнила, как читала про жизнь женщин в разные периоды истории. Были времена, когда считалось, что жена не должна испытывать удовольствия от близости. Мол, это долг и обязанность, а если тебе хорошо, то ты испорченная и вообще практически шлюха. Не удивительно, что мужчины регулярно  заворачивали в «веселые дома» и получали там то, что не могли им дать дома.

В отношении плотской любви опыт у Светы был не особенно большой, вернее сказать, совсем маленький.  Может быть, она была фригидной, как часто называл ее Виктор или он просто не умел или не хотел ей помочь, но фейерверка она ни разу так и не достигла. Иногда было, что вот-вот, кажется, сейчас что-то получится, внизу начинал разгораться пожар, тело плавилось, но потом все сходило на нет. А самоудовлетворение в душе, это же совсем не то, что должно было быть, поэтому  поразить мужа, опытного и привыкшего к раскованным и опытным женщинам, Светлана вряд ли смогла бы.

За размышлениями время пролетело быстро, Светлана успела расседлать текинца и обтереть его пучком скрученной в жгут травы. Деяна вернулась и привела с собой стыдливо отводящую глаза Маяну.

- Княгиня, - пробормотала девушка, кусая губы. – Простите.

-  Я забуду, - ответила Света. – Если ты тоже забудешь и больше не позволишь себе развлекаться у всех на глазах. Деяна, давай платье, Маяна, держи коня.

Вода оказалась теплая, как парное молоко. Конечно, купаться в  длинном платье  то еще удовольствие, но совсем не искупаться было бы обидно. Приходилось искать положительное и наслаждаться.

Светлана, как смогла, натерла себя мыльным составом, вспенила  его, потом ополоснулась и прополоскала волосы. Осторожно поплавала немного, стараясь не отдаляться от берега – кто знает, что может таиться в глубине иномирного озера? Да и круглые от удивления и испуга глаза служанок не давали забыться и показать все свои умения.

- Мистрис, вы умеете плавать?! – с благоговением прошептала Маяна. – Это такая редкость! Вы можете не бояться утонуть при переправах!

- А что, другие девушки и женщины плавать не умеют? Почему? И что значит «не бояться утонуть при переправе»?

- Конечно, женщины очень редко плавают, ведь их некому учить. Ни один посторонний мужчина не может подойти, когда девушка купается, а другие женщины и сами не умеют. Поэтому на переправах через реки, если нет мага воды, а женщина упала в воду,  многие гибнут, их просто не успевают вытащить. Мы все очень боимся переправ.

-  Дурдом, - изрекла княгиня и поправилась – Очень печально.

- Да, если у женщины добрый муж, он может научить ее плавать, а она потом научит дочерей, но это так редко встречается!

Вдоволь накупавшись и вымыв коня, Светлана сняла с себя мокрый «купальник», вытерлась куском ткани, которую ей подала Деяна и надела костюм для верховой езды.

На жарком солнце текинец уже обсох, и княгиня сама его подседлала.

- Мистрис! – раздался голос из шеренги спин. – Нам подают сигнал, что обед готов, князь вас ждет. Надо возвращаться!

Кстати, аппетит не на шутку разыгрался!

Светлана вскочила в седло и пустила довольного жеребца легким галопом.

Неожиданно поднялся ветерок, один из порывов которого догнал всадницу и, зацепив накидку, сдернул ее и унес в неизвестном направлении, но Светлана, увлеченная скачкой, этого не заметила.

Косу Света не заплела, так как решила просушить волосы распущенными, и теперь они, ничем не прикрытые, красиво струились по ее спине.

Так она влетела в лагерь, так проскакала до шатра и такой предстала перед Рагнаром.

Муж, сначала стоявший расслаблено, напрягся и закаменел, не отводя взгляда от головы жены.

- Княгиня, - низким, не предвещающим ничего хорошего голосом, проговорил князь. – Немедленно в шатер!

Светлана проследила за взглядом мужа,  пощупала рукой и поняла, что проскакала у всех на глазах простоволосой.

Уже скрываясь в шатре вслед за еле сдерживающимся мужем, она на секунду встретилась взглядом с довольной кормилицей, стоящей возле повозки Лианы.

Рагнар прошел в середину шатра и развернулся, катая желваки.

Светлана предпочла остановиться возле входа.

- Как ты посмела? – голос мужа не предвещал ничего хорошего.

- Я в накидке была, - тихо ответила Света. – Видимо,  слетела по дороге. Спроси у моих служанок и охраны.

-  Не важно, что ты садилась на лошадь в накидке, важно, что ты проскакала у всех на глазах без нее. Моя жена - княгиня!!! - простоволосая! – князь  кипел и булькал. – Ты понимаешь, что я обязан тебя наказать?

- Но за что? – от обиды у Светланы слезы выступили. – Это же случайность! Я надела эту чертову накидку, просто она соскользнула, пока я ехала. С любым могло произойти.

- Ты – княгиня! – припечатал Рагнар. – Ты олицетворяешь женское начало нашей империи и обязана быть безупречна во всем. По тебе равняются все женщины. Как ты поступаешь, так и они будут поступать. Мы еще до Мадраскара не доехали, но весть о тебе уже разлетелась, и многие знатные девушки начали учиться верховой езде и велели сшить себе для этого костюм, как у княгини. Ты на глазах у всех нарушила один из самых важных законов – показала свои распущенные волосы всем мужчинам отряда!

Светлана, стояла, потупившись.

«Высекут?  На хлеб и воду посадит? Запрут в повозке? Господи, что же за мир такой, идиотский»?

- Да что такого важного в волосах? – спросила Светлана. – Ну, увидели другие мои мокрые и распущенные волосы, это же не грудь или еще что… пониже… Все забудут через минуту, волосы и волосы! Рагнар, я же вправду не специально! Наверное, ветром сбило накидку, когда я скакала.

- Распущенные волосы женщина показывает только своему мужу!  Даже отец и брат не видят дочь и сестру с распущенными волосами! Только я могу смотреть на них, а ты показала всем! И никому не интересно, почему княгиня оказалась в таком виде – забыла надеть накидку или плохо закрепила – главное, она появилась перед всеми простоволосая! Я обязан тебя наказать!

- Это несправедливо, -  прошептала девушка, торопливо заплетая две косы.

- Несправедливо? Да я терпелив с тобой, как ни с кем! – взревел князь. – Тебе позволяется гораздо больше, чем другим, я почти ни на чем не настаиваю и позволяю тебе непозволительно много! А ты даже такой малости выполнить не смогла! Неужели, так трудно запомнить, что на людях моя жена должна быть всегда заплетена и всегда – в накидке?

- Я запомнила! Обещаю, теперь я эту накидку по сто раз на дню буду проверять, а на коня садиться только когда замотаю ее накрепко!

Князь подскочил к супруге, схватил ее за плечи и встряхнул:

- На коня садиться? Все, хватит, наездилась! Никаких проездок, сидишь в повозке  всю дорогу. На стоянках можешь прогуляться по лагерю, но на текинца ты больше не сядешь. И вообще, я забираю его у тебя, ты не ценишь хорошее отношение и подарки!

Светлана задохнулась – забирает Фейри? Ах, ты…

Девушка резко вывернулась из рук мужа и отскочила в сторону, наткнулась спиной на столик со стоящим на нем сундучком.

- Забери лучше это, - она ткнула в рассыпавшиеся украшения. – Я обещаю, что буду внимательно следить за своим видом и больше никогда не окажусь с непокрытой головой.  Пожалуйста, не запрещай мне  ездить верхом и не забирай Фейри!

- Наказание должно быть таким, чтобы человек жалел о совершенном, - ответил Рагнар. – Ты не любишь украшения, и не будешь жалеть, лишившись их. А вот текинец тебе дорог, поэтому ты никогда не забудешь, что потеряла его  из-за собственной небрежности.

- Рагнар, пожалуйста! – Светлана в волнении сжала руки. – Не забирай Фейри, он здесь мой единственный друг и он мой подарок! Нельзя забирать подарки! Накажи меня иначе – посади на хлеб и воду и пусть я не сяду на коня неделю!

- Только я могу видеть твои волосы, только я! А ты показала их всем! Я забираю текинца, – князь развернулся и резко вышел из шатра.

Несколько секунд Светлана стояла, оглушенная и растерянная, но потом  откуда-то из глубины поднялась злость. Такая первоклассная, переходящая в бешенство, чистая и яростная.

Ах ты, сатрап иномирный! Поиграл в доброго мужа? Захотел – подарил, расхотел – отобрал! Сам когда ошибки совершаешь, себя, поди, не наказываешь? Говоришь – только ты можешь видеть мои волосы? Да на здоровье!

Света пошарила глазами по шатру, стремительно подошла к сундучку, поворошила  украшения, переместилась к сундукам с одеждой, покопалась в них. Еще раз пробежалась глазами по внутреннему убранству и, наконец, наткнулась на искомое –  холодное оружие, которое ехало в отдельном сундуке, а на стоянках неизменно развешивалось на одной из стенок шатра.

Девушка выбрала небольшой кинжал, полюбовалась на него и решительно отсекла обе косы. 

«Хороший ножик, острый» - в голове и на голове была звенящая пустота.

Света подобрала косы, выдернула из кучки одежды две накидки, завернула волосы в одну, а вторую пристроила на голове и вышла из шатра, ни на кого не глядя.

Мужа не было видно.

- Где князь? – коротко спросила она, ни к кому конкретно не обращаясь.

- Его Светлость  в том шатре, вместе с советником Никодием, - почтительно ответил кто-то сзади.

Княгиня развернулась, проследила за направлением указывающей руки и решительно зашагала к шатру.

Сердце гулко билось изнутри о грудную клетку, в ушах стоял звон то ли от волнения, то ли, из-за обрезанных волос,  все виделось, будто подернутое дымкой тумана.

Девушка стремительно пересекла разделявшее шатры расстояние, не останавливаясь, вошла внутрь, движением руки приказав  охранникам пропустить ее.

Рагнар в изумлении уставился на ворвавшуюся жену.

- Что тебе еще? Пришла умолять? Это бесполезно, я вынес решение. Вернись в свою повозку, сейчас время обеда.

- Ты не раз говорил, что только ты можешь смотреть на мои волосы, - глухо проговорила княгиня и, наклонившись, положила к ногам мужа сверток. – Вот – теперь они только твои, можешь смотреть, сколько угодно, можешь закопать, сжечь или хранить в сундуке – кроме тебя их точно больше никто не увидит! И не переживай, назад подарок не заберу, я не ты.

Княгиня выпрямилась, сразу развернулась и покинула шатер.

Рагнар переглянулся с Никодием, присел на корточки и потянул ткань на себя, предчувствуя недоброе.

- Триединый…

Две косы.

Протянул руку, погладил блестящий нежный шелк.

- Никодий, она обрезала свои волосы и подарила их мне, - Рагнар растерянно посмотрел на советника. – Княгиня сама, добровольно обрезала свои волосы!

- Какое наказание вы объявили княгине? – спросил советник.

- Запретил ездить верхом и сказал, что забираю текинца.

- Лучше бы вы оставили ее без еды на день или два, - вздохнул Никодий.

- Я очень рассердился, княгиня повела себя неподобающе. Как она могла обрезать косы?

-  Уже что сделано, то сделано, - вздохнул Никодий. – Княгиня очень решительная женщина. Я не знаю никого, кто добровольно решился бы на такой шаг.

- Как она про подарок сказала – «назад не заберу. Я – не ты», - проговорил Рагнар. – Да, я уже и сам понял, что погорячился и вернул бы ей лошадь дня через два. Но я и подумать не мог, что она выкинет что-то подобное! Никодий, я на ком женился?

- На сильной и гордой женщине, мой князь.  Она  будет достойной княгиней, когда повзрослеет.

- Чувствую себя очень странно. Алана наказала себя намного сильнее, чем я хотел.

- Как сказать, Рагнар, как сказать! Мне кажется, вы очень сильно ее обидели, отобрав подарок.  И, боюсь, обрезанные косы – это наказание не для нее.

- Для меня?

- Именно.  Вам же нравилось на них смотреть?

- И не только смотреть, - Рагнар поднял одну косу, подержал и опустил назад. – Моя жена – необыкновенная женщина. И я ее совершенно не понимаю.

- До сих пор вы имели дело с женщинами, которые сами за вас цеплялись и старались угодить.  Княгиня горда и знает себе цену, она не будет пресмыкаться и терпеть.  Но только сильная женщина может родить и воспитать сильного мужчину. Боюсь, у вас всего два выхода: подчинить её или приручить.

- Посмотрим,  ррыл возьми.  Подчинить было бы лучше, но что-то мне подсказывает, что этого может не случиться, поэтому я  постараюсь понять и приручить. Кстати, я отправил распоряжение, во дворце к нашему приезду  никого из постельных грелок не останется.

- Правильное решение.

- Собери воинов, придется озвучить наказание для княгини. Все видели, какой она прискакала от озера. Скажу, что ее наказание – обрезанные косы и запрет на их отращивание в течение двух дней.

- А запрет на поездки верхом?

- Пусть ездит, - махнул рукой князь. – И жеребец ее, не заберу. Но это я ей сам скажу и наедине.  Заранее не предугадаешь, как Алана отреагирует.

                      Деяна только руками всплеснула, увидев, что осталось от прически госпожи.

Светлана криво улыбнулась:

- Это большой позор?

- Позор? Нет, ведь женщина все равно на людях с покрытой головой ходит, - ответила девушка, с жалостью глядя на хозяйку. – Плохо, что муж не сможет любоваться, когда вы наедине и, конечно, плохо, из-за магии.

- А что не так с магией? – насторожилась Светлана.

- Ну, как же? Пока волосы не отрастут, вы не сможете  пользоваться даром в полной мере.

- Мой дар заключается в волосах, и чем они длиннее, тем дар сильнее? – переспросила княгиня.

- Нет, конечно! Магия в самом человеке, не в его волосах. Но если их обрезать, то перекрываются каналы, я не очень хорошо могу объяснить, что и как происходит. В общем, если остричь волосы, то магия как бы засыпает и открывается постепенно, с той скоростью, как отрастают волосы.  Пока косы не достигнут той длины, какая была, вы не сможете пользоваться всей своей магией.

Светлана огорченно вздохнула – наказала мужа, называется!

Прав магистр, ох, как прав – надо сдерживаться! Что бы ей не подумать, не спросить кого-нибудь сначала, а потом уж резать? Ну, отнял Рагнар Фейри, так за дело. Как ни крути, а она проштрафилась. Надо было обернуть накидку вокруг шеи и следить за ней.  Смирилась бы, глядишь, через день-два муж простил  бы. А теперь она его еще больше разозлила и он текинца ей точно не вернет.

- Деяна, обед готов?

- Давно, готов, ждем князя, - отозвалась девушка.  – Сразу подадим.

Светлана только открыла рот сказать, что князь вряд ли пожелает обедать с ней после всего, что произошло, но тут полог отодвинулся,  супруг  прошел в шатер и сразу присел около столика.

- Садись рядом, - похлопал он по ковру возле себя.

Светлана взглянула на служанку, обошла столик и присела.

- Несите еду скорее, - велел Рагнар.

Пока они ели, князь о происшедшем ни слова не сказал, вел себя, будто ничего не было. Просил передать то или иное блюдо, предлагал налить отвар.

Света диву давалась – что это он? Так проняло или готовит что-то более серьёзное?

Наконец, с едой было покончено, стол и посуду убрали, и супруги остались одни.

- Алана, - произнес Рагнар, и у Светланы все внутри сжалось. – Ты совершила очень серьезный проступок,  я не мог оставить его без последствий. Но поскольку ты сама себя наказала сильнее, чем я планировал, то запрет на верховую езду я снимаю. И текинец по-прежнему твой, я не отниму его и не собирался. Хотел наказать тебя на два дня, чтобы ты думала, что лошадь не твоя и в следующий раз отнеслась более внимательно к правилам.

- С-спасибо, - выдохнула Светлана. – Мои обрезанные волосы – это  единственное мне наказание?

- Да, единственное, но отрастить их я разрешу  только через два дня. Сейчас мы выйдем из шатра, и я объявлю всем твое наказание. Таков порядок.

Светлана поёжилась, вспомнив процедуру наказания Лианы. Лиана! Они теперь опять как две капли! К счастью, только на два дня.

- Еще одно, - вдруг промолвил князь, оборвав поток мыслей. – Сегодня ночью я лягу с тобой, как с женщиной. Прошло достаточно времени, ты принимаешь серьезные решения, злишься и не боишься мне перечить, значит,  уже можешь принять меня.  Пойдем!

Князь взял жену за руку и вывел наружу.

Светлана стояла, как в тумане.

Что-то там говорил Рагнар, синхронно топали воины, девушка не могла переключиться  и сосредоточиться на происходящем.

Сегодня ночью! Господи, уже сегодня ночью!

Как во сне, она вернулась в шатер, потом пересела в повозку, слабо улыбаясь на попытки Милисенты растормошить ее и мысленно умоляя время не спешить, а вечер – подольше не приближаться.

      Риная ликовала – как все удачно складывается! Еще удачнее, чем она могла мечтать! Глупая крыса! Правда, придется внести небольшие коррективы, но они только на пользу. Крыса еще не попалась в ловушку, но уже зашла внутрь, осталось только дернуть за веревочку!

- Лиана, радость моя, а теперь слушай внимательно, что тебе предстоит сделать. Это очень важно, поэтому придется очень постараться, но, поверь, награда, которую ты получишь, того стоит!

- Ну, что там еще? – Лиана капризно скривила губы. – Ты только обещаешь, но время идет, а я все еще не княгиня!

- Ты же не хочешь, чтобы все сорвалось в последний момент? – Риная внимательно смотрела на девушку. – Надо было подготовиться. И не забывай, что я сама очень ограничена в действиях. Но теперь время пришло.

- И что мне надо делать?

- Посмотри завтра и послезавтра за крысой – как она ходит, как себя ведет. Как говорит.

- Это еще зачем? Мне о ней и говорить-то противно, а ты хочешь, чтобы я еще и смотрела на нее?

- Лиана, ты хочешь стать княгиней или решила согласиться на участь жены племянника князя?

- Княгиней!

- Тогда слушай меня и делай, что я скажу.

Девушка недоверчиво посмотрела на кормилицу:

- И все получится?

- Конечно, - заверила ее женщина. – Но тебе придется постараться. Ты должна запомнить все жесты крысы, ее походку, выражение лица и как она говорит. У тебя чуть меньше двух дней.  Конечно, вы очень похожи, но только издали и для тех, кто вас не знает.  Если ты не будешь вести себя, как крыса, хотя бы первое время, князь тебя сразу разоблачит.  Или служанки. Тебе придется очень постараться, девочка моя!

- Но как же я смогу? Тем более что наблюдать я буду издали. И потом, князь все равно поймет, что я – не она! У меня же и воспитание и манеры не чета этой… крысе!

-  Смотри – крыса ни на кого не смотрит свысока. Она же не привыкла, что все ей кланяются, поэтому ведет себя со всеми, как с равными. Даже со слугами. Не приказывает, а просит сделать. Не опускает глаз, когда говорит с князем. Благодарит служанок.

- Риная, а Милисента! Она же сразу увидит, кто я!

- Не переживай, мы подождем, когда эти неблагодарные Кроу уберутся и только потом ты заменишь крысу.

- Мне страшно, что я не смогу!

- У тебя все получится! Я добавлю магии, и вас никто не отличит. А чтобы ты успела полностью вжиться в образ крысы, мы придумаем, к примеру, что у тебя нет настроения из-за женских дней. Князь к тебе не будет  приходить, даст  два-три дня отдохнуть. Скажем, что у тебя тоска по дому, ты хочешь побыть одна. Главное,  чтобы он не спохватился несколько дней, тогда крысу уже будет не вернуть, - Риная задумалась, глядя в стену повозки.

- Но женские дни не могут длиться вечно! Что будет, когда князь выяснит, что я – не она? И браслет! У меня он на правой руке, а у крысы – на левой!

- Я дам тебе зелье,  ты подольешь ему в чашку и сама выпьешь. После ты переспишь с князем,  он не устоит, и потом ему будет некуда  деваться.  А браслет замаскируем. Кстати, ты же еще не была с мужчиной, Рагнар это обязательно почувствует и удивится, как такое возможно? Но ты скажешь, что целитель, когда лечил после обряда чистоты, перестарался и восстановил всё. Поняла?

- Целитель не подтвердит.

- Подтвердит. Я помогу ему принять правильное решение.

- Хорошо, я попробую. А куда крыса денется? Не получится, что она вернется?

- Оттуда не возвращаются. Крыса – это уже моя забота. А ты примечай пока за ней. Да, она каждый день к лошади ходит, морковь ей носит, тебе тоже надо будет.

- Еще чего - ухаживать за лошадью? Я что - конюх?! – сморщила носик девушка. – Потом, из-за этой скотины меня наказали!

- Придется потерпеть, радость моя! Если княгиня перестанет  навещать коня, князь забеспокоится, и тебя разоблачат до того, как ты потеряешь девственность с князем.  Этого нельзя допустить. Надеюсь, ты понимаешь, что если нас разоблачат, то наша участь будет незавидна?

- Понимаю.

- Хорошо. Тогда постарайся, моя хорошая! Теперь все будет зависеть только от тебя!

Глава 9

Странный феномен: когда торопишься, время ползет со скоростью улитки,  а когда надо наоборот – летит экспрессом.

Как Света ни молила день не спешить, вечер наступил неожиданно быстро. Девушке показалось, что вообще переход от полдня до заката произошел за какой-то час.

Пока она ходила проведать Фейри, слуги поставили шатер, и к ее возвращению все было готово и к ужину и ко сну.

Аппетит совсем пропал, Светлана никак не могла отрешиться от того, что пообещал ей супруг на эту ночь.

Казалось бы – взрослая женщина, а трясется, будто девственница-институтка перед первой брачной.

Света глубоко вздохнула, выпрямилась и решительно прошла к середине шатра, села на ковер у столика и принялась ждать князя.

В конце концов, от этого не умирают. Она не станет пищать и отнекиваться, не будет отбиваться, просто потерпит, как неприятную, но неизбежную медицинскую процедуру. Беременность ей в любом случае пока не грозит, а с остальным она справится!

Рагнар  окинул взглядом фигуру жены, сел напротив.

- Несите еду!

Деяна с Маяной кинулись расставлять блюда.

Света молчала,  только поправила съехавшие концы накидки.

Ели молча. Вернее, ел князь, девушка просто ковырялась, не в силах проглотить ни куска.

Наконец, Рагнар не выдержал – с тихим ругательством отодвинул стол, одним гибким движением переместился к жене, подхватил ее на руки и вместе с ней опустился на ковер.

Света ойкнула и замерла, гадая, чем это ей грозит.

- Ну, чего ты вся сжалась? – недовольно проговорил Рагнар, стягивая с головы супруги накидку. – Не обижу. Такую красоту испортила. Зачем? Волосы – украшение женщины, она их беречь должна, как и свою честь, а ты – своими руками откромсала.

Мужчина запустил пальцы в остатки былой красоты, провел вдоль, слегка сжал, погладил, взъерошил, наклонился и провел по прядкам носом.

Дыхание мужа щекотало шею, и Света попыталась отодвинуться.

- Посиди спокойно, - попросил князь, продолжая водить носом по ее шее, постепенно съезжая на скулу, щеку, задев губы. – Ты вся такая напряженная, разве я делаю тебе больно?

Светлана прошептала:

- Нет.

- Неприятно?

- Я… я не знаю. Мне страшно и стыдно, - выдала девушка свои ощущения.

- Я твой муж, глупая, разве можно меня стыдиться? – Рагнар мягко обвел губы жены пальцем. – Я понимаю, тебе было очень больно в первый раз, но сейчас будет все по-другому! Здесь нет никого, кроме нас, я никуда не спешу, расслабься и позволь мне показать, как ты мне нравишься!

Рука мужчины прошлась по границе между воротом и кожей и скользнула внутрь выреза. Осторожно, почти нежно, но от этого не менее страшно.

Светлана сама на себя мысленно выругалась – что она вытворяет, мужу скоро надоест неуступчивость и тогда кто знает, как он поступит? Но, видимо, это была реакция не души, а тела. Оно никак не могло забыть чертов обряд и каждый раз, когда супруг прикасался, сжималось в ожидании боли.

Тем временем, князь приспустил платье с одного плеча и прижался к нему губами, в одно время с этим поглаживая и сминая второй рукой  грудь. Перешел с плеча на ключицу, проложил дорожку поцелуев вниз и накрыл губами  сквозь ткань платья сосок.

Светлана сидела, еле сдерживая сумасшедшее скачущее сердце и порыв вскочить и убежать подальше.

Муж развязал завязки лифа и стянул платье со второго плеча, полностью оголив обе груди. Чуть отстранился, полюбовавшись на открывшуюся картину, и снова принялся целовать и мять.

Ни жива, ни мертва, девушка животом почувствовала, что мужу все более чем нравится и он, собственно, уже достаточно «заряжен».

Как там,  в книгах советуют – расслабься и получи удовольствие? Расслабиться не получалось, видимо, поэтому старания мужчины плодов не давали.  Нет, больно не было, да и стыдно тоже, но вместо описываемых в любовных романах табунов мурашек, простреливающих удовольствием, Светлана ощущала мокрые прикосновения губ и языка, немного шершавые ладони мужа и его сбивающееся дыхание.

Черт возьми, она на самом деле фригидная, прав был Виктор! Никакого томления, никаких бабочек, промокших трусиков… Хотя, она же без белья, нечему промокать.

Между тем князь решил, что достаточно насладился грудью жены  или просто ему стало неудобно, поэтому он встал и перенес Свету на ложе из одеял. Опустил и навис, жадно рассматривая лицо девушки.

- У тебя так глаза блестят! Ты  все еще боишься?

Света кивнула.

- Да, целитель предупреждал, что ты не скоро забудешь, но я постараюсь вытеснить прежние воспоминания новыми, приятными.

Рука мужа прошлась от щиколоток до талии, задирая юбку, оголяя и чуть царапая нежную кожу мозолями.

«Интересно, почему у него руки такие мозолистые? От поводьев или оружия? Ведь он не только князь, но  и магией владеет, к чему ему физические упражнения»? - пришла в голову неожиданная мысль.

И следом другая: «Да, Светка, ты даешь! Красивый мужик из кожи вон лезет, пытаясь тебя расслабить и сделать приятно, а ты вместо того, чтобы возбудиться, о жизни размышляешь. Осталось таблицу умножения  повторить, чтобы время быстрее прошло».

Сбившееся в районе поясницы платье доставляло дискомфорт, девушка поёрзала, пытаясь расправить комок, Рагнар заметил это,  посадил жену и одним рывком стянул все через голову.

Полностью обнаженная, Светлана почувствовала себя беззащитно и мгновенно покрылась «гусиной кожей».

- Сейчас будет тепло, - пообещал князь, торопливо раздеваясь.

Светлана во все глаза смотрела, как обнажается мощная грудь с темной порослью, живот, жилистые руки. Когда муж снял все до нитки и выпрямился, она тихо ахнула – сложен иномирный сатрап был божественно. Оглядев предмет мужской гордости,  который почти  прижимался к  животу мужа, Света еле удержалась, чтобы не сбежать.

‍﻿‌﻿‌﻿﻿﻿‌﻿‌﻿‌﻿﻿﻿‌﻿﻿‌﻿‌﻿﻿‌﻿﻿﻿﻿‌﻿﻿‌﻿‌﻿‌﻿﻿‌﻿‌﻿﻿﻿﻿‌﻿‌﻿﻿﻿‌﻿‌﻿﻿‌﻿﻿‌﻿﻿﻿﻿‌﻿﻿‌﻿‌‍

Понятно, почему ей было так больно – разве в ней может поместиться «это»??! Насколько она помнила, у Виктора член был и короче и тоньше, а это же просто пыточное орудие какое-то!

Светлана подтянула ноги и принялась отползать в сторону, не отводя глаз от приближающегося мужчины.

- Ну, чего ты опять испугалась? – Рагнар рывком притянул жену ближе и прилег на одеяло рядом с ней. – Я обещаю, что больно не будет!

Девушка рвано вздохнула, с трудом оторвав взгляд от «орудия».

- Ты очень большой…там.

- Маленькая, - князь осторожно поцеловал ее в уголок губ. – Не бойся! Все отлично поместится и больно не будет! Оттуда рождаются дети, а они намного больше, чем мужской член.

- Да, но рождение ребенка это очень болезненный для женщины процесс, - прошептала Света, пытаясь отодвинуться от горячего тела мужа. – Может быть, мы еще несколько дней подождем? Я постараюсь привыкнуть к мысли…

Князь тихо хмыкнул и положил руку поверх лона, чуть прижал, потом принялся поглаживать там и внутреннюю поверхность бедер.

- Тебе же не больно, когда я делаю так, верно? Это самое естественное занятие в мире. И самое приятное. Если я сейчас отступлю, ты еще долго не сможешь забыть и каждый раз, когда я тебя буду касаться, станешь сжиматься. Не сопротивляйся, попробуй почувствовать, я не буду спешить. И обещаю, если ты ощутишь боль и скажешь мне, то я сразу остановлюсь.

Света закрыла глаза и глубоко вздохнула, пытаясь унять панику. Рагнар прав, надо постараться взять себя в руки. Все-таки, она не семнадцатилетняя девственница после изнасилования, а взрослая женщина, которая жила с мужчиной и знакома с плотскими отношениями не  понаслышке.

Тем временем князь, приговаривая ободряющие слова, продолжал поглаживать ее бедра, лобок, время от времени осторожно задевая клитор. Острых стрел удовольствия, от которых, как она читала, выгибается тело и поджимаются пальцы ног, Светлана не почувствовала, но и неприятно не было.

Постепенно поглаживания становились все более настойчивыми, одновременно с ними, муж принялся прикусывать и посасывать соски, и постепенно Света ощутила, как теплеет внизу живота и хочется  чего-то, она не могла бы объяснить – чего именно, но это было… приятно?

Тем временем Рагнар отстранился, повозился в голове ложа, чем-то прошуршал и вернулся к жене.

Светлана  почувствовала, как рука мужа скользнула в лоно, смазывая его какой-то мазью, и дернулась, напрягая ноги.

- Тише, милая, это всего лишь целебный бальзам, мне его дал Сиян. Бальзам смягчит проникновение и сделает супружеские отношения более приятными. Тебе же не больно?

Света помотала головой, понимая, что из горла ничего, кроме хрипа сейчас не прозвучит - от напряжения и волнения у нее все пересохло.

- Раз не больно, то и бояться нечего, - размеренными движениями мужчина продолжал  поглаживать  складочки и массировать вход, добавляя все новые и новые порции бальзама.

Светлана забеспокоилась  - куда он столько? Она же не каша, зачем слишком уж «умасливать»?

И приятное томление куда-то пропало…

Но Рагнар и сам понял, что достаточно и вернулся к поцелуям и ласкам груди.

Не спеша, осторожно, волнующе. Постепенно Светлана начала успокаиваться, тело расслаблялось, и тут супруг решил, что пора.

Раздвинул ноги девушки шире и, приподняв их, развел колени в стороны, расположившись между бедер.

Светлана, замирая, ждала, что получится дальше.

Опять поцелуи груди, шеи, уголка губ.

«Почему он не целует в губы»? – успела подумать девушка, как почувствовала, что «пыточное орудие»  сначала уперлось в складки, а потом плавно скользнуло внутрь.

Боли не было, еще бы – на таком-то количестве смазки! – и ее лоно, к удивлению, легко приняло в себя всю «гордость» целиком.

«Надо же, какая она, оказывается, вместительная! Господи, что за мысли в такой момент»?

Муж скользил, прерывисто вздыхал, временами наклонялся и прикусывал, посасывал грудь, то ускоряясь, делая толчки короткими и быстрыми, то притормаживал, проникая особенно глубоко и медленно. В какие-то из моментов Светлана начинала ощущать легкое возбуждение, но потом угол проникновения или ритм менялся, и все сходило на нет.

Сколько прошло времени, она не знала, казалось, и вечность и одно мгновение, и вот Рагнар несколько раз сильно толкнулся, потом замер, погрузившись на всю длину,  и содрогнулся с тихим рыком, получая разрядку. На несколько секунд прижался к плечу жены мокрым лбом, перевел дыхание и приподнялся, внимательно заглядывая ей в лицо.

- Как ты? Не больно?

Светлана похлопала глазами, гадая, собирается ли он продолжать дальше, раз до сих пор в ней, или удовлетворится одним разом, и прохрипела:

- Нормально.

- Больно? – встревожено переспросил Рагнар, осторожно отстраняясь. – Где больно?

- Не больно, просто я волновалась.

- Не пугай так больше, - муж лег рядом и притянул ее к себе. – Теперь не будешь бояться меня и супружеских отношений?

«И что ему ответить? Что, если он и дальше будет также внимателен и нетороплив, то да, она не будет постоянно ждать боли и, может быть, однажды ей посчастливится поймать эти самые «звездочки». Но с другой стороны,  она еще не слишком уверена, что может полностью доверять мужу и во всем на него полагаться, а значит, не сможет и полностью расслабиться».

- Не знаю.

- Ладно, постепенно ты привыкнешь, - супруг запустил руку в остатки ее волос, потянул, сжал, мягко помассировал кожу и с грустью  произнес. – Как же жаль твои косы! Зачем ты обрезала их, ну, зачем? Кроме того, что они – главное украшение женщины, ты еще себя и без магии оставила!

- Без магии? – напряглась Светлана и стремительно нырнула в «архив», загруженный магистром. – Что-то я не понимаю, причем тут магия.

- Ну, да, пока не отрастут, ты не можешь магичить, - ответил князь. – Но скоро Сиян восстановит волосы и все придет в норму. Я не мог позволить ему сразу восстановить, все-таки, проступок был серьезный, ты должна была понести наказание.

Князь отвел прядку от ее глаз и продолжил:

- Законы только тогда работают,  когда они обязательны для всех. Никаких исключений, понимаешь?  Где одно исключение, там и два и сто. Люди начнут думать, что раз наказание за отсутствие накидки на людях не понесла княгиня, то и другим женщинам можно пренебрегать правилом. Кто-то скажет, что не менее родовит, поэтому ей можно. Кто-то – что муж влиятельный. И постепенно закон перестанет уважаться всеми. Поэтому неважно, кто нарушил – наказание обязательно для всех. На этом стоит Мадраскар многие сотни лет.

- Но что плохого, если кто-то увидел распущенные волосы? – прошептала Светлана. – Ведь это просто волосы! Не голая грудь или попа! Что в них такого важного, что нельзя показывать чужим?

- Ох, кого выпороть бы, так это твою мать! Как можно было так пренебрегать воспитанием и обучением ребенка? – сокрушенно ответил Рагнар. – Волосы женщины – это магия в чистом виде. Кроме того, что распущенные волосы, это очень возбуждающее зрелище для мужчины, а я не намерен делиться своей женщиной ни с кем. 

- Магия? Но, - Светлана пошарила внутри и ощутила отголосок дара. – Моя магия на месте и не пропала с обрезкой волос!

- Попробуй что-нибудь  сделать.

- Например, что?

- Сама придумай. Текинцу  например, ведь он тебе нравится? Вот, сделай ему что-нибудь, а я активизирую следилку, когда закончишь.

 Светлана задумалась.

Фейри любит лепешки и морковку. А еще – куски желтоватого сахара. Он так осторожно берет их с ее ладони и хрустит, прикрыв глаза от удовольствия. У него такие ресницы, любая девушка обзавидовалась бы – длинные, пушистые,  с загибающимися вверх кончиками. Так, о чем это она? А, сахар и морковка.

Девушка закрыла глаза и представила жеребца, как он стоит под навесом из  веток и сухой травы. Перебирает ногами, поднимает точеную голову, раздувает ноздри и приплясывает в нетерпении.

Мой же ты хороший!

А в стороне стоит ведро, полное чистой воды и рядом с ним блюдо с порезанной морковью и кусками сахара.

Света открыла глаза и проморгалась, переключаясь на реальность.

- Ну, что ты сделала?

- Не знаю, сделала ли. Я представила, что рядом с Фейри стоит ведро с чистой водой и блюдо с морковью и сахаром.

- Сейчас проверим, - Рагнар сосредоточился. – Можно самим сходить и посмотреть, но мне не хочется вставать, одеваться и выпускать тебя из рук.

Некоторое время ничего не происходило, а потом ниоткуда выпал клочок тумана, который, повинуясь движению князя,  развернулся.

Перед Светланой нарисовался Фейри, рядом с которым и вправду стояло ведро. Правда, пустое. И не блюдо, а небольшая плоская тарелка с целой морковкой и горсткой сахара.

- У, я кусковой представляла, - расстроилась Светлана. – И ведро пустое, а морковка не резаная.

- Глупая, - мужчина обнял ее и принялся поглаживать обнаженную грудь. – Ты и с обрезанными волосами смогла  воплотить  желание, пусть и не полностью. Это значит, что твой дар не очень зависит от длины волос. Но все равно, обрезать косы не следовало!  Жду – не дождусь, когда Сиян их снова отрастит.

Руки князя продолжали путешествовать по ее телу, и Светлана внезапно осознала, что они оба голые и, судя по упирающейся ей в ногу «гордости», муж вполне уже готов повторить.

- Я бы хотела помыться, - пробормотала она, осторожно отодвигаясь. – И спать очень хочется…

Князь с сожалением вздохнул и убрал руки.

Девушка скользнула за загородку, по пути подхватив с лавки ночное платье, покосилась на «удобства», немного поколебалась и решила, что до утра потерпит. Наскоро ополоснулась, благо, служанки воды приготовили много, потом  надела ночной наряд и вернулась в супружескую постель.

- Когда пересечем границу империи, я устрою тебе сюрприз, - прошептал ей в макушку Рагнар, притянув жену спиной к себе.

- Какой сюрприз? – на всякий случай поинтересовалась Светлана.

А то сюрпризы всякие бывают.

- Увидишь, - улыбнулся князь. – Я пришлю  слугу, он тебя проводит.  Не бойся, тебе понравится! Спи, уже скоро рассвет!

А утром внимательный и где-то даже нежный Рагнар опять куда-то девался.  Остался князь Мадраскара, строгий и местами суровый.

Разнежившаяся Светлана не успела перестроиться,  и была ошарашена, когда на ее робкую попытку пожелать доброго утра, муж несколько раздраженно одернул и приказал не тянуть время, а быстро одеваться и завтракать.

- До границы рукой подать, если поторопимся, то уже к завтрашнему дню  будем в Мадраскаре.

Обиженная княгиня, молча, собралась, глотнула отвара, отщипнула кусочек лепешки и показала, что готова.

Рагнар окинул взглядом нахохлившуюся жену и вздохнул.

- Мы муж и жена, когда одни, - бросил он, дождавшись, когда все слуги вышли из шатра. – На людях мы князь и княгиня. Нежности прибереги для ночей, а сейчас поспеши, не заставляй всех тебя ждать.

Светлана насупилась

«Вот как? А как же разрядка со служанкой, чуть ли не на глазах всего отряда? Или это жене предписаны сдержанность и запрет афишировать отношения, а самому князю и его любовницам можно? В принципе, не очень-то и хотелось, учту на будущее и больше и пальцем не пошевелю».

Рагнар проследил за сменой эмоций на лице супруги и досадливо поморщился –  как же с Аланой сложно! Вот что он такого сказал? Всего лишь напомнил, что они не одни и что им надо поспешить в дорогу, а жена уже чего-то себе напридумывала и явно видно – обиделась!

На глаза попалась Маяна, торопливо несущая в повозку подушки, и Рагнар дернулся.

«Так вот в чем причина: княгиня до сих пор помнит эпизод с его неосторожностью, а теперь он одернул ее, не позволив прижаться при слугах, и Алана решила… Ррыл дырявый»!

Половину ночи приручал, а утром сам же все испортил. Нет, с этим надо что-то делать, иначе он с ума сойдет, постоянно контролируя свои действия и слова по отношению к супруге.  Алане придется привыкнуть и перестать реагировать на мелочи или нормальной жизни у них не получится.

        Милисента без умолку болтала, радуясь, что уже завтра они свернут в сторону своего поместья, что скоро Мадраскар и полная свобода для нее и ее отца.  Надо сказать, что Саная предпринимала попытки вызвать Кроу назад,  вернуть его в столицу, но чем дальше удалялся отряд, тем легче магистру было сопротивляться.

Мысли Светланы перескочили на матушку Аланы и Лианы.

Удивительно бессердечная и беспринципная женщина! Интересно, она вообще хоть кого-нибудь любит, кроме себя? Не совсем равнодушна к Лиане, но и ту нормально не воспитала и легко ею пожертвовала, стоило Рагнару надавить. А с Ринаей, что она сотворила? Бедная кормилица, вся жизнь под тенью молочной сестры. Она же правильно поняла, что Саная заставила Ринаю забеременеть в одно с собой время, чтобы та потом кормила ребенка правительницы? А потом мало, что отобрала дочку кормилицы, так еще и убила ее. Пусть не своими руками, но по ее приказу.

Не удивительно, что у несчастной женщины крыша поехала. А поскольку ей с рождения внушали, что она обязана служить Санае и во всем ее слушаться, то Риная и помыслить не могла, чтобы обвинить молочную сестру, вот и перенаправила боль и ненависть на близнеца наследницы.

У собак такое бывает. Светлана покопалась в памяти – называется переадресация.

Если, к примеру, хозяин держит поводок и не отпускает пса подраться, а ему очень хочется, то собака, охрипнув от лая, может приняться кусать  поводок или даже хозяина. Вот и Риная переадресовалась на малышку Алану, зная, что та ей ничем ответить не может. И пока Алана не отвечает, Риная так и будет точить зубы. Наверное, надо ей внимательнее присмотреться к кормилице и подумать, как сбить ее настрой, иначе она что-нибудь все-таки учудит, и магическая клятва не спасет. Мать, потерявшая ребенка самый страшный противник, ведь ей больше нечего терять, живет ради одного – мести.

Стоило вспомнить Ринаю, как перед глазами встала и Лиана. Сестричка тоже добрых чувств не испытывает, вон, сегодня, пока она шла от шатра к своей повозке, Лиана в ней мало что дыру не прожгла.  Буквально, глаз не отводила.

Господи, куда она попала? За что?

                  День тянулся и тянулся. Милисента полностью сконцентрировалась на отъезде.

- Алана, мне очень жаль расставаться, ты не думай, - объясняла она Светлане. – Но мы так долго жили на чужбине, так долго не могли видеться с отцом каждый день, что не в силах отложить  отъезд даже на час.

- Я понимаю, - соглашалась Света, с тоской думая, что уже завтра ей и поговорить толком не с кем будет.

- Мы съездим в поместье, быстро приведем дела в порядок и навестим тебя! – щебетала Милли.

- Ох, Милли, дела в порядок быстро привести невозможно, если до этого  их несколько лет не разбирали.

- Да нет же, отец регулярно получал отчеты и внимательно за всем следил! Поместье в порядке, просто нам придется устроить большой прием, раз уж владелец вернулся через почти восемнадцать лет отсутствия.  На все уйдет примерно месяц, а потом мы обязательно тебя навестим! – Милисента взяла подругу за руку и заглянула ей в глаза. – Мы не забудем о тебе и не оставим один на один со столичными хищниками. Ты же возьмешь меня фрейлиной?

- Конечно, если князь не будет против. Ты же понимаешь, - вздохнула Света. – Я еще так плохо разбираюсь в местных законах, да и муж не слишком открыт.

- Все будет хорошо, вот увидишь! – оптимистично заключила Милисента. – Князь уже звал отца на должность помощника Верховного мага империи, так что ты от нас так быстро не избавишься!

Светлана вяло улыбнулась, не разделяя энтузиазм подруги.

        На дневной отдых они остановились в каком-то большом поселении,  и Светлана разнообразила досуг, разглядывая местных жителей.

Впервые за всю дорогу они оказались не среди поля или леса, а на постоялом дворе!

- Княгиня, - поклонились обе служанки. – Князь велел вам пройти в выделенную комнату и отдыхать.  Обедать подадут часа через два.

- Когда мы выезжаем, я успею нормально искупаться? – оживилась Светлана. – Здесь есть купальня?

- Разумеется, мистрис, вы все успеете - мы здесь ночуем! Это хороший постоялый двор, посмотрите, какой он большой и красивый! При каждых покоях  есть комнаты для омовений и неотложных нужд.

- Тогда ведите меня скорее, я уже устала плескаться из кувшина и полоскаться в речках!

Как служанка и обещала, в номере были не только спальня и приемная или гостиная, но и довольно просторная купальня с ванной.

Светлана отмокала не меньше часа, потом сменила воду и плескалась еще час.  Вымытая до скрипа, благоухающая и довольная, она с удовольствием пила отвар, ожидая, когда подадут обед.

Вместе с обедом появился и супруг. Окинул взглядом сияющую жену и широко улыбнулся:

- Вижу, ты уже успела оценить комфорт и удобство этой гостиницы! Подождешь меня, я быстро?

Светлана с огорчением вздохнула – пока князь моется, все же остынет!

Оказалось, не остынет: обед был подан в специальной магической посуде, которая поддерживала температуру блюда, не давая ему ни остыть, ни перетомиться.

На банные процедуры Рагнар потратил намного меньше времени, чем она сама, и уже через двадцать минут вышел к жене в одном куске ткани, заменявшем полотенце.

Света в очередной раз оценила картину  и отвела глаза: красив! А стекающие по его груди и животу капли воды почему-то заставили сначала проследить их путь до ткани, обернутой вокруг бедер, а потом покраснеть.

- Сегодня мы остаемся здесь до утра, - поведал муж, присаживаясь рядом с княгиней. – Если хочешь что-то особенное – скажи служанкам.

-  Почему мы не едем, мне казалось, ты хочешь скорее попасть в Мадраскар.

- Дождемся, когда нас догонит  полк, который  идет на несколько часов позади,  переночуем и завтра все вместе отправимся дальше.  К  дневной стоянке будем уже в Мадраскаре.

- Полк, это сколько воинов? – нахмурилась Светлана. – Они тут разве поместятся?

- Три тысячи, - ответил Рагнар. – Нет, на постоялый двор они не придут, остановятся лагерем за пределами поселения.  Поскольку, мы вступаем на свои земли, то прикрывать тыл нам больше не требуется, можем двигаться без больших предосторожностей. Мы немного впереди, они на полчаса сзади.

Светлана помолчала, раздумывая, и решилась:

- Я хочу навестить Фейри. Он уже привык, что я три раза в день к нему прихожу, да я и сама рада этим встречам.

- Лошади все в конюшне, у них тоже отдых от походной жизни. Да, ты можешь навестить своего текинца, кроме наших воинов на постоялом дворе только местные слуги, да хозяин.  Они не опасны, но одна не выходи, пусть тебя везде сопровождают служанки. И да – за ворота двора ни ногой, впрочем, я отдельно предупрежу охрану. Ешь!

Некоторое время супруги отвлеклись на еду,  и в комнате повисла тишина, разбиваемая только позвякиванием ложек.

Неожиданно князь протянул руку и провел пальцем по подбородку жены. Светлана вздрогнула и отстранилась, испуганно глядя на мужа.

- Испачкалась, - объяснил Рагнар и поморщился. – Что ты шарахаешься, разве я сделал больно?

- Когда сделаешь, будет поздно шарахаться, - пробормотала Света, тщательно вытирая лицо полотенчиком, заменяющим салфетку.

- Не злись, - примирительно ответил муж. – У нас не принято демонстрировать  личные отношения  при посторонних.  Учись вести себя соответственно своему положению и месту.

 Светлана фыркнула, опять вспомнив сцену у дерева посреди лагеря.

Князь нахмурился:

- Не надумывай, чего нет!  Я уже говорил, что сожалею, не сдержался, больше повторять не стану. И это не супружеские отношения, а просто разрядка, на это только ты внимание и обратила. Никого не интересует, как ведут себя простые женщины, но княгиня всегда на глазах и должна постоянно об этом помнить.

- Да, я помню, - рассердилась Светлана. – Муж может пить из любой чашки, какая ему попадется, стоит ему почувствовать жажду, а жена обязана ждать, когда ее чашка нагуляется и изволит о ней вспомнить. И даже если жена умирает от жажды, а своя чашка где-то бродит, то придется так и умереть от обезвоживания, хотя рядом целый сервиз на двадцать четыре персоны. Забыла добавить –  трогать свою чашку и в руки её брать  жена может только наедине,  а если рядом другие чашки и стаканы, обязана смирно сидеть, потупив глаза.

Девушка отодвинула тарелку, подтянула другую и принялась ковырять в ней, стараясь не слишком показывать, как она задета.

«В конце концов, он мне никто! Вернее, муж, но только формально. Нет, не формально, а как раз натурально, но она его не выбирала и он ее – тоже. Она  ему вообще до одного места, возится только потому, что накосячил и хочет наследника поскорее получить. Да чтобы она еще хоть раз сама приблизилась и приласкалась!  Одернул, будто она скользкая жаба или еще что не менее неприятное! Девок трахать у всех на глазах – нормально, а жена к руке прижалась – дура, сколько жизнь учит, до сих пор не выучилась – это неуместно и недопустимо»!

Князь посматривал на пыхтящую женщину и посмеивался про себя.

Какая она еще девочка! Дуется на ерунду, ничего, поймет со временем. А чтобы не поощрять ее капризы, он сейчас не станет ни успокаивать, ни утешать. Он женскую натуру знает – стоит только показать, что жена ему небезразлична, как она тут же примется условия ставить и пытаться им управлять. Только пока женщина не уверена в своей неотразимости,  мужчина и может быть спокоен.

Ничего, сюрприз ей понравится, и она сразу сменит гнев на милость! Хорошо, что он немного изменил маршрут, и они проедут всего в  километре от  Рощи Фей!

На лошади туда не подъедешь, только пешком, но расстояние небольшое, дойдет, не переломится.  Фей уважают все женщины, ни одна не откажется от возможности посетить Рощу и пообщаться с волшебным народом. Мужчинам вход в Рощу запрещен, но он подождет жену на опушке, а потом, когда она будет умиротворена и довольна, сам отведет ее в комнату,  и всю ночь будет делать наследника.

Рагнар улыбнулся, представив, как поражена и счастлива будет Алана и как потом его отблагодарит.

А сейчас пусть подуется, женщин иногда полезно оставить один на один со своими обидами.

Как бы там ни было, отдых в комфортных условиях Светлане очень понравился.

Ну и пусть муж исчез сразу после обеда, пусть  оставил ее раздосадованной.  Да,  ночью супруг немного  удивил,  и она позволила себе - самую каплю! - подумать, что у них все еще может сложиться, как в нормальной семье, но потом Рагнар прямо и четко указал ее место. Так что,  не на что обижаться, разве только на себя саму, в конце концов, любви Свете никто и не обещал.

Светлана дождалась, когда служанки уберут со стола, потом велела приготовить угощение для текинца и вышла в конюшню.

Жеребец ее узнал и заржал, когда она еще шла по проходу между двумя рядами стойл.

 Фейри! Я тоже соскучилась! – Светлана довольно засмеялась, когда  любопытная морда подсунулась ей под руку. – Нетерпеливый, как все мужчины. Сейчас, сейчас, не спеши!

Конь подбирал куски, жевал, толкался носом, подставлял голову под ласковые руки и тихо фыркал.

Ее бы воля, весь остаток дня провела бы с ним.

Каждый раз девушка придирчиво проверяла состояние шерсти жеребца, но ухаживали за ним отменно. Шкура всегда блестела и переливалась, грива и хвост были расчесаны и переплетены шнурами, копыта  вычищены.

Конюшня при гостинице была большая, буквой «Г».

Текинец стоял в предпоследнем стойле в «хвостике» буквы, и Светлана, пока шла к нему, полюбовалась на остальных обитателей. Конечно, красивее Фейри здесь никого не было, но гнедой чистокровка  Рагнара тоже  притягивал взгляд. Света уже не раз и его угощала морковью – ей  не жалко, а хозяин вряд ли по своей инициативе побалует – и жеребец приветствовал ее, подойдя к проему в двери и свесив голову в проход. Пришлось остановиться и уделить и Ниязу немного вкусностей и ласки.

Уже привычные к подобным чудачествам княгини, охранники  окинули беглым взглядом конюшню и остались возле входа, с девушкой отправился только тот, который нес блюдо с лакомствами.

В конюшне княгиня провела почти час и с сожалением вернулась в гостиницу.

Делать было нечего, Милисента  была занята сборами. Магистр купил лошадей, кое-каких припасов и еще что-то необходимое, и теперь следил, как все это доставлялось и грузилось в повозку.

От тоски, Света велела Деяне принести украшения, обвешалась, как ёлка гирляндами,  и отправилась гулять по двору.

Муж, конечно, сатрап и диктатор, но уж, коль она княгиня, то приходится вести себя, как здесь принято.

Дефиле большого удовольствия не доставило, и спустя полчаса девушка вернулась в комнаты, но воины и слуги украшения заметили и отметили. Князю тоже передадут, что жена выгуливала драгоценности, а, значит, довольна подарками.

Вечером ужинать пришлось в одиночестве, супруг  так и  не появился.

Мягкая высокая кровать – такая роскошь после нескольких дней половой – Светлана хихикнула – вернее, напольной жизни!

Поворочалась, устраиваясь удобнее,  и незаметно для себя заснула.

       «Доброе утро» отчетливо упиралось ей в поясницу – муж ночью пришел и лег рядом, она и не слышала, когда и как. А теперь вот облапил ее, как любимого плюшевого мишку, прижал спиной к животу и спит себе, щекоча дыханием ей затылок.

Светлана, пользуясь прошлым опытом, сжалась и попыталась уйти из объятий «низом», но князь проснулся и сжал руки.

- Куда собралась? Еще рано, спи, - пробормотал он.

- Мне… надо! – раз опасности разбудить  сатрапа больнее нет - он уже и так проснулся -  княгиня решительно  сползла с кровати.

Рагнар удерживать не стал, но следил внимательно.

Света проделала все неотложные утренние дела и столкнулась в дверях с мужем. Рагнар, ничуть не смущаясь, в чем мать родила, протиснулся мимо нее в купальню, проговорив:

- Не потрешь мне спинку?

Светлана собралась возмущенно фыркнуть, но потом решила, что от нее не убудет, тем более что память услужливо подсказала, что помощь мужу при омовении – обязанность жены.

Мочалок здесь не было, вместо них использовали рукавички грубой вязки.

Обильно смочив рукавичку водой и мыльным раствором, Света взбила пену  и принялась натирать широкие плечи и спину супруга.

Приятный на ощупь,  муж, ничего не говорил, только подставлял то одну часть спины, то другую. Потом по очереди протянул ей руки и повернулся передом.

Стараясь не опускать глаза ниже пояса, Светлана тщательно намыливала грудь, про себя поражаясь, какими  упражнениями князь ухитрился  так накачаться? За эти дни она не видела, чтобы он занимался чем-нибудь физкультурным.

Вся обозримая поверхность супруга была растерта и тщательно намылена, но Рагнару этого оказалось мало.  Все также молча, он взял жену за руку и положил ее себе на бедро, показывая, что здесь тоже надо  пройтись рукавичкой.

Ясно, от мытья всего мужа ей не отвертеться.  Ладно, сам напросился.

Наклонив голову, чтобы Рагнар не заметил ее взгляда, Светлана опять нанесла мыло на рукавичку и принялась ожесточенно тереть все, до чего дотянулась. Некоторое время князь довольно покряхтывал, потом, когда  рукавичка, не снижая нажима, перешла на более нежные части тела, замер и, охнув, резко отвел руку жены.

- Все, дальше сам?  - невинно спросила Светлана, делая вид, что не поняла причины.

- Да, можешь идти, - согласился князь.

Света положила рукавичку, развернулась на выход и тут же ахнула, едва не завизжав – муж подхватил ее,  и как была, в платье, втянул в ванну.

- Ты что делаешь, - возмутилась девушка. – Все платье намокло!

- Ты меня помыла, теперь моя очередь, - хитро улыбаясь, проговорил муж и споро заработал руками, развязывая тесемки лифа. Несколько секунд и платье мокрой кипой скользнуло в воду, а Светлана, обнаженная, стояла напротив покрытого снежной пеной  мужчины.

Глядя ей в глаза, Рагнар подобрал рукавичку, намочил и принялся водить по ее плечам, груди. Мягко, волнующе.  Намылил руки, живот. На секунду задержался внизу и решительно скользнул ниже. Нежно, приятно. Развернул – Светлана чуть не упала, запутавшись в платье – прошелся по спине, пояснице, ягодицам. Опустился на колени и поднял на бортик одну Светкину  ногу, намылил, опустил.  Проделал то же самое с другой ногой и по пути выудил мокрый комок платья и выбросил на пол купальни.  Намылил голую руку о рукавичку и провел несколько раз  по промежности. Светлана тихо ахнула и попыталась сбежать.

- Иди ко мне! – хрипло выговорил, откинув рукавицу и скользнув на дно ванны.

Притянул на себя, вынудив сесть сверху. Свете пришлось обнять его ногами, иначе их некуда было девать. Прозрачность позы заставила ее покраснеть, тем более что животом она отчетливо ощущала, насколько мужу  все нравится.

- У тебя красивая грудь, - мужчина провел руками, поглаживая и приподнимая, осторожно сжимая, легко скользя по мыльной пене. – Не маленькая, не большая, в самый раз по руке.  Не бойся, больно не будет.

Приподнял ее и осторожно опустил, направив на «пыточное орудие».

Не больно, но так необычно.

Светлана несколько сжалась от новых ощущений, но руки мужа продолжали гладить, ласкать, и напряжение постепенно уходило.

Придерживая жену, не давая ей дернуться или сбежать,  мужчина наклонился, сдул пену с соска и поцеловал. Втянул, покатал и чуть прикусил. Света вздрогнула, не разобрав – от боли или ей стало приятно. Пожалуй, все-таки, немного больно. Муж уже зализывал языком пострадавшее место, затем потянулся и поцеловал уголок губ, скулу, опустился к шее и одновременно с этим сделал первый толчок.

Вода в ванне  ходила волнами, выплескиваясь на пол, князь, придерживая жену под ягодицы, наращивал темп, а Светлана держалась за его плечи, боясь упасть, и пыталась собрать мозги в кучу.

Так заниматься любовью ей еще не приходилось. Нет,  о существовании такой позы она знала, но только в теории. Виктор вообще был довольно консервативен и предпочитал  или миссионерскую или коленно-локтевую, никогда не спрашивая, чего бы Свете хотелось.

Проникновение при таком способе оказалось необыкновенным, Светлана с удивлением ощутила, что что-то внутри нее начинает медленно тлеть.  Приятные ощущения нарастали, то немного отдаляясь, то возвращаясь и усиливаясь, девушка отрешилась от происходящего, полностью сосредоточившись на себе. Еще немного. Еще. Дыхание сбилось, захотелось  двигаться и Светлана, инстинктивно подалась, встречая толчки мужа. Спустя пару мгновений Рагнар протяжно застонал, рывком притянул к себе  Светлану и впился ей в губы совершенно сумасшедшим поцелуем, прижав ее к себе и замерев, содрогаясь телом.

Светлане не хватило чуть-чуть, возбуждение не спадало, но супруг уже не двигался,  выравнивая дыхание, хотя еще и не покинув ее тело.  И тогда Светлана, неожиданно сама для себя приподнялась и опустилась. Князь замер, потом подхватил ее руками и помог двигаться. Раз, еще, еще, тепло  медленно разгоралось, концентрировалось в точке, где они соприкасались.  Мужчина  накрыл ее губы своими, а потом просунул  руку между телами, несколько раз провел по  клитору, и Светлана сорвалась.

         - Нам полагалось выехать еще час назад, - прошептал ей в ухо муж.

Они лежали в постели, обнаженные и почти сухие, в отличие от постели.

Светлана смутно помнила, как супруг вынул ее из воды, как донес и уложил, а потом промокал простыней и целовал каждый кусочек ее тела. Свете было хорошо и никуда ехать не хотелось.

Неожиданно пришла в голову мысль, что именно сегодня она и стала женщиной.

- Мне тоже не хочется вставать, но надо ехать, - Рагнар еще раз поцеловал жену и отстранился. – Если мы сейчас же не оденемся и не выйдем отсюда,  то нам придется остаться здесь до завтра.

Света сквозь прикрытые глаза следила, как  иномирный  сатрап натягивает штаны, рубашку и покидает комнату. Потянулась, подтянула ноги к груди, обняла их и улыбнулась.

День начался для нее очень неплохо, дай бог, закончится еще лучше. Рагнар обещал какой-то сюрприз после пересечения границы империи.

Выехали не с рассветом, как изначально планировалось, а когда солнце прошло половину пути до зенита.

Светлане казалось, что все вокруг в курсе, чем они занимались и почему  задержался выезд. Она ловила доброжелательные взгляды и краснела. Довольный до неприличия Рагнар ехал на гнедом, временами заглядывая в окно повозки и справляясь, не хочет ли она чего-нибудь.

Светлана хотела – чтобы было немного меньше внимания от всех, а то она рискует сгореть, щеки так и полыхают.

Проехали границу, и народ кругом оживился – все предвкушали возвращение домой.

Грустные минуты прощания с магистром и Милисентой. Светлана долго смотрела в окно, пока  Кроу не скрылись за поворотом – теперь ей на равных больше не с кем поговорить. Эх!

На дневную стоянку, поскольку выехали позже запланированного, остановились часа через два после зенита.

Князь пообедал вместе с женой и ушел, сказал, чтобы не скучала, скоро он освободится и будет ей обещанный сюрприз.

Чтобы скоротать время, Света решила навестить Фейри, тем более что утром она до него так и не добралась.

Лагерь разбили  на опушке леса, а лошадей разместили под деревьями, чьи густые кроны хорошо защищали от солнца.

Фейри, как всегда, обрадовался, и девушка провела несколько счастливых минут, лаская любимца.

Охранники лениво переглядывались, стоя неподалеку, и Света отправила одного за новой порцией вкусняшек для текинца.

- Ты же утром не получил ничего, - приговаривала Света, разбирая челку жеребца. – Значит, сейчас тебе положена двойная порция.

Неожиданно она почувствовала, что что-то тянет ее за подол, опустила глаза и увидела слугу, высунувшегося из-под куста.

Знаками он показал, что ей надо молчать и поманил за собой.

- Тебя кто прислал? Князь? – негромко спросила Света.

- «Да»! – кивнул слуга и опять поманил ее за собой.

 Слуга был смутно знаком, она, несомненно,  уже видела его в отряде, а Рагнар обещал сюрприз, и Светлана шагнула за куст.

Мужчина низко поклонился и проговорил:

- Мне велено проводить вас, но сначала вам надо переодеться, мистрис.

- Переодеться? – удивилась Светлана. – Но во что?

- Вот здесь нужная одежда, - слуга протянул узел. – Я отвернусь, только поспешите, мистрис! Как снимете платье, сразу киньте его мне.

- А моя охрана?

- Они предупреждены, - ответил слуга, поворачиваясь спиной.

 Это успокоило княгиню, она взяла узел и вытащила из него мужские штаны и рубаху.

Ого, а князь-то затейник!

Сбросить платье было минутным делом, а надеть штаны и рубаху  получилось еще быстрее.

- Ну, все, я готова!

Слуга повернулся, и девушка мельком удивилась, куда он девал ее платье? Снятой одежды и след простыл.

- Пойдемте, мистрис, - пригласил мужчина. – Хорошо, что у вас короткие волосы, вот, наденьте еще эту шапку.

- Зачем?

- Чтобы если нас кто-то увидит, то подумал, что идут двое мужчин, - ответил слуга. – Идемте скорее, не стоит заставлять князя ждать.

- Но куда мы идем? – заупрямилась девушка.

- Мы идем к князю, - ответил слуга. – Ему  нужна ваша помощь.

- Моя помощь? А что случилось? Может быть, нужен целитель или охрана? – встревожилась Светлана.

- Ничего серьезного, но ему срочно надо передать вот эту сумку, а Его Светлость оказался в таком месте, куда могут попасть только супруги. Поэтому придется сумку отнести вам.

- Это опасно? Князь ранен?

- Нет, не ранен и не опасно. В сумке некоторые нужные ему зелья и магические предметы.

- Все равно не понимаю. Почему тогда так таинственно? Мне кажется, нам лучше вернуться в лагерь и пригласить кого-то более осведомленного, -  Светлана остановилась.

Слуга вздохнул и повернулся к ней:

- Конечно, мистрис, вы можете закричать, позвать охрану, советника и переполошить всех. Но подумайте, понравится ли это Его Светлости? Он  приказал позвать вас и попросить тайно принести в условное место  эту сумку. Разве он вам ничего об этом не говорил?

- Нет. Он говорил, что покажет мне какой-то сюрприз, чем-то удивит.

- Вот! Это и есть сюрприз! Так что вы решили -  несете князю сумку или возвращаемся? Только если мы вернемся, я прошу вас заступиться за меня перед князем. У него рука тяжелая и на расправу он скор, ведь поручение я не выполню!

Светлана помолчала, колеблясь. Наконец, она решилась:

- Ладно, веди туда, где меня ждет князь.

 Быстрым шагом они шли минут десять,  затем слуга остановился, вручил девушке сумку и, поклонившись, проговорил:

- Вон, видите два дерева, высокие? Темно-зеленые, выше всех возвышаются?

- Да, вижу.

- Вам надлежит как можно быстрее поспешить туда, под деревьями вас и встретят.

- А вы?

- Я подожду вас с князем здесь.

Успокоенная, Светлана подхватила сумку и припустила к двум темно-зеленым «мачтам».  Казалось, что деревья близко, но идти быстрым шагом ей пришлось не меньше получаса, пока она не оказалась под древесными исполинами.

Переводя дух, Светлана огляделась и негромко позвала:

- Рагнар!

Затем удар по голове и темнота.

- Ну и что мы за это выручим?

- Обещали девушку, а получили стриженую девку! Кому такую продашь?

- Что же делать, столько дней караулили?

- Прибить, и всех делов, чтоб не возиться. Только сначала попользуем, не пропадать же добру.

- Цыц все! К князю отвезем. Погодим дня два-три, чтоб он надежду потерял найти и готов был на все, и притащим, мол, в лесу нашли. Верей, на, нацепи ей браслетик на ту руку,  что без браслета. Заглушит маяк, а то первый нам не снять, да и магию ей перекроет, а то мало ли.

Света почувствовала, как ее трогают, задирают рукав и потом руку отпускают.

Господи, во что она опять вляпалась? Главное, сюрприз удался. Для всех…

- Что она, все еще без сознания?

- Да, не дергается.

- Надо было осторожнее, все-таки, не мужик, а девка, что ж ты ее со всего маху-то? А если убил или голову повредил? Князь нам и не заплатит ничего.

- Перестарался маленько.

- Главное, дышит. Если к вечеру не очунеется, то придется к целителю везти.

Голоса отдалились.

Светлана тихонько приоткрыла глаза – где это она? Повернула голову и тут же охнула от вспышки боли.

- О, очнулась! – над девушкой склонился незнакомый мужик самой деревенской наружности. – Голова болит? Сейчас водички дам.

-  Я где? Где Рагнар? – Светлана попыталась сесть.

- Лежи, не скачи! Далеко князь. Даст Триединый, скоро увидишь его.

- Он же с вас голову за меня снимет, - прохрипела Светлана. – Покушение на княгиню!

- Точно, головой тронулась, - сокрушенно молвил мужик. -  Княгиня, жена князя Рагнара,  сеструха твоя, а ты евоного племяша невеста. Тоже, конечно, птица, но не княгиня, нет.  За что ж тебя обкорнали то? В чем провинилась?

- А, пришла в себя? – к лавке, на которой лежала пленница, подошел  другой мужик, помоложе. – Вот и хорошо! Напоить, накормить и в клеть запереть.

- Я княгиня, - встрепенулась Света, догадавшись, что этот здесь главный. – Верните меня князю, он вас наградит!

- Вернем, вернем, - согласился мужик. – Денька через два и вернем.

Есть не хотелось, но воды девушка выпила с жадностью.

- А вот отвар от головной боли, - подсунул ей чашку мужик.

От отвара голова болеть и вправду стала меньше, и Свету потянуло в сон.

Проснулась она в незнакомом помещении, на небрежно брошенной прямо на пол старой шубе. В узкое окошко, расположенное почти под потолком,  виднелся кусок темно-синего неба.  Видимо, скоро рассвет или наоборот, солнце только зашло.

Ни стола, ни стула. Шуба на полу, да ведро, видимо, для справления нужды.

Не слабо она так попала.

Угораздило же ее поверить слуге! Как все сложилось – если бы Рагнар не пообещал сюрприз и не сказал, что пришлет за ней слугу, она бы не пошла за этим мужчиной.  Во всяком случае, позвала бы охрану.

Ой, а им же теперь достанется от мужа!  И ей тоже достанется, когда он ее вернет.

Что-то белые полоски в «зебре ее жизни» какие-то особенно узенькие. Надо ей изловчиться, дойти до белой полосы и потом только вдоль и вдоль!

Раздались голоса,  и Светлана замерла, подошла к двери и прижалась ухом. Нет, не из-за двери. Окно! Кто-то говорит, стоя неподалеку!

Вот и ведро пригодилось! Девушка перевернула его и встала – все повыше и ближе к отверстию!

-  Я тебе говорю – своими глазами видел! Княгиня в повозку села, а князю в ноги кормилица кидалась, на весь лес кричала, что пропала  Лиана, сестра княгинина.

- Значит, на самом деле врет девка, что она княгиня?

- Врет, конечно. Княгиню-то одну разве ж кто в лес отпустил бы? Да и одежда на ней – сам видел.  Разве княгиня так одевается? Нет,  сестра это, слуга рассказывал, что остригли ее за ослушание, помнишь? Ну, и эта стриженая.

- Жаль, что не княгиня, за нее бы князь больше дал. Но и так неплохо. Главное, чтобы он на след не напал. Уехали они?

- Нет, куда там! Как кормилица заголосила, все забегали! Повозку с княгиней в тройное кольцо охраны взяли, а князь и остальные рассыпались по лесу, искать пропажу.

- Не найдут, я следы хорошо замаскировал, а маяк с браслета мы глушим. Слуга этот так и говорил, что переполох будет, чтобы нам два – три дня выждать, а потом везти уж девку  князю, мол, наткнулись в лесу, спасли от лиходеев, говорит, что твоя.

- Умно! Так и сделаем!

Светлана спустилась с ведра и села прямо на пол.

Это какая еще княгиня в повозку села? А ищут – Лиану?

Ах, ты! Я ее еще жалела! Ведь это Риная придумала  поменять их! Вот же, дура старая! Они настолько с Лианой разные, что князь через полчаса все поймет. Да и когда ее саму вернут за вознаграждение, она же молчать не станет! У них с Рагнаром столько личного было, он ее не спутает теперь.

Теперь, когда Света знала, что ей ничего особенно не грозит, она расслабилась. Что же, два дня в клети – не самое страшное наказание за ее доверчивость. Она потерпит!

Два раза в день ей приносили еду и воду и тогда же опорожняли ведро.

Ходить в него было мучительно, но другого выхода не было, и Светлана смирилась.

Пару раз ее пытались вызвать на разговор, звали Лианой, просили не упрямиться, но Светлана только усмехалась.

Как же, будет она добровольно от имени отказываться! Нет, она княгиня Алана и муж ее сразу узнает, стоит ей рот открыть!

Все-таки, иногда лучше промолчать.  Что ей стоило подыграть разбойникам и согласиться, мол, да, Лиана она? А теперь чего она добилась?

После второго разговора ей принесли поесть, и после трапезы девушка обнаружила, что не может ни слова сказать.  В панике она попыталась еще раз обратиться к магии, но тоже ничего не вышло.

Через день к ней зашли, кинули платье и велели переодеться в женское, а затем вывели и усадили в повозку.

Ехали почти весь день, останавливаясь ненадолго, чтобы покормить лошадей, да самим десять минут размяться. Со Светланы глаз не спускали, о побеге и думать было нечего, да и куда бы она побежала? Везут к мужу, вот пусть и везут!

После того, как она потеряла способность говорить, Света отказывалась от еды и воды, которую ей приносили лиходеи, и позволила себе напиться только раз, когда они остановились у родника.  Мужики ругались, волнуясь, что живой товар приобретет еще более жалкий вид и поэтому князь им или ничего не заплатит, или даст слишком мало, но поделать ничего не могли.

Наконец, знакомая опушка.

Повозку окружили воины, через полчаса откуда-то прискакал взмыленный князь, и Свету вытолкнули наружу. Она с облегчением улыбнулась и шагнула к Рагнару, но супруг  жестом остановил ее и приказал:

- Отвести в ее повозку, сдать на руки кормилице и обеих запереть.

Светлана рванулась, но крепкие руки охранников удержали ее, а голоса не было. Отчаянным взглядом она провожала спину мужа, хрипя и вырываясь, пока ее не втиснули в повозку и не захлопнули дверь.

- Ой, и кто это тут у нас? – елейный голосок Ринаи. – Никак сама княгиня? Нет, это не княгиня, княгиня так жалко выглядеть не может. Это ничтожество, крыса подзаборная вернулась! Сбежать хотела, опозорить князя? Что молчишь, язык проглотила? У-у! А тебя молчальником опоили? Молодцы, правильно догадались! Тем интереснее будет. Чувствуешь себя собакой – все понимаешь, а  сказать ничего не можешь?

Риная вся светилась от радости.

- Будешь завтра бита, а послезавтра тебя отправят  в дальнее поместье. Меня, правда, с тобой пошлют, я же кормилица Лианы, но ничего, ради счастья моей девочки я и твою рожу потерплю. Тем более что ты наверняка надолго не заживешься!

Слишком подавленная и ошеломленная, чтобы пытаться что-то сделать, Светлана просто сидела на лавке, не обращая внимания на ужимки и радость кормилицы.

«Ладно, он ее не узнал, потому что она выглядит, как чучело и Рагнар близко не подошел, а говорить она не может. Но Лиана-то говорит,  и князь к ней наверняка близко подходил. Может, обнимал…  И не понял, что это не она? И Деяна с Маяной тоже не распознали подмену? Как? Как это возможно?  Поведение, речь, аура, магия – у них все разное!

Ринае надоело, что жертва не реагирует, она подскочила и подняла голову девушки, держась за подбородок:

- Не нравится, что я говорю? А-а! Ты думала, что князь вас различает? Думала, что что-то для него значишь и теперь пытаешься понять, почему он тебя не узнал? Нет, почему принял Лиану за тебя? - Риная мерзко захихикала. – Мужчинам все девушки на одно лицо, они только по цвету волос и различают.  Но Риная не глупая, Риная на всякий случай помогла Лиане магией, теперь все видят ее такой, какую привыкли видеть княгиню. Дня три моя магия продержится, но я решила, что надо еще иметь запас. Поэтому Лиана сказала, что очень горюет из-за расставания с дочерью магистра - я ведь видела, что вы с ней нашли общий язык! – и она хочет побыть одна.  А еще у нее женские дни и поэтому князь три дня будет спать в другом месте.   И служанок твоих выпроводили. Княгиня хочет побыть одна. Только еду приносили, но  Лиана ни с кем не разговаривала.  Конечно, я надеялась, что лиходеи увезут тебя подальше,  и ты навсегда сгинешь, но и этот вариант неплох. Каждая из вас заняла свое место!

Светлана дернулась, высвобождая голову из пальцев кормилицы.

- Тебе интересно, почему охранники не спохватились? О, Риная умная, она все предусмотрела! Мы знали, что ты ходишь к этому коню, как по расписанию и просто караулили поблизости. Минар тебя отозвал и увел. Твое платье сразу забрал Боран и передал нам, Лиана тут же его надела и вышла вместо тебя к коню.  На момент переодевания охранников отвлекли – я послала заклинание, две лошади сорвались с привязи и принялись носиться, пока их ловили, на тебя никто не смотрел.   Лиана все сделала верно, моя умница, никто даже не заподозрил, что назад от лошадей шла уже не ты! А жеребец твой, глупая скотина, чуть все не испортил. Лианочка к нему с морковкой, а он фыркать и пятиться, она за привязь дернула, а он – на дыбы.  Хорошо, что это ни князь, ни советник не видели. Только охранники, но им Лиана объяснила, что конь ее больно толкнул,  и она была вынуждена его наказать.  И несколько дней приходить к нему не будет.

А дальше, как я говорила, Лиана велела передать князю, что в печали из-за разлуки с подругой,  потом, у нее начались женские дни, поэтому она просит  ее не беспокоить три – четыре дня.

Ну, а потом  уже была моя очередь – я так убивалась и кричала, что все примчались. Князю было не до рассматривания жены, у него невеста племянника сбежала, он на стоянке почти не появлялся эти дни, все по лесу скакал, пытался найти след.

Риная опять засмеялась.

-  А завтра тебя накажут. Я узнавала, за побег самое малое – публичная порка. Да  магической плетью! Она остановится, если тот, кого наказывают, громко покается, признает свою вину и попросит прощения, а ты и слова молвить не можешь, так что получишь все, что присудят. Надеюсь, тебе дадут максимум. Теперь и умереть не жалко – я отомстила!

Кормилица еще раз засмеялась.

Завтра ее накажут? Но, может быть, пройдет ее немота или Рагнар протрет глаза и увидит, что княгиня не та? По крайней мере, у нее еще есть надежда.

***

- Теперь-то уже некуда откладывать, - тихо говорил Сиян. –  Мы на территории Мадраскара, девушка – невеста Критена. Придется наказать.

- За такое положена публичная порка, - хрипло отозвался князь. – Привезу племяннику кусок мяса.

- Да, магические наказания не остановишь извне, но кормилица объяснит девушке, что она должна громко покаяться и признать вину,  плеть тут же остановится, а полоса-две жизни не угрожают. Болезнены, это да, но тем крепче запомнит урок, - целитель вздохнул. – Оставить без наказания нельзя. Два дня все с ног сбивались, искали строптивицу, приедем теперь позже, демонстративное непослушание, к тому же.

- Хорошо, распоряжусь, чтобы завтра с утра все было готово. Потом помажешь ей спину,  и пусть лежит в повозке. До конца пути больше не дернется, - князь взъерошил волосы и перевел тему. – К княгине не звали? Что-то она мне не очень нравится, глаза отводит, голова опущена, говорит шепотом. Видно, болит у нее. Ты бы зашел, посмотрел?

- Зайду, - кивнул Сиян.

  Утром, только рассвело, воины выстроились по периметру опушки, а в стороне от повозок и шатров вкопали бревно, плотно утоптали землю, чтобы оно не качалось, вверх вбили пару крючьев.

Вывели Лиану.

Девчонка смотрела, широко раскрытыми глазами и дергалась, не желая идти, но воины держали крепко.

Краем глаза Рагнар увидел, что в окно своей повозки выглянула Алана,  и напомнил себе, спросить у Сияна, как она. Вчера так устал и так долго возился с делами, что освободился заполночь. Беспокоить жену не стал, тем более, вместе им нельзя пока спать, лег в шатре с Никодием. Хотелось подойти и поприветствовать жену, но процедура наказания уже началась, прерывать не хотелось.

- Лиана тир Гранд едет в Мадраскар как невеста моего племянника Критена  руми Салера. Она еще не прошла брачный обряд, но уже успела дважды грубо нарушить наши правила и законы. Наказание за первый проступок – пять плетей – было отложено до бракосочетания. Это не послужило уроком, девушка допустила новые нарушения, за которые  она будет немедленно наказана.

Воины одновременно топнули, показывая, что услышали.

Лиана задергалась, но вырваться ей не удалось.

Алана по-прежнему смотрела в окно повозки.

Князь поморщился, ему бы не хотелось, чтобы его жена видела, что произойдет дальше.  Да, девушка получит один, максимум, два удара, но она так похожа на жену, что ему самому неуютно, а  уж что Алана чувствует, можно только догадываться.

- Наказание за побег – пятнадцать плетей.  Наказание за ослушание – десять  плетей. Привяжите девушку.

Воины  синхронно топнули, доказывая, что слышали и поняли.

Охранники подтащили сопротивляющуюся Лиану к столбу,  развернули лицом к нему, стянули руки и подняли их вверх, крепко прикрепив веревку к крюку на вершине столба.

Лиана задергалась, но натянутые руки не давали возможность ни отойти, ни повернуться.

- Как только девушка признает свою вину и громко об этом скажет, плеть сама остановится, - объявил Рагнар, извлекая из ящика магическое орудие наказания.

Воины дружно топнули, подтверждая, что запомнили.

Плети было больше трехсот  лет, ее часто использовали, но выглядела она, как новая.

Князь  активизировал ее и отошел.

 Своему неудовольствию увидел, что голова Аланы так и торчит в окне и подосадовал, что не догадался приказать развернуть повозку с женой торцом к столбу или вообще отогнать ее подальше. Не нужно Алане все это видеть, он очень удивлен, что она не спешит закрыть занавески.

Но остановить процедуру уже было нельзя, да и дольше мучить провинившуюся не хотелось, поэтому Рагнар сделал зарубку на память – поговорить с княгиней и окончательно отпустил заклинание.

Плеть поднялась в воздух, расправилась и нанесла первый удар.

Девушка содрогнулась, но промолчала.

Второй удар. На спине сквозь платье проступила кровь.

Лиана молчала.

 Рагнар сжал кулаки.

Почему она ни звука не издает? Это же очень больно! Женщины на таком наказании визжать начинают еще до первого удара и второго точно не ждут, признают все, громко и сразу!

Третий удар.

Тело наказываемой изогнулось, но связанные и вытянутые вверх руки не пускали.  На спине отчетливо проступила вторая кровавая полоса.

Лиана молчала.

Четвертый.

Пятый.

Кровь пропитала платье и стекала по спине и подолу. Упрямая девушка дергалась, но рта не раскрывала.

 Воины замерли, не понимая, что происходит.

Рагнар ошарашено смотрел на экзекуцию, потом перевел взгляд на Алану и закаменел – его жена радостно смеялась, глядя, во что превращается спина ее сестры!

Шестой  удар.

Ноги девушки подогнулись,  и она повисла на руках, но ни плача, ни крика не донеслось.

Ррыл дырявый! Да что же это такое!??

Остановить наказание невозможно, плеть прекратит работу только в двух случаях – если жертва вслух признает вину или если отпущено все количество ударов. Признать вину должна именно наказываемая, но вот удары может получить и другой…

Двадцать пять плетей девушке не вынести!

Князь дернулся к столбу, растерянно посмотрел на обвисшую Лиану, на ее бледное безжизненное личико.

Почему она молчит???

Перевел взгляд назад, выцепив пробирающегося сквозь строй воинов Сияна,  и снова споткнулся о Алану. Княгиня, высунувшись из окна повозки,  радостно смеялась, не отводя взгляда от окровавленной сестры.

Седьмой удар.

Взгляд Рагнара переместился вправо и зацепил  стоящую у своей повозки Ринаю. Кормилица улыбалась и выглядела счастливой!

Но…

 Князь дернулся, подскочил к столбу и, едва не попав под удар плети, вгляделся в лицо девушки.

Восьмой удар.

Алана???!!

Повернулся, нашел взглядом ликующих Ринаю и… Лиану??  И его сердце замерло, а потом понеслось с ужасающей скоростью.

АЛАНА!!! – рев Рагнара, наверное, слышен был на десятки километров.

- Князь, это княгиня, - подтвердил его предположение подбежавший Сиян, - Я вижу ауру. Ее чем-то опоили, она не может говорить. Остановите плеть, она убьет девушку!

Но плеть невозможно остановить!!!

Рагнар дикими глазами смотрел, как орудие наказания разворачивается, готовясь нанести девятый удар. Решение пришло мгновенно – одним движением мужчина подхватил девушку, поднял ее, не давая телу висеть на руках, и подставил себя под плеть.

Плети было все равно, кого наказывать, заклинание вынуждало ее подниматься раз за разом, пока заложенные двадцать пять ударов не были нанесены.

После чего магический палач свернулся и сам вернулся в свой ящик.

Пронзительная тишина звенела над опушкой.  Свидетели наказания, казалось, забыли, как дышать и даже лошади не шевелились.

У столба, покачиваясь, в  окровавленной и изорванной на спине рубашке,  стоял князь, прижимая к себе хрупкую девичью фигурку.

- Князь, надо княгиню перенести в шатер, - первым отмер Сиян и махнул воинам. – Скорее, помогите!

Два воина бросились снимать веревки с рук девушки.

- Я сам, - хрипло пробормотал  Рагнар и,  осторожно перехватив Алану, развернулся с ней в сторону опушки.

Заметил, что голова Лианы  исчезла из окна, как с глаз пропала и Риная,  и отрывисто бросил:

- Самозванку вытащить, связать, запереть. Кормилицу к ней же. Охранять, кормить, поить, никуда не выпускать. Сбегут – всем, кто не укараулил, сниму головы.

 Десяток воинов бросился выполнять и до князя донеслись вопли:

- Рагнар, я же княгиня! Как ты смеешь! Это она во всем виновата, а я наследница и первая! Отпустите меня, как вы смеете! Рагнар! Я маме расскажу-у-у!!! Риная!!!

Мужчина тряхнул головой, возвращая мыслям ясность,  и понес жену, стараясь не трясти.  Но семнадцать плетей много даже для такого крепкого мужчины, как он, поэтому путь его был долог и не совсем прям.

Наконец, он опустил Алану лицом вниз на спешно разложенные на ковре шатра одеяла,  и обессилено прилег рядом.

- Сиян, делай, что хочешь, но моя жена должна выжить! Сначала ты займешься Аланой, когда ее жизни ничто не будет угрожать, обратишь внимание на меня, – успел  пробормотать мужчина, прежде чем  его сознание отключилось.

Глава 10

Боль.

«Если чувствуешь боль, значит, еще жив» - Светлана сама не помнила,  где прочитала это утверждение, но именно оно первое всплыло в голове, когда она очнулась.

«Просто дежа вю какое-то! Надеюсь, я не перенеслась еще  в какую-нибудь  другую никому не нужную женщину»?

Казалось, у нее болело все. Вот совсем все,  даже дыхание отзывалось  болезненными ощущениями. Попытка разлепить веки отдалась в голове, а  намерение пошевелить рукой – огнем опалило спину.

Спину!

Её же выпороли!

И приказ отдал муж.

Князь Рагнар.

Она, как распоследняя  дурочка, которой, к тому же, не больше десяти лет, вляпалась по самые уши в уготованную  кормилицей и сестрицей ловушку.  Бежала на заклание, даже не подумав.

Сюрприз от мужа! Да, он определенно удался, она оценила в полной мере!

Муж.

Сердце полоснула боль, но не физическая, а боль, с которой не справиться при помощи мазей и отваров.

Он её не узнал!

Нет, Света не обольщалась, что всего после пяти – шести дней знакомства многоопытный супруг воспылает любовью к молоденькой девочке, в чье тело ее угораздило попасть.  Она не настолько глупа и наивна, чтобы ждать от Рагнара чувств, но  после того, что между ними было, после этих прогулок, разговоров, купания – Света почувствовала, как покраснели щеки – как он мог не заметить, что ее подменили? Внешне они похожи с Лианой, но  речь, манера вести себя, знания, поведение  - все настолько разное, что в ее голову никак не укладывалось, почему князь не вытряс из сестры правду. Почему, не забил тревогу, не бросился искать? Вернее, искать-то он бросился, но не Алану, а Лиану. И когда ее привезли, то даже не посмотрел толком, сразу сослал под замок, а потом и на порку.

Как жаль, что он не пожелал проверить здоровье Лианы перед наказанием, не прислал к ней Сияна! Уж целитель-то не пропустил бы, узнал бы, объяснил Рагнару, а с неё снял бы молчание! Получается, приговор Лиане вынесли заочно и задолго до ее возвращения. Может быть, у них так принято?

Жуткий мир, жуткие законы, жуткий муж.

Светлана еще раз попробовала открыть глаза,  и с третьей попытки у нее получилось – лежит она, красавица, носом в подушку. М-да, хорошо ее отделал этот  магический шамберьер!

И князь удобно устроился – возит с собой волшебного палача, сам рук не пачкает, и наказание для всех одинаковое. То есть, не получится одного бить сильнее, другого слабее – сила удара всегда одна, разница только в количестве.

Ладно, не Рагнар пожелал поговорить с беглянкой. Ладно, не заметил, что делит шатер и постель с другой. Но почему он не проверил здоровье девушки? Почему заранее не убедился, что она способна говорить, раз уж у них отмена наказания – плачь и раскаянье?

О, будь у нее возможность, она бы не молчала, и выложила бы мужу все, что думает о нем и дурацких законах еще до первого удара!  А там можно и покаяться, лишь бы прекратить истязание, если бы князь сам его не отменил – не успел или не смог.

А теперь она лежит избитая, едва живая, ненужная…

Слезы закапали из глаз, впитываясь в мягкую ткань подушки.

Опять ненужная, всегда ненужная! Бросили где-то одну, даже служанку не посадили рядом!

Девушка осторожно,  постоянно ожидая вспышки боли, повернула голову на бок.

Стена. Окно.

С предосторожностями проделала обратный «путь» и двинулась в другую сторону.

О! Сатрап иномирный. Оказывается, не бросили одну. Вон, спит, сидя. Нет, сидит, спя.  Тьфу, как правильно сказать-то? Сидит у кровати на чем-то и дремлет, откинув голову на спинку.

Какой-то зеленовато-желтый на вид.  Или это у нее вместе с речью цветопередача нарушилась?

Явно не шатер, какая-то комната.

Светлана оторвала взгляд от Рагнара и попыталась осмотреться, но с ее ракурса видно было мало, а повернуться или приподняться не давала боль в спине.  Устав, Светлана опять уткнулась носом в подушку и тут же услышала, как кто-то вошел.

- Рагнар, зачем вы опять здесь? – судя по голосу, советник Никодий.

- Что? А? А, это ты. Немного задремал. Как она?

- Она спит, потихоньку выздоравливает и скоро встанет, а вы, если продолжите себя истязать, скоро сляжете. Или вы думаете, что раз Сиян залечил все последствия, то отдых организму не требуется?

- Я здоров, - пробурчал Рагнар. –  Зашел на минутку.

- На минутку? Служанки ожидают за дверями с вечера, зайти не могут! Уже утро, князь! Сейчас явится целитель осмотреть княгиню, служанкам надо перестелить постель, а тут вы сидите в виде то ли ожившего мертвеца, то ли, недобитого  лиходея. В конце концов, князь у Мадраскара единственный и заменить его некем, вы обязаны думать не только о своих чувствах, но и об империи!

- Не ворчи,  княгиня тоже единственная.

- Княгиня у  вас уже третья, - возразил советник. – Если с ребенком не сложится, неважно, по какой причине, то наследник тоже есть – Критен.  Да и княгиню заменить можно, пусть не брак будет, а просто любовница. Вас же заменить нельзя! От вас зависит целая империя, вы обязаны заботиться о своем здоровье!

- Вот прилип, - послышались звуки отодвигаемого стула, тяжелые шаги, князь подошел к кровати и наклонился над девушкой. – Все спит и спит, третий день уже!

- Так Сиян ей снотворное дает. Как только выяснилось, что ее тело отвергает целительную магию и рубцам придется заживать естественно,  он сразу напоил княгиню специальными отварами и зельями. Сон лечит, во сне заживление идет быстрее.

- Да знаю я, знаю! Просто это так мучительно, когда от тебя ничего не зависит! Идем, мне надо в купальню,  и займемся делами.

Мужчины вышли, но тут же в комнате появился еще кто-то. Светлана почувствовала, как ей поправляют подушку, осторожно придерживая тело, чтобы оно не сотрясалось.

Спина болела, но если не шевелиться, то было более-менее терпимо.

- Целитель! – раздался голос Деяны. – Мистрис спит.

- Сходи, принеси горячей воды, будем обмывать раны, - велел Сиян. – И позови вторую, поможете.

Торопливые шаги, хлопнула дверь, и Света решила открыть глаза.

- Я рад, мистрис, что вы проснулись, - отреагировал Сиян. – Надо передать князю,  он просил сообщить ему сразу.

- С-с-стойте, - у Светланы вырвался шепот – надо же, дар речи вернулся! – Он только что был здесь, не надо его звать.

Она повернула голову набок и попыталась поймать взгляд целителя.

Старичок вздохнул и присел на тот же стул,  на котором ранее дремал ее муж.

- Как вы себя чувствуете? Что-нибудь хотите? Где и как болит?

- Чувствую, будто меня переехал грузовик.

- Мистрис?

- Будто по мне проскакал табун лошадей, - пояснила Света. – Болит, наверное, почти все, но не настолько, чтобы пить обезболивающее. Хочу закрыть глаза и умереть.

- Что вы, мистрис! – переполошился Сиян. – Даже думать о таком не смейте! Вы скоро выздоровеете! Если бы у вас не были отрезаны волосы, я бы все залечил за час, но теперь, временно, на вас целительская магия не действует.

- Это как? – заинтересованно переспросила Светлана. – Мне говорили, что если отрезать волосы, то на некоторое время женщина не может пользоваться даром. Я могла магичить и стриженая, пока мне блокиратор не надели.

- С вами все сложнее, мистрис, - разговаривая, Сиян постепенно обнажал спину княгини, снимая с нее куски пропитанной лечебными мазями ткани. – Вы можете пользоваться своим даром, но зато, не воспринимаете целительскую магию, пока не отрастут волосы.

- То есть, как обещал князь, через два дня вы не смогли бы восстановить мою гриву?

- Увы! – вздохнул Сиян. – Мы сами не знали об этой вашей особенности. Пока не отрастут волосы, вам нужно очень беречься и избегать любых повреждений. Но я применяю травяные отвары и бальзамы для роста волос, да и ваш организм тоже старается, поэтому, мы надеемся, что ваши косы отрастут быстрее.  Ждать несколько месяцев не придется.

Светлана прикрыла глаза, прислушиваясь к осторожным манипуляциям целителя.

Получается, поддавшись импульсу и отрезав «назло князю» косы, она в первую очередь, наказала сама себя. Как там говорилось? «Назло маме отморожу уши»! Вот! Она именно так и поступила.

Один необдуманный поступок потянул за собой целую цепочку неприятностей.

- Никто не должен знать, мистрис, что вы  пока отторгаете целительскую магию, - продолжал Сиян. – Это делает вас очень уязвимой, поэтому даже ваши служанки думают, что вас лечат без магии, чтобы наказать за опрометчивое поведение.

- О, как! Меня мало наказали? – попыталась усмехнуться Света и тихо охнула, когда от резкого движения зажгло спину. – Князю мало порки?

- Мистрис, это версия для всех остальных и выдвинута она ради вашей же безопасности!  Другого правдоподобного объяснения, почему вас не вылечили за полдня, невозможно придумать.

- Да я понимаю, - согласилась Света. – Но зачем что-то выдумывать? Как я помню, князь был вполне доволен заменой. Вырастить Лиане косы, чем не княгиня? И врать никому не надо.

- Мистрис, что вы такое говорите? Князь чуть с ума не сошел, когда понял, что подверг наказанию вас, а не Лиану! Он вас спас от плети, она бы забила вас до смерти, ведь признать вину вы не могли!

- Отменил заклинание, остановил кнут – это спас? Удивительно, такие жертвы с его стороны! Если бы князь был более внимателен, он заметил бы, что спит не со мной, а с Лианой. А если бы поговорил с беглянкой или, хотя бы, попросил вас проверить ее здоровье, то подмена вскрылась бы до наказания.

- Мистрис, - слышно было, как тяжело вздохнул целитель. – Князь не спал с вашей сестрой! Он с ней эти два дня не разговаривал и если и видел ее, то только издали. Она объявила, что у нее женские дни и поэтому она не желает, чтобы муж с ней ночевал и обедал и  вообще хочет побыть в одиночестве. И тут же стало известно, что убежала ваша сестра. Дальше князю было уже не до разговоров с женой. Он эти два дня с коня не слезал, вместе с воинами прочесывая лес. Мы пытались найти беглянку магией, но она путалась, и мы не поняли, из-за чего, поэтому тоже много времени было потеряно.  У Рагнара не было возможности приблизиться к Лиане, иначе он, я уверен, быстро бы ее разоблачил.

Светлана тихо фыркнула и поморщилась, получив отзвук боли.

- Мне незачем вам лгать, - мягко продолжил целитель. – Да я и не имею такой привычки. Когда лиходеи вас привели и сказали, что подобрали где-то в лесу, то добавили, что вы искали повозку до Ритании и передали с вами сумку с одеждой и украшениями. Все указывало, что вы – он думал, мы все думали, что это Лиана – что Лиана решила сбежать. Вы же помните, что накануне она примерным поведением добилась, чтобы с нее сняли запрет  на перемещения  по лагерю.  А потом тихо собрала сумку и в удобный момент ушла со стоянки. Никому в голову не пришло, что девушка  способна на такое неслыханное непослушание, за ней и не следили! Вина Лианы была неоспорима и не требовала ни расследования, ни разговоров.  Это очень серьезный проступок, тем более, Лиана проявила неповиновение не в первый раз, поэтому князь надолго не оттягивал,  и наказание было произведено в кратчайшие сроки. Вас спасло чудо и наблюдательность Его Светлости!

- Даже если человек виновен, он имеет право на оправдание или хотя бы объяснить свой поступок, - ответила Светлана. – Иногда улики указывают на одного, а он вообще ни при чем. Нельзя выносить приговор без беседы и расследования!

- Что такое «улики»?

- Например, сумка, которую мне вручил слуга и с которой меня нашли. Я ее не собирала, просто пришел слуга, один из тех, кто ехал с отрядом, я его не один раз видела в лагере. Сказал, что меня срочно зовет муж, что я должна отнести ему вот эту сумку и что это сюрприз для меня. Я и пошла, потому что князь утром мне пообещал сюрприз и сказал, что пришлет слугу. Получилось, сумка стала доказательством, что я приготовилась к побегу, но на самом деле все было не так! Меня подставили. Поэтому нельзя выносить приговор по одним только внешним признакам, не узнав всего досконально.

- Так вот как вы оказались в лесу! Но вы тоже допустили нарушение - ни при каких условиях вы не должны были идти за слугой без охраны!

- Сама ушла, - горько подтвердила Светлана. – Еще и переоделась, как велел слуга. Мол, все это по просьбе Рагнара. Но если бы лиходеи не напоили меня молчальником, так далеко не зашло бы – я бы кричала и ругалась  и не позволила бы себя исхлестать.

- Да, это хороший урок всем нам. И вам в том числе. Любой ваш поступок будет иметь последствия, поэтому прежде чем что-то сделать, надо все взвесить. И, княгиня, я понимаю, что вы обижены, что вам пришлось перенести больше, чем выдержит женщина. Понимаю, что муж вас разочаровал, раз не смог защитить. Но прежде чем вы сделаете выводы, просто послушайте. Что вы знаете о магических наказаниях с помощью плети или кнута ?

- Удалось накоротке познакомиться с плетью. А что, еще и кнут бывает? Кого им секут?

- Да, еще есть магический кнут, им наказывают мужчин. Нет, я спросил, знаете ли вы, про то, как происходит  активация наказания?

- Не очень много, только то, что надо просить прощения,  тогда наказание будет завершено.

- Магическая плетка получает задание на определенное количество ударов для определенного человека. Она сразу остановится, если этот человек произнесет «я виноват», «простите», «я все понял и раскаиваюсь», в противном случае она отпустит столько ударов, сколько было назначено.  Повиниться должен именно наказываемый, плеть не остановится, если кричать «я виноват» будут другие. Двадцать пять плетей женщине не выдержать, все это знают, но также все знают, что женщина может остановить плеть в любой момент и больше одного удара еще ни одна не получала. Никто и предположить не мог, что вас лишат голоса, и вы не сможете повиниться. Когда князь понял, что наказывает не Лиану, а жену, то он сделал единственное, что было возможно в той ситуации – закрыл вас своим телом.

- Рагнар?

- Да, он поднял вас на руках и прижал к себе. Для магии плетки вы были единым целым. Вам досталось восемь ударов, остальные семнадцать принял на себя князь. Он был довольно плох по окончании, и мне пришлось восстанавливать его в течение целой ночи.

- Но  почему он не отправил кого-нибудь из воинов? Зачем надо было принимать все оставшиеся удары одному? Или почему не отвязал меня и не унес от столба в сторону?

- Это невозможно. Когда заклинание произнесено,  то образуется связь между наказываемым, тем, кто активировал плеть и самим магическим оружием. Если бы вас отвязали и пытались унести, плетка двигалась бы следом, не прекращая ударов. Если бы вместо князя свою спину подставил кто-то другой, плеть убила бы его и продолжила наказание. У Его Светлости не было другого выхода, и мы благодарим Триединого, что он так быстро всё понял и  отреагировал.

- Сейчас заплачу от умиления, - прошептала Светлана. – Практически, спаситель, а то, что все произошло по его недосмотру – это мелочи. Правда, я тоже руку приложила, повелась, как ребенок, но я женщина, мне, наверное, простительно. Как-то все одно к другому приложилось, просто какое-то трагическое стечение случайностей.  Интересно, если бы это произошло уже после того, когда я родила князю наследника, стал бы он подставляться ради ненужной жены?

- Мистрис,  все обязательно образуется! Не спешите судить, иначе, вы сделаете ту же ошибку, что и ваш муж. Давайте, я обработаю вашу спину, служанки уже несколько минут под дверью толкутся.  Я ее закрыл, чтобы нам не помешали и не услышали, что не предназначено. Потом вы покушаете, выпьете отвары, мы помажем волосы бальзамом. А то скоро вернется князь, и мы не успеем все это проделать.

- Он обязательно придет? Может быть, не надо? Я не готова разговаривать с ним.

- Обязательно придет. Он запретил мне лечить себя, пока не миновала опасность для вас и эти три дня почти не отходит от вашей постели. Поверьте, он потрясен и считает, что виноват только он. Если вы оттолкнете его, это не пойдет ни ему, ни вам на пользу, а вам еще жить и жить!

- Мне его, может быть, еще пожалеть надо? – вздохнула Светлана. – Вас послушать, так он чуть ли не святой. И судя по первым дням после замужества, «жить и жить» под большим вопросом!

- Он живой человек, мистрис! Мы все допускаем просчеты, не исключение и князь. Но он берет ответственность за все свои ошибки и умеет делать выводы. Повторяю – не спешите!

- Кстати, а где сестрица и кормилица? Ведь это все Риная задумала, она мне рассказала, пока мы сидели вместе в повозке!

- Под строгой охраной, сидят и ждут, когда вы выздоровеете. Князь сказал, что решать их судьбу будете вы, конечно, не единолично, но  именно вы выберете им наказание из нескольких предложенных вариантов.  Все, мистрис, я открываю дверь и зову служанок!

***

Полк остался в небольшой роще на границе владений  баронета Виско, а «свадебный отряд» был вынужден остановиться в  самом поместье.  Для Рагнара и его княгини освободили лучшие покои, но в своих князь почти не появлялся, проводя все время подле жены.

Купание освежило, в голове появилась ясность, веки не пытались  закрыться при каждом моргании.  Однако если в ближайшее время он не выспится – лежа в кровати, а не сидя у кровати – то неминуемо  заснет на ходу.

Мужчина потер лицо и присел к столу, рассматривая ворох  прибывших накануне вестников. Ох, как некстати новая остановка! Он рассчитывал вернуться на днях, но теперь придется ждать, когда княгиня без вреда для здоровья сможет сесть на лошадь или ехать в повозке.

Ррыл дырявый! Столько оплошностей и ошибок он не допускал со времен отрочества, впору на наличие порчи проверяться!

С Тиной было все настолько мимолетно и скоротечно, что он и осознать себя женатым не успел. 

Отец сам сговорился с королем Истилии,  Рагнара и Тину просто поставили перед фактом. Свадьба, брачная ночь, а потом он почти сразу  уехал в Ританию, затем Сразию и так и мотался по делам империи, пока его не настигло известие, что Тина умерла, пытаясь дать жизнь их первенцу.

Горевал ли он? Да, было грустно, но большой боли от потери он не испытал. Жалко девочку, но что ж теперь, смерть женщины от родов временами случается.

В Сразии Рагнар провел довольно много времени, исполняя роль связующего звена между наместником и князем Мадраскара – Ратмиром.  Часто присутствовал на приемах, видел дочь наместника, красавицу Льясу. Она по-настоящему понравилась Рагнару. Яркая, веселая. Сколько чудесных дней и ночей провели они вместе! Вот тогда-то Рагнар и вспомнил  об участи первой жены и, как мог, оттягивал зачатие наследника, подарив им с Льясой пять лет счастливой жизни.

Но Льяса очень хотела ребенка и однажды он не устоял. Княгиня забеременела, но об этом  они не успели почти никому сообщить, знали только они сами, Сиян и сестра с матерью. Рагнар планировал объявить о знаменательном событии на пиру после большой охоты в день Осеннего Равноденствия.

Князь вздохнул, вспомнив тот страшный для него день – Льяса упала вместе с лошадью в ловчую яму, напоровшись на колья.  Шансов у нее не было никаких.

Как это случилось, почему конь оступился, зачем вообще княгиня прискакала в эту часть лесных угодий – все это осталось загадкой.

Охота  шла, как заведено – загонщики с собаками выгоняли зверя и гнали его в сторону приготовленных ловчих ям и засады из знатных охотников. Жены и дочери должны были не спеша ехать в полной безопасности позади цепи загонщиков и достичь ям и засады, когда со зверями уже было бы покончено.

Но что-то пошло не так, княгиня оказалась там, где быть никак не должна была.

Ох, и запил же он тогда! Наверное, целый месяц выпал из жизни. Только благодаря Сияну да поддержке матери и сестры он тогда и оправился.  Сестра даже переехала в его дворец вместе с маленькими Критеном, новорожденным Сигуром и окружила брата поистине неоценимым вниманием и заботой.

После Льясы Рагнар даже думать не хотел о женитьбе.

Женщин, готовых скрасить его досуг, всегда было в избытке. Мужчине не надо было напрягаться, ухаживать, изобретать что-то – достаточно было передать со слугой, что он хотел бы видеть  наедине ту или эту.

К сожалению, он не сразу понял, что каждая из временных любовниц мечтает стать постоянной и не только любовницей, поэтому пережил несколько неприятных сцен. Когда он сообщал, что в услугах дамы больше не нуждается, что ей за оказанные князю услуги выделена солидная сумма и поместье, а так же,  может быть оказана помощь в выборе мужа, большинство были рады и благодарны. Но три или четыре женщины  устроили скандалы, из которых Рагнар, к своему изумлению, узнал о больших матримониальных планах любовниц.

С того времени он не держал одну и ту же женщину дольше полугода, предпочитая ограничиваться месяцем-двумя или вообще одноразовой встречей.

Время шло, окружающие все настойчивее и настойчивее напоминали князю о его долге перед государством – родить и воспитать наследника. Любовницы на роль матери наследника никак не годились, и тут от Лорена тир Гранд пришли  отчаянная просьба о мире и предложение  руки его дочери.

И теперь у него есть Алана. Его последняя княгиня. И  последняя надежда родить наследника.

Ррыл знает, почему все сразу пошло наперекосяк?

Девчонка не особенно понравилась внешне, слишком молодо и недозрело выглядела.

О чем ему с ней разговаривать? С Льясой они и спорили, и смеялись, она, порой, давала дельные советы, но чаще просто веселила нелепыми предположениями и идеями. Его вторая жена делала все так легко и открыто,  что он ни разу не смог на нее всерьез рассердиться. Наверное, он полюбил ее, ведь после гибели Льясы долго не мог прийти в себя.

А Алана оказалась совсем другая. Намного моложе, но временами князю казалось, что внутренне она значительно умнее и старше.  Он не всегда понимал, что она говорит  и почти никогда не мог предугадать реакцию жены на то или иное свое действие. Она искренне радовалась коню, восходу солнца или когда у нее получилось магичить. И осталась равнодушной, когда он подарил ей сундучок с украшениями. Она старательно избегала физического контакта с ним, но неожиданно остро и чувственно отреагировала на его ласки. Сходу выдала жрецам решение проблемы близнецов, но растерялась, обнаружив за ширмой горшок.  Постоянно забывала закрыть волосы, но ни разу не забыла взять морковку для текинца или поблагодарить служанку.  Стиснув зубы, молча, она вытерпела обряд чистоты и не упрекнула  его за боль и страх, которые пережила. А потом  отрезала косы, стоило ему отругать ее за слетевшую накидку.

Непостижимая, непредсказуемая, необыкновенная!

Алана притягивала его, но князь ощущал себя мотыльком, упорно летящим на свет лампы. 

Наверное, было бы правильным сразу отказаться от женитьбы на дочери Лорена, но Никодий так расписывал выгоду, упирался на последний шанс… А теперь он и сам ни за что с княгиней не расстанется. По крайней мере, пока не разгадает все ее загадки.

Вот что ее понесло в лес? Что заставило переодеться, собрать сумку и бежать?

Ведь у них была такая чудесная ночь, да и утро подарило радость. Он чувствовал, что жена оттаивает, что начинает если не доверять, то, как минимум, перестает видеть в нем врага и чужого.  Что же случилось за те несколько часов с момента, когда он покинул княгиню и до ее побега? Почему кормилица сестры кричала, что пропала Лиана? Почему Лиана оказалась в платье и в повозке княгини?  Неужели, то хрупкое и чистое, что он почувствовал в эмоциях жены, когда они ночью были близки – притворство? Неужели, она готовила побег, усыпляя его, изображая страсть и удовольствие?

Рагнар взъерошил волосы, вспоминая.

Нет, это не было притворством, он это точно знает!  Но тогда – почему? К кому она бежала? Неужели, хотела догнать магистра с дочерью?  Быть приживалкой лучше, чем княгиней?

Сколько вопросов и ни одного ответа!

Князь рассеянно переворошил вестники, но мысли  не переключались.

Он вспомнил, какой испытал ужас, узнав, что у столба не Лиана. Вспомнил обмякшее тело в руках и ее кровь, мгновенно пропитавшую его рубашку. Вспомнил, как сидел у кровати, часами вглядываясь в затылок жены и ее спину с повязками, мучительно пытаясь найти ответ – почему она убежала?

А известие, что организм Аланы отторгает целительскую магию,  вообще повергло в шок. Как ему теперь защищать ее?

Когда княгиня отрезала волосы, её магия не замерла, как происходило у других  остриженных одаренных. Но взамен пропала возможность лечиться магией  и посветлела до практической невидимости брачная татуировка. Сиян уверил, что отрастут волосы и все вернется, но это было слабым утешением – когда еще они отрастут до прежней длины?

Да, еще надо разобраться, что случилось с браслетами на обеих девушках. Почему, когда он пытался сначала вернуть, а потом просто  определить местоположение Лианы, у него ничего не получилось? Хорошо, у Аланы однажды  подчинение дало сбой, видимо, ее дар позволяет ей сопротивляться приказам извне. Возможно, её дар даже смог отключить маяк на браслете. Но почему не сработал и браслет Лианы? Ведь он принялся искать именно ее и пытался через браслет заставить девушку вернуться! Сдается ему, что эта кормилица не так проста, как ему показалось сначала. Никто другой не смог бы заблокировать действие браслета Лианы. Интересно, неужели, Риная думала, что, убрав Алану, она сможет заменить ее сестрой и, главное, что он согласится на такую замену? Или надеялась, что он не заметит разницы? Нет, эта версия совсем не годится – перепутать сестер невозможно. Вот взять воду – вроде, она одинаковая пресная и прозрачная вода – и в придорожной луже и в бурной реке. Но достаточно одного взгляда, чтобы увидеть разницу.

Скорее бы Алана проснулась и поправилась настолько, что с ней можно было поговорить!

Прежде чем принимать решения, он должен понять, что случилось.

- Князь!

- Да, Сиян, входи, - Рагнар устало откинулся на спинку стула. – Что княгиня?

- Проснулась. Стойте, не ходите пока к ней! – целитель едва успел  остановить рванувшегося к двери мужчину.

- Не ходить? С ней все плохо? Ты ее снова усыпил?

- Нет, мистрис не спит. Я обработал ее раны, но сонный порошок давать не стал.

- Тогда почему мне нельзя к ней?

- Вам можно, - вздохнул Сиян.- Но лучше немного подождать. Княгине сильно досталось, дайте ей время прийти в себя.

- Она не хочет меня видеть? – догадался Рагнар. – Но мне необходимо поговорить с ней. Надо разобраться, что здесь творится!

- Не то, чтобы совсем не хочет, скорее, не хочет прямо сейчас, - ответил Сиян. – Вы еще успеете поговорить и расспросить. Кстати, а что рассказали кормилица и сестра?

- Ничего, - буркнул князь. – Я к ним еще не заходил.

- Можно пока их допросить, а когда княгиня сама позовет, то поговорите и с ней, - предложил целитель.

- Не хочу их видеть, боюсь не сдержаться, да и бессмысленно сейчас с ними разговаривать.  Вон, - князь кивнул на кучку вестников. – Есть чем заняться. Сначала поговорю с женой,  через несколько дней  выслушаю, что поведают кормилица с Лианой.

- Князь, а не зря ли их вместе заперли? – осторожно предположил целитель. – Конечно, в государственных делах или в ведении допросов я не очень разбираюсь, но две сидящие вместе испуганные женщины, спасая свои жизни, непременно выдумают такую историю, что им и камень поверит.

- Не выдумают. Вернее, не смогут договориться, - отрезал Рагнар. – Я велел обеих напоить молчальником, благо, у лиходеев его приличный запас обнаружился. Чем он хорош – магически его действие невозможно снять, так что пусть сидят и молчат. Авось, в мозгах просветление наступит или, наоборот, накрутят себя до предела и сразу все выложат.  Как здоровье княгини? Есть улучшения?

- Заживает понемногу и волосы хорошо растут. То ли мои отвары и бальзамы помогают, то ли магия княгини способствует. Князь, - целитель немного помолчал, собираясь с мыслями. – Княгиня не убегала, ее обманули.

- Откуда ты знаешь? – резко приблизился Рагнар, наклонился, пытливо всматриваясь в лицо Сияна.

- Княгиня рассказала. Без подробностей, конечно, но в целом картина получается такая: кто-то узнал, что вы обещали жене сюрприз и сказали, что пришлете слугу. Когда она кормила текинца ее позвал слуга, сказал, что вы ее зовете, дал ей сумку, мол, вы велели принести и отвел в лес, утверждая, что ведет к вам.

- Вот, как? Если правда, то это многое объясняет.

- Думаю, правда.

- Посмотрим.  Там лиходеев немного помяли, пока вязали, загляните к ним, как время будет. Ничего такого не надо, просто посмотрите, чтоб были в памяти,  и говорить могли.

- Лиходеев?

- Ну, а что думали, что я их отпущу? Нет, пока все не выясню, всех придержу.

- Воля ваша, - согласился Сиян. – Пойду, посмотрю, насколько «немного» ваши воины их помяли.

Оставшись один, Рагнар все-таки просмотрел вестники, быстро отправил ответы по большинству из них, но один придержал.

Интересно,  Аскотт  руми Салер выехал навстречу «свадебному отряду», по пути оставив в княжеском дворце жену и детей. Впрочем, Критена уже не назовешь ребенком, восемнадцатый год парню. Кто же едет – главный военачальник Мадраскара, зять Рагнара или отец Критена?

В связи с происшедшим, подозрительность князя утроилась, и он теперь  любой поступок любого подданного рассматривал с разных точек зрения.

Совпадение или нет,  но в момент гибели и Тины и Льясы,  семейство руми Салер находилось у князя в гостях.

Рагнар потряс головой, отгоняя мысли – этак он до чего угодно додумается! Зачем  сестре и зятю ему вредить, ведь стараниями брата, Мариолла ни в чем не нуждается, ее муж обласкан почестями и высоким чином,  сыновья получают лучшее воспитание, он всегда рад их  видеть.

Потом, после смерти Тины и особенно, Льясы, было проведено тщательное расследование, которое показало  трагические случайности и отсутствие злого умысла. Тине было всего шестнадцать, ее организм просто не справился с вынашиванием и родами. А Льяса в азарте погони увлеклась и случайно опередила линию загонщиков. Затем на нее выскочил волк, конь испугался, шарахнулся и оступился.

Аскотт  едет, чтобы приветствовать княгиню и встретить невесту сына.

Увы, бывшую невесту, но зять об этом пока не знает.

После всего случившегося, а еще ввиду бесплодия Лианы, Рагнар не имеет права  вводить в семью эту ходячую неприятность.

После того, как он лично  выяснит, какую роль Лиана сыграла в последнем случае с Аланой, можно будет подумать, куда спровадить  проблемную и бесполезную свояченицу.

Голова опять потяжелела, веки стали свинцовыми, и Рагнар не выдержал, дал себе зарок, что поспит только час, перешел на низкий диван и мгновенно отключился.

Судя по солнцу, проспал он не час, а все три или даже больше и чувствовал себя намного бодрее.

- Свен, узнай, как княгиня, - крикнул слуге, направляясь в купальню.

День клонился к закату, а у него еще ни крошки во рту не было. Есть хотелось зверски.

Пока Рагнар размышлял, что лучше -  приказать подать еду сюда или спуститься в столовую, вернулся Свен.

- Служанка мистрис, Деяна, передала, что мистрис лучше. Она сейчас кушает.

Решение возникло мгновенно – он поест вместе с женой!

Да, целитель намекал, что Алана не хочет его видеть, но это было три часа назад. Может быть, княгиня уже передумала? В любом случае, он идет к ней.

       Все время лежать было неудобно, а принимать пищу, лёжа, тем более. Но выхода не было – спина отзывалась болью на каждую попытку изменить положение.

- Потерпите, мистрис, раны только-только схватились, кожица еще очень тонкая и нежная, поэтому лучше поменьше двигаться, - увещевал Сиян. – Еще день-два и вы сможете и сидеть и ходить.

Попытку Деяны накормить ее с ложки, Светлана отвергла - что она, недееспособная, что ли?

Тогда служанка поставила блюдо прямо на подушку, дала ложку и отошла, скорбно вздыхая.

- Сходи, сама поешь, - разрешила Света. – Да не смотри так, ничего со мной не случится! В тарелке мне не утонуть, в окно не выпрыгну – встать еще не могу. Да не пугайся, это я шучу так. Неудачно. Иди, поешь, я справлюсь. Возле дверей охрана, мне ничего не угрожает.

Деяна с сомнением посмотрела на княгиню, но не стала спорить и вышла.

Светлана, морщась, приподнялась на локтях и ухватила ложку.

Суп вкусный, но надо черпать поменьше, а то половина расплескивается, пока до рта донесется.

Сзади открылась дверь,  и Света с досадой проговорила:

- Я же велела тебе идти и поесть!

- Я и пришел поесть, - голос Рагнара.

Света вздрогнула и ложка, звякнув, выпала из руки в тарелку.

Муж подскочил, придержал, не касаясь пострадавшей спины, как маленькой, вытер подбородок от брызг, подсунул ей под грудь еще одну подушку, так что девушка теперь не висела на локтях,  и подобрал ложку.

- Суп сегодня очень удачный – наваристый, ароматный! Отрывай рот!

Как под гипнозом, Светлана послушалась.

Есть так было намного удобнее и ни капли не проливалось.

Когда тарелка опустела, Рагнар опять промокнул ей рот и подбородок и спросил:

- Что еще хочешь? Здесь жареные цыпы, рыба в сметане, тушеные овощи, колбаса, отварная оленина.

- Жареного цыпленка.

Князь невозмутимо пододвинул блюдо, быстро покромсал птичку и прямо руками принялся подносить  по одному небольшому кусочку.

Светлана старалась брать аккуратно, но нет-нет да ее губы прихватывали вместе с мясом и палец Рагнара. Это было… волнующе?

Светлана скосила глаза, пытаясь поймать лицо мужа, но перед носом возник следующий кусочек.

- Вкусно? – ровный голос князя.

- Вкусно.

- Еще что-нибудь?

- Нет, спасибо, я вполне сыта.

- Но отвар или взвар? Запить-то надо!

- Взвар, - решила Светлана, гадая, как князь будет ее поить.

Мужчина опустился на колени перед кроватью и поднес чашку с напитком, осторожно  наклонив край так, чтобы Светлане было удобно пить.

Стукнула дверь, кто-то еще вошел.

- Поставьте все на стол, - не поворачивая головы, бросил князь.

Глухо звякнуло, шаги, хлопок двери и опять они вдвоем.

- Еще взвар? – спросил муж, когда чашка опустела.

- Нет, спасибо.

- Тогда давай, я устрою тебя поудобнее, а потом и сам поем. Так проголодался, что готов сырое мясо есть, - добродушно проговорил мужчина, поправляя подушки и помогая жене лечь.

Светлана  повернула голову и с интересом наблюдала, как супруг расправляется с принесенными ему кушаньями.

Да, голодный мужчина – страшное зрелище.

Нет, Рагнар не особенно чавкал или швыркал, но скорость, с которой он закидывал куски в рот, как поленья в топку, поражала.

Видимо, на самом деле очень проголодался, вон, как мечет!

Интересно, зачем он пришел к ней? Ругать будет.

Света вздохнула – а заслужила же! Одна радость, он сейчас поест и подобреет. Порку она так и так получила, вряд ли князь придумает что-то еще в наказание, хотя с него станется!

Хорошо, что Сиян успел ей кое-что рассказать, а то она себе такого бы навыдумывала!

   Рагнар поел и отодвинулся от стола, чувствуя, как сытостью наливается тело и опять подкрадывается предательская дремота.

Покосился на кровать  - широкая же, он может прилечь с краешку и не заденет жену, не потревожит…

- Ты не возражаешь, если я лягу? Я осторожно и тебя касаться не буду.

Светлана удивленно захлопала глазами – он это ее спрашивает? Прилечь рядом? А как же выговор за нарушения и разбор полетов?

- Не возражаю, - выдавила она, ошарашено наблюдая, как мужчина снимает безрукавку, потом рубаху, потом штаны и осторожно укладывается сбоку.

- Эх, накрыться бы чем, - бормочет Рагнар. – А то зайдет твоя служанка, да обомлеет.

- Покрывало где-то сзади лежало, -  отмерла Светлана, вспомнив, как постель перестилала Деяна.

- А, вот оно. Замечательно, - муж повозился и затих.

Светлана считала минуты. Рагнар молчал.

Что, даже ругать не будет и ничего не спросит?

Басовитый храп  разнесся по комнате, и Светлана неожиданно для себя тихо рассмеялась.

Вот вам и сатрап иномирный -  поел и баиньки, как обычный мужик.

Как там, в русской народной мудрости – сказках – рецепт правильного ведения допроса? В баньке попарь, накорми, спать уложи, а утром и расспрашивай.

Неужели,  в Мадраскаре тоже есть такие сказки или Рагнар случайно угадал? Впрочем, баньки-то не было! Не выдержит ее спина баньку, а мягкими тряпочками ее по нескольку раз на день Деяна обтирает. Считается это за баньку?

Господи,  что за идиотские мысли в голову лезут?

Выпороли-то  чужое тело, но болит у Светланы. Хотя, кого она обманывает? Её это тело. Теперь её тело и жизнь иномирная тоже  её. Значит, хватит витать в облаках и надеяться, что «само рассосется».

Светлана покосилась на мужа –  не подгреб бы ее по привычке. Есть у него стремление грабастать все, до чего руки дотянулись.

Но сатрап выводил носом рулады и руки держал при себе.

Незаметно для себя, Света уснула,  и снилось ей, что лежит она, вернее, ее прошлое тело, все в трубочках и клеммах в какой-то больнице, а рядом стоит ее мать и ругается с врачами, требуя… отключить аппаратуру?! Мол, это и не человек уже, а растение, столько времени в коме, и ей самой жить тошно. Но врачи любящую родительницу из палаты вытеснили и что дальше, Света уже не видела и не слышала.

Проснулась, как от толчка и несколько секунд пыталась понять, где сон, а что явь.

Ведь, если ее тело там, в Москве, до сих пор живо, то, может быть, у нее есть шанс вернуться?

Рагнара в кровати не наблюдалось, но прежде чем Света успела удивиться, дверь открылась – девушка уже знала, что там купальня – и муж вышел подозрительно румяный и довольный жизнью.

- Выспалась? Сейчас впущу служанок, они помогут привести тебя в порядок, а потом позавтракаем.

Хм, князь продолжает играть роль «доброго полицейского»?

После того, как все утренние процедуры и завтрак завершились, супруги остались одни.

Светлана, чувствуя, что Рагнар стал серьезным, напряглась и сама.

- Алана, - начал сатрап, подсаживаясь так, чтобы видеть лицо жены. – Что ты знаешь о магических наказаниях через плеть?

«Не оригинально – целитель то же самое уже спрашивал», - про себя.

- Что надо попросить прощения, признать вину, и она остановится, - вслух.

- И все?

- Я знаю, что ты подставил свою спину, закрыл меня, когда понял, что я потеряла сознание.

- Ясно, практически ничего не знаешь. Мне очень хочется повернуть назад и лично придушить твою… матушку.  Одна дочь выросла в невежестве и пренебрежении, вторая – во вседозволенности и потакании любым капризам, - Рангар покачал головой и продолжил. – Много веков назад один умный князь – Рэнлиф – обратил внимание, что при наказаниях аристократов один и тот же палач бьет по-разному. Пять ударов кнута могли оставить синяки, а могли убить и люди знали это, поэтому родственники приговоренных старались задобрить палача, что бы он бил мягче. А еще он заметил, что были случаи, когда наказанию подвергались невиновные. Оговорили человека или он просто попал под руку, а настоящий преступник остался безнаказан.  Рэнлиф был сильный маг и очень умный человек, он решил, что нужен такой исполнитель приговоров, которого нельзя подкупить, который ровно относится ко всем. Сила удара также должна быть одинакова для всех и еще – он не должен наказывать невиновных, если вдруг люди, проводившие расследование, ошиблись.   Спустя некоторое время для наказания знатных подданных Рэнлиф создал магическую плеть и магический кнут, а так же, заклинание, которое запускало их в действие.   Я – потомок Рэнлифа, поэтому только мне подчиняются магические палачи,  и только я могу их  запустить. Для этого мне необходимо вслух произнести, какой проступок совершен,  и назначить количество ударов, а дальше все сделает магический палач.  Я могу не называть имя провинившегося, но должен четко назвать сам проступок – в какой день и в каком месте он совершен и в чем заключался.  Если после запуска заклинания, палач не станет бить,  это сигнал, что человек не виновен.  Кстати, несколько раз было, что  обвиняемые сами просили проверку кнутом или плетью, если не могли иначе доказать свою невиновность. Благодаря магии, кнут и плеть бьют всегда с одинаковой силой и сразу останавливаются, если наказываемый признает свою вину. Не  просто кричит «больше не буду»,   а понимает, что виноват, и что больше такого не допустит.   И если человек не желает громко признавать вину, а такие всегда были, но внутренне он знает, что виноват и раскаивается – наказание останавливается. Если кто-то решит закрыть собой наказываемого, его отшвырнет и наказание получит тот, кому назначено. Если отвязать и попытаться унести преступника, плеть и кнут последуют за ним, пока он не раскается или не получит все причитающееся.

Светлана слушала, еле сдерживая рвущиеся вопросы.

Рагнар помолчал, посмотрел в глаза жены и кивнул:

- Да, мы оба виноваты, поэтому плеть позволила нам разделить наказание. Я думал, что наказываю Лиану. Наказываю за то, что она  ослушалась и ещё за то, что пыталась бежать, заставив  нас задержаться и два дня прочесывать лес.  Когда я понял, что у столба не Лиана, а ты, у меня не было времени думать, я действовал  машинально.

 Ты – моя жена и защитить, закрыть – естественный порыв. Магический палач не умеет думать, как думал бы человек, это просто магия, связанная заклятием. В случае с наказанием тебя вместо Лианы, для плети запуском послужило то, что я назвал нарушение – ослушание.  Ты ослушалась, уйдя без охраны и сняв накидку, поэтому плеть и отпустила тебе десять ударов, два из которых  забрал я.

- А почему тогда плеть на них не остановилась, а достучала до конца? – спросила Светлана. – Вы же сами себя не ослушивались?

- Я запустил заклинание, магия связала меня, плеть и тебя.  Когда я понял, что допустил оплошность, то меня накрыло чувство вины за происшедшее с тобой, поэтому для плети это стало сигналом разделить наказание на обоих. Я не сразу осознал, что могу прекратить порку, а когда понял, то решил, что мне она не помешает. Боль хорошо отрезвляет и заставляет голову работать лучше и не допускать просчетов.

.-  Я тоже была виновата, - пробормотала Светлана. –  Сначала по глупости отрезала косы,  и нас с Лианой стало не отличить. Потом забыла, что ты запретил мне удаляться от лагеря, снимать на людях накидку и велел везде ходить в сопровождении охраны. Я поверила слуге, хотя и колебалась, и пошла с ним без накидки и охраны.

- Я рад, что ты это понимаешь. Расскажешь, что произошло?

- Я кормила Фейри, как вдруг меня дернули за юбку. Из кустов выглядывал слуга, я его видела в отряде, он вел одну из повозок. Он знаками показал, что надо молчать и идти за ним, прошептав, что он от князя.  Я подумала, что ничего не случится, ведь охрана рядом и зашла за куст. Там слуга сказал, что ты прислал его за мной и велел отвести меня к месту встречи. Предварительно мне надлежало быстро переодеться в мужскую одежду, а свое платье и накидку отдать слуге.

Я колебалась, но он надавил, что ты сам обещал мне сюрприз, и слуга подтвердил, что ты зовешь, ради обещанного сюрприза, я решилась.

- Постой, - перебил Рагнар. – Слуга сказал, что я тебя зову, чтобы показать сюрприз? Дело в том, что я никому о нем не говорил. Вспомни, как именно говорил слуга. Кстати, надо будет всех слуг показать тебе, чтобы ты назвала предателя. Когда заживет спина и ты сможешь хотя бы сидеть.

- Я не помню точно, как говрил этот слуга, - Светлана наморщила лоб, вспоминая. – Кажется, я усомнилась, что именно ты так таинственно зовешь меня, а слуга спросил – неужели, князь ничего не говорил, не предупреждал? О….

Света поражено посмотрела на мужа:

- Ведь это я ему сказала про сюрприз! На его вопрос, я ответила, что ты говорил только, что приготовишь мне сюрприз, и слуга сразу подхватил – мол, так это и есть сюрприз, надо скорее идти, князь не любит ждать. Рагнар, я такая глупая… Потом мы  шли какое-то время,  дальше слуга дал мне сумку и велел бежать к двум высоким деревьям, сказав, что ты меня там ждешь. А он сам, слуга то есть, будет ждать меня и князя на этом месте. Я поверила! Под деревьями меня ударили по голове, очнулась я у лиходеев. Они ругались, что я стриженая и такую дорого не продать. Тогда решили, что просто вернут меня князю, дескать, встретили в лесу, а князь даст вознаграждение.  А, еще – они говорили, что их кто-то предупредил, что я убегу и они два дня караулили, пробираясь вслед за отрядом. Я сразу сказала, что княгиня, но главарь не поверил и велел запереть. А потом я поела и больше не могла говорить.

Света перевела дух и продолжила:

- Когда меня привезли, я кинулась к тебе, но ты даже не посмотрел! Я думала, что ты сразу узнаешь, но меня заперли вместе с Ринаей и никто даже не подошел, не спросил, не проверил – я ли это, здорова ли, - голос Светланы дрогнул, и она поперхнулась.

Рагнар погладил девушку по плечу, успокаивая.

- Это было, как в страшном сне! Ты – совсем рядом, но не видишь, не смотришь! А Лиана в моей повозке, и никто не видит, что это не я! А потом… это было очень больно и страшно. А я даже не могла говорить!!!

- Все позади, не плачь, - Рагнар вытер пальцем слезинку, сбежавшую по щеке девушки. – Ты испугалась и не  поняла, что виновата, что ослушалась. Если бы это произошло раньше, то плеть остановилась бы и без моего вмешательства.

- Я поняла, что тоже виновата, только здесь, залечивая спину, - поморщилась княгиня. – В тот момент я была вне себя от ярости, злости и обиды, мне и в голову не пришло, что наказание в чем-то заслужено.

- Оба постарались, - вздохнул Рагнар. – Я бы ни за что не подверг свою княгиню публичной порке. Если бы разобрался, кто из вас где, то пороли бы Лиану. Испорченная девчонка, мне даже удивительно, что она твой близнец, настолько вы с ней разные.

- А Ринаю? Кормилицу не пороли бы? Ведь она мне сама рассказала, пока сидела со мной, что это ее план. Что она мне мстит за своего ребенка и то, что заняла место Лианы. Ты же сказал, что взял с нее клятву, каким образом она ее обошла?

- Для кормилицы другое наказание, - скрипнул зубами Рагнар. – Клятву взял, поэтому не понимаю, как она умудрилась ее нарушить и остаться живой. А еще – почему не сработали браслеты, которые я сам надел и тебе и Лиане.

Светлана потупилась, соображая, признаться или нет? И решила, что раз уж у них такой откровенный разговор, то надо колоться.

- А мой браслет никогда и не работал.

- Как это? – выгнул бровь князь. – Ты же слушалась, когда я его применял! На обряде и потом.

- Я просто слушалась, когда понимала,  что именно ты хочешь, - горько ответила девушка. – А когда не понимала, то просто не делала. Я ощущаю, когда ты пытаешься активизировать браслет.

- Вон оно как. То есть, на обряде… ты не сопротивлялась по своей воле??!

- А что мне надо было делать? Убежать с воплями? Меня все равно вернули бы, только опозорилась бы и все. А еще мне сказали, что если девушка не проходит обряд или сопротивляется так, что его невозможно совершить, ее казнят.

- Триединый!!! – потрясенно выдохнул Рангар. -  Ты могла убежать, могла сопротивляться, но не двигалась и добровольно все терпела?!!

- Ты потом магические путы применил, двигаться вряд ли получилось бы, - буркнула Светлана.

- Да, но я думал, что ты под полным подчинением. К слову, если девушка не проходит обряд или не дается, то ее не казнят, а просто возвращают родителям и брак отменяется. Кто тебе рассказал про казнь?

- Уже не помню, да сейчас это и не важно. Главное, мой браслет не работает и поэтому ты не мог бы меня найти ни по подчинению, ни по маяку.

- Но искали мы не княгиню, искали невесту Критена Лиану! Или у нее браслет тоже не работает?

- Этого я не знаю. Думаю, кормилица предусмотрела и подстраховалась.

- Боюсь, я сильно недооценил кормилицу, хотя меня жрецы о ней предупреждали. Но кто знал, что она сумеет обмануть клятву, такого в Мадраскаре никогда не случалось. Мой просчет, я думал, что она всего лишь обычная женщина. Ладно, с ней я разберусь. А пока надо решить, что делать нам. Сиян говорил, что пока не отрастут твои волосы, целительская магия на тебя не действует? И, кстати, - князь провел по руке жены. – Брачная татуировка почти не видна, слилась по цвету с цветом кожи. Мне пришлось сказать, что ты наказана за очередное появление на людях без накидки, поэтому тебя лечат без магии.

Светлана недоуменно посмотрела на мужа, а потом ее осенило – конечно!  Ее переодели  в женское, но накидки-то ей не дали и она прошлась простоволосая перед всеми и у столба стояла с непокрытой головой. Можно было бы оспорить, мол, она не виновата, но зачем? Хорошая причина для объяснения ее мазям и примочкам вместо целительской магии.

- А как объяснить мою порку и что было потом? – осторожно спросила девушка.

- Об этом я сообщу, когда допрошу преступниц и вынесу им приговор.  Придумывать ничего не придется – тебя подставила сестра и ее кормилица.

- Ясно.

- Алана, - князь опять провел пальцем по щеке девушки. – Мы оба сделали ошибки и оба понесли наказание. Благодарю Триединого, что не позволил свершиться непоправимому. Я очень терпелив с тобой, но, боюсь, мое терпение достигло предела. Когда мы наедине – я твой муж и готов быть терпеливым и закрывать глаза на некоторые капризы, упрямство и своеволие. Но когда мы на людях, в том числе и на глазах слуг, я – князь Мадраскара.  Я могу быть холоден или жесток, если этого требуют обстоятельства. Ты должна все время помнить, что мое слово не подлежит сомнению и любое мое распоряжение должно неукоснительно выполняться. Если ты ведешь себя вызывающе или неподобающе, я обязан тебя наказывать. Нам жить вместе, рожать и воспитывать детей, поэтому у нас всего два варианта. Или ты прислушаешься и примешь к сведению, или мне придется, - Рагнар голосом выделил последнее слово. – Применять силу, ментальную и физическую, чтобы княгиня  на глазах у всех не подвергала авторитет мужа сомнению и вела себя согласно своему статусу. Я бы очень хотел, чтобы между нами возникло взаимопонимание и теплота, но бесконечно уступать я не могу. Подумай, какой жизни ты хочешь и как решишь, так и будет.

- Хорошо. Я правильно понимаю, что на людях обязана всегда держать лицо, не высказывать недовольства, не перечить и слушаться? А наедине? Мне позволено высказываться или жаловаться? Могу я ждать верности и внимания или моя роль будет заключаться в кукле на людях и молчаливой грелки ночью? И еще – чем мне заниматься? Шить-вышивать не люблю. Сидеть в покоях и накидки примерять?

- На людях ты – княгиня, которая слушается мужа, почитает его и ведет себя, как примерная и послушная жена. Наедине можешь высказывать претензии,  выдвигать требования и капризничать, но последнее, все-таки, лучше в умеренных дозах. Я хотел бы  в твоем обществе обрести покой и уют, а не очередное поле боя. Пока ты пускаешь меня в свою постель, других женщин не будет.  Ты можешь обустраивать дворец, как пожелаешь, заниматься фрейлинами, гонять прислугу, наряжаться. Вижу, любишь лошадей, я разрешу тебе наблюдать за всеми тремя текинцами – у меня еще две кобылы ждут - не дождутся жеребца. И главная твоя обязанность – родить и воспитать детей.

- А если я не смогу забеременеть? – Светлана вспомнила о «антидетине» на год, гадая, как муж воспримет, если ему рассказать. – Твоя первая жена умерла от родов, мне не хотелось бы повторить ее судьбу.

- Не повторишь, - твердо ответил Рагнар. – не допущу. С беременностью спешить не будем, тебе всего семнадцать, подождем твоего совершеннолетия.  А за этот год ты как раз и ко мне привыкнешь и вести себя, как положено княгине, научишься.

Света поерзала, расправляя затекшие руки, попутно отметив, что двигаться проще и спина не обжигает болью – неужели, все на самом деле заживает?!

- Хорошо, я попробую.

- Нам давно надо было поговорить, - вздохнул Рагнар. – Прежде чем что-то сделать – спроси меня. Если есть вопросы – не придумывай сама ответы, спроси меня. Если я огорчил – не принимай решение, сначала выскажи претензии мне. Наедине! Еще – доверять ты можешь только мне,  Сияну и советнику Никодию. Через несколько дней ты познакомишься с моим зятем, мужем сестры, потом и с сестрой и матерью. Они – мои родные, но отныне моя семья – это только ты и наши будущие дети. Повторяю – доверяешь ты только мне, Сияну и Никодию. Слушаешься только меня, Сияна и Никодия. Все остальные, что бы ни сказали, что бы ни просили или на что бы ни склоняли – сначала рассказываешь мне, а я говорю, что делать или не делать.

Светлана ошарашено кивнула.

-  Тебе положена свита из молодых, незамужних и знатных девушек. Присматривайся к дочерям аристократов, через чьи поместья и замки мы будем проезжать, если кто-то понравится, говори Никодию, он и Сиян теперь всегда будут поблизости. Ешь и пей только то, что тебе принесут твои служанки, ни у кого не бери никаких украшений, цветов, подарков. Если кто-то хочет одарить княгиню, он передаст дары охране, их проверят маги и только тогда передадут тебе.

- Такие предосторожности, - пробормотала Светлана. – Есть причины?

- Народ Мадраскара не может сознательно вредить князю и княгине, магия этого не допустит. Но это не касается высшей аристократии и иноземцев. Я не уверен, что кто-то захочет лишить меня княгини и наследников, но береженого и Триединый бережет.  Надеюсь, ты все поняла?

- Конечно! Я у меня – самое ценное, - серьезно ответила Светлана. – Поэтому постараюсь жить долго и, по возможности, без неприятных приключений.

- Умница, - князь кивнул, встал и направился к выходу. – Обедаем вместе.

    Разговор с женой оставил двоякое чувство. С одной стороны, он доволен, что княгиня не истерила, не возмущалась, а спокойно все выслушала и приняла к сведению. С другой стороны,  веры, что жена вот так сразу исправится и начнет слушаться,  не ощущалось.

Еще одна мысль ковыряла и не давала покоя вот уже несколько дней. Обдумывая ее так и этак, Рагнар принял решение.

   - Никодий, я  изменяю порядок наследования, - дождавшись, когда советник сядет, приступил князь. – В данный момент моим наследником считается Критен. Не хочу сказать, что это может давать надежду его родителям, но и пренебрегать этим не могу.

- Да, это разумный шаг.  Чтобы жизнь была долгой,  полезно, если нет никого, кто выигрывал бы от смерти,  - поддержал Никодий.

- Тоже так подумал. Значит, сделаем так – если у меня не родится ребенок или, упаси Триединый, не доживет до совершеннолетия и вступления на княжение, то власть передается в руки Верховного жреца Триединого. Выборы следующего князя произойдут в Главном Храме Триединого на сороковой день после похорон. Выбор сделает сам Триединый: претенденты по очереди наденут  это кольцо. На чьем пальце оно задержится, тот и станет следующим князем, - Рагнар поднял правую руку, демонстрируя магический перстень, передаваемый от князя к князю.

- Это очень мудрое решение! Ведь когда детей несколько, именно перстень выбирает из них наследника, - поддержал советник. – Составить указ и разослать его вестниками?

- Да, напиши, я подпишу, скреплю магией и будешь рассылать.

Рагнар проводил взглядом Никодия и удовлетворенно хмыкнул – виноваты родственники или нет, но после этого указа, смысла изводить княгиню ни у кого не будет.

Подкупить Триединого или магический перстень невозможно, это всем известно, так что, даст Триединый, больше трагических происшествий в правящей семье Мадраскара не произойдет.

Продуктивное у него сегодня утро, что значит, хорошо выспался!

Но есть еще одно дело, которое больше не надо откладывать – разговор с Лианой. Кормилицу он оставит напоследок.

- Пригласите Сияна, пусть захватит нейтрализатор молчальника! – крикнул князь.

Муж вышел, проблемы остались.

Светлана вспоминала, что читала про средневековье, и получалось, что перспективы у нее весьма так себе.

Да, князь идет ей навстречу, дает послабления, хотя бы и наедине, но в целом и общем для нее все по-прежнему  печально. Любая ошибка или нарушение – ее накажут.  Еще раз испытать на себе справедливость магического палача Свете совсем не хотелось, а то, что она будет совершать ошибки,  сомнению не подлежало. Как бы она ни старалась, пройдет еще немало времени, пока она запомнит, что она себе не принадлежит и научится жить с оглядкой.

И от Рагнара требовать больше невозможно – он такой, не потому, что сам по себе сатрап, а потому,  что здесь вообще такой уклад и воспитание. У всех мужчин, поэтому найти другого  с цивилизованным отношением к женщине, не получится. Не вывели еще таких.  Мужчин всё и так устраивает, а женщины ничего другого не видели и считают, что иначе и быть не может.

Хорошо она попала. Качественно.

Изменить порядок в государстве  – утопия. Перевоспитать мужа – утопия в квадрате.  Бежать – несусветная глупость. Во-первых, поймают,  и «здравствуй, плеть»! Во-вторых, княгиней она имеет больше прав и лучшую жизнь, чем у любого другого местного мужчины. Остается или смириться и приспосабливаться или… Жрецы Триединого! Черт, с этими событиями совсем забыла – у нее же дар есть!

Светлана попробовала сосредоточиться.

Ага, есть – вот же он! Ну, что бы попробовать? Волосы? Как она тогда делала?

Девушка закрыла глаза и принялась представлять себя с длинными косами. А потом – с распущенными густыми волосами. Какие они красивые, блестящие, шелковистые! Сначала картинка не очень получалась. В голову лезло все, что угодно – воспоминания о плене у лиходеев, столб, к которому ее привязывали, лицо мужа, она сама – там, в Москве, под капельницами…  Наконец, получилось сосредоточиться. Да, вот такие у нее были волосы! Как бы она хотела, чтобы они вернулись!

Полюбовавшись некоторое время, Света открыла глаза и замерла, боясь повернуть голову – а ну, как не получилось? Оперлась на одну руку, а вторую завела к голове, провела и счастливо рассмеялась – вот вам! Пальцы коснулись головы, пропустили длинные пряди, прошлись до конца. Кажется, даже немного длиннее стали.

- Мистрис, - пораженно воскликнула вошедшая Деяна. – Его Светлость разрешил отрастить вам волосы! Я сейчас же вас расчешу и заплету косу!

Света хмыкнула, но разубеждать служанку не стала. Конечно, девушка ей не враг, но чем меньше окружающие знают о ее способностях, тем лучше.

Деяна что-то щебетала, бережно разбирая и переплетая пряди, Светлана слушала вполуха.

Интересно, а заживить спину она сможет? Жаль, что свою спину она никогда не видела и не уверена, что сможет ее представить, но попытаться-то можно?

Однако эксперимент пришлось отложить – пришел целитель.

Сиян, обнаружив изменение во внешности княгини,  сначала замер, а потом просиял и бросился к девушке.

- Мистрис! Я так рад! Когда это произошло?

- Да полчаса назад, - ответила Света и обратилась к Деяне. – Принеси напитки и закуски для целителя.

- Да я мне ничего не надо, - запротестовал Сиян, но увидев мимику княгини, согласился. – Я бы выпил холодного взвару.

- Сиян, - дождавшись, когда служанка покинула помещение, проговорила Светлана. – Я просто представила, какие мои волосы были раньше, и они выросли! Деяна думает, что князь позволил их вам восстановить, я не стала ее разубеждать.

- Правильно, - кивнул целитель. – Вы всегда будете иметь преимущество, если вас станут недооценивать. Но ваша спина – возможно, вы можете и ее восстановить?

- Хотелось бы, но я не уверена.

- Попробуйте!

- Но сейчас вернется Деяна, - возразила Света. – Я должна сосредоточиться, движение и шум меня отвлекут. И я никогда не видела свою спину, как я ее представлю?

- Попробуйте представить не спину, а ощущение, что у вас ничего не болит, что кожа ровная и гладкая, что вы, например, купаетесь и трете себя. Или, что князь трет вам спину.

Светлана густо покраснела и отвела глаза.

Да уж, ей только воспоминаний о купании с мужем и не хватает!

- Не смущайтесь, я же не могу видеть, что вы представляете, - добродушно ответил Сиян и добавил вошедшей служанке.- Поставь кувшин и чашку на стол, а сама выйди и подожди за дверью. Я буду лечить княгиню магией, нельзя, чтобы кто-то мешал и отвлекал.

Деяна кивнула и исчезла за плотно прикрытыми дверями.

- А если не получится? Зря вы ей сказали про лечение.

- Получится! – убежденно заявил целитель. – Просто постарайтесь. Давайте, я сниму повязки, чтобы видеть, происходит что-нибудь или нет.

В принципе, что она теряет?

Светлана опустила голову на подушку, закрыла глаза и стала мечтать.

Как и в случае с волосами, поначалу картинка не складывалась, девушку швыряло от одного образа к другому. Мысли о  коже вызвали сначала изображение сумочки из «молодого дерматина», потом почему-то перепрыгнули на изображение  головки мужского полового органа, далее мелькнула серебристая шея Фейри.  Нет, надо выкинуть все лишнее из головы, так у нее ничего не выйдет!

Наконец, получилось – гладкая нежная кожа, она трет ее мягкой тряпочкой с мыльным раствором. И чьи-то  - ха! Чьи-то? Известно, чьи! -  руки легко скользят по ее спине, гладят, разминают, ласкают плечи, лопатки, проходят по позвоночнику.

Светлана не видела свою спину, но отчетливо ощущала эти руки на ней, стекающую воду и мыло, томную негу, которую вызывали эти прикосновения…

- Мистрис…

На возглас целителя образы и ощущения пропали, Светлана открыла глаза и повернула голову, ощутив небольшое головокружение.

- Мистрис, - Сиян проговорил это чуть ли не с благоговением. – У вас получилось, и я видел все собственными глазами!

- Получилось? – девушка попробовала извернуться и оглядеть спину, совсем забыв, что лежит обнаженная.

- Все получилось, но пока не вставайте! – Сиян направился к двери. – Я выйду, тогда все посмотрите.

Спина не болела. Совсем.

Светлана приподнялась, сначала осторожно, потом более свободно – не больно! Встала, провела руками по телу, где достала, пощупала рукой – все цело! Эх, зеркало бы!

Какая чудесная у нее магия! Она здорова, здорова!!!

- Алана!

Света подскочила и резко развернулась на голос, потом, ойкнув, метнулась к кровати и до носа закуталась в покрывало.

- Алана,  твои волосы, - Рагнар приблизился и провел рукой по голове жены.

 –  Дай сюда, - потянул покрывало.

- Но я не одета! – возмутилась девушка. – Совсем не одета!

- Я твой муж, тебе нечего стесняться. Сиян сказал, что спина зажила. Позволь, я посмотрю.

Света поспешно повернулась, прижимая покрывало к груди.

- Потрясающе, - широкая и горячая ладонь прошла между ее лопаток, напоминая ощущения, которые она сама себе недавно воображала. – Сиян сказал, что все зажило всего лишь за час с небольшим.

Час с небольшим? Ей показалось, что прошло минут пять, не больше!

- Ни одной отметины! – продолжал восхищаться Рагнар. – Да брось ты это покрывало! Дай мне полюбоваться. Ты так забавно краснеешь, неужели, до сих пор меня стесняешься?

Князь опустился на кровать, притянул жену и уткнулся ей в волосы, поглаживая одной рукой ее грудь.

- Рагнар! – Светлана попыталась отодвинуться. – Белый день! Любой может зайти!

- Никто не рискнет потревожить князя и княгиню, - прошептал  муж. – Тем более что я  заблокировал дверь и навесил полог тишины. Я так рад, что у тебя получилось вылечиться!

Руки мужчины продолжали гулять по телу, даря ласку, но Светлана не желала продолжения.

Нет, близость, как оказалось, может подарить большое наслаждение, но не сейчас, когда она еще два часа назад лежала с располосованной спиной.

- Где моя одежда? – Света все-таки выскользнула из объятий мужа и торопливо надела сорочку. – Я бы хотела одеться,  раз полностью здорова.

- Сейчас тебе все принесут, - Рагнар с сожалением посмотрел на жену. – Ладно, у нас еще вся жизнь впереди, а сейчас и вправду тебе нужно одеться и выйти вместе со мной. Конечно, воины и слуги не сплетничают о произошедшем,  никому языка лишиться не хочется, но все равно лучше я им все объясню, чем пойдут домыслы.

- Снимешь? – Света подняла руку с браслетом.  Второй, надетый лиходеями для маскировки, сняли с нее давно.

- Ты же сказала, что он на тебя не действует, - удивился Рагнар.

- Не действует физически, зато давит психологически, - ответила Светлана. – Все знают, что это браслет подчинения. Мне, знаешь, ли,  не очень приятно носить такое.

- Опять ты непонятные слова говоришь.

- Браслет не действует, но мне обидно его носить, ведь все думают, что ты держишь жену под подчинением.

- Понял, - кивнул Рагнар. – Давай, сниму. Смотри-ка, твоя брачная вязь опять проявилась! Больше никогда не стриги волосы! Ни на сантиметр!

       Одежду принесли быстро, едва Светлана успела искупаться. Деяна помогла одеться, еще раз переплела волосы, закрепила накидку. Затем навесила на нее столько украшений, что Светлана закачалась.

- Куда столько? – возмутилась она.

- Приказ князя, - ответила Деяна.

Рагнар, терпеливо дожидавшийся у двери, протянул руку:

- Пойдем.  Все уже собраны и готовы выслушать.

Князь вывел жену из комнаты, провел по коридору, спустился с ней по лестнице и вышел на улицу.

Уже почти привычная картина – воины, стоящие в несколько рядов по периметру небольшой площади перед зданием и Рагнар перед ними. Правда, на этот раз рядом с ним стояла княгиня.

- Несколько дней назад случилось неслыханное предательство! Лиана тир Гранд вместе со своей кормилицей Ринаей при помощи магии и лиходеев, воспользовавшись тем, что Алана тир Гранд и ее охрана нарушили мой приказ, выкрали княгиню и подменили на Лиану.  Княгиня не готовила и не совершала побега, она полностью оправдана, - Рагнар вывел Светлану вперед и поставил впереди себя.

Воины дружно топнули, показывая, что услышали.

- Алана тир Гранд, княгиня Мадраскара, моя дорогая жена,  наказание за ослушание уже понесла. Я, князь Рагнар, муж Аланы тир Гранд, княгини Мадраскара, наказание за то, что не уберег жену от предательства, уже получил.

Воины  синхронно пристукнули правой ногой, в знак, что слышали и поняли.

- Остальные, включая самих предателей, воинов, охранявших княгиню и не сумевших воспрепятствовать похитителям, а также всех, кто помог похитителям, понесут заслуженные наказания в ближайшие дни. Я сказал.

Воины одновременно топнули, подтверждая, что запомнили.

Глава 11

Поскольку княгиня полностью выздоровела, причины задерживаться в поместье баронета Виско больше не было, отъезд назначили на послезавтра.

И весь следующий день Светлане пришлось провести в компании хозяев поместья.

Баронет, невысокий, кругленький, добродушный человек,  рассыпался перед Светланой в любезностях и пытался убедить княгиню, что  из его дочери получится замечательная фрейлина.  Дочь – Клермина – очень похожая на отца, пышная, веснушчатая девушка лет шестнадцати,  постоянно  краснела, заикалась и все роняла из рук.

Света не представляла, что ей делать с девицей, во фрейлины она точно не годилась, но обижать гостеприимного баронета не хотелось, и девушка терпела неуклюжую Клермину.  Если при княгине девица краснела и запиналась, то при князе деревенела и вообще дар речи теряла.

- Надеюсь, ты не собираешься пригласить дочь баронета? – подозрительно спросил Рагнар, укладываясь спать. – Как ни зайду, она все время возле тебя.

- Нет,  и в мыслях не было. Но что же делать, я не могу ее прогнать. Баронет так старается. Потом, бедняжка не виновата, что настолько стеснительная и неуклюжая, у нее просто не было возможности  научиться, смотри, в каком медвежьем углу они живут!

- В медвежьем? Это что такое?

- В глухом месте, далеко от больших городов и поселений, - пояснила Света.

- Не думал, что Саритания настолько отличается от Мадраскара, но у вас столько других слов, я не всегда тебя понимаю.

- Постараюсь говорить понятнее, - буркнула княгиня. – Так что мы будем делать с баронетом и его дочерью? Все-таки, они нас очень выручили, приютили, стараются.

- Завтра объявлю, что за помощь баронет освобождается на этот год от уплаты всех налогов, - решил князь. – Поддержу твою идею поощрения. Иди ко мне!

Светлана не успела и звука издать, как муж притянул ее к себе.

- Рагнар, - девушка уперлась ладошкой ему в грудь и осторожно отодвинулась. – Я рада, что все разрешилось, моя спина зажила, а виновные понесли или скоро понесут наказание, но я не забыла и пока не могу.

- Понимаю, -  муж притянул ее обратно, пробормотав ей куда-то в район уха. – Я просто хочу приласкать мою княгиню. Если бы ты знала, как я испугался, когда понял, что у столба – ты!

Рагнар осторожно, будто пробуя на вкус, прикоснулся губами к мочке уха, провел языком по раковине.

- Щекотно, - хихикнула Светлана. – И мокро.

- Какая капризная у меня жена, - выдохнул мужчина.

В ход пошли руки. Горячие, чуть шероховатые, почему-то это особенно цепляло.

Вот же сатрап иномирный!

Светлана постепенно расслаблялась, подчиняясь волшебству прикосновений. Виктор никогда не заморачивался прелюдией, не пытался доставить ей удовольствие, она и не знала раньше, что это может быть так чувственно! Если Витя и  касался ее тела, то только для того, чтобы доставить удовольствие себе. А Рагнар не спешил, чутко прислушиваясь к ее откликам, ласкал осторожно, но удивительно точно угадывая, как и где ей хочется, чтобы он нажал или погладил.

Внезапно перед глазами полыхнула картинка, как ее привязывают к столбу, бу-бу-бу – речь князя и свист плети.

Девушка вздрогнула и отстранилась, испуганно моргая, пытаясь понять – это видение или явь?

Рагнар глубоко вздохнул и притянул ее назад, обнял, устроив подбородок на макушке жены.

- Не бойся, просто посидим, а потом просто пойдем спать. Хорошо?

Светлана кивнула, почувствовав ощутимый удар головой обо что-то крепкое, и сразу же раздался сдавленный «ох» мужа.

- Что случилось?

- Какая у меня жена головастая! – пробурчал князь, потирая подбородок. – Чуть челюсть мне не вывернула. Сама-то целая?

- Целая, - ответила Светлана и хихикнула, поняв, что имел в виду муж и что у него получилось.- Наверное, не головастая, а голова крепкая? «Головастая» - это умная.

- У  меня жена умная, - сразу согласился муж, укладывая супругу на постель и укрывая ее одеялом. – Но иногда такая глупая… Спи!

   Утро ознаменовалось прибытием Аскотта руми Салера, главного военачальника Мадраскара и по совместительству, зятя Рагнара.

Крепкий, высокий светловолосый мужчина, царапнул Светлану колючим взглядом и склонился в поклоне:

- Князь, княгиня! Я счастлив, что первым приветствую вас на земле Мадраскара!

- Аскотт, рад видеть, - ответил Рагнар и обнял зятя. – Познакомься, моя жена, Алана тир Гранд.

Светлана изобразила нечто среднее между поклоном и книксеном. Военачальник еще раз уколол ее взглядом и склонился ниже, чем перед князем:

- Княгиня! Потрясен и очарован!

Светлана поёжилась – мягко стелет, но что-то ей подсказывает, что княжий зять совсем не в восторге.

- Князь, а где моя будущая невестка? Позволь мне поприветствовать и ее.

- Аскотт, все отменяется, - с досадой ответил Рагнар. – Эта девушка не подходит ни Критену, ни семье. Только гадюк нам и не хватало, тем более, бесплодных.

- Что случилось? – встревожился руми Салер. – Она погибла? Заболела?

- Не здесь, - отрезал князь. – Алана, подожди меня в спальне, я сейчас буду занят. Потом пообедаем и тронемся в дорогу.

Светлана дернулась было возразить, что про Лиану она бы с удовольствием послушала, но вспомнила про субординацию на людях и, вздохнув, повторила свой гибрид поклона с книксеном.

- Конечно, я проведу время с пользой – продолжу вышивать платок вам в подарок, - и, кивнув Деяне и воинам охраны, чтобы они следовали за ней, удалилась.

При резком повороте ее едва не занесло, потому что Деяна опять навешала на нее половину сундучка с драгоценностями, но Светлана успела выровняться и дальше шла плавно и неспешно. Еще бы – тащить на себе такой вес!

Нет, первым делом надо  попытаться отменить этот идиотский обычай таскать на себе целую ювелирную лавку! Даже не отменить, а заменить на что-то менее вычурное и более легкое. Она подумает на досуге.

Оказавшись в спальне, Светлана с досадой осмотрелась – как же ей подслушать, о чем будут говорить князь с военачальником?  Дверь в кабинет вела из гостиной, из спальни одна дверь вела в гостиную, вторая в купальню. И если Света не запуталась в географии покоев, то одна стенка купальни была общей с кабинетом.

Так, так…

- Деяна, сходи на кухню, попроси стеклянную чашку. Или кувшин.

- Стеклянную чашку? Они такие дорогие, не знаю, есть ли в этом поместье хоть одна, - с сомнением ответила Деяна. - Сейчас схожу.

- Побыстрее, пожалуйста! Если нет стеклянной чашки, то принести обычную, только не низкую, а высокую. Поняла?

- Да, мистрис.

Пока служанка ходит, Светлана осмотрела купальню и утвердилась в мысли, что одной стеной она соседствует с кабинетом.

Из гостиной раздались звуки – князь с зятем появились и проследовали в кабинет. Черт, где же Деяна?

- Мистрис, вот такой стакан есть, насилу отдали, - затараторила служанка, бережно поставив на стол высокий стеклянный стакан. – Он был в приданом покойной матушки  мистрис Клермины, его очень берегут! Баронет любит пить из него вино.

- Я буду осторожна. Спасибо, можешь идти и отдохнуть или еще раз пересмотреть все ли собрано, - распорядилась княгиня. – А я, пожалуй, приму ванну.

- Я помогу, - рванула в купальню Деяна.

- Не нужно, я сама, - остановила ее Света. – Я уже принимала сегодня ванну, сейчас просто хочу понежиться.

- Если что – зовите, я подожду вас здесь, - служанка уходить из спальни не собиралась.

Ничего не оставалось, как захватить простыню, стакан  и пройти в купальню, надеясь, что служанке не придет в голову проведать хозяйку.

Первым делом пришлось пустить воду, и пока она набиралась, Светлана приложила стакан к стенке и принялась искать наиболее «звукопроницаемое» место. Вода сильно мешала, и Света отключила ее, решив, что и так сойдет.

Лучшее место обнаружилось внизу, почти у самого пола прямо под крючками для одежды. Девушке пришлось встать на колени и в такой позе прижаться к донышку.

Господи, хоть бы Деяна не вздумала заглянуть!

-  Да, все благополучно, дворец готов, все в ожидании вашего прибытия. 

- Послы Ритании?

- В полном здравии и благодушии, думаю, с ними у нас не будет проблем.

- Хорошо. В часть у Деранской заставы подвезли фураж? Я отправлял вестник.

- Все сделано, помощник интенданта разжалован и сослан в Истрейские рудники. Больше ничего неприятного не произошло.

- Я рад. Что Мариолла и племянники?

- Все здоровы. Но Рагнар, что же с невестой Критена? Я взволнован и встревожен.

- Невесты у Критена больше нет. Нет, она жива, но я не позволю Критену жениться на ней. Девица не достойна.

- Но как же так? Она – близнец княгини, нельзя их разлучать! И Критен уже настроился…

- Девушка лжива, капризна, своевольна, глупа, завистлива и ничем не брезгует ради достижения цели.

- Она – принцесса, они все такие! А как иначе удержать власть?

- Аскотт, не разочаровывай меня! Девица вместе со своей кормилицей похитили княгиню и продали ее лиходеям. Только чудо спасло мою жену от рабства и смерти!

- Как? А охрана? Как это возможно?

- Как-нибудь потом расскажу, сейчас даже вспоминать не желаю.  Мне еще судить виновников, я и так зол сверх меры и ничего меньше лишения жизни в голову не идет. Просто поверь – такая жена Критену не нужна! Потом, девушка приняла зелье, в результате которого она полностью бесплодна. Ты же не хочешь оставить сына без детей?

- Нет, конечно. Но послушайте, ведь можно надеть на нее браслеты подчинения, и девушка не сможет ни своевольничать, ни вредить! А дети… детей может родить любовница или две, а выдадим их за детей жены.

- Аскотт, зачем??? Зачем тебе интриганка и почти убийца? Ей всего семнадцать, только представь, во что она превратиться к тридцати?

- Она близнец княгини, по обычаю, их нельзя разлучать!

- Значит, изменим обычай. Лиана не будет женой Критена, не войдет в мою семью и это не обсуждается!  Не спеша подберем мальчику нормальную девушку из хорошего рода, с хорошим даром и характером. Он все равно еще слишком молод для женитьбы.

- Но мы ждали именно Лиану. Готовились. Мариолла очень расстроится. Она так мечтала, что на празднествах  вы с княгиней будете сидеть во главе стола, а Критен, как первый наследник, со своей женой справа. И все будут радоваться и умиляться, как княгиня и жена наследника похожи!

- Кстати про наследника – я изменил порядок наследования.  Если у меня не родится ребенок или он не доживет до совершеннолетия, то власть переходит в руки Главного Жреца Триединого. И выборы следующего князя осуществит в Храме Триединого родовой перстень.

- Рагнар???! Почему мне не сообщили?

- Видимо, ты слишком быстро уехал, вестник тебя потерял. Ничего, скоро найдет, и сам все прочитаешь.

- Но зачем менять? Чем Критен прогневил? Поэтому и невесту отобрали?

- Аскотт, ты чем слушаешь? Лиана не подходит в жены моему племяннику из-за мерзкого характера и бесплодия. Все, о ней разговор закрыт! А порядок наследования сменил – так будет лучше для всех. У меня умерло две жены, обе были беременны.  Да, расследование не обнаружило злого умысла, но лучше я перестрахуюсь. Устранение моей третьей и последней жены никому пользы не принесет, понимаешь? Пусть пока будет так, а там, если Триединый не даст мне ребенка, а Критен выкажет себя достойным, то перед смертью в глубокой старости я еще успею назвать его своим преемником.

- Мариолла очень расстроится, она решит, что ты не доверяешь ей и нам!

- Вопрос решенный. Мариолла женщина, ей не стоит лезть в мужские дела.  Вон, смотри, как ведет себя моя княгиня – велел уйти и она ушла. Сидит сейчас, платок мне вышивает, как   хорошая жена, и в политику не лезет. О, вот и вестник догнал. Сейчас прочитаешь?

- Потом. Но что будет с близнецом княгини? Она точно бесплодна?

- Совершенно точно и необратимо.  Выдам ее замуж за какого-нибудь знатного вдовца с взрослыми детьми, скрасит ему жизнь и сама без куска хлеба не останется.  Подберу кого-нибудь с окраин государства.

- А княгиня?

- Что – княгиня?

- Она не бесплодна?

- Нет, конечно, с чего ты взял? Ее проверяли целители.

- Но как такое возможно – одна сестра выпила зелье, другая – нет? Может быть, девушек поменяли и бесплодная именно Алана?

- Нет, Аскотт, их невозможно перепутать, они совершенно разные. Я точно уверен, что женился на Алане и именно она живет со мной уже вторую неделю.

- Да? Ну, хорошо. Главное, чтобы в этом же все были уверены. Ведь люди удивятся, почему близнец сослан, а не вышла замуж за Критена, как было объявлено.

- Аскотт, конечно, ты муж моей единственной любимой сестры и отец моих горячо любимых племянников и это дает тебе право на некоторые вольности, но всему есть предел.  Я сделаю вид, что мне показалось, будто ты пытаешься спорить со своим князем. И сделаю вид, что не заметил замаскированную угрозу в твоих словах. Надеюсь, на этом ты остановишься.

- Князь, да я только о благополучии Мадраскара и беспокоюсь…

- Хватит.  Полк сопровождения стоит в лесу, в трех километрах на границе поместья. Полагаю, главный военачальник пожелает лично проинспектировать  состояние дел, дисциплину, снаряжение и все остальное.  И разделит с подчиненными не только трапезу, но и ночлег.

- Рагнар…

- Разговор окончен. Меня ждет супруга, и мне не терпится посмотреть, какой узор она выбрала для  платка.

      Светлана вскочила и заметалась по купальне, не зная, что делать.

Князь сейчас войдет в спальню, а она вовсе не вышивает! Черт ее дернул пошутить насчет вышивки, да она терпеть не может шить! Даже если она сейчас вылетит из купальни, то все равно никакого платка нет и в помине!

Стоп! А почему, собственно, она дергается? Она просто решила понежиться в теплой воде.  Она женщина, имеет право передумать!

Лихорадочно избавившись от платья, Светлана скользнула в ванну и тихо чертыхнулась – и воды мало, и температура ее далека от комфортной. Пришлось пускать воду, сделав ее погорячее, и добавить ароматические мыльные кристаллы  из первого попавшегося под руку флакона. Роза! Не самый любимый аромат, но на безрыбье и повар – повариха.

- Алана! – дверь в купальню приоткрылась, и Светлана увидела довольную физиономию супруга. – Наверное, в прошлой жизни ты была уточкой.

- Почему это? – удивилась княгиня.

- При каждом удобном случае лезешь в воду, - пошутил Рагнар и шагнул в помещение.

- Я уже закончила, - торопливо проговорила Светлана. – Подай, пожалуйста, мне простыню!

- Ну, вот, а я уже размечтался, - Рагнар повернулся и ухватил висящую на крючке ткань,  сделал еще один шаг и раздался звонкий «бздынь»!

- Что это? – супруг проворно нагнулся, разглядывая, что это он раздавил. – Стеклянные осколки! Что это было?

- Стакан баронета, - в ужасе прижав руку ко рту, проговорила Светлана. – Это память о его жене. Боже, что я ему скажу!!!

- Стеклянный стакан? А как он оказался в купальне на полу?

- Я его… рассматривала. Он такой красивый, прозрачный! Сквозь него видно все. Хотела посмотреть, как в нем будет смотреться холодная и горячая вода, - Светлана сама не понимала, что несет.

- В Саритании нет стеклянной посуды? – выгнул бровь муж. – По-моему,  мне регулярно ставили на стол стеклянные блюда и чашки.

- Такого стакана у нас не было! – врать, так врать, проверить-то князь не сможет! – Но как мне теперь быть? Ты разбил дорогую во всех смыслах вещь. Баронет будет безутешен.

Рагнар потер подбородок, размышляя.

- Я смогу прислать ему не один стеклянный стакан, а несколько.

- Но это будут другие стаканы, этот-то был из приданого его покойной жены!

- Ррыл дырявый! Зачем же ты оставила такую хрупкую вещь на полу?

- Откуда я могла знать, что ты не только ворвешься сюда, но и будешь ходить,  не смотря под ноги?

- Ладно, сиди в ванне, пока служанки не уберут все осколки. А я пойду к баронету выяснять, что он сочтет равноценной заменой этому ррылову стакану!

Муж вышел, и сразу же появилась Деяна.

- Мистрис! – всплеснула она руками. – Как огорчится экономка, уж про баронета я и не говорю!

Светлана смотрела, как девушка осторожно подбирает осколки и складывает  на совок и вдруг служанка вскрикнула  и резко встала.

- Что у тебя? – вытянула шею Света, догадываясь, что произошло.

- Я порезалась, мистрис. Осколки такие острые! Не выходите из ванны, я сейчас схожу к целителю, а потом вернусь и уберу все магией.

Магия!

Княгиня задумчиво посмотрела на кучку стекла.

А что, если она попробует? Как раз и Деяны нет, если ничего не получится, то никто и не узнает!

Светлана постаралась сосредоточиться, закрыла глаза и представила стакан.

Нет, не граненый! Да, вот такой он был – высокий, с гладкими стенками. Нет, рисунков не было!

В голову упорно лезли образы из прошлой жизни, но, наконец, девушке удалось поймать нужную картинку и закрепиться на ней.

Такой красивый стакан! Вот такой он и был! Пусть осколки восстановятся и опять станут целым стаканом!

Открыв глаза, Светлана едва в ладоши не захлопала – получилось!!! Торопливо вылезла из воды, подобрала поделку и переставила повыше – а то вернется служанка и наступит!

Деяна вернулась, когда Света уже полностью вытерлась и успела надеть сорочку.

- Ах, мистрис! Вы его починили! Давайте, я помогу с платьем и сразу  отнесу стакан экономке, а потом начну накрывать на стол.

- Князь обедает вместе со мной, - напомнила Света.

- Конечно, мистрис, я помню.

     Рагнар появился, когда кушанья были уже принесены, а Светлана, в нетерпении, расхаживала по комнате.

- Проголодался, будто неделю не ел! – сообщил супруг, подсаживаясь к столу. – Поедим и сразу отправимся дальше.

Светлана, размышляя, как сообщить, что стакан цел, положила себе рагу.

- Ты говорил с баронетом?

- Да, все улажено. Он, конечно, расстроился, что любимая вещь любимой жены разбилась, но обещание найти его дочери хорошего мужа примирило его с потерей.

- Клермина едет с нами? – переспросила Светлана.

- Увы! – развел руками князь. – Сейчас весь дом стоит вверх тормашками, собирают ее вещи.

- А назад отыграть нельзя? Я починила стакан, он опять целый.

- Ты склеила стекло? Где он, я хочу посмотреть!

- Вернули экономке. Но можно послать Деяну.

       Стакан принесли через несколько минут, и когда служанка вошла в комнату, в двери мелькнуло недовольное лицо экономки.

- Ты не склеила, ты его восстановила! – восхитился князь, крутя стакан так и этак. – Потрясающе! Я не вижу никаких нарушений в его целостности!

-  Почему ты так удивлен? Разве маги не восстанавливают предметы?

- Не до такой степени. Ведь  восстановить до первоначального состояния можно только то, что может расти, что живое. Например, тело после ранения или болезни.  Но как можно вырастить заново утраченные части предмета? Это невозможно. Ничего ниоткуда не возникает, всегда есть причина или следствие. Максимально, что можно сделать при помощи магии – склеить части, но это всегда оставляет следы. А твой стакан,  будто никогда не разбивался!

- Ну, вот, и от меня есть польза, - довольно улыбнулась Света. – Интересно, а когда я намагичила для Фейри морковь на блюде и ведро – откуда они взялись, если ничего не возникает ниоткуда?

- Думаю, с отрядной кухни.

- То есть, когда я представила морковку,  и она появилась, это означает, что я просто стащила ее где-то?

- Получается, так, - улыбнулся Рагнар. – Но магия берет поблизости, поэтому не переживай, ты ни у кого не украла, просто забрала наше же.

- Нет, так не интересно, - огорчилась Света. – Магия – это раз! – и  из ничего получаешь вещь или еду, а так как-то неправильно.

-  В мире свои законы. Например, из воды можно получить лёд и пар, но нельзя – огонь. Из древесины – кровать или повозку, но не еду. Алана, тебя срочно, прямо вчера еще, необходимо учить! Твой дар уникален, ты можешь то, что недоступно большинству магов, но совершенно не понимаешь, как действует магия! Надеюсь, жрецы Триединого встретят нас в столице и не придется ни дня терять.

- Рагнар, - Светлана помялась, не зная, как аккуратнее поднять беспокоящий ее вопрос и не проговориться, что она подслушивала. – Твой зять, этот Аскотт, он мне не нравится. Он смотрит на меня очень зло, может быть, я ошибаюсь, но мне кажется, он замышляет что-то нехорошее. Он поедет вместе с нами и будет жить рядом?

-  Аскотт – вояка, он не умеет плести интриги. Я уверен, он всего лишь проговорился о том, что где-то слышал,  поэтому для нас он не опасен. Конечно,  он наговорил много, видимо, его выбило из колеи известие о смене наследования и что твоя сестра не выйдет замуж за моего племянника. Но это хорошо, что Аскотт разнервничался и показал свою заинтересованность, теперь я предупрежден. Надеюсь, - с горечью заключил князь, - что  слышал все это он не от  Мариоллы. Это было бы слишком просто и слишком обидно. Разберусь по ходу дела, ты, главное, помни, что я говорил – не доверяй никому, кроме меня, Сияна и Никодия и ни у кого ничего не бери и ни за кем никуда не ходи.

- О чем он проговорился? - заинтересованно переспросила Светлана.

- Потом как-нибудь расскажу. Ни о чем существенном, - отмахнулся князь, вставая.

- Рагнар, еще минутку – а что будет с Лианой? – не спросить Света не могла, князь же ей не рассказывал, что решил, а сделать вид, что ей не интересно было бы неправильно.

- Ты все узнаешь в свое время. Поела? Тогда пошли, нам нужно как можно скорее попасть домой.

         Подозрительного родственника было не видать, князь сказал, что военачальник едет вместе с полком сопровождения. Это порадовало.  Но наличие в ее повозке пунцовой от волнения и переживаний Клермины, несколько стесняло.

Девушка мялась и мямлила, не зная, куда девать руки и глаза, и Светлана вконец измучилась, пытаясь разговорить попутчицу.  К сожалению, пересадить баронету  было некуда – все повозки были заняты, а  ее отец смог выделить только одну грузовую  для вещей дочери, кареты у него не было. Приходилось терпеть новую фрейлину, ведь не могла же она выгнать девушку?

Наконец, Светлана решила, что ей лучше дальше ехать верхом.  Отряд остановился, княгиня переоделась и, вспомнив, как потеряла накидку из-за ветра, принялась крутить ткань в руках, размышляя, как бы ее так прикрепить, чтобы уж точно не слетела? Эх, если бы здесь были гребни, можно было бы пришить накидку и закреплять ее на голове гребнем.

Княгиня задумалась, вспоминая, какие видела гребни в своем мире. Особенно ей понравился один вариант – в виде диадемы – на одной из невест. Вот ей бы такой очень подошел – и украшение редкое, в этом мире невиданное, и накидка никуда не денется!  А если еще добавить несколько зажимов, то никакой ветер не страшен!

- Мистрис! – ахнула Клермина. – Что это?

Светлана обернулась и потеряла дар речи – на столике лежал роскошный  металлический нарядный гребень,   с пришитой к нему ажурной фатой, а рядом – россыпь   разноцветных зажимов, некоторые из которых были еще и с камешками и бусинами.

С восторгом подхватив находку, княгиня воткнула гребень в волосы и прихватила по краям ткань еще и зажимами. Новая накидка чудесно держалась и выглядела потрясающе. Во всяком случае, здесь такой точно ни у кого не было. Светлана мысленно хихикнула, представив впечатление, которое она произведет на мужа. Судя по восторженно-остолбенелым лицам служанок и Клермины – князь будет потрясен.

- Мистрис, - прошептала Маяна. – Какая тонкая ткань,  какие удивительные украшения! Я таких никогда не видела, наверное, они стоят целое состояние! Князь вами так доволен, он дарит вам самые дорогие и невиданные украшения!

Ха! Вот и замена килограммам драгоценностей – иномирная бижутерия!

Действительно, зачем таскать тяжести, какие у всех есть, если она может носить уникальные заколки!

Светлана довольно улыбнулась и вышла из повозки.

Как говорила Тося из «Девчат»? – «Вот иду я по улице, а все встречные ребята столбенеют. А те, кто послабее, падают и сами штабелями укладываются».

Вот, пусть все столбенеют – княгиня идет!

Гордая своими выдумкой и умением, Светлана села на Фейри, оглянулась, ловя восхищенные взгляды,  и пришпорила текинца, посылая его в голову отряда, где ехал Рагнар.

Вот он сейчас удивится, когда увидит новую, невиданную в этом мире накидку и зажимы!

И осеклась, опаленная мыслью – в этом мире нет ни гребней из металла, ни таких зажимов! А это значит, она смогла притянуть нужные ей вещи из своего мира!!!

Оставила какую-то невесту без фаты…

Но если она смогла вытянуть сюда несколько вещей, то, может быть, сможет притянуть свое тело и вылечить его?

Или вернуть себя назад?

Мысль была сама по себе фантастическая, но рассмотреть ее со всех сторона Светлана просто не успела.

Рагнар оглянулся на топот, увидел текинца и развернул гнедого навстречу жене, прищурившись на нового вида накидку.

Света подъехала, осадила Фейри и улыбнулась, видя удивленное выражение лица князя.

- Какое интересное решение, - пробормотал Рагнар, рассматривая ткань и заколки.

Гребень почти весь был скрыт накидкой и волосами, снаружи выглядывали только несколько перламутровых бусин.

- Здорово, правда? – спросила Света и слегка дернула край. – Никакой ветер не сорвет! Жалко, что я раньше о них не вспомнила!

- Это же из твоего приданого?

- Да, это моё.

Естественно, это же она их наколдовала, значит, теперь это ее, а из приданого или из какого другого места уже не суть важно.

- Удобно и красиво, хорошо, что достала и надела.

- Я переживала, что ткань слишком прозрачная, - ответила Светлана.

- Это не имеет значения, главное, чтобы волосы были прикрыты, а чем – да хоть паутинками, уже не важно,  - князь протянул руку, удерживая гнедого рядом с текинцем, и потрогал невесомый газ. – Редкая драгоценность, даже прикасаться страшно. Мастера, изготовившие ее настоящие кудесники.  Надо будет найти таких и пригласить к нам в Мадраскар.

- Э… Не знаю, остались ли они, - выкрутилась Светлана. – Эту ткань сделала  одна старая-старая ткачиха, она умерла, когда я еще ребенком была.

- Да? Жалко.

   Ехали медленнее, чем раньше, потому что все жители поселений и городов, мимо которых проходила дорога, желали приветствовать князя и княгиню.

Светлане казалось, что радостная улыбка намертво приклеилась к ее губам – поселения шли одно за другим,  и не было возможности расслабиться.

На обед остановились в замке барона Радо.

- Наверное, дальше я поеду в повозке, - пробормотала Светлана, оглядывая покои, которые гостеприимный хозяин предоставил венценосной чете.  -  Мне очень льстит, что твои подданные так нас приветствуют, но я устала улыбаться, махать рукой и кивать, как болванчик.

- Наши.

- Что? – переспросила девушка.

- Наши подданные, - объяснил князь, с удовольствием рассматривая раскрасневшееся личико жены. – Привыкай к всеобщему вниманию, тебе теперь редко придется быть в одиночестве. Учись следить за эмоциями, они у тебя на лице прямо написаны. Помни, что по тебе будут равняться все знатные дамы.

- Ужас, - передернула плечами княгиня. – Кстати, мне понравилась дочь барона, та, средняя, кажется, Алианна. Я бы взяла ее фрейлиной.

- Я передам барону, чтобы собирал дочку, - кивнул князь. – Тебе положено шесть фрейлин, которые будут круглосуточно рядом, значит, надо подобрать еще четверых.

- Кошмар, какой! – ужаснулась девушка. – А есть и спать им когда? И что мне с ними круглосуточно делать?

- Они будут дежурить по очереди – четыре часа одна пара, потом меняться. Успеют и поесть и отдохнуть, не переживай! Надо, чтобы рядом с тобой постоянно были девушки, они помогут, если надо, развлекут, присмотрят за прислугой, не пустят нежеланного посетителя.

- Что, ночью тоже?

- Разумеется. Рядом с твоей спальней есть приемная, там и будут дежурить фрейлины, пока мы спим.

- Но ведь есть магия, можно запечатать двери и нежеланный никто не войдет, можно послать вестник, если что-то надо, или просто намагичить.

- Княгине положены шесть фрейлин, это очень почетно для девушек и удобно для княгини. Потом сама разберешься.

- Рагнар, а что будет с моей сестрой? – перевела разговор Света. – Ты же не казнишь ее? Она просто разбалованная глупая маленькая девочка…

- Маленькая девочка? – выгнул бровь муж. – Но вы с ней одного возраста! Хотя, ты тоже порой, совершаешь или говоришь глупости. Нет, казнить я ее не собираюсь. Вы так похожи, что у меня рука не поднимется.

- А что с ней будет? Я уверена, что если бы не Риная, Лиана сама ничего бы не совершила!

- Выдам ее замуж за какого-нибудь пожилого вдовца, у которого уже есть дети, и пусть живет. Да, твоя сестра ничего не придумывала. Она глупа, как новорожденный слепышонок, где уже ей интриги плести!

- За вдовца с детьми? А почему не за племянника, как ты хотел?

- Потому что Критену не нужна настолько избалованная жена. И, потом, у Лианы не будет детей, ее напоили зельем, вызывающим бесплодие.

- Но это же обратимо? Если целители  умеют лечить смертельные болезни, восстанавливать утерянные конечности, то можно и женские репродуктивные органы восстановить?

- Нет. У наших целителей на это не хватит силы, - ответил Рагнар и притянул жену ближе. – Ты так беспокоишься о сестре? Почему, ведь она не сделала для тебя ничего хорошего?

Светлана лихорадочно размышляла… Идея была не просто утопическая, но ненаучно-фантастическая. Однако если у нее выйдет, если она сможет…  Сначала она должна попробовать, вдруг у нее вообще ничего не получится, тогда ни к чему и обещать.

- Она моя сестра, родная кровь. Ты любишь племянников?

- Конечно! Критен вообще вырос практически у меня на руках!

- Какой он, расскажи!

- Очень любознательный. Такой, настырный, пока не разберется досконально – не успокоится. Честный,  часто во вред себе.

- Это как?

- Не умеет и не любит врать. Совсем.  Если спросить, всегда ответит правду, даже если потом за нее получит. Еще маленьким такой был и вырос, таким остался. Мариолла очень из-за этого переживает, говорит,  нельзя быть настолько открытым, будущему правителю необходимо уметь  где-то и скрыть, где-то промолчать, использовать обстоятельства в свою пользу. А Критен не умеет или, правильнее сказать, не хочет. Вот младший не такой, тот хитрюга, каких поискать!

- Мариолла – его мать?

- Да, моя младшая сестра.

- Она так уверена, что Критен станет князем?

- Не думаю, просто она старается воспитывать сына с учетом этой возможности.

- Ясно. А чем еще отличается Критен?

- Он очень любит животных, а Мариолла их терпеть не может.  Вернее, она к ним нейтрально относится, терпеть не может, если их приводят в покои. Ну, ты понимаешь – шерсть, перья, чешуя, где надо и не надо. Она большая чистюля и борется с наклонностями Критена с его младенчества. Его бы воля,  он бы превратил свои покои в смесь псарни и конюшни.

- Не любит врать и любит животных, - задумчиво проговорила Светлана. – Мне уже нравится твой племянник. Или мне теперь положено говорить «наш племянник»?

- Тебе и Мариолла понравится, - князь привычно пристроил подбородок на голове супруги. – Она такая вся домашняя, такая заботливая!  Мечтает о дочери, но Триединый наградил ее двумя сыновьями.

Я  буду рада познакомиться с твоими родными, - зевая, ответила жена. – Интересно, жрецы к нашему приезду уже будут на месте или прибудут на несколько дней позже?

- Увидим, - пожал плечами Рагнар. – Жрецы Триединого сами по себе и подчиняются только ему. Спи уже, у нас еще час до отъезда!

           Восторг и единодушие подданных воодушевляли, но и немного утомляли. Хорошо, что Рагнар взял на себя  труд выступать с ответными речами там, где им приходилось останавливаться.

Светлана потихоньку вживалась в роль княгини, смирилась с постоянным присутствием служанок и новоприобретенных фрейлин.

Более-менее освоилась даже Клермина и перестала при Светлане запинаться и смущаться.

Всего-то понадобилось чуть больше трех дней!

В столицу въехали вечером.

Свете пришлось надеть парадную «амазонку», нацепить фату, прочно заменившую прежнюю накидку и ехать рядом с князем.

«Улыбаемся и машем»! – это она освоила в совершенстве.

Князя любили и искренне ему радовались. Отсвет отношения к князю  перешел и на его жену – княгиню встречали так, будто она лично лечила всех больных, кормила всех голодных и укрывала своим плащом всех замерзающих.

Свете стало немного страшно – а, ну, как она не оправдает надежды людей? Не сможет завоевать признание сама по себе, а не как тень Рагнара?

- Ваша Светлость! – чуть ли не под ноги гнедому выскочила женщина, протягивая корзинку. – Возьмите нектарины для вашей княгини! Я собирала их на рассвете специально, чтобы порадовать вас!

Рагнар остановил коня, наклонился и принял корзинку.

- Благодарю, добрая женщина! – кивнул Никодию.

Трогая текинца, Света оглянулась и увидела, что советник вручает женщине мешочек с монетами.

Нектарины – это же «голые» персики?

- Рагнар, - решила она спросить у мужа. – Что это за фрукты? Их трудно найти?

- Нектаров очень мало и семьи, которые владеют хоть одним деревом, живут в довольстве, - ответил князь.- Нектары плодоносят раз в два года. Каждый плод стоит столько, сколько помещается золотых на его тень, отбрасываемую в момент продажи. Поэтому плоды продают рано утром или уже ближе к закату. Корзинка нектарин – пять плодов – это целое состояние.

- Но чем они так ценны? Редкостью? Необыкновенным вкусом?

- Нектарины гарантируют зачатие ребенка, - улыбнувшись, ответил князь. – Если перед ночью муж и жена разделят один, то их ночь будет полна наслаждений и почти наверняка принесет плоды. Если они будут есть нектарины три, четыре ночи подряд, то зачатие произойдет неизбежно, причем, двойней или тройней. Это все, кроме того, что сами по себе плоды очень вкусны и являются мощным возбуждающим.

- С ума сойти! – пробормотала Светлана и покраснела – Эта женщина пожертвовала для нас такими дорогими фруктами? Лишила семью средств для существования? Впрочем, Никодий же ей заплатил. Но ребенок… Ты собрался срочно его зачать?

- А что нам мешает наслаждаться друг другом и породить новую жизнь? Если повезет, то жизни?

- Ну, я как-то не очень готова, - с сомнением возразила девушка. – Тем более, ты обещал, что до моего совершеннолетия беременности не допустишь.

- Обещал и сдержу слово, а нектарины отдам Сияну, он погрузит корзинку в межмирье и достанет ее, когда мы решим, что настала пора заводить детей.

- Погрузит в межмирье? – насторожилась Света. – Что это, расскажи!

- Это такое место, где  не течет время. Если туда что-то поместить, то для предмета там пройдет одна секунда, даже если достать его спустя много лет. Поэтому фрукты отлично сохранятся и дождутся своего часа. Во всяком случае, один плод мы можем разделить без опаски, если Сиян уверит, что этот день неподходящий для зачатия.

- Хм, какая полезная вещь, это межмирье! А им любой может пользоваться? – Светлана сделала вид, что пропустила слова мужа про нектарин.

-Нет, умение открывать вход в него, помещать там вещи и потом забирать их – такое же редкое, как нектарины. В Мадраскаре этим умением обладает только Сиян.

- Жаль, я думала, что смогу сама научиться, - вздохнула Светлана.

- Не огорчайся, невозможно уметь все! Смотри, сейчас будет виден наш дворец!

Светлана выпрямилась и посмотрела, куда показывал рукой Рагнар.

Дорога пошла на возвышенность и в какой-то момент впереди и немного  правее возник огромный замок.

Настоящий средневековый замок или дворец – с башенками, зубчатыми стенами, арочными переходами, галереями и флажками, развевающимися на ветру!

Белый замок!

Светлана тихо ахнула и перевела взгляд на довольно ухмыляющегося Рагнара.

- Какой он красивый и большой!

- А внутри он еще лучше! – самодовольно заявил князь. – Увидишь – позади дворца огромный парк, есть и пруд. Нашим детям будет, где играть и гулять, да и ты сама в любой момент, если пожелаешь,  сможешь оказаться не в городе, а в тихом лесу.

По мере приближения, становилось ясно, что размеры дворца и окружающего его парка поистине огромны.

Подумать только – от въездных ворот до парадного входа они ехали минут пятнадцать, не меньше! А ведь князь сказал, что парк, вернее, строгие дорожки, обрамленные пышными цветниками, с этой стороны совсем небольшой, вот тот, что сзади – это да. Практически, ухоженный лес.

- Чтобы его весь объехать, надо два часа хорошего хода, - самодовольно заявил муж. – Не люблю шум и пыль городов, а сюда они и не долетают.

- Не опасно жить в таком месте? Ведь к каждому дереву не приставишь охрану. Как уследить, чтобы в дворцовый лес не пробрались злоумышленники? Конечно, народ тебя любит и не может вредить, как ты говорил, но есть же другие государства и у местной знати могут появиться недобрые намерения. Я правильно поняла, что твои близкие и дальние родственники способны причинить тебе вред?

- Не совсем правильно – не мои родственники, а потомки князя Рагнулфа, основавшего Мадраскар. В остальном верно – на них не распространяется магия, не дающая вредить князю. А с охраной все просто – лес обнесен стеной, в которую вплетены сигналки и магическая стража. Пересечь эту границу ни одно существо, имеющее недобрые намерения, не сможет. Поэтому можешь не переживать –  дворец и парк совершенно безопасны, здесь невозможно навредить ни мне, ни моей семье.

- А где рожала твоя первая жена? Разве не здесь?

- Нет, мы тогда жили в Малом дворце. Тине не нравился этот, она считала его слишком большим и холодным. И поскольку я в тот год все время был в других государствах как представитель своего отца Ратмира, то Тина решила, что жить будет в Малом дворце, и переехала в него вскоре после того, как узнала о беременности.

За разговором они незаметно доехали до парадного входа, и Светлана увидела, что, видимо, все слуги, работники и охрана из  дворца выстроились полукругом, в несколько рядов  заполнив почти всю подъездную площадь. Впереди в красном платье и накидке стояла высокая красивая темноволосая женщина, вся блестящая от украшений и рядом с ней высокий, пока еще тонкий красивый темноволосый юноша и крепенький светловолосый мальчик лет десяти.

Сестра Мариолла и племянники Критен и Сигур – догадалась Света.

- Князь, - склонилась в поклоне Мариолла.

Оба сына повторили ее движение.

- Княгиня, - не менее глубокий поклон от всех троих.

- Мариолла! – Рагнар легко соскочил с гнедого и обнял сестру, а потом племянников. – Познакомьтесь – моя жена – Алана тир Гранд.

Муж вернулся к Светлане и снял ее с лошади.

Не зная, как вести себя, девушка просто улыбнулась  новым родственникам.

Мариолла смотрела несколько настороженно, но уважительно, Критен – с доброжелательным интересом, Сигур – презрительно.

- Я рада, что могу, наконец, познакомиться с родными Рагнара, - проговорила Светлана. – Он столько о вас рассказывал, что я полюбила вас заочно.

С последними словами, подчиняясь невольному порыву, княгиня подошла к Мариолле и обняла ее, краем глаза отметив, что князь буквально просиял.

Хорошо, значит, она сделала правильно.

Несколько напряженная обстановка разрядилась,  все заулыбались, а воины одновременно топнули и ударили кулаком правой руки себе по груди. Синхронный топ и гул прокатились над площадью.

  Внутри дворец оказался не менее великолепен, чем снаружи.  Заметно было, что им управляет не только опытная, но и добросовестная рука.

Очень чисто. И близко нет того, о чем в свое время Светлана достаточно начиталась  в книгах, повествующих о нравах Средневековья.

Интересно, как с такой любовью к коврам, они умудряются бороться с пылью?  Магия! Точно, уборку делает магия, а уж она-то ни малейшей пылинки не пропустит!

Светлана шла по лестнице и во все глаза рассматривала свой новый дом.

Покои князя и княгини занимали весь второй этаж,  и на него из холла можно было попасть по широкой белой лестнице, покрытой белым же ковром.  У основания лестницы стояли два воина и еще двое дежурили на самом этаже перед дверями.  На остальные этажи  можно было попасть по  двум лестницам, расположенным в противоположных  сторонах просторного холла. Светлана решила, что  попозже она обязательно осмотрит весь дворец.

Как и ожидалось, князю и княгине были положены раздельные покои, но соединенные смежной дверью через спальни.

-  Я взяла на себя смелость обставить ваши покои по своему вкусу, чтобы к вашему приезду все было готово, - негромко сказала Мариолла, - наблюдая за реакцией княгини.

Светлана обходила комнату за комнатой, замирая от восторга! Все, как она любит!

Просторно, светло, никакого розового или красного, ничего тяжелого или вычурного.

- Спасибо! – обернулась она к золовке. – Мне все очень нравится!

- Если вам захочется что-нибудь поменять, только скажите, - предложила Мариолла.

- Нет, нет! Все настолько продумано и  удобно, что я сама лучше не придумала бы! – в порыве благодарности Светлана взяла Мариоллу за руку. – Я очень благодарна, что вы взяли на себя труд все здесь обустроить, чем я могу отплатить?!

Сестра Рагнара просияла и заметно расслабилась.

- Служить вам – большая честь, - ответила женщина. – Я рада, что смогла вас порадовать! Сделайте Рагнара счастливым – это лучшая для меня награда!

Девушка посмотрела в глаза Мариолле и медленно кивнула:

- Это же и в моих интересах, поэтому я постараюсь.

- Рагнар очень хороший! – горячо проговорила сестра. – Ему не везло с предыдущими женами, но он как никто другой заслуживает счастья! Полюбите его. Пожалуйста!

Светлана немного опешила от порыва Мариоллы, благо, что в комнате – это была ее гостиная – они были одни. Служанки копошились в гардеробе, раскладывая вещи, а фрейлины, которых уже было четверо, обустраивались в своих комнатах.

Мариолла порывисто вздохнула, поклонилась и проговорила:

- Знаю, что вы с дороги устали, поэтому не буду вам больше докучать. Отдыхайте, весь дворец и все слуги в вашем распоряжении! Ужин через два часа, но если хотите перекусить – только прикажите.

Княгиня задумчиво посмотрела вслед ушедшей женщины.

 Сестра что-то знает?  Сложно сказать. Но, похоже, она искренне переживает за брата. А ее муж не показался заслуживающим доверия. Как все странно и запутано! Похоже, ее еще ожидают разные открытия и не только приятные…

      Остаток вечера до ужина Светлана посвятила купанию и выбору наряда.

Хотелось выглядеть наилучшим образом, ведь ей впервые предстоит выступать в роли хозяйки этого великолепия.

Бело-голубая купальня поражала размером и комфортом. Здесь была ванна, что-то вроде умывальника и небольшой бассейн. Стояли пара диванчиков, висели зеркала. А аккуратные шкафчики оказались битком набиты баночками и флакончиками с разными косметическими составами и средствами для  ухода за  кожей и волосами. Открыв высокий белый шкаф, Света обнаружила разного размера полотенца и несколько халатов.

Просто  рай!

Деяна и Маяна, устроившиеся в смежных с прихожей  комнатах,  помогли девушке разобраться в содержимом баночек,  и Света с удовольствием рассматривала полученный результат.

Волосы пышным, блестящим каскадом струились по ее спине, укрывая все тело до колен. Даже жалко было заплетать и прятать всю эту красоту. Но ничего не поделаешь, портить настроение мужу она не собиралась.

Аккуратно подровненные ногти на руках и ногах  служанки покрыли каким-то составом из одной из баночек, и они приобрели блестящий и розовый вид.  А еще у нее удалили все лишние волосы на теле. Вот совсем-совсем все!

Поначалу, помня об ужасах депиляции подручными (здесь – расплавленный воск, мед и т.п. средства), Светлана сильно напряглась, готовясь стойко выносить жертвы во имя красоты. Но при помощи  мази из большой коричневой банки, все прошло быстро и безболезненно. Служанки просто намазали все нуждающиеся в депиляции места мазью и почти сразу смыли ее. Вместе с мазью смылись и лишние волоски, а умащенная бальзамом из голубой баночки, кожа стала нежной и бархатистой.

Белья ей по-прежнему не дали, но за время дороги Светлана уже почти привыкла обходиться без него.  Единственно, приближалось время «женских дней» и как ей во время него обходиться без белья, Светлана пока мало представляла.

Далее, на Светлану надели короткую, чуть выше колен, плотную сорочку нежно-голубого цвета, а сверху нее – длинное приталенное  платье с длинными рукавами и закрытой зоной декольте из такой тонкой материи, что она  просвечивалась насквозь. Светина иномирная фата с гребнем подошла под этот наряд лучше некуда.

На руки надели по два браслета, в уши – серьги, но нацепить вязанку ожерелий Светлана не позволила.

- У меня есть это и это, - показала она на гребень и заколки. – Дороже них нет ничего, зачем же цеплять на себя фестоны украшений и отвлекать внимание от настоящих редкостей?

Служанки согласились, что так будет разумнее.

Довершили наряд легкие туфельки на маленьком каблучке.

Проводить княгиню в гостиную, где должен состояться ужин, вызвалась домоправительница.

Шествие получилось внушительное – впереди шли два телохранителя. Следом - дородная домоправительница, за ней – две фрейлины. Потом – княгиня.  Далее – еще две фрейлины и замыкали шествие два воина.

По дороге им никто не встретился, но уже у дверей в гостиную они пересеклись с не менее пышным сопровождением Рагнара.

Князь, блестя глазами, с удовольствием осмотрел жену и протянул ей руку.

- Князь Рагнар и княгиня Алана, - провозгласил мажордом, или как эта должность здесь называется? – и Светлана одновременно с мужем вошли в гостиную.

Просторная комната, посередине длинный стол, чуть поодаль, верхней перекладиной в букве «Т» - еще стол, короче первого.

Рагнар подвел жену к «перекладине».

Светлана с интересом посмотрела на присутствующих – вон Мариолла. И противный Аскотт. Критен и Сигур. Во главе второго стола стоит высокая пожилая, но прекрасно выглядящая женщина. Прослеживается сходство – мать Рагнара?

Светлана внимательно посмотрела на свекровь. Вроде, настроена доброжелательно, хотя, на расстоянии может просто так казаться.

- Позволь, я представлю тебе моих родственников, - обратился князь. – Это моя матушка, вдовствующая княгиня Гивернея.

Женщина коротко поклонилась.

Светлана дернулась приветствовать или поклониться, но муж рукой удержал ее, тихо прошептав: «Стой смирно».

Пришлось выпрямиться и принять невозмутимо-приветливый вид.

- Это моя сестра Мариолла руми Салер. Ее супруг, главный военачальник Мадраскара Аскотт руми Салер. Мой племянник Критен руми Салер. Второй сын Аскотта и Мариоллы, мой второй племянник Сигур руми Салер. И матушка Аскотта, вдовствующая боярыня Саломея руми Салер.

При каждом названном имени его обладатель кланялся княгине, а Светлана приветливо ему улыбалась.

Наконец, церемония представления завершилась, князь отодвинул стул, помог сесть жене и потом сел и сам. После этого расселись и остальные, выжидательно глядя на Рагнара.

- Благодарю Триединого за то, что сохранил меня, мой дом, мою семью и моих подданных! – провозгласил князь и взял в руку ложку.

Тут же, как по сигналу, все  приступили к еде.

Светлана поймала улыбку супруга, улыбнулась в ответ, перевела взгляд в сторону стола с родственниками и споткнулась о ненавидящий взгляд Саломеи.  Впрочем, женщина тут же опустила глаза, и Светлане осталось только гадать – померещилось ей или нет?

Совместная  трапеза прошла без неожиданностей.

На княгиню смотрели, но без ненависти, просто с интересом, и Светлана расслабилась, решив, что ей просто померещилось.

«Если постоянно всех подозревать, то с ума можно сойти», - решила девушка.

День был хлопотный, поэтому сразу после ужина княгиня вернулась в свои покои, с удовольствием избавилась от всех украшений, включая гребень, и распустила волосы.

Деяна так туго стягивала их, что к вечеру у Светы начинала болеть голова. С этим тоже надо было что-то делать, ходить всю жизнь с головной болью желания не было.

Светлана отпустила служанок, впрочем, их комнаты располагались здесь же, поэтому если бы они понадобились княгине, ей стоило их только позвать.  Двух из четырех фрейлин, которые собрались дежурить у нее в приемной, она тоже отправила отдыхать.

- Вы только с дороги и устали не меньше моего, - сказала она девушкам. – Ничего страшного, если к своим обязанностям вы приступите с завтрашнего дня.

Наконец, она осталась одна, можно было расслабиться и побыть самой собой.

Светлана, перебирая и лохматя распущенные пряди, вошла в спальню, покосилась на смежную дверь, но из-за нее ни звука не доносилось, видимо, князь опять завис с неотложными делами.

Что ж, она и одна хорошо отдохнет!

Кровать, застеленная легким одеялом, манила свежестью белья, взбитыми подушками и обещанием комфорта. Света не удержалась, воровато оглянувшись на дверь – не увидит ли кто? – залезла на ложе, оценила его мягкость и попробовала немного попрыгать. Увы, пружинных матрасов здесь не знали, и тюфяки набивали чем-то просто мягким – пухом, например. На нем не попрыгаешь. Вернее, попрыгаешь, но без того удовольствия, которое дарят пружины.

Вздохнув, девушка отогнула одеяло и скользнула внутрь, блаженно вытягивая ноги, поправила подушку и ойкнула, что-то задев. Стремительно вскочила, отбросив и одеяло и подушку, и пораженно уставилась на  косточки, похоже, куриные.

Сон как рукой сняло.

Ну, и как это понимать? Кто входил в ее спальню, куда охрана смотрела?

Первый порыв был – звать охранников, служанок и поднимать всех на уши, но потом, поразмыслив, девушка решила не доставлять вредителю удовольствия.

В конце концов, она магичка или где? Да, не умеет, да, не училась, но попробовать-то можно?

Не прикасаясь к косточкам, Света внимательно их осмотрела – обычные, уже  подсохшие – не сегодня обглоданные или полежали где-то на солнышке-ветерке.

Интересно, кто и, главное, как их сюда принес? Телохранители постоянно дежурят у ее покоев, это значит, что внес кто-то из ее прислуги или фрейлин?

Или – Светлана посмотрела на смежную дверь – внести могли и через спальню мужа.

А если она попробует представить, кто это мог быть?

Княгиня села прямо на пол, благо, там был толстый ковер, облокотилась о кровать и закрыла глаза.

Косточки. Лежат, одинокие. Они хотят к человеку, который их принес. Нет! Это тот, кто их принес, очень хочет забрать косточки назад! Очень, очень! Прямо, не может ни сидеть, ни лежать, у него горят руки, чешется все тело.  Терпеть невозможно. Человек торопится, он хочет забрать свой подклад, как можно быстрее. Да, да, он идет, он уже близко, скоро он заберет косточки!

Светлане показалось, что она услышала какой-то звук.

Открыла глаза – точно, звук идет из-за двери в купальню. Пригнувшись, чтобы ее было не видно, княгиня смотрела, как тихо открывается дверь и входит… Сигур!

Мальчик воровато оглянулся, подошел к кровати, схватил косточки и громко закричал, когда Светлана перехватила его руку и сжала, не позволяя ни вырваться, ни разжать пальцы и выкинуть кости.

Что тут поднялось!!!

Сбежалось, наверное, пол дворца, включая Рагнара и родственников.

Сигур, поняв, что убежать не получится, вырываться перестал, но ревел так, что Света  опасалась потопа.

- Алана, что случилось? Сигур, что ты тут делаешь? Отпусти его, зачем держишь? – Рагнар растолкал зрителей и протиснулся в спальню. – Все – вон!

Зрителей, как корова языком слизнула.

- Посмотри, что у него в руке, - спокойно ответила Светлана. – Я держу, чтобы он не успел выкинуть.

Князь нагнулся и высвободил кости.

- Сигур? – обратился он к мальчику. – Зачем ты принес княгине кости? И, - повысил голос, – каким образом мальчик попал в спальню? Кто стоял на дверях?

- Он не через двери вошел, - ответила Светлана, накидывая на голову покрывало - вовремя вспомнила, что стоит тут простоволосая, хорошо еще, муж не отреагировал.

- Вернее, через дверь, но не ту, - кивок в сторону прихожей, - а вот через эту. – Пальцем на дверь купальни.

- Через потайной ход, - понимающе кивнул князь и снова обратился к плачущему мальчику. – Зачем ты пришел в спальню княгини, Сигур? И зачем принес кости?

Ребенок исподлобья взглянул на Рагнара и промолчал.

- Сигур, молчать не выход, - мягко заметил князь. -  Княгиня Алана – твоя госпожа, ты обязан защищать ее и чтить. Объясни, зачем ты пришел к ней ночью и принес кости?

- Я не хочу ее чтить! – выдохнул мальчик и покосился на девушку. – Зачем ты ее привез, разве нам было плохо? Зачем тебе жена? Пусть она уезжает!

Рагнар сжал кулаки, но ответил спокойно:

- Сигур, смотри – у твоего папы есть мама. И еще у него есть вы, его сыновья. Я тоже хочу, чтобы у меня была жена, как твоя мама у твоего папы. И чтобы у нас родились сыновья. Хочу  семью, понимаешь?

- Разве тебе недостаточно нас? – возмутился Сигур. – Мы – твоя семья, а Критен – твой наследник. Зачем нам чужачка?

- Княгиня – моя жена, - повторил Рагнар. – Как твоя мама – жена твоего папы. Я люблю и тебя и Критена, но хочу и своих детей иметь, понимаешь? Когда они родятся, я не стану любить тебя меньше, поверь!

- Станешь! – выкрикнул ребенок. – Ты выгонишь нас из дома, Критен не будет наследником, а я – его советником! Она – чужая! Она  колдунья и напоила тебя зельем! Я принес кости, они бы показали ее настоящее лицо и заставили уехать из нашего дома!

Рагнар растерянно обернулся на Свету и прижал к себе мальчика:

- Сигур, ты говоришь глупости! Никто вас из дома не  гонит, вы по-прежнему мои любимые племянники, и ты и Критен. Кто тебе рассказал такую ерунду? Ты же понимаешь, что нельзя входить в спальню княгини без ее разрешения и тем более, подкидывать ей всякие гадости? Я всегда считал тебя умным мальчиком, что с тобой произошло?

- Я не знаю, - прорыдал ребенок. – Я… я принес косточки еще днем. Бабушка  сказала, что они выгонят из дома плохого человека, если положить их ему под подушку. А сейчас я уже лег спать,  и вдруг у меня стало все чесаться, мне ужасно захотелось забрать кости. Я не смог устоять. Пошел и она, - пальцем в княгиню, - меня схватила.  Я не хотел ничего плохого! Только, чтобы она уехала, и мы жили, как раньше – без нее.

- Ну, ну, не плачь, - Рагнар погладил  племянника по голове. – Давай сюда эти кости и иди к себе.  Завтра поговорим.

Мальчик вышел, Света стянула покрывало, бросила его на пол, обошла мужа и села на оттоманку.

- И что ты будешь делать? – поинтересовалась она у супруга. – Он ребенок, но за его поступком явно стоит кто-то взрослый. Потом, мне не нравится, что в мою спальню можно легко проникнуть. Сейчас это безобидный мальчик и косточки, но ведь могло быть что-то намного серьезнее?

- Саломея, - выплюнул Рагнар. – Это ее работа. Она, смотрю, и Аскотта науськала, и Сигуру голову задурила. Насчет хода я завтра же привлеку Магора, он поставит магическую защиту. Никто, кроме меня и тебя  не сможет зайти через этот ход.

- Ясно, - кивнула Светлана. – Пока ход не запечатан, не хочу здесь спать. Я лягу у тебя?

- Конечно, - муж подхватил ее на руки, зарылся носом в волосы. – Триединый, какая же ты у меня красавица! Не бери в голову, это просто глупая шалость маленького мальчика, я завтра со всем разберусь!

  На следующий день весь дворец ходил на цыпочках: Рагнар творил  правосудие.

Саломея от всего отпиралась, обижалась, грозилась  и взывала к милосердию.

В конце концов, князь озвучил решение: боярыня отправляется домой и без приглашения во дворец и столицу не приезжает. Аскотту надлежит в ближайшее время вместе с заместителями и военными магами,  объехать приграничные гарнизоны, провести ревизию, прикинуть, что и где надо добавить или изменить.

- Но ведь сейчас мир! – удивился Аскотт.

- Вот, чтобы мир был крепким и долгим, надо всегда быть готовыми к войне, - отрезал Рагнар. – Ты распустил мать, она отвратительно влияет на моих племянников. Ладно, Критен, он уже почти взрослый и разумный, уже сам может во многом разобраться. Но подставлять Сигура! Ведь по закону, поймав его в спальне княгини, да еще с попыткой навести порчу, я был бы вправе его казнить! Не умеешь навести порядок в собственном доме, значит, нечего тебе тут делать. Отправляйся с инспекцией. Жду подробные отчеты и не только письменные. Я даю вам с собой хороший запас кристаллов, записывайте все, что заслуживает внимания!

- А Мариолла и мальчики? – осторожно поинтересовался Аскотт.

- Останутся здесь. Не хочу, чтобы боярыня продолжала влиять на них, а проследить, что она станет рассказывать моим племянникам, я на расстоянии не смогу.

- Но там их дом и моя мать… Она просто пожилая женщина. Глупая. Ей будет одиноко без семьи.

- Ничего, у вас дом большой, поместье тоже, слуг и работников много, боярыне будет, чем занять досуг, - отрезал Рагнар. – Потом, скоро приедет магистр Кроу, вот он и займется мальчиками. Хватит женского воспитания. Все, разговор окончен!

         Жрецы появились перед закатом –  старик и мужчина лет пятидесяти, но встретилась с ними княгиня только на следующий день.

-  Дарующая, - поклонились жрецы. – Рады приветствовать вас, благодарим за гостеприимство! Я – Первый, он – Второй. Это наши имена.

- Ясного дня, - ответила княгиня. – Как будут проходить  занятия? Эта комната подходит? – девушка обвела рукой свою гостиную.

- Нет, мистрис. Лучше, чтобы занятия проходили в отдельном помещении.

- Зал? Отдельная комната?

- Наверняка во дворце есть какой-нибудь флигель, которым пока не пользуются?

- Сейчас узнаем.

Флигель нашелся – небольшой дом в глубине парка, состоящий из прихожей и большой комнаты, где раньше жил кто-то из садовников.

В кратчайшие сроки дом был  вымыт и устлан неизменными коврами. От мебели жрецы отказались.

- Пусть будут ковры, на них можно сидеть и лежать, - сказал Второй.

- Лежать? – переспросил князь.

- Иногда проще сконцентрироваться, если лечь и закрыть глаза, - объяснил Первый.

– Княгине придется много трудиться, чтобы  полностью освоить свой дар, - добавил Второй.

И начались занятия.

Оказалось, что интуитивно Светлана делала все правильно – концентрируясь на образе, она вкладывала в желаемое действие свою магию.

И оказалось,   она могла не только притягивать предметы, как  притянула гребень или морковку, но и управлять желаниями и поступками людей.

- Триединый очень щедро одарил вас, мистрис, - говорил старший жрец. – Тем больше ответственности и больше спрос. Если вы начнете применять силу для черных дел, Триединый разгневается.

- И в мыслях не было! – возмутилась Светлана. – Я просто хочу жить долго и счастливо.

Девушка помолчала и продолжила:

- Хочу нормальную семью и детей! Неужели, я слишком многого хочу?

- Нет, мистрис, ваши желания естественны и нормальны. Главное, чтобы для достижения своей мечты, вы не вредили другим.

- Например, если я хочу, чтобы муж был только со мной,  и он оставит любовницу – я навредила ей? – решила уточнить Светлана.

- Нет. Мужчина ей не принадлежал, она не была вправе его удерживать.

- Хорошо. А если муж сам хочет быть с любовницей, но я пожелала и у него… он не может быть ни с кем, кроме жены?

- Это плохо, это сознательный вред здоровью супруга.

- А, по-моему, - пробормотала под нос Светлана, - это хорошо.

- Что вы сказали?

- Спрашиваю, что хуже: если муж не сможет изменить или если жена узнает, что муж ходит к другой?

- Одинаково плохо. Но в первом случае вина падет на вашу голову. Вы не должны сознательно вредить. А во втором случае вина будет на мужчине, который сознательно оскорбит жену.

- Я ведь, получается, могу пожелать, и мужчина на других и смотреть не станет. Что же в этом плохого? Муж будет доволен и мысли о других ему просто в голову не придут, - пыталась понять Света.

- Княгиня, вред от того, что вы навяжете эти мысли и желания мужу. Они не будут его собственными. Это как любовь под приворотом – держится только до тех пор, пока приворот работает. А потом мужчина прозреет и возненавидит женщину. Нельзя шутить чужими чувствами! Вы привлекательная молодая женщина, вам не нужна магия, чтобы заставить мужа забыть о любовницах.

- Я поняла. К сожалению, все мужчины всегда поглядывают на сторону, даже если любят.

- Неправда! – старший жрец даже руки вскинул из-за всплеска эмоций! – Если человек по-настоящему любит, ему не нужна другая, он не будет искать новое и сравнивать с тем, что имеет.  Он будет беречь, и ценить свое счастье.

- А если человек – преступник? Если он вредит другим, но его можно перевоспитать при помощи магии? Например, человек вор, но после воздействия магией он станет, к примеру, пекарем и больше никогда ни одной вещи не украдет? Это же не вред, а польза?

- Для общества это польза, но вред для вора. Потому что его насильно заставят, против его воли.

- Но наказания – это же тоже насилие! Неужели, лучше порка? - Светлана передернулась. – Проще перестроить  сознание и магией внушить отвращение к воровству.

- Наказание через боль воздействует на человека, и он сам принимает решение больше не красть, пусть и из боязни наказания, - объяснил жрец. – А магия заменяет желания  человека чужими.  В вас большая сила, но прежде чем применять ее, подумайте, не навредите ли вы, вправе ли решать за другого, что для него лучше.

Светлана внимательно посмотрела на жрецов и решила вернуться к собственно магии.

- Скажите, возможно, увидеть душу человека?

- Сложный вопрос, - задумался жрец. – Давайте попробуем?

- Конечно! Что надо делать?

- Второй, сядь здесь, - пригласил старший напарника. – Теперь вы, мистрис, сядьте напротив и возьмите жреца за правую руку своей левой рукой. Хорошо. Закройте глаза и представьте, что хотите поговорить с тем, кого держите за руку. Мысленно представьте! Позовите его.

Светлана сделала, как велел старший.

Сначала ничего не происходило.

Она так и этак напрягалась, пытаясь рассмотреть душу жреца, вызывала ее и просила, но все было напрасно просто темнота и ничего больше.

«Ничего не выходит»,  - мысленно огорчилась Светлана. – «Душа, это что-то хорошее и яркое, в чем сосредоточена сущность человека. Тело – это только оболочка, одежда, а душа – это сам человек».

Только она подумала так, как внезапно в темноте перед ней высветился силуэт.

- Мистрис хотела поговорить?

От неожиданности Светлана охнула и раскрыла глаза.

- Вы что-то увидели? – спросил Первый.

- Да. Силуэт человека, такой, мерцающий в темноте. И он со мной заговорил.

- Второй?

- Да, мистрис сумела вызвать мою душу на разговор, - подтвердил жрец. – Но сразу испугалась и контакт прервался.

- Но как же это? – растерянно проговорила Светлана. – Это точно душа, она имеет изображение, то есть, ее можно увидеть и даже говорить с ней? Может быть, мы просто телепатически общались?

- Телепатически?

- Мысленный разговор двух людей, - пояснила княгиня.

- Когда вы общаетесь без слов с другим человеком, вы не видите душу и вам не надо  закрывать глаза и  концентрировать все внимание на контакте. Если у вас есть способность так разговаривать, то вы просто мысленно говорите, обращаясь к собеседнику. Когда вы хотите пообщаться с душой другого человека, то вам надо почти отключить тело и высвободить вашу душу.

- Мою душу?

- Да. Это не мысленный разговор людей, это общение именно душ. Но почему вас так интересует именно этот вопрос? – пытливо заглянул в глаза Светлане Первый. – Есть  человек,  с чьей душой вы хотели бы пообщаться?

- Да. Моя сестра, - ответила Светлана. - Я хочу понять,  она совсем безнадежна или есть шанс, что она сможет стать нормальной. Рагнар собирается выслать ее куда-то на задворки империи и выдать замуж за вдовца.

- Понимаю, - кивнул жрец. – Забота о сестре – похвальна. Каждый заслуживает своего шанса. Мы будем заниматься каждый день, и примерно через неделю можно будет попробовать. Но учтите, Второй почувствовал, что ваша душа обращалась к его душе, с Лианой этого не произойдет. Она просто заснет,  и не будет знать, что вы общались.

- Это даже лучше. Я узнаю, что на самом деле думает и хочет Лиана, и если она безнадежна, то ей не придется зря надеяться. Скажите, мне еще долго учиться?

- Сложно сказать, мистрис, - задумчиво ответил Первый. – По сути, вы уже сейчас можете пользоваться почти всеми вашими возможностями. Думаю, вы уже поняли, что суть вашего дара состоит в его неограниченности? Все, что можно вообразить или пожелать, практически в любой сфере жизни, вы способны воплотить, оживить или преобразовать. Ограничение одно-единственное –  рамки вашей фантазии.  Это великое благословение,  но и огромная ответственность! Ради того, что бы вы ее понимали, вам пришлось на себе почувствовать насилие, предательство, боль, измену, ненависть и презрение.

- Что? – охнула Света. – Так, все… все было не случайно??? Обряд, порка, Маяна у дерева…. О…

- Только тот, кто на себе знает, каково это, может быть носителем дара такой силы, - проговорил Второй. – Представьте, что было бы, получи этот дар ваша кормилица? Или боярыня руми Салер?

- Вы знаете про Саломею? Но тогда, почему вы не вмешались раньше? Не предупредили? Мы бы могли предотвратить поступок мальчика, он не был бы наказан!

- Мы про все знаем, но почти ни во что не вмешиваемся, - ответил Первый. – Мальчику полезен урок, который он получил. Князю тоже нужно было своими глазами увидеть, к чему приводит невнимательное отношение к детям и их окружению. Да и вам на пользу – вы открыли в себе способность находить людей по оставленным ими следам.

- Потрясающе, - возмутилась Светлана. – Вы, как ученые фанатики, посадили пауков в террариум и смотрите сквозь стекло, как они борются за жизнь.

- То, что дается легко, не ценится, - возразил Второй.

- Триединый мудр, он учит и помогает, но только тем, кто сам этого хочет и не сидит, сложа руки, - Первый встал и поклонился княгине. – На сегодня урок окончен, мистрис. Завтра поговорим о вашем будущем и продолжим обучение.

***

        Рагнар погрузился в заботы, уделял внимание племянникам, особенно, старшему, но не забывал и про жену. Алана же по нескольку часов в день проводила в домике, где жрецы учили ее пользоваться своим даром. Выходила она оттуда уставшая, временами, бледная, но очень довольная.

Удивительно, как много места за такое короткое время эта женщина сумела занять в его жизни!

Если он не видел жену несколько часов, то начинал скучать по ее голосу, глазам, и шел ее искать. Иногда было достаточно просто прикоснуться к ней, зарыться носом в ее волосы, провести рукой по плечу и спокойствие возвращалось. Ни с одной другой женщиной у него никогда не было ничего подобного! Даже с Льясой.  Ему очень нравилась вторая жена, с ней было весело и интересно,  она с удовольствием принимала участие во всех забавах и развлечениях, с энтузиазмом принимала его в постели, но он не помнил, чтобы ему все время хотелось к ней прикасаться. Не помнил, чтобы несколько часов без жены отправляли его на ее поиски. И близость… Каждый раз он открывал Алану заново, каждый раз она удивляла, остро отзываясь на его ласки и смущаясь при этом. Впервые Рагнару хотелось доставлять удовольствие не себе, а женщине и вид ее трепещущего тела и пьяных от наслаждения глаз, сносили голову, погружая в водоворот удовольствия.   Рагнар вынужден был сам себе признаться, что еще ни с одной женщиной ему не было так хорошо.

И вместе с осознанием этого пришел страх потерять жену. Алана учится владеть даром, она очень сильна и с каждым днем у нее получается лучше и лучше. Что, если в один далеко не самый прекрасный день она решит, что муж недостаточно для нее хорош? Вспомнит все обиды, которые он ей доставил? Захочет уйти?

От одной только мысли прошибал холодный пот.

- Никодий, - вызвал он советника. – Ты уже доказал, что неплохо разбираешься в женщинах. Посоветуй, чем бы мне порадовать княгиню? Как лучше за ней поухаживать?

- В каком смысле – порадовать и поухаживать? – решил уточнить Никодий.

- В прямом. Хочу, чтобы моя жена влюбилась в меня. Чтобы ее никто другой не интересовал. Пусть все лучшее в ее жизни исходит от меня. Боюсь, жрецы ее увлекут и уведут. Да, она моя жена и княгиня, силой ее никто не заберет, но если она сама пожелает, то сможет уйти вместе со жрецами, ты же знаешь.

- Хм… Сложный вопрос. Княгиня – необычная женщина, прежде чем что-то затевать, надо хорошо подумать.

- Подумай! Ты уже помог мне решиться и выдать замуж всех любовниц. Даже думать не хочу, что было бы, если бы они оставались во дворе к нашему приезду! Надеюсь, сможешь подсказать и здесь, а то у меня одна мысль – запереть в покоях и никуда не выпускать.

- Это плохая идея.

- Сам знаю, поэтому и прошу подсказки. Украшения ее не воодушевляют, как и наряды. Нет, она смотрит, благодарит, но огня нет в глазах.  Коней любит, так я уже и так ей всех трех текинцев отдал. Княгиня ходит их проведывать по нескольку раз на день, и эти паршивцы бегают за ней, как собачки. Без узды и повода, представляешь?!

- Видимо, у  Ее Светлости  есть  дар приручать животных.  Понаблюдайте, что она любит из еды или развлечений и угощайте ее любимыми блюдами или устраивайте ей праздник.  Говорите ей красивые слова, хвалите ее. Еще можно заставить поревновать.

- Поревновать?

- Да, когда женщина чувствует соперницу, то становится более внимательна к мужчине, старается ему угодить и точно надолго покидать его не захочет.

- Ты думаешь?

- Вспомните, как себя вели ваши любовницы, когда вы возвращались из походов? Они наперебой старались вас порадовать и угодить. Каждая хотела привлечь ваше внимание, выглядеть лучше, чем другие. Вспомните, как они за вами бегали, как старались все время быть на глазах?

- Это да, но Алана… С ней не угадаешь.  Потом, я не хочу другую женщину и обещал княгине, что пока она пускает меня в свою постель, любовницы у меня не будет.

-  Так я не говорю завести любовницу! Триединый с вами! – всплеснул руками Никодий. – Речь о другом – просто заставить княгиню поревновать. Показать, что вы интересны и для других женщин, что вами интересуются,  и не прочь сблизиться.  Просто пригласите погостить  несколько молодых женщин, конечно, с компаньонками или матерями. Предлог – например, княгине надо знакомиться с подданными.

- Да, это интересная мысль! Спасибо, Никодий! Ведь ей на самом деле надо знакомиться с аристократами Мадраскара. Потом, нужны еще фрейлины, две или четыре, забыл.  Решено, последую твоему совету!  Надо подумать, кого пригласить, и разослать вестники.

- Если позволите, я составлю список из наиболее подходящих семейств, где есть незамужние молодые женщины. И еще надо пригласить пару молодых вдов. Из незамужних княгиня выберет фрейлин, а вдовушки станут обхаживать вас, княгиня этого не пропустит.

- Хорошо, составляй, - согласился Рагнар и продолжил. - Потом, я до сих пор не вынес решение Ринае и Лиане. Лиходеи давно понесли наказание, оба помощника кормилицы, два идиота - саританина, выманившие Алану в лес, тоже.  Охранники, упустившие княгиню, казнены вместе с ними. Даже  Саная получила свое, за то, что подсунула мне эту кормилицу. А Риная и Лиана все сидят взаперти. Прежде чем приглашать гостей, надо разрубить и этот узел.

- Какие наказания вы им хотите назначить? – поинтересовался советник. – Казнить сестру княгини будет не самое лучшее решение.

- Казнить Лиану? Нет! Она так похожа на Алану, что я не смогу. Как вспомню, что однажды их уже перепутали и Алане пришлось вынести магическую плеть, так руки опускаются.  Думаю выслать ее  подальше и выдать замуж за вдовца, у которого взрослые дети.

- Это правильное решение. А с кормилицей?

- Кормилицу казнить, - спокойно ответил князь. – Она опасна, злоба из нее так и брызжет, живет местью Алане.  К тому же, довольно сильная магиня, оставлять ее в живых безрассудно, хоть я и стараюсь избегать таких наказаний для женщин.

- Да, другого выхода нет. Кстати, про наказания – когда истекает срок  наказания Сигура? Думал, что вы велите его просто выпороть, а лишать места за столом и  помогать конюхам чистить конюшни… Думаете,  это более действенно?

- Конечно.  Неделю убирать навоз и есть на кухне вместе со слугами – хороший стимул задуматься о своем поведении и поступках.  Понимаешь, он послушал ворчание бабки и решил  выгнать княгиню из дома. Он – ребенок, пока еще не может анализировать слова и поступки в полной мере. Сигур боялся, что  я больше не стану любить его и его семью, что лишу их своего внимания.  Кого я выпорол бы, так это боярыню, чтобы за языком следила. К сожалению, ее вину установить невозможно, напрямую она не просила и не приказывала Сигуру пробраться в спальню и подкинуть кости. А рассказ, как бы, никому, просто вслух, что, мол, приедет княгиня и всех руми Салер выгонят, князь больше не будет любить племянников и все такое – это же не преступление? Она  сказала, сон проговаривала, который приснился, чтобы он не сбылся, а мальчик услышал и все неправильно понял.

- И кости подкинуть он сам догадался?

- Да нет, конечно. Сказку она ему рассказала, как изгнали из замка плохую женщину с помощью куриных костей.  А за сказки не наказывают.  Думаю, Аскотту она тоже сны да сказки рассказывала, вот он и накрутил сам себя. Ладно, отослали и Триединый с ней. Надеюсь, больше о боярыне не услышим.

- Так,  когда у младшего заканчивается наказание?

- Завтра. Он молодец, принял все достойно и осознал, что был неправ.  Значит, так и решим – через неделю отправлю Лиану замуж,  кормилицу казнить,  вестники в знатные семейства разослать.  И радовать и удивлять жену!

Глава 12

Светлана слушала жрецов и понимала – что-то они не договаривают.  Да, помогают.  Да, доброжелательны.  Да, вроде, верные вещи говорят. Но что-то царапало, какая-то неправильность. Натянутость… Искусственность!

Впечатление, что они настойчиво ее к чему-то подталкивают.

Гипнозу она даже в своей прошлой жизни не поддавалась, а уж с теперешними возможностями, тем более.

Света вспомнила, как в девятом классе ходили они на выступление гипнотизера, и тот пригласил ее на сцену для демонстрации своих возможностей.

Не одну ее, троих, лично выбрав их из зала.

Ей было жутко  интересно и самую капельку страшно. Но скоро стало весело, потому что гипнотизер тужился, пыжился, вращал глазами, но она никак не засыпала.  Двое других посапывали, сидя на стульях. Один, мужичок средних лет, даже рулады носом стал выводить, а у Светланы – ни в одном глазу!  После нескольких минут попыток,  медиум отвел ее назад в зал, громко объявив, что у «девушки уникальная нервная система».

Учили жрецы качественно, этого не отнять, и занятия были очень полезны. А с остальным она разберется.  Надо быть более внимательной, вот и все.

Едва расставшись с учителями, княгиня велела приготовить угощение для текинцев и в сопровождении слуги, двух фрейлин  и трех охранников направилась навестить питомцев.

Лошади стояли в разных денниках, или, как здесь они назывались – стойлах,  и в разных конюшнях.

Почему, Светлана не спрашивала. Она понимала, что нельзя держать жеребца рядом с кобылами, он начнет волноваться, может разбить себе ноги, лягаясь и буяня. Так что, сначала она заходила в конюшню, где стояли жеребцы, и общалась с перламутровым  Фейри.  Угощение и ласка неизменно перепадали и гнедому Ниязу, который узнавал девушку и неизменно встречал ее тихим ржанием.  А потом заглядывала в соседнее помещение, где жили рыжая и буланая красавицы.

В один из таких походов она увидела Сигура. Мальчик сосредоточенно  подметал пол в проходе между стойлами. Увидев княгиню, Сигур низко поклонился и отошел в сторону, пропуская процессию.

- Ты здесь весь день? – спросила его Светлана.

- Да, мистрис.

- И что ты делаешь?

- Подметаю. Помогаю чистить лошадей и отбивать  стойла. Вожу на тачке навоз. Приношу воду.

- Ты такой молодец! – похвалила девушка. – Видно, что ты сильный и работы не боишься.  А лошади тебе нравятся?

- Да, мистрис, конечно! – мальчик оживился. – Они такие красивые и умные! У меня дома есть свой конь!

- Здорово! Расскажешь о нем? Что он любит?

- Он теркеронец, гнедой, ему двенадцать лет, - с энтузиазмом приступил мальчик. – У него такой плавный ход, что можно читать в дороге! Он любит яблоки, и чтобы чесали холку.

- А здесь тебе какая лошадь больше всех нравится?

- Текинцы, - выдохнул мальчик. – Жеребца я только гладил по морде, мне не разрешают к нему входить, а кобыл даже выводил!

Светлана внимательно посмотрела в лицо мальчика и уточнила:

- Хотел бы такого?

- Конечно, это просто мечта! Но это не скоро будет, только когда вырасту.

- Почему же так долго? – удивилась Светлана.

- Отец не сможет купить текинца. Их не достать, да и стоят они дорого – за одного надо отдать больше, чем  годовой доход с процветающего поместья. А я вырасту и найду или заработаю.

- Ничего себе! Не знала, что они такие дорогие, - отреагировала Светлана. – Но у князя теперь есть и жеребец и две кобылы. Есть надежда, что через год – полтора в Мадраскаре появятся свои текинцы.  Может быть, один из них станет твоим?

- Дядя на меня сердит, - вздохнул ребенок. –  Мне жеребенок точно не достанется.

- Но аргамаки мои, а не князя. Он мне их подарил. Всех троих, - улыбнулась Светлана. – Хочешь, пойдем вместе, угостим их?

- Я бы хотел, но мне нужно домести, - ответил Сигур, блестя глазами и кусая губы. – Это правда, что текинцы ваши?

- Ну, да.

- Тогда… Если я буду хорошо вести себя… Может быть, вы… - Мальчик запнулся и резко выдохнул.

Светлана терпеливо ждала.

- Если когда-нибудь родится неправильный жеребенок. Может быть, немного хромой или с плохим нравом, вы отдадите его мне? – Ребенок с замиранием сердца уставился на княгиню. – Я сам выращу его и всему обучу. И воспитаю. Я умею, правда! У меня есть собака, Почо, я вам ее покажу. Она  такая умная, выучила разные трюки и хитрости, мама говорит, что с ней можно в балагане выступать. Я сам с ней занимался.

- Ну, конечно, - ответила Света, проведя по голове мальчика рукой. – Если наши кобылы подарят нам жеребят, то один будет твоим.

- А князь разрешит? – голос  Сигура дрогнул.

- Текинцы – мои, - мягко повторила Светлана. – Если я говорю, что подарю тебе жеребенка, то,  значит, так и будет. Приходи к стойлам кобыл, как закончишь подметать. Угостим их морковкой, они такие лакомки!

- Спасибо, мистрис! Я мигом! – Сигур схватил метлу и с таким энтузиазмом принялся ею орудовать, что княгиня поспешила выйти наружу.

С того дня у них сложился негласный ритуал.

Княгиня приходила в конюшни, Сигур встречал ее, и торжественно нес за ней блюдо с угощением для лошадей. А потом они кормили коней и обменивались впечатлениями об их характере, экстерьере, привычках и пристрастиях.

Рагнару, конечно же, сразу доложили об этих встречах – старший конюх переживал, что мальчик некоторое время отлынивает от работы, а ведь ему поручили следить, чтобы наказание не было формальным.

- Оставь, - приказал князь. – Не мешай им общаться. И пока Ее Светлость не уйдет, не смей дергать его и отправлять работать.

Ночи князя и княгини были полны нежности и чувственных удовольствий.

Светлана, что называется, распробовала и охотно откликалась на приглашения мужа. Хотя ей очень нравился финал, все-таки, бОльшее удовольствие она получала именно от прелюдии - от тихих прикосновений, горячего шепота, нежных поцелуев. Везде, где хотел князь.  Ее тело, казалось, было диковинным инструментом, а Рагнар – искусным музыкантом. Задевая разные точки, поглаживая, лаская, целуя и шепча милые глупости, он заставлял ее тело трепетать, гореть, плавиться, взлетать и рассыпаться на тысячи радужных брызг.

С горечью вспоминала она Виктора – это сколько времени она потеряла, привыкнув просто терпеть, ожидая, когда мужчина получит свое и оставит ее в покое?

Все чаще и чаще ей приходил в голову сон, в котором ее прежнее тело лежало в реанимации.

 Неужели, она там еще жива? Что случилось с ее беременностью? А с квартирой? Неужели, «любящие» родственники все-таки добрались до бабы Олиного наследства? Обидно, если так. Вот бы хоть одним глазком взглянуть, что там происходит!

Хотя бы, понаблюдать, что делает мать. Просто послушать и посмотреть…

Светлана не успела додумать мысль, как почувствовала, что погружается куда-то и вдруг перед глазами открылась картина.

Господи, как на подпольном киносеансе, на просмотре запрещенного фильма», - ошарашено подумала Света, жадно вглядываясь в картинку.   А когда пошел и звук!!!

- Ничего нельзя сделать, я уже пыталась, - раздраженно говорила кому-то мать, - нервно сжимая сотовый. – Она живая, понимаешь? И беременная, к тому же! Да, в коме. Да, не выходит из нее. Но живая, и беременность не прерывается,  ребенок растет! Врачи категорически отказались отключить аппараты. Да, давала денег. Да, пыталась найти, но никто не согласился. А теперь меня вообще запретили пускать к ней в палату! Что ты орешь, я-то причем? Знаю, что она так годами может лежать, но мы ничего не можем поделать. Да, придется ждать. Может быть, она сама окочурится. Если дотянет до родов и ребенок родится жизнеспособный? О, с этим будет просто – я, как мать и бабушка, оформлю опекунство на ребенка, а там разберемся. Они не были расписаны с отцом, он ребенку никто. Не думаю, что она очнется после родов, скорее всего, она их не переживет. Ладно, посмотрим.

Мать отключила телефон и небрежно бросила его на стол.

- Рита, ты собралась уже? Пошли уже!

- Ну, мама, - проныла сестра. – Зачем нам опять туда ехать? Нас же не пускают дальше приемной, и никто разговаривать не желает.

- Я должна убедиться, что Светка не померла за ночь. А то не успеем оглянуться, квартирку приберут, знаешь, сколько желающих на такую жилплощадь? Пусть видят и знают – родные у Егорьевой есть,  и они не отстанут и не отступятся. Пошли, хватит прихорашиваться!

        Светлану крутануло и выкинуло в реальность.

Проморгавшись,   девушка обнаружила, что сидит на полу, прижавшись к спинке диванчика.

Ничего себе, даже не заметила, как упала! И что это было? Ее фантазия или ее дар позволил увидеть родительницу, как она захотела?

А как бы посмотреть, что с ее телом?

Светлана оглянулась на звук отворяющейся двери.

- Мистрис, - кинулась к ней Клермина. – Вам плохо? Сейчас позову лекаря.

- Нет, со мной все в порядке, - отмахнулась княгиня. -  Просто мне нравится так сидеть, когда никто не видит. Устаю на занятиях, а так лучше отдыхается.

 - Но на полу же может продуть! Давайте, я помогу вам пересесть на диван!

- Я что, столетняя старуха? – возмутилась Светлана и поправилась, вспомнив, что сто лет здесь едва середина жизни, а не ее конец. – Вернее, я что, двухсотлетняя старуха? Сама могу и встать и пересесть, куда  пожелаю. Сходи лучше, принеси мне взвар из тутовых ягод.

- Хорошо, мистрис. Но сегодня не варили такой взвар. Есть просто ягодный и яблочный.

- Хочу из туты, - отрезала княгиня. – Пусть варят, пока он готов не будет, меня не тревожить.

Кухарки сначала удивились разборчивости обычно непривередливой княгини, а потом понятливо переглянулись  и разулыбались.

- Дай Триединый, до конца года отпразднуем рождение  наследника! Часа не пройдет, как взвар будет готов. Посиди вон там, в сторонке, чтобы мы тебя случайно не запачкали, - ответила главная кухарка Клермине. – Ну, девочки, за работу. Постараемся для мистрис!

     Как только за Клерминой закрылась дверь, Светлана сосредоточилась на том видении.  Ее тело лежит, все в проводах, белые простыни, металлические дужки кровати, попискивают приборы…  Ей очень надо еще раз туда. Просто посмотреть, что с ее телом… Если оно еще живо, то почему, душа-то здесь.

Некоторое время ничего не происходило, но, помня уроки жрецов, Светлана сильнее и сильнее погружалась в воспоминания и желала снова очутиться поблизости от себя прошлой.

И опять воздушная воронка, только теперь не картинка с экрана, а будто Света сама стоит рядом со своим телом.

Палата,  приборы, еле заметно поднимается грудь. Тело живо, оно дышит. И, господи, у него живот! Не большой,  но отчетливо выделяется. Значит, то, что она подслушала правда – беременность сохранилась, ребенок развивается? Господи, что же делать??? Ее малыш…  Пусть его папаша – последняя скотина, но ребенок-то не виноват.

Светлана отчетливо поняла, что должна помочь малышу, ее ребенок должен родиться!

Взгляд заметался по палате, прошелся по мерцающим приборам, вернулся к телу.  Будто спит. Осталась ли там какая-нибудь часть ее души?

Вспомнив, как учили жрецы, Светлана протянула левую руку и взяла правую руку своего тела. Выглядело это жутковато, если смотреть с ее точки зрения, тем более что ее собственная рука была прозрачная. Однако прикосновение по ощущениям было вполне материальным.  Но она здесь не для того, чтобы жалеть и паниковать! Неизвестно, сколько у нее есть на все времени! Девушка сосредоточилась и погрузилась в себя, попытавшись позвать свое тело. Раз за разом, зов за зовом, наконец, появилось неяркое мерцание, похожее на силуэт человека, и Светлана услышала тихий вопрос:

- Кто ты?

- Я – Света. Раньше я жила в этом теле. А кто ты?

- Я – Алана и я не знаю, где я. Мне очень страшно, тут все чужое.

- Алана, - Светлана еле удержалась, чтобы от удивления и облегчения не прервать контакт. – Ты прячешься, поэтому никак не очнешься? Почему? Ты можешь принять это тело, и прожить свою жизнь в этом мире!

- Я не хочу. Здесь все непонятно и страшно, нет магии, люди злые, меня хотят убить, я слышу. Приходит женщина, говорит, что мать, но просит убить. Меня везде хотят убить, я больше не хочу жить. Но мне не дают умереть и освободиться…

- Алана, жизнь прекрасна! – Светлана постаралась вложить максимум доброжелательности и убеждения в свои слова. – Позволь себе жить! Это мое тело, я ждала ребенка, когда все случилось. Если ты умрешь, умрет и он, этого нельзя допустить! Ну,  хочешь, мы поменяемся назад?

- Назад? Опять играть роли Лианы и терпеть издевательства Ринаи? Ну, нет! Я не хочу ни назад, ни здесь! Я хочу умереть. Тогда у меня будет шанс родиться еще раз и, может быть, мне повезет быть любимой с рождения.

- Алана, умрешь ты, умрет и тело, а вместе с ним и ребенок!

- Мне все равно. Это не мое тело и не мой ребенок. Помоги мне умереть!

Раз за разом, одно по одному.

 В конце концов, стало понятно, что душа Аланы рвется на перерождение и ее удерживают в теле Светы только аппараты и препараты.

- Алана, ты можешь подождать еще несколько дней? – решилась Светлана, поняв, что уговорить душу не получится. – Два-три дня, и я помогу тебе уйти. Потерпишь?

- Не обманешь?

- Нет! Максимум три дня и ты освободишься, только, пожалуйста, дождись и не уходи сама! Я обязательно помогу и освобожу тебя!

- Хорошо, я подожду.

  Светлану выкинуло в реальность, и она несколько минут ловила воздух, пытаясь отдышаться.

Ну, ничего себе, что она смогла и, главное, что узнала!!! То-то ее так штормит, видимо, сил на такое межмировое общение потрачено немерено.

Итак,  ее тело живо. В ее теле Алана. Жить чужой жизнью она не хочет, назад вернуться тоже. Алана хочет освободиться и уйти на перерождение. Но уйдет Алана, погибнет ее тело и ее малыш. Значит, надо найти другую душу, которая заменит Алану в Светкином теле. Легко сказать…  Интересно, кто это согласится бросить свою жизнь, вселиться в тело  беременной матери-одиночки,  разогнать алчных родственников, может быть, еще раз выгнать блудливого папашу? Но, главное, доносить ребенка, родить его или ее и вырастить в любви и заботе? Это должна быть женщина, которую в ее собственном теле ничто не держит, у которой нет будущего. Которая достаточно сильная и опытная, что сможет и с родней разобраться, и прижиться в новой жизни.

Мысли вяло бежали, голова болела, слабость накатывала волнами.

 Что-то она сегодня перестаралась!

Надо поесть чего-нибудь и прилечь поспать.

Вернулась Клермина с кувшином взвара.

- Ой, как кстати! – обрадовалась  княгиня. – Сходи еще раз, пусть мне принесут поесть,  я проголодалась. Когда твоя смена заканчивается?

- Через час, мистрис, - ответила девушка. – А, правда, что завтра казнь?

- Казнь? – насторожилась Светлана. – Чья? Откуда ты знаешь?

- На кухне  говорят, что князь  велел завтра казнить кормилицу, которая вас предала, - ответила Клермина. – Нас не заставят на это смотреть?

- Не знаю,  мне Его Светлость  еще ничего не сообщал, - задумчиво проговорила княгиня. – Сходи за едой и можешь быть свободна. Про казнь я спрошу у князя и передам, что мои фрейлины на нее смотреть не будут.

- Спасибо, мистрис! – девушка вынеслась за дверь.

Завтра казнят Ринаю…

Кажется, я нашла душу, которая может захотеть  поменять тело и жизнь, а, главное, родить малыша.  Осталось, связаться с этой душой, и если она согласится, то  понять, каким образом мне заменить душу Ринаи на душу Аланы.   Пожалуй, сейчас поем, час отдохну, и побеспокою жрецов.

          - У мистрис что-то случилось? – встревожился Второй, когда  к ним явилась  служанка с вестью, что княгиня ждет жрецов в   домике для занятий.

- Не могу знать, мне велено только передать.

Жрецы переглянулись и засобирались.

- Как ты думаешь, чем может быть вызван неурочный вызов? – спросил Первый. – Мне кажется, что княгиня, наконец, приняла правильное решение.

- Надеюсь, но не будем гадать, скоро сами все узнаем, - отозвался Второй.

        - Мистрис, с вами все в порядке? – синхронно спросили оба, перешагнув порог домика.

- Да, все в порядке. Благодарю за то, что не заставили долго себя ждать. И параллельно прошу прощения, что прервала ваш отдых, - ответила Светлана.

- Параллельно?

- Одновременно, - объяснила княгиня. - У меня возникли некоторые вопросы, и я поняла, что не смогу ни заснуть, ни заниматься чем-нибудь другим, пока не узнаю ответы. Простите эту женскую слабость!

- Конечно, мы внимательно слушаем.

- Скажите, что вы знаете о других мирах?

- О каких мирах вы спрашиваете? Что вы подразумеваете под мирами? Другие страны? Далекие земли?

- Вот Мадраскар, Саритания, Слезия, Ритания – это все один мир. Одна планета, одно небо и звезды, одно Солнце. А есть еще другие миры, где другие страны, континенты, Солнца и  небо. Вы что-нибудь слышали о них?

- Мистрис, вы такие вопросы задаете, мы даже не знаем, что отвечать, - развел руками Первый. – Нам ничего не известно о других мирах.

- Хорошо. Тогда расскажите, куда деваются души умерших людей?

- Если душа чистая, то она идет на перерождение, - тут же ответил Второй. – Если же душа при жизни запятнала себя нехорошими делами и поступками, то она просто исчезает, не оставив следа.

- Хм, интересно. А возможно ли поговорить с душой умершего человека? Или переместить ее из умершего тела в живое?

- Мы не изучали этот вопрос, - не очень уверенно начал Первый. – Поэтому знаем не очень много. Если тело умерло, то душа сразу, почти сразу,  уходит тоже и становится недоступна для общения.  Чтобы переместить душу надо иметь очень сильный дар и согласие самой души. И успеть вовремя – переместить душу можно только в момент, когда тело погибает, когда душа только-только отделяется от тела.

- Кошмар, - с чувством отреагировала Света. – То есть, надо держать за руку человека, который умирает?

- Если маг силен и у него есть дар разговаривать с душами, то ему достаточно отправить свою душу, сам при этом он может находиться далеко.

- Хм, как интересно. А душа мага не может заблудиться или, например, вселиться в тело, которое только что покинула другая душа?

- Нет, мистрис! Для переноса сущности, ведь душа, это не что иное, как сущность человека, необходима помощь извне. Маг может вызвать на разговор чужую сущность и при ее согласии   переместить, но свою собственную душу он не может вселить в другое тело.

- Понятно. – Светлана задумалась.

- Мистрис, - осторожно обратился Второй. – Мы можем узнать, в связи с чем вы проявляете интерес к переносу душ?

- Завтра казнь кормилицы, - ответила княгиня. – Она магиня и люто ненавидит меня. Мне интересно, куда денется ее сущность, сможет ли ее душа после смерти вселиться в другое тело и будет ли при этом также меня ненавидеть.

- Сама по себе сущность даже сильного мага, как мы уже говорили, себя никуда переместить не может. Может поспособствовать Триединый, но он вряд ли вмешается. Ненависть кормилицы – магически наведенная. При перемещении души, с нее слетит все, ведь магия действует на тело, а уже через него – на душу.  Нет магически измененного тела – нет порчи или проклятия на душе, - ответил Второй.

- Мистрис, - вступил Первый. – Вам не стоит опасаться, что сущность кормилицы вселится в кого-нибудь и продолжит мстить.  Да, женщина вас ненавидит, но это не природная ненависть, а созданная искусственно. Даже если бы вмешался Триединый и успел в момент смерти подхватить душу кормилицы, и она согласилась бы на перемещение, то ненависть к вам умерла бы вместе с телом.

- Вы меня успокоили! – порадовалась Светлана. – А как переносят души? Не за руку же их ведут?

- Не знаем. У нас нет такого дара, мы можем только ощущать душу и немного с ней общаться, - ответил Второй.

- Хорошо, я благодарю вас, что вы уделили мне время и рассеяли мои  опасения, - княгиня встала, показывая, что собирается удалиться. – Наверное, завтра лучше отложить занятие. Я боюсь, что волнение из-за казни помешает мне быть внимательной ученицей.

- Как скажете, мистрис, - поклонились жрецы.

       Итак, она кое-что узнала, но этого, конечно, очень мало.  Радует, что магически наведенная  ненависть  умрет вместе с телом, но вот как ей выловить душу в момент смерти – даже думать страшно. Придется присутствовать на казни? Что это будет – повешение, отсечение головы, порка до смерти?

Светлана передернулась.

Нет, она не сможет все видеть и магичить при этом.

Ей надо как-то вызвать душу Ринаи и поговорить с ней до казни. Господи, и как это сделать? Зайти к мужу и этак небрежно бросить, мол, ты же не против, если я прогуляюсь в темницу, мне надо кормилицу за руку подержать? Несмотря на невеселую тему, Света тихо хихикнула, представив лицо мужа при таком ее заявлении.

Но ведь она уже общалась с Аланой, находясь в этом мире? Что, если ей попробовать проделать то же самое с Ринаей?

У нее совсем нет времени! Уже вечер, вот-вот явится супруг, а с ним не сконцентрируешься.

Светлана огляделась – она все еще оставалась в домике, где они занимались, но жрецы уже ушли. Решение пришло мгновенно.

- Мне надо позаниматься, - объявила она охране и фрейлине, которые  ждали ее снаружи. – Прошу меня не беспокоить и не тревожить, пока я сама отсюда не выйду!

Так, теперь можно и поэкспериментировать. Правда, она сегодня уже пользовалась магией, что потом от слабости ноги не держали, но у нее нет выбора. Времени осталось меньше двенадцати часов!

Девушка опустилась на ковер и прислонилась к стене.

Погружаться в необходимое для использования дара состояние у нее уже получалось практически мгновенно.

Я хочу увидеть Ринаю. Она мне так нужна! Ее душа – нам надо поговорить!

Снова не картинка, а будто Света сама шагнула в комнату с решетками на небольшом окне. Кормилица сломанной куклой сидит на полу и стеклянным взглядом смотрит в стену.

Светлана берет ее за руку и зовет сущность.

Через непродолжительное время приходит ответ, и перед глазами девушки возникает светящийся силуэт.

- Ты кто?

- Я Света, - честно отвечает княгиня.

- Света? Откуда ты?

- Из другого мира. Он далеко-далеко отсюда, ты о нем никогда не слышала.

- Что тебе надо, Света?

- Завтра твоя казнь.

- Да. Ты пришла сообщить мне об этом?

- Нет. Я пришла спросить – хотела бы ты жить?

- Странный вопрос – конечно. Разве бывает, чтобы кто-то не хотел жить?

- Бывает, но мы сейчас не об этом. Скажи, хотела бы ты не просто жить, а родить ребенка, которого у тебя никто не заберет?

- Ты издеваешься надо мной, Света? Режешь по самому больному?

- Нет, погоди, не уходи! Я хочу и могу помочь!!!

- Помочь?

- Да! Я могу переселить твою сущность. Перенести ее в другое тело, и ты будешь жить! Но для перемещения мне надо твое согласие.

- Я буду жить? Это буду именно я, все помнить, понимать?

- Да! Но есть небольшой нюанс – тело, в которое я могу тебя перенести – мое. Мне двадцать восемь лет и я беременна, но по независящим от меня обстоятельствам, я не могу вернуться в свое тело. Если ты откажешься, оно погибнет, а вместе с ним погибнет и мой нерожденный малыш. Ты сама мать и понимаешь меня! Моя душа порвана в клочья от боли и горя, она кровоточит и рыдает, но я не могу вернуться.  Если бы была возможность, я не раздумывала бы не секунды, но единственный выход для спасения моего ребенка  – это переместить в мое тело другую душу. Сейчас оно поддерживается целителями, но если не очнется в ближайшие день - два, целители перестанут его тянуть. Согласна ли ты занять мое место, выносить, родить и воспитать ребенка, как своего собственного?  Сможешь ли полюбить его?

- Ребенок погибнет, если я не соглашусь на переселение? Конечно, я согласна! Сама выношу и рожу, сама буду растить! Это будет мое дитя, только мое и я уже его люблю! Я смогу быть мамой!  Света, ты даешь мне надежду!

- Ты хорошо подумала? Это будет новое тело и другой мир. Я поделюсь своими воспоминаниями, ты будешь готова ко всему, что увидишь, будешь знать все, что знала я, но все остальное будет зависеть от тебя.

-  Тут нечего думать – ребенок в беде. Я все равно завтра здесь умру, а так, у меня будет молодое тело и свой собственный ребенок!

- Хорошо. Тогда давай, я поделюсь с тобой моими воспоминаниями о том мире и жизни, которая была у меня.

Светлана не думала, откуда она знает, что нужно делать, просто протянула сущности Ринаи правую, свободную руку, сущность соединила с ней свою левую руку,  и перед Светланой калейдоскопом замелькали ее детство, юность, учеба, работа, баба Оля, мать, Виктор – вплоть до рокового дня и потери ею сознания. А потом контакт прервался.

- Теперь ты знаешь все, - проговорила Светлана. – Все еще хочешь перенестись?

- Еще больше, чем раньше, – ответила сущность Ринаи. – Я уже ощущаю себя беременной и  с нетерпением жду переноса.  Не переживай, я никому не позволю обидеть мою крошку!

- Хорошо. Сейчас мне пора, но в момент казни я вернусь, и когда твое тело умрет, перенесу тебя в свое тело.

Неожиданно Светлану затрясло.

- Алана! Алана, да что с тобой!

С трудом сфокусировав взгляд, она обнаружила, что лежит на руках у мужа, а тот, бледный и взъерошенный, с тревогой смотрит на нее.

- Слава Триединому, ты очнулась! Разве можно так доводить себя? Все, завтра никаких занятий! Не дергайся, сам отнесу, ты же на ногах не стоишь!

- Я тяжелая, - пискнула Светлана, попытавшись отстоять право на самостоятельное передвижение.

- О, да, ты очень тяжелая, - рассмеялся Рагнар и прижал ее крепче. –  Договорились, если я упаду от усталости, то ты отнесешь и себя и меня.

Утро бывает добрым.

Светлана не помнила, как вчера раздевалась, как ложилась, кажется, она уснула еще в процессе переноски из домика в спальню.

Но вот пробуждение  не пропустила.

Пробуждение Рагнара.

Сначала муж долго смотрел на нее, сдерживая дыхание, стараясь не потревожить. Потом невесомо, еле заметно, провел пальцем по линии скулы, подцепил локон. Света почувствовала, как дыхание мужа взъерошило ее волосы. Все-таки, его тяга к ее шевелюре сродни  фетишизму. Образно говоря, конечно, но на ее волосы князь готов смотреть бесконечно. Смотреть, вдыхать их аромат, перебирать пряди и млеть, будто это не он, а его за ушком чешут.

Итак, сатрап привычно зарылся носом в пряди и на какое-то время замер. Потом одна конечность, будто сама по себе, заскользила по голой Светкиной ноге, чуть задержалась на бедре, качнулась к промежности, но передумала и переползла на живот.

Ой, щекотно! И волнительно.

Светлана старательно «спала».

Горячая мужнина ладонь погладила животик, чуть прижала его и двинулась выше – проверить, не уменьшился ли за ночь размер. Проверяла очень бережно, но тщательно, и реакция не заставила себя ждать – соски собрались и сжались, а внизу живота и в промежности разгоралось томление.

Изображать спящую становилось все труднее и труднее.

Тем временем, вдоволь надышавшись  ароматом ее кудрей,  нос князя переместился в район ее уха и пощекотал дыханием.

А  затем, в ход пошли губы.

Щекотно и приятно. Так приятно, что Светлана, наконец-то, ощутила, что такое эти сто раз читанные в романах мурашки, которые бегают табуном по женскому телу, стоит только опытному и привлекательному самцу погладить или прикусить в правильном месте.  Рагнар, видимо, правильные места знал и находил даже с закрытыми глазами. Во всяком случае, мурашки или просто  нега и возбуждение  волнами пробегали  по организму девушки и концентрировались внизу.

«Спать» было решительно невозможно, и Светлана рвано вздохнув, открыла глаза.

- Соня – засоня, - почти нежно прошептал Рагнар. – Я тут весь горю, еле сдерживаюсь, чтобы не зацеловать, а она спит! С добрым утром,  счастье мое!

И прижался так, что Светлана в полной мере почувствовала поясницей это более чем бодрое «утро».

Он назвал ее «счастье мое»?

Не сдерживая улыбку, Светлана повернулась и тут же сдалась в плен рукам и губам супруга.

Такая сладкая капитуляция!

Князь никуда не спешил, постепенно доводя жену почти до исступления. Никогда Светлана не испытывала еще такого! Казалось, что если Рангар немедленно не войдет, она просто умрет от одиночества.

- Сатрап иномирный, - простонала девушка, когда мужчина в очередной раз подразнил, поводил членом по входу, клитору, даже чуть надавил, но не проник и снова отстранился.

- Не понимаю, кем ты меня только что назвала, - проурчал он Свете в ухо. – Но чувствую, что это точно не похвала. Я плохо стараюсь?

- Оч… ох!  хорошо стараешься, но я больше не могу терпеть! – выдохнула Светлана. – Или сделай это или убей, сил моих больше нет.

- Что именно сделать? – змей-искуситель коварно улыбнулся и принялся выцеловывать дорожку  по ее телу.

- Рагна-а-р! – сладкая пытка. – Моя смерть будет на твоей совести!

- Какая смерть? – мужчина навис над Светланой и, глядя в глаза, медленно вошел. – Мы будем жить долго-долго! Родим детей, вырастим правнуков. И каждый  день из этих долгих лет я буду любить тебя… так… И так… А еще так…

Светлана стонала, выгибаясь, стремясь стать еще ближе, почувствовать еще острее, вспыхнуть еще ярче…

- Моя, - сквозь стиснутые зубы выдохнул Рагнар, содрогаясь в сладких судорогах.- Твой!

Полчаса спустя, когда в голове немного прояснилось, а ноги перестали дрожать, Светлана привстала и облокотилась о сидящего мужа. Надо было в купальню, одеться, позавтракать, но сидеть в кольце его рук оказалось так уютно, так правильно,  что не хотелось ничего менять.

-Надо вставать, - муж поцеловал Свету в висок. – Сегодня трудный день.

- Да, я  слышала, - откликнулась Светлана.- Сегодня казнят Ринаю. Я собираюсь весь день просидеть в покоях и никуда не выходить.

- К сожалению, тебе необходимо присутствовать на казни. Кроме того, что ты княгиня, кормилица покушалась именно на тебя, - с сожалением ответил Рагнар. – Никто не поймет, если ты отсидишься в покоях.

Светлана почувствовала, что у нее кружится голова. Она не вынесет страданий, крови, криков! И потом, ей нужно сосредоточиться и успеть подхватить душу! Как это сделать, сидя на виду у тысяч  глаз и находясь рядом с князем?

-Каким образом  казнят Ринаю? Опять порка?

- Я обещал, что способ казни выберешь ты, - Рагнар погладил жену по плечу. – Ты сможешь.

- И из чего мне выбирать?

- Все будет названо непосредственно перед самой казнью. Прости, раньше нельзя, ты должна сделать выбор сердцем, а не разумом.

- А… где я буду в этот момент находиться? Рядом стоять или сидеть?

- Нет. Ты что, никогда не видела казни?

- Где бы я их видела? – удивилась Светлана.

- Лорен скор на расправу и, насколько я знаю, казни в Саритании не так и редки даже среди аристократов. Когда ты подросла и вышла из детского возраста, ты должна была видеть их.

- Ну, вот, не видела, - отвернулась  Света. – Так как это все будет проходить? Расскажи сейчас, чтобы я  была готова и понимала, что мне делать.

- Казнь преступницы, посягнувшей на жизнь княгини, будет на Площади Истины, перед Храмом Триединого.  Мы будем сидеть на балконе одного из домов, там есть один такой – как раз напротив центра площади. Будет очень много людей, все захотят посмотреть,   как умрет  саританская  магиня.  И простишь ли ты ее.

- Прощу? А так можно?

- Отменить казнь – нет. Но ты поймешь, обещаю.

- Итак, я на балконе дома, Риная в центре площади. Потом я выбираю способ, с помощью которого кормилицу лишат жизни. Ее казнят. А я что делаю в этот момент?

- Просто сидишь и смотришь. Потом можно уйти, - Рагнар с беспокойством смотрел на стремительно побледневшую жену. – Прости, отменить уже ничего нельзя. Люди собрались с рассветом, площадь уже битком набита.

- И сколько человек будет с нами на этом балконе? Ты, я, охрана, фрейлины?

- Только ты и я, все остальные останутся за дверями. Ты переживаешь, что не выдержишь? Я буду рядом!

Блин горелый, вот только мужа рядом ей там  и не хватает! Как ловить душу Ринаи, если он будет близко? Ведь ей надо сосредоточиться, уйти «в себя», князь будет тормошить и все испортит!

Светлана не знала, что  делать. Неужели, все усилия пойдут прахом, неужели, она не сможет вытащить кормилицу, и ее малыш… Не будет ее малыша? О, господи…

- Не переживай, - Рагнар ласково обнял жену. – Присутствие на казни – необходимость для князя и княгини. Страшно только в первый раз!

Светлана нервно дернулась – нет уж,  про «первый раз» она вообще не может слышать. В любом контексте!

- У нас почти нет времени, пора выходить, - прервал ее размышления Рагнар.

- Как, нет времени? Как – пора выходить? – взгляд Светланы в панике заметался по спальне. – Зачем же ты… Зачем же мы… Я думала, все позже – ближе к вечеру.

- Затем, что ты моя жена, а я – твой муж, - ответил князь. – Разве тебе было плохо? Я хотел тебя и хотел, чтобы день начался  приятно. Чтобы вспоминая его, ты помнила не казнь, а меня и наслаждение, которое мы подарили друг другу. Одевайся, люди на площади ждут уже не меньше трех часов, да и по отношению к кормилице тянуть жестоко.

Как во сне, Светлана встала,  дошла до гардеробной и надела первое попавшееся платье.

Ей было страшно, до ужаса страшно, что у нее не получится, что что-то помешает перенести душу Ринаи.  Казнь тоже ничего приятного, но на кону стояла жизнь ребенка, и от этого Света почти не соображала, что делает.

Служанки принесли какую-то еду, но Света на нее даже смотреть не хотелось.

- Поешь, мягко попросил князь. – Силы тебе понадобятся. Ты живой человек и можешь испытывать разные эмоции, у тебя могут быть разные слабости – это нормально. Я всегда поддержу тебя. Но помни, нельзя показывать другим ни эмоции, ни слабости. Ты – княгиня!

Светлана  тихо возмутилась:

- Вот именно, я, в первую очередь, живой человек! Если мне, допустим, палец отрежут, я должна улыбаться?

- Должна, - подтвердил князь. – Если люди увидят, что ты остро реагируешь на отрезанный палец, то устроят так, что ты постоянно будешь их резать и терять.

- А как же лояльность к правящему семейству? Невозможность причинить вред князю и княгине? – возразила Светлана. – Я что-то ничего не понимаю.

- Уже говорил, это правило не распространяется на тех, в ком течет кровь первого князя. То есть, практически любой из высших аристократических семейств имеет иммунитет против этой магии и может строить козни.

- Как все запущено! Как ты допустил, что в вверенном тебе государстве настолько небезопасно и тебе, и твоей жене?

- Здесь безопасно настолько, насколько вообще возможно, - спокойно ответил Рагнар. – Но это не значит, что мы можем вести себя, как обычные люди. Княгиня должна всегда держать лицо и не давать повода воспользоваться ее слабостями. Мы потом еще об этом поговорим, а сейчас съешь что-нибудь и надо выходить.

Кое-как затолкав в себя несколько кусочков, Света встала из-за стола, мысленно прокручивая в голове, как ей избежать соседства с мужем. Если она остекленеет – как она выглядит во время общения с душами, Света примерно представляла – то Рагнар это сразу заметит и поставит на уши всех целителей. И помешает ей.

- Рагнар, а тебе приходилось убивать? – спросила она, ловя ускользающую мысль.

- Что за глупый вопрос? Я – мужчина!

- Действительно, - пробормотала Света, - Как я могла забыть, что женщина дает жизнь, а мужчина – ее отнимает. И чем больше отнимет, тем он более крутой, а ты – круче некуда…

- Алана? Я опять тебя не понимаю, - насторожился князь.

- Проехали! Вернее, не важно. Лучше расскажи, кто будет приводить приговор в действие? В Мадраскаре есть еще палачи – магические или человеческие?

- Выбор исполнителя зависит от выбора самой казни, - ответил мужчина. – Все, время вышло. Иди  на шаг позади меня, не смотри людям в глаза, не хмурься и не улыбайся.

- Дышать и моргать можно? – Светлана с возмущением посмотрела на супруга.

- Можно, но сдержанно, - невозмутимо отреагировал Рагнар и подал жене руку. - Идем!

Так, за руку, он провел ее по всему дворцу и подсадил в ожидавшую у парадного входа расписную повозку. Ехали минут десять, Светлана обдумывала варианты,  муж тоже молчал.

Но когда средство передвижения остановилось,  он еще раз напомнил:

- Держи лицо! Помни – на шаг позади и ничего не говори, пока я к тебе не обращусь.

Поправил накидку, невесомо коснувшись щеки, и решительно шагнул наружу.

Миленько! Ей сейчас на глазах у всех самой выбираться? Ступеньки у повозки высокие и узкие, а на ней длинное платье. У-у! Сатрап иномирный!!!

Однако, при выходе из транспорта, Светлане руки подали обе фрейлины, и она смогла спуститься без ущерба для здоровья и репутации.  Она не успела заметить, на чем ехали ее фрейлины, но расспрашивать и разглядывать было некогда.

Князь, убедившись, что княгиня покинула повозку, развернулся и решительно зашагал в сторону входа в дом. Светлане ничего не оставалось, как поспешить за ним. Было неудобно идти на шаг строго позади, поэтому она переместилась чуть вбок, старательно выдерживая дистанцию.

Молча, прошли по улице, молча, вошли внутрь и поднялись на второй этаж. Комната, дверь, балкон…

Перед Светланой распахнулось человеческое море. Куда ни глянь – головы и обращенные на балкон лица.

А посередине площади, прямо перед балконом – помост. Просто, натуральный эшафот, какие она видела в исторических фильмах.

Господи, ужас-то какой!

Князь показал рукой на один из стульев, придвинутых почти к самым перилам.

Светлана прошла и, дождавшись кивка супруга, села.

Рагнар встал чуть поодаль, окинул взглядом площадь, и наступила полная тишина.

Князь кивнул, и  через некоторое время слева появилась процессия – Риная, которую сопровождали четверо мужчин.

В простом, но опрятном платье, тщательно убранными волосами, Риная выглядела спокойной и даже где-то безмятежной. Будто не ее сейчас собираются казнить, будто, ее вообще не волнует, что с ней будет.

Женщину ввели на помост и развернули лицом к балкону, двое из четверых конвоиров держали несчастную за руки.

Светлана судорожно вздохнула, стараясь абстрагироваться от происходящего.

Она не должна раскисать и трястись! Да, жизнь вообще жестока, и ее собственный мир и этот тоже не исключение. Но у нее есть цель и ради нее, она должна быть сильной и не терять концентрации. Господи, куда бы спровадить мужа???!

- Риная, кормилица Аланы и Лианы тир Гранд, обвиняется в злом умысле против Аланы тир Гранд, княгини Мадраскара, организации её похищения и причинении ей вреда.

Гулкий топот прокатился над площадью. Топнули не только стоящие по периметру  воины, но и все зрители. Не так слаженно, как делали это воины, то все равно впечатляюще.

- Вина Ринаи полностью доказана и признана ею самой. За покушение на жизнь княгини, похищение и причинение вреда, Риная приговаривается к смерти, и приговор будет приведен в исполнение немедленно.   Выбор способа, каким преступницу лишат жизни, возлагается на княгиню.

Синхронный  топот повторился.

Светлана напряглась и сжала руки.

- Княгиня, - Рагнар обратился к жене и протянул руку, побуждая ее встать и подойти к нему. – Что вы выбираете: смерть от яда, смерть от потери головы или смерть от остановки сердца?

Светлана сглотнула, пытаясь  избавиться от спазма, охватившего горло. Посмотрела на мужа, но Рагнар, молча, ждал ее решения. Над площадью было так тихо, что звук пролетевшей мухи показался Свете грохотом самолета на взлете.

- Кто приведет приговор в исполнение? - хрипло спросила она.

- Яд поднесет младший маг, сердце остановит старший целитель, голову отсеку я, - ровно ответил князь.

- Ты? – опешила Светлана. – Но ты же не палач.

Князь одними губами прошептал:

- Просто выбери способ и громко назови его.

 Света прокрутила в голове услышанное, стараясь абстрагироваться от того, что она не просто задачу решает, а выбирает смерть для живого человека.

Наверное, самая легкая смерть – остановка сердца. Но ей надо куда-то удалить мужа… Отсечение головы? Господи, это же ужас просто, на что ей приходится идти…

- Княгиня?

Светлана  глубоко вздохнула и быстро ответила:

- Отсечение головы.

Поймала ошеломленный взгляд мужа и поспешно опустила глаза.

- Княгиня выбрала отсечение головы, - громко повторил князь.

Секунда тишины и слаженный топот, подтвердивший, что приговор услышали все.

Муж взял ее за руку, сжал и отвел назад к стулу.

- Неожиданно, - пробормотал он. – Не знал, что ты настолько кровожадная. Думал, ты против того, чтобы я убивал своими руками.

Светлана облизнула губы и ответила:

-  Я не хочу, чтобы она мучилась. Яд – это очень болезненно, агония может длиться долго. Остановка сердца – тоже человек успеет  несколько раз вздохнуть и понять, что умирает. А отсечение головы – мгновенно.

- Отсечение – мгновенно, - согласился Рагнар. – Но перед ним человек все понимает и мучительно ждет, пока его ставят на колени, наклоняют…

Девушка почувствовала, что ее сейчас вырвет, и резко отклонилась от мужчины.

Князь окинул взглядом смертельно бледную жену и покачал головой:

- Я думал, ты выберешь остановку сердца. Это наиболее милосердная казнь, все поняли бы, что ты простила и помиловала преступницу. Что ж… В любом случае, она сейчас под подчинением и почти ничего не соображает. Я постараюсь, чтобы ее смерть была легкой. Ты можешь закрыть глаза, но твое лицо должно быть обращено  на помост, - с последними словами Рагнар покинул балкон.

Как во сне, Света придвинула стул еще ближе, облокотилась о перила и закрыла глаза.

Транс пришел мгновенно, и через доли секунд Света обнаружила, что стоит рядом с преступницей.

- Ты пришла, - душа женщины мерцала, демонстрируя сильное волнение. – Я боялась, ты передумаешь.

 - Я не могу передумать, - ответила Света. – Дай мне руку.

На помосте что-то происходило, но это шло фоном, где-то в стороне от восприятия. Главное сейчас – удержать душу, а потом переместиться с ней в другой мир.

Несколько секунд ничего не происходило, только усилилось мерцание души Ринаи, и вдруг она потянула Светлану куда-то за собой.

Долю секунды девушка ничего не предпринимала, но потом, осознав, что это означает, крепко вцепилась в «руку» и изо всех сил пожелала оказаться возле своего бывшего тела.

Сначала медленно, будто она пыталась плыть в киселе, а потом стремительно они переместились, и Светлана увидела, что находится в знакомом месте.

Кроме подключенного к аппаратам тела, в палате находился врач и медсестра.

Твою дивизию, только свидетелей ей и не хватает!

Помня об ускользающем времени, девушка позвала Алану, очень надеясь, что душа Ринаи не услышит или не поймет.

- Ох, наконец-то! Я свободна?

- Да, лети, девочка! – от облегчения, что пока все удается, Светлана чуть не заплакала. – Мне жаль, что жизнь так сурово обошлась с тобой, но я надеюсь, что в новом перерождении ты обретешь столько любви родителей, сколько и мечтать не могла.

Силуэт размылся и, приняв форму облачка, вылетел сквозь стекло окна наружу.

Тут же пронзительно запищали приборы, врач и медсестра засуетились, открылись двери, вбежали еще врачи и окружили кровать.

 Не теряя времени, Светлана подтянула душу Ринаи и толкнула ее в тело.

- Держись, скорее, а то малыш пострадает!

Дальше она могла только наблюдать – силуэт сущности переместился к ногам тела и осторожно втянулся в ступню.

Секунду ничего не происходило, а потом писк  сменился на ритмичный сигнал, и  врачи дружно выдохнули, потому что, пролежавшая почти два месяца в коме, молодая беременная женщина вдруг открыла глаза.

Больше Светлана ничего увидеть не успела,  ее саму повело, закрутило и выбросило в реальность в тот самый миг, когда она потеряла сознание и упала на балконе со стула на пол.

     Очнулась Света, судя по темноте за окном, глубокой ночью и в своей спальне.

Ощущения – будто она с утра принимала роды у коровы, потом накормила глистогонным  сотню котов, а напоследок подстригла когти десятку цвергпинчеров…

Иными словами, болело все, даже веки при моргании.

Осторожно скосив глаза, она обнаружила  подозрительно знакомую фигуру, притулившуюся рядом с кроватью.

О, сатрап иномирный. Спит, сидя или сидит, спя. Так и не поняла, как правильнее сказать.  Дежа вю,  только на этот раз она лежит на боку, а не на животе.  Последнее, что она помнила – ее тело  там, в Москве, очнулось и открыло глаза.

Господи, пожалуйста, пусть все получилось! – и Света опять уплыла в сон.

 Следующее пробуждение случилось в светлое время суток.

Светлана проморгалась и попыталась сесть, ощущая «зов природы».

- Мистрис! – кинулись к ней Маяна и Деяна. – Лежите, не вставайте! Мы все принесем, только скажите!

- Мне в уборную надо, - слабость еще давала о себе знать, но ничего не болело, поэтому княгиня решительно села  на кровати. – Я не увечная, сама дойду.

Встать получилось со второго раза, голова кружилась, но не настолько, чтобы нельзя было и шага сделать.

Поддерживаемая под руки, под причитания служанок, что нельзя вставать, что целитель и князь с них головы снимут, Светлана доковыляла до нужного помещения и решительно выпроводила служанок.

- Я сама!

 А что, трусов на ней нет, а задрать подол и сесть на стульчак она вполне и сама в состоянии.

Только успела завершить все необходимое, как дверь распахнулась, и в туалете нарисовался сатрап.

Подскочил,  обхватил ее лицо руками, наклонился:

- Алана! Зачем ты встала? Как ты себя чувствуешь? Что болит? – И, не обращая внимания на возмущение жены, подхватил ее на руки и понес назад в спальню.

- Рагнар, а что со мной случилось? – нет, она предполагала, конечно, но надо же узнать наверняка?

- У тебя сильное магическое истощение, - ответил сатрап, бережно укладывая жену в постель. –  Ты совсем скоро встанешь, надо только отдыхать и хорошо кушать. А еще – пока не пользоваться даром. Ума не приложу, куда ты могла потратить столько магии, учитывая, что у тебя ее немерено?

Светлана отвела глаза.

- Видимо, ты очень переволновалась во время казни, - продолжал князь. – Вот и произошел спонтанный выброс. Правда, никто так и не понял, куда девалась вся эта магия, но неважно. Главное, ты в порядке и почти не пострадала.

- Казнь? – вяло спросила девушка.

- Состоялась, - ответил мужчина, внимательно глядя в лицо княгине. – Перед тем, как положить преступницу под секиру, маг усыпил ее. Она ничего не почувствовала.

- Хорошо,  - прошептала Светлана. – На будущее – я больше никогда не пойду ни на одну казнь и мне все равно, что об этом говорят обычаи и правила. Я. Больше. Ни на одну. Казнь. Не выйду! А если обычай или закон это не допускают, можешь наказать меня или изменить обычай или закон. В конце концов, ты – князь, кому, как не тебе придумывать новые законы и отменять бесполезные или вредные старые?

- Хорошо, мы поговорим об этом позже, - покладисто отреагировал князь. – А сейчас тебе надо поесть!

- Для начала мне надо руки вымыть и умыться!

 Муж встал и вышел, через минуту вернувшись с большой миской, почти целым тазом, где плескалась вода. Поставил ёмкость на постель и протянул жене бутылочку с мылом.

- Пожалуйста.

Хм, может, когда хочет!

    Есть хотелось зверски, Светлана еле сдерживалась, чтобы не глотать большими кусками. Неужели, это из-за магического истощения у нее такой голод?

- Сколько я была без сознания?

- Три дня.

- Три дня??? – ну, ничего себе, «сбегала за хлебушком».

Рагнар выразительно посмотрел на жену и добавил:

- Я с тобой поседею раньше времени. Дни, которые обошлись без неприятностей, по пальцам пересчитать можно! Поела? Ложись и еще поспи. Во сне силы скорее восстанавливаются.

- А ты?

- А у меня есть дела, да и день еще.  Вечером приду.

- Какие дела? – полусонно пробормотала Светлана. – Враги пойманы и наказаны, империя процветает, а ты все не угомонишься.

- Через три дня приезжают  молодые аристократки. Напомню, что тебе еще две или четыре фрейлины нужны. Заодно познакомишься с самыми уважаемыми и сильными семействами. Спи уже, несчастье мое!

Светлана распахнула глаза:

- Несчастье? А ты говорил, что счастье…

- Тебе послышалось, - ухмыльнулся муж. – Конечно, несчастье, ведь с тобой постоянно что-нибудь нехорошее происходит. Из-за твоей способности влезать в неприятности, уже столько людей жизни лишились! Начинаю всерьез задумываться, а не запереть ли тебя, на самом деле? Ну, не дуйся, я просто так сказал. Спи, сила тебе скоро понадобится  –  столько молодых женщин приезжает! А где больше одной, там всегда  не просто. Умеете вы, женщины, из ничего создавать проблемы.

Светлана собиралась возразить и переспросить – зачем им здесь куча молодых женщин, но глаза окончательно закрылись и она заснула.

И приснился ей совершенно удивительный сон.

Будто Светлана очутилась в больничной палате.

Не реанимация, а обычная палата, такая, на шесть мест.

Сначала девушка опешила, но потом поняла, что ее никто не видит и, осмелев, прошлась между кроватями. Интуиция не подвела – на койке возле окна лежала она сама.

- Светка, ты чего лежишь, - окликнула ее бойкая,  кругленькая из-за приличного размера живота, женщина с кровати напротив. – На обед позвали, вставай, лежебока! Два месяца проспала, и все не выспалась?

- Да иду я, иду, - странно было смотреть на себя со стороны.

Девушка поднялась,  накинула халат и на секунду замерла, положив руку на выступающий животик, ласково провела и улыбнулась.

Соседка, перекатываясь, как уточка, уже спешила на выход, на ходу подгоняя:

- Давай, давай, догоняй!

- Тебе бы только поесть, - фыркнула «Светлана» и, вдруг, замерла, глядя на Свету-Алану, потом встряхнулась и вышла из палаты.

Княгиня скользнула за ней следом, проводила до небольшой столовой, послушала разговоры будущих мамочек и поняла, что это отделение лежащих «на сохранении».

Неужели, с её малышом плохо?

-  Егорьева, - заглянула санитарка. – Там опять эта пришла.

- На фиг! – меланхолично отрезала беременная. – Маршрут я ей еще в первый раз популярно объяснила, пусть валит. Екатерина Сергеевна, не принимайте у нее ничего, все равно на выброс, только бегать зря.

- Не могу не принимать! Пожалуется.

- Тогда принимайте и сами куда-нибудь девайте, - решила Света. – Все равно я у этой и нитки не возьму.

- Да, ладно, Свет, - примиряюще проговорила та самая кругленькая соседка. – Все-таки, мать. Раскаивается, переживает!

- Мать???! Матери не бросают ребенка на бабушек, в моем случае, вообще, на прабабушку!  Матери не пытаются отнять у своего ребенка единственное жилье и матери не требуют отключить аппаратуру, надеясь скорее похоронить дочь и прибрать к рукам квартиру!

Будущие мамочки притихли – историю Светиной комы знали все. Как и то, что ее родительница с первого дня оббивала пороги, требуя, чтобы дочь отключили от аппарата.

- Она же умерла! Она – овощ, растение! – заламывала  руки женщина. – Моя дочь не заслужила таких мучений!

На ответы врачей, что женщина не умерла, что организм в порядке, просто спит, тем более, нормально протекает беременность, что отключить в этом случае аппараты – это убить две жизни – женщина продолжала твердить, что она мать и только ей решать,  что делать дальше с телом ее дочери.

Совершенно дикая история и дикие отношения.

Светлана-Алана переступила, не сводя взгляда с себя прежней, и нынешняя Света резко развернулась и посмотрела прямо на нее.

- Что-то мне в туалет захотелось, - громко заявила Света 2 и мотнула головой, будто приглашала за собой.

- Ой, это да, - поддержала соседка. – Это ребенок на мочевой давит, я тоже все время бегаю.

Света-Алана, как завороженная, пошла за собой прежней, зашла в туалет, поморщилась – отвыкла она уже от общих мест пользования.

- Пришла убедиться? – заговорила Света-Риная. – Все в порядке с нами. Ох, и чумовой мир, если бы не твои воспоминания, в жизни бы не поверила, что такое может быть.

Светлана попыталась ответить, но ни звука не получилось.

- Мысленно говори, - объяснила Риная. – Ты не душой здесь, я тебя не вижу, но отчетливо ощущаю.

Светлана попробовала напрячься и произнесла: «Как ты? Как ребенок? Почему на сохранении»?

- О! – вслух ответила Риная. – Заработало! Нормально я. Врачи утомили, но проверили от и до – здорова. Ребенок, - Риная положила руку на живот и заулыбалась,  – тоже в порядке. Тьфу, тьфу, тьфу!  На сохранении временно,  неделю уже отлежала, дня через три выпустят. Врачи понять не могут, отчего я, нет, ты, то есть, мы в коме два месяца  пролежали. Хотят понаблюдать, потом выпустят.

«Ты так говоришь, будто всю жизнь в Бирюлево прожила».

- Твои воспоминания, плюс соседки рта не закрывают, телевизор и погружение в среду, - пожала плечами Риная. – Вживаюсь. У меня большие планы на новую жизнь.

«Почему я говорю мысленно, а ты – вслух»?

- Потому что я не могу отвечать мысленно. Вернее, могу, но ты не услышишь. Так думаю, когда ты переносила мою душу, то перенапряглась и больше не можешь переместиться напрямую. Не знаю, временно или навсегда, узнаем это позже. А сейчас, видимо, в Мадраскаре ты спишь. Жаль, что я так и не видела, как ты сейчас выглядишь, ну, да ладно. Что еще – мамашу нашу я послала. Рвется на встречу, никакого инстинкта самосохранения.

«Риная, в моем мире нельзя убивать и калечить, посадят, малыша отнимут», - испугалась Света.

- Я и не собираюсь. Так, попугаю, если слова не дойдут. И зови меня Светлана. Риная умерла. В общем, все у нас хорошо. Малыш растет, шевелится, - женщина опять положила руку на живот и замерла, прислушиваясь.

«Ты можешь использовать магию»?

- Не могу сказать, что это магия, задумчиво ответила Риная. – Вот тебя ощущаю и слышу твой голос в голове, но не вижу. Может быть,  мы связаны из-за переноса, поэтому я тебя ощущаю и слышу, а, может быть, это магия местная.

«Еще узнать хотела, Виктор не появлялся»?

- Нет, не было. Только наша мамаша ломится, на что-то надеется. Ладно, я назад, есть хочется, там остынет все, пока я тут разговоры разговариваю.  Залетай проведать, как соскучишься.

Светлану закрутило,  и она проснулась.

Та же спальня, за окном сумерки.

Получается, она во сне каким-то образом перенеслась в Москву и видела Ринаю и не только видела, но и разговаривала?

С ними все в порядке, это такое счастье!!! И как-то Риная слишком быстро адаптировалась, будто всегда там жила – речь, поведение. Впрочем, может быть, это воспоминания Светы, ведь она все подряд передала, практически, всю свою прошлую жизнь. Ну и память тела? В любом случае, у ее прежнего тела, души Ринаи и малыша все в порядке – это самое главное.  И если ее способность не восстановится, может быть, она сможет хотя бы во сне бывать в Москве и узнавать, как там дела? Ей очень хотелось бы видеть, кто родится, и как будет расти ее – уже не ее, но все равно родной – ребенок.

Подняла голову – ничего не болит, и голова уже не кружится. Попробовала встать – более-менее.

- Нам надо осмотреть мистрис, - голоса за дверями.

Что ж это такое? Не спальня, а проходной двор!

Светлана еле успела вернуться в кровать и укрыться.

В комнату вошли Первый и Второй.

- Мистрис, мы волновались!

- Со мной все в порядке, - ответила Света. – Переволновалась на казни и упала в обморок.

Жрецы переглянулись и дружно уставились на служанок, вошедших вместе с ними.

- Деяна, пусть Маяна подождет за дверями, а сама прикажи слугам, пусть принесут что-нибудь из еды и для жрецов, что они скажут, - распорядилась княгиня.

- Благодарим, мы не голодны, - с достоинством поклонились священнослужители.

- Хорошо, тогда пусть принесут только для меня, - велела девушка.

Служанки вышли, и оба мужчины синхронно шагнули к кровати.

- Мистрис, вам небезопасно здесь. Мы думали, что вы это поймете сами. Смотрите – в который раз вы буквально чудом не погибли! Вам нужно обратиться к Триединому.

- А что со мной сейчас случилось? – заинтересовалась Света. – По-моему, обыкновенный обморок от нервов.

- Обыкновенный обморок не длится три дня и после него не исчезают магические силы, - возразил Первый. – Мы же видим, что кто-то вытянул из вас магию, да так много! Чудо, что вы отделались только обмороком.

- Да ну, кому это надо? – отмахнулась Света. – Потом, тут все маги и если бы кто-то ко мне присосался, вернее, к моей магии, его бы сразу заметили. Просто перенервничала.

- Хорошо, допустим. Но подумайте – зачем вам такая жизнь, когда за каждым углом подстерегает опасность? Князь не может вас защитить, и однажды вы пострадаете уже непоправимо. От другого или него самого. Обратитесь к Триединому, просите защиты и убежища, мы вас проводим.

- Какое еще убежище? Зачем?

- Будете жить, как вам самой захочется, - пояснил Второй. – Вы – Дарующая, вас всего пятнадцать и всего двое – женщины. В обмен на использование вашего дара, вы получите любой мыслимый комфорт, любые развлечения, любого мужчину, какого пожелаете. Вас никто не станет заставлять носить накидку и наказывать, если вы ее не наденете. Вы – равная среди равных. Что делать, когда делать, как делать – решать будете только вы сами!

- Храм сможет защитить вас от кого угодно, - подхватил Первый. – Ни князь, ни кто-то другой не будут иметь над вами власть.

- Хм, интересное предложение. А что потребуется от меня?

- Время от времени вас будут просить воплотить в жизнь что-нибудь. С вашим даром это несложно.

- Воплотить в жизнь – например? Создать морковку?

- Не совсем. Например, вызвать душу определенного человека и убедить ее поступить так, а не иначе. Для ее же блага!

- Ого! Но вы же не вмешиваетесь в дела людей??!

- А мы и не будем вмешиваться, - с улыбкой ответил Первый. – Мы только учим Дарующих и обеспечиваем им комфортную и безопасную жизнь.  Вмешиваются по просьбе Триединого Дарующие. Алана, поверьте, вы не пожалеете, если смените этот дворец и положение полу рабыни на полную свободу, защищенность и уверенность в завтрашнем дне!

- Полу рабыни?

- Конечно. Вы княгиня, да, но посмотрите, что вы можете? Что вам позволено? Кругом сплошные ограничения, все за вас решает князь.  Сейчас, пока не приелась новизна, он еще достаточно лоялен к вам, но первая снежинка уже упала.

- Первая снежинка? – Светлана переводила взгляд с одного жреца на другого. – Поясните, пожалуйста.

- Князь разослал приглашения семьям, где есть незамужние девушки, скоро они все прибудут во дворец.

- Я знаю это. Они едут, чтобы я познакомилась с ними и выбрала себе еще фрейлин. Четверым сложно справляться с обязанностями, нужны еще, по крайней мере,  две девушки. А лучше четыре.

- Вы не все знаете, - снисходительно ответил Второй. – Едут не только незамужние  девушки со своими семьями.  Приглашения разосланы и некоторым замужним и молодым вдовам.

- Ну, и что? – Света искренне не понимала, на что намекают жрецы. – Вы или расскажите все прямо, или молчите. Не люблю играть в угадайку.

Мужчины опять переглянулись, и Первый проговорил:

- Незамужние девушки не могут согревать постель Его Светлости. А вот замужние и вдовы – очень даже.

- Причем тут это? У нас с мужем все в порядке с отношениями, - возмутилась  княгиня.

- Если бы было все в порядке, он не приглашал бы любовниц, - ответил Второй.

- Любовниц???

- Именно. Среди получивших приглашение есть три женщины, которые уже грели постель вашего супруга. Конечно, до женитьбы на вас, но тем не менее. Они не из сильных родов, не сопровождают незамужних девушек, зачем бы их надо было приглашать?

Светлана замерла, переваривая новость.

- И что, все именно так и думают – что Рагнар вызвал любовниц? – осторожно спросила она у жрецов.

- Увы, - развел руками Первый. – Это первое, что всем приходит в голову. Подумайте,  хотите ли вы всю жизнь терпеть выходки супруга, и находиться в зависимом положении?

- Но я же замужем! Как я могу уехать? Князь не отпустит.

- Вы – Дарующая, - прояснил Второй. – Вы имеете право  уйти в Храм Триединого и ни муж, никто другой не смогут вам помешать. Просто заявите, что желаете уйти и вверить себя Триединому, и мы вас сразу перенесем. Князю придется смириться, тем более, утешальщицы уже в пути.

Княгиня размышляла.

То, что говорят жрецы, может оказаться полной правдой. Может оказаться правдой лишь наполовину. А может, там правды – всего лишь ложка на бочку лжи.

Она не будет делать поспешные выводы, и принимать решения, она подождет приезда гостей, посмотрит, как будет вести себя супруг. А заодно, постарается разузнать больше о Храме Триединого и его жрецах. И для этого ей нужен магистр Кроу! Значит, ей надо скорее восполнить силы и попробовать связаться с его душой.

- Я благодарю вас за информацию и предложение, - ответила она жрецам. – Я обязательно обдумаю все, что вы мне рассказали, и сообщу, какое решение я приняла. Торопиться не буду, я еще так слаба после потрясения. Хочу полностью восстановиться. Вы же не собираетесь покидать меня?

- Разумеется, мы подождем, сколько мистрис понадобиться. Единственное,  если вы понесете, то не сможете уйти, пока не родите. С ребенком князь вас не отпустит.

- Какие дети, я выпила предохраняющее зелье! В ближайший год забеременеть мне не грозит, - улыбнулась девушка.

- Зря вы на это надеетесь. Вы – Дарующая, это зелье на вас не действует. Вспомните, вас осматривали маги и целители, они обязательно обнаружили бы, что вы пили зелье, но ни один этого не сказал, поскольку ваш организм зелье сразу нейтрализовал.

Светлана похолодела.

- Как? Почему? Но магистр мне его дал и объяснил, что год можно не беспокоиться. И мы… князь… не один раз, но я не беременна!

- Вы не беременны, потому что князь бережет вас и применяет заклинание от зачатия. А магистр не знал, что вы – Дарующая, поэтому и не мог предусмотреть, что зелье не подействует.

- Какой кошмар. Но князь обещал, что до моего восемнадцатилетия он не допустит беременности.

- Он сдержит слово. Но только до того момента, пока не почувствует, что вы можете уйти. Повторяю, беременную вас никто не отпустит. Поэтому, мистрис, думайте, но не слишком затягивайте. И не давайте мужу повода заподозрить вас в желании его покинуть!

- Мистрис, ваши напитки и еда, - в комнату прошли обе служанки, покосились на жрецов и принялись расставлять блюда.

- Княгиня, мы не будем больше вас беспокоить, -  Первый и Второй низко поклонились и оставили Светлану наедине с едой и  невеселыми мыслями.

Вот так понадеешься на зелье, а оно тогось… бракованное. Или ты сама бракованная…

М-да, хорошо, что князь заклинание применял, хороша бы она была, если бы уже залетела!

И новости, о приезде вдовушек и замужних дам совсем не порадовали.

Рагнар, ты же не собираешься меня обманывать? У нас только – только что-то начало получаться и налаживаться…

Ладно, утро вечера мудренее. Поживем – увидим, уйти, как она поняла, она всегда успеет.

Сначала поесть, потом – чуть не забыла – надо узнать, что с Лианой. Завтра обязательно навестить текинцев. И вечером попробовать связаться с магистром.

- Ну, с, что тут у нас? – Светлана наклонилась над блюдами, вдыхая вкусные запахи. -  Какая я голодная!

Глава 13

Гостьи начали прибывать с утра следующего дня.

Вообще-то, несколько раньше запланированного, но тут уже ничего не поделаешь.

С каменными лицами дворецкий и экономка выслушивали оправдания, вроде: «Выехали пораньше, чтобы не опоздать. Мало ли, дорога вещь непредсказуемая, но все прошло без задержек».

В любом случае, комнаты были готовы, и заселение проходило достаточно быстро.

Светлана  гостьям пока не показывалась – все еще набиралась сил, отлеживаясь после переноса души Ринаи. Да и приветствовать по отдельности не по протоколу. Вот когда все соберутся, тогда она их одним разом и примет.

Гостей поселили в отдаленном от покоев князей крыле и пока до Светы не долетали ни шум, ни гости.

Каждый вечер, да и днем по нескольку раз,  заходил муж, чуть ли не собственноручно кормил ее и следил, чтобы тарелки уходили на кухню чистыми.

- Ты меня, как поросенка, к Рождеству откармливаешь? – как-то поинтересовалась Светлана. – Я уже вполне здорова, нет ни головокружений, ни слабости.

- К чьему рождеству? – не понял князь. – Рожать тебе рано, я говорил, что подождем с ребенком до следующего года. У тебя дар нестабилен, видела, какая утечка произошла? Надо много есть, чтобы набраться сил.

- Но если я продолжу принимать пищу в таких количествах, то скоро стану толстая и неповоротливая, - фыркнула Светлана. – Ты этого хочешь?

- Ты даже не представляешь, насколько я хочу, чтобы ты стала толстая и неповоротливая, - Рагнар сгреб жену и привычно поместил подбородок на ее макушке.

- Чтобы с чистой совестью отправить меня куда-нибудь подальше, а самому переключиться на стройных и поворотливых? – выгнув бровь, поинтересовалась Света. –  Поэтому такие порции еды и поэтому целый аукцион девиц и дам не тяжелого поведения?

Рагнар напрягся, пытаясь понять, что вызвало неудовольствие жены.

- Почему отправить? Я говорю про беременность. Мечтаю увидеть тебя с нашим малышом в животе – толстую, круглую, неповоротливую, самую красивую и желанную! А девушки, мы же говорили уже об этом – тебе надо выбрать еще фрейлин, а то твои спят по шесть часов. С ног уже падают. Что такое «дам не тяжелого поведения»?

- Это женщины, которые легко меняют спальные места, - пробурчала Светлана и, увидев, что князь не понял, добавила. – Спальные места, где они не одни спят и вообще, не особенно спят.

Понимание промелькнуло в глазах супруга.

- А, ты про это? Ну, я же сказал, что пока ты меня не гонишь, других не будет, - в душе Рагнар ликовал – она уже ревнует! Какой хороший совет отдал Никодий!!!

- Знаешь, дорогой супруг, - Света вывернулась из рук мужа и отошла в сторону. – Я уже говорила, что брезглива? Так вот, повторяю – я очень брезглива и поэтому, если ты запустишь руки и … другие части тела …  на сторону, то можешь забыть о моей спальне.

Заметив, как дернулся муж и что он собирается что-то сказать, добавила:

- Я не запрещаю, нет! Кто я такая – самому князю что-то запрещать и указывать, из каких ему чашек пить? Просто объясняю, чтобы  потом  Его Светлость ничему не удивлялся.

С последними словами, Светлана шагнула еще дальше и, развернувшись, вышла из спальни.

Рагнар остался, пытаясь понять, что это он только что услышал?

Княгиня, несомненно,  ревнует. Это плюс. Но, если он правильно понял, то стоит ей узнать о его интересе к другой женщине, то больше на супружеские отношения он может не рассчитывать. Жена не станет за ним бегать и пытаться завоевывать его внимание, она просто закроет дверь между спальнями.  Это минус. Такой минус, который несколько плюсов перевесит.

Он-то затеял все это с противоположной целью! И зачем ему тогда  терпеть во дворце этот курятник? Кажется, они с Никодием просчитались – наличие соперниц не подтолкнет княгиню, а наоборот, оттолкнет.

Триединый, с этой женщиной все не как у других!  Но этим-то она сначала зацепила, а потом незаметно просочилась в самую душу, в самое сердце. Уютно там расположилась, грея и даря радость одним своим присутствием. И как он теперь без нее?

Князь сжал кулаки и отправился к советнику.

- Никодий, похоже, княгиня не в восторге от присутствия других женщин.

- А я вам что говорил? Очень хорошо, пусть поревнует, испугается, что  вас может кто-то более активный увлечь, - ликовал советник. – Станет более внимательна и ласкова.

- Да? А мне кажется, мы крупно просчитались. Княгиня заявила, что ничего не запрещает, но если я позволю себе что-то в отношении другой женщины, в свою постель она меня больше не пустит.

- Вот как? Да, странная реакция. Княгиня не дорожит мужем? – удивился Никодий. – Никогда такого не встречал.

- Я не хочу проверять, сдержит Алана свое обещание или нет, - твердо сказал Рагнар. – Так что,  отправляй вдовушек обратно.

- Это будет оскорблением! – возразил советник. – Тем более что  некоторые еще в пути. – Мы же пригласили их во дворец для знакомства с княгиней! Вот, пусть приедут,  дадим один бал, княгиня выберет фрейлин и пусть остальные едут восвояси! Одарим чем-нибудь, и все останутся довольны.

- Но Алана?

- А что, Алана? Просто не переносите ни на кого мужское внимание, вот и все.

- Ты думаешь?

- Я уверен! Нам не нужны обиды среди аристократов, а пригласить и тут же отослать назад – сильное оскорбление.  Поэтому сделаем, как планировали, только не неделю во дворце, а, допустим, три дня. Вашей жене не нравится, если вы станете принимать знаки внимания от других женщин – так вы их и не принимайте!  Если не будет связи, то ей и обижаться не на что. А на то, что есть другие женщины, которые хотели бы добиться вашего внимания, да вы им его не оказываете – пусть посмотрит.

- Хорошо. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Я еще прежнюю поленницу не до конца разобрал, наломать новых бревен не хотелось бы.

- Все будет хорошо! Кстати, там вестник пришел – молодожены добрались до места. Все в порядке.

- Добрались? Отлично. И как там молодая? – князь с интересом посмотрел на советника. – Барон справляется?

- Да, все в порядке, - заверил Никодий. – Куда ей, семнадцатилетней, против  мужчины, который сто лет живет? Избалованная, но это мигом слетает, как я и говорил, стоит только перестать потакать.  Вемир потакать не станет. Специально обижать тоже, но и своевольничать не даст.

- Ну и дай Триединый, - с облегчением выдохнул Рагнар. – Мне еще с княгиней объяснятся, куда я ее сестру услал.

- Ещё не сказали? Почему?

- Жду, когда сама спросит.

- Зря. Надо упредить, первому рассказать. Женщины не любят, когда им напоминают, что от них ничего не зависит.  Пусть сто раз смирились и не претендуют, но лишний раз лучше не напоминать.

- Сколько сложностей! Всего-то женился и хочу, чтобы жена была со мной счастлива…

- Чтобы сделать счастливым себя, много труда не надо  – просто поступай, как тебе лучше и удобнее, на других не озирайся, - ответил советник. – Вот осчастливить другого сложнее, приходится все свои действия совершать с оглядкой – понравится ли, не оскорбит ли?

- Но возможно ли стать счастливым, если тебя будут окружать одни несчастные? Боюсь, Никодий, все намного сложнее, чем кажется. Пошли, посмотрю вестник. Из Срезии не было послания? Жду договор на поставку нитей шелицы и договор на  беспрепятственный проезд для наших купцов по Ритании.

***

Больше отсиживаться в покоях не было сил, и Светлана решила выбираться, старясь держаться подальше от гостей.

Ага, размечталась!

Видимо, мамаши, планирующие пристроить дочерей во дворец, караулили за углом, потому что не успела она сделать  и десяти шагов от дверей, как встретила одну даму, которая – кто бы мог подумать! – совершенно случайно заблудилась.  Но так рада, что может засвидетельствовать  свое почтение княгине! А еще у нее есть дочь,  которая непременно станет идеальной фрейлиной!

И почему я не удивлена?

Еле отцепившись от первой дамы, Светлана через десять шагов наткнулась на вторую. Отделалась от второй – а вон, уже третья и четвертая спешат!

Круто развернувшись, княгиня изменила направление.

Не пойдет она в сад, пойдет в парк!

- Маяна, проследи, пожалуйста, чтобы меня никто не беспокоил! Я хочу прогуляться по парку без чужих дочерей и восторженных мамаш.

- Мистрис, тогда вам лучше не по главному проходу идти, а свернуть к оранжереям. Туда точно никто из гостей не пойдет, все крутятся на виду, вблизи.

- Хорошо, так и сделаю.

Светлана хотела попытаться призвать свою магию. Во дворце она практически никогда не оставалась одна дольше пяти - десяти минут. Этого было недостаточно, тем более неизвестно, полностью ли восстановилась её магия. Может быть, ей потребуется больше времени?

А еще она собиралась попытаться поговорить с душой магистра. Жрецы сделали интересное и неожиданное предложение.   Прежде чем что-то решать, она должна посоветоваться с тем, кто понимает этот мир лучше нее,   кому она доверяет.

Княгиня свернула в парк на боковую аллею и медленно пошла,  наслаждаясь тишиной и красивыми видами.

- Алана! Как я рада, что ты совсем поправилась! – лучась и сияя, к ней спешила княгиня Гивернея.

Погуляла в одиночестве!

- Ясного дня, княгиня! – отозвалась Света.

- Мы никак не можем посидеть вдвоем, поговорить, как мать с дочерью! – княгиня обхватила девушку за плечи и повлекла за собой. – Пойдем, милая, посидим, здесь есть чудесное место у пруда с золотыми рыбками!

Заинтригованная, Светлана краем глаза убедилась, что ее охрана, служанка и фрейлина следуют за ними в некотором отдалении, и позволила матери Рагнара себя вести.

- Как ты, девочка? Какая же ты молоденькая! Сын не обижает тебя? Ты еще не беременна? – княгиня засыпала вопросами.

- Все хорошо, не обижает, не беременна, - ответила Света, понимая, что надежда на уединение и возможность помагичить улетучилась, как дым в ветреную погоду.

- Ах, как жаль! Я очень хочу внуков!

- Но у вас уже есть двое – Сигур и Критен!

- Я хочу внуков от Рагнара! Девочку, - княгиня мечтательно закатила глаза. – А лучше – двух! Почему ты еще не тягости? Мой сын плохо старается?

Светлана покраснела, вспомнив, насколько хорошо старается Рагнар…

- Ну, я ему все выскажу! Он пренебрегает тобой? Хотя, мне доложили, что сын каждую ночь ночует в твоей постели. Тогда, почему беременность еще не наступила?

- Княгиня…

- Зови меня – матушка, - перебила Гивернея.      

- Матушка, - покорно поправилась Светлана. – Мой муж не пренебрегает мной, об остальном вам надо спросить у него самого.

- Хорошо, я непременно так и сделаю!   Надеюсь, вы подарите мне внучку еще до завершения года!

- Почему именно внучку? Ведь может и мальчик родиться, - Светлана не стала заострять внимания на сроках.        

- Мальчики у нас уже есть. Теперь очередь за девочками, - пояснила Гивернея. – От мальчишек одна головная боль, а девочки – это  ленты, это красивые наряды и милые манеры.

Светлана вспомнила себя в детстве - как дралась с мальчиками, как легко могла словами заткнуть за пояс почти любого,  как лазила по крышам гаражей и в чужие сады – на даче.

Да, уж,  «милые манеры».  Она бы при рождении дочери, не гарантировала родителям отсутствие головной боли…

Княгиня пощебетала еще с полчаса и решила, что ей пора возвращаться.

- Ты запомнила, Алана? В любое время, как только почувствуешь необходимость, смело ко мне обращайся!  И не гуляй долго, по вечерам довольно прохладно.

- Хорошо, матушка, - покладисто ответила Светлана, с облегчением наблюдая, как княгиня уходит в сопровождении охраны и служанки.

Перевела взгляд – ее собственная охрана расположилась  за кустами, а служанка и фрейлина коротали время  на аллее, метрах в двадцати.

Хорошо, наконец-то она одна! Рискнуть?

Девушка еще раз осмотрелась, убедилась, что никто не спешит нарушить ее покой, и села на одну из скамеек, окружавших прудик.

К слову, место на самом деле было чудесное – небольшой пруд, где плескались красные рыбки, вокруг густые кусты  и несколько скамеек, и одна из них  стояла,  почти полностью скрытая разросшимся кустарником. Вот на нее княгиня и опустилась.

Устроилась поудобнее, жалея, что у скамьи нет спинки, и сосредоточилась.

Ей нужен магистр Кроу!

Довольно продолжительное время ничего не происходило, и Света уже решила, что ее способность видеть души и общаться с ними приказала долго жить. Но потом знакомое чувство перемещения и она очутилась в незнакомой комнате. Оглядевшись, княгиня поняла, что это спальня и что в постели лежит кто-то. Ой, не один кто-то!

Так, не отвлекаться, ей нужна душа магистра!

Усилив призыв, Светлана повернулась спиной к кровати.  О, вот и душа!

- Ты кто?

- Я Алана. Светлана, которая.

- Светлана?? Ты – жива?

-  Пока,  да. Я не знаю, сколько у меня времени, поэтому сразу скажу, зачем пришла. Жрецы Триединого уговаривают уйти с ними в Храм. Обещают, что за небольшие услуги  моей магии, они обеспечат меня комфортом, позволят самой решать, что делать и с кем быть. А Рагнар пригласил во дворец своих бывших любовниц.

- Триединый, для чего они ему?

- Магистр, вы – взрослый мужчина и спрашиваете у меня, женщины,  для чего мужчины берут любовниц??

- Нет, я… Я думал, что у вас все хорошо.

- Я тоже так думала. Тем не менее, князь пригласил во дворец любовниц.

- Возможно, он просто бережет тебя?  Князь – сильный мужчина и ему надо больше, чем может дать молоденькая девочка.

- Возможно, но это его проблемы.  Я мириться с наличием других женщин не намерена, о чем прямо сказала мужу.  Но вопрос даже не об этом – мне необходимо понять, что меня ждет в Храме, если я решу принять предложение жрецов.

- Сложно сказать, но я…

Светлана почувствовала, что ее сейчас вернет обратно.

- Магистр, я сейчас пропаду, не могли бы вы приехать в столицу? Лучше говорить, глядя друг другу в глаза. У меня мало сил для долгих разговоров на расстоянии.

- Я постараюсь. Ничего не отвечай жрецам, пока я не прие…

Тошнотворное ощущение, и вот княгиня уже ловит ртом воздух, распластавшись на траве под скамейкой.

Надо отлипать и вставать, иначе, охрана и сопровождение всполошатся!

Светлана приподнялась на четвереньки и только собралась выпрямиться, как совсем рядом услышала чьи-то шаги и тихие голоса.

Кто здесь? А, это не здесь, это за кустами! Видимо, с другой стороны разросшейся растительности  кто-то прогуливался.

- Я вам открыто говорю – все в наших руках!

- Но, Карина, это,  по меньшей мере,  странно! Если Рагнар хотел оставить нас – всех или какую-то одну – в любовницах, то для чего нас так спешно выдали замуж?

- Как ты не понимаешь, Селия? Он перед женой выслуживался. Хотел показать, что она для него что-то значит, вот и раздал нас в добрые руки! Вы как хотите, а я свой шанс не упущу!

- Не знаю. Меня мой супруг полностью устраивает, я в игре не участвую.

- Ну и трусиха же ты, Бригит! Готова променять князя на своего барончика?

- Пусть, всего лишь барон, зато мой и кроме меня у него никого нет! Еще неизвестно, как княгиня отреагирует, если кто-то потеснит ее в постели князя.

- Можно подумать, ее слово что-то значит?

- А ты так уверена, что нет?

- Значило бы, нас точно во дворец не позвали бы!

- Ладно, завтра церемония представления, вот и посмотрим и на князя, и на княгиню. Селия, ты со мной?

- Я пока ничего решать не буду, сначала все разузнаю. Но мне уже доложили, что князь каждую ночь проводит в постели жены.

- Проводит – не означает, что он там удовольствие получает. Жена ему только для рождения наследника нужна. Возможно, уже сделал свое дело, теперь жену на покой, вынашивать, а самому нужна замена.

- Вот и посмотрим.

Зашуршали юбки, стукнула нога по камешку – женщины прошли дальше.

Светлана села на скамейку и усмехнулась – ну, вот и посмотрим.

Представление  княгине оформили в лучших традициях:  Её Светлость  сидела на низком, но удобном кресле, рядом стоял, облокотившись на это кресло, князь.  Позади князя – советник Никодий, а за креслом княгини – две фрейлины. Зал выбрали  Розовый, и Светлана потребовала себе зеленое, как молодая трава, платье. Получилось забавно – на розовом – зеленые «листочки».  В любом случае, княгиня отчетливо выделялась и не только расположением ее кресла, в то время как большинство кандидаток во фрейлины сливались со стенами, вырядившись во все оттенки розового.

Ничего сложного от Светы не требовалось – сидеть с важным, но приветливым видом, кивать и милостиво улыбаться.

Девушки подходили вместе с родителями.

- Барон Вилор с женой Анемидой и дочерью Фионой.

- Виконти Кристе с женой Сонией и дочерьми Верией и Алионой.

- Боярин Некрас с дочерью Светаной.

Светана? - Света оживилась и внимательнее присмотрелась  к боярину с дочерью.  Отец выглядел так,  как по ее представлению и  должен был выглядеть  боярин на Киевской Руси – основательный,  крепкий, с окладистой опрятной бородой, с внимательным и серьезным взглядом. Дочь – среднего роста миловидная девушка в платье  цвета морской волны.  Светло-русые волосы заплетены в косу, стоит, потупив глаза, алея румянцем.

То, что доктор прописал!

- Светана, - обратилась она к девушке, –  сколько тебе лет? Что ты умеешь делать? Что любишь?

- Мне шестнадцать, - красивым, сильным голосом ответила девушка. – Умею все, что положено  девице – шью, вышиваю, могу приготовить обед, могу  постирать и прибрать, умею готовить зимние припасы, не заблужусь в лесу,  хорошо езжу верхом, умею  оказать помощь раненому, читаю, пишу, считаю.  Знаю, как следить за хозяйством, за слугами, играю на лютне, пою, знаю этикет, умею слагать стихи.

- Достаточно, - остановила ее Светлана. – Боярин, ты хорошо воспитал свою дочь.

Мужчина с достоинством поклонился, еле сдерживая довольный блеск глаз.

- Светана, хочешь ли ты стать одной из моих фрейлин?

- С радостью, княгиня.

- Князь, - обратилась Света к мужу, - я выбираю Светану.

Рагнар кивнул Никодию и тот  махнул рукой, подзывая статс-даму.

По рядам гостей прошел взволнованный шепот – княгиня выбрала одну. Почему, не нашу дочь??! Что в ней не так?

Потянулись новые лица, титулы,  девушки.

Света отобрала еще трех  девушек, которые сначала привлекли не розовым цветом платья, а потом заинтересовали ответами, произведя  впечатление умных и хорошо образованных.

Наконец,  все  незамужние гостьи были представлены,  новые фрейлины переданы под крылышко статс-дамы, по совместительству, супруги советника Никодия. Наступила очередь представления для замужних дам, вернее, родовитых семейств, которые приехали для представления княгине.

- Боярин Третов с женой Витарой.

- Боярин Чаркас с женой Селией.

- Барон Брова с женой Югославой

- Баронет Аленин с женой Кариной

- Виконти Метто с женой Бригит.

- Виконти Сезан с женой Миленой.

- Вдова барона Нистена Оляна.

- Вдова виконти Елея Златина.

Когда назвали первое из услышанных ею в парке имен, княгиня слегка повернула голову, желая увидеть реакцию мужа. Супруг подобрался, нахмурился и сжал спинку кресла так, что побелели пальцы.

Ого, а мы, кажется, сердимся?! Ну, ну.

Пары подходили, мужчины кланялись, дамы делали реверанс, и Светлана кивком головы отпускала их.

Любовницы мужа были красивы, что есть, то есть.  Если поставить их рядом, то получится местный вариант «ВИА Гры» - беленькая, рыженькая, темненькая.  Блин, на все случаи жизни и под любое настроение.

Князь счастливым и довольным не выглядел. И что не так?

После завершения официальной части мероприятия, все были приглашены на легкий обед, вечером же гостей ожидал бал.

Светлана умирала от желания узнать, чем так разозлен ее супруг. Однако сразу после завершения  церемонии, князь сначала отвел ее за стол, где приходилось держать лицо под перекрестным огнем десятков глаз, а по окончании обеда вручил статс-даме.

- Княгиня, - несколько суховато обратился он, - у меня возникли неотложные дела, поэтому поручаю заботу о вас мистрис Алисанне.  Как только освобожусь, немедленно поспешу к вам.

Что за муха его укусила??

Мистрис Алисанна утянула княгиню в сад, демонстрировать новых фрейлин.

Девушек уже успели переодеть в одинаковые платья, как только успели подобрать нужные размеры? Платья сидели, как влитые.

- Мистрис, - не выдержала Светлана, - портные шьют платья на ходу? Когда успели-то?

- Нет, Ваша Светлость, - улыбнулась Алисанна. – Платья были пошиты заранее, а потом просто подогнаны по девушкам. Магией, - добавила она, заметив, что княгиня сама не догадалась.

- Ах, вот как? Но почему тогда платья для меня шьются не только достаточно долго, но и приходится терпеть примерки?

- Потому что для вас, Ваша Светлость, не по статусу носить подогнанные магией наряды.  Для вас все должно шиться только по меркам.

- Понятно. Но разве по платью видно, что его подгоняли магией?

- Не видно, но вы будете знать, что оно подогнано, швеи будут знать, фрейлины и так далее.

- Ну, и что в этом плохого, если внешне платья не отличить?

- Посмотрите,  мистрис, еще пример - никто, кроме женщины не знает, какое она надела нижнее белье. Казалось бы, можно носить, что угодно, лишь бы удобно было, но все равно женщина старается надеть самое красивое. Когда на тебе красивое и дорогое нижнее белье,  чувствуешь себя увереннее, хоть его никто и не видит.  Ощущение, когда носишь простые панталоны,  и когда из дорогого кружева  очень сильно отличаются и это не может не сказаться на настроении и уверенности женщины. Вы же и сами это знаете. Так и с нарядами, пошитыми по меркам или просто подогнанными магией.

- Не знаю, - буркнула Света в сторону. – Белья мне не дают, что крайне неудобно.

Статс-дама смутилась, покосилась на фрейлин  и срочно перевела разговор в другое русло.

- Вечером бал, поэтому рекомендую хорошо отдохнуть, мистрис.

- Да, это не помешает, - согласилась княгиня. – Пойду к себе.

Хотелось побыть в одиночестве, подумать, прикинуть, решить, как вести себя с мужем и что делать на балу.

Бал – это же придется танцевать? Ей, наверное, можно только с Рагнаром, а вот Рагнар наверняка пригласит еще кого-то. Какую-то. Каких-то. Блин, она даже догадывается – кого, какую и каких.

                Рагнар был в бешенстве.

Еле дождавшись, когда останется наедине с Никодием, схватил советника за грудь и впечатал того в стенку.

- Что. Они. Здесь. Делают?

- Приехали с супругами для представления княгине, - невозмутимо ответил Никодий. – Мы же решили дать Ее Светлости повод поревновать. Будут ли пытаться соблазнить  вас другие замужние или вдовы – неизвестно.  А вот бывшие любовницы – непременно захотят  еще раз испытать удовольствие в вашей постели.

- Никодий, ты идиот! Княгиня оскорбится, когда узнает, а она узнает – кто-нибудь обязательно ее просветит!! – что мы пригласили моих любовниц! Как тебе только в голову это пришло!!  Сам же говорил, что их надо удалить из дворца, а теперь сам же и вернул! Ты точно хочешь, что бы Алана влюбилась в меня, а не сбежала со жрецами Триединого? Мне донесли, что они уже предлагали ей это! – Рагнар тряхнул советника и отшвырнул его от себя.

- Князь, - советник  развел руками, –  в то время женщины были свободны и могли, возмечтав о несбыточном, строить княгине козни. Сейчас все они – замужние мистрис, им есть, что терять, поэтому ни одна не решится на масштабные пакости, а легкое соблазнение вам на пользу. Я по-прежнему уверен, что зрелище  красавиц, которые на вас облизываются, подстегнет княгиню крепче держаться за вас.

- А я говорю, что реакция Аланы может быть совсем иная, чем мы рассчитываем. Убирай этих, куда хочешь!

- Завтра они уедут, - согласился Никодий.

- Завтра??!

- Сегодня бал, их только представили Её Светлости, отправить сейчас – выразить недоверие, показать всем, что их мужья – в опале. Но они этого не заслужили! Зачем нам недовольство знати? Потерпим всего один день, завтра все и так разъезжаются по домам.

- Никодий, ты меня без ножа зарезал! Как ты мог пригласить их, даже не поставив меня в известность?

- Но вы сказали, чтобы я сам выбрал семейства, я и выбрал!

- Все, дело сделано, - князь устало опустился на стул. – Постарайся, чтобы завтра никого из бывших до обеда здесь и духу не было. Одари их мужей, чем сочтешь нужным, но чтобы я никого больше не видел!  Один бал я как-нибудь переживу.

- Разумеется, я прослежу. 

- Еще, тех, чьи дочери не были выбраны княгиней, надо тоже одарить. Никто не должен уйти обиженным. Подбери девушкам что-то из сокровищницы.

Никодий поклонился и вышел, а князь еще некоторое время мерил шагами кабинет.

Надо идти к Алане. Сказали ей, что трое из гостий – его любовницы? Наверняка, уже рассказали. Ррыл, до чего скверно получилось!

Но к княгине его не пустили.  Нет, если бы он захотел, то зашел бы, но  дежурные фрейлины сказали, что Алана задремала, и Рагнар решил ее не тревожить.

  А Светлана ждала, что муж придет, объяснит появление любовниц, поддержит, уверит.

Не пришел, гад иномирный!

Света сама себе боялась признаться, что как-то незаметно прикипела к нему. Посмотреть, так, сколько ей боли физической и душевной пришлось из-за него вынести! Но, вот же, гад! – извиняется он искренне и рядом с ним ей почему-то спокойно.  Почему-то нравится, когда он командует, в разумных пределах, конечно, нравится, когда кормит или укрывает, заботится, чтобы ей было удобно, чтобы у нее было хорошее настроение. А еще нравится, как он ерошит ее волосы, как обнимает и упирается подбородком ей в макушку. А ночи! И утра…  Очень даже нравятся, кто бы подумал? Виктор, вон,  был убежден, что Света  фригидная, даже снулой рыбой и бревном называл, а дело-то не в ней оказалось. Князь, даже после жесткого обряда смог ее «разморозить». Черт, она мазохистка?

Ну, вот где его носит? Все в делах, в заботах «аки пчела». Где-то она слышала эту фразу, в каком-то фильме…

Сатрап иномирный где-то там, а  она лежит тут, как дура, и ждет у моря погоды!

Светлана перекатилась на спину и прикрыла глаза.  Мысленно потянулась к мужу – где ты, чем занят?

И уже не очень удивилась, оказавшись в его кабинете.

Рагнар читал какую-то бумагу, делая на ней пометки. Смешно морщил лоб, лохматил пятерней волосы,  при особенной сосредоточенности  выпячивал нижнюю губу.

Света рассматривала мужчину. Нет, душу она вызывать не станет, просто постоит тут и полюбуется.

Риная прижилась в ее теле. Кстати, отличная была идея поделиться с ней своими воспоминаниями о жизни в Москве. Вернее, не воспоминаниями, а всей жизнью, ведь Света умудрилась скинуть ей «весь файл»,  и Ринае передались все ее знания, умения, эмоции и привычки, но при этом, остались и её собственные знания, воспоминания и умения.

Это хорошо, новой Светлане легче втянуться в новую жизнь, проще разобраться, кому можно верить, легче защитить себя и малыша от алчности матери и наглости Виктора.

И еще очень хорошо, что Риная не видела новый облик Светланы и не связывает ее с настоящей Аланой. Кто знает, как бы она восприняла это? Все, что ни делается – к лучшему!

Малыш в безопасности, можно подумать и о себе? А вот с этим проблемы.

Ей нравится князь, чего уж скрывать. Ее к нему тянет, и она уже совсем не против  прожить с ним всю жизнь.

В конце концов, если с умом подойти, то многое можно будет поправить в законах. Конечно, не сразу, а постепенно, за несколько лет. Придумать, чтобы князь сам захотел внести уточнения или изменения, подтолкнуть его, направить. И еще можно родить своего малыша.

Света улыбнулась, представив, как возьмет ребенка на руки. Это здесь ей семнадцать, а по-настоящему все двадцать восемь и она уже очень хочет ребенка! Семью, надежный дом!

Сможет ли дать ей все это Рагнар?

Где бы найти ответ?

Вот, вроде, все начало налаживаться, но появились любовницы. Как супруг поведет себя? Откажется или нет?

Светлана горько вздохнула, заранее себя жалея.

А если не окажется? Вернуться в Москву она не может, даже если бы ее кто-то там ждал. Может покончить  с жизнью или уйти в Храм. Первое неприемлемо, жизнь – самая большая ценность, нельзя ею разбрасываться! Второе… хм, второе пока весьма спорно. Есть какой-то подвох в и предложении жрецов. Что-то они явно недоговаривают. Обещают полную свободу, но за нее она должна расплачиваться своей магией. Уже не свобода, если разобраться!  Ладно, подождем магистра, может быть, он развеет ее сомнения.

Княгиня приблизилась к столу, за которым корпел муж, заглянула ему через плечо,  рассматривая, что он читает.

Какие-то списки, зерно, тюки…

Она там лежит одинокая, в тоске, а он хозяйственными делами занялся!  У-у! Сатрап!

Повинуясь мимолетному порыву, девушка протянула руку и провела по голове мужа.

Рагнар замер, резко обернулся, напряженно всматриваясь в пустоту,  и выдохнул:

- Алана?

Свету, как ветром сдуло назад в спальню.

Черт, черт, черт! Неужели, он ее увидел? Господи, стыдно-то как! Подсматривает, как пацанка.

Девушка вскочила с кровати и забегала по спальне.

- Мистрис что-то желает? – немедленно отреагировала из-за двери служанка, услышав шаги.

- Нет, ничего. Ванну! Я хочу принять ванну!

Сбежав в купальню, княгиня немного успокоилась и привела мысли в порядок.

Он не мог ее видеть, она не звала душу, скорее всего, князь решит, что ему просто померещилось.

                    Время  прошло быстро. Сначала купание, потом примерки и выбор платья.

Рагнар до вечера так и не пришел.

Светлана старательно отгоняла мысли, чем он может быть так долго занят. И боролась с желанием еще раз подсмотреть.

В этой борьбе Света  безнадежно проиграла.

Придав себе  невозмутимый вид, она приказала оставить ее на полчаса, ей надо помедитировать, это полезно для ее магии.

Служанки и фрейлины не поняли, чем собирается заниматься мистрис, но возражать или переспрашивать никто не решился. До начала бала оставалось около двух часов, платье выбрано, княгиня могла себе позволить провести их, как ей хочется.

Ложиться  на кровать Света не стала, просто села в кресло и откинулась на его спинку.

Мысленно пожурила себя, мол, стоило открыть возможность подглядывать, как она удержаться не может, и скользнула вон из тела.

На этот раз сатрап обнаружился не в кабинете. Он завершил разговор с Никодием, и мужчины разошлись. Советник направился куда-то вглубь дворца, а князь, отмахнувшись от охраны, пошел в парк. Вернее, сначала он обошел клумбы, придирчиво их рассматривая, потом повернул в парк. Светлана отметила, что выбрал он ту же самую боковую аллею, которой и она пользовалась для прогулок.

Князь шел достаточно быстро, не смотря по сторонам. Миновал пруд, где Свету развлекала свекровь, заросли кустарника, в которых она подслушивала планы любовниц, затем повернул  на более широкую дорожку и через минуту оказался возле оранжерей.

Что это он здесь забыл? Неужели, свидание? Сердце Светы замерло, а потом  пустилось вскачь.   Она не последовала за супругом, понимая, что еще одну сцену, подобную увиденной в своей квартире, просто не вынесет.

Зайти и посмотреть, что Рагнар делает, было страшно. Уйти – невозможно, и девушка маялась, не зная, на что решиться.

Но не прошло и пяти минут, как сатрап в сопровождении невысокого мужчины и высокой худой женщины, судя по одежде – садовников,  вышел наружу. С цветами в руках, Светлана таких никогда не видела - нечто среднее между пионами и лилиями с лепестками, меняющими насыщенность цвета  от бархатно-синего до лазурно-голубого от серединки к кончикам.

Князь повернул к дворцу, а Света несколько замешкалась, собираясь с мыслями.

- До сих пор не могу поверить, что Его Светлость оборвал азанию, - проговорила женщина. – Уж так ее берег, никому ни цветочка сорвать не позволил, а тут раз – и срезал все цветы.

- Видимо, собрался удивить и порадовать свою женщину, - ответил мужчина. – Пойдем, Ренала, мы еще побеги делинии не пересадили.

Светлана растерянно посмотрела на закрывшуюся дверь оранжереи, потом в сторону скрывшегося из глаз мужа.

Сорвал какие-то редкие и ценные цветы! И для кого, интересно?

Хорошо, что в этой ипостаси она могла мгновенно перемещаться. Миг и вот она возле князя, который уже подходит к пруду и…

И из-за кустарника плавно выруливает брюнетка из той троицы. Одна. Совершенно случайно здесь гуляла?

- Рагна-а-ар! – томным голосом, с придыханием и ручками цоп за его камзол!

Лишние у дамочки ручки, ага.

- Карина? – князь сделал шаг назад, но ручки держали крепко. – Что ты тут делаешь?

- Тебя жду, ведь это наше место, - мурлыкнула потенциальная утопленница (в Светином воображении промелькнуло, как она топит нахалку прямо среди золотых рыбок).

Князь переложил цветы в одну руку и попытался второй отцепить дамочку.

- О, какая красота! Это мне? Спасибо! -  загребущие ручки метнулись к цветам, но князь неожиданно развернулся плечом, закрывая букет,  и прошипел:

- Руки убери! Цветы не тебе. Дай пройти!

- Рагнар, чего ты сердишься? Я соску-у-чилась! Видишь, как только увидела, что ты пошел в сторону нашего места, сразу прибежала следом!

- Я тебя не звал, - мужчина попытался обойти прилипалу, но будущая пациентка целителей-травматологов повисла у него на шее.

(Света представила, как роняет на нее скамейку.)

- Ты же знаешь, меня не надо звать, я всегда чувствую, когда ты нуждаешься во мне, и тут же прихожу, - женщина, пользуясь тем, что руки князя были заняты цветами, нагло полезла обниматься.

- Карина!!! Ты с ума сошла, что творишь?

- А ты как думаешь, - женщина, практически уже труп – Светлана даже прикинула, где будет его легче всего спрятать,  опустилась на колени и потянулась к  самому дорогому.

Князь сверкнул глазами, в два шага дошел до скамейки и, бережно положив цветы, развернулся назад к соблазнительнице.

Карина встала с колен, призывно улыбаясь и потихоньку приподнимая юбку.

Светлана ощутила, что ее собственное сердце сейчас наставит ей изнутри синяков, настолько сильно оно колотится, что само по себе было странно – как может колотиться сердце у духа? Надо было отвернуться и уходить, подглядывать за очередной изменой не было ни желания, ни сил, но она не могла сбросить с себя странное оцепенение.

Сатрап приблизился к женщине и неожиданно грубо схватил ее за плечи:

- Я недостаточно ясно выразился? Могу еще раз повторить, если ты с одного раза не поняла – я тебя не звал! И не собираюсь звать ни сегодня, ни завтра, никогда!

- Но Рагнар, - жалобно пробормотала Карина. – Зачем тогда ты меня пригласил? Моему супругу пришло приглашение, иначе мы бы не приехали!

- Это была ошибка, я не знал, что вам было отправлено приглашение, инициатива советника. Я бы никогда тебя не позвал! Поняла?

- Поняла, - покорно ответила женщина и опять потянулась к его брюкам. – Но раз я все равно уже здесь, позволь мне доставить тебе удовольствие!

Светлана даже вздрогнула, если это было возможно, ведь она здесь не имела материальной оболочки – одним движением князь схватил любовницу за горло и приподнял.

- Никогда не смей ко мне приближаться! Не смей меня касаться! Ты – замужняя женщина, я – женатый мужчина, между нами никогда и ничего не будет.

- Рагнар, - просипела Карина. – Почему? Нам же было хорошо вместе! Наличие Льясы никогда тебя не останавливало! Отпусти, мне больно.

Князь разжал пальцы и демонстративно вытер руку о камзол.

- Потому что я не просто женат, а женат на любимой женщине. Потому что я люблю свою жену.  И не дай Триединый, она огорчится из-за какой-либо твоей выходки!  Пошла назад и чтобы никаких фокусов.

Баронета  Карина, не оглядываясь, рванула по аллейке, и Светлана не стала ждать, что будет дальше.

Ошеломленная, глупо улыбаясь, она очнулась на том же кресле, в своих покоях.

Ей не померещилось? Она точно слышала, что князь любовниц не приглашал,  и он сказал, что женат на любимой женщине и что он любит жену? Отказался от ласк Карины?

- Мистрис, пора одеваться!

Как в тумане, Светлана позволила себя одеть, что-то отвечала, чему-то кивала – в голове звучал голос Рагнара.

Ей еще никто в любви не признавался. Даже Виктор, когда ухаживал, отделывался всякими другими словами – мол, ты сама знаешь, что не безразлична мне, я к тебе отношусь иначе, чем ко всем другим девушкам, моя сладкая. Но вот это слово – люблю - ни разу не прозвучало.

Платье  глубокого голубого оттенка необыкновенно ей шло. Жаль, что красивую прическу, которую сделала ей Деяна, скрыла легкая  накидка.

Вот с накидками она в первую очередь и разберется! Во всяком случае, попробует.

Дверь распахнулась, и в комнату шагнул князь, в брюках и камзоле  темно-синего цвета и рубашке такого же оттенка, как и ее платье.

- Алана, - мягкий голос обволакивал и заставлял трепетать, - ты очень красивая! Позволь мне украсить тебя еще и этим?

Мужчина  протянул ей необыкновенный цветок, один из тех, что он вынес из оранжереи.

- Прикрепим его сюда, - нежно проведя рукой по голове девушки, князь приложил цветок к  накидке, закрепив его магией,  и отодвинулся, любуясь полученным результатом. – Замечательно, больше нечего добавить!

- И мне не надо надевать каскады украшений, чтобы подчеркнуть мой статус? – поинтересовалась Света.

Цветов было много, а ей он принес только один. Куда остальные дел, спрашивается?

- Это цветок азании, - пояснил Рагнар. – Самый редкий и самый красивый из всех! Стоимость одного растения превышает стоимость текинца и нет украшений, которые могли бы его затмить. Поверь, сегодня все женщины умрут от зависти к тебе.

-  Но это всего лишь цветок, он скоро завянет, - удивилась княгиня. – Он не скоро завянет, - улыбнулся Рагнар. – Я напитал его магией.

- Чем же он так редок и ценен? Конечно, очень красивый и необычный, но откуда такая цена?

-Об этом я тебе расскажу попозже, - муж взял ее под руку и повел из покоев. – Сейчас нам надо выдержать бал.

       Как Светлана и подозревала, открывать бал пришлось им с князем. Хорошо, что этот танец был похож на вальс, а муж вел уверенно и осторожно и не позволил жене ни ошибиться, ни споткнуться.

Потом были еще танцы, княгине пришлось станцевать с Никодием и еще один танец – с Критеном. Больше никто к ней с приглашением не подошел, и Света подозревала, что не  обошлось без сверкающего взглядом князя.

Сам он себя не сильно ограничивал, протанцевав с несколькими девушками, обеими вдовами и еще кем-то. К Карине князь даже не подходил.

По закону жанра, размышляла Светлана, именно на балу на нее должны напасть отвергнутые любовницы или другие  женщины,   имеющие виды на князя.

Однако никто не нападал, все всем были довольны.

Света выхватила среди гостей жрецов. А эти что тут забыли? Но через минуту ее что-то отвлекло, и она выкинула священников из головы.

Наконец, князь как раз танцевал с очередной вдовушкой, девушка решила, что ей необходимо посетить известную комнату. Праздник длился уже третий час и в прохладительных напитках княгиня себе не отказывала.

Идти в покои было далековато, и Светлана  воспользовалась ближайшей к залу дамской комнатой. Фрейлины проводили до дверей и остались ждать снаружи.

Вода освежила, шум, и музыка сюда не долетали, выходить не хотелось. Все-таки, она не большая любительница таких развлечений, тем более что все время приходится следить за своим выражением и вообще, стараться соответствовать статусу и мужу.

- Мистрис, туда нельзя! – раздались приглушенные голоса фрейлин. – Подождите минуту, там Её Светлость!

- О! Так она мне и приказала зайти! – двери распахнулась и внутрь ворвалась Карина.

 Светлана выгнула бровь, недоумевая, что происходит.

- Простите, мистрис, - пискнула одна из фрейлин, пытаясь вытянуть баронету назад в коридор. – Мы ей сказали, но она…

- Оставьте женщину, - неожиданно сама для себя велела княгиня. – Я уже ухожу.

Карина отряхнула руки, расправила юбку, покосилась на замерших в дверях фрейлин, присела в реверансе и пропела:

- Ваша Светлость! Я пришла, как вы приказывали!

- Да? Не припомню, - негромко ответила девушка, рассматривая нахалку.

- Ну, как же, в зале! – весело улыбнулась Карина, подходя ближе.

Светлана напряглась, ожидая любой пакости и пожалела, что не вышла сразу.

- Вижу, князь пожертвовал вам один цветок, - продолжила Карина. – А сорвал – то он охапку!

- И что? Мне надо было носить с собой всю охапку? – холодно поинтересовалась Светлана.

- Это невозможно, у вас ее нет! - еще шире улыбнулась баронета и скользнула мимо княгини к воде. – Князь до вас донес только один цветок, что не удивительно – здесь столько красивых женщин!

 - Ну и на здоровье! – легко ответила Светлана и, уже покидая комнату, обернулась. – Мне не жалко ими поделиться, ведь у меня есть любящий и верный муж. Пусть же тем, на кого он никогда не обратит  свое мужское внимание, хотя бы цветы достанутся. В утешение.

Карина  смертельно побледнела и дернулась еще что-то сказать, но княгиня уже вышла в коридор и плотно закрыла дверь.

Вот так, рыба-прилипала!

Нет, очень хорошо, что она подсмотрела  сцену в парке, иначе сейчас бы уже накручивала себя, представляя самое худшее.

Очень довольная, Светлана вернулась в зал и на входе была перехвачена жрецами.

- Княгиня, - синхронно поклонились они.

- Тихого вечера, Первый. Тихого вечера, Второй! – ответила она. – Вы что-то хотели?

- Да, мистрис. Вы обдумали наше предложение?

- Пока нет, ведь гости и бал, - девушка захлопала глазами,  постаравшись изобразить восторженную идиотку. – Я подумаю обо всем, когда все разъедутся.

- Княгиня, муж вас обманывает! – тихо проговорил Второй. – Мы можем это доказать!

- Да? – Светлана нашла князя, который в данный момент стоял возле группы мужчин почти напротив входа в зал. – Каким образом?

- Будьте готовы сегодня вечером, - также тихо ответил Первый. – Мы вам все покажем!

Адеран Кроу проснулся и еще несколько минут лежал, рассматривая потолок.

Надо себе признаться, что он здорово  испугался,  когда увидел душу Светланы-Аланы, которая с ним заговорила.  Первая мысль – не уберег князь жену.  Вторая мысль – пил он вчера или не пил? И третья – с ума сойти, она жива и умеет перемещать свою сущность в пространстве!

Исключительно редкое умение, не удивительно, что жрецы вцепились в девушку и всеми способами уговаривают.

Хорошо, что она догадалась связаться с ним, но плохо, что до сих пор у девочки нет никого, кроме него, кому бы она доверяла. Чем там князь занят, почему Алана до сих пор относится к нему настороженно?

Так, нечего разлеживаться, пора вставать и собираться. Нельзя оставлять девочку одну, не справится она со жрецами. Кстати, надо бы и Рагнара предупредить, но вестники он все собирался-собирался, да так и не приобрел. Может быть, хоть один завалялся?

Мужчина завозился, выпутываясь из одеяла.

- Рано же еще, вы куда? – сонно пробормотал женский голос.

- Вставай, Синта,  помоги собраться, - велел магистр. – Мне срочно выезжать в столицу надо.

- С чего это срочно? – удивилась женщина. – Еще вчера ни сном, ни духом, а полночи прошло – приспичило? Заездили меня, дайте выспаться, утром помогу.

- Много разговариваешь, - поморщился маг. – Вот все вы, женщины, такие – стоит чуть слабину дать, пожалеть, в кровать взять – все, сразу и гонор появляется, и запросы растут. Милая, ты хороша, но между ног у тебя все то же самое, что и у других женщин, поэтому прекращай строить из себя жену и  приступай к исполнению своих обязанностей. Смену белья, дорожный костюм, придворный костюм, завтрак через час чтоб на столе стоял.

- А вы куда?

- Конюха разбужу и Милисенту.

Женщина, недовольно кривясь и спешно подбирая растрепавшиеся волосы, сползла с кровати, одернула сорочку и принялась натягивать поверх нее юбку. Справившись с этим,  служанка  и по совместительству, кухарка магистра, Синта, отправилась выполнять поручения.

   Как и предполагал, ни одного вестника Адеран не нашел. Вот, расслабился…  Нечего делать, надо скорее добраться до ближайшего города и купить его там.

Магистр убедился, что завтрак уже шкворчит, а сумка собрана и пошел будить дочь.

Милли сначала испугалась, потом требовала взять ее с собой, пришлось повозиться, чтобы отговорить от этой затеи.

- Ты приедешь, как и договаривались, через две недели. Не спеша, с удобством и охраной. А я поскачу очень быстро, без вещей и повозки. Ты не выдержишь три дня, не слезая с лошади.

- Лошадь тоже не выдержит, если с нее три дня слезать не будут.

- Я лошадей менять буду, - объяснил отец. – Поэтому беру с собой только двоих  воинов, чтобы без задержек в дороге.

- Все равно сомневаюсь, как ты собираешься преодолеть за три дня расстояние, на которое обычно уходит неделя пути? И что такого случилось, что тебе надо все бросать и ехать?

- Алана в беде, - коротко ответил Адеран. – Я обещал, что помогу ей прижиться в Мадраскаре. А три дня – вполне реально, если менять лошадей и скакать почти без остановок. Милли, будь умницей. Я распорядился, чтобы Нафан купил большой запас вестников, я что-то от радости, что, наконец, дома, забыл его пополнить, отправляй вестник, каждый раз, как захочешь или будет повод. 

- И как ты узнал, что у княгини проблемы?

- Она во сне нашла способ посетить меня, но сил хватило только передать, что жрецы склоняют ее бросить мужа и перейти под покровительство Храма. Надеюсь, успею.

- Триединый! – испуганно прижала руку ко рту Милисента. – Конечно,  надо спешить. Я помогу собрать вещи в дорогу!

- Синта уже все собрала, - остановил ее отец. - Разберусь с проблемой Аланы и вернусь за тобой. Договорились?

- Хорошо. Синта опять у тебя ночевала?  Может быть, тебе лучше…

- Милли, я сам разберусь, что мне лучше, - прервал магистр. – Прошу, не наделай глупостей, пока меня нет. Синта – всего лишь кухарка и служанка. Но она хорошая женщина, не обижай ее.

-  Я и не собиралась,  не переживай.  Просто не очень понимаю, как себя с ней вести: с одной стороны, она наша прислуга, с другой стороны – делит постель с моим отцом.

- Для тебя она просто прислуга, остальное выкинь из головы.

- Ладно. Поскорее  возвращайся.

                  До ближайшего города - Ирты, где можно было приобрести вестник, ехать несколько часов. Надо было торопиться.

Но как Адеран ни спешил, в Ирту они попали уже в темноте – одна из лошадей умудрилась   сломать ногу, когда путники  решили срезать путь через поле - на всем ходу попала ногой в сурчиную нору.  Чудо, что  всадник, летевший кубарем, жив остался.

Магистр, как мог, ногу коню залечил, но нагружать ее было нельзя, взять другую лошадь негде. Пришлось  расседлать и отпустить бедолагу, а оставшемуся без транспортного средства воину, попеременно ехать то с магистром, то со вторым  воином.

На первом же постоялом дворе в Ирте, магистр приказал хозяину срочно найти им трех свежих лошадей и вестник.

- Так это, господин, - растерялся хозяин. – Вестники же только у магов, а уже поздно. Я не рискну беспокоить мага!

- Тьфу, на тебя. Дай провожатого, сам съезжу.

- Не надо ехать! – обрадовался хозяин. – Маг через два дома живет, вон крыша его дома, высокая такая. Сейчас мальчик проводит. Арен! Проводи господина к дому Тирения.

Тирений поворчал немного на поздний визит, но рассмотрев, кто к нему пожаловал, сменил гнев на милость.

- Вестники? Готовых немного, если бы я знал, что магистру понадобятся, я бы…

- Какие есть? – оборвал поток красноречия Адеран. – Мне нужен с хорошей вместимостью, не на три слова.

- Есть средние, больших, увы, нет. Не пользуются спросом, а стоят дорого, - развел руками маг. – Самые ходовые – на пять и десять слов, их и делаю. Вот – один на двадцать слов есть.

- Давайте! – Адеран заплатил, вышел на улицу, спешно составил сообщение и тут же его отправил.

- Надеюсь, я не опоздал и князь примет меры.

По возвращении, свежие лошади уже ждали, оставалось только вручить плату за них и можно отправляться в путь.

Тыга-дум, тыга-дум, тыга-дум! – мерный перестук копыт, главное, не заснуть, не свалиться, не сбиться с пути!  Храбрая  девчонка, которая  вызволила его с дочерью из рабства,  нуждается в его помощи, он не может ее подвести!   

             Рагнар  поискал глазами жену и обнаружил ее недалеко от входа в зал. Стоит рядом со жрецами.

Если бы не способности княгини и необычная ее магия – на порог бы не пустил! Вернее, только на порог бы и пустил, и со всеми почестями отправил бы обратно. Много хорошего делают жрецы – учат, лечат, помогают неимущим. Но много и темных дел творится за стенами Храма. Досконально, что там происходит,  никто не знает, но давно замечено – если жрецы что-то предрекают, оно обязательно случается. Смену династии, град, новый закон. Все происходит так, как выгодно Храму, а те, кто относится к Храму с пренебрежением, мало жертвует, не привечает жрецов или позволяет себе смелые высказывания, очень скоро сталкиваются с большими проблемами.

Размышления князя прервал свалившийся вестник.

«Жрецы задумали увести княгиню в Храм, соблазняют ее свободой и отсутствием наказаний. Я выехал в столицу. Берегите жену! Магистр Кроу».

Так-с, приехали.

- Святые отцы, -  поздоровался Рагнар. – Всем ли довольны, всего ли у вас вдоволь?

- Благодарим, князь, всего у нас достаточно, - ответил старший из жрецов. – Вот,  решили посмотреть на празднование.

- Если что-то требуется, только скажите, - князь приблизился к жене. – Ты не устала? Может быть, хочешь вернуться в покои?

- Гостеприимство  князя Мадраскара выше всяких похвал, - отреагировал второй жрец. – Княгиня много трудится, постигая свой дар, ей необходимо хорошо высыпаться.

- Много еще осталось неосвоенного? – поинтересовался Рагнар. – Все ждут, когда у княгини появится время и на Мадраскар.

- Если она будет хорошо отдыхать, то справится за неделю.

- Но княгиню никто не беспокоит!

Светлана стояла, переводя взгляд с мужа на жрецов,  и пыталась понять, что это происходит? Влезать в разговор не стала, помня, как муж нервничает, если она проявляет самостоятельность.

Постоим, помолчим, послушаем, спросят – ответим. Не нарываемся, ведем себя, как примерная жена…

- Княгиню вы беспокоите, - с неудовольствием возразил Первый. – Позвольте жене хотя бы эту ночь провести в одиночестве и покое.

- Даже так? – удивился князь. – Впервые слышу, что муж не должен ложиться в одну постель с женой.

- Просто княгине надо отдохнуть, а совместная постель не подразумевает спокойного сна.

- Хорошо, - решил князь, - если это требуется для отдыха Аланы и для приближения конца обучения, я согласен. Сегодня ночью я княгиню не потревожу.

Светлана с возмущением уставилась на супруга – это еще что за новости, а ее спросить? Или – сомнения опять заворочались с новой силой – он собирается ночью чем-то заниматься? Чем, интересно знать?

Рагнар легонько сжал руку жены, показывая, что не надо возражать, он объяснит позже.

- Князь, мы хотели бы еще кое-что обсудить, только в более подходящей обстановке, - проговорил Второй. – Если вы не очень заняты, может быть, уделите нам полчаса?

- Разумеется, но не прямо сейчас. Сами понимаете – гости, бал, я – хозяин. Невежливо будет сейчас всех покинуть. Еще час, потом я провожу княгиню в ее покои и буду в вашем распоряжении.

 Жрецы заверили, что подождут, им не к спеху, поклонились и отошли.

Светлана тихо поинтересовалась:

- И что это было?

- Улыбайся, - одними губами сказал Рагнар, слегка обнимая ее за плечи.- Идем, потанцуем, как раз рензи играют, это мой любимый танец.

«Рензи» - это тот, который мы уже танцевали, похожий на вальс, догадалась Света и подала мужу руку.

- Ты что-то хочешь мне сказать? – кружась в танце,  выговорила княгиня.

- Да. Не доверяй жрецам. Они очень много знают и многим помогают, но ты и твоя магия – помни, что они всегда забирают второго близнеца и никто и никогда не видел ни одного из них взрослыми.

- Они их убивают что ли?

- Нет, они их выращивают, обучают, а потом используют. Точно никто не знает, потому что жрецы  надежно хранят свои тайны, но кое-что просачивается.

- И что же просочилось?

- Близнецы всю жизнь проводят за стенами Храма. Их никуда не выпускают, понимаешь? У них отличные покои, лучшая еда и напитки. Почти все они – мужчины. Жрецы обеспечивают их всеми благами, в том числе и женщинами для  утех. Конечно, этим женщинам  запрещают  рассказывать, что они увидят за стенами, но иногда магия  дает сбой или заклинание неразглашения небрежно накладывается, и кое-что женщины рассказывают. В общем, живут эти близнецы затворниками и выполняют для жрецов разную магическую работу, в зависимости у кого какой дар.

- А женщины? Женщины-близнецы как живут? – Светлана поёжилась, представив, каково это прожить жизнь за четырьмя стенами. Никакого комфорта не захочешь!

- Насколько я знаю, женщина-близнец у них только одна. Может быть, были раньше еще, но про это мне неизвестно. Как она живет там, никто не знает, но за стены Храма она тоже ни разу не выходила.

- Что-то даже страшно.

- Не бойся, я тебя им не отдам! Просто помни, что жрецам нельзя безоговорочно верить и прежде чем что-то сделать – сначала посоветуйся со мной. Хорошо?

-  Хорошо, - Светлана ошеломленно посмотрела на мужа и споткнулась.

С ума сойти – он просит посоветоваться? Не приказывает, а просит?  Так испугался жрецов? Ну, ну…

- Еще – я получил вестник, магистр Кроу едет в столицу.

- О, это чудесно! – Светлана опять пропустила такт и во второй раз оттоптала ногу супругу. – А когда он приедет?

- С дорогой трудно быть уверенным, - слегка морщась, ответил князь, - если ничего не помешает, то через три дня, может быть, через три с половиной, Кроу должен быть здесь.

Музыка закончилась,  и князь отвел супругу к своей матери.

- Ах, я так люблю рензи! – Гивернея встретила их улыбкой. – Только, моя дорогая, тебе необходимо взять несколько уроков, я об этом позабочусь!

- Спасибо, матушка, - отреагировала Света.

- Только в моем присутствии, - внес свою лепту муж.

- Кстати о твоем присутствии, - понизила голос свекровь. – Почему Алана до сих пор праздная?

- Мама! – возмущенно прошипел князь. – Тебе не кажется, что это наше с женой дело?

- Мне не кажется, - отрезала Гивернея. – Это твой долг! И потом, я хочу внучку!

- Внучку? А если родится мальчик?

- Но мальчики у нас уже есть! Теперь очередь девочек!

Светлана переводила взгляд с одного на другую и чувствовала себя, как герой фильма «День Сурка» - именно такой диалог, только между Гивенеей и ей самой она совсем недавно уже слышала. Даже слова те же самые!

- Мама, я понимаю, что для тебя и дети Мариоллы и мои – одинаково внуки, но мне есть разница – племянники или родные дети, поэтому не вмешивайся, пожалуйста, ребенок будет тогда, когда я решу. И это будет сын! Дочка – второй. Может быть.

Рагнар решительно развернулся и отошел, перехватив по пути советника.

- Вот, весь в отца, - огорченно проговорила Гивернея.

                 Наконец,  бал подошел к концу.

С большим облегчением княгиня очутилась в своих покоях.

- Я оставлю тебя, обещал жрецам уделить им время.

- Сегодня ты будешь ночевать у себя?

- Нет, только вместе! Я и не засну, если ты не будешь сопеть у меня под ухом, - улыбнулся сатрап.

- Но ты же говорил…

- Я сказал, что не потревожу, но не говорил, что лягу спать отдельно.

- Ясно.

Значит, разговаривая с ним или договариваясь о чем-то, надо проговаривать все нюансы. Нет, она только за, что муж будет  спать в ее постели, просто интересный  пример, как много значит правильно сформулированный и вопрос и ответ.

Кстати, жрецы говорили, чтобы она была сегодня вечером к чему-то готова. Сказать мужу?

Князь как раз уже взялся за ручку двери.

- Рагнар…

- Ничего срочного?

- Я не уверена, что срочно, но…

- Тогда подожди, хорошо? Я должен отдать несколько распоряжений,  далее полчаса уделю жрецам и потом я весь твой.

Да кто его знает, срочно или нет… Ладно, за час вряд ли что-то произойдет, она подождет.

Сняла накидку и полюбовалась на цветок – совсем не завял. Жалко губить такую красоту! Интересно, а куда сатрап остальные цветы дел?

Новенькие фрейлины на дежурство еще не заступали, сначала им предстоял инструктаж и дежурства с опытными фрейлинами. А опытные очень вымотались, Света это видела. Девушек было жалко, что за идиотские правила, что рядом с ней круглосуточно должны быть бодрствующие девушки?

Хотелось облегчить фрейлинам жизнь – ночами-то для чего дежурить?

Светлана вышла в приемную и обратилась к Клермине и Фраските:

- Идите сегодня спать! Вы же устали, все время недосыпаете.

- Но мистрис, наша работа…

- Я не скажу никому! Просто выспитесь, а утром будете на месте! Да не смотрите так – вон там, - кивнула на дверь, - спят Деяна и Маяна. Прибегут, стоит мне крикнуть. За дверью охрана. И скоро придет князь.

Девушки переглянулись и Клермина решилась:

- Мы никуда не пойдем, останемся здесь! В приемной есть диван и два кресла, мы отлично на них выспимся!

- В постели лучше отдохнете, - попыталась уговорить Света.

- Нет, мы не можем покинуть вас! – твердо ответила Фраскита. –  Хватит того, что мы будем спать, а не бодрствовать и согласились мы на это только потому, что на самом деле очень устали и вы приказываете.

- Ну, хорошо, оставайтесь.

Несмотря на усталость, спать не хотелось, и Светлана решила дождаться мужа.

Чем пока заняться, чтобы время скоротать?

Еще над жизнью поразмышлять? Спасибо большое магистру, что «загрузил» в нее все основные знания об этом мире. Теперь это ее мир, осталось окончательно решить, какое в нем место  именно её.

Жрецам нужна ее магия, ее способность  разговаривать с душами.  Это они еще не знают, какой из нее отличный шпион получается!

Сразу было понятно, что не бывает – тебе все, что захочешь, а от тебя – что сможешь. Это только дедушка Ленин мечтал, но не вышло!

«Революции задумывают романтики, осуществляют фанатики, а пользуются результатами подонки».

Светлана покопалась в памяти… Кажется, это сказал  Бисмарк.

Ей многое не нравится в обычаях Мадраскара и этого мира. Обряд чистоты, например. Оказалось, он и в других странах практикуется.  Не нравится подчиненное и почти бесправное положение женщин. Наказания, особенно, публичные. Чехарда с близнецами.

Устроить революцию? Нет, революцию нельзя, ни одна революция, насколько она помнит из истории, не привела к тому, к чему изначально стремилась, а вот бед наделала немало и много судеб покалечила.

Придется, как она уже раньше думала, стараться менять обычаи-правила исподволь. Причем, исхитриться так, чтобы князь был уверен - эта идея именно ему в голову пришла, а не жена подсказала. И начать с чего-нибудь безобидного, с тех же накидок, например. Если, допустим, убрать куски ткани с голов женщин, а оставить им шляпки, косынки – это же будет удобнее, чем накидка, красивее  и волосы прикрыты? Надо будет пригласить шею, модистку и объяснить им, что она хочет.  А потом показаться мужу наедине в шляпке! Платье к ней подобрать, обувь. Не может быть, чтобы не понравилось! А если понравится, то он захочет видеть ее в шляпке и на людях.  Ох, хоть бы получилось!

Интересно, зачем жрецы просили Рагнара о встрече? Хоть бы одним глазком…

Опасно, вдруг, жрецы ее почувствуют?

А если она тихо-о-нько? Будет молчать, ничего и никого не станет касаться и вообще, замрет на месте. В конце концов, что она теряет?

Привычно уже – в кресло, голову удобно на спинку.

Рагнар, хочу к тебе!

Как оказалось, муж еще с текущими делами не закончил.

Светлана послушала, как супруг отдает указания насчет отъезда гостей, потом приказ насчет подготовки на завтра какого-то мероприятия. Света не очень поняла – какого. Но Рагнар очень настаивал, что все должно быть идеально. Советник вспотел, отвечая, что все десять раз сам, лично перепроверит, что все доставят, все расположат, как требуется и что Его Светлость может не беспокоиться – жрецы и близко не пронюхают и не подойдут.

Заинтригованная Светлана вслед за мужем  покинула его кабинет и замерла, наблюдая, куда он направится дальше.

Князь отправился прямиком к жрецам.

Ага!

- Проходите, Ваша Светлость! – Первый почтительно поклонился. – Мы вас ждали.

Рагнар скрылся за дверями и Светлана, немного поколебавшись, осторожно прошла следом.

Гостиная, два жреца и дорогой супруг.

Девушка замерла.

- Садитесь, князь, разговор будет серьезный, - пригласил Первый.

- На какую тему? – удобно расположившись в кресле, поинтересовался  сатрап.

- На тему вашей жены.

- Слушаю, – подобрался Рагнар.

- Мы знаем, что вы женились по необходимости. Вы не видели вашу супругу, не выбирали ее, как мужчина выбирает женщину, не испытывали к ней приязни. Более того, тир Гранд пытались вас обмануть, подсунув вместо наследницы вторую дочь.

- Но теперь Алана – наследница, так решили ее родители! – возразил Рагнар.

- Это было сделано, чтобы дать пристойное объяснение, откуда взялась вторая дочь и почему ее скрывали, - мягко парировал Второй. – Алана – второй близнец, о чем свидетельствует ее магия Дарующей.

- Хорошо, я все это знаю,  и изменить ничего нельзя – все уже свершилось.

- Мы знаем, что для вас этот брак – последний из возможных  и последняя возможность получить ребенка. Если Алана не родит – вы останетесь бездетным, а титул и власть князя будет выборной, согласно вашему же указу.

- Да, это так. Вы рассказываете то, что мне и так известно.

- Терпение, я подхожу к сути, - укоризненно заметил Первый. – Итак, вам нужен ребенок, нам – Дарующая. Подождите вскакивать, просто выслушайте. Мы поможем Алане зачать в самое короткое время. Зачать, благополучно выносить и родить здорового ребенка. У нас есть Дарующий, который может все это обеспечить. Более того, мы можем гарантировать нужный пол ребенка.

- Вы считаете, что без помощи извне,  нам самим зачать не удастся?

- Возможно, у вас и получится,- уклончиво ответил жрец. – Но смотрите сами – ведь девушка не в вашем вкусе? Мы видели ваших любовниц, все они пышногрудые крутобедрые красавицы, а Алана ничем таким похвастаться не может.

- Да, она не в моем вкусе.

Светлана почувствовала, как по ее сидящему в кресле телу пробежал холодок.

- Она несколько взбалмошна и не очень понимает, как должно вести себя княгине, хотя с этим наметились кое-какие сдвиги. Но она до сих пор даже не пытается вам понравиться, угодить, проявить покорность и покладистость, которые обязательны для хорошей жены. Ее не очень привлекают истинно женские занятия, зато княгиню арканом не вытянешь из конюшни. Думаю, такое поведение жены вас не может не раздражать.

- Допустим.

Светлана сжала руки.

-  Вам придется день за днем, вернее, ночь за ночью посещать нежеланную женщину, которая ничем не привлекает, а только отталкивает,  и спать с ней. Через силу, через отвращение. А если беременность не наступит в течение года или двух? Мы же поможем вам обзавестись наследником в кратчайшие сроки и избавим от нежеланной женщины.

- Каким образом?

- Мы заберем Алану сразу после родов. Объявим, что она умерла, дав жизнь младенцу. Да, жениться вы не сможете, но вам и ни к чему – наследник у вас уже будет,  и ограничиваться одной женщиной не имеет смысла. Вы сможете выбирать любую, они все будут ваши. Не придется терпеть всю жизнь возле себя навязанную жену, не придется мириться с ее запросами и капризами.

- Если вы заберете Алану, то, что я объясню подданным? Если княгиня умерла, то где ее тело?

- Мы подготовим иллюзию, которую вы торжественно похороните.

Она спит и видит страшный сон или Рагнар на самом деле спокойно обсуждает предложение жрецов??!

- Нет, иллюзия не годится! – Рагнар протестующе взмахнул рукой. – Любая случайность – кто-то подойдет к телу, заденет – и все увидят, что это морок. Будет страшный скандал!

- Хорошо, можно будет вместо Аланы похоронить Лиану. Они очень похожи, подмены никто не заметит.

- Но Лиана замужем и она, не собирается умирать!

Лиана замужем?? За кем? Где? И когда ты мне собирался рассказать об этом??!

Все мы смертны, - грустно изрек Второй. – У меня есть небольшой дар предвидения, и он подсказывает, что Лиана недолго проживет после родов сестры.

- Если будет не морок, а тело – вас устроит?

- Да, это надежнее, чем морок, - согласился Рагнар.

Господи, это какой-то кошмар. Рагнар не может спокойно обсуждать такие вещи! Она, наверное, сошла с ума??!

- Мы рады, что вы так серьезно отнеслись к нашему предложению.

- Я не вчера родился и понимаю, что если жрецам что-то нужно, то они все равно это получат так или этак. Не вижу смысла цепляться за жену. Вы совершенно верно заметили, что она не в моем вкусе, что не умеет себя вести, как должно княгине, что мне от нее нужен только ребенок. Все остальное я легко найду у других женщин. Я согласен, но какие вы можете мне дать гарантии?

- Гарантии чего?

- Гарантии, что я получу наследника. Здорового и крепкого, который благополучно вырастет,  превратится в сильного и умного мужчину, а не умрет от несчастного случая или болезни. Если бы Алана оставалась со мной, я мог бы родить с ней не одного, а двух, трех, четверых детей и это было бы гарантией, что титул перейдет моему сыну, а не кому-то, кого выберет перстень. Получается, забирая навязанную жену, вы избавляете меня от нее, но и одновременно с этим, лишаете меня нескольких детей.

Жрецы переглянулись.

- А если мы гарантируем, что ваш ребенок вырастет и с ним ничего не случиться?

- Да, это меня бы устроило, - кивнул Рагнар. – Но в дополнение я хочу двоих детей.

- Близнецов?

- Мне без разницы – близнецы или две беременности подряд. Двое детей, сын и дочь, которые никогда не столкнутся с болезнями, несчастными случаями и покушениями.  Если вы гарантируете мне это – княгиня ваша.

Светкино сердце подскочило вверх и резко ухнуло вниз.

Очнулась она в кресле и несколько минут не могла  нормально дышать – сильный спазм стянул горло.

Постепенно ее отпустило, сердце уняло бешеную скачку, мысли немного успокоились.

Значит, навязанная, не в его вкусе, нужен только ребенок?

Сил вернуться и дослушать, что будет дальше, не было. Ни сил, ни желания. Она и так услышала достаточно, мазохизмом не страдает, повтора не требуется.

Что же, в любом случае, у нее есть минимум девять месяцев, за которые она что-нибудь придумает.

Хотя, почему, девять месяцев? У нее есть магия, и жрецы неплохо научили  ею пользоваться. Она не допустит беременности так долго, как сама захочет! Тем более, что скоро приедет магистр.  А муж… что ж, не первое разочарование в ее жизни. Переживем!

Глава 14

Надо искупаться!

Еще бабушка Оля говорила, что вода смывает не только физическую грязь, но и эмоциональную.

Светлана прошла в купальню и сразу залезла в воду.

Обойдется без мыльного раствора, ей просто окунуться, нырнуть с головой, выполоскать негатив, ненужные эмоции и обиды.

Сейчас!

Вода на самом деле успокаивала, тело расслаблялось, легче дышалось и думалось.

Эх, душ бы, но такое в Мадраскаре еще не придумали. И что? Заколок тут тоже еще не придумали, тем не менее…

Света представила душ, каким видела его сто раз еще в той жизни. Так, надо какой-то переходник от крана к шлангу. Такой или такой? Возьму оба, вдруг один не подойдет?

Да, вот такую штуку мне прямо сию секунду и надо!

Шлеп! Шлеп! Плюх!

Есть!

Девушка открыла глаза, выудила наколдованное, порадовавшись, что упавшие «с потолка» предметы не зашибли ее, а приводнились в безлюдную часть ванны, и принялась прилаживать новый девайс.

Как она и подозревала, один переходник не подошел, зато второй сел идеально. Ну, проверка?

Светлана пустила воду и с восторгом подняла руку с душем – работает! Как же хорошо! А посильнее напор? За-ме-ча-тель-но!!! Погорячее? Похолоднее! Да!!!

Незаметно для нее куда-то девались и усталость, и опустошение после подслушанного разговора.

Вдоволь наплескавшись, девушка выбралась совсем другим человеком.

Если жизнь подсунула лимон – сделай лимонад! Если кто-то копает тебе яму – не мешай! Потом нальешь воды – будет бассейн!

Да! Тысячу раз – ДА!

Память услужливо подсунула примеры из книг и фильмов, когда фразы и поступки интерпретировались совсем не так, как они на самом деле значили и какие из-за этого происходили проблемы.

Только сегодня она подсмотрела,  как Рагнар отшил прилипалу, только сегодня он предостерегал ее от жрецов.

Они вызвали его для разговора и предложили гнусные вещи. Но, если посмотреть с другой стороны, то разве мог он встать в позу и послать их лесом, хлопнув дверью? Мог, но чего бы он этим добился? Наверняка, у жрецов в запасе не один вариант припрятан. Если не пройдет этот, где гарантия, что они не применят другой, и он не окажется гораздо хуже для нее и князя? Нет, сатрап иномирный все правильно сделал – поддержал разговор, показал свою лояльность и готовность уступить. Попутно выяснил возможности и методы храмовников и продемонстрировал им, что готов к компромиссу. Теперь жрецы не станут предпринимать других мер, не устранят князя, не похитят Алану и что там еще они могли придумать?

Вот про Лиану он на самом деле ей ничего не рассказал и при случае она его об этом спросит. А в остальном… Нежеланная? Но почему тогда у него к ней руки сами тянутся, стоит им очутиться рядом? Срывается дыхание, блестят глаза, и вибрирует от нежности голос? Почему он старается доставить ей удовольствие, отодвигая себя на второй план, почему заботится, что бы она поела, оберегает ее покой и старается порадовать?

Нет, сыграть интерес и даже любовь можно, но если на самом деле человек безразличен, то рано или поздно проколешься на мелочах. Князь еще ни разу не прокололся.

Она не поверит словам Рагнара, подслушанным сегодня ночью. Она поверит его подбородку на своей макушке, невесомым прикосновениям, когда он думает, что она спит и нежности, которую она ловит в его взгляде.

Неожиданно в дверь легко постучали,  и раздался голос Фраскиты:

- Мистрис, прошу прощения, но я слышу, что вы еще не спите.

Светлана торопливо завернулась в мгновенно промокшую простыню:

- Входи. Что-то случилось?

- Нет, то есть, да. Вот, - девушка протянула небольшую шкатулку. – Это принес слуга. Маг-охранник проверил, сказал, что ничего опасного нет и можно вам передать. А я сразу не успела, потом забыла и вот сейчас услышала, что вы не спите и  вспомнила. Простите!

- Ничего, - Светлана с интересом рассматривала шкатулку, не прикасаясь к ней. – Поставь на тот стол. Когда, говоришь, ее принесли?

- Сразу, как ушел Его Светлость.

- Открой.

Фраскита покрутила вещицу, затем нажала на выступающий камешек, и крышка открылась.

- Кристалл! – удивилась княгиня.

Она такие уже видела – записывающие устройства, с каких магистр перекидывал ей информацию о мире.

- Да, записывающий кристалл, - подтвердила фрейлина. – Маг, что проверял шкатулку, так и сказал – ничего опасного, только кристалл для записи или с записью.

- Светлана достала камень, рассмотрела его и задумчиво проговорила:

- И как  активировать для просмотра записывающий кристалл? А, знаю!

Все-таки, хорошо, когда в голове минимум Малая Энциклопедия! Одно неудобно – поскольку знания непосредственно загружались на подкорку (или куда там они попадают?), а не усваивались постепенно через чтение, рассказы, визуальное изучение, Светлана не могла сразу вызывать ту информацию, которая ей была в данный момент необходима. Магистр не успел объяснить, а она не сразу сообразила, что прежде чем получить ответ, надо вопросы задавать, как Гуглу –  по существу. Иначе, спросив – что такое коса? – можно получить или сразу три варианта и гадать потом, какой же нужен. Или вообще ничего не получить – «компьютер зависнет».

Вот Светлана и маялась – вроде, должна почти все знать, но ответы всплывают непредсказуемо – то сразу, а то спустя долгое время или вообще никогда.  Оказалось – все вполне предсказуемо, стоило повнимательнее понаблюдать и понять принцип.

- Фраскита, спасибо, можешь быть свободна.

Наверное, именно про этот сюрприз жрецы и намекали, когда говорили, что у них есть доказательства обмана князя и чтобы она была готова вечером. А чтобы князь не помешал просмотру – вынудили его пообещать, что в ее спальне сегодня он не появится.

Ясное дело – какой-то компромат!

Факты, интриги, расследования!

Светлана ощутила азарт и какое-то бесшабашное веселье, казалось, море по колено, а горы – по плечо. От депрессии не осталось ни капли.  Состояние - врешь, не возьмешь! Я от дедушки ушел, я от бабушки ушел, от волка ушел, от медведя ушел. И от лисы обязательно уйду, еще и ей насолить постараюсь!

Девушка вернулась в спальню, плотно закрыла дверь, поставила кристалл на стол и села напротив. Несколько секунд смотрела на него, потом наклонилась и сжала двумя руками одновременно с четырех сторон.

Из устройства вытянулся луч, несколько раз прервался, потом образовал светящийся прямоугольник.

Ёлки, просто проектор в кинотеатре!

И пошла, как говорят  видеооператоры, картинка. Да не простая, а со звуком!

Ух, ты! Канал «для взрослых!» И в главной роли, ожидаемо – иномирный сатрап.

Светлана с интересом смотрела, как Его Светлость утоляет жажду в разных позах и с разными «чашками». «Посуды» она насчитала три штуки, одна из которых уже знакомая Карина.

Помещение одно и то же, белье на кровати тоже выглядит одинаково, но вряд ли Рагнар упражнялся со всеми тремя одновременно. С другой стороны, «серии» только три, если бы была возможность, то наверняка ей предоставили бы большее разнообразие. Дескать, смотри, сколько у него женщин!

Была еще какая-то неправильность, что-то царапало, но Светлана не успела уловить.

Придется пересмотреть еще раз.

Не самое приятное зрелище, конечно. Нет, сатрап выглядел потрясающе, но любоваться, как он шпили… пардон, пьет из разных чашек, Светлане удовольствия не доставляло.

Запустила просмотр еще раз, стараясь отвлечься от главного героя и обратить внимание на антураж и второстепенные детали.

Прикольно – волосы у князя другие, длиннее, чем сейчас. В окне деревья мелькают – то с пышной листвой, то с едва проклюнувшейся.  Что особенно порадовало – никакой нежности и в помине нет. Просто мужчина утоляет жажду, совершенно не заботясь о настроении и желаниях «чашек».

Монтаж?

Светлана задумалась, глядя в пространство.

То, что это разные по времени эпизоды – это точно. На записи только сами моменты непосредственного использования «чашек» по назначению, ни как зашли, ни как вышли, ни о чем говорили. Охи, вздохи, рыки, хлюпанье.

Однозначно, записи сократили, обрезали и вставили только то, что наверняка должно шокировать семнадцатилетнюю девочку и толкнуть ее на принятие нужного жрецам решения.

Посмотреть еще раз?

Кристалл запустил запись в третий раз.

Нет, Рагнар определенно красив со всех сторон, единственно, здесь выражение его лица жесткое, будто он не удовольствие получает, а наказание отпускает.

Итак – на записи, несомненно, сатрап и три разные женщины, одна из которых – Карина. Все три эпизода из разных временных промежутков. Все три – в одной комнате. Кстати, надо будет попробовать найти ее. Судя по виду из окна – Светлана крутанулась, вспоминая – это где-то на первом этаже в восточном крыле.

Вывод:

мгоуж – нмае мгоонанмааках ион дона женмаионтпеьбы в слакадконамго себе нмае онатпекаказывакал. Нона онанмаака прона этпеона ион раканмаьше знмаакалака, дака ион Ракагнмаакар пронашлонае нмае скрывакал.

Тона, чтпеона ей пронадемгоонанмастперионронавакалион, какак свиондетпеельстпевона ионзмгоенма кнмаязя – пронастпеона нмаакарезкака раказнмаых эпионзонадонав, пронаионзонашедшионх дона тпеонагона, какак Ракагнмаакар соначетпеакался с нмаей бракаконамго. Следстпевенманмаона, ионзмгоенмаакамгоион нмае являютпеся.

Жрецы нмаион перед чемго нмае онастпеаканмаонавятпеся, чтпеонабы вынмаудионтпеь ее уйтпеион с нмаионмгоион, понаэтпеонамгоу, нмаакадона ухона держакатпеь вонастперона ион понаследонавакатпеь прионмгоеру мгоужака – понадыгракатпеь ионмго.

Как хорошо, что храмовники не знают о ее способности «выходить из себя» и бродить, подслушивая и подглядывая! Пусть и дальше не знают.

Наверняка жрецы постараются прийти за ее впечатлениями от просмотра до того, как она увидится с мужем.

Кстати, что-то долго они разговаривают, может быть, ей надо было дотерпеть до окончания торгов?

И что ей сказать, когда храмовники нарисуются?

Во-первых, изображать, что безоговорочно поверила записи и вся убита и раздавлена. Во-вторых, согласиться уйти в Храм, но только после рождения ребенка. Это отличный способ тянуть время, не вызывая подозрений. Дескать, я очень хочу к вам, как только рожу – прямо в тапочках побегу, но пока никак не получается. Но я очень-очень стараюсь! Думается, Рагнар с этой же целью добавил второго ребенка – больше времени, в течение которого жрецы не станут вредить, больше возможности найти безболезненный выход.

Итак, она на все согласна и уйдет, как только родит. Это должно жрецов успокоить.

Стоп! А почему именно здесь родить? Они же могут забрать ее и сказать, что родишь в Храме? И вообще – не от Рагнара. Блин горелый, надо придумать причину!

Светлана нарезала круги по спальне и время от времени прикусывала ноготь. Вредная привычка, от которой ее бабушка Оля так и не смогла отучить. Чем только она не смазывала пальчики маленькой Свете, чтобы она их не тянула в рот! Даже растолченным левомицетином! Девушка передернулась, вспомнив эту горечь. И сразу пришла идея – они с мужем заключили магическую клятву, что Алана будет жить с ним в его доме, пока не родит  ему минимум одного ребенка.  Триединый, прости за ложь, но жрецы твои  совсем берегов не видят! Приходится себя защищать всеми доступными способами.

Время двенадцать или больше, а сатрапа все нет. Впору отправляться его искать…

Светлана сбросила уже подсохшую простыню и отправилась в гардеробную подбирать подходящий наряд.

Сорочки, чулки, рубашки…

О! Панталоны! Не привычное белье, конечно, но хоть что-то, надоело с голой попой разгуливать.

Волосы заплести и закрыть. До чего же эта накидка раздражает! Нет, шляпки – наше все! Только разберемся с храмовниками – сразу займусь!

Нет, разборки могут затянуться, а тряпка на голове достала уже сейчас – завтра же вызову модистку и портных!

Стоп, а зачем мне куда-то идти, если я могу «сходить», не покидая комнат?

Привычный переход в транс и вот уже она рядом с мужем. О, а где это он? Сдается ей – в той самой комнате, которая на записях с кристалла! Только простыни другие, да и мебель немного переставлена. О, еще шторы новые.  Рагнар говорил, что к их приезду, многое во дворце обновили – еще одно доказательство, что записи сделаны раньше. А снимали – эскиз Светланы повернулся, определяя место, откуда могла вестись запись – примерно отсюда. Небольшой стол нужной высоты, а на нем  - ха, какая отличная маскировка! Поистине – хочешь что-то спрятать – положи на видное место и среди подобного!

На столе стояла небольшая скульптура, изображающая прыгающих в струях воды дельфинов. Во всяком случае, Светлана определила их как дельфинов, а как эти рыбы или животные здесь называются – надо в «Энциклопедию» лезть, но времени на это нет.

Струи воды выполнены небольшими друзами и есть место, куда легко вставить кристалл, он на фоне остальных вообще в глаза не бросается.

Надо будет показать игрушку Рагнару, пусть ищет автора и исполнителей. Да, Рагнар…

Княгиня оторвалась от созерцания скульптуры и перевела взгляд на постель – сатрап лежал в позе морской звезды лицом вниз и выводил носом рулады. Полностью одетый.

Вряд ли он сам сюда пришел, а это значит, что здесь будет еще один спектакль. О, вот и костюмеры, и декораторы пришли!

- Уверен, что действие заклинания продлится до утра? – старший жрец.

- Конечно, не первый раз использую. Если бы князь ожидал его, то нити просто соскользнули бы, но повезло – усыпления он точно не ожидал.

- Да, хорошо вышло. Сейчас раздевай его, дополним композицию, потом сходим  за девчонкой.  Дальше, как договаривались –  я пойду ее утешать, а ты приберешь здесь и вернешь тела на места.

- Сделаю. Утром они проснутся, будто никуда не ходили. Князь решит, что после разговора с нами, он ушел к себе и проспал до утра.

Негромко переговариваясь, храмовники проворно раздели Рагнара догола и оставили его лежать, слегка повернув на бок – видно, что голый, но «богатство» прикрыто ногой.

Потом оба вышли, и Светлана поспешила вернуться – «сходим за девчонкой» - это точно про нее!

Но жрецы не спешили, и она успела раздеться, залезть в постель и понервничать.

Наконец, негромкий стук и заспанный голос Клермины:

- Мистрис, пришли жрецы, нижайше просят их принять. Мистрис! Я пыталась их прогнать, но они говорят, что вы мне не простите, если я их не пущу.

Дверь открылась, и в спальню вошли оба храмовника.

Однако! А как же охрана??

- Мистрис, - жрецы поклонились едва не до пола. – Просим прощения, что потревожили, но вам необходимо пройти вместе с нами, вы должны увидеть все своими глазами.

Светлана вспомнила, что она посмотрела кристалл и должна быть в печали.

- Оставьте меня, - плаксиво отозвалась она. – Я разбита, мой… он…

 Ее плечи затряслись.

Жрецы дружно шагнули к кровати:

- Мистрис, нам жаль, что вы ранены в самое сердце, но оставлять вас в неведении было нельзя. – Первый.

- Мы понимаем, как вам тяжело, но есть еще кое-то, что вам необходимо узнать. Одевайтесь, мы задержим вас буквально на полчаса.

- Я не хочу никуда идти! Мне плохо! Где князь? Я потребую у него объяснения! – Светлана изображала истерику, как умела.

- Вот к князю мы вас и отведем, - Второй. – Одевайтесь, мы подождем за дверями.

- А где кристалл? – поинтересовался Первый. – Вы сколько раз его посмотрели – один?

- Три! Три раза и каждый раз мне было все хуже и хуже, - Светлана разрыдалась, вызвав в памяти сцену измены Вити. – Вон он, на столе, я его больше не трогала. Пойдемте, я ткну его в лицо князю, пусть попробует объяснить, как это понимать!

- Мистрис, не надо так переживать! Для вас все случившееся на пользу!

- Какая может быть польза от измены?

- Мы вам все покажем и расскажем. Одевайтесь и выходите. Справитесь без помощи или прислать вам фрейлину?

- Справлюсь, - буркнула Светлана.

А слезы все текли и текли, просто водопад какой-то!  Видимо, это реакция на открытия последних дней или просто организм избавляется от лишней жидкости.

Оставив ошарашенную Клермину в покоях и запретив ей будить остальных, Светлана вышла в коридор и, мельком глянув на замерших охранников, поинтересовалась у жрецов:

- А как вы вошли? Почему вас пропустили в мои покои, еще и ночью?

- Кольцо вашего мужа, - Первый показал руку. – Мы сказали, что Его Светлость требует привести вас в комнаты для отдыха на первом этаже дворца.

Угум-с, комнаты для отдыха – вот как это называется…

Светлана покосилась на кольцо – да, она видела его на руке мужа.

- А разве кольцо не зачарованное? Как Рагнар его снял? – изобразила она дуру.

- Это обычное кольцо, просто все его знают. Перстень, который символ власти, пока князь жив, снять невозможно.

– Зачем он меня позвал? После того, что я видела, я не смогу и не захочу с ним разговаривать!

- Три минуты назад вы хотели ткнуть ему в лицо кристаллом, - напомнил Первый.

- Да, - играть неуравновешенную дуру, так на всю катушку! – Я кину ему в лицо кристалл, посмотрю в его лживые глаза и гордо уйду!

- Мы пришли, Ваша Светлость. Вы готовы? – Второй распахнул дверь и вошел первый.

Светлана, уже примерно представляя, что увидит – вошла следом.

Ну да – картина маслом: голый Рагнар спит на боку, обняв неизвестную голую  же женщину, которая закинула на него ногу и подсунула под нос сатрапа свою грудь.

Какая реакция должна быть у дурочки?

Светлана оглядела натюрморт и раскрыла рот, собираясь заорать.

Как она и предположила, Первый немедленно закрыл ей рот ладонью и горячо зашептал в ухо:

- Тише, мистрис! Нельзя шуметь! Вы же не хотите, чтобы вас наказали? Вы уже все увидели, пойдемте, выйдем и вернемся в ваши покои. Там мы поговорим!

Княгиня для порядку еще немного подергалась, орошая руки жреца потоками соленой воды – как же ее много в организме! – и смирилась.

Вернувшись в покои, жрецы провели зареванную девушку в кабинет, усадили ее в кресло, плотно закрыли двери и сели сами.

- Итак, мистрис, вы убедились, что ваш муж вас ни во что не ставит?

Светлана горячо закивала.

- Мы уже предлагали вам выход – как Дарующая, вы имеете право попросить покровительство Храма и уйти от мужа. – Первый говорил, и глаз с княгини не спускал.

- В Храме вы получите роскошные покои, штат прислуги, которая будет исполнять все ваши желания. Никаких наказаний! Носить будете то, что сами захотите. Первое время, пока князь не успокоится и не смирится, вам придется провести за стенами Храма, но это не означает – взаперти. Вы сможете гулять, где захотите, там есть небольшой парк и пруд. И вы не будете одиноки – вместе с вами при Храме живут еще четырнадцать Дарующих, одна из которых – женщина. Вам не будет скучно, обещаю!

- Ы!!!! А!!! – Светлана размазывала слезы и сопли. – Я с радостью, но не мог-у-у! У-у-у!!!

- Не можете? Почему? – встревожились жрецы.

- Князь взял с меня магическую клятву, что я рожу ему минимум одного ребенка и до его рождения буду жить в его доме и вместе с ним! Ы-ы-ы…..

Второй с досадой ударил кулаком по столешнице. Первый руками не махал, но выражение его лица говорило о крайней степени бешенства.

Уже все на мази, и тут из-за какой-то ерунды вся комбинация сорвалась!!!

- Ничего страшного, - взял себя в руки Второй. – Конечно, магическую клятву не обойти и не отменить, но есть выход.

- Какой? – прорыдала Света.

- Поскорее забеременеть и родить. Тогда вы будете свободны и сможете избавиться от ненавистного замужества.

Спустя минут сорок жрецы, наконец, ушли, и Светлана смогла в очередной раз забраться в постель, надеясь, что минимум до утра ее никто не больше не побеспокоит.

Кажется, у нее все получилось!

Храмовники поверили и ее желанию уйти, и наличию магической клятвы.

Конечно, известию, что жертва не может покинуть дворец  прямо сейчас, они не обрадовались, но обещали помочь магией, чтобы она скорее забеременела.

- У нас впереди вечность, - глубокомысленно заключил Первый. – Год или два – ничто по сравнению с долгими годами, которые вы проведете в счастье и развлечениях. Наберемся терпения.

- И еще совет, - добавил Второй. – Чтобы не подвергнуться наказанию, не рассказывайте мужу о записи и что ходили на первый этаж. Вы не должны были покидать покои ночью и, главное, без фрейлин и охраны.

- Ой, да, - Света испуганно посмотрела на храмовников. – Но мои фрейлины и охрана у двери – они проболтаются!

- Не проболтаются, я удалил у них лишние воспоминания. Вы просто легли спать и никто никуда не ходил.

- Как интересно! А вы все воспоминания можете удалить? Любому? Я смогу так, когда всему выучусь? – и глазками с опухшими веками хлоп-хлоп!

Первый поморщился, но ответил:

- Нет, не все, только самые последние. Нет, не любому, только тем, у кого магии немного или дар слабоват.  Да сможете, но обучать вас этому будут уже в Храме.

- Поскорее бы, - мечтательно отозвалась Света. – Тихой ночи! Я очень устала, просто с ног падаю.

- Тихой ночи!

     А устала она на самом деле. Просто вымотана эмоционально. Как же сложно врать и притворяться! Приходится постоянно себя контролировать и запоминать, кому, что и как говоришь.  И всегда есть вероятность запутаться. Ужасно неудобно!

Незаметно для себя, Светлана заснула.

***

Рагнар очнулся, как от толчка. Осмотрелася – его спальня. Какого ррыла он тут делает??? А где Алана?

Подскочил и рывком снес смежную дверь, облегченно прислонился к косяку – спит…

Ну и денек вчера выдался! Счастье, что сегодня все лишние и посторонние уедут, и он сможет, наконец, сделать то, что давно собирался.

Не все уедут, жрецы останутся…

Ладно, отсрочку он выторговал, главное, что теперь они не станут предпринимать другие шаги, просто подождут. Страшно представить, что им может в голову взбрести из желания получить его девочку!

Как же его утомили все интриги, как хочется просто спокойной жизни хотя бы на год. Ладно, месяц.  Да что там – неделю! Неделю тихого счастья, когда только он и она, просто женщина, просто мужчина, просто …

Рагнар тихо прикрыл дверь, с неудовольствием оглядел свое обнаженное тело – не помнит, хоть убейте, как вернулся, как раздевался…  Последнее воспоминание – они договорились с храмовниками, что ждут не больше трех лет, в течение которых жена рожает ему двоих детей, после чего они Алану забирают.

Вспомнил предложение предоставить для захоронения под видом Аланы Лиану и передернулся.

Триединый, ты хоть иногда заглядывал бы, что ли, с инспекцией – что у тебя тут творится? Что-то подсказывает, что жрецы обнаглели и, прикрываясь твоим именем, творят такие дела, которые ты, Триединый, точно не одобрил бы!

Вон, Аскотт руми Салер начал лезть, куда ему не следует, пришлось укоротить. И  сейчас военачальник потихоньку двигается с проверкой по гарнизонам – и мозги заняты, и дело полезное делает, и нервы у князя целее. Триединый, ты бы подумал, а?

Покончив с омовением, князь в одной простыне перешел в спальню жены и совсем уже собрался нырнуть к ней под бок, но тут его взгляд упал на кристалл.

Что это?

Взял в руки, повертел и нажал.

- !!!! ???? ….

- Это мне вчера через слугу жрецы передали, - пробормотала Светлана и перевернулась на другой бок. – Пожалуйста, смотри у себя, я еще поспать хочу!

Рагнар, как во сне, вернулся в свою спальню и просмотрел всю запись.

Значит, храмовники, параллельно с его обработкой, ковыряли и Алану. Триединый, что она им пообещала??

Мужчина стремительно пересек комнату и ворвался в спальню жены.

- Алана! Нам надо поговорить!

- Господи, мне сегодня дадут поспать? Рагнар, давай, потом, а?

-  Алана, ты не понимаешь, все очень серьезно!

- Да понимаю я, понимаю! – девушка зевнула и поерзала, пытаясь не показывать мужу лицо. – Жрецы убеждают меня бросить мужа, то есть, тебя, потому что ты меня не ценишь, брезгуешь и… Что еще? А! И изменяешь направо и налево. Я впечатлилась, наревелась и сказала, что  ушла бы в Храм хоть сейчас, но не могу, потому что ты с меня взял магклятву, что я живу с тобой в твоем доме, пока не рожу ребенка.

- И дальше? – князь с тревогой всматривался в затылок жены. Опять заснула, что ли?

- Алана? – мужчина протянул руку и осторожно убрал волосы с лица. -  Хорошо, что ты в курсе, и все правильно ответила жрецам. Жаде удивительно, что нам удалось придумать одно и то же. Но есть еще кое-что, что ты должна знать.

Девушка завозилась и опять зарылась с головой в подушки, пробурчав оттуда:

- Давай, ты вернешься к себе, а я через час  сама зайду?

- Алана, ты что-то от меня скрываешь?  - князь потянул супругу к себе, но она упорно отворачивалась.

- Алана, что случилось? Покажи, ты поранилась?

- Нет, сердито ответила девушка, повернувшись к мужу затылком. – Я много плакала, а потом заснула  и сейчас на меня лучше не смотреть!

- Триединый, - Рагнар спиной притянул ее к себе  и зарылся носом в волосы. – Я уж было подумал, что ты поранилась или после кристалла не хочешь меня видеть. Поверь, я переживу распухший нос и покрасневшие глаза, поворачивайся, не веди себя, как ребенок!

Светлана вздохнула и подняла голову.

- Ну, и нашла из-за чего переживать! Всего лишь веки немного опухли, сходи, умойся, и все пройдет! Я не тормошил бы тебя, но нам на самом деле надо поговорить. Серьезно. Иди в купальню, я прикажу принести легкий завтрак.

 Спустя полчаса княгиня сидела напротив мужа и с интересом наблюдала за игрой эмоций на его лице.

- Ты меня поднял ни свет ни заря, чтобы помолчать?

- Собираюсь с мыслями.

- И на какое время назначено собрание? – с серьезным выражением лица поинтересовалась девушка.

- Прости, что? – Рагнар ошеломленно посмотрел на жену. – Думаю, с чего начать.

- Просто начни уже хоть с чего-нибудь.

Князь кивнул и, взяв в руки кристалл, принялся вертеть его.

- Положи, сломаешь, что я потом нашим детям показывать стану?

- Что? – понимание разлилось в глазах мужчины, он отбросил минерал в сторону и сгреб жену в охапку.

- Не, не, не! Ты обещал разговор, я его жду.

- Понимаешь, эта запись – это было на самом деле, - начал князь. – Но до того как мы прошли обряд,  задолго до того.

- Я знаю, - спокойно ответила Светлана. – Там листья на деревьях то большие, то едва проклюнувшиеся и волосы у тебя длиннее, чем сейчас.

Рагнар с уважением глянул на княгиню:

- Удивительно, что ты заметила. Сколько знаю женщин, они всегда смотрят на что-то одно, что их больше всего интересует,  и почти не обращают внимания на детали.

- Какая я наблюдательная и все такое, мы поговорим позже. Пожалуйста, продолжай.

- Да. Хорошо, что ты разобралась – запись сделана в разное время года и до того, как я посетил Саританию. И все правильно – жрецы хотят забрать тебя, ты им очень нужна. Помнишь, вчера они пригласили меня для разговора?

- Да, конечно.

- Я сходил и вот что услышал. Только ты не волнуйся! Они предложили помочь - магией, разумеется -  зачать и выносить ребенка. И сказали, что после родов заберут тебя в Храм.  Мне же предоставят тело Лианы, чтобы я ее похоронил вместо тебя.

- Кошмар какой-то. Кстати, а где сейчас Лиана?

- Я выдал ее замуж, - виновато проговорил Рагнар. – Тебе было плохо после казни кормилицы, и пока целители меня не пускали, я выдал ее замуж за барона Вемира. Они уже добрались до дома и, насколько мне известно, у них все хорошо. Барону сто, но он еще весьма крепок и активен, у него двое взрослых сыновей, оба живут уже своими семьями. А жена умерла тридцать лет назад. Барон, конечно, суровый и немногословный человек, но он справедлив и честен, твоей сестре ничего не грозит.

- Понятно. Спасибо, что нашел время поделиться. Значит, жрецы собрались убить Лиану и выдать ее тело за мое? Какая ирония – сначала я заменяла сестру, а теперь та же роль достается ей. И как мы ее защитим?

- Я выторговал отсрочку в три года, в течение которых ты должна родить мне двоих детей. Думаю, за три года я найду, чем прищемить жрецов, и они от тебя отстанут.

- Да, это хороший план.

- Есть еще кое-что, - князь смотрел прямо в глаза. – Жрецы считают, что ты не нравишься мне, что я сплю с тобой через силу, что мне нужен только ребенок. И я с ними согласился. Пусть думают так, это нам на пользу.

- Да, я понимаю, - у Светланы камень с души упал.

Нет, она уже и сама разобралась, но одно дело, когда ты думаешь, и другое – когда он сам это говорит.

- Поэтому для жрецов мы будем играть роли – я, что еле тебя терплю, а ты…

- Что не простила тебе измену.

- Именно. Я рад, что ты у меня настолько умна и сообразительна и не склонна впадать в истерику.

- Угу, я такая. Есть еще что-то, что ты не знаешь – вчера, вернее, уже сегодня ночью, сюда приходили жрецы. Охрана их пропустила, потому что они показали твое кольцо, - Светлана показала. – Вот это. Они увели меня вниз, в одну из комнат, я потом ее покажу, и там меня ждало удивительное зрелище.

Светлана выдержала паузу и продолжила:

- Мой супруг спал в обнимку с какой-то женщиной. Оба были, в чем мать родила.

- Что? Но я ничего не помню.

- Думаю, тебя усыпили, перенесли, создали картину. Затем привели и  впечатлили жену, а потом  разнесли детали натюрморта по местам.

- Погоди, - поморщился Рагнар. – Ты опять говоришь непонятно. Давай сначала – ты увидела меня в объятиях женщины? Обнаженным?

- Объятия были взаимные, впрочем, это не важно. Я понимаю, что это подстроено, что на самом деле ты ни с кем не спал. Но меня беспокоят два вопроса – во-первых, почему они смогли так легко тебя усыпить? И, во-вторых, где охрана, почему по дворцу по ночам ходят все, кому не лень, да еще и бесчувственные голые тела таскают, и этого никто не видит?

- Это хорошие вопросы, - задумчиво проговорил Рагнар. – Усыпить меня могли, кинув в спину заклинание, которое я не ожидал. Охранников могли также усыпить или устроить им отвод глаз. В любом случае, я с этим разберусь и приму меры. Жрецы – сильные маги, к тому же за ними, способности четырнадцати Дарующих.  Нам придется очень постараться, чтобы они нам поверили. Но ты должна знать – я им тебя не отдам!

Князь ласково провел пальцем по щеке девушки, привычно потянул прядку.

- Есть еще одно дело, которое касается нас двоих, - продолжил он.

- Еще одно? Боюсь предположить…

- Нет, на этот раз это хорошее и доброе дело.  Давай, поедим, а потом я все тебе покажу!

К счастью, храмовники не показывались, и Рагнар с Аланой смогли беспрепятственно пройти через весь дворец и выйти у западного крыла.

- Куда ты меня ведешь?

- В  часовню моего рода, - ответил Рагнар. – Надо было это давно сделать, но с нашего приезда отвлекало то одно, то другое, а мне хотелось, что бы это было красиво и не впопыхах.

- Сейчас не впопыхах?

- Есть немного, но больше я откладывать не намерен.

- Что откладывать? – насторожилась Светлана. – Еще один обряд чистоты? Боюсь, я его уже не смогу пройти.

- Нет, вовсе нет! Ты его никогда не забудешь, да?

- Конечно. Надеюсь, что ты тоже никогда его не забудешь.

Князь вздохнул и прижал жену к себе:

- Если бы я мог повернуть время вспять, скольких бы ошибок я избежал! Все, мы пришли. Подожди, я тебя приготовлю.

Светлана почувствовала, как сатрап перевернул накидку, убрав ее с волос и завесив ею лицо.

- Рагнар, но я вижу теперь только пол под ногами!

- Я тебя крепко держу, не бойся. Пошли.

Светлана почувствовала, как скрипнула дверь, и они куда-то вошли. Ступеньки. Прямо. Князь осторожно придерживал Свету за локоть, направляя, куда идти.

По мере того, как они продвигались, пространство вокруг стало освещаться.

Наконец, князь остановился. Пауза пара секунд и он заговорил.

- Мои славные предки – я пришел к вам с  открытым сердцем и чистыми помыслами, чтобы представить вам женщину, которую я прошу разделить со мной жизнь.

Ветер пронесся по часовне, на секунду приподняв накидку.

- Эта женщина  умная, смелая, верная,  добрая и умеет прощать.

Новый порыв ветра, Светлана вздрогнула, но князь тут же легонько сжал ее руку, ободряя и поддерживая.

- Она красива телом и душой, она – лучшее, что я встретил в этой жизни.

Ледяной воздух еще раз пронесся по часовне, и Светлане показалось, что она слышит голоса.

Рагнар отпустил ее руку, встал перед ней и поднял накидку, полностью отцепив ее от волос. Затем запустил в них руки, вытаскивая шпильки, и локоны каскадом рассыпались по ее спине.

Мужчина обвел большим пальцем губы Светланы и опять заговорил:

- Алана, перед своими предками прошу тебя разделить со мной жизнь и власть, стать моей половинкой, моей единственной.

Светлана смотрела в глаза князя и пыталась проглотить комок, который застрял у нее в горле.

Это же признание в любви?

«Энциклопедия», любезно предоставленная ей магистром, гласила, что брак, заключенный в родовой часовне с призывом к предкам быть свидетелями – это высшее доверие, какое мужчина может оказать женщине.  Он настолько в ней уверен, настолько любит, что готов разделить с ней всю свою жизнь. Поделиться всем, что ему дорого – чувствами, мыслями, желаниями, мечтами и надеждами.  Жена всегда будет знать, где муж, а он – где жена. Измена при таком союзе невозможна в принципе, поскольку невозможно изменять самому себе.  Князь полностью открывается перед ней, отныне у него не будет от нее тайн.

- Ты уверен? – прошептала Светлана. – Может быть, я недостойна такого доверия? Или ты опомнишься, передумаешь, но ведь назад пути не будет?

- Мне нравится эта девочка, - раздался скрипучий старушечий голос.

- Берем! – подтвердил мужской голос.

Светлана оббежала глазами часовню, но никого не увидела.

- Это прабабушка Галинея и отец, Ратмир, - пояснил Рагнар. – Понравиться прабабушке дорогого стоит.

- Да уж! – поддакнул первый голос. – Эта пигалица не чета той, что ты приводил в первый раз.

- Но вы ее отвергли, и я не разделил жизнь, - ответил князь и пояснил для Светы. – Они не приняли Льясу.

- Мы правильно сделали, эта ненормальная никого не слушала и делала все так, как в голову вступит! Она утянула бы и тебя за собой!

- О чем ты говоришь, прабабушка?

- О том, что из-за глупой бравады она специально обманула сопровождение и поскакала наперерез охоте. Гибель именно в той ловчей яме была случайностью, но сама ее гибель произошла  закономерно! И если бы ты разделил с ней жизнь, то лежал бы рядом с нами, а не стоял рядом с этой красавицей.

- Бабушка!

- То-то же! Не благодари, за свою кровь стараюсь! А эта разумна и у нее доброе сердце, ты ни капли не приукрасил! Она будет тебе хорошей женой, если ты станешь уважать ее и прислушиваться к мнению и советам.

- Галинея, не переусердствуй, он, все-таки, князь. Жена обязана почитать мужа и слушаться его во всем!

- Ратмир, все хорошо в меру. Вот если бы ты в свое время пслушался жену, то был бы жив. Говорила тебе Гивернея, чтоб не совался в Дебри? А теперь что? Ты здесь, а она до сих пор по тебе слезы льет и на старшего внука чуть не молится. Ты, Рагнар, на мать не обижайся, у нее от горя разум немного помутился. Критен на Ратмира похож, вот она его и тянет на княженье. Это не значит, что она тебе и твоим детям зла желает, просто она не всегда понимает, что говорит. Будь к ней мягче и снисходительнее.

- О…

- Ладно, заболтали девочку, - вступил новый голос, женский. – Я – Аливея, дальняя родственница, слишком много пра-пра. Внук, одобряю твой выбор, береги ее!

- Алана?

- Подождите, - вдруг прозвучал еще один новый голос, на этот раз  мужской. – Я благословляю твой выбор, внук, но у меня одно условие. Если девушка согласится разделить с тобой жизнь, то выберите ей другое имя. С именем «Алана» в ее и вашей жизни столько бед произошло, что не надо тянуть его за собой.

- Это родоначальник, Рэнульф, - шепотом пояснил Радгар. – Он вообще никогда ни с кем не разговаривает, не знаю, что и думать.

- Решайся, девочка! – еще один новый голос.

Светлана обвела пустое пространство часовни, облизала губы и подняла глаза на Рагнара:

- А, какое имя?

- Любое, какое тебе нравится.

- Светлана?

- Очень красивое! Так это – да?

-  Рагнар, я, Светлана,  готова разделить с тобой свою жизнь, быть тебе верной и любящей женой и подругой, поддержкой и опорой в радости и горе, родить детей, воспитать их достойными людьми и умереть с тобой в один день. – Слова брались откуда-то сами по себе, Светлана произнесла их, не задумываясь.

- Я, Рагнар, готов разделить с тобой, Светлана, свою жизнь,  быть тебе верным и любящим мужем, надежной защитой и поддержкой в радости и горе, научиться слушать и слышать твои советы и учитывать твое мнение, готов  родить с тобой детей и разделить заботу об их воспитании, прожить долгую и счастливую жизнь в мире и согласии и покинуть этот мир в один день с тобой.

Звенящая тишина.

Князь взял руку жены, повернул ладошкой вверх,  шепнул: - Не бойся! – и резким коротким движением чиркнул по коже своим перстнем.

На ладони прочертилась кровавая полоса.

После этого князь то же самое проделал со своей ладонью, только чиркнул уже кольцом с другой руки и соединил порезы в крепком рукопожатии.

Порез щипал, но терпимо.

Внезапно Светлана почувствовала, что по руке что-то ползет, но муж держал крепко, отшатнуться не получилось. Мгновение и пораженная девушка увидела, что княжеский перстень мужа, символ его власти, разделился, и его третья часть каким-то образом переползла на ее палец и плотно его обхватила.

- Княгиня!

- Поздравляем!

- Да здравствует княгиня!

Вопли родственников оглушили.

И не скажешь, что они все уже давно мертвы, не каждые живые так голосить способны.

- Рагнар, не объяснишь, что произошло? – шепотом  спросила она у сияющего, как начищенный медный таз, мужа.

- Мы не только разделили наши жизни, но тебя признал перстень!

- Уже двести лет в Мадраскаре не было настоящей княгини! – довольно проскрипела прабабушка.

- В каком смысле – настоящей? – Светлана начинала тихо паниковать.

Во что это она опять вляпалась?

- Настоящая – это кого признал перстень. Значит, ты сможешь править Мадраскаром.

- Наравне с мужем? – машинально спросила Светлана. Так-то, список необходимых перемен у нее ого-го какой!

- Не совсем, - Свете почудилось, что Рэнульф улыбается. – Но на треть точно! Поздравляю! С детьми не затягивайте и нас не забывайте, заглядывайте хоть иногда. Так приятно поговорить с потомками!

- Прежде чем о детях думать, надо еще со жрецами разобраться, - пробормотала Светлана, но ее услышали.

- А что там разбираться? – удивилась Аливея. – С твоим даром только пожелать от души и вплести магию, и все будет так, как пожелаешь.

Светлана пораженно уставилась в пустоту.

- Но, они же жрецы. Жрецы Триединого! У них своя очень сильная магия и еще Дарующие на подхвате.

- Глупенькая,  тому, кто владеет океаном, не смогут навредить и  тысяча людей с ложками.  Подумай на досуге, а потом попробуй! –  тихо рассмеялся Рэнульф

- Все, хватит о делах, - голос прабабушки. – У детей еще дело, не станем отвлекать.

- Еще дело? – Светлана вопросительно посмотрела на Рагнара.

- Сейчас увидишь, - сатрап подхватил ее на руки и куда-то понес. – Закрой глазки!

Светлана послушно выполнила просьбу.

Скоро она почувствовала, что они куда-то зашли и что муж опустил ее, предположительно, на кровать.

- Можно смотреть.

Комната, в одном конце которой настоящий бассейн или очень большая – плавать можно – ванна, вровень с полом. Стол с закусками и напитками. Мягкий диван и огромная кровать, вся усыпанная сине-голубыми цветами азании. Вообще, цветы – самые разные, но все очень красивые, были повсюду. В многочисленных вазах и целые цветущие кусты – в горшках.

- Боже… Рагнар… Что это?

- Это наша вторая свадьба и вторая первая брачная ночь. Теперь такая, как положено.

- Бог троицу любит, - прошептала Светлана и растворилась в водовороте чувств.

    О любви написано много книг, сказок, песен и стихов, но, сколько бы ты ни прочитал, все равно, твоя собственная любовь будет не такой, как у других. Она будет ярче, нежнее, острее и трогательнее. Если любишь и любим.

Третья первая брачная ночь прошла настолько восхитительно, что переживать ее Света согласилась бы еще много-много-много раз.

Во дворец они вернулись счастливые и решительно настроенные.

Прежде чем объявлять народу, что в Мадраскаре появилась княгиня, которую признал родовой перстень, следовало уладить кое-какие неотложные дела.

Светлана немного переживала, получится ли.

- Все получится! – уверял Рагнар. – Главное, ты должна четко представлять, что хочешь изменить и не вливай слишком много сил, пожалей хотя бы меня!

У-у! Сатрап иномирный, все бы ему командовать! – мысленно посетовала княгиня и улыбнулась.

Удобное платье (не забыть завтра же вызвать портных и модисток!), удобная кровать. Напротив, в кресле сидит Рагнар, поддержка и опора.

Светлана закрыла глаза и привычно провалилась в транс.

Что я знаю о жрецах?

Они лечат народными средствами, дают приют обездоленным, учат детей грамоте, истории, арифметике и географии, облегчают души преступникам, выслушивая их  исповеди, поддерживают правительство,  трудятся во благо людей и государства. Помогают людям советами и участием, деньгами и вещами.

Не лезут в политику! Не вершат судьбы людей и народов! Не пытаются управлять другими людьми!  Не лгут! Не воруют! Не убивают! Не позволяют другим лгать, воровать, убивать и пытаться управлять другими без их на то разрешения! Жрецы чтят Триединого и строго следуют его заветам. И магии у них совсем немного. У жрецов, да. Столько, чтобы хватало огонь развести и вестник послать. А им больше и не надо!

Да, правильно. Вот это все и добавить магии

Светлана мысленно проговаривала, какими должны быть жрецы и перед глазами проплывали картинки. Она внимательно рассматривала каждую, убеждалась, что ничего не напутала и не упустила,  пропитывала магией, добавляла силы и от всей души желала воплощения в жизнь.

И еще – что делать с другими Дарующими? Они  всю жизнь прожили при Храме и иного не знают, смогут ли они адаптироваться к обычной жизни? Какие у них дары? Вдруг, что-то опасное? Сложный вопрос, но решать его надо здесь и сейчас.

Светлана сосредоточилась и представила, что тринадцать мужчин и одна женщина, которые много лет живут при Храме, очень добрые и честные люди. Они никому не хотят вредить и используют свой дар только во благо. Скоро их выпустят, и они сразу направятся в столицу к княгине.  Убеждение, желание, сила!

Уф, сознание, а ты куда??

       - Светлана, я же просил – не увлекайся! – Рагнар смотрел с укоризной. – Весь день в отключке, куда это годится?

- Я старалась все предусмотреть, боялась, что не получится.

- Все получилось, - Рагнар расцвел. – Примерно через час после того, как ты все закончила, явились жрецы, спрашивали, кому во дворце еще требуется их помощь. И когда узнали, что никому, чуть не со слезами просили отпустить их в Храм за новыми заданиями.

- Ну и замечательно. Рагнар, скоро к нам явятся остальные Дарующие, надо бы собрать магов в помощь магистру. Он еще не приехал?

- Нет еще, жду в ближайшее время. - Кивнул мужчина. – Голодная?

- Очень! Скорее бы он доехал! Конечно, со жрецами мы вполне и сами справились, но что делать с этими несчастными Дарующими, я даже не представляю. Как их к нормальной жизни возвращать…

- Разберемся по ходу дела. Еду сейчас принесут! Да,  а что такое «Сатрап иномирный?»

Вот же, разделили жизнь, а теперь и за мыслями следить приходится!

- Это ты. Самый лучший сатрап, какой только бывает.

***

Адеран не жалел ни коней, ни себя, ни сопровождавших себя воинов.

Вот что ему втемяшилось скорее ехать в поместье? Да, соскучился, да почти двадцать лет об этом мечтал. Но что бы сначала не помочь Светлане, а потом, со спокойной душой и отправляться домой?

А теперь вот, третьи сутки он отбивает себе о седло зад и не знает, что происходит во дворце!

Но недалеко уже осталось.

- Уважаемые, - магистр окликнул двух жрецов, сидящих у ворот храма. – Нельзя ли здесь где-то коней сменить? До столицы рукой подать, а наши совсем выдохлись.

- Есть лошадки, сейчас.

Адеран с изумлением наблюдал, как им вывели трех лошадей, поднесли попить, спросили, не хотят ли путники поесть и переночевать, и не взяли денег!

- Зачем нам деньги? Еда и питье Триединым даны, это пожертвования прихожан. А за свежих коней мы заберем ваших, уставших. Они отдохнут, поправятся и кому-нибудь также пригодятся.

Чудеса! Ой, сдается мне, можно так уж сильно не гнать. Похоже, Светлана и сама справилась.

Эпилог. Двадцать лет спустя

Дети – это счастье. Много детей – много счастья. А когда это счастье  дома и спит – родители просто сами себе завидуют, какие они счастливые.

- Мам! Ну, ма-а-м!

- Рестан, я сказала – нет!

- Ну, почему? Почему Рэнульфу можно, а мне нет?

- Рэнульфу пятнадцать, а тебе всего семь. Вот подрастешь, будет тебе свой текинец.

- Это несправедливо! Зачем вы меня так поздно родили? Мне теперь всю жизнь придется брата догонять!

- Зато когда брату исполнится двести лет, тебе будет всего сто девяносто три. Знаешь, как Рэнульф будет тебе завидовать?

- Да?

- Ну, конечно!

- Тогда ладно. Тогда, хорошо, что я младше.

Светлана с улыбкой посмотрела вслед младшему – как же они быстро растут! Кажется, совсем недавно только учился ходить, а теперь ему уже своего коня подавай!

Да, время летит.

Могла ли она, двадцать лет назад очнувшись в Саритании представить, как изменит ее это мир и как изменит его она сама?

Нет, нет, матриархата не случилось, да она о нем и не мечтала. Замужние женщины вне дома по-прежнему должны прикрывать волосы, но теперь это не тряпки-накидки, а элегантные шляпы и шляпки. Головные уборы так понравились и приобрели такую популярность, что модистки работают, не покладая рук.

Душ теперь есть в каждом доме. Очень удобная вещь, мадраскарцы ее вполне оценили.

Физические наказания канули в Лету, и кнут с плетью навсегда обосновались на самой дальней полке самого дальнего склада.

А за все остальные проступки ввели штрафы – и государству польза и доходит не менее быстро, чем через порку.

Стараниями княгини ввели брачные контракты, согласно которым в случае гибели мужа, отсутствия детей или других причин, вследствие которых ранее женщина оставалась бесправной и без средств к существованию, ей полагалась определенная сумма или пожизненное обеспечение.

Открылись учебные заведения для девочек. Да, пусть из наук девочек  обучают только чтению, письму, счету,  географии и истории. Пусть львиную долю  занимает рукоделие, пение, рисование, умение вести домашнее хозяйство! Ничего, лиха беда – начало! Каждое путешествие, даже самое большое и долгое,  начинается с одного первого шага.  Путешествие от домашней прислуги и «чашки» для утоления мужской жажды до уважаемой хозяйки и подруги уже началось. Пусть, не бегом, а небольшими шагами, главное – идти в нужном направлении!

Отлично помогают жрецы, Светлана просто не нарадуется – открывают и содержат больницы, приюты,  начальные школы. Кто бы мог подумать, что жрецам требовалось всего-то перевести их энергию в мирное русло,  и они стали приносить только пользу?

В адаптации Дарующих очень выручил магистр. Пришлось повозиться, да, потому что выросшие в условиях изоляции люди оказались совершенно не приспособленными к реальной жизни.

Справились же?

Вот уже много лет стараниями Дарующих страна процветает.

Сам магистр так и не женился. А вот Милисента вышла замуж за сына советника. Да, да, Никодий у нее в свекрах. Души не чает в невестке и внуках.  Впрочем, Милисенту невозможно не любить, настолько она теплый и искренний человек.

Кстати, Саритания вошла-таки в состав Империи и претерпела существенные изменения.

В первую очередь был издан указ, что любая попытка скрыть рождение близнецов приравнивается к государственной измене со всеми вытекающими. За рождение близнецов родители получали пожизненное освобождение от налогов и приставку перед  именем – «тер». Удивительно, но приставка произвела не меньшее впечатление, чем материальное поощрение – теперь все желали именоваться, к примеру, госпожа тер Васэлла. Или, господин тер Улев. Рождение близнецов было объявлено радостным событием, но можно было и не объявлять. Услышав, что при рождении двойни или тройни родители получают к имени «тер» и освобождаются пожизненно от налогов, люди и так догадались, что «двойные» дети – это к счастью, уважению  и богатству.     Счастье, что в этом мире больше не бывает лишних детей!

Если родители хотели – а с новыми условиями они все хотели! – то дети до десяти лет росли дома, а потом уезжали в специальную школу, где их обучали другие Дарующие.

Жалко только, что да двадцать лет родилось всего пять пар близнецов.

Саная, после крушения всех планов, как-то быстро усохла и бродила по дворцу, пугая слуг. Приказом Рагнара, магию ей запечатали, навредить никому она не могла.

Лиана же неплохо прижилась в далеком Полесье, Светлана ездила туда пару раз.  И хотя, детей у сестры не было, она казалась абсолютно счастливой. Барон, ее муж, выглядел сурово и нелюдимо, но понаблюдав за его взглядами в сторону Лианы,  и общением супругов друг с другом, Светлана поняла, что, возможно, в поместье барон и хозяин, но в своем доме точно нет.

Так же, к большому сожалению, появляться в виде души в своем прежнем мире Светлана больше не могла. Может быть, перенапряглась тогда, может быть, прервалась связь с ее телом, но факт остается фактом. Не могла. Но вот во сне она раз в несколько месяцев  попадала в знакомую московскую квартиру и была в курсе жизни и Ринаи и Иришки. Да, в срок родилась здоровая девочка, Риная дала ей имя Ирина.  Бывшая кормилица отлично вписалась в новый для себя мир и нашла свое призвание в детском садике. Несмотря на полученные от Светы знания, в ветлечебнице Риная работать не захотела, а вот с детьми возилась с удовольствием к полному восторгу последних.  

Немного с грустью Света думала, что срок жизни у Ринаи теперь гораздо меньше, чем был бы в Мадраскаре, и что когда Иришка станет бабушкой, Света еще будет в том возрасте, когда возможно родить ребенка, а Ринаи уже вообще не будет.

Раздались веселые крики, и Светлана вынырнула из размышлений. Подняла голову и с улыбкой посмотрела, как ее семейство плещется в дворцовом пруду, причем, великовозрастный папаша ни в чем не отставал от хохочущих сыновей.

- Мам,  азании расцвели! Пойдем, посмотрим! – со стороны оранжерей неслась ее девочка, ее маленькая принцесса – Азания.

Светлана едва успела раскинуть руки, как светловолосое счастье влетело с разбегу, уткнулось в живот, обхватило ручками.

- Мама, я тебя так люблю!!!

- Радость моя, доченька! Пошли смотреть  цветы имени тебя!

- Куда это мои девочки без меня собрались? – суровый князь, взгляда которого боялись все придворные, совершенно терялся, когда на руки залезала дочь и, обхватив щеки отца ладошками, заглядывала ему в глаза: «Папа, ты меня любишь?»

- Больше жизни! – отвечал Рагнар, осторожно прижимая дочку.

Азании уже пять и все пять лет Светлана хранит одну тайну – она знает, чья душа возродилась в ее малышке и старается дать ей столько любви, чтобы хватило на две жизни.

А Рагнар, Рангар просто без памяти любит и жену и детей и гордо носит звание «сатрап иномирный».